Шальная пуля, и всё, что между ними

      Пистолет за пазухой даёт некоторое  ощущение защиты. Если белобрысик опасен, можно его обезоружить или обезвредить. Но сперва нужно убедиться, вооружен ли тот.       Тут Юнги замечает двоих альф, делающих обход по территории, и кивает сам себе — если что, может их позвать на помощь.        Но его бушующие мысли резко улетучиваются, как только он стремительно достигает второго этажа и ловит аромат прожаренного стейка. А приглушённый желтоватый искусственный свет на потолке заставляет его выдохнуть.       Юнги начинает трезво оценивать ситуацию. В этом доме только двое омег, он и несколько прислуг с охраной. Если бы белобрысик хотел зла другу, уже бы сделал и свалил. Так как здесь все его знают, сделал бы это беспрепятственно.       Вдруг Юнги одолевает неприятное чувство. А может, поэтому его и наняли в качестве телохранителя? Чтобы подставить? Не зря же так рьяно рвался заполучить Юнги. Ведь все жители Южной Кореи в курсе о случившемся на концерте Пак Чимина. Обвинить и посадить его — не составит абсолютно никакого труда. Такой вариант развития событий тоже вполне реален.       «Так… стоп» — походу, мысли Юнги сворачивают совсем не туда. Ему снова удаётся остановить их бесконечный поток. Правда это или нет, но он решает поговорить с омегами по отдельности для начала. Вывести на разговор. А то, такими темпами можно с ума сойти и превратиться в параноика.       Юнги снова лезет в телефон и перечитывает сообщение. Получается, этот Чон всё же виновен? Или нет? И красный хёндай мог быть у кого угодно. Не только у белобрысика яркие предпочтения. Нужно сначала найти ту машину и узнать номер. Наверняка возле больницы не так много было таких автомобилей в тот день. Без помощника тут никак не обойтись. Ведь в Тэгу на пару дней его вряд ли отпустят.       Чёрт!       Юнги начинает думать, где взять помощника. Ему нужен доступ к больничным камерам, архив машин и взломать телефон белобрысика. А эти тёмные делишки умело проворачивает только один его знакомый. Намджун.       Вот дьявол!        Внезапное копошение на стороне вырывает Юнги из мыслей. В этот раз, его тело и разум спокойно реагируют на звуки открывающейся двери и весёлый смех омег следом.       Сначала показывается коляска, потом и весь Пак Чимин, который, увидев его, снова становится серьёзным. Недавняя светлая улыбка пропадает с лица. А Юнги хмыкает.        Да что такое? Он не помнит, чтобы в последний раз так веселился, только смотря на недовольного омегу. Но сжатые пухлые губы, дутые щёки и пронзительный взгляд, действительно вызывают искры веселья в нём. Забавный маршмеллоу. Однако следом вышедший белобрысик заставляет Юнги вспомнить причину своего появления здесь.       Он не желает отпугнуть его своими подозрениями, потому лишь изучает красивые черты лица, пытаясь разглядеть подвох. Парень выглядит спокойным, усталым, смотрит прямо, вопросительно подняв брови.       — Вы что-то хотели? — белобрысик нарушает затянувшуюся тишину, потянувшись к коляске друга. Глубокий голос немного хриплый. А Пак Чимин прищуривается, складывая руки на груди. Ждёт, молчит, наблюдая за ним из-под тёмных ресниц. Его глаза кажутся бархатистыми, затягивающими. Юнги бы на его месте, прогнал бы себя, как минимум.       Он правда не знает, что сказать. Вся уверенность выветривается под этим напором карих глаз. Такое для него впервые. Да что с ним происходит? И почему это Пак так обезоруживающе на него влияет?       Но чуть откашлянувшись, Юнги отходит в сторону, давая им проехать:       — Хотел поговорить с Пак Чимином, — в итоге бросает он. «Вот балда» — хочется побить себя.       — Не сегодня. Я устал, — недовольно фыркает омега, поднимаясь на здоровую ногу и крепко хватаясь за руки друга.       Юнги же хватает коляску и даже помогает спустить её вниз под две пары удивлённых глаз. Он и сам не понимает, почему так рассщедрился. Но остаётся стоять, следя, как омеги медленно начинают спускаться. А Юнги вовсю сканирует белобрысика. Будь у того пистолет, что-то да бы торчало из-под лёгкой одежды. Его рубашка немного помята и открывает вид на тонкую талию.       Когда омеги спускаются, а белобрысик помогает другу сесть обратно в кресло, Юнги сканирует заднюю его часть. Он не видит, куда бы тот мог припрятать оружие. Брюки плотно прилегают к телу. Разве только сюрикены или маленький нож в интимных местах. Рубашка немного просвечивает и видно тёмную ровную полоску брюк под ней.       — Кхм-кхм, — Юнги переводит взгляд на белобрысого, который уставился на него с недоумением и укором во взгляде. Даже рубашку нервно натягивает вниз. Вот чёрт! Наверняка альфа сейчас выглядит извращенцем, оценивающим его пятую драгоценную точку. — Вы же слышали, мой друг сегодня устал.       — Э, да… да. Я пошёл, — Юнги быстро семенит в свой дом, ощущая некоторый стыд и слыша недовольные цокания омег за спиной.       Оказавшись внутри своих стен, расслабленно выдыхает. Что ж, он закрывает дверь и ставит под элегантной ручкой стул. Чтоб наверняка. Не доверяет он белобрысику. Может, в лесах находится его сообщник, мало ли.       Достав старый телефон, отправляет себе контакт Намджуна и думает позвонить ему или нет. Сейчас десять вечера. Наверняка тот ещё не спит. Но учитывая, как они расстались… н-да, трудновато звонить первым.       Юнги включает кофеварку, надеясь всё же поговорить с ним более бодрым. Так как интенсивные занятия и мимолётный всплеск адреналина успели вымотать его. Когда кофемашина издаёт последний мягкий звук, сообщая о финале своих трудов, Юнги сразу нажимает «позвонить». Будто этого и ждал.       Гудки долгие. После трёх неудачных попыток дозвониться и одной чашки эспрессо, додумывает написать сообщение, что это он. Может, на неизвестные номера тот не отвечает?       Яркая галочка свидетельствует о прочтении смс и тут же высвечивается имя Кима на экране. Юнги рад, что тот позвонил сразу.       — Ты снова в дерьме, — слышит он хриплый утверждающий голос с того конца. Странно. Такое чувство, что вечность не слышал его. Но почему-то рад.       — Нет, с чего ты взял? — наливая себе вторую порцию кофе, хмурится Юнги.        — По другому поводу ты мне не звонишь, — слышен обиженный упрёк, отчего он закатывает глаза.       — Ну почти, — в итоге, нехотя соглашается Юнги.       — Я так и знал. Надеюсь, ты не убил Пак Чимина ненароком в этот раз? Или специально? — а вот это обидно. Но Юнги даже не удивляется, что Намджун в курсе, где он. Вот ни капли.       Злобно поиграв желваками и допив вторую чашку кофе, Юнги продолжает:       — Я тут узнал кое-что…       Намджун, как всегда, внимательно его выслушивает и даже не перебивает. Юнги же, в этот раз, задаётся вопросом: почему после того, что было Ким помогает ему? Внезапно хочется узнать, хоть тот и переметнулся на другую сторону.       — Вот ялб! А ты уверен, что твоему информатору можно верить? — прерывает его думы Намджун. Логичный вопрос.       Юнги вздыхает. Как бы они ни были близки в прошлом, он не рассказывал Киму, кто именно его информатор из-за ряда причин. Но да, Юнги верит ему.        — Да, — коротко отвечает он, падая на диван и опрокидывая голову.       — Тогда пойду дёргать своих парней. Ты там не натвори ничего, выйдет боком. Эти богачи повесят на тебя не одну статью, — напоследок предупреждает Намджун, словно тот здесь и видит поведение Юнги. Или он такой предсказуемый? Он вздрагивает. Ему не нравится, что его поведение настолько читаемо.       Конечно, Юнги не собирается ничего вытворять, но понимает, что свою легковозбудимость и агрессивность нужно малость поубавить. Мало ли, что может случиться. Даже подумывает войти к омегам в доверие. 

***

      Словно ритуал, утром всё повторяется. Крепкий сон, без пяти семь, порция любимого двойного эспрессо и контрастный душ. Кажется, Юнги начинает привыкать к этому. Однако погода сегодня дождливая и какая-то давящая из-за тучных серых облаков.       Неужели занятия с телохранителем отменят? Не хочется этого.       Тело уже не так сильно ломит, и Юнги очень нуждается в упражнениях. А то рой мыслей снова бесконтрольно начинает атаковать его выспавшийся разум.       Поэтому вытаскивает весь свой снаряд. Немного флиртует с ними, оглаживая подушечками пальцев металлические корпуса, получая заряд радости. Выбор падает на огнестрельное бесствольное оружие, и Юнги идёт к омегам.       По пути подмечает, что все окна и двери со стороны двора закрыты.        Белобрысик обнаруживается за завтраком. Выглядит бодрым и радостным:       — Доброе утро. Присаживайтесь, завтрак просто пушка, — улыбается с набитым ртом.       Что ж, Юнги со вчера ничего не ел, обходился только кофе, и вот пожалуйста, такое ощущение, словно живот прилип к спине. А изумительный запах не даёт ему выбора, как плюхнуться и начать есть.       — Мы с вами уже второй день встречаемся почти в одно и то же время. Вы тоже жаворонок, как и я? — светится белобрысик. Его улыбка конкурирует сиянием с солнцем, которое сегодня скрыто за толстыми плачущими облаками. И Юнги хватается за это. Вот он шанс узнать хоть что-то. Всё равно Пак Чимин спит до обеда.       — Да. Не люблю долго валяться, — мирно произносит он. Сочная свининка тут же отправляется в рот, а он не сводит взгляда с хомячущего омеги. — Как ты познакомился с Пак Чимином?       Белобрысик оживляется ещё больше, выглядя чрезмерно радостным. Квадратная улыбка становится шире. А Юнги мысленно, крайне довольно потирает руки, готовясь слушать и вникать.       — Мой папа его менеджер. Он сейчас в больнице на сохранении. Через неделю-две должен родить, — сияет омега. — Папа часто брал меня с собой на работу. Потом мы с Чимином пошли в одну школу. Попали в один класс и потихоньку стали общаться. И как-то сдружились. В ту школу ходили много сегодняшних знаменитостей. Мы периодически встречаемся и пропускаем по рюмочке.        Не много, и не мало. Юнги выстраивает цепочку. Может, белобрысик с тем Чоном завидовал успеху Пак Чимина? Но тёплый взгляд и ностальгические нотки в голосе дают предположение, что юность у них прошла весьма прекрасно.       — Вы не фанат Чимина, да? — елейно проговаривает белобрысик, положив в рот клубнику.       — Меня не интересует безвкусица, — Юнги орлом следит за мимикой напротив, надеясь найти хоть что-то, что парень может предаст друга. Так грубо отзываться о признанном певце при завистнике, должен возыметь эффект. Но выражение лица белобрысого становится грустным.       — Зачем вы так? Я понимаю, что вам не нравится его музыка. Но не стоит грубить, — железно проговаривает парень, снова кладя в рот клубнику.        — Я лишь говорю правду. А ты чем занимаешься? Почему не стал популярным, как твой друг? — продолжает давить Юнги, захотев расколоть его.       — Меня это не интересует, — спокойно отвечает парень, собираясь уходить. Никакого подтекста Юнги так и не находит. — Я предпочитаю не выделяться, поскольку знаю цену популярности. Чимин… ему тяжело. Вы хоть знаете, что Чимин дебютировал на телевидении в пять лет?       Белобрысик вновь тепло отзывается о друге и даже защищает, кажись.  Юнги лишь мотает головой, так как понятия не имеет.       — А вы почитайте на досуге. Интернет вам в помощь. Должны же знать, кого защищаете, — раздражённо бросает парень напоследок, уходя из столовой.       Н-да. Не густо. Юнги так и не узнал, чем занимается белобрысик. Но зато узнал, что говорить плохо о Паке при нём, лучше не стóит.       Дождь за окном тарабанит по стёклам сильнее, а тучи нагоняют тоску. Юнги, закончив с завтраком и отдав прислуге пустую посуду, думает, чем заняться до девяти. Очень надеется, что сегодняшнее занятие не отменят из-за непогоды.       Нехотя Юнги лезет в телефон и всё же вводит имя Пака в поисковик. Сразу несколько статей и фотографий предоставляется ему. В некоторых даже фигурирует имя Мин Юнги. Он точно не собирается читать эти жуткие печатные каракули. Никогда не полезет в эти дебри.       Оказывается певцу двадцать шесть лет. А выглядит, как подросток. Прославился в пять лет, слишком мило спев гимн страны в одном детском шоу, и тем самым, завоевав сердца своего народа. А там судьбинушка благосклонно подкидывала разные дорогие контракты за контрактами, сделавшие его одним из самых успешных молодых омег в индустрии, где гонка за популярностью просто бешеная.        Никаких скандалов, связанных с ним не обнаруживается. Все фотографии слишком отбеленные, подчёркивающие красоту омеги.        Про личную жизнь Юнги тоже ищет, но не находит. Парочка слухов была со знаменитостями, но и те не подтвердились официально.       Пак Чимин кажется белым и пушистым. Или у него крутые юристы, тут же подчищающие разную грязь про него.        Юнги понимает, что нужно поговорить с глазу на глаз. Иначе он не сдвинется с мёртвой точки.       До девяти Юнги так и сидит в телефоне, пытаясь отыскать хоть один маленький скандальчик, но ни-че-го.       Хорошо, что приходит телохранитель со словами — что никакая стихия не должна помешать защитить клиента.       Юнги гоняют босиком и в одних шортах по скользкой траве, грязной земле и мокрому песку. Даже заставляют плавать в бассейне под проливным дождём. Проходить всякие препятствия и стрелять в разных позах и ситуациях.       О да! От этого в голове Юнги блаженная пустота.        Снова занятия проходят интенсивно и коротко. Телохранитель гордо говорит, что у него всё получается. Это не может не радовать.       Стоя под душем, Юнги улыбается, так как большая нагрузка его словно обновляет. Даже с удовольствием подмечает, что тело становится рельефнее. Сексуально!       Надев только боксеры и накинув махровое полотенце на плечи, он подходит к окну, выходящему к дому Пака. Всё закрыто и тихо. Никого не видно. Однако тут же замечает самого Пак Чимина, сидящего боком у окна на первом этаже. Снова ловит этот тяжёлый взгляд, хоть между ними метров шесть.       Юнги тоже смотрит в упор. Почему-то сейчас опять появляется настроение позабавиться. Он не знает, откуда оно берётся вообще, с роду такой фигни не было. Но внезапно начинает медленно вытирать волосы полотенцем, не срывая зрительного контакта и нацепив взгляд хищника. Ещё медленнее спускается приятной тканью на шею и грудь. А Пак Чимин коротко ухмыляется и с всё таким же вызовом довольно пялится. Даже всем корпусом поворачивается к окну.       Юнги в этот раз победно хмыкает и резко закрывает тяжёлую штору, безмолвно объявив о конце игры и своей победе.       Маршмелка явно злится, Юнги ощущает это своим шестым чувством. Вот бы увидеть недовольное лицо омеги.       В этот раз он полноценно обедает ранним ужином у себя. Излюбленной острой лапшой быстрого приготовления и жареной свининкой. О да! Настоящая холостяцкая еда.       Включив посудомойку, Юнги решает пойти к Паку, попытаться вытянуть хоть что-то. Терять время не хочется.       Дождь всё идёт, не планирует останавливаться. Только сильнее льёт. Аж стоит туманность и ничего вокруг не видно. Он и забыл о столичных дождях.       Однако, зайдя внутрь, Юнги вдруг слышит посторонние мужские голоса. Положив руку над пистолетом, влетает в гостиную и видит чужих. Сразу подбегает к Пак Чимину, снова мило улыбающемуся парню в белом костюме и стрижкой ёжиком, который по-хозяйски раскинулся на диване. А рядом стоят два видных альфы.        — Всё в порядке, это мой телохранитель, — слащаво улыбается омега, когда альфы опасно приближаются к Юнги. — Можешь быть свободен, — обращается Пак к нему, который не знает, что делать, но изучает гостей.       Юнги узнаёт в парне того самого Чон Чонгука, так как утром просматривал фото Пака и в нескольких они стояли вместе. Довольно с близкого ракурса. Вот и узнал.       Чон выглядит не на двадцать семь, а на двадцать два максимум. Большие оленьи глаза с хитрецом недоверчиво оценивают Юнги, немного полный нос вздёрнут, а тонкие губы сжаты. Его уверенность в себе заполняет собой всё помещение.       Что здесь делает эта альфийская задница??       — У тебя только один бодигард? У меня их двое. И тебе советую, — ухмыляется гость.        — Кабинет готов, — из арочного проёма показывается белобрысик.        Хватка Юнги над пистолетом, сокрытое под футболкой, усиливается. Что здесь происходит, он не знает. Но чует неладное.        Как только Пак Чимин трогается с места, он оказывается за ним и хватается за рукояти коляски.       — Ты можешь быть свободен, — тихо и злобно произносит удивлённый омега, пряча лицо в тени Юнги. Почему это Пак так себя ведёт, тоже остаётся загадкой для него.       — Он подозреваемый, я не оставлю тебя с ним наедине, — цедит в ответ он.        — Тэ, проводи Чонгука в кабинет, я скоро подкачу, — внезапно мило улыбается Пак.        — Держи пса на привязи, Чимин. Вижу он не очень послушный, — надменно бросает Чон, уходя за белобрысым.       Пса? Юнги ещё никогда не сравнивали с псом:       — Слышь… Ай! — разозлился было он, но его резко и больно дёргают за футболку у шеи и прилетает болючий щелбан в лоб.        — Ты что здесь забыл? Иди домой, — рассерженно шипит Чимин.        — Я как раз вовремя зашёл. Что этот делает здесь? Что если у него сейчас получится тебя усыпить и увезти, чёрт знает куда! — в тон ему тихо шипит Юнги.       — Что? Ты о чём вообще? Что за странные мысли? — непонимающе моргает Пак.        Точно! Омега же не знает, что собирались с ним делать:       — Я остаюсь. Хочешь ты этого или нет. Я твой телохранитель, если ты забыл.       — Придурок, он ничего со мной не сделает. Просто приехал поговорить, — уже немного спокойнее отвечает омега.       — Тупица. Тебя не учили не доверять плохим дядям? С чего такая уверенность? — приблизив лицо к Паку максимально, рычит Юнги.       Внезапно омега искренне смеётся, заставляя его недоумевать. Даже ямочки на щеках появляются, а глаза исчезают, отчего Юнги застывает заворожённый. Впервые Пак Чимин так искренне смеётся в его присутствие.       — Плохим дядям? Серьёзно? Хватит нести чушь. Мало ли кто что говорит… это же Чон Чонгук, никакой не преступник, — остывает Чимин через некоторое время.       — Я не доверяю ему. А он молодец. Приехал в такой дождь. Никто не увидит, значит не докажет, что он приезжал сюда, в случае чего, — настаивает Юнги. Действительно ведь такое может быть, а этот глупый омега даже не думает о подобном, походу.       На секунду в глазах Пак Чимина проскакивает испуг. Но потом берёт себя в руки:       — Ладно, можешь оставаться, но только за дверью. Мы с Тэ хотим поговорить с ним наедине.       Юнги вздыхает, почему омега такой непроходимый глупец?! Неужели собственная жизнь так не дорога? Однако соглашается. Хоть что-то. Но обнаруживает двух телохранителей Чона возле того самого кабинета.       Блеск!