I'll say that I'm fine. Will you believe me?

Тихо спускаясь по лестнице, Нейт рассматривал свой новый браслет и вдруг услышал, как Рико разговаривал в гостиной. Его голос звучал приглушённо и отчего-то в таком тоне, который заставил Натаниэля поёжиться, хоть он и был в куртке. Он уже был готов поехать в Лисью нору на работу, но что-то его остановило, и он притормозил на пороге комнаты, где по телефону разговаривал его муж. Тот стоял спиной к нему рядом со столом, слегка сгорбив плечи. Рико был одет, словно он должен был вот-вот уехать по делам, но звонок резко оторвал его от этого дела, что сильно удивило Нейта. Грубый тон и японский язык заставили его вновь испытать дрожь в коленях от страха, но он упрямо не двигался, прокручивая в голове встречу с Ичиро. — Какого чёрта мне не сообщают об этом? — Повысил голос Рико. — Ты хоть знаешь, кто я такой? Или мне напомнить? Секундная тишина вовсе не успокоила Натаниэля. Он пальцами вцепился в стену, размышляя, стоит ли ему втихую уйти, чтобы не попасть под горячую руку, или всё же узнать, в чём дело. — Мне плевать, что он сказал, — рявкнул тот, резко выпрямившись. Нейт неосознанно отпрянул назад. — Ты пожалеешь о своём решении. Я спалю это место дотла и всех вас, безмозглые шавки. Натаниэль судорожно попытался понять, с кем он мог разговаривать, но мозг, как назло, не мог подкинуть ни одну идею. Это определенно был кто-то из подчинённых, но он не мог понять, кто и с чем это связано. Почему Рико так злится? Он срывался по любому поводу в последнее время, но физически на Нейта это отчего-то перестало распространяться, сильно вводя его в ступор. Ему было бы спокойнее и привычнее, если бы он не испытывал такие смешанные чувства. Насилие было для него привычным. И его отсутствие пугало Натаниэля до чертиков, так как это означало, что происходило нечто серьёзное настолько, что в конце концов сделает ему ещё больнее. Отчего-то лицо его сморщилось в отчаянной гримасе от этих мыслей, но он упрямо игнорировал страх и желание сбежать. Ему нужно разговорить Рико. Тот через несколько мгновений скинул звонок, с силой сжимая телефон в руке. Он словно хотел разбить его к чертям собачьим, но вдруг негромко рассмеялся, постучав уголком телефона по губам. — Рико, — негромким голосом осмелился позвать Натаниэль. Рико моментально повернул голову вбок. Тотчас потеряв всю свою уверенность, Нейт вовсе позабыл, что хотел сказать. И замолчал. Тем временем Рико развернулся к нему, спрятав телефон в кармане брюк. Его лицо не выражало никаких эмоций, но глаза искрились злобой. Натаниэль знал этот взгляд — Рико хочет пытать и убивать. Он испытывал такой гнев, что Нейту стоило бы позорно сбежать, но он смотрел ему в лицо и стоял на месте, испытывая панику. Глаза Рико всего на долю секунду прищурились, изучающе оглядев его с ног до головы, а затем остановились на лице. Рико поджал губы, а затем спокойным голосом заговорил. — Выспался? — Первым разрушил тишину он. Натаниэль кивнул, находясь в шоке от того, что Рико равнодушен. — Я собираюсь на работу. Сет меня ждёт, — сказал он. Рико лишь коротко кивнул. — У тебя сегодня нет дел? — Есть. Это заставило его судорожно выдохнуть, но так, чтобы Рико не заметил. Натаниэль никогда не спрашивает о его делах. Не лезет с вопросами. Этот урок давно усвоен, но что-то сегодня было не так. — Всё в порядке? — Собрав всю свою смелость, выпалил Натаниэль. Пальцы крепко впились в стену рядом. — Тебя что-то разозлило? Рико сделал несколько шагов вперёд, и Натаниэль держался на месте только благодаря охватившему его страху. Он ударит? Нейт перешёл грань? Что он сделает? Что… — Беспокоишься обо мне? — Рико властно притянул его за куртку к себе, коротко чмокая в губы. Натаниэль выдохнул удивлённое «да» ему в рот, слыша моментальный смешок. — Не забивай голову этим, Натаниэль. Это не твоё дело. — Хорошо, не буду, — сдался Нейт сразу же. Он не мог больше переходить через себя. Это слишком. Сейчас он испытывал такой сильных страх, что лучше засунет своё любопытство подальше, лишь бы ненароком не осечься. Рико говорит не забивать голову этим — Нейт послушается. Он не собирался злить его расспросами. Всё просто. Всё в порядке. Размышляя о том, что сейчас самое время поговорить с Сетом об этом, он открыл рот, чтобы сказать, что ему нужно идти, но Рико вновь припал к его губам, коротко сжав его шею и зафиксировав голову на месте. Натаниэль осторожно вцепился пальцами в его предплечье, пытаясь найти в этом опору, так как Рико вмиг стал напирать. Поцелуй из коротких чмоков и укусов превратился в глубокий, рука на шее начинала сжиматься крепче, пугая его ещё больше. Он старался поспевать за мужем, но едва ли мог хватать воздух — лёгкие неприятно зажгло. В край задохнувшись, он скорее рефлекторно дернул голову назад, разрывая поцелуй с влажным звуком и ощущая сразу, как ногти впились в шею. Натаниэль начал жадно хватать кислород ртом, с ужасом глядя на невозмутимого Рико, которого это действие не вывело из себя. Тот лишь коротко поцеловал уголок его губ и отпустил. Отпустил? — Я отвезу тебя, — бросил Рико, выходя в коридор. — Не задерживайся. Буквально через несколько секунд Натаниэль услышал, как открылась и закрылась входная дверь. Он моментально побежал к выходу из гостиной и пулей влетел на кухню, видя, как Зоя занималась мытьём посуды. — Зоя, — пискнул он, сразу же замечая, как та обеспокоено вскинула голову. — Ты подсыпала успокоительное в завтрак Рико? — О господи, нет, — в шоке выпалила она, быстро вымыв руки и закрыв кран. — Боже, что такое? Что случилось? Её тревога ничуть не успокоила его. — Он так кричал на кого-то по телефону, что я думал, — Нейт запнулся, оглядываясь. — Я на секунду подумал, что Рико меня ударит за лишние вопросы, но он этого не сделал. Зоя охнула, прижав ладони ко рту, а затем подошла и прижала его к себе, коротко обнимая. Нейту вдруг стало слишком жарко в куртке, но он упрямо игнорировал этот дискомфорт, вцепившись в Зою. Ему нужно было прийти в себя после испытанной паники. Сердце потихоньку начинало успокаиваться и биться в ровном темпе. — Слава богу, что этого не произошло, — шепнула она. — Господин и правда на взводе в последнее время. Даже я это заметила. Он отстранился, прикусив губу в раздумьях. — Я пытался узнать, что случилось, но он не говорит. Что мне делать? — Тогда лучше не напирать на него, — заключила Зоя тревожно. — Будь осторожен, сынок. Если с тобой что-то случится… — Нет-нет, — быстро перебил Нейт её. — Я осторожен. Всё будет в порядке. Ободряюще улыбнувшись, он вновь крепко обнял её, чувствуя, как полностью успокоился в руках самой близкой женщины. — Я поеду на работу с Рико. Хорошего дня. А затем, то ли от всколыхнувшихся нервов, то ли от поднявшегося настроения, выпалил: — Можешь расслабиться и быть боссом сегодня, Зоя! И выбежал в коридор, слыша краем уха, как она весело выпалила что-то о несносных мальчишках, а затем начала поминать Бога. Это так развеселило его, что он чуть не забыл, что его на улице ждал Рико. Стерев глупую улыбку с лица и сделав несколько глубоких вдохов, он открыл дверь, замечая сразу заведенную машину и Сета рядом. Холод приятно окутал его разгоряченное тело, поэтому он спустился по лестнице чуть медленнее, чем обычно. Сет открыл ему дверцу переднего пассажирского сиденья. Его лицо было хмурым, а сам он отвернул голову вбок. Нейт аккуратно сел на сиденье, едва ли не подпрыгнув от громкого звука закрывшейся двери. Что-то тихонько щелкнуло в машине, а Натаниэль сразу пристегнулся, зная, с какой скоростью Рико обычно ездит. Рико моментально вдавил педаль газа. Нейт молча молился о том, чтобы дорога до работы оказалась короче, чем была на самом деле. Ладони влажные, кажется, они слиплись с джинсами, которые он незаметно сжимал в попытках успокоиться. Он вспомнил о поездках с Эндрю и то, как ему бывало комфортно. Движения Эндрю за рулем были ровными и предсказуемыми; голос Эндрю странно успокаивал, расслабляя все его мышцы. Натаниэль невольно сравнивал эту поездку с поездками с Эндрю и не мог не замечать разницу между напряжённым молчанием сейчас и легкостью в общении тогда. Иногда он думал, что едва ли заслуживал такого человека, как Эндрю. Или вообще не заслуживал. Действительно ли реален Эндрю? Каждый раз он убеждался в этом, проводя с ним самое чудесное время, но, возвращаясь туда, где ему место, а именно — в самое пекло ада, он ощущал такой сильный контраст, что волей-неволей чувствовал, что всё хорошее, что с ним случилось — это не реальность, а жестокая выдумка мозга. Стараясь казаться меньше, Нейт глазами непроизвольно цеплялся за дорогу, но он периодически наблюдал за каждым движением Рико. Он ожидал, что что-то пойдёт не так, но его муж был молчалив. Словно был по-настоящему спокоен. Однако… Натаниэль не сошел с ума и своими глазами видел ярость Рико. Он не мог быть спокойным, но, понаблюдав за ним ещё немного, он наконец заметил его резкие движения. Заметил, с какой силой Рико сжимал зубы и ладони, когда выворачивал руль. Даже прожив с ним несколько лет и полностью приняв изменившегося Рико, он не мог сказать, что сможет предугадать его действия. Не мог сказать, что знал, что именно тот сделает дальше. И пока он думал обо всем этом, окунаясь в беспокойные воспоминания, машина вдруг затормозила, а Натаниэль запоздало понял, что они доехали. Он быстро расстегнул ремень безопасности, кидая секундный взгляд на Рико. — Отвратительное место, — протянул Рико равнодушно. — Неужели сюда и правда ходят люди? — Мэтт говорит, в будние дни меньше, чем в выходные, — ответил Нейт негромко. — Но этого достаточно. Рико повернул к нему голову, Натаниэль вмиг поднял глаза. — Я бы устроил тебя в место куда лучше этой дыры, — предложил он серьёзным голосом, придавливая к месту тяжёлым взглядом. — Ты этого хочешь? Что-то рухнуло внутри Натаниэля на этих словах, но он заставил себя не реагировать. Не дёргаться. — Дело не в этом, — осторожно начал он, собравшись с силами. — Здесь Мэтт и Дэн. Мои друзья. Мне бы не хотелось менять место работы. На губах Рико расползлась короткая улыбка; он пару секунд стучал пальцами по рулю, а затем всё же громко фыркнул. — Натаниэль, малыш, — протянул он почти ласково. — Ты стал таким сентиментальным и чувствительным. В чем причина таких изменений? — Я… — он теперь сильно занервничал. Что он творит? Ему не стоило открывать свой глупый рот. — Где твоё «всё в порядке, Рико», «как ты скажешь, Рико»? Ты вдруг вспомнил, что у тебя есть своё мнение? — Прости меня, я не хотел переходить… — Мне это даже нравится, — перебил его он, удивляя его раз за разом. Рико схватил его за шею, притягивая к себе, а Нейт рефлекторно уткнулся ладонями в его бедро, перегнувшись корпусом через подлокотник. Он несколько мгновений целовал Нейта слишком мягко, а затем отстранился всего на пару сантиметров, чтобы несколько раз коротко поцеловать уголок губ и щеку. Сердце предательски громко забилось в груди, зрительный контакт с Рико вовсе не успокоил его. Тот внимательно изучал его, словно знал всё то, о чем он думал, а затем провёл большим пальцем по нижней губе, стирая и забирая отголоски нежности и поцелуя. — Я заеду за тобой вечером. Поужинаем вместе, — теперь ладонь Рико незаметно перешла, будто змея, на его шею, но не сжала. Но Натаниэль всё равно ощутил мертвую хватку, сдавливающую и душащую его в железных тисках. — Что скажешь? — Буду ждать тебя, — выпалил он первое, что пришло в голову, и услышал резкий смешок. — Иди. Рико вмиг отпустил его, отворачиваясь, а Натаниэль выскочил из машины скорее на рефлексах после того, как услышал короткий и понятный приказ. Он торопливым шагом заскочил в кофейню, сразу же окутываясь таким знакомым запахом. Лисья нора была уголком уюта и тепла в этом огромном городе для него. То, что эта работа — единственное, на что не повлиял Рико, делало это место ещё ценнее и любимее. За столько лет здесь многое изменилось, улучшилось, но самые близкие друзья остались рядом с ним, несмотря ни на что. Осознавая, что он немного опоздал, Нейт посмотрел на кассу и заметил Мэтта вместо Дэн. Тот улыбался и махал ему рукой. Нейт быстрым шагом подошёл к нему. — Я сильно опоздал? — Нет, я недавно открыл кафе. Ты как? — Я в порядке, Мэтт, — выдохнул он с улыбкой. — Ты сегодня вместо Дэн? Почему? — Ага, — протянул он, фыркнув. — Она сказала, что ей нужно заняться кое-чем очень важным. И приказала мне не совать свой нос в её дела. — Оу, — неловко ляпнул Нейт, смутившись. — Тогда я пойду на своё место. Мэтт широко улыбнулся. — Сначала зацени, что я испёк сегодня, — он загадочно подмигнул, подзывая к себе. — Я отложил несколько штук для моей принцессы. Он указал пальцем на прилавок, где покоились песочные круглые печенья с малиновым джемом сверху в форме сердца. — Вау, — ему это и в самом деле очень понравилось. — Это выглядит невероятно вкусно. Скоро ты перегонишь Дэн в готовке. Ей это не понравится. Мэтт заливисто хохотнул на это сильное заявление. — Ни за что, — покачал он головой. — Она всегда будет первой и неповторимой. — Ну да, так оно и есть, — сдался сразу Нейт. — Ты завтракал? — Нет. — Садись где-нибудь, я сделаю тебе зеленый чай, — улыбнулся он. — Ну Мэтт, — протянул он, испытывая лёгкий стыд. — Ты не обязан, это для клиентов. Тот нахмурился, словно искал кого-то в воздухе наверху. — Чёрт, — пробормотал он под нос, хмурясь. — Не вижу никого. Кто там пищит такой низкий и недовольный? — Мэтт, это очень подло с твоей стороны, — нахохлился он в шутку, а затем возмущенно повысил голос. — Или я должен сказать «с высоты»? Я разрисую сегодня жирафа в честь тебя. Мэтт пожал плечами, сдерживая смех, и отвернулся готовить чай, словно Нейт действительно был невидим. Садясь за уже привычный стол, где они с Эндрю чаще всего разговаривали, и вдыхая аромат кофе, он смотрел, как постепенно наполняется зал, и слышал первые звуки утренних разговоров. Они с Эндрю давно не виделись после того… Чёрт. Чёрт. Чёрт. Каждый раз, вспоминая о том, что он натворил в той студии, он мечтал исчезнуть от сшибающей волны смущения. Вспыхнувшее желание снесло ему разум, вынуждая его пойти на поводу у самых развратных желаний, а Эндрю не прогнал. Сжимал крепко и направлял. Раздевал взглядом и чуть ли не брал его потемневшими от похоти глазами. Переписка с ним — совсем другое. Они никогда не поднимали эту тему, словно оба ждали личной встречи, чему Нейт был вовсе не рад. Он не может представить, как должен теперь смотреть Эндрю в глаза. Что он скажет? Что сделает? Будет ли тот вести себя так, словно это в порядке вещей? А вдруг для Эндрю это и есть норма? Натаниэль не знал. Но каждый раз, вспоминая то, с какой страстью Эндрю сжимал его тело в своих сильных руках, словно никогда не отпустит, не предаст и будет рядом даже тогда, когда Нейт был так уязвим и находился на волоске от настоящего безумия, он сходил с ума ещё больше. Его низкий голос, говорящий ему на ухо пошлости, стал для Нейта новой любимой вещью. До сих пор он только представлял, как это будет звучать на самом деле, но в реальности всё оказалось намного более возбуждающим. Это чертовски разнилось с тем, какие слова ему говорил Рико. Те вгоняли его в неприятный стыд и заставляли теряться от невозможности сказать что-либо в ответ, но с Эндрю… Каждый раз, когда они с Рико занимались сексом, он невольно вспоминал тот день. Вспоминал, как Эндрю хвалил его и был так нежен. Один раз Рико ляпнул что-то похожее на похвалу, а Нейт бессознательно попросил его повторить. И он это сделал. Повторил несколько раз, и это довело его до чертовски яркого оргазма, пусть он и представил на месте Рико совсем другого человека. Хотя это и разнилось с грубыми касаниями мужа, но всё же он стал наслаждаться только от одной мысли, что Эндрю хотел его. Он хотел его всё это время, пока Натаниэль думал и сгорал от своих чувств, которые оказались… Чёрт. Натаниэль не жалел. Рико это даже нравилось, он лишь единожды подметил то, каким отзывчивым он стал в постели, обжигающими словами: «Ты стал таким нуждающимся, малыш». Это вогнало его в сильное смятение, но Рико говорил много обидных вещей, много смущающих и вводящих в ступор, а поэтому Натаниэль постарался стереть этот момент из памяти. Забыть. — Эй, дружище, всё нормально? Выглядишь так, словно уже попробовал моё печенье, — Мэтт весело поставил на стол чай и печенье. — Да. Кажется, я слишком сильно задумался, — увел разговор в другое русло Нейт, улыбаясь. — Спасибо, Мэтт. — Пожалуйста, — коротко рассмеялся он, хлопнув его по плечу. Шумно вздохнув, он сделал короткий глоток тёплого зеленого чая и уткнулся подбородком на ладонь, туманно рассматривая всё вокруг и находясь совсем не здесь. Ему казалось, что он тянул Эндрю на дно, он хотел оставить это расстояние между ними, съесть свои вспыхивающие чувства, но сейчас осознавал — они оба на глубоком дне. И оба сделали это добровольно. Пусть он и позволил себе признать, что он испытывал к Эндрю нечто больше, чем дружеские чувства и… В груди что-то с силой сжалось, принося ему нестерпимую боль. Пусть всё и казалось ярче, живее, наполненным смыслом. Он знал… знал, что это нечто невозможное, как бы он ни хотел. Но он был благодарен Эндрю за то, что он наполнил его сердце такими светлыми чувствами. Нейт мог вспомнить каждую деталь той ночи, когда Эндрю сжал его в объятиях, не отдал свою боль, но забрал его. Те моменты до сих пор казались ему такими живыми, что Натаниэль мог почти физически ощущать их на своей коже даже сейчас, но теперь они стали лишь воспоминаниями, оставляющими сладкую горечь на душе, когда он понимал, что его жизнь предопределена и он не мог сделать что-либо, чтобы вверить себя в такие тёплые и заботливые руки Эндрю. Душевные терзания усиливались в сто раз осознанием того, что он мог потерять Эндрю навсегда. Один неверный шаг. Одно неверное слово. Если Рико о чём-то узнает… Нет, нет, нет. Он даже мысленно боялся думать об этом. Он безумно хотел быть с ним, но понимал, что его эгоистичное желание может разрушить абсолютно всё. А Натаниэль всегда разрушал всё, к чему прикасался. Он помнил слова Эндрю о том, что тот прекратит всё, как только он скажет ему «нет», но каждый раз, видя его вживую, его язык словно прирастал к небу, и всё, что оставалось Нейту — смотреть и наслаждаться, возможно, последними секундами их встречи. Он пытался занять себя, отвлечь свои мысли, но все его попытки были напрасны. Всё напоминало об Эндрю. Даже чертов Рико напоминал о нём. Но он не мог просто отключить своё сознание, мучаясь. Возможно, он и не хотел этого. Не хотел забывать Эндрю. Музыка, которую они вместе слушали, фильмы, которые смотрели, даже простые встречи, проведённые здесь — всё вызывало в его памяти безудержный трепет. Самым трудным для него стали ночи, когда Рико прижимал его к своей груди, и когда Натаниэль изо всех сил цеплялся в его плечи в ответ, пытаясь успокоить своё бьющееся в тоске и обиде сердце. Тишина комнаты становилась настолько невыносимой, что мысли об Эндрю обрушивались на него с новой силой, и ему просто нужно было хотя бы представить, что он вновь оказался в той новогодней ночи, когда тот прижал его к себе и не отпустил. Когда он дал ему безопасность, согрел его так, что ему чертовски не хотелось разрывать это объятие. Хотелось застрять в этом моменте навсегда и чувствовать его снова и снова. Он лежал без сна, крепко обнимая Рико, пытаясь утешить себя мыслью, что где-то там, возможно, Эндрю тоже думал о нём. Но эта слабая утешительная мысль не могла прогнать чувство пустоты, которое окутывало его маревом боли и одиночества, пусть Рико и сжимал его почти ласково в ответ, осыпая лицо нежными короткими поцелуями. Грядет что-то ужасное. И он не мог больше подставлять Эндрю. Ему нужно… Ему необходимо сказать Эндрю «нет». Глубоко вздохнув, он потянул пальцы к печенью и сделал небольшой укус, разделяя сердечко посередине на две части, и едва ли не пропустил, как напротив скрипнул стул и кто-то с шумом уселся. Замерев от паники, он не сразу вскинул взгляд, а когда всё же поднял глаза… — А говорил, не любишь сладкое, — невозмутимо обвинил Эндрю. — Лжец. Он чуть не подавился печеньем и быстро сделал большой глоток чая, разглядывая его. Как же он скучал по нему. Привычная и полностью чёрная одежда, внимательный, будоражащий взгляд болотных глаз. Спокойное лицо, что словно было выточено в этом выражении навсегда. Несколько знакомых цепей на шее, которые Нейт успел запомнить. Знакомый парфюм… Такой знакомый… знакомый Эндрю. Эндрю. Эндрю, Эндрю… — Эндрю, почему ты здесь? — Выдохнул он ошарашенно, чувствуя теперь чертовски ярко свою сильную тоску по нему. — Соскучился, — всё так же невозмутимо признался он, заставив всё же его кашлянуть от шока. — Ты не можешь говорить такие вещи с таким лицом. Эти шутки невыносимы, Эндрю, — протараторил он, ощущая, как лицо начинало теплеть, а сердце биться чаще от его слов. — Могу повторить, чтобы ты убедился в обратном, — ухмыльнулся Эндрю. — Я соскучился по тебе, Абрам. Его лицо неожиданно охватил жар, а ладони вспотели. Эта робость была такой необычной после долгих недель печали и тоски, что Натаниэль почти забыл, как на неё реагировать. — Я… А Эндрю не сводил с него взгляд. — Я тоже очень соскучился по тебе, Эндрю, — он увидел, как его плечи резко поднялись и медленно опустились, словно Нейт его смутил. Возможно, так и было. Натаниэль внутренне ликовал от такой реакции. Он вдруг заметил, как Эндрю посмотрел на печенье, и вмиг подвинул тарелку к нему. Тот лишь, не удивившись, слегка вскинул брови на такой жест. — Всё равно я не съем всё, — улыбнулся Нейт, повертев у лица своим надкусанным печеньем. — Ты попробуешь? — Да, — всего лишь согласился он, а затем наклонился над столом, обхватывая зубами печенье прямо из его рук. Натаниэль очень ярко ощутил, что мир вокруг него внезапно ожил, наполнившись насыщенным цветом и звуком, а затем потух и разрушился, оставляя его в этом моменте навечно. Эндрю не коснулся его пальцев, но по его рукам всё равно пробежался ток, заставив его выпрямиться и сесть ровнее. Потеплевшее лицо теперь горело пламенем, и он силком держался, лишь бы не отвести взгляд от Эндрю, который, словно ничего не случилось, жевал печенье, рассматривая его в ответ. — Это сносно, — заключил он, потянувшись к его чаю и сделав глоток. — Блять, а это уже вообще не сносно. — Эти печенья сделал Мэтт, — сообщил он с улыбкой. — Ставлю два из десяти, — нахмурился Эндрю. — Ты сегодня очень щедр, — жутко веселясь, заметил Нейт. — Так и есть, — фыркнул Эндрю, а затем протянул совсем маленький мешочек, перевязанный ленточкой. — Что это? — С интересом выпалил Натаниэль, напрочь забывая о всякой вежливости. — Ты мне не скажешь, что там находится, да? — Придётся тебе самому с этим справиться, — медленно проговорил Эндрю, а Натаниэль подавился слюной. Он громко закашлялся от неожиданности. То, как Эндрю двусмысленно превратил те слова, что говорил в край расплавившийся от эктаза Нейт, когда так бесстыдно раздвигал под ним ноги, в нечто обычное, сбило его напрочь. Натаниэль больше не мог держать лицо спокойным, испытывая невыносимый жар и стыд, а Эндрю хоть бы хны. Если бы Нейт знал, во что превратится их разговор об этом, то миллион раз бы начал эту тему в переписке. Пусть он задохнется от паники сам с телефоном, чем лицом к лицу с Эндрю. Это было просто невыносимо. Тот откинулся на стуле, нагло улыбнувшись и спрятав ладони в карманах кожанки. — Что-то не так? — Дерзко поинтересовался Эндрю, наклонив голову вбок. — Всё в порядке, — нахмурился Натаниэль, испытывая желание исчезнуть с лица земли от неловкости. Глубоко вздохнув, он решил, что сам был в этом виноват, и что сделано, того не воротить. Но внутренний Шекспир и эти мысленные успокоения ни на процент не умаляли его жар в груди, расползающийся по всему телу. Вспомнив о том, что маленький мешочек всё ещё лежит на столе, он с неудержимым интересом потянулся к нему, стараясь не зацикливаться на своём смущении. Он раскрыл ленточку и высыпал на руку две крошечные серебряные сережки в виде розочек. Быстро подняв глаза на Эндрю, он увидел лишь его прищуренный, внимательный взгляд, под которым он бы добровольно отдался. Натаниэль чуть не встряхнул головой. Эндрю смотрел так, словно он ждал его реакции, но Нейт не мог собраться даже с мыслями. Эндрю так бережно относился к тому, что Натаниэль когда-то сказал, и это заставляло кусать губы в попытках сдержать глупую-глупую улыбку. — Сегодня какой-то особенный день? — Игриво спросил он, всё-таки не сдержав широкой улыбки. Красивый Эндрю отвёл взгляд и выпрямился на стуле. — Не знаю. А ты как думаешь? Натаниэль не ответил, расставаясь с самоконтролем. Он растаял и превратился в лужу под его глазами. Чертовски хотелось прямо сейчас прижаться к нему и не отпускать. Хотелось чувствовать его, дышать им и быть всегда рядом. Возможно ли то, что он действительно стал чувствительным и эмоциональным? Он потерял бдительность настолько, что даже Рико это заметил, но… Как же он был счастлив. — Спасибо, Эндрю, — нежно вырвалось у него. — Они такие замечательные. Я хочу их надеть. Но он не желал отходить в уборную и оставлять Эндрю хоть на минуту, когда у него есть возможность провести время вместе. Ему послышался глубокий вздох, словно Эндрю возился с капризным ребенком, а следом тот передвинул стул так, чтобы сесть рядом с ним. Натаниэль невольно задержал дыхание от такой близости и увидел, что Эндрю зачем-то протянул ладонь. Запоздало поняв, что тот ждёт сережки, он отдал их ему. — Да? — Протянув к его лицу свою ладонь, спросил он. Натаниэль кивнул, едва разлепив свои губы, чтобы ответить. — Да. Он ощутил легкое касание холодных пальцев на мочках горящий ушей. Эндрю снял одну пару его сережек, надевая сначала одну, а затем мягким касанием повернул его голову так, что Нейт случайно чуть не уткнулся в изгиб его шеи и чуть не задохнулся от запаха Эндрю. Тот лишь надел вторую серьгу, к сожалению, слишком быстро отдаляясь. — Так лучше? — Эндрю взглянул на него и спросил негромким тоном, лишая его дара речи. Он бы хотел смотреть на него и утопать в его глазах, но Эндрю ждал ответа. — Ты не занят сегодня? — Ляпнул он, прежде чем успел признаться, что умирал внутри тысячу раз от своих чувств к нему. — Нет. — Поможешь мне? Теперь уже, не удивившись, Эндрю хмыкнул, поднимаясь на ноги и без комментариев уходя к месту, где Нейт обычно работал. Сдерживая улыбку, он направился к Мэтту, который, в свою очередь, очень усердно натирал тряпкой пустой бокал, подозрительно косясь на Эндрю. — Мэтт, печенье очень вкусное, спасибо, — он перегнулся через стойку, хватая один фартук и завязывая его на талии. — А этот засранец здесь почему? Я всё ещё не понимаю, как ты его терпишь, — Мэтт не поддался комплименту. — Он сегодня будет мне помогать, — сообщил он с улыбкой, а затем надавил обиженным тоном. — И тебе вообще-то тоже, так что перестань обзывать его. — Просто невероятно, Нейт. Он пришел и околдовал твой разум и вообще, — говорил он возмущенно, но Натаниэль с широкой улыбкой помахал ему, совершенно не слушая и уходя вглубь кафе. К Эндрю. Мэтт покачал головой и занялся подошедшим клиентом, а Нейт, чуть ли не подпрыгивая, торопливым шагом шёл к столам, но неожиданная сцена перед глазами остановила его на месте. Эндрю, который всегда казался таким серьёзным, сидел за столом с маленьким ребёнком, и они вместе разукрашивали глиняные фигурки. Мальчик лет пяти громко что-то лепетал и тыкал крошечными пальчиками в краски, которые Эндрю любезно ему открывал, чтобы тот мог использовать их. На лице Эндрю неожиданно заиграла мягкая улыбка, когда он подсказывал ребенку, как смешивать цвета, чтобы получить новые оттенки, а маленький художник восторженно пищал, прыгая на стуле, чуть ли не разбрасывая по всему столу принадлежности. Нейт подошел поближе, с интересом наблюдая за их занятием. — Это выглядит весело. Можно я к вам тоже присоединюсь? Эндрю вскинул голову. — Конечно, присаживайся, — очень вежливым тоном ответил Эндрю. Ребёнок начал хихикать. — Видишь, у нас здесь вся радуга цветов. И острые кисти, чтобы атаковать противников. Это заставило его заливисто рассмеяться. Эндрю звучал чертовски смешно, говоря такие детские глупости. — О, да, вижу, у вас в арсенале есть то, чего нет ни у кого на свете, — хитро проговорил Нейт, присаживаясь рядом с Эндрю. А тот хмыкнул, повернув голову к нему. Малыш со светло-русыми волосами с восторгом поднял голову, увидев Нейта. Он был одет в коричневый комбинезон, словно вышел из какого-то мультика, и эта мысль чуть не заставила его засмеяться. — Эндрю, кто это? Он наш враг? — Громким шёпотом спросил ребёнок, косясь на Натаниэля. — Нет. Это Абрам, он — друг, — ответил деловито Эндрю, принимаясь мять пластилин в руках. — Ва-ау, — протянул ребёнок высоким голосом, подпрыгивая на месте. — Меня зовут Тео! — Я так рад знакомству с тобой, Тео, — мягко улыбнувшись, Нейт протянул руку и слегка пожал маленькую ладошку. — Смотри, я разукрашиваю дракона, — пролепетал Тео, чуть ли не тыкая ему в лицо мокрой от краски фигуркой. — А ты что будешь рисовать? — Думаю, я просто буду наблюдателем, — усмехнулся он. — Ты решил спихнуть на меня всю свою работу? — С подозрением спросил Эндрю. — Ты не выглядишь сильно возмущённым. Эндрю лишь улыбнулся на это, вгоняя Натаниэля в жар. Пока Тео неаккуратно разукрашивал свою фигурку, они зацепились глазами друг за друга и не могли оторваться, словно между ними витало ощутимое притяжение. Натаниэль словно заново изучал Эндрю, сантиметр за сантиметром. Его светлые брови, лёгкая хмурость, зачастую поджатые губы, которые иногда дёргались в стороны, завораживая его. Снаружи он казался колючим и невозмутимым, однако его болотные глаза говорили о многом. Нейт восхищался им и с жадностью запоминал, как свет играл в его волосах и как менялся оттенок его глаз в разное время дня. Он и не заметил, как часто задышал, умирая от огня в груди и расплавляясь от желания коснуться его лица, провести невесомо пальцами, очерчивая его, а затем спуститься целующими касаниями вниз по шее, чтобы послать по телу Эндрю колющие мурашки. Был бы он против? Понравилось бы ему? Натаниэль хотел бы узнать. Прикусив губу от своих едва ли контролируемых мыслей, он уловил, как глаза Эндрю на секунду задержались на его губах, а потом тот дёрнул голову вбок, словно теперь мять пластилин в руках было жизненно необходимым. — Нам нужен замок и принцесса, чтобы её спасти, — Теодор выпучил свои карие глаза, залезая ногами на невысокий стул, чтобы разглядеть всё на столе. — Но кто будет охранять замок? — Резонно поинтересовался Эндрю. — Может, мой сильный дракон с этим справится? — Может быть. В какой цвет ты покрасишь замок? — Я не знаю, я никогда не видел замков в реальной жизни, — расстроился Тео, обиженно дуя губы. — Только смотри, не покрась его в черный цвет целиком. У нас здесь не город летучих мышей. — Потому что этот город олицетворяешь ты? — Хохотнул Нейт, ловя невпечатлённый взгляд. — Да, — неожиданно ответил Эндрю, вновь смеша его. — Правда? — Восторженно прошептал Тео. Натаниэль снова засмеялся, но уже громче. — Только никому не говори, — нашёлся с ответом Эндрю, тяжко вздыхая, словно его поймали с поличным. — Это очень секретный секрет. Его нельзя раскрывать никому. — Я никому не скажу, честное слово, — Теодор приложил ладошки ко рту, словно уже сдерживая секрет. И вот уже Эндрю негромко рассмеялся, напрочь очаровывая Натаниэля. Они просидели так, наверное, до обеда, болтая с детьми и развлекаясь, пока их родители спокойно наслаждались своими напитками, но в какой-то момент Эндрю позвонили, и он сказал, что ему нужно уехать. С той самой секунды, когда он ушел, Нейт стал испытывать сильную тоску. Он не знал, когда они встретятся ещё раз, но уже безумно скучал. Возможно ли так, что даже если человек рядом, можно испытывать такую сильную тягу к нему и неудержимую тоску? Натаниэль вдруг осознал, что можно. Глупый-глупый рот так и не раскрылся, чтобы сказать Эндрю «нет».

***

Тихий гул машины приятно убаюкивал Натаниэля. Он действительно спросил Сета о переменах, о возможных новостях, но тот лишь сильнее нахмурился, рассказав, что доверенный человек, который был в личном кругу Кенго и Ичиро, был ужаснейшим образом зарезан, как и вся его семья. Некогда личный секретарь и правая рука главы Морияма был жестоко убит, но за что? Сет лишь сказал, что, возможно, тот попался на том, что треплет языком. Но он не был уверен. Однако Сет потерял доверенного напарника, и теперь у него были связаны руки. Оставалось лишь надеяться на ненадёжные слухи. Вспомнив встречу с Эндрю, Натаниэль невольно расслабился. Он вновь ощутил тепло тех взглядов, которыми они обменивались вчера. Затем его думы переключились на будущее, что ожидало его. Он размышлял о своих планах, мечтах и о том, как бы он хотел построить свою жизнь, если бы только мог что-нибудь воплотить в реальность. В этих раздумьях было место и для Эндрю, и для их невозможного совместного будущего. Нейт представлял, как было бы прекрасно делить каждый день с ним, встречать вместе рассветы и провожать закаты. И что-то с силой сжалось в его груди, а затем вспыхнуло острейшими иглами, принеся ему ужаснейшую боль. Он подумал о вчерашнем вечере, когда они с Рико ужинали вместе в незнакомом ему ресторане. Пока они неторопливо просматривали меню, его глаза избегали встречаться с цепкими глазами мужа, словно тот смог бы прочесть всю его неуверенность или узнать, что он в который раз ослушался его, проведя время с Эндрю. Звон столовых приборов и перешептывания других посетителей были единственными звуками, которые осмеливались нарушить удушливую атмосферу. С вином, текущим по венам, напряжение между ним и Рико медленно начало рушиться, освобождая место разговорчивости. Возможно, именно алкоголь развязал Рико язык, и тот вскользь упомянул про скорый приезд его старшего брата, подтверждая слова, которые Ичиро сказал Натаниэлю в злосчастный вечер в отцовском доме. В этом потоке сознания время в дороге пролетело незаметно, и вот уже знакомые улицы, знакомые очертания дома уныло встретили его. Он устало поднимался по лестнице, плавая в своих странных мыслях. Ему открыла Зоя, взгляд которой был наполнен тревогой. Натаниэль вмиг сжался, предчувствуя, что что-то было не так. — Абрам, милый, — шепнула она, — господин спрашивал о тебе. — Почему? Он мог позвонить, если что-то срочное, — удивился Нейт. — Ох, — Зоя покачала головой, — не знаю наверняка, но он в гостиной. Будь аккуратнее, хорошо? — Да, — ответил он ей, на секунду вздрогнув всем телом. Зоя быстро кивнула, задержав беспокойный взгляд на его лице, и тихонько зашагала на кухню. Нейт ещё минуту собирался с силами, глубоко дыша, он скинул куртку на ступеньку лестницы, ведущую на второй этаж, чтобы забрать её после того, как поговорит с Рико. У них не было повода для скандала. Нейту не о чем переживать. Но он всё ещё не знал, как Рико себя поведет в следующий миг. И это пугало его до чертиков. Прикусив губу в попытке успокоиться, он упрямо прошёл в гостиную, сразу же замечая Рико. Тот откинулся спиной на стуле с закрытыми глазами, словно задремал вовсе в таком положении. Его вид был немного потрёпанным, будто его день был слишком тяжким. Всегда аккуратно уложенные волосы беспорядочно спадали на лоб. Тёмная рубашка была слегка расстегнута на груди, а рукава закатаны. На столе стоял виски, а в нос Нейта сразу же ударил резкий запах табака, и только сейчас он заметил, что между пальцев Рико была зажата сигарета, а пепельница находилась рядом с его стаканом. Что происходит? Шагнув ещё ближе к столу, скорее на автомате, он заметил, как Рико лениво приоткрыл глаза. Рука поднялась к лицу, а сам он глубоко затянулся, медленно выдыхая дым через рот и нос. — Как дела? — Хрипло поинтересовался он. — Я в порядке, — негромко ответил Натаниэль, боясь разрушить тишину слишком громким голосом. Рико коротко промычал, дав понять ему, что он услышал, следом вновь прикрыв глаза. Он так и не решился спросить что-либо в ответ. Рико минуту сидел в тишине, словно Нейт растворился в воздухе и не стоял перед ним, ожидая, что он скажет. Но в какой-то момент он поднялся на ноги и медленным шагом подошел к нему, заставив его почувствовать призрачную дрожь в коленях. Ладонь привычно обхватила его за шею, Рико вгляделся в его лицо пустыми глазами, глубоко затянувшись сигаретой вновь. Он приблизился к нему, а затем приник своими губами к его и выдохнув едкий дым в рот. Натаниэль от неожиданности слишком резко вдохнул, а как только Рико отстранился, закашлялся, параллельно пытаясь сдержаться от такого позора. — Тебе не нравится такое, малыш? — низким голосом поинтересовался Рико, ухмыляясь. Сил Нейта не хватило на ответ, поэтому он мотнул головой в отрицании. Он лишь судорожно думал о том, что Рико сейчас сильно пьян. — Какая жалость, — протянул он лениво, словно это его и правда огорчило. — Всегда тебе что-то не нравится, да? Мой капризный Натаниэль. Рико слегка встряхнул его, держа за шею, а Натаниэль на рефлексах зажмурился и сжался. Рико затушил сигарету. — Ну, и как тебе угодить? Не расскажешь? Не поделишься этой тайной? — Думаю, просто сигареты всё-таки не моё. — Ха, — Рико коротко рассмеялся, а затем стёр улыбку, оставив лишь холод и резкость на лице. — Где твой телефон? — Он… он у меня в переднем кармане, — непонимающе нахмурился Натаниэль. При чём здесь вообще телефон? Рико отпустил его шею, спуская руку к его карманам, чтобы нащупать то, что он ищет. Вытащив телефон, он потянул Нейта за собой и уткнулся поясницей в стол, прижимая его к своей груди, словно в нежном объятии. Рико коротко поцеловал его в губы, ласково играя другой ладонью с волосами. Второй рукой он разблокировал телефон и внимательно всматривался во что-то на экране. Нейт не мог увидеть, так как стоял лицом к мужу и боялся повернуть голову. Пару мгновений спустя Рико всё же зашевелился, тихо хмыкая. Он повернул экран телефона к нему. — Натаниэль, скажи, что это? — Ногти слегка зацепили кожу его головы, посылая неприятные мурашки по всему телу. — Это… — язык словно прирос к нёбу. Он начинал заикаться. — Это… — Это, — протянул Рико, словно помогал ему выстроить простое предложение, — пропущенные. От кого? Натаниэль тревожно всмотрелся в пропущенные звонки от контакта «01». Четыре пропущенных звонка от Рико. — Это пропущенные звонки от тебя, — ощущая, как загудело всё его тело от паники, выдавил Нейт. — Да? — Издевательски спросил он, а затем бросил секундный взгляд на экран телефона, словно не мог поверить в это. — Действительно. Почему ты не ответил на мои звонки? — Я… прости, — сразу же выпалил Натаниэль, чувствуя, что сейчас расклеится от страха. — Прости, я не заметил. Мой телефон был в куртке, и я, скорее всего… — Правда? Как интересно, — перебил его Рико, вскинув брови на короткий миг. Затем Рико промычал задумчиво, стискивая его крепче. Он провёл носом по его щеке, короткими поцелуями спускаясь к шее, будто утешая испугавшегося Натаниэля. — Как думаешь, зачем тебе телефон? — Обманчиво спокойным голосом спросил он, отстранившись. — Чтобы звонить и, — Нейт попытался сглотнуть и вдруг понял, что не может из-за сильнейшей паники, что словно поднялась к горлу и не пропускала через себя что-либо. — Чтобы звонить и принимать звонки. — Хороший мальчик, — прохрипел он, впиваясь в его губы сильным поцелуем. Натаниэль сразу же почувствовал отголоски алкоголя, целуясь с Рико. Это ничуть не умалило его страх, так как он не понимал, что произойдет дальше. Рико крепко сжал его пояс, а затем поменял их местами, вжимая его своим телом в стол. Но вдруг он оторвался от него, и грубый поцелуй прекратился как по щелчку, вгоняя Натаниэля в ступор. На секунду ему показалось, что Рико захочется зайти дальше и заняться сексом прямо сейчас, но тот отпрянул он него, едва заметно хмурясь. Глаза Рико вдруг вспыхнули огнём. — Тогда какого хуя ты носишь с собой блядский телефон, если ты, ёбаная сука, не пользуешься им как подобает? — Повысил голос он, вынуждая его крупно вздрогнуть и сжать плечи в бесполезной попытке стать меньше. — Прости меня, — быстро и дрожащим от испуга голосом попросил Натаниэль. — Я совсем забыл проверить телефон и… — он чертовски заикался, чувствуя, как слёзы застилали глаза, — и даже не увидел их. Я бы перезвонил, если бы знал, клянусь. Рико, я не хотел. В глазах мужа мелькнуло что-то тёмное и жестокое, взгляд стал настолько пронзительным, что казалось, он может пробить Натаниэля насквозь, поэтому он поспешно опустил глаза, понимая, что его взгляд лишь выведет Рико из себя. Однако тот лишь хрипло рассмеялся, покачав головой. Рико шумно вздохнул, а затем отошёл от него на пару шагов; Нейт скорее рефлекторно поднял глаза, сразу же видя, как Рико с силой замахнулся и швырнул телефон в стену. Тот с глухим стуком отлетел к выходу из гостиной, полностью выключившись. Натаниэль лишь вцепился ладонями в стол, пытаясь держаться на ослабевших ногах. Он не мог найти путь к примирению, который бы унял злость Рико. Тот был пьян, а Натаниэль не смог бы достучаться до него никоим образом. Рико вмиг оказался рядом с ним, пока он думал об этом. — Ты меня разочаровываешь, малыш, знаешь это? Нейт кивнул, стуча зубами от испуга. — Знаешь всё-таки. Осталось хоть что-то разумное в твоём тупом мозгу, да? — Рико с силой ткнул двумя пальцами в его висок, принудив резко отвернуть голову вправо. Он вновь почти кивнул на автомате, как вдруг ощутил, что Рико влепил ему хлёсткую пощечину, от силы которой он всем телом дёрнулся в сторону. Дрогнувшие от стресса руки крепче впились в стол, но Нейт держал рот на замке, не вскрикивая от пронзившей его боли, зная, что Рико ненавидел и злился ещё больше, когда он открывал рот в такие моменты. Это всего лишь пощечина. Пустяк. Лучше молчать и вытерпеть его гнев, чем провоцировать ещё сильнее. Ему нужно молчать и не кричать. Молчать. Рико схватил его за волосы, силком возвращая на место перед ним, а Натаниэль судорожно хватал воздух ртом, не смея выпрямлять спину. — Не слышу ответа, — гневно рявкнул он. Обида задушила его полностью и всё-таки беспощадно сорвала с его глаз горячие слёзы, что больно обожгли щеку. — Да. Оста… осталось, — глупо заикнувшись, ляпнул он. — Подними свою голову, Натаниэль, — громко приказал Рико. Натаниэль послушно поднял голову, моргая часто и пытаясь сдержать слёзы. — Тебя что-то расстроило? — Словно искренне удивившись, спросил Рико. — Нет, — незамедлительно ответил Нейт, боясь, что если он просто молча качнёт головой, то Рико такой ответ не устроит. — Но ты плачешь. Рико крепко обхватил его подбородок пальцами, крутанув голову в стороны, словно он заботливо рассматривал его слёзы в попытке стереть их и успокоить. Но он не стирал его слёзы. — Поделишься, что именно тебя так сильно расстроило, что ты стоишь и плачешь передо мной, как жалкая сопливая сука? — Меня… меня… то есть я… — он сильно зажмурился, пытаясь связать вмиг потерявшие весь смысл слова. Они предательски застревали в горле и не выходили. Нейт чувствовал, что забывает весь японский язык. Забывает английский язык. Забывает вообще, как нужно открывать свой рот и разговаривать. — Ничего. Ничего не… расстроило… я… не… я не расстроился. Рико с громким недовольным вздохом отпрянул от него, разжав ладонь, которой он сжимал его волосы, а затем вновь замахнулся для второй болезненной пощечины, но теперь Натаниэль дёрнулся в сторону лишь слегка, так как вцепился в стол ладонями мёртвой хваткой. Молчи. Молчи. Молчи. — Перестань мямлить. Ты знаешь, я не люблю, когда ты мне врёшь, Натаниэль, — гневно отчеканил он, словно в миллионный раз объяснял очевидную вещь. — Знаешь ведь? Возможно, действительно в миллионный раз. — Да, — Нейта не хватало на длинные ответы. Он всё же вновь поднял голову, помня о приказе Рико. Он с силой выдавливал из себя слабые короткие «да-нет», молясь о том, чтобы этого хватило. — Неужели ты расстроился из-за того, что я всего лишь разбил твой телефон? — Удивлённо спросил он. — Признаю, я слегка разозлился. Я куплю тебе новый, договорились? Это тебя обрадует, Натаниэль? Перестанешь плакать? — Да. Хорошо, Рико, — покорно согласился Натаниэль, шмыгая носом. — Или тебя расстроило, что я ударил тебя вот так? Щека вновь обожглась от жёсткого удара. Он чувствовал, как его кожа горела пламенем и пульсировала от боли, словно расплавлялась всё сильнее с каждой пощёчиной. Но он упрямо прикусил язык, стараясь не завыть от невыносимой боли. Всего лишь пощёчина. Это пустяк. Пустяк. — Думаешь, ты не заслужил, Натаниэль? — Как ни в чем не бывало спросил он. Натаниэль напрочь потерял разум, тараторя бессвязные слова, не в силах выговорить хоть что-либо. Язык едва ли двигался в его рту, словно полностью онемел. Челюсти сжались крепко-накрепко и никак не разжимались, заставляя его ненавидеть себя ещё больше, так как он не мог противостоять своему страху перед Рико и взять себя в руки. Не мог с достоинством вытерпеть гнев мужа и не расплакаться перед ним. Он действительно был жалок. — Разговаривай внятно, — прошипел он в ярости. — Когда я задаю вопрос, ты должен дать мне чёткий ответ, сука тупая. — Прости. Прости меня, — тихо бормотал он снова и снова, пытаясь хватать воздух ртом, так как нос предательски забился. — Прости меня. Я заслужил. — Заслужил? — Словно не расслышав, переспросил Рико, притянув за горло вплотную к себе и, к сожалению, оторвав его от единственной опоры в виде стола. — Да. Да, да, — несколько раз повторил он, всхлипывая громко и дрожа всем телом в его руках. — Я заслужил. Я был не прав. Прости, мне очень жаль. Нейт ощутил, как Рико крепко вцепился пальцами в его лицо, неприятно надавливая ногтями на тонкую кожу и принося ещё больше вспышек огненной боли. — Ненавижу, когда ты рыдаешь, как сопливая мразь, — процедил Рико агрессивно, с силой встряхивая его. — Перестань рыдать, блять. Закрой свой рот. — Извини. Извини. Умоляю. Прости меня, прошу, Рико, прости, — шептал тысячу раз Натаниэль как мольбу, всеми силами пытаясь успокоиться. Его сердце не переставало стучать в стеснившейся от страха груди, каждым своим стуком пронизывая тело физической болью. Оно не останавливалось, не давало ему такую необходимую возможность умереть здесь и сейчас. Дрожь в конечностях не прекращалась, кровь в ушах не переставала неистово стучать, оглушая его на короткие секунды, подставляя его ещё больше. Он мог не услышать вопрос мужа из-за этого. Но Рико терпеливо ждал и смотрел на его безнадёжные попытки сказать хоть что-либо в ответ. Натаниэль вновь и вновь срывался и заикался, паникуя ещё сильнее от ощущения крепкой ладони на шее. В какой-то момент Рико это надоело. Рико слегка оттолкнул его от себя, а затем в четвертый раз ударил в лицо, но на сей раз Натаниэля не удержало ничего от падения на пол. Он больно ударился локтями и бедром, слыша, как через несколько долгих секунд тишины что-то пару раз капнуло на мраморный пол. Это были его слёзы? Он не увидел, так как зрение было мутным. Дыша чуть ли не в конвульсиях, он оставался в таком положении, боясь, что если посмеет двинуться, то его снова ударят. Однако Рико невозмутимо подошёл к нему, садясь на корточки перед его лицом. Он схватил его за волосы, рванув голову вверх. Сморгнув бесконечные слёзы, он увидел, с каким безразличием Рико смотрел на него. — Поднимайся на ноги и не попадайся мне сегодня на глаза. Ты понял меня? — Спокойно спросил он, а затем, не получив быстрого ответа, повысил голос. — Отвечай на мой вопрос, ёбаная сука! — Да, я понял, — вздрогнув в его руках, ответил Натаниэль и ощутил, как несколько волос неприятно выдернулись, так как Рико всё ещё не отпускал его. — Умница, — похвалил он. А Натаниэль возненавидел это слово всем своим разбитым сердцем. Рико издевательски потрепал его за больную щеку, несколько раз хлопнув по ней ладонью. — Разве так трудно было ответить на мои простые вопросы, малыш? — Нет. Нет, это… это не было трудно, Рико, — он крепко вцепился ногтями в свои бёдра в попытке снова не зарыдать. — Ты такой хороший мальчик, когда не ревёшь и не треплешь мне этим нервы. Правда? Натаниэль несколько раз быстро кивнул, промычав в согласии на его вопрос и почувствовав, что губы намертво слиплись. — Да, — всё же произнёс он, короткими глотками хватая воздух. Он вмиг ощутил ласковые и нежные касания холодных пальцев на своей воспламенённой щеке, словно эта призрачная мягкость должна была успокоить его и унять боль. Но она не успокоила. Не уняла боль. Рико коротко поцеловал уголок его губ. Вдруг он шумно вздохнул, словно безумно устал объяснять ему элементарные вещи и утешать своими касаниями после нервного срыва. Он отпустил его и встал на ноги, не услышав ничего больше в ответ. — Исчезни с моих глаз, — бросил он понятный приказ. — Не заставляй меня повторяться, Натаниэль. И Натаниэль больше не заставил его повторяться. Он собрал все свои силы воедино и поднялся. Нейт крепко сжал зубы, сделав несколько неуверенных шагов вперёд, пытаясь не свалиться в обморок прямо здесь. Всхлипнув негромко, он быстрым шагом вылетел из гостиной, незаметно подхватив свой разбитый телефон. Сразу же подойдя к лестнице, он впился ладонями в перила, глазами цепляясь за свою брошенную куртку. На негнущихся ногах он наклонился за курткой и несколько раз не смог её поднять из-за ослабевших пальцев, расстраиваясь ещё больше. Он не знал, как преодолел все ступеньки и поднялся на второй этаж. Захлопнув за собой дверь в свою комнату, он наконец дал волю своим чувствам. Он молниеносно начал мучить себя вопросами о том, мог ли он что-то сделать иначе и предотвратить гнев Рико, но осознание того, что он не смог бы ни на что повлиять, сдавило его в железных тисках и заставило нервно засмеяться. Импульсивно он сжал телефон в ладони, швыряя куртку в противоположный угол комнаты. Телефон даже не включался, полностью сломанный. Он с силой отбросил и его в стенку от злости, разбивая еще больше. Нейт позволил себе выплеснуть хоть какие-нибудь чувства, пользуясь тем, что на втором этаже никого не было и его никто не услышит. Громко всхлипнув, он подошёл к полке с книгами, бросая на пол все фигурки, а затем все свои книги, но не притрагиваясь к книгам Зои. Те с шумом полетели по всей комнате, а несколько крошечных фигурок разбилось, включая лиса и ворона, которых он терпеть не мог. Не мог терпеть ничего, что находилось в этой комнате. Не мог терпеть даже самого себя. И он поступал так, как в более спокойные моменты, возможно, сдержался бы. Сейчас он истерил, периодически завывая от сильной боли. Не физической. Он неумолимо терял контроль над собой. Но ему же не позволено. Не позволено ведь? Рико будет злиться. Эта истерика достигла точки кипения, и ненависть Натаниэля разлилась как раскалённая лава, уничтожая всё на своем пути. Он пнул несколько книг, разрывая страницы. Зарывшись в свои волосы ладонью, он потянул их несколько раз с силой, пытаясь заткнуть свой рот, из которого вырывался негромкий вой и хныканье от неудержимых рыданий. Ноги сами подвели его к столу, а следующее — он с грохотом разбил свой ноутбук, пнув и его куда подальше. Нейт должен был давно привыкнуть к этому, так как он выносил стойко все уроки от Рико. Однако на этот раз он просто не смог. Каждый раз становился для него всё невыносимее и болезненнее. Возможно, он сам становился слишком слабым? Ничего не помогало ему успокоить своё обиженное сердце. Ничто не умаляло его бушующих чувств, и он не знал, что ему нужно сделать. Ему казалось, что даже если бы он спалил весь этот чёртов дом вместе с Рико, то всё равно остался бы вариться в этой мерзкой горечи и печали, что разъедала всё его тело. И ему было бы плевать, если бы Рико умер. Было бы плевать, если бы тот выжил и пришёл по его душу. Он все равно никогда не найдёт покой в этом мире, словно проклятый кем-то. В этот миг он не мог остановиться, швыряя теперь на пол всё, что видел. Чувство несправедливости, которое он испытывал всю жизнь, подпитывало его ненависть, делая её все более неконтролируемой. Прямо сейчас она была слабостью, которая придавливала к месту мерзким осознанием, что он чертовски жалок. Страх того, что он будет услышан Рико, не мог перекричать ничего. Он умирал внутри себя, бился, звал на помощь, но никто не приходил. Вскоре все силы покинули его тело, но он упрямо отодвинул шкаф так, чтобы оставить себе крошечное место в углу и спрятаться там. Он согнул колени, прижимаясь спиной к дереву, а щекой к холодной стенке в тупой попытке успокоить горячую пульсирующую кожу. Это не помогало. Он хотел к Эндрю. Он соскучился по Эндрю. И это осознание заставило его зрение помутнеть ещё сильнее. Конвульсивно хватая воздух через рот, Натаниэль чувствовал, что его сейчас стошнит от слишком большого количества чувств. Он не мог даже сглотнуть из-за ощущения кома в горле, что сжимал его и душил. Яростно стирая слёзы предплечьем, он в какой-то момент действительно смог остановить их. Или они закончились полностью. Вцепившись в свои щиколотки ногтями и несколько раз с силой проведя ими по голой коже, он сильнее прижался обожжённой щекой к стенке, успокаивая свое быстро бьющееся сердце, как его учил Эндрю. Это действительно помогло ему, и он не заметил, как задремал в таком положении. Долго ли он спал так — он не был в силах сказать, но щелчок открывшейся двери в оглушительной тишине вмиг разбудил его. Комната была погружена во мрак, но он мог увидеть все очертания мебели. Нейт поджался, боясь, что это Рико. Возможно, тот увидит весь этот беспорядок и наконец решит добить Нейта, осчастливив его по-настоящему впервые за много лет. — Милый, — осторожно позвала Зоя. Он вновь ощутил, как слёзы заволокли его глаза, а рыдания начали душить его с новой силой. — Мам, — промычал он дрожащим голосом. — Мам, я здесь. Мама… Зоя торопливо закрыла дверь и подбежала к нему, не обращая никакого внимания на бардак в комнате. Она вмиг оказалась рядом на коленях и протянула свои мягкие нежные руки. Натаниэль сразу же ухватился за неё, сжимая железными тисками, но сдерживая себя. Он не хотел делать больно Зое. — Мой родной, мой драгоценный мальчик, — шептала судорожно Зоя, укачивая его в руках. — Мой сынок. Она почему-то громко всхлипнула, прижимаясь теснее, и этот звук заставил Натаниэля умирать снова и снова от печали. — Не плачь, мам, — он попытался оторваться от неё, чтобы стереть её слёзы, но не мог. У него не было сил, а Зоя не отпускала его. — Где тебе больно, мой родной? — Везде. Везде, — снова и снова заикался он. — Мне больно везде. — Я бы оторвала гадкие руки Рико, будь моя воля, — прошипела через слёзы Зоя, впервые назвав его по имени. — Господи, прости. — Где он? Который сейчас час? — Он уехал только что, — выдохнула она. — Сейчас одиннадцать ночи, Абрам. — Но тебе пора домой… — Не говори глупости. Как я могу тебя оставить? Моя душа, — Зоя осыпала его лицо самыми ласковыми поцелуями, гладя по спине. Он начал успокаиваться в её руках. Слёзы даже перестали течь из глаз, словно запечатанные касаниями Зои. — Надеюсь, Рико где-нибудь разобьется к чертям собачьим и никогда больше не вернется, — злобно выплюнул Нейт, ощущая, как ненависть вновь вспыхнула в нем. — Ох, — глубоко вздохнула Зоя. — Боюсь Бога говорить это вслух, но я бы согласилась с тобой. Это так развеселило его, что он несколько раз икнул, пока смеялся. Несколько минут они сидели в тишине, и Натаниэль решил, что теперь ему стыдно от мысли, что платье Зои в его слезах, поэтому он оторвался от неё, разрывая объятие. — Эндрю вчера мне подарил новые серёжки, — слегка запинаясь, рассказал он. Улыбка дрогнула на его губах. — Они в виде цветов, представляешь? Эндрю так внимательно запомнил то, что я сказал, что мы с тобой иногда собираем букеты… — он восторженно тараторил и вдруг воздуха не хватило, заставив его несколько раз судорожно вздохнуть. Зоя не торопила его, слушая с нежной улыбкой. — Мне кажется, что… кажется, — он вновь и вновь заикался. — Мам, мне кажется, что я его люблю. Лицо Зои опечалилось ещё сильнее, но улыбка не сходила с губ. — Я знаю, милый, — она глубоко вздохнула, удивляя его, а затем хитро улыбнулась. — Ты сказал, он подарил тебе серьги вчера? — Да… это… — он нахмурился, не понимая, почему она интересовалась именно этой деталью. — Это точно было вчера. Он пришел в кафе, и мы успели немного вместе поработать. — Абрам, — Зоя хихикнула. — Вчера был день всех влюблённых. — Что? — Ошалело выдохнул он. — Четырнадцатое февраля — День Святого Валентина. Кажется, он отдал в твои руки своё сердце, не так ли? — Не может быть… зачем ему, — осёкся Нейт, а затем почувствовал, как громко застучало в его груди сердце. Широкая улыбка никак не могла сойти с его лица, заставляя чувствовать, как больная щека пульсировала, но ему было плевать. — Или это возможно? — Счастливо ляпнул Нейт и засмеялся. — Эндрю точно не выглядит романтиком. — Ой ли, — хохотнула Зоя. — А по-моему, он самый настоящий романтик. Натаниэль покачал головой, улыбаясь. Из груди вырвался глубокий вздох, и он облокотился спиной на стену. — Я так хочу быть с ним, — тихо признался он. — Он такой хороший. Такой заботливый и… я не могу передать. Мне кажется, что никакие хорошие слова не смогут его описать хотя бы на один процент. — Я уверена, что он действительно хороший человек, иначе ты бы не полюбил его, родной, — Зоя утешала его, гладя плечо, руки и согревая ладони в своих. — Почему всё так? Я хочу, чтобы Эндрю был счастлив с кем-нибудь, но в то же время мне хочется, чтобы этим счастливчиком был я. Но я принесу ему лишь проблемы, — грустно говорил он. — Это что-то невозможное. Он говорит, что справится с этим. Эндрю говорит, что если я скажу ему оставить меня в покое, он так и сделает, но каждый раз, когда мне кажется, что я готов сказать ему «нет», моё тело не слушается меня. Я замираю, когда вижу его, и как трус не могу лишить себя его. Я такой эгоистичный. Мне хочется провести с ним как можно больше времени, пока оно есть. — Это его выбор, Абрам, — ответила Зоя, ласково тронув его больную щеку. Это касание словно забрало отголоски боли. — Он мог бы развернуться и уйти, спасая себя, но он не делает этого. Ты не должен винить себя за то, что ты чувствуешь к Эндрю. — В какой-то момент он уйдёт, — пробормотал Натаниэль. — Возможно, именно тогда я и потеряю почти весь свой смысл идти дальше. — Почему ты так уверен, что Эндрю уйдёт? — Спросила Зоя, словно это действительно её озадачило. — Ты ведь не знаешь, как сложится твоя судьба завтра. — Не знаю, но, — он зажмурился. — Мне всегда не везёт. Мне не повезло с той самой секунды, как я родился. И я приношу своим близким лишь боль и неприятности. Из-за меня чуть не умер Сет. — Абрам, а мне всё-таки кажется, что ты приносишь своим близким лишь самое хорошее, — ободряюще улыбнулась Зоя. — Ведь ты не знаешь, что чувствуют окружающие тебя люди. — Да, — в шоке согласился он. — Не знаю. — Я сделаю твой любимый чай, хорошо? Натаниэль пару раз кивнул, всё ещё находясь в шоке. — Поспишь немного? Возможно, это тебя успокоит. Тебе нужно набраться сил. — А вдруг Рико приедет? — Я предупрежу тебя. Зоя поднялась на ноги, медленно идя к выходу. Натаниэль через несколько минут встал на ноги и огорчённо осмотрел комнату. Здесь царил полный беспорядок, и завтра ему нужно будет убраться поскорее, прежде чем Зоя это сделает. Он не хотел напрягать её своими проблемами. Тихонько закрыв за собой дверь, он двинулся в сторону спальни, а зайдя в комнату, ощутил холод. Почти вслепую он прошел к кровати, забираясь на неё в одежде, чтобы включить светильник. Небольшой мягкий свет озарил комнату, заставив его на секунду прищуриться от непривычки. Зоя зашла через несколько минут, неся в руках стакан с чаем. Она поставила его на тумбочку и села на кровать. Натаниэль инстинктивно прижался к ней, глубоко дыша и чувствуя, как Зоя оставила ласковый поцелуй на лбу. — Спасибо, — выдохнул судорожно он. Она не ответила, игриво потрепав его по волосам. — Зоя, тебе тоже нужно отдохнуть. Пусть Сет тебя отвезёт домой. Давай позвоним ему? — Опомнившись, предложил Нейт. — Я буду в своей комнате внизу, ладно? — Засмеялась Зоя. — Спи крепко, сынок. Спокойной ночи. Она почти поднялась на ноги. — Я тебя люблю, мам, — импульсивно ляпнул Натаниэль, схватив её за руку. Самая яркая и нежная улыбка озарила лицо Зои. Она остановилась и мягко поцеловала его в лоб. — Я тебя тоже люблю, мой родной, — ответила Зоя. — А Эндрю любит тебя, наверное, ещё больше. — Блин, — смущенно вскрикнул он. — Это был жестокий удар. Она лишь громко рассмеялась, искренне радуя этим звуком Натаниэля. Оставшись наедине с собой, он позволил себе ни о чём не думать, короткими глотками выпивая чай и расслабляя каждую мышцу своего тела. Или от сильного эмоционального шока он потерял всю свою способность думать. Наверное, это разозлило бы Рико, потому что он ненавидел, когда Натаниэль не умел думать и складывать два плюс два. Но Рико так и не приехал этой ночью, оставив его в призрачном покое на несколько коротких часов.