Суженый - ряженый.

Летний день, в ночь с 23 по 24 июня будет отмечаться празник Ивана Купала. С самого утро и по самый вечер стояла знойная жара. Такая сильная, что люди, попрятавшись по своим домам, до самых сумерек не выходили на улицу, бродячие собаки, ютясь, лежали в тени деревьев, высунув языки и тяжело дыша. В этот день даже думать было утомительно и по сему, у царевича были отменены занятия и тренировки, чтобы не перенапрегать молодой организм. Встретившись с другом Ши Цинсюанем, ребята уговаривали царя батюшку, держа перед ним поклон, отпустить Се Ляня на вечерние гуляния, где будет бóльшая часть молодëжи. Тот в свою очередь, не желая долго засиживаться с этим вопросом и напрягать голову, разрешил, но при условии того, что с его сыном пойдëт в сопровождении Фен Синь, так сказать, с присмотром, а то мало ли что бывает. На такой ноте они и разошлись по своим покоям ждать вечера, когда солнце будет катиться к горизонту. И вот, наступил момент истины: за парнями зашел Цинсюань, ибо только он знал дорогу к месту – ни Се Лянь, ни его друг Фен Синь не принимали участия ранее в подобных мероприятиях, как праздник они его отмечали дома, и на этом всë. Так что царевич был в особом предвкушении от вечера, его же брат по оружию не был особо в этом заинтересован и участвовать не собирался, находя подобные вещи несерьëзными и просто детским баловством. Оседлав коней, ребята помчались на окраину леса, где будут проходить гуляния, мчась через деревни и посëлки. И вот они наконец добрались на нужное им место: это была огромная открытая поляна, простирающаяся до самого леса. Если спуститься вниз по склону, то можно было выйти к огромной речной глади, за которой, на другом берегу, простирался огромный густой лесной массив, немного поодаль от реки. Остановившись у одной берëзы, одиноко растущей средь колосьев и дикой травы, ребята привязали лошадей к тонкому еë стволу и направились к толпе ребят, которые уже во всю веселились и гуляли. Девицы ходили вдоль реки, сидели в траве, плетя веньки из цветов, а некоторые играли в догонялки с парнями, весело смеясь. Одеты они были в цветные сарафаны, юбки их были расписаны цветами и пестрили яркими красками, навешивали на себя бусы из бусин разных размеров и окраса, украшали волосы соцветиями и вплетали их в косы с лентами. Юноши были в широких штанах, которые были заправлены в сапоги, рубахи повязаны красными поясами, чьи концы висят свободными и тянутся хвостом при движении, груди у кого-то могли быть приоголены и рубахи не до конца застëгнуты. Некоторые из ребят были одеты в длинные белые ночные одеяния, чей подол был ниже колен, но так же в узорах на вороте и рукавах. В общих чертах проводили время в своë удовольствие, Ши Цинсюань повëл товарищей к девкам у реки, чтобы внедрить ребят в компанию. Как только они подошли ближе, как их заметили и всей дружной кучкой к ним подбежали дамы, перекликая друг друга: — Цинсюань!! Мы тебя уже заждались!!! — Посмотри, я правильно сплела венок? Мне кажется цветов маловато! — А кого это ты привëл? Что за очаровательные юноши с тобой? Хихикая, девы обступили Се Ляня и Фен Синя, заключив тех в кольцо. Царевич здоровался и улыбался, стараясь создать о себе хорошее впечатление, а от его милого выражения лица и немногим кроткого характера при знакомстве девки явно заинтересовались им, с любопытством распрашивая его кто он и откуда. Так же от чуткого женского взгляда не ускользнул и Фен Синь, но в отличии от друга он вëл себя в прямом смысле как деревяшка: отвечал коротко, на дам не смотрел, и от каждого прикосновения дëргался, явно выпадая в осадок от этого. — Дамы, хочу вам представить!! Мой друг, самый что ни на есть, Царевич, Его Светлость, Се Лянь!!! И его личный охранник Фен Синь!! Заявил во всеуслышание Ши Цинсюань, что интерес к новоприбывшим вырос стократ, но основное внимание уделялось наследнику трона, от чего тому было немного неловко, но чему был вполне доволен его напарник. — Царевич, как я смею судить, вам тут явно рады больше. Поэтому не буду мешать и побуду в стороне, наблюдая оттуда. — А? И не успев ничего ответить, Се Лянь мог только наблюдать за тем, как фигура его друга стремительно удаляется, как от смертельной опасности, которой ему удалось только что избежать. О некой проблеме Фен Синя с женщинами, он знал, что того охватывают противоречивые чувства при взаимодействии с ними и это можно назвать неким страхом, от чего царевичу было немного его жаль. Оставшись наедине со своей участью, парень решил не противиться и с мыслью "будь что будет" остался с дамами. Те его потащили за собой, показывая все прелести вечера: учили плести венок, но у него не получалось, играли в догонялки, беседовали и сплетничали, но особо ярко он не участвовал, а просто с интересом наблюдал за происходящим вокруг него и получал удовольствие. Как-то в разговоре мелькнула тема с цветком папоротника и тот, кто его найдëт, тому сила и удача будет благоволить всю жизнь. Здесь наш главный герой невольно вспомнил случай что с ним произошел, но долго задерживать своë внимание на этом не стал. До того, как солнце было в закате, оно обливало всю местность красным светом и золотым сиянием, но сейчас оно уже полностью скрылось за горизонтом и весь пейзаж покрылся синеватым оттенком. Сильно не потемнело, так как было лето и небо оставалось ясным и можно было видеть, что происходит вокруг тебя. Начинали разводить огонь, костëр был внушительных размеров, но вполне себе удобным, чтобы через него можно было прыгать. Девушки, понабрав белых камней, чтоб их можно было видеть, начали раскладывать их вокруг костра, образовывая круги разных диаметров, чтоб на них можно было ориентироваться. Юноша с любопытством наблюдал за приготовлениями к кульминации вечера, как тут на него одели венок, из которого торчали колосья, цветы и ещë множество трав, а сзади свисали две ленты, одна красная, другая белая. Это немного удивило его и вскоре раздался позади него голос, обладателя которого он хорошо знал: — Вставай Се Лянь!! Сейчас будем хороводы водить!! Обернувшись, парень увидел улыбающееся лицо друга, которого уже обвесили всякими украшения и красными бусами, вплели в волосы ленты и маленькие голубые цветы, незабудки. — Я наверное не буду. Я танцевать то толком не умею да и не знаю что нужно будет делать. — Расслабься, тут нет ничего сложного! Ты сразу всë поймëшь, просто повторяй за всеми. Я не позволю тебе просто сидеть в стороне!! И с этими словами, взяв приятеля за руки, потащил его к остальным, которые уже постепенно начинали собираться вокруг костра. Ши Цинсюань объяснил подругам ситуацию в которой был его друг и они охотно согласились ему подсказывать если тот что-то перепутает. Две девицы взяли его под руки и повели в круг, который был вторым и крайним от костра, который уже вовсю разгорелся, и его языки пламени тянулись высоко в высь, рассекая тëмное небо. Жар от него доходил и до царевича, от чего его щеки немного порозовели, начали запивать песнь: Ой на Ивана, та и на Купала Ой на Ивана, та и на Купала УУУУууууу Начало пелось тихо, почти шепотом, такт которого был чëтко слышен по слогам, но вскоре заиграла музыка, несколько ребят принесли с собой народные музыкальные инструменты и их игра придавала весëлый и намного быстрый темп. С тем как ускорялась песня, начинали вести хоровод намного быстрее, первый круг пошел по часовому движению, а второй против него. Ой на Ивана, та и на Купала Ой на Ивана, та и на Купала Красная девка зелье искала Ой на Ивана, та и на Купала Общий хор и звуки музыки сливались в одном течении и придавали бóльшую атмосферу происходящего. Тени людей, образовавшиеся от света пламени, плясали и кружили вслед за их носителями. Держась за руки, в зависимости от того, какая шла по очереди строчка песни, кисти то поднимали, то опускали, делая разнообразные движения танца. Ой на Ивана, та и на Купала Ой на Ивана, та и на Купала Ой на Ивана, та и на Купала Ой на Ивана, та и на Купала Зелье искала веточки плела Ой на Ивана, та и на Купала На синие волны та их и пускала Ой на Ивана, та и на Купала Се Лянь старался запоминать действия и в какие моменты они делаются, впрочем у него хорошо получалось и он не выбивался из общего ритма. Парень перевëл взгляд на своего друга, который находился в первом ряду, и с такой ястественной гибкостью он двигался, раскачивался и плясал, будто всю жизнь только этим и жил. На лице, не прекращая, сияла улыбка, а глаза горели огнëм, отражая его, он пребывал в невероятном удовольствии и наслаждался моментом. На паузе, образовавшейся после пропева первого куплета, люди, что стояли в первом ряду, подняли руки, образовывая на подобие арки, и второй круг, рассоединяя кисти прошел под ними и снова сцепился, став первым. На этом моменте царевич немного напрягся, но уже сразу, как продолжилось пение, он вникся в поток хоровода. Ой на Ивана, та и на Купала Ой на Ивана, та и на Купала Юноша смотрел на огонь, который был в нескольких шагах от него, казалось будто пламя танцевало в такт вместе со всеми и извивалось диким зверем, искры от него взлетали высоко над поляной, делаясь звëздочками на уже тëмном небосводе. Он не мог оторвать взгляда, свет от костра отражался в его орехово-миндальных глазах яркими золотыми бликами, образовывая необычный рисунок радужки. Неожиданно, в огне мелькнул образ с противоположной стороны хоровода, красных одеяний, Се Лянь предположил что такой цвет рубаха приобрела из-за пламени, но уже через секунду, меж языков света, снова показался этот силуэт на более длительное время, от чего царевич успел сравнить одежды с рядом стоящими людьми и понял что это уже сама ткань имела такой цвет. Ой на Ивана, та и на Купала Ой на Ивана, та и на Купала На Ивана на Купала Ой Купала Это был тот человек, которого он мог наблюдать в те моменты, когда выходил в народ, парень успел уже и позабыть о нëм, и вот он снова напомнил о себе, явившись ему. Они находились ровно напротив друг друга и как бы царевич не пытался склонять голову то вправо, то влево, ему не удавалось разглядеть лицо незнакомца. Вне зависимости от того, в каком направлении двигался круг, огненная стихия по середине мешала ему увидеть своего преследователя. Плыви веночек по синему морю Ой на Ивана, та и на Купала Но кем бы он не был, юноша не испытывал по отношению к нему страха, тревоги или настороженности, это всë происходящее больше ему напоминало какую-то детскую игру, в которой ты никак не мог выйти в победители, пока не узнаешь личность другого. И чем больше он ему являлся, тем больше разгорался интерес внутри него по отношению к человеку напротив: кто он? Кем является? Что ему от меня нужно? Такими вопросами задавался парень с первого его появления, он чувствовал, что тот знает абсолютно всë-всë о нëм, и складывалось такое ощущение, что они давно уже знакомы. Неожиданно, средь лент пламени снова показался этот человек, и на этот раз обзору Се Ляня предстала нижняя часть его лица, оголяя только губы, сложившиеся в такую чудесную и обворожительную улыбку с лëгким оскалом, при котором оголялся один клык, что парень невольно сглотнул и подловил себя на мысли, что он считает эту улыбку довольно красивой. Скажи веночек, где мой дружочек Ой на Ивана, та и на Купала Пропели второй куплет песни, движения раскачивают тело вперëд - назад, при смене направления ходьбы корпус туловища наклонялся в сторону, а вслед за ним и травы из венков нагибались и колышались. Уже в беге ведëтся хоровод, общий смех и музыка с песней заглушали собственный голос, который ты не только не слышал, но и как будто и не говорил вовсе. Через несколько мгновений, силуэт в красном перестал мелькать средь отблесков пламени, Се Лянь снова начал видеть только лица людей, которых он не знал. Ой на Ивана, та и на Купала Ой на Ивана, та и на Купала УУУУУуууууу Ой на Ивана, та и на Купала Песня кончилась, последние строчки пелись медленнее и по умереннее, и вслед за голосоми затихал темп хоровода. Только слышалось как музыканты доигрывали свои партии, и всë так же тихо. Все начали смеяться, поздравлять друг друга, обниматься, а царевич, ведомый интересом, немного отошёл в сторону, слегка обходя костëр посмотрел на место где предположительно должен был быть человек в алых одеяниях, но там на него похожего не было, только ребята, собравшиеся на гуляния. Инстинктивно он повëл рукой к своему карману и кончиками пальцев он нащупал сначала мешочек, а потом и небольшую выпуклость, камушек, который лежал у него там, это немного успокоило его. Поняв, что уже никого не найдëт, юноша начал искать глазами Ши Цинсюаня, который на какой-то момент скрылся из виду. Но тут краем глаза он увидел кучку девок, немногим поодаль от него, окружившие кого-то плотным кругом и какие-то возгласы и речи, суть которых парень не мог понять, исходили от них. Подумав о том, что там может быть его друг, он направился прямиком к ним, а девы, заметив приближающегосяюношу, стали раступаться, предавая его взору чудную картину: средь девушек стоял Цинсюань в бабьей юбке и раскачивал своими бëдрами, имитируя кокетливое поведение наглой девицы, и говорил на манер еë: — Ой, девочки! Я не могу!! Я чувствую как моя душа переполняется любовью!!! Я такаааая счастлииииивая!! Се Лянь про себя подумал что даже хорошо, что Фен Синь не пошел с ними гулять, увидь он такую сцену, он скорее всего бы сломался, не поняв суть происходящего. Сам парень хоть и находился в лëгком культурном шоке, понимал, что это всë чисто ради забавы и по городу его друг так расхаживать не станет, наверное. Пару раз ему доводилось видеть его в подобных нарядах и он знал о его необычном увлечении переодеваться в женские шмотки, но он просто не ожидал что его приятель так нарядится здесь, где полно народу, но как оказалось всем просто всë равно, они особого внимания на этом не заостряли и просто напросто это была небольшая для всех шутка и повод хорошо посмеяться. Цинсюань заметил друга и подбежал к нему, от него густо пахло цветами из его венка, который был набит практически только ими, за исключением нескольких травинок. С радостным выражением лица и ярким румянцем, начал распрашивать товарища идëт ли ему наряд, царевич ответил честно, ведь его так учили, что очень даже идëт, и то что он выглядит красиво в наряде, пусть и в людном месте, но это уже он не озвучивал. К этому времени начали прыгать через костëр, что девки, что парни, кто-то по одиночке, кто-то в парах или даже по трое, не боясь упасть или запалить одежду. Все скопились у места действия, всем хотелось самим попробовать, да и просто посмотреть как делают другие, обсуждая кто как подскочил, пролетел, и приземлился. Музыка играла народные песни, можно было отдать должное музыкантам, они знали своë дело и слажено работали, так что под мелодию подпевали, устраивали танцы и всевозможные акробатические выкрутасы. Царевич смотрел и от того как прыгали через огонь у него дух захватывало, не в силах налюбоваться стихией и то, как огонь совсем близко к ногам ребят. Парень стоял в толпе за несколькими людьми, но он мог наблюдать через их плечи и, в целом, ему открывался хороший вид на происходящее. Он вместе со всеми подошел полюбоваться тем, как развлекается молодëжь. Вскоре к нему сбоку подлетел Ши Цинсюань, который до этого, на протяжении длительного времени, находился в кругу обворожительных подруг. — Вот ты где!! Ну что, Царевичу нравятся простые гуляния в народе? С некой ноткой подкола сказал тот, смотря на товарища и видя все на его лице, он приходил в глубочайшие удовольствие от того что его другу здесь нравится. — Ты еще спрашиваешь, конечно нравится! Ты только глянь, как они смело перепрыгивают через костëр! — Ну тогда)... В голосе Ши слышался некий замысел, который он явно задумал только что и собирался воспроизвести в жизнь. Се Лянь уловил изменение в речи его друга и он сразу понял, что это не к добру, как минимум для него. Тот, схватив наследника за кисть руки, так что он не мог выбраться и подивился силе друга, вывел его вперëд перед костром, так что они находились по середине у всех на виду. — Попробуй хоть раз прыгнуть сам!! Я тебя уверяю, тебе понравится!!! Царевич, оставленный в центре внимания, мысленно отблагодарил друга, который отошёл в сторону, давая больше места для разгона, за столь удачную возможность. Он парнем был не трусливым и с хорошо развитой физической формой, так что ему данная задача не представляля особой сложности, просто от неожиданой выходки приятеля был немногим сконфужен. Но с этим поделать уже было нечего и юноша под всеобщие возгласы и слова поддержки, глубоко вдохнул, успокаивая нервы, сделал пару шагов назад и взяв небольшой разгон, у самого костра прыгнул вверх над его языками пламени. Он видел как под ним бушевала огненная стихия, как еë ленты света извивались под ним, раступаясь и пытаясь укусить его за ногу как дикие змеи. Се Лянь видел перед собой уже когда он шел на приземление тëмную землю, освещëнную сиянием огня, и приготовился к приземлению, но не рассмотрев под собой камушка, на котором он оступился и успев принять группировку, сделал один кувырок и ровно встал во весь рост. От того, что он немного прокатился по земле, венок слетел с его головы и остался лежать неподалеку сзади него, на что парень обернувшись, заметил это, подошел, поднял, отряхнул его от земли и пыли и снова надел на себя. Все ликовали и нахваливали юношу и говорили как он эффектно провернул сей трюк, к нему подбежал Ши Цинсюань и кинувшись на него, начал душить того в объятиях, восклицая и выражая свою радость. После этого всë потекло своим чередом: музыка играла, песни пелись, через костëр прыгали, танцевали и весело общались, от костра зажигали самодельные факелы, состоящие из палки и обмотаной на одном еë конце тряпки, раставляли их по разным местам, чтоб лучше осветить местность, кто-то принëс свечки и их размещали на всех, каких только могли найти, поверхностях. Атмосфера стояла чарующая и загадочная, но при этом обстановка была более чем комфортной и располагающей. Позже, кто-то из ребят принëс выпивку и празднование продвигалось с ещë большим шумом и гамом. Под всем этим, разомлевший Ши был веселее всех, пел, плясал, с девками болтал, в общем был в своей тарелке, Се Лянь вместе со всеми разделял радость момента, смеясь и принимая участие в беседах. Тут его друг, подхватив того за руку, предложил вместе прыгнуть через огонь и не дождавшись ответа от другого устремился к костру таща того за собой. Царевич не воспринимал что-то против этого и вслед за другом в пару мгновений прыгнул, оторвав ноги от земли, Цинсюань находился впереди него и заливался громким смехом, не обращая ни на что внимания, а Лянь находил некое изменение в пламени краем глаза, оно начало приобретать очертания силуэта человека, в тот момент, как ребята прыгнули. Пролетая как в замедленной съемке он мог наблюдать как под ним фигура подняла к нему руки и тянула их не то ли в попытке поймать, не то ли имитируя молитву, вознеся руки к образу. Парень был удивлëн неожиданным появлению и не был в силах промолвить и слова. Искры кружили вокруг него, языки огня были так близко, что казалось что вот вот ужалят не то за руку или за ногу, красно- жëлтый свет осветил их, что чуть не слепя. Оба юноши благополучно приземлились на твëрдую поверхность, его товарищ радостно смеясь, так что уже всë лицо покраснело, сказав как хорошо они прыгнули, отправился дальше гулять, а второй остался стоять и смотреть на бушевавшееся пламя, в котором уже никого не было. Парень ещë какое то время находился в осадке после случившегося, как тут все пошли к воде, и решив от них не отделяться, отправился вслед за ними. Встав на боковой, немного крайний берег реки под плакучей ивой, чья листва свисала до самых вод и легонько еë колыша, он наблюдал как девы, сняв с себя венки и прикрепив к ним таким образом свечи, чтоб не не свалились, начали пускать их по реке, приговаривая на суженого. Венки один за другим плыли по речной глади, уносимые течением в даль, а огоньки от свечек образовывали вид звëздочек на небесной поверхности, отражаемой рекой. На этот момент шум притих, стали говорить тише и к данному обряду относились со всей серьезностью, надеясь, что это поможет им найти свои вторые половинки. Наблюдая за этим, царевич увидел среди всех людей своего друга, который сплëл ещë один венок и его пустил по воде, слегка нагнувшись и легонько подтолкнув его, на лице его была мягкая улыбка, Се Лянь подумал что Ши Цинсюань за компанию со всеми принял участие в этом и точно не знал относился тот к этому всерьëз или все ради забавы. Какое-то время он понаблюдал за этим всем, и решив, что уже пора возвращаться, подошел к товарищу, который всë так же был в расписной юбке и с дамами, предупредить о том, что уже уходит. Тот предлагал его проводить, но парень заверил его что всë хорошо, он не один и то что дорогу помнит, на что другой долго не настаивал и остался на, уже ушедшие в ночь, гуляния. Царевич отправился к той одинокой берëзе, около которой они оставили лошадей, он подумывал что где-то рядом с ней он сможет найти Фен Синя, так как точно не знал где его друг может быть. И подходя к месту парень нашел помимо коней, которые легли на мягкую травку-муравку и тихо посапывали, но когда он подошел, Жое подняла голову, учуяв милого друга и смотрела на него, рядом с ними у основания дерева, облокотившись на ствол берëзки, скрестив руки на груди, сложив ноги бабочкой и склонив голову на бок безмятежно спящего товарища, который не услышал как тот подошел и продолжал видеть сны. Юноша легонько тронул спящего за плечо, и попытался раскачать его, чтобы разбудить, но в ответ услышал лишь слабое мычание и какие-то невнятные под нос бормотания. Вздохнув и поняв что так он его не побудит, так как его друг спал богатырским глубоким сном, парень решил пойти на крайние меры, которые он не хотел использовать, и применять только в крайнем случае. —Рота подъем!!!! На одном дыхании, которое только смогла уместить в себе грудная клетка царевича, он выпалил эту фразу с командующим голосом отдавая приказ, от чего подскочил как милый не только Фен Синь но и лошади тут же поднялись и встали в ожидании указаний. Только что пришедший ото сна телохранитель, пошатываясь, встал в стойку смирно и, моргая глазами, пытался сфокусировать взгляд перед собой. Се Лянь, успокоив товарища и сказав ему раслабиться, предложил отправляться домой, на что второй угрозой пробурчал себе что-то под нос, не скрывая своего недовольства от такого подъема последовал вслед за ним запрыгнув на коня и поскакав обратно к дворцу. Добрались они до дома без просшествий и спокойно легли спать, но я бы хотела вернуться бы обратно на берег реки, где остался Ши Цинсюань. Сам юноша уже давно пошел гулять обратно с ребятами на поляну, где был костëр, уже все, кто хотел, свои венки отправили в плаванье и позабыв о них, оставили песочный берег, сделав его пустым. На венке Цинсюаня были две голубые ленточки, которые тянулись змеями вслед за ним, свечечка, что была крепко к нему прикреплена, медленно плавилась и огонëк легонько и изредка подрагивал от дуновений ветерка. Медненно, но верно несли волны реки венок вглубь чëрной речной глади, как тут остановился он на месте и стал размеренно крутиться вокруг своей оси. Через пару мгновений из глубины водной, появилась тëмная тень и приблизившись к веночку подплыла под него и подняла голову. Чëрные как смоль волосы прилипали к лицу, свисали черными прямыми реками и под водой расплывались круглыми волнами, поблескивали мокрыми бликами от света с берега и окружающих свечек. Бледное, немногим худое, но красивое лицо с выразительными чертами, показалось на поверхности, несколько капель воды, проложив мокрые дорожки, скатились вниз по щекам, выражение было безэмоциональным и холодным. Но во взгляде угадывался взгляд хищника, чем-то похожего на взгляд крокодила, который медленно и терпеливо наблюдает за своей добычей в ожидании подходящего момента чтобы еë схватить и утащить на самое дно. Пара жёлтых, почти золотистых глаз неотрывно следили за берегом и выискивали кого-то, наконец высмотрев среди большой толпы хозяина венка, который весело смеялся и танцевал в окружении девиц и юношей, не подозревающий об появившийся угрозе, ещë несколько секунд неустанно за ним следили. Но уже вскоре этот человек, ни проронив и слова на протяжении всего времени, нырнул обратно в воду и прихватив с собой венок, исчез в пучине речной, больше не появляясь над гладью. Ши Цинсюань как будто что-то почуяв посмотрел на реку, да и успел только увидеть, как что-то нырнуло в воду, и списав это движение на рыбу, которая тут периодически водилась, продолжил отдыхать и наслаждаться проведением праздника. Позже, уже дома, когда все разошлись, ему приснился сон.