#28
10 апреля 2024 г., 21:16
Ощущения беспокойства за Кимов всё тревожит Юнги с момента, как он покидает дом. Никогда ещё за них так жутко не волновался. Намджун не отвечает ни на звонки, ни на сообщения, что повышает градус беспокойства до небес. Хорошо, что работа занимает всю голову, приехав в участок. С утра пораньше его отправляют на банальное ограбление супермаркета с пострадавшим продавцом. А когда приезжает на место преступления уже замечает толпу пищащих фанатов, ринувшихся к нему. Ну конечно, не прошло и века, как узнали о его переводе. Как тяжела ноша популярности!
Юнги лишь разочарованно вздыхает, раздражаясь с этой сумасшедшей толпы. Когда же всё прекратится наконец? Нормально работать не дают.
Всё проясняется при встрече с якобы пострадавшим продавцом, который светится ярче солнца и выглядит здоровее всех, обняв его так сильно, что Юнги слыши хруст собственных рёбер.
Подстава! Снова вызвали его просто, чтобы полапать и пооблизаться.
— Так всё! — громко рычит он, резко оттолкнув навязчивого, нечленораздельно лепечущего пострадавшего немолодого омегу подальше. — Я оформляю ложный вызов. Штраф можете оплатить на сайте или через приложение, су… — осекается, увидев направленные телефоны на себя.
Пока все с удивлением таращатся на него, Юнги выбегает из супермаркета, зло посмотрев на застывшего продавца, то и дело отбиваясь от настырных прилипающих посетителей, которые заметив его, тоже хотя получить свою долю внимания от него. Идиоты!
Только уехав на достаточное расстояние, Юнги выдыхает. И здесь, в родном Дэгу, нет никакого житья. Что за напасть такая? Где можно спокойно поработать? Почему люди такие двинутые?
Говорят, популярность штука не стабильная. Ну и? Почему его до сих пор мучают? Может, взять отпуск на неделю-другую? Может, тогда забудут про него? Кто-нибудь ещё хайпанёт за это время. Обязан. Ведь если не забудут про Юнги, то придётся бросить свою работу.
Нет, нет и нет.
Но он решает взять отпуск на две недели. Подвергать людей и себя опасности — последнее, чего хочется ему. Заодно проведёт это время с Суа, Кимами… и с Чимином.
Вспомнив ночь с ним, Юнги невольно улыбается. Всё раздражение и злость испаряются, будто их и не было. Ладони и пальцы всё ещё ощущают горячесть чужого тела, а губы — мягкость и сладость омеги. В груди растекается тепло, только вспоминая утреннюю просьбу Чимина о поцелуе. Вроде бы обычное дело, но… Как было невероятно легко, просто, но с каплей радости засосать омегу с утра. Ощущать его пальцы на своём теле, влажные губы и горячее дыхание.
От дурманящих воспоминаний Юнги бросает то в холод, то в жар. Дыхание спирает, а сердце от радости начинает танцевать чечётку. Даже сейчас хочется Чимина на своём члене. Чтобы также жалобно, до крепкого узла в паху Юнги, стонал и хватался за его волосы. Чтобы содрогался и кричал от удовольствия… И прижимал к себе так тесно, будто хотел слиться с ним в одно целое.
Приехали. Юнги ещё никого из омег, с которыми проводил ночь, не вспоминал с таким упоением среди бела дня, сидя в патрульной машине. Но как же хочется Чимина.
Скоро приехав в участок, Юнги докладывает капитану про дичь с утра пораньше и требует отпуска. Тот быстро соглашается, привычно тепло улыбаясь.
— Ты весь светишься и выглядишь расслабленным, как никогда, Мин. Тебе идёт, — ухмыляется капитан, смотря глазами-пуговками в упор.
— Сегодня солнечно, и моя кожа светлая, — бурчит Юнги плечами, не понимая слов капитана. Как, интересно, он выглядит? Что за чушь?
Тот лишь хмыкает по-доброму и кивает на свою дверь. Странно. Что значат те слова? Выходя из его кабинета, Юнги на секунду останавливается перед зеркалом над раковиной, и не узнаёт себя. Лихорадочный блеск в глазах, распухшие губы, разглаженное лицо. Где тот серьёзный детектив, которого привык видеть в отражении за всю свою жизнь? Неужели одна ночь с Чимином так подействовала? Покачав головой собственным мыслям, Юнги уезжает из участка под уважительные кивки коллег. Но новое отражение ему вполне нравится.
Отпуск. Давно же не был в официальном отпуске. Что он хотел сделать? Разобраться с двадцатью заказчиками видео с рейтингом двадцать один плюс. Нужен план.
Отбросив нарастающий гнев из-за списка, Юнги предвкушает, как сегодня встретит Суа из садика, как она улыбнётся ему, заставляя всё внутри трепетать. И они пойдут в парк… тут он тяжко вздыхает, сжимая руль покрепче. Какой парк? Если про то, что Юнги в Дэгу уже знают его сумасшедшие фанаты, то и в парке от них не будет отбоя. Не дай бог, Суа ещё навредят. Дома тоже можно хорошо провести время, они часто оставались в четырёх стенах и всё было отлично.
Чимин обнаруживается лежащим в ванной, среди тысяч пузырьков и лепестков роз. Лежит себе, кайфует, включив музыку на телефоне погромче. Не замечает присутствия Юнги. Что интересно — играет скрипичная музыка. Его любимая.
Он и сам не понимает, почему пялится на омегу. Но эти поглаживания гладкого тела шаловливыми ручками привлекают всё внимание. В некоторых местах хорошо видны его собственные отметины. А внутри него растёт желание.
Юнги глотает вязкую слюну из-за соблазнительно стекающих пузырьков со стройного тела. Хочется ловить их губами. Внезапное желание и ощущение тяжести в паху отрезвляют его. И вместе с тем меняется музыка, а в секундном перерыве Чимин замечает застывшего в дверях Юнги. Мягко улыбается, укладывая голову на бортик, и одновременно уменьшая громкость музыки. Его волосы забавно завились от влаги.
— Мне нужна новая задница. Ты живого места на ней не оставил, — игриво ухмыляется после, прикусывая губу. Настоящий демон похоти.
— Тебе же понравилось, — в ответ сдержанно хрипит Юнги, подходя к нему.
— Я и не отрицаю. Мне всё ужасно понравилось. Но спина и всё, что ниже жутко ноет, — дует губы, постукивая на них пальцем. Какой же…
Как игнорировать этот сексуальный магнетизм, который исходит от этого сногсшибательного омеги? Юнги смотрит Чимину прямо в глаза и снова ловит себя на том же чувстве, что и ночью. Будто время останавливается. Юнги даже будто дышать перестаёт. Воздух словно сгущается. А лицо снова бросает в жар.
Однако, не устояв, он чисто на инстинкте наклоняется и быстро клюёт омегу в расползшиеся в улыбке губы. Пахнет розами, а вкус… Юнги углубляет поцелуй, жадно блуждая языком во рту разомлевшего Чимина, захотев полностью испробовать парня на вкус. Это походит на какое-то наваждение. Их обоих снова, как и вчера, накрывает с головой.
Чимин жадно шарит по его широкой крепкой груди, пытаясь облапать всё, куда только может дотянуться. Сам же Юнги одной рукой приподнимает лёгкое мокрое тело к себе. Крепко прижимает, а другой рукой опускается к его заднице. Чимин шипит сквозь поцелуй, когда он двумя пальцами проходится между мокрыми половинками. Но улыбается, несильно прикусывая его за губу. От этого Юнги тает, нетерпеливо мыча и рыча в поцелуй.
Такие ласки всё внутри жгут кипятком. Одновременно и хочется большего, и не хочется. Зачем, когда и так безумно хорошо.
— Невыносимо хорошо. Век бы не отрывался от тебя, — Чимин стонет от удовольствия, прикрывая глаза, а потом ловит язык Юнги, которого слегка трясёт от наполняющих чувств, и чуть прикусывает его, утягивая себе в рот. И всё начинается сначала.
Юнги не испытывал подобного трепета и волнения раньше, просто обнимая и целуя кого-то. Не что-то искусственное, наигранное или картинное. А то, что идёт изнутри, из глубин сердца. Юнги действительно чувствует, будто в него потихоньку вдыхают жизнь.
Чимин окольцовывает его ногами и руками, немного тянет за волосы, отчего он плывёт. Юнги даже не знает почему несёт их в спальню, просто валится прямо на кровать с хихикающей мокрой тушкой.
— Хочешь, отсосу тебе? Твой стояк уже каменный и давит на меня, — сквозь поцелуй томно проговаривает Чимин.
Юнги глухо рычит, падая лбом на мокрое плечо. Нельзя быть таким сексуальным. Нельзя так открыто срывать его терпение к чертям. Хочется этого минета до помутнения.
Чимин отталкивает его и голодным взглядом скользит по всему ему. А Юнги, ощущая сухость во рту, ложится на кровать, освобождая эрегированный член из джинс. Глаза омеги сосредоточены и любуются им. Через мгновение мягкие тёплые ладони скользят по его чувствительной плоти, а потом вообще влажный язык ощущается на головке. Это и ожидаемо, и неожиданно одновременно. Но всё же слишком сильно в плане и без того зашкаливающих эмоций.
Запрокидывая голову на подушку, Юнги вздрагивает, как и его голос:
— Да-а… ещё.
— Как ты хочешь? — спрашивает Чимин, коротко облизывая набухшую головку, прикусывает и посасывает так невозможно горячо, что Юнги не сдерживает стона.
— Живо, — выдавливает из себя наконец, чувствуя эйфорию. Он слышит, как омега хмыкает ему в ответ.
Спустя секунду, одним долгим чувственным движением Чимин плавно заглатывает его член до горла. Юнги шумно вбирает воздух, ощущая невероятный кайф и мгновенно вцепляется в мягкие волосы, натягивая на себя. Наклоняет голову и лицезреет самую горячую картину, как розовые блестящие губы сомкнуты вокруг его члена. Какой же кайф!
— Мне нравится, что ты теряешь контроль, — целуя и широко облизывая его ствол, хрипит Чимин, надрачивая кулаком. — Нравится твой запах, вкус.
А Юнги лишь тяжело дышит, судорожно постанывая каждые несколько заглатываний его ствола, и не может сдержать себя, резко толкаясь вперёд. В потрясающую горячую глотку.
Чимин, глядя ему прямо в глаза, обводит член языком и толкается кончиком прямо в уретру. А бёдра Юнги предательски дрожат. Омега смотрит на него затуманенными глазами и выглядит непозволительно прекрасно. Ещё и потирается щекой о его плоть. Как же это горячо! Юнги настолько не терпится трахнуть этот болтливый рот, что даже пальцы дрожат.
Когда Чимин обхватывает рукой основание члена и мощно всасывает в себя, облизывая и лаская, Юнги уже не может говорить, издавая лишь глубокие гортанные стоны, каждый раз толкаясь всё глубже. Этот чистый секс кружит голову. Он дрожит, а Чимин нарочно проводит зубами по его толстому стволу, сводя с ума.
— Чимин, — стонет Юнги, теряясь на секунду и зажмурив глаза. Усиливает хватку на волосах, начиная трахать влажный узкий рот. Несколько толчков и он ярко кончает, сильнее сжав в кулаке мягкую шевелюру. Чувствует, как горячий рот заглатывает всю его сперму, коротко слизывая языком остатки и додрачивая рукой. А следом наступает приятное опустошение.
Юнги ещё пару минут восстанавливает дыхание, собирая себя после идеального оргазма. Ноги безвольно разъезжаются. Хочется под воду, а лучше под лёд. Как же потрясно!
— Юнги, — Чимин эротично зовёт, громко выпустив его член изо рта. Звучит сладко, отчего он улыбается. Но лишь вопросительно мычит, не в силах даже слово сказать, облизывая суховатые губы. — Хотел спросить, понравилось ли тебе, но… твой сытый вид и так говорит за себя, — хихикает потом, прижимаясь к нему под бок. Целует в щёку, за ухом и в шею влажными губами, пробуждая крупные мурашки по телу Юнги.
Он на автомате обнимает Чимина одной рукой. Гладит тёплое плечо и бок, желая остаться в этом мгновении настолько долго, настолько возможно. Под приятной лаской и обняв омегу покрепче, ощущая мягкие губы на своей шее, Юнги удовлетворённо громко хмыкает.
— Чего это ты? — Чимин мурчит где-то под боком, целуя его в плечо.
— Твои губы вокруг моего члена так и стоят перед глазами, — улыбается он, получая укус в мочку уха, отчего сжимает ягодичку.
— Твой минет тоже не выходит у меня из головы, — горячо шепчет после, касаясь губами уха, посылая приятные мурашки по телу Юнги.
Он только в блаженстве прикрывает глаза и продолжает мять упругую задницу, дурея от новых ярких ощущений. Сплошное удовлетворение течёт по венам.
— Давай вставать, я есть хочу, — тянет Чимин, поглаживая его щеку тёплой ладонью. Это так интимно и приятно — получать ласку.
Юнги лишь смотрит из-под полуопущенных ресниц на голого довольного омегу и кивает, хотя завтракал рамёном недавно. Надо ещё Суа забрать.
***
После завтрако-обеда Чимин уходит во двор принимать солнечную ванну и поплавать в бассейне. Говорит, что нога уже отлично функционирует. Это радует. Юнги же открывает свой ноут и загружает список извращенцев. Двадцать имён снова начинают терзать его мысли. Как их всех поймать? Откуда добыть доказательства? Вспомнив, что отдал документы, в том числе телефоны Ана, криминалистам, пишет адвокату Ким проверить телефоны всех четверых. Надеется, что те уже их проверяют. Хоть и сомневается. Не сдвинувшись в деле, Юнги решает забрать свою малышку. Сил терпеть нет. Но сперва заказывает её любимые сладости, куклы и мягкие игрушки, даже детское кресло, чтобы Суа было комфортно находиться здесь. Всё привозят за час, отчего Юнги удовлетворённо смотрит на раскиданные детские вещи, из-за которых дом приобретает какой-то трепетный уют. Предупредив Чимина, спокойно лежащего на шезлонге с телефоном в руке, Юнги уезжает за Суа. На улице жарко и немного ветрено, а дождя что-то не предвидится. Ну и ладно. Пораньше забрать Суа выходит легко, так как его тут все знают и без последних новостей. Знакомый омега в возрасте смущённо улыбается и лично за ручку приводит девочку. Они знают друг друга, так как Юнги часто забирал Суа из садика раньше. А вот помещение не изменилось. Куда там, всего пару лет прошло. Но вызывает тёплую ностальгию. — Оппа, — как только видит его, Суа влетает в него, сильно обнимая за шею и оставляя поцелуй на щеке. А он такой безвольный. Всего одно слово и искренняя ласка — Юнги готов на всё ради неё. Сердце тает и душа поёт. — Привет, моя любимая, — целует её румяную щеку и задерживается на ней. Аромат Суа заполняет все лёгкие, будоража его. Но приходится отстраниться. — Поедем? Получив кивок, они уезжают. Юнги дарит ей красную панду и клубничные леденцы, умиляясь с искренней громкой радости и милого «спасибо». Ох, он не уверен, что его сердце выдержит весь день с ней. Но это того определённо стоит. Намджун так и не отвечает на звонки, но отправляет стикер «всё ок», что унимает его волнение. И Юнги с распевающей Суа под знакомую песню, которую он специально загрузил в свой плейлист, быстро добираются до дома. Чимин встречает их, выглядя взволнованным и будто неуверенным. После бурного приветствия Суа любимой звезды, Юнги с ней на руках проходит в кухню, подталкивая и омегу за талию. Чимин мягко улыбается в ответ, поддакивая оживлённому рассказу Суа о садике. Пока Юнги накрывает своей малышке обед, разогревая ресторанную еду, часто поглядывает на парочку. Но напряжённость с неуверенным голосом Чимина беспокоит его. У омеги руки сжаты в кулак и нервно кусает губу. Интересно, что это с ним? Порезав фрукты и ягоды, Юнги ставит поднос перед ними, положив руку на действительно напряжённую спину Чимина, который переводит на него беглый взгляд и неестественно улыбается. Юнги невольно поглаживает его поясницу, захотев узнать, почему тот так волнуется. Потом хмыкает, с каких пор он беспокоится за омегу? И переводит взгляд на свою активную сияющую малышку. Видать, совсем не против их компании. Суа в это время не перестаёт рассказывать про свою жизнь, про мальчиков в садике и друзей. Как же отрадно её слушать. Юнги не спускает с неё любовного взгляда. Не налюбуется никак. Когда обед Суа разогревается, Юнги не выдерживает нервного состояния Чимина. Почему-то его это волнует сейчас больше всего. Поэтому включает мультик на своём телефоне и оставляет малышку на кухне, толкая омегу в коридор, но, чтобы видеть девчушку. — С тобой всё хорошо? Ты какой-то не такой, — только и выдыхает Юнги, злясь на себя, так как понятия не имеет, что говорить в таких случаях. — Я боюсь общаться с детьми. А вдруг скажу или сделаю что-то не то и оставлю травму на всю жизнь, — взволнованно бормочет Чимин, выглядя уязвимым и по-настоящему обеспокоенным. — А… — у Юнги пропадает весь запас слов. Он и не думал, что омега парится по этому поводу. Но притягивает его к себе и обнимает, поглаживая пушистый затылок, ощущая взаимные тёплые объятия. — Не бойся, Суа очень умная. — Я это понял, но не могу перестать обдумывать каждое слово, перед тем как озвучить ей. Это так тяжело. Никогда не заведу детей, — ухмыляется Чимин, опаляя его шею тёплым дыханием. Юнги лишь крепче обнимает, радуясь, что омега плавится в объятиях. — Мм, — мурчит после, когда он поглаживает его спину. — Поцелуй меня. Просьба совсем тихая, но Юнги слышит, отчего ухмыляется. Чимин поднимает голову с его плеча и улыбается так искренне, выглядя совсем расслабленным. В глазах напротив пляшут смешинки, а вокруг расползаются мелкие морщинки от улыбки. Но того, что омега будет ласково тереться носом о его он никак не ожидал. Однако эта ласка дарит ощущение… счастья, и он накрывает пухлые губы своими. Чимин прижимает его к себе, горячо и тяжело дыша прямо в рот. От поцелуев с ним Юнги всегда тает и хочет большего. Но здесь Суа, а звуки мультика приводят его в себя, отчего он неохотно прекращает целовать Чимина, который тоже выглядит недоцелованным. Однако следом вибрирует его телефон у Суа в руке: на экране высвечивается «Намджун», и раздаётся трель со входной двери. Юнги просит девочку нажать на «принять вызов». — Открой дверь и скажи охране, чтобы пропустили нас, — раздаётся запыхавшийся голос друга. Юнги лишь вскидывает брови и ведёт такого же удивлённого Чимина за собой. Что здесь происходит? — Вы здесь? — глупо задаёт он вопрос, получая нетерпеливое «конечно». Юнги звонит охране, чтобы пропустили Кимов, так и не догоняя, зачем те пожаловали. Может, за Суа? Тогда почему не позвонили заранее? — Пак Чимин-щи! — влетает радостный Сокджин и бросается на шею обалдевшего Чимина, который беспомощно хватает за руку Юнги. — Прости, — тут же шепчет Намджун ему в ухо, пока муж распевает дифирамбы звезде. — Я рассказал Джину про список и про майора Лим. Ты знаешь, как они вместе долго работали. И вот, у Джин-и от новостей повысилось давление. Пришлось ехать в больницу. Там нас полдня продержали, так как он беременный. А по дороге домой его осенило, и мы сразу приехали к тебе. Хоть тон Намджуна и виноватый, но Юнги знает, что те ничего друг от друга не скрывают. Но всё равно протяжно выдыхает. Он весьма наслышан, как психолог-криминалист Ким Сокджин долго работал с майором Лим. Конечно, будет шоком узнать про бывшего товарища такое. — Я знаю, как поймать этих гнусных мерзавцев, — стальным голосом проговаривает Сокджин, наконец отлепившись от вежливо улыбающегося Чимина. Юнги лишь сжимает его руку в ответ. — Потому что, к сожалению, знаю, что у преступников на уме.
