Антиквар

Сообщения вичат больше не отправлял. Полдня промаявшись в ожидании, Ибо понял, что Сяо Чжань на работе сегодня не появится. Ничего подозрительного он не заметил. У салона никто не ошивался. Ибо решил, что завтра надо будет еще понаблюдать. Он подошел к мотоциклу, завел мотор, отметив про себя, что пора бы заправиться, захлопнул забрало, толкнул боковую подножку и прокрутив руль, резко стартанул. Хотелось на тренировку, и в зал — потягать железки. Ибо припарковал мотоцикл у здания спорткомплекса. Стянул перчатки, рассмотрел руки — костяшки, содранные вчера о Черного человека, еще не зажили. Но это не пугало. Лифт привез на нужный этаж. В раздевалке толпились подростки, у них недавно закончилась тренировка. Они облепили крепкого парнишку, который гордо хвастался новым телефоном. Слушая их восторженные завистливые восклицания, Ибо не смог сдержать улыбки. Как мало им пока надо для счастья. И как скоро все изменится, и такая мелочь, как возможность купить новую модель телефона будет просто восприниматься как возможность купить. И больше ничего. Да и покупка принесет лишь минутную радость. Ибо переоделся и зашел в зал. Тренер сидел на мате и прикрывал что-то рукой. — Ибо! Иди сюда. Смотри, — он поднял руку. По мату понесся маленький бело-серый комочек. — Тренер, что это? Хомяк? — Ибо преградил маленькому бегуну путь и взял в руки. — Ага. Возьми, а? Джунгарский. Красивый, да? В подъезде нашел сегодня. Прикинь, люди-дебилы, выкинули. Коробка стояла, а это недоразумение по лестнице носился, прогрыз коробку. Я, блин, чуть не наступил, — тренер Дин возмущенно потряс головой. — Куда вот его теперь? Эти не взяли, — он рукой показал в сторону раздевалки. — Маленькие попозже придут, может кто возьмет. Они с родителями ходят. Эти-то понятно, боятся. Надо у родителей разрешение спрашивать. А ты что какой убитый? — Да так, проблемы. Тренер взял у Ибо хомяка, и аккуратно опустил его на дно, непонятно откуда взявшейся в зале высокой кастрюли. Хомяк тут же принялся маленькими лапками запихивать в рот орешки и тыквенные семечки, лежащие на дне. — Давай без так. Садись, — тренер похлопал рукой по мату, — рассказывай. Родители Ибо жили в другой части страны, и тренер Дин был по-настоящему близким человеком. Да и не рассказал бы он родителям ничего, а вот тренеру…он доверял. Тот знал и о его работе, и кое-что из личной жизни, не шутка — больше пяти лет Ибо приходил сюда едва-ли не каждый день. Бывало и сам косячил, и тренера не раз выручал. Поэтому, не особо сопротивляясь его напору, прекрасно зная, что тот не осудит, выслушает, и чем сможет — поможет. Ибо все рассказал. — Слушай притчу, — Дин Лэй внимательно посмотрел на Ибо. Тот рассеянно кивнул и поднес первый палец ко рту, в желании откусить от себя кусочек. Тренер несильно хлопнул его по руке, не позволяя. — Однажды пришел к Великому Мастеру человек: — Великий Мастер, обучите меня кунг-фу. Мастер мог, но ему было лень. — Я бы мог стать твоим наставником, но небо говорит мне пока не набирать себе учеников. Приходи через год. Спустя год человек вернулся с той же просьбой. Мастер скривился — ему снова было лень. Он схитрил: — Хорошо, но сначала тебе нужно поработать над своим духовным миром. Три года ты должен рано вставать и наблюдать за восходом солнца, а вечером — за тем, как оно садится. Тогда ты будешь готов, и я стану твоим наставником. Через три года человек пришел вновь. — Великий Мастер, я готов. Я годами смотрел за восходами и закатами. Научите меня кунг-фу! Мастер помрачнел, но и в этот раз нашел способ прогнать человека: — Да, ты готов. Вот первое задание — научись сам зависать над землей на высоте 5 ли. Когда научишься, я открою тебе все тайны кунг-фу. Через пять лет человек вернулся. — Великий Мастер. Я много лет потратил на тренировки и справился с вашим первым заданием. Я научился зависать в воздухе на высоте 5 ли от земли. — Ни фига себе, — сказал Великий Мастер. Это все. Ван Ибо, отомри, — тренер Дин помахал рукой у лица Ибо. — Что-то я не понял, — нахмурил брови Ибо. — Что-то ты подумай, — тренер встал, и потрепав Ибо по плечу, направился в другую сторону зала, где мальчишки уже выстроились в шеренги и ждали начала тренировки. — Мастерами кунг-фу не рождаются, — выкрикнул тренер. — Мастерами кунг-фу становятся, — хором ответили маленькие ученики. Ибо улыбнулся, слыша традиционное приветствие. Сколько раз он повторял эту фразу в начале своего пути. Он поднялся. Малый мат был в его полном распоряжении. Размявшись и отработав традиционные комплексы Ибо добавил акробатики. В какой-то момент Дин Лэй остановил тренировку мальчишек и все они повернулись, завороженно глядя как Ибо, прыгая, почти зависает в воздухе, крутит по несколько сальто подряд, резко падает в шпагат, а затем долго стоит на руках. В качалке он поработал с весами, потрепался со знакомыми парнями и, на выходе, видя, как тренер Дин впихивает меховой хомячий шарик молодой симпатичной женщине, которую обнял и умоляюще заглядывал в глаза смешной пацаненок лет одиннадцати, не удержался и поднял вверх большой палец. На следующее утро Ибо вновь занял выжидательную позицию в кафешке напротив салона. Кафешку он менять не стал, но чуть изменил внешность, на всякий случай — вдруг что пропустил. Вчера приехав на мотоцикле, он был в соответствующей одежде. Сегодня же пришел в костюме и легком шерстяном черном пальто. Волосы со вчерашнего дня внезапно отросли и начали виться крупными локонами, золотистая тонкая оправа очков завершала образ. Вчерашняя официантка, весь день обслуживающая Ибо и беззастенчиво флиртовавшая с ним, полоснула равнодушным взглядом. Не узнала. Видимо мотоциклисты ее привлекали больше. Ибо стал наблюдать. Сяо Чжань так и не появлялся. Это уже начинало тревожить. Вечером тому надо было выходить в эфир. Ибо подумал, что уж эфир-то тот не пропустит, и твердо намерился дождаться и поговорить. Мысли внезапно прервались — Ибо заметил что-то странное. Мимо салона, на электросамокате проехал курьер, с коробом доставки еды за спиной. В этом не было ничего странного. Да, он снизил скорость и пялился по сторонам, и в основном, в окна салона. Но это было нормально. Улица пешеходная, и скорее быстрая скорость могла бы быть подозрительной. А витрины, оформленные лично Сяо Чжанем, несомненно, притягивали взгляд. Странным было то, что Ибо уже видел этого человека и не раз. В человеке не было ничего выдающегося — обычная ничем не примечательная внешность, которую увидишь — и тут же забудешь. Но Ибо не зря ел свой хлеб. Вчера днем этот человек проходил по улице, везя в коляске ребенка. Прямо у салона мужчина склонился к ребенку и стал что-то поправлять. Причем с того ракурса, где все это происходило, помещение салона, с никогда не выключающейся подсветкой, хорошо просматривалось. А неделю назад они заказывали обед на работу. И тогда коробки с лапшой принес этот же самый человек. Все это мгновенно пронеслось в голове пока Ибо делал снимки будто зазевавшегося курьера. «Черт! Чжань-гэ, ты был прав. За тобой действительно следят», — Ибо поспешно расплатился. Вичат Сяо Чжаня оставался заблокированным. Ибо набрал телефонный номер, который, конечно, оставил в памяти. Не особо ожидал, что Сяо Чжань ответит на анонимный звонок и несказанно обрадовался, услышав в трубке тихое «Але». — Чжань-гэ. Это я. Не вешай трубку. За тобой действительно следят, — выпалил Ибо на одном дыхании, опасаясь, что не успеет, и тот отключится. — Ибо, зачем? Понятно, что следил. Ты. По заданию этого извращенца. Все. Вопрос закрыт, — Сяо Чжань понизил голос, явно давая понять, что разговаривать им больше не о чем. — Стой! Слышишь? — Ибо чуть не кричал. — Хорошо, как скажешь. Пусть я следил. Только выслушай. Я два дня ждал тебя у салона. И вчера, и сегодня один и тот же человек. И он же, неделю назад даже заходил во внутрь. Помнишь, мы лапшу заказывали на обед, курьер принес. Это тоже он. Не бойся меня, прошу, — голос Ибо смягчился. — Я все тебе объясню, только не бойся. У тебя эфир скоро. Одному выходить нельзя. И пожалуйста, не бери телефон и никому не открывай дверь. Я сейчас приеду — черт, я без колес сегодня. Просто жди меня. Запомни этот номер. Я приеду, позвоню, дождусь три гудка и сброшу. Это буду я. Еще раз, не бойся. Ничего не бойся, я буду рядом. Адрес знаю. Ибо вызвал такси, самый дорогой тариф, в расчете, что машину подадут быстрее. Очень надеясь, что пока он едет, ничего не случится. Прождав всего пару минут, подачу действительно не задержали, он сел, и сказав водителю только: «Как можно скорее», закрыл глаза и сосредоточился. Машина остановилась у кованного высокого забора, за которым просматривался небольшой двухэтажный коттедж. Стены дома были облицованы каким-то сероватым камнем, панорамные окна бликовали в свете по-осеннему мягких солнечных лучей. Ибо, как и обещал, позвонил и сбросил, давая понять, что он на месте. В калитке что-то пикнуло — она плавно открылась, пропуская внутрь двора. Он прошел по мощенной тропинке, оглядываясь по сторонам. С обеих сторон вдоль тропинки тянулись яркие цветочные дорожки. Последние осенние цветы раскрашивали в яркое уже пожухлую блеклую зелень газона. У входа, отделяя газон от дома, теснились заросли можжевельников и пихт. Уже чувствовалось осеннее запустение, но оно притягивало своей тихой красотой. За одним из окон первого этажа он заметил высокую фигуру — Сяо Чжань стоял у окна, наполовину скрытый плотной шторой. Пока Ибо все не выяснит, так беспечно светиться было опасно. Этот респектабельный район был довольно пустынным — люди, живущие в нем, предпочитали уединение. Были и плюсы в этом — любой посторонний человек становился подозрительным, и минусы — когда жильцы друг другом не интересуются, что произойдет, помощи не дождешься. Ибо в два шага пролетел широкую лестницу на крыльце, дверь перед ним открылась. На пороге стоял Сяо Чжань. Очень домашний и очень несчастный. Весь его вид просто кричал о том, что вряд ли он хорошо спал и, хоть что-то нормальное ел за эти дни. Удивительно, но элегантный вид Ибо очень контрастировал с домашними штанами и растянутой футболкой Сяо Чжаня — они как будто поменялись местами. Сяо Чжань молчал, только смотрел своими невозможными глазищами и не двигался с места. — Я все объясню, — тихо произнес Ибо, глядя тому в глаза. — Хорошо. Объясни, — разрешил Сяо Чжань, но так и остался стоять, не давая зайти в дом. — Чжань-гэ, впусти меня, — Ибо чуть качнулся на пятках и прикусил нижнюю губу. — Я больше не причиню тебе боль, клянусь. Сяо Чжань посторонился, пропуская Ибо. — Ты в таком виде. Куда-то собираешься? — Небольшая маскировка. Второй день следил за салоном… — Следил, — прервал его Сяо Чжань. — Да, гэ. Сейчас следил. До этого не следил. Давай поговорим, — вздохнул Ибо. — Это все очень важно. Сяо Чжань прошел в гостиную, Ибо шел следом. Он не сводил глаз с Сяо Чжаня, не замечая ничего вокруг. Сяо Чжань вдруг остановился, и повернувшись к нему все телом, спросил: — Ты считаешь, что так можно? — Нет. Я считаю, что так нельзя, — ответил Ибо и зажмурился, наклонив голову. — Давай сядем и я все расскажу. — Ты вот так спокойно приходишь в мой дом, а я никогда не приводил тебя сюда и адреса не давал, звонишь мне по телефону — хотя я тебя удалил. Не следил. Вообще не следил. Не ты. Блядь, Ибо! Кто вообще в это поверит? Вообще, как ты смеешь теперь приближаться ко мне? — в голосе слышалась подступающая истерика, внешние уголки глаз покраснели, в них заискрились злые слезы. — Как? Ибо, как? — Прости меня, — ответил тот тихо. — У меня такая работа. Сяо Чжань сделал несколько шагов в сторону кухонного блока. На массивном кухонном острове стояли стеклянные стаканы. Сяо Чжань взял чайник налил в два их них воду. — Иди сюда, — он сел и взяв стакан, второй подвинул в сторону Ибо и начал жадно пить. Тот подошел и тоже залпом выпил налитую для него воду. Она была теплой, даже скорее горячей. Это немного обожгло горло, но позволило прийти в себя. Вода падала внутрь теплым потоком, согревая живот. — Говори, — Сяо Чжаню удалось взять себя в руки. — Я действительно закончил истфак. Это правда, — Ибо соединил руки, обхватив одну ладонь другой, крепко сжал, что побелели костяшки, на них отчетливо стали видны ссадины. — Работа только вот, да, у меня другая. Что-то типа частного детектива. Клиенты называют — мастер деликатных вопросов. Сяо Чжань поморщился и передернул плечами, но во взгляде Ибо больше не увидел ни злости, ни леденящего равнодушия. — Что у тебя с руками? Ты дрался? — Сяо Чжань не сводил глаз с рук Ибо. — Не дрался — бил. Манекен для бокса, — Ибо невесело усмехнулся, один уголок рта приподнялся на мгновение. — Он не пострадал. Все таким же гигантским черным кожаным грибом торчит у меня в квартире. Сяо Чжань вдруг хихикнул. — Что-то представил, — сказал он с улыбкой. — Я тебя потом с ним познакомлю. Хороший парень, очень иногда мне помогает, — Ибо тоже улыбнулся и почувствовал, что напряжение немного спало. Он стал рассказывать, честно, без утайки. Сяо Чжань слушал, опустив голову в согнутые в локтях руки, упиравшиеся в столешницу. Молча, с закрытыми глазами. Он как-то весь застыл, сжался, оцепенел — Ибо даже показалось, что он дышал через раз. Закончил, они некоторое время молчали. Вдруг Сяо Чжань резко встал, выдвинул один из ящиков под столешницей и достал оттуда шарики баодин, которые он так любил крутить в салоне. Только тут они были из белого нефрита и звук, как только они заскользили по ладони Сяо Чжаня, они издавали другой — глуховатый, каменный, низкий. Ибо, как всегда, не мог оторвать от них взгляд. Весь Сяо Чжань завораживал, и два этих гладких белых шарика, быстро перемещающиеся в его руке из-за ловких движений пальцев, завораживали тоже. — Хорошо, — произнес он тихо, спустя некоторое время. — Может я и пожалею, не знаю почему, — он вдруг положил руку с зажатыми в ней шариками на стол, и, неожиданно разжал, выпустил один и направил его в сторону Ибо. Тот накрыл прикатившийся к нему шарик ладонью и сжал пальцы — шарик был теплым, — но я тебе верю. Теперь давай про того мужика, который за мной следит. — Ну, тут пока мало что можно сказать. Надо разбираться. И тебе пока стоит быть очень осторожным, — задумчиво произнес Ибо, поглаживая шарик в ладони. — А ты давно этим занимаешься? — Пять лет. Сразу после института. Сначала быстрые деньги срубить хотел, потом понравилось — азарт, опасность иногда, эйфория от победы. Ну да, такое конечно. Не всегда получается, чтобы все было законно. Не в пожарной охране работаю, — Ибо развел руками. — Я тебя уволил позавчера. Сегодня нанимаю вновь, — Сяо Чжань запнулся, и подняв на Ибо взгляд, выпустил к нему второй шарик. — Видимо, мне нужна охрана.

***

Старательно подавляя нарастающее чувство тревоги и надежды, какой-то киношности происходящего, Сяо Чжань выделил Ибо комнату на первом этаже, в которой, пока все не прояснится, тому предстояло жить. Дом снаружи не казавшийся большим, внутри был очень даже просторным. И богатым. Не вычурно и безвкусно богатым, а наоборот. Сам интерьер был необычным, минималистичным и очень современным. Умные розетки, программируемая кухонная техника, роботы-пылесосы, огромный экран почти во всю стену в гостиной. Ибо тоже обожал технику и хорошо в ней разбирался. Но не это определяло богатство дома. И хоть все это было скрыто от глаз, но Ибо понимал — антиквариат и предметы искусства, старинные книги — вот это было настоящим сокровищем. Не удивительно, что Сяо Чжань не смотря на свою великолепную внешность, не мелькал в сетях и был достаточно закрытой фигурой. Даже фотографии Ибо не попались ни разу. Обладание такой коллекцией накладывало определенные ограничения. — Меня приглашали на телевидение, — сказал Сяо Чжань показывая Ибо дом. — И я бы очень хотел, но подумал, что лишний раз светиться не нужно. И опасно. Тут уж приходится выбирать: или антикварный бизнес, или публичность. А потом получилось с радио. Черт, радио! Эфир через три часа, а я еще не полностью готов. Ибо, первый этаж в твоем полном распоряжении. Ванна, туалет — всем пользуйся. Я по большей части обитаю на втором этаже, у меня там тоже все есть — поэтому мешать тебе не буду. — А ты ешь вообще? — крикнул Ибо уже поднимающемуся на второй этаж Сяо Чжаню. — Редко, — прозвучало в ответ. Подумав, что раз сказано распоряжаться, то нечего и стесняться, Ибо заглянул в холодильник. Там почему-то обнаружились только яблоки и кинза. В морозилке лежали какие-то похожие на мясо ледяные бруски, но сейчас на разморозку не было времени. «Надо, наверное, продуктов привезти» — задумался он, уже пролистывая в телефоне странички ресторанов с доставкой еды. «Так, насчет доставки. Мы тогда заказывали с рабочего компа, и еду привезли. Еще, — Ибо вспомнил, — я заказывал со своего телефона. Доставил другой человек. Но это ничего не значит. Очевидно, что доступ к нашим заказам у них есть. Значит…». Ибо вернулся к пальто, и достал еще один телефон. Он сделал заказ с абсолютно чистого аккаунта. Хотелось есть, и, самое главное, надо было накормить Сяо Чжаня, который за последние два дня толком ничего не ел. Заказав еду, Ибо вышел на улицу. Надо было осмотреть сад, дом снаружи, найти, где расположены камеры. Вечером, после эфира на радио, Ибо собирался заехать вместе с Сяо Чжанем к себе в квартиру, забрать необходимые вещи, а то он как дурак весь день ходит в костюме. Мотоцикл, и, самое главное ноутбук. Вывести на него все камеры, и из дома, и из салона, и уже спокойно все контролировать. — Чжань-гэ, спускайся есть, — крикнул Ибо, подойдя к лестнице. Еду привез совсем молоденький паренек на велосипеде. Это, опять же, пока ни о чем не говорило. Ибо с удовольствием порылся в кухонных шкафчиках, нашел палочки, заварил чай и разобрал пакеты. На столе оказались цзяоцзы, рис, паста из фасоли и пряный цыпленок. Сяо Чжань спустился, уже одетый к выходу, в широченных голубых джинсах, футболке и распахнутой бежевой толстовке, что опять резко контрастировало с сегодняшней одеждой Ибо. — Ты специально, Чжань-гэ? — спросил Ибо, увидев еще только ноги в джинсах, спускающиеся по лестнице, мраморные ступени которой матово поблескивали в свете осенних сумерек. Спустя секунду весь Сяо Чжань предстал перед ним. — Что специально? — Ты месяц ходил исключительно в костюмах разной степени обтягиваемости, и сегодня, когда я решил приблизится к твоему великолепному образу, ты вдруг решил одеваться, как обычно одет я, — Ибо разлил чай по маленьким фарфоровым пиалам, а Сяо Чжань ничего не сказал, лишь улыбнулся и с каким-то детским восторгом стал заглядывать в коробочки с едой. — Давай, ешь, — пробормотал Ибо, севшим вдруг голосом. — А то, в чем душа еще держится.

***

Ибо складывал вещи в большущую дорожную сумку. Краем глаза замечая, что Сяо Чжань внимательно рассматривает его квартиру: книги по психологии, постеры на стенах, немного блеклые от пыли модельки мотоциклов, награды за соревнования. Видеть у себя в квартире постороннего человека было необычно. Ибо, подобно Сяо Чжаню из-за особенностей работы, тоже предпочитал уединение. Продолжительных романов он со студенческих лет не заводил, а для случайных встреч предпочитал отели. — Как ты думаешь — сколько это может длиться? — Сяо Чжань основанием ладони давил на манекен. «Черный человек» нехотя раскачивался от этого несильного воздействия. Ибо присев, копался в ящике, выбирая из него нужную аппаратуру и проводки. — Первым делом надо понять: кто? И зачем? И насколько серьезно? Пока трудно сказать, — Ибо засунул кипу разноцветных проводков в объемный рюкзак, где уже лежал ноутбук и наушники. Из выдвижного ящика стола от достал черный кофр. Сяо Чжань заглянув из-за спины увидел, что в нем аккуратными рядами хранились мини камеры видеонаблюдения. Ибо, почесал затылок глядя на содержимое кофра, видимо выбирая, какие камеры следует взять. Решив, что лучше больше, чем достаточно, резко захлопнул кофр и засунул в рюкзак. Огляделся, подошел к холодильнику и не задумываясь сгреб его нехитрое содержимое в мусорный пакет. — Все. Я готов. — Ты так быстро собрался, — протянул Сяо Чжань, протягивая руку, чтобы помочь Ибо с вещами. — Я бы собирался целый день и взял с собой полдома. — Иногда приходится ездить. Быстрые сборы уже наработаны, — улыбнулся Ибо. Уже выходя, он вдруг вернулся в квартиру и через пару секунд появился, держа в руке второй шлем, который Сяо Чжань уже испробовал в день рождения, который так хорошо начался, а закончился так грустно и нелепо. Сяо Чжань был на машине — сумку и рюкзак загрузили в багажник. Ибо, натянув на голову шлем, сел на мотоцикл и оглянувшись на Сяо Чжаня, ждущего за рулем своей дорогой машины, пока Ибо первый стартанет, толкнул боковую подножку и завел мотор.

***

— Может это Чень Юйлун? Тебя нанял и еще кого-то? — спросил Сяо Чжань, засыпая в кофемашину новую порцию зерен. Автомат зашумел, сразу две кружки наполнялись дымящимся напитком. Ибо, сидел в кресле и искал что-то в лентах новостей, почувствовал манящий кофейный аромат — через несколько секунд из-за спины выплыла рука, державшая кружку. — Спасибо, то, что нужно, — он взял, и сделав большой глоток, с наслаждением отметил, — вот как у тебя получается сделать кофе горячим? А у меня, всегда, какие-то теплые помои. Сяо Чжань уселся в соседнее кресло, подвернув под себя ногу. — Мне кажется, тебе просто кажется, — Сяо Чжань, улыбнувшись, тоже отпил из своей кружки. — Кофе как кофе, не кипяток. — Маловероятно, — ответил Ибо на предположение Сяо Чжаня. — Во-первых, слежку ты почувствовал раньше, чем он нанял меня, а я, знаешь ли, склонен доверять твоей интуиции, — заметив, что Сяо Чжань чуть подался вперед и внимательно смотрит на Ибо, тот продолжил. — Во-вторых, я присматриваю за ним, и хочу тебе сообщить, что он вчера стал счастливым отцом. У него родился сын. И в-третьих, сейчас он бы точно все убрал. Посмотри, — Ибо передал раскрытый ноутбук Сяо Чжаню. — Ни хрена себе! — удивленно воскликнул Сяо Чжань, читая ленту. На экране была фотография улыбающегося Чень Юйлуна, текст под ней сообщал, что тот баллотируется в городское собрание народных представителей. — Небо, ты не должно этого допустить, — взмолился Сяо Чжань вскидывая глаза к потолку. — Он же сумасшедший! Абсолютно и неисправимо. — Ну, сумасшедший он только с тобой, — Ибо потер кончик носа и отставил пустую чашку. — Спасибо, гэ. А так, человек как человек. Трус, тряпка — да, согласен. Пусть себе баллотируется — тебе какое дело. Не хочешь — не рассказывай, но что вообще он сделал? Какие у вас были отношения? Сяо Чжань поставил ноутбук на стол. — Могу рассказать. Что у него поехала крыша — моей вины тут нет. Ибо только неопределенно пожал плечами, подумав, что он бы не стал с такой уверенностью это утверждать. Его крыша, вот уже полтора месяца как течет все больше и больше. — Сначала все было хорошо. Встречались, общались. Я не знал, что у него есть невеста. Вообще, как-то особо не интересовался, что у него и как? Я его серьезно не воспринимал. Несколько раз встречались в отелях, один раз провели вместе выходные за городом. Так, ничего серьезного, — Сяо Чжань бодро продолжал, будто бы не замечая, что с Ибо творится что-то странное. Он весь сжался и побледнел, лицо застыло в непроницаемой маске. — А потом, — даже с каким-то весельем в голосе сообщил — он сошел с ума! Дальше я тебе рассказывать не хочу, потому что это мерзко, грязно и не красиво. Давай, отомри. Поехали домой. — Ты провокатор! Ты в курсе этого? — Ибо бросил на него уничижительный взгляд и потянулся к ноутбуку. — Сейчас, камеры проверю. Сяо Чжань помыл кружки и ожидая, пока Ибо закончит, уставился в сумрак улицы. В салоне ярко горел свет — в темноте улицы люди сливались в темную массу. Ибо, собравшись, выключил основное освещение, подошел сзади и вдруг, бросив: «Это он, будь здесь, запрись», сунул рюкзак с ноутом в руки Сяо Чжаню и выбежал на улицу. От незнакомца не укрылось движение Ибо, он резко бросился вперед. Пешеходная улица была запружена людьми, но он, показывая чудеса изворотливости, стремительно удалялся. Быстрый бег не был сильной стороной Ибо — старые травмы не давали возможности упорно тренироваться. Ибо знал, что надолго его не хватит, но не снижая скорости мчался за незнакомцем. Прохожие возмущенно вскрикивали, оборачивались, хоть Ибо и старался никого не задеть. Темные подворотни, пересекающие освещенную улицу, проскакивали одна за другой. Ибо поймал мысль, что, если тот юркнет в одну из них, найти его будет сложнее. Но пока видел перед собой спину бегущего и не отставал. Внезапно впереди появился маленький ребенок. Ибо, стараясь его обежать, все-таки не рассчитал и пронесся слишком близко. Ребенок шарахнулся в сторону и с громким плачем осел на асфальт. Ибо, уже отбежавший на добрый десяток метров, оглянулся удостовериться, что с ребенком все нормально. Пары этих секунд хватило. Удаляющейся спины он уже не увидел. Незнакомец исчез. Ибо остановился, наклонился отдышаться, ухватив себя за колени. Правое, конечно, пронзила острая боль. Ибо, прихрамывая, вернулся к ребенку, которого уже обступили возмущенные прохожие. Пока он извинялся перед мамой малыша и проверял, нет ли у того повреждений, пришлось выслушать от зевак все, что они думают о Ибо, о нарушителях общественного порядка, о том, что малыш наверняка неизлечимо травмирован и Ибо надо срочно сдать полиции. Тут уж вмешалась мама ребенка. Она подхватила малыша на руки и вынесла из толпы. Ибо, еще раз бросив взгляд вперед, развернулся и пошел в обратном направлении.