#29
12 апреля 2024 г., 21:26
— Кто эти люди? — Чимин держит в руках телефон Юнги со списком заказчиков на экране и смотрит вопросительными глазами на него.
Как признаться, что это имена тех самых ублюдков, которые заказывали айдолов? В их числе майор Лим, находящийся там по его душу. Юнги самому тяжеловато было принять эту правду, а какого будет Чимину? С одной стороны, просто знать, что с тобой хотели сотворить нечто грязное какие-то извращенцы, а с другой — знать в лицо человека, который заказал эту мерзость лично с тобой — не одно и то же.
— О, вы не знаете? — удивляется Джин, переводя на Юнги опешивший взгляд. А Намджун и вовсе хмурится, испепеляя его. Кажись их глаза сейчас выкатятся из орбиты.
— Не знаю чего? — теперь и Чимин цепляется за него пронзительными взором, заставляя его тяжко выдохнуть.
Хвала небу, выбегает Суа из кухни. Видимо, расслышала голоса родителей, пока Джин делился информацией, как поймать двадцатку.
— Папочка? — Суа привлекает внимание всех.
— Милая? Что ты тут делаешь? — Мягко распевает Сокджин, испепеляя Юнги и подбегая к дочке.
— Сейчас только двенадцать дня, — округляет глаза Намджун, встав рядом с семьёй.
— А, ну… я соскучился по ней. Хотел дольше побыть вместе, — пожимает Юнги плечами, ловя радостную улыбку своей малышки.
— О-о, это так мило. Но почему нас не предупредили воспитатели? — распевает Джин, залезая в телефон. — Упс, оказывается звонили несколько раз и написали, что Суа забрал Мин Юнги. Я поставил свой телефон на беззвучный? — удивляется после, выглядя совсем как Суа, когда та теряется. Юнги улыбается, любуясь своей девочкой, довольно сидящей на руках отца.
— Родной, это сделал я, — признаётся Намджун, тоже вытаскивая свой из кармана. — Мы были в больнице и ты…
Юнги невольно переводит взгляд на Чимина, не захотев мешать Кимам, и всё остальное вокруг будто исчезает. Омега не сводит с него глаз. Стоит, нахмурив брови и скрепив руки на груди. Снова выглядит таким уязвимым, что Юнги желает его защитить ото всего опасного в этом мире.
Он не знает, как так быстро оказывается напротив Чимина, притягивает в объятия, начиная привычно гладить по напряжённой спине и пушистому затылку. Тёплое дыхание на шее, голова на плече, руки омеги на своей талии — ощущается уже как необходимое и самое правильное для Юнги.
— Выйдем на балкон, всё расскажу, — тихо предлагает он, получая кивок в ответ.
— Что это за… хреновый чёрт? Намджун! — слышит вскрик Джина после, увидев шокированные лица Кимов, направленные на них.
Юнги только закатывает глаза, отстраняясь от Чимина. Берёт его за руку и спешно ведёт вон, скрываясь от удивлённых гостей. Даже не хочет представлять, как они выглядят в их глазах.
— Папочка, ты сказал плохое слово, — слышен довольный звонкий возглас Суа.
— Нет-нет, детка, чёрт это злой дух… — но Юнги закрывает дверь балкона за собой, надеясь, что Джин выкрутится за свои слова перед дочкой, когда сам же и запрещал говорить «плохие» Намджуну.
***
Честно, Юнги думал, что Чимин поистерит, как тогда, когда узнал, что с ним хотели сделать. Но сейчас тот лишь немигающе смотрит куда-то на цветущие деревья в саду. Обнимает себя руками, всё ещё не возвращая ему телефон. Ветер усилился, потому шоколадные волосы хаотично развеваются, глаза прищурены, а губы сомкнуты. Юнги, оперевшись плечом на тёплую стену, стоит рядом. Не спускает с него глаз. Где-то в груди неприятно клокочет от происходящего. Хочется закурить, чтобы так сильно не волноваться о нём. Кто знает, что у того в голове. Однако Чимин громко вздыхает спустя пару секунд, и они встречаются глазами. Видно тень решения в них: — Я согласен. Я опубликую… это, — кривит лицо в отвращении, протягивая ему телефон. Юнги кивает, но отпускать его руку не спешит, взяв свой телефон. Не тянет, а сам приближается к нему и заглядывает в глаза. В них — решимость, волнение и капля страха. Чимин не двигается с места, дожидаясь его. Смотрит верным псом, хлопает густыми ресницами и кладёт лоб на его плечо. Юнги приобнимает омегу одной рукой. Он хочет его. Не в плане секса, хотя его никогда не бывает много. Дело в другом, в гораздо большем. Юнги просто хочет быть голым и в постели с Чимином. Слушать откровенности и ощущать его тепло. Чувствовать поцелуи пухлых губ на своём теле. — Хочу, чтобы это поскорее закончилось, и долго-долго валяться с тобой в одной кровати, — шепчет Чимин, прильнув к нему всем телом. Будто мысли читает. Затем снова потирается носом о его шею, что ужасно начинает нравиться Юнги. Поэтому сильнее обнимает его. — Хочу, чтобы ты обнимал меня. Эта его откровенность однажды добьёт Юнги. Как тут вести себя, когда выворачивают перед ним душу наизнанку? Он ощущает жар по всему телу. Благоговейный трепет в голосе омеги заставляет его сердце забиться быстрее. И что прикажете делать, если Чимин своим появлением в его жизни свернул клапан крана с эмоциями? — Закончится, — хрипит Юнги не своим голосом, зарываясь в пушистую макушку. Хоть у самого настоящая буря эмоций внутри. — Обещаю. Ещё и обещает. Ведь детективу нельзя давать обещания. Это почти золотое правило полиции. Но он настроен решительно, да и план Сокджина кажется вполне неплохим. Вспомнив о нём, Юнги отстраняется от омеги, у которого взгляд уже смягчился. Это радует, потому что именно он смог слегка расслабить Чимина. Когда они открывают дверь балкона, Кимы чуть ли не падают прямо на них. Вот засранцы. Ещё и подслушивали их? Какой пример они подают дочери? Которая, кстати, сидит себе в гостиной с телефоном в руке. — На-надо действовать быстрее. Мы и так потеряли кучу времени, — ворчит Джин, трогая свой живот. Глаза того бегают, нос вздёрнут. Вот прохиндей. А Юнги не накричит или не нарычит на него, как раньше, ведь тот беременный, ещё и Суа рядом. Намджун же почему-то слишком заинтересован шторой, будто там написан рецепт вечной жизни. — Я позвоню адвокату Ким, — испепеляет их Юнги, мысленно давая обоим оплеухи. Выслушав его по видеозвонку, адвокат снова просит доказательства виновности двадцати лиц, поправляя идеальные очки на себе. Это одна из причин, почему Юнги их и ненавидит. Не сдвинутся ни на шаг, пока им улик не предоставят. Ещё и все нервы будут трепать повторением законов и статей из кодекса, которые он сам отлично знает. — С тобой или без тебя, но я опубликую чёртов список, хён. Мне надоело, что это ещё продолжается, — нетерпеливо вклинивается Чимин, заставляя адвоката на том конце замолчать. А у Юнги неожиданно появляется тяжесть в паху. Ох, этот приказной тон и непоколебимая решительность омеги сводят его с ума. — Чимин-и, я делаю всё от меня зависящее, — теряет тот свой пыл, а голос приобретает тёплый оттенок. Даже взгляд смягчается. — Но… — Без никаких «но», — стоит Чимин на своём, заставляя Юнги чуть ли не оргазмировать. Докатился же. Даже без проникновения или дрочки готов кончить, тупо из-за голоса. — Какой у вас план? — выдыхает адвокат Ким, снимая очки и потирая глаза. Чимин теряется и переводит беспомощный взгляд на Юнги, и от этого контраста он снова возбуждается, как девственник перед своим крашем. Да что же это такое? Но только сидит и не может отвести взгляда от вдруг засмущавшегося омеги. — Мы уже знаем, что лейтенант в Пусане, капитан в Кванджу и майор в Дэгу на работе. Их поймать будет проще. Добрый день, — кланяется Намджун коллеге, подойдя к ним. — Чимин-щи опубликует список с фотографиями у себя в аккаунтах. А мы предупредим всю полицию, чтобы тщательно проверяли все пути транспорта. Нужно не допустить побега двадцатки. — А если «двадцатка» невиновна? Вы готовы нести последствия? Это весьма серьёзные публичные обвинения, — стоит на своём адвокат Ким, отчего все, раздражаясь, переглядываются. — Вы можете испортить жизнь многим людям. — Беру ответственность на себя, — выпаливает Юнги. — Я сам поймаю Лима здесь. Остальными займутся коллеги, надеюсь. Ваша задача — уговорить столичную полицию. — Я сделаю это только потому, что люблю тебя, Чимин-и, — снова смягчается адвокат Ким. — А где вы достанете доказательства их виновности? — Вот поэтому нужно, чтобы Сеульская полиция дала нам разрешение покопаться в личных вещах недавно заключённых. И этим тоже займётесь вы, — получая тяжёлый вздох на том конце, Юнги ухмыляется, завершая вызов. — Значит, мои хакерские способности тебе уже не нужны? — фыркает над ухом Намджун. — В этот раз хочу, чтобы всё было законно. И у тебя семья, я не собираюсь рисковать вами, — бурчит Юнги, скидывая с себя друга, который тянется его поцеловать. — Гадость какая, отцепись от меня. Намджун всё-таки дотягивается и оставляет смачный поцелуй на щеке, отчего Юнги бьёт его в крепкую широкую грудь, заставляя отскочить от себя. Он очень жалеет Сокджина, который терпит эти губищи. Просто фу. — Лучше найди фото всех двадцати и отправь Чимину, — усиленно потирая оскорблённую щеку, бубнит Юнги. Хоть и радуется внутри. — Да ладно. У меня будет номер самого Пак Чимина? — Намджун переводит восторженный взгляд на тихо стоящего омегу за спиной Юнги, который теперь начинает бояться за него. А вдруг альфа полезет поцеловать и Чимина? Потому встаёт и закрывает омегу собой, хоть друг не лезет своими губищами. — Я сейчас. Намджун весь сияет, достаёт свой телефон и падает на диван рядом с дочкой. Однако Сокджина нигде не видно. Но Юнги сосредотачивается на Чимине, который тепло смотрит на него со смешинкой в глазах. — Что? — смущается он. Не привык к таким взглядам. — Ты такой… настоящий, — обольстительно улыбается потом, подходя вплотную. А Юнги ничего не понимает, но принимает своё поражение, когда губы Чимин приоткрываются в тот момент, когда они касаются его. — Юнги, — выдыхает после ему в рот, обхватывая губы и вовлекая в поцелуй. Чимин углубляет, терзая его рот, а он обхватывает нежное лицо двумя руками и только поддаётся воле омеги. Жар мгновенно разносится по всему телу, а желание бьёт по паху и голове. Хочется разложить его прямо здесь и сейчас. Когда Чимин отстраняется, становится пусто и одиноко, но только на миг. Омега стреляет лукавым взглядом, тянет за руку к комнатам, улыбаясь так, что у Юнги сердце заходится и тяжелеет пах. Кажется готов последовать за ним куда угодно. — Отличный дизайн уборной, — внезапно натыкаются они на Джина в коридоре. — Оу, — судя по широко распахнутым глазам и мгновенно открывшемуся рту, тот сильно удивляется, увидев их сцепленные руки. — На-намджун! Джун! Пока омега Ким не пришёл в себя, они закрываются в комнате Юнги. Начинают хихикать как дети малые, прислонившись к двери лбами. На душе легко как никогда. Повернув голову он видит, как Чимин смотрит на него так… Всё его лицо просто светится, а губы застывают в широкой улыбке. Юнги замирает, приготовившись к тому, что может последовать дальше. Кровь приливает к члену. Он понимает, чтобы проконтролировать себя и омегу, ему понадобятся все возможные силы. — Поцелуй меня, — даже не мигая тёмным взглядом, просит Чимин. Юнги, будто этого и ждал, льнёт к нему, осторожно касаясь его губ своими. К нему мгновенно прижимаются всем телом, обхватывая руками за шею. На секунду Чимин отрывается от его рта, быстро глотает воздуха, а затем сам превращается в захватчика, целуя страстно и влажно. Буквально засовывает язык ему в горло, лижет нёбо и внутреннюю часть щеки, ничего не пропуская. Юнги весь млеет. В голове каша, в груди пожар, а в паху уже горячая сталь. Чимин внезапно отрывается от губ и впивается зубами в то место, где шея переходит в плечо. Юнги вымученно стонет его имя, ударяясь затылком о дверь. Должно быть, этот звук омеге нравится, потому что тот сам издаёт тихий, слабый стон — самый сексуальный звук за жизнь Юнги. Однако их идиллию нарушает звонок. Они оба громко матерятся, восстанавливая дыхание. Чёрт бы побрал звонившего, коим оказывается адвокат Ким. Дьявол, тот и есть сущий дьявол. — Да, — раздражённо глухо выдыхает Юнги, всё же отвечает на звонок, а Чимин, успокоив себя, просто укладывается на него, гуляя руками по груди и заставляя полностью сосредоточиться на прекрасном теле в руках: близости, тёплом дыхании на шее, томном взгляде и требовательных руках. Сам обнимает его крепче. — Они тут обнаружили кое-что. Наши хакеры взломали телефоны всех четверых задержанных и нашли переписку с возможными заказчиками. Последний был некто… Лим… Вы были правы, Мин, — Юнги жмурится, захотев послать их куда подальше. Но радуется, что наконец предпримут меры, и есть-таки специалисты в полиции. — Начинаем действовать сейчас. Предупреждаем полицию и публикуем список во всех соцсетях, — хрипит Юнги, тяжело выдыхая и завершая вызов. Чёрт! Такое желание обломали. — Когда всё закончится, трахнешь меня так грубо, чтобы все мои мысли лично прибить хёна улетучились, — томно цедит Чимин, совсем лишая его рассудка. Юнги лишь рычит и хватается за его задницу, от души сжимает двумя руками, абсолютно точно не противясь этому. Дождаться бы ещё. А то омега такой до одури аппетитный и невозможный — сдержать себя долго не получится.***
— Но я ухожу в отпуск с завтрашнего дня. Сегодня был на вызове и назначил штраф, следовательно, я ещё не ушёл в отпуск, — проговаривает Юнги, сидя напротив своего капитана, который не спускает восхищённых глаз с Чимина. — Я сам хочу задержать Лима. С вас только перекрыть все воздушные, наземные и водные транспорты, чтобы ещё один заказчик из Дэгу не сбежал. — В таком случае, да, конечно. Я всё сделаю. Как же так? Я не ожидал такого от майора, — грустно мямлит капитан, уже набирая номер в телефоне. Юнги хватает Чимина за руку и уводит из кабинета, сразу натыкаясь на такие же восхищённые взгляды коллег, как у кэпа ранее. Чувство собственничества, но и гордости накрывают его с головой, проходя по коридору. Такие новые ощущения. Аж в дрожь бросает. Чимин же рядом всем уважительно улыбается, крепче стискивая его руку. — Бери с собой всех, Мин. Майор может попытаться сбежать, и он вооружён. Мало ли, — напоследок кричит капитан, тепло смотря им вслед. — Я приеду, как только всех обзвоню. Юнги кивает на это, видя, как все коллеги начинают собираться. Даже не знают почему они ему понадобились, но уже готовятся. Всё же, родной участок лучше всех. Даже несмотря на то, что, возможно, коллеги всё делают ради Чимина, собственной персоной стоящего перед ними. Но всё же приятно. Он здесь тоже ради Чимина. Забрав четыре машины с собой, они едут на заднем сиденьи у одного из коллег, так как свою патрульную Юнги сдал перед уходом в отпуск. Чимин, не теряя времени и получив разрешение капитана, начинает публиковать список заказчиков с фото в придачу, обвиняя их чуть ли не во всех своих неудачах и моральном истощении. Признаться, когда Юнги читает пост, остаётся довольным, как Чимин всё расписал. Но лишь дарит гордую улыбку, любуясь светящимся лицом напротив, не зная как быть и что говорить. Омега показывает ему комментарии под постом, где виднеются шокированные слова и смайлики. Что ж, вся Южная Корея сегодня обалдеет. Чимин даже приглашает нескольких знакомых журналистов, чтобы осветили задержание майора полиции Дэгу. А Юнги также предупреждает Чон Хосока, чтобы тот был на передовой при задержании нескольких лиц. Хорошо, что в Сеуле у него есть свой человек. Сможет проконтролировать ситуацию и докладывать напрямую. А в Пусан и в Кванджу должны выйти Намджун с Джином. Дорога до департамента полиции, где находится сейчас ничего не подозревающий майор, занимает долю секунды, как кажется Юнги. Он не успевает насладиться улыбкой Чимина и подготовиться ко встрече с Лимом. Хотя… возможно ли вообще подготовиться к такому? — Нет, ты остаёшься здесь, Чимин, — отрезает его путь, когда видит поползновение омеги из машины. — Я не знаю, как поведёт себя Лим. Лучше перестраховаться. — Это он меня заказал, — и вовсе шокирует Юнги отчаянным голосом. — Я хочу видеть его задержание. — Ты увидишь, но только из машины, — Юнги касается губами открытой соблазнительной ключицы, надеясь на понимание, и выходит, закрывая за собой дверь. Не хочется сейчас рисковать Чимином. Департамент полиции всё такой же, когда Юнги бывал здесь в последний раз. М-да, как говорится, жизнь-бумеранг. Теперь они здесь, чтобы задержать Лима. Интересно, насколько быстро доложили о его виновности? Остаётся только ждать. Приходит сообщение от Намджуна через пару минут: «Мы всё. Кванджу и Пусан готовы». А следом от Хосока: «Дело сделано. Департамент полиции Сеула уже отправляет своих в примерные места нахождения заказчиков». Юнги только облегчённо выдыхает и оглядывает периметр вокруг, отмечая готовность своих коллег. Будто задерживают группу вооружённых преступников, а не одного майора. Даже смеяться охота. Но он оборачивается, захотев узнать, как там Чимин и натыкается на сосредоточенный взгляд, направленный на входные двери департамента. Выглядит напряжённым и задумчивым. Юнги невольно вспоминает, как тот просил его трахнуть грубо, снова начиная возбуждаться. Да что такое? Такое ощущение, что скоро кончит от одних только воспоминаний томного шёпота. Он сам ждёт этого всем телом. И душой. Юнги сосредотачивается на своей миссии, крепко хватаясь за свой пистолет. Но… проходит немногим больше получаса. Успевают приехать пара журналистов с камерой наготове, которым Юнги даже короткое интервью даёт. И спустя несколько минут, наконец показывается знакомая фигура. Однако уже закована в наручники. Юнги лишь хмыкает. Наверняка Лим специально не дал ему насладиться арестом, а так хотелось. Майор выглядит вымотанным и постаревшим лет на десять. Видимо, его хорошенько допросили. Юнги сам идёт ему навстречу, ловя кислую мину на лице Лима. Запечатлеть бы это. Как же он наслаждается его побитым и слабым видом. Но как только подходит на расстоянии метра, полицейские, держащие того с двух сторон, не допускают Юнги к майору, что досадно. Хотя, зачем это ему? И так прекрасно видно и слышно. — Передавай племяннику привет, — ухмыляется Юнги с гневной мины. Лим кипит от ярости, аж лицо перекашивается. Но того быстро прячут в полицейской машине, не допуская журналистов, которым Юнги с радостью уступает своё место. У него есть дело поважнее. Чимин оказывается вышел из машины и наблюдает за всем, не подходя ближе. Юнги за считанные секунды добирается до него. — Это он? — одними губами спрашивает Чимин, падая в его объятия. Юнги согласно мычит, обнимая его крепче. — Похож на примерного дедушку. Знаешь, такого, кто всегда угощает внуков печеньками. Такое сравнение вызывает в Юнги улыбку. Даже тихо смеётся, поглаживая тёплую спину. Что только не лезет в его голову. — Ты улыбаешься, — приподнимая голову с его груди, с улыбкой в голосе произносит Чимин, прикрепив свой завороженный взгляд на нём. Приятное тепло наполняет Юнги изнутри. — Поедем за ними, убедимся, что его увезут куда надо, — стараясь отогнать неуместные мысли, бормочет он, получая кивок.***
«Неожиданный пост Пак Чимина всколыхнул всю страну. Множество отрядов полиции было направлено на поимку заказчиков видео с айдолами сексуального характера. Восемь из них задержаны, среди которых директор музыкального агентства, майор, лейтенант и капитан полиции», — вещают из телевизора. — Ещё двоих задержали в аэропорту, — Чимин показывает им репортаж с места задержания в Сеуле в телефоне, прижимаясь спиной к Юнги. — Идиоты, только доказали этим свою вину, — фыркает он, целуя его в висок. Трогать, обнимать и целовать Чимина с каждой минутой становится необходимостью. Наваждение какое-то. Рядом хмыкают Кимы, смотря на них так, словно они пришельцы как минимум. Юнги плевать, что те думают, когда так хорошо в душе. — Спасибо, конечно, но вам не пора домой? — любуясь вытянувшимися лицами друзей, спрашивает он. Поскорее хочется остаться с Чимином и выполнить его требование. — Подожди, — толкает его омега, сидя в объятиях. — Я хочу отблагодарить вас всех и накормить ужином хотя бы. — О, мы с радостью, — за всех отвечает разулыбавшийся Джин. Такими темпами Юнги точно трахнет Чимина грубо и быстро. Специально что ли тянет удовольствие? Но он не против провести с Кимами вечер. Тем более, Суа рядом. Чимин и Джин устраиваются на диване, чтобы заказать доставку из ресторана. На фоне включён телевизор, рядом с Юнги сидит Суа, играя на телефоне, он не припомнит, чтобы был так спокоен и счастлив когда-нибудь. — Нет, лучше салат с креветками… нет, с курицей… может, всё же с яйцом и овощами? Нет, вчера я такое ел… — бормочет Джин. — Родной, закажи всё. Там и выберешь, — лепечет Намджун, смущённо улыбаясь Чимину, который кажется начинает жалеть о своём решении. — Я оплачу. — Нет, я настаиваю. Заказывайте, что хотите, — настаивает Чимин, встречаясь с ним глазами. — Если бы послушал меня, их бы здесь не было, а я был бы глубоко в тебе, — шепчет Юнги, ухмыляясь со страдальческого выражения лица. — Зато потом мы можем не вылезать из постели и не париться по поводу еды, — хитро шепчет омега в ответ. Поганец какой. — 4:3. Что такое? Так и проиграть можно, — улыбается Чимин после так хитро и маняще. Точно сама похоть во плоти. Хитрая-хитрая похоть, заставляющая Юнги беспомощно хватать воздух. Даже грудь ощущается маленькой. А вот это несостыковка. Когда это их счёт поменялся? Но ему плевать с высокой колокольни. Однако его эго проигрывать не хочет. Чтоб его. — Смотрите! — отвлекает их друг от друга Намджун, указывая на телевизор. — Смотрите. Чимин, ваши фанаты задержали ещё одного. — Что? — одновременно охают они, переводя всё внимание на широкий экран. «Мы узнали этого человека, благодаря посту нашего Чимин-и. Он убежал, когда мы позвали его по имени. И мы побежали за ним. Нас становилось всё больше при погоне. Все фанаты любят Чимина, и не дадут его в обиду. Мы окружили преступника и не давали уйти до приезда полиции. Пак Чимин, файтинг. Мы любим тебя», — причитает совсем молодой парниша, посылая воздушные поцелуйчики и показывая пальцами сердечки. — Ого, — выдыхает Юнги. Ведь сам испытал обратную сторону фанатизма, а теперь видеть их отзывчивыми и смелыми — совсем другие ощущения. — Да-а, фанаты — страшная сила, — бубнит Джин, переключая канал. Юнги переводит взгляд на Чимина, у которых застыли слёзы на глазах. Тут же приобнимает его, ощущая дрожь тела. Как-то не хочется видеть грусть и слёзы на милом лице. — Я хочу провести для них концерт. Бесплатный, — шмыгает потом носом, прижимаясь к Юнги. — И раздать маленькие подарки. Они у меня самые лучшие. — Как это благородно с вашей стороны, — пищит Джин. — Можно мне прийти? — Конечно, — уже улыбается Чимин, стирая слёзы. — Будешь со мной? — тихо спрашивает у Юнги, снова опаляя горячим дыханием его щеку. Он лишь смотрит на него, на такого разомлевшего и радостного, что даже не понимает, как согласно кивает, убирая волосы за тёплое маленькое ухо.
