I'll say that I'm fine. Will you believe me?

— Так, милый, я пойду, — подмигнула ему Зоя. — До завтра, — Нейт с улыбкой помахал ей рукой, захлопывая за ней дверь. Время давно перевалило за полночь, но Рико всё ещё не было дома, что не было удивительным для Нейта, однако дом ощущался пугающе большим, когда он оставался один. Передернув плечами, он направился в кухню ленивым шагом, параллельно выключая почти весь свет в доме, размышляя, что Рико, скорее всего, приедет уже утром. Это натолкнуло его на мысль, что он не против выпить в одиночестве и расслабиться, поэтому Натаниэль залез в бар на кухне, выудив оттуда вино в декантере и бокал из кухонного шкафа. Напевая под нос какую-то песню, которую услышал в телефоне Зои сегодня, он направился в главную гостевую, а затем со вздохом плюхнулся на мягкий стул. Он поставил свои находки на стол, прикрывая глаза на короткий миг. Каждый раз, когда он оставался один и закрывал глаза, он видел злые глаза Эндрю и слышал его крик, что никто не смеет причинять Натаниэлю боль. Каким бы я ни был… Он усмехнулся. Это нелепость. Эндрю не знает его. Не знает его отца. Не знает Рико… не знает… ничего. И почему-то защищает его. Отчего-то в глубине души Натаниэль хотел, чтобы он знал. Хотел рассказать и поделиться, однако до дрожи боялся, что разорвет этим такую хрупкую дружбу между ними. Налив в бокал вина и пригубив его, он действительно рассмеялся, думая о том, что такие признания и правда оттолкнут Эндрю и разрушат всё. Кому захочется иметь какие-либо дела с сыном убийцы? Мужем того, чья фамилия по ту сторону закона являет собой японскую мафию? Натаниэль был обречён с самого рождения. Он грязный. И погряз в грязи так сильно, что никогда не отмоется. И если не признаваться в этом Эндрю означает, что это сохранит их дружбу хотя бы ненадолго, то Нейт непременно будет молчать. Пусть Эндрю и вел себя иногда как полный придурок, но он честен в своих высказываниях. У Нейта было много времени, чтобы размышлять над тем, что тот спросил и сказал ему. «Рико бьёт тебя?» Выпивая вино по чуть-чуть, он вновь усмехнулся. Бьёт ли меня Рико… Первая пощечина была через неделю после свадьбы. Но Натаниэль уже не помнил, из-за чего случился скандал. Возможно, он и правда заслужил тот удар, возможно… Возможно, Эндрю действительно прав, говоря, что никто не имеет права делать ему больно, поэтому он принял его руку, что обхватила его ладонь чертовски крепко. В тот момент Нейту показалось — не отпустит и не толкнет в бездну. Именно поэтому он согласился пойти к нему, заведомо зная, что он в шаге от виселицы, но в нём забурлило такое бесстрашие, что, сидя сейчас у себя дома, Нейт едва ли осознавал, как вообще согласился на это. Если бы полгода назад Натаниэлю сказали, что он пойдет за кем-то в его квартиру, то он бы в шоке захлопнул дверь перед носом этих глупых людей. Что-то просыпалось в нем, и Натаниэль не знал, что именно. Что с ним происходит? Вспоминая, как позорно он разрыдался только лишь от провокаций Эндрю, сейчас он испытывал стыд, однако на тот момент он и правда так занервничал, что едва ли различал, где правда, а где ложь. Нейт совсем не понимал, почему его так тянуло к Эндрю… Хотелось поговорить с ним ещё и ещё, хотелось узнать про его жизнь, прошлое, а в ответ рассказать про своё. Натаниэль встряхнул головой, понимая, что за раздумьями успел слегка опьянеть. Вино стремительно заканчивалось, а он всё не мог перестать плавать в своих тревожных мыслях. Однако тишину разрушил громкий звук телефона в кармане, что завибрировал со вспышкой. Это заставило его подпрыгнуть, а сердце забиться от неожиданности. Ему мог написать только Рико, но что он скажет ему в такое позднее время? Он молниеносно вытащил телефон из кармана, сонно вглядываясь в экран. Открыв диалог, он сразу наткнулся на своё фото от контакта «A» и короткое сообщение. «Обещанное фото.» Разомлевший и уставший, Натаниэль едва ли вспомнил, как дал Эндрю свой номер, а через секунду он вцепился в телефон обеими руками, всматриваясь в пришедшее вложение. Эндрю его сфотографировал. Сфотографировал меня… Со стоном он закрыл диалог, морщась, потому что выглядел на фотографии так глупо. Сравнивая этот снимок с теми, которые Эндрю ему показывал, он словно какая-то ошибка, которую забыли удалить. Но… Натаниэль точно не уверен, каким образом он нашел в себе силы написать ответ. «Ты сказал, что хотел сохранить все самые красивые вещи, которые видишь, навсегда.» Но ведь я не самый красивый. Зачем меня сохранять навсегда? — Осталось недосказанным. Сердце билось как сумасшедшее, а пальцы подрагивали от паники. Он это и правда написал Эндрю? Сумасшедший. Черт возьми, что он делает вообще? Ответ от «A» пришел через пару долгих минут. «Я это и сделал. Я не соврал тебе.» Натаниэлю показалось, что Земля вокруг закружилась так быстро, что он терял сознание от этой карусели. Стул, на котором он сидел, вмиг показался облаком, что, не удержав веса Нейта, позволил ему падать… падать и падать. В груди громко что-то забилось, словно он до сих пор не умел дышать, а теперь смог сделать самостоятельный глоток кислорода. Дрожь пронзила всё его тело, начиная от ног и заканчивая кончиками пальцев рук, которые он разумно держал подальше от экрана, чтобы вновь не написать какую-то глупость. Что с ним происходит? Дрожащей рукой он потянулся к бокалу, залпом вливая в себя остатки вина и морщась от горечи, что едва ли помогала ему прийти в себя. Она, словно предательница, кружила ему голову сильнее, заставляя сжаться желудок, а лицо загореться чем-то теплым. Запах спирта ударил в нос, вынуждая закашляться. Ему показалось, что от переизбытка чувств его просто-напросто стошнит. Глубоко вдохнув, Нейт задержал дыхание, силясь успокоить сердце, которое своим стучанием оглушило его. Эндрю… Эндрю, он? Считает, что я красивый. Эта мысль была словно машина, что на максимальной скорости врезалась в бетонную стену, и Натаниэль… Он… Зажмурив глаза и откинув телефон, он уткнул локти в стол, гипнотизируя пустой бокал перед собой. Ему нельзя об этом думать. Нельзя. Он замужем за Рико, и Эндрю наверняка говорит всем своим моделям, что они красивые, ведь все красивы, но каждый по своему? Ведь так? Необходимо вздохнуть глубоко и успокоиться. Нужно прийти в себя и перестать зацикливаться на том, что Миньярд почти прямым текстом… Часто-часто задышав, он вцепился пальцами в волосы, непроизвольно сжав их сильнее и застонав от боли, что пронзила голову. Он точно сходил с ума, иначе быть не могло. Все эти чувства просто что-то невозможное, и они вспыхнули из-за выпитого алкоголя. Краем уха он услышал ещё один звук пришедшего уведомления. Нейт потянулся к телефону, скорее неосознанно, прежде чем смог себя остановить. Ещё одно вложение. Открыв вторую фотографию, он с шумом втянул воздух, задерживая кислород в легких. На этой фотографии были запечатлены он и Эндрю, а точнее их соприкоснувшиеся колени. Пятка Нейта в белом носке нелепо высунулась, уходя куда-то в край фотографии, но… Черт возьми, он даже не заметил, что они сидели так близко. Эту фотографию сделал уже он сам, случайно нажав на кнопку, но он не знал, что Эндрю не удалит её и отправит ему. Не выключая телефон, он отложил его, цепляясь пальцами за колени. Дыхание вновь сбилось от воспоминаний того, как низко звучал тембр голоса Эндрю, который терпеливо объяснял ему сложные функции камеры. Направлял своей рукой, показывая, как Нейту нужно держать её. Он встрепенулся, поёжившись и поёрзав на стуле. Ему вновь пришло сообщение — вложение. На новой фотографии был ярко-рыжий котёнок, который лежал под солнышком на скамейке и дремал, а сам снимок был сделан на улице. Натаниэль нервно рассмеялся, умиляясь чудесному созданию. Он вновь взял телефон в руки, быстро печатая ответ. «Спасибо за фотографии, Эндрю. Спокойной ночи.» Дрожащими пальцами он стёр все сообщения, включая две фотографии, но оставив фото с котом. Он не сможет хранить их и оставлять переписку с Эндрю. Это может быть опасно. Глубоко вздохнув, он отложил телефон экраном вниз на стол, откидываясь на спинку стула. Секундная трезвость, обусловленная вспыхнувшим адреналином от звука уведомлений, теперь сменилась чем-то громко гудящим, словно сильный водопад. Голова закружилась с новой силой, заставляя его закусить нижнюю губу. В сознание приходили самые-самые разные воспоминания, которые меняли друг друга с неземной скоростью. Первая встреча с Эндрю, страх от незнакомца… Колкие шутки и издевательства, что держали в себе намного больше смысла, чем можно подумать на первый взгляд. Он убедился в этом после их разговора, когда Эндрю, доведя его до слез, в конце концов сказал слова, в которых он боялся признаться себе столько лет. Одно дело, когда ты думаешь об этом сам и блокируешь всё плохое под семью замками, защищая свою психику, ведь тебя никто не поймёт, а то и вовсе снова накажут, а другое дело, когда тебе на это указывает человек, который едва ли знает тебя. Это может увидеть лишь тот человек, который сам пережил такое. Эта мысль заставила его поморщиться от печали. Он не знал об Эндрю ничего, и почему-то его это расстраивало. Рука неосознанно потянулась к рубашке, расстегивая первые три пуговицы. Стало так жарко, что он чувствовал себя не в прохладном особняке, а в горящем доме. Что ещё успел заметить Эндрю? Думая об этом, он почему-то не испытывал тревогу, ведь если тот и заметил что-то и до сих пор не отвернулся от него, значит, всё в порядке, правда? Всё в порядке? Они ведь друзья? Это ведь называется дружбой? Он и не заметил, как задышал часто, размышляя об Эндрю. О его крепкой груди, когда Нейт попытался его оттолкнуть в кафе, а он был словно стена, которую нельзя было сдвинуть. О его куртке, которая почему-то так сильно пахла им и согревала его лучше, чем собственная. О вспыхнувших огнём глазах, но впервые эта злость не была направлена на Натаниэля, заставляя его бояться, а на тех, кто сделал ему больно. О его руках и ладонях, ловко крутящих руль, почему-то сжимая его крепко. О светлых волосах Эндрю, которые блестели под редкими лучами солнца, завораживая Нейта. О его точеном профиле и пронзительном взгляде, когда тот обернулся на него и сказал «пялишься», заставляя Натаниэля испугаться и смутиться. Он не знал, как отреагирует Эндрю, а поэтому трусливо сбежал, думая, что не выдержит, если тот пристыдит его, однако Эндрю больше не поднял эту тему, успокоив этим. Нейт слишком задумался, изучая его, и просто-напросто не заметил, что и правда пялился как последний дурак. Нейт не выдержит и умрет от стыда, если узнает, что Эндрю и правда считает его таковым. Он попытался встряхнуть головой, заставляя свои странные мысли замолчать, но перед глазами поплыло, и он ощутил, как чьи-то сильные руки схватили его за плечи, но не для того, чтобы оставить синяки. Они схватили его мягко-мягко, опускаясь ниже, переходя к его талии и сжимая её в тисках. Над ухом раздался шепот — кто-то звал его по фамилии, и отчего-то это был голос Эндрю. Бедра непроизвольно задрожали, а рука, доселе лежавшая на коленке, поднялась выше, мягко сжимая промежность. Мысли так путались, что Нейт не понимал, что происходит, и едва ли ощущал себя в своем теле. Ладонь словно жила своей жизнью, надавливая на стремительно твердеющий член через ткань джинсов, как вдруг снова раздался шепот, говорящий ему не останавливаться, и он… Послушался. Выгнувшись в спине, он дернул бедрами вверх, не сдержав тихий стон. Дрожь пронзила всё его тело, сбивая напрочь дыхание и заставляя глаза заслезиться от нахлынувшего возбуждения. Нейт с силой прикусил губу, хватаясь за последние адекватные мысли, кричащие ему о том, что надо остановиться. Это абсурд. Он возбудился только от того, что представил, как Эндрю низким шепотом приказывает ему продолжать тереть ладонью, продолжать сжимать пульсирующий член. Ему нужно остановиться и перестать сходить с ума. Он определенно безумец. Переключая мысли на Рико, он вновь провел ладонью по промежности, спуская её слегка вниз и сжимая через грубую ткань яйца. Нейт представлял крепкие пальцы Рико, которыми он стискивал его бедра до синяков, пока с силой вбивался в него, доводя до звёзд перед глазами и хриплых стонов; представлял наполненный злостью голос, яростно рычащий ему что-то на ухо, а затем шепчущий на японском самые развратные вещи, заставляя гореть Натаниэля изнутри; представлял самые пошлые поцелуи, забирающие остатки дыхания и разума и… Натаниэль терял эти мысли, как нечто, что никак не мог сдержать в руках. Он зажмурился крепко и перед глазами вспышкой появился взгляд болотных глаз, что смотрели на него так, будто их обладатель раздевал его понемножку, пока не доберется до… Бедра сильно задрожали и вновь неосознанно дернулись вверх, а рука и вовсе не слушалась, яростно двигаясь в своем темпе. Нейт не сдержал особенно звонкий стон, со стыдом осознавая, что его белье успело намокнуть и если он продолжит, то кончит прямо в штаны. Заставив себя оторвать руку, он попытался успокоиться, ёрзая периодически на стуле. Желание получить разрядку сбивало все его мысли в кашу, сосредотачивая их на ноющем члене, что некомфортно упирался в джинсы, которые он так и не расстегнул. Пытаясь восстановить дыхание, он сидел так ещё несколько минут с закрытыми глазами. Он чертовски пьян, и это было всего лишь неконтролируемым безрассудством, которое он чуть не совершил, пока находился не в своем уме. Нейт не имел права думать о ком-то другом и возбуждаться. У него есть Рико. Возможно, из-за большого количества приятных эмоций, которые успел подарить ему Эндрю, он запутался в себе, придумав себе что-то. Глубокий судорожный вздох вновь сорвался с его губ, заполняя звенящую тишину. Да, верно. У него есть муж, который доводит его до оргазма за считаные минуты, а то, что произошло только что, Нейт окрестил пьяной глупостью и спихнул на то, что ему физически необходимо переспать с Рико, который, как назло, не оказывался рядом, когда так нужен. Раздражение нахлынуло на него волной. Он непроизвольно задвигался на стуле, желая закончить то, что было начато, но смущался, вспоминая, с какими мыслями он возбудился. Как теперь смотреть Эндрю в глаза? Яростно встряхнув головой, он решил забыть об этом. Стереть из памяти будет лучше всего, так как он сейчас был очень пьяным и едва ли мыслил адекватно. Щелчок и звук открывающейся двери заставил Нейта вздрогнуть. Неужели? Входная дверь громко захлопнулась. Кто-то зашуршал, явно переобуваясь в тапочки, и шаркающими шагами стремительно приближался к гостевой, где находился Нейт, который только что… Нет, нет, нет. Не думать. Рико остановился на пороге гостевой, включив всего-навсего одну лампу, что заполнила комнату слабым светом. — Ты не спишь, — спокойным голосом произнёс он, приближаясь к столу, за которым сидел Нейт и несколько мгновений назад извивался и… Чёрт. Лицо вновь загорелось огнём. — Мне не спалось, — соврал Нейт, выпрямляясь на стуле. Хмыкнув, Рико остановился напротив него. Он лениво закатал рукава темной рубашки, оголяя предплечья, параллельно удерживая зрительный контакт с Натаниэлем. — Поэтому ты решил, что опьянеть будет отличным решением? — Возможно, я ошибся, — возможно, алкоголь развязал ему язык, и именно поэтому Нейт уперся локтями в стол, наклоняясь вперёд и незаметно двинув бедрами вновь. Ох, он очень хотел прямо сейчас кончить. Он посмотрел мужу прямо в глаза, а тот и вовсе замер, хмурясь и изучая его цепким взглядом. Натаниэль слегка прикусил щеку изнутри, чувствуя, как сердцебиение вновь сбивалось и ему необходимо прямо сейчас… прямо сейчас… — Рико, — это вышло изо рта с придыханием, будто он звал того на помощь так отчаянно. А Рико вмиг оказался рядом с ним, хватая его за подбородок пальцами и внимательно вглядываясь в глаза, ища там что-то… — Поднимайся, — коротко приказал он. Нейт не был уверен, смогут ли его удержать ноги, поэтому, облокотившись на стол рукой, он медленно встал, с опозданием осознавая, что вмиг стал прижат к телу мужа. Рико всё не отпускал его подбородок, будто пытался залезть в голову и узнать всё, о чём думал Нейт. Глаза Рико наполнились чем-то тёмным, а брови нахмурились ещё сильнее. — Ты возбужден. Проморгавшись несколько раз, Нейт наконец понял, что он упирался поясницей в стол, прижатый спереди Рико, и теперь тот мог почувствовать, насколько он твёрдый внизу. — Да, — подтвердил Нейт, бесстыдно вцепившись в плечи мужа и прижавшись к нему теснее. Язык предательски заплетался, а щёки горели, словно у него поднялась температура. — Я думал о тебе. Это не ложь, но и не правда. Однако Натаниэль решил, что лучше скажет так и использует свой шанс.

**

Хмурость на лице Рико мгновенно исчезла, словно её и не было, когда он плавно приблизился к Натаниэлю и коротко, но страстно поцеловал его. Натаниэль слегка ошеломлённо наблюдал за тем, как Рико взял бокал вина, плеснув в него немного напитка, и набрал в рот алкоголя. Затем он потянулся к губам Нейта, уверенно и крепко удерживая его за челюсть, позволяя себе открыть рот и передать спиртное через поцелуй. Застигнутый врасплох, он едва успел проглотить алкоголь, проливая половину на себя и ощущая, как холодная жидкость стекла по подбородку и шее. Рико продолжал опьяняющий поцелуй, покусывая губы, и ловко расправился с мокрой от вина рубашкой Натаниэля, бросая её на стол без малейшего сожаления. Его руки решительно добрались до пояса джинсов и резким движением спустили их вниз. Ладонь скользнула по твёрдому члену через тонкую ткань боксеров, вызывая у Нейта невольный вздох и заставляя его дрогнуть от внезапного удовольствия. Борясь с нахлынувшими чувствами, он издал приглушённый стон. Рико, явно упиваясь каждой секундой, не останавливался, касаясь требовательно и грубо одновременно, вынуждая Натаниэля забыть обо всём, кроме того, что с ним сейчас делали. И кто именно. — Посмотри на себя, — хмыкнул на ухо Рико. — Я ещё ничего не сделал, а ты уже готов разныться. Сучка. Его ласкающие касания предательски остановились, заставляя лицо Нейта поморщиться в отчаянии. Эта пытка сводила его с ума. — Выглядишь грустным, — смешок раздался прямо в его губы. Нейт открыл глаза, насупившись и встретившись с тьмой напротив, что прямо сейчас с жестокостью окутала его. — Хочешь, чтобы я сделал что-то? — Уголок тонких губ дёрнулся в усмешке. — Или сам справишься? Что-то в груди затрепетало, а пальцы впились в плечи мужа сильнее. Каждый раз, когда Рико говорил такие смущающие вещи, Натаниэль не знал, что ему ответить, теряясь. Когда молчание, прерываемое его сбивчивым дыханием, затянулось, а рука, надавливающая на член, двинулась, Натаниэль скорее неосознанно ухватился за неё, возвращая на место. — Нет, нет, — прошептал судорожно он. — Я не справлюсь один. Ты нужен мне, Рико. Спина выгнулась от ладони, которой Рико вновь надавил на промежность. — Какой ненасытный, — послышался шёпот Нейту. Ужасные мысли были заглушены кровью, что застучала в его ушах, когда Рико снял боксеры, плюнул на свою ладонь и моментально начал двигать ею, надрачивая Натаниэлю. Влажные звуки стали громче, когда рука мужа задвигалась быстрее, вызывая у Нейта нехотя вырывающиеся стоны. Эти движения сейчас были такими желанными, но в то же время принуждали отталкивать руку от себя из-за слишком сильного напора. Нейт напрягался и извивался, пытаясь найти баланс между наслаждением и неудобством. В конце концов Натаниэль с шумом опрокинул бокал дёрнувшейся рукой, испуганно подпрыгнув и оказавшись сидящим на столе полностью. Глаза были широко раскрыты, а дыхание сбивалось, когда он пытался прийти в себя от неожиданности. Рико ничуть не смутился такой неуклюжести и полностью стянул с него джинсы и бельё одним плавным движением, бросая их на пол. Рико раздвинул его ноги шире, параллельно продолжая двигать рукой, но теперь уже чередуя медленный темп с быстрым. Его касания вызывали у Натаниэля непроизвольные, позорные стоны, которые срывались с его влажных губ. Он в отчаянии смачивал их языком, так как из-за частых вздохов они неприятно засыхали. Рико не прерывался на поцелуи, следя за его реакцией. Это было для Натаниэля чем-то невыносимым. Нужно закрыть глаза. — Поцелуй меня, — еле прошептал Нейт, слыша, как резко усмехнулся Рико. Сухие губы впились крепким поцелуем в его, а свободная ладонь Рико легла на подбородок, заставляя открыть рот и почти сразу же углубить поцелуй. Рико целовал нежно и мягко, несмотря на то, с какой скоростью и грубостью дрочил. Натаниэль вновь крепко зажмурился, ощущая, как начинали подрагивать его бедра, и осознавая, что он был очень близко к тому, чтобы кончить. Закрытые глаза предательски способствовали тому, что ему представились совсем чужие губы и руки. Этот голос вновь заговорил и приказал не сдерживаться. Он почувствовал и увидел краем глаза, как рядом на столе что-то коротко завибрировало со вспышкой, но не стал думать об этом, так как был сосредоточен на том, чтобы действительно не сдерживать себя. Казалось, Рико тоже не заострил на этом внимание, занятый поцелуем, который из мягкого теперь превратился в кусачий. Нейт вцепился в шею мужа пальцами, сжимая его торс бедрами и мыча от предоргазменной судороги. Он бессознательно представлял, что перед ним стоял кто-то другой, и это по-настоящему свело его с ума, заставляя терять опьяненный разум от блаженства. Эндрю. Эндрю, Эндрю… — Рико, — он упрямо вскрикнул имя мужа, оторвавшись от губ, когда кончал в его руку, которая не прекращала движения. Ноги задрожали, словно их сейчас охватит судорога, а живот сжимался в периодических спазмах от резких выдохов. Дыхание и вовсе стало конвульсивным, доводя его до состояния обморока. — Остановись, — Нейт вообще не ощущал поцелуи, которыми Рико покрывал его шею, пытаясь оттолкнуть руку, которая теперь, после оргазма, приносила вспышки боли. — Прошу, Рико, остановись, — прерывисто умолял он. Тот и правда медленно остановился, теперь лениво гладя его и размазывая всю сперму по члену.

**

— «Рико, помоги», «Рико, остановись», — рассмеялся он. — Какой ты сегодня буйный, Натаниэль, — насмехался он, коротко чмокая в губы. Он уткнул голову в изгиб его шеи, пряча вспыхнувшее лицо. Нейт совершенно не испытывал вины за то, что так использовал Рико, однако то, какая именно мысль довела его до пика, заставила мозг расплавиться от смущения. Это ненормально. Он пьян. Это пройдет. Рико чем-то зашуршал, протянув мокрую от спермы руку за спину Нейта, по всей видимости, вытерев её о рубашку, которую бросил ранее на столе. — Держись за меня, — негромко приказал Рико, моментально подхватывая его за бедра. От испуга Натаниэль схватил его за шею, пытаясь не упасть, а Рико, переложив руки на задницу, двинулся к выходу, хорошо ориентируясь в темноте и поднимаясь на второй этаж. Рико донес его на руках до ванной комнаты, вытирая в край потерявшего разум Нейта мокрым полотенцем. Едва ли он чувствовал, что способен поднять руку, но не знал, от алкоголя ли это или нет. После утоления физического желания, которое яростно смешивало в мозгу Нейта абсолютно всё, сейчас он испытывал лишь легкую боль в висках и старался не размышлять о том, что произошло. Успокаивая себя тем, что нельзя сейчас нервничать перед Рико, он плюхнулся на подушки и обернулся в одеяло до подбородка, дожидаясь, пока Рико закончит принимать душ. Нейт уже почти задремал, как вдруг почувствовал, что рядом матрас прогнулся под чьим-то весом и кто-то зашевелился. Рико улёгся рядом и притянул его к себе, зарываясь пальцами в волосы и поглаживая. Натаниэль автоматически устроил голову на его груди и заснул, убаюкиваемый размеренным сердцебиением мужа, которое, казалось бы, никогда и ни при каких обстоятельствах не сбивало свой ритм.

***

Вскочив на постели, Натаниэль часто задышал, сонно вертя головой. Виски пронзила острая боль, и он зашипел под нос, хватаясь за голову. — Чёрт возьми, — зашептал он. Оглянувшись вокруг, он заметил, что Рико рядом нет, и выдохнул от облегчения. Натаниэль был абсолютно голым, а одежды не было рядом, собственно, как и телефона, чтобы можно было посмотреть на время. Печально вздохнув, он понял, что Зоя, скорее всего, уже приехала и застала тот беспорядок, который они оставили после себя в гостевой. Новая волна стыда захлестнула его, заставляя вновь чертыхнуться, однако он упрямо заблокировал все воспоминания того, что произошло ночью. Нейт резко скинул одеяло, торопливым шагом проходя к гардеробу и одеваясь. Умывшись наскоро, он быстрым шагом спустился на первый этаж, молниеносно сворачивая в гостевую, и застал там Рико, который спокойно завтракал. Значит, время раннее. Рико кинул на него секундный взгляд. — Иди ко мне, — а затем отодвинул стул, на котором сидел, освобождая немного места, и стукнул ладонью по колену в безмолвном приказе. Подходя ближе к столу, Нейт заметил какую-то тарелку супа, риса и нарезку фруктов, а рядом и свой брошенный телефон. Он аккуратно присел на бедро Рико, осторожно кладя ладони на его плечи. Крепкая ладонь вмиг обхватила его пояс, сжимая и окуная во вчерашние фантазии, где уже чужая рука так же крепко сжимала его, заставляя теряться в своих чувствах. Нейт чуть не встряхнул головой, пытаясь отогнать эти глупые мысли подальше. — Как себя чувствуешь? — Тон был спокойным. — Хорошо. Я выспался. — Прекрасно, — Рико потянулся к клубнике, ткнув ею по губам Натаниэля. Он быстро откусил половину кислой ягоды. Рико усмехнулся, кинув оставшуюся половину в свой рот. — Ты завел себе нового друга? Этот вопрос был таким неожиданным, что Нейт замер, почувствовав, как что-то в животе ухнуло. Он заставил свои руки не дернуться на плечах мужа. — Почему ты… — На твоем телефоне было сообщение от какого-то номера, который я не узнал. Там было пожелание доброй ночи, пока ты так сладко кончал у меня на руках, — сухо рассмеялся Рико, а затем стёр улыбку. — Ты его подписал как «A». Ладонь на талии стиснулась крепче, словно Нейт мог сейчас попытаться встать и убежать. — Это… — в этот самый момент у него пересохло в горле так, что казалось, он задохнется от кашля и умрёт. — Это господин Миньярд, то есть, — Нейт по-глупому заикнулся, паникуя. — Миньярд? — Вскинул брови Рико, сузив глаза. От нахлынувшей тревоги Нейт едва ли понимал, злился ли Рико или нет. — Да, мы встретились совершенно случайно и заговорили о его работе, — он молился, чтобы его голос не дрогнул, а ноги не задрожали от страха. — Я захотел увидеть ещё немного его работ, и он дал мне свой номер, чтобы… Чёрт возьми, это слишком. Пусть ложь и слетала с его губ, но с каждым словом лицо Рико становилось нечитаемым, а талию неожиданно пронзила вспышка боли. — Как интересно, — усмехнулся Рико, перебив его объяснения, и замолчал. Рико потянулся к шее Натаниэля, коротко чмокнув его за ухом. На мгновение Натаниэль почувствовал расслабление, когда хватка на его талии разжалась. Он успел подумать, что всё в порядке, но вдруг Рико резко поднялся на ноги, заставляя его испуганно вскрикнуть. Он усадил его на стол, и от неожиданности Натаниэль панически опрокинул тарелку с фруктовой нарезкой на пол, разбивая её с грохотом. В шоке раскрыв глаза, он не мог отвести взгляда от лица мужа, которое, как назло, ничего не выражало. Казалось, что ничто не могло всколыхнуть Рико, и это пугало Натаниэля больше всего. — Миньярд довольно-таки любопытный, знаешь ли. Такой профессионал своего дела, — хмыкнув, заговорил он. — Но то, как Кевин чуть ли не подсасывает ему, ни на грамм не умаляет того, какой он невоспитанный ублюдок, понимаешь? Рико остервенело вцепился в челюсть Натаниэля пальцами, не позволяя отвернуть голову даже на миллиметр. Его глаза наконец вспыхнули от ярости, которая мгновенно смела всё мнимое спокойствие. Натаниэль замер от страха. Он боялся даже пошевелиться, чтобы не вывести мужа из себя ещё больше. — И как бы тебе ни нравились его работы, как бы ты ни хотел подружиться с ним, я тебе не позволю, ты понял меня? — Зашипел яростно он. Нейт заставил себя сделать короткий кивок, хоть его голова и была зафиксирована намертво. — Он тебе не ровня, и тебе не подобает общаться с такими отбросами. — Да, я всё понял, — всё же голос Натаниэля предательски надломился. — Хороший мальчик, — он неожиданно отпустил его лицо, мазнув губами по щеке, а затем приблизился к его уху. — Я удалил его номер из твоего телефона, больше не смей связываться с ним. Будь послушным, Натаниэль. — Ладно, — ладони на плечах мужа затряслись от напряжения, и он поспешно опустил их, вцепившись в край стола под собой. Рико отпрянул от него так же внезапно, как и приблизился до этого, оставляя его, дрожащего в панике, одного. Кажется, через некоторое время встревоженная Зоя торопливо вбежала в гостевую, когда услышала, что Рико уехал, и начала быстро собирать разбитую посуду на полу и прибираться, а затем судорожно шептать успокаивающие слова Нейту, который чувствовал себя так, словно его окунули в ледяной океан и заставили захлебнуться насмерть, пронзая легкие соленой водой. Мягкие и такие тёплые объятия Зои почему-то совсем не согревали напрочь замёрзшего Натаниэля.