Фарфоровая кожа и колкое стекло

Микаэль сидел на лавочке, ссутулившись и уткнувшись в телефон. На самом деле там он не видел для себя ничего интересного. Его мысли были далеко-далеко и все они направлены только на одну персону… «Ох, Крис подсел ко мне сегодня… Он сам не свой! Что же случилось?! А еще… Он так странно ерзал, пока сидел рядом. Как будто ему что-то мешало… Как будто стеснялся… Если бы я только знал, что его гложет!» — Микаэль грустно и обеспокоенно кидал взгляды на фигуру Кристофера, пытаясь хотя бы так понять причину странного поведения возлюбленного. «Крис… Как бы мне хотелось тебе помочь сейчас. Просто помочь, чем угодно. Пусть я и не знаю твоего горя, но я хочу его разделить с тобой!» *** Микаэль вошел в раздевалку и замер, как будто увидел что-то сверхъестественное, а не обычного Кристофера, что усердно что-то выискивал под лавочками. Сам Вольен вздрогнул и обернулся на внезапно вошедшего. Доэсто заколеблелся: что же сделать? Попытаться завести диалог, который наверняка закончится после пары фраз, или молча пройти за перегородку из шкафчиков?.. Уж если быть честным, то сам мальчик заявился сюда по причине жуткого нежелания идти на физическую культуру. Бывало с ним такое нечасто и занимался на уроках он по возможности прилежно, но особым успехом это увенчивалось крайне редко. А с другой стороны… Ну уйдет он сейчас, ну спрячится за перегородку, а дальше что? Крист сейчас оденется и уйдет в зал, пойдет и, из всех своей нелюбви к Микаэлю, обязательно доложит о его отсутствии на уроке. Так что тогда делать? Крис… Он же вот, совсем рядом, протянешь руку и коснешься, но… Так близко, и так далеко. Только один его взгляд отбрасывает на тысячу километров, не говоря уже о том, чтобы заговорить с ним. Тем не менее, спустя мгновение ноги понесли хозяина еще ближе к предмету воздыхания, отчего сам Микаэль забыл как дышать. — Эм… Кхм… Ты что-то потерял? Может… Я могу помочь? — рассеянно начал он, сам не замечая, как пальцы начали теребить края рубашки, оставляя на них мятости и складки. Кристофер вгляделся во внезапно явившегося одноклассника и усмехнулся про себя: «Пальцами теребит, точно как моя мама!» А в слух же произнес: — Да, можешь и помочь. Я потерял пуговицу. Красную. Уж если найдешь, проси, что хочешь, ей-Богу! Уже полчаса ищу ее! — О, хорошо, — тут же осознав, что брякнул, Микаэль поспешил себя поправить, сбиваясь, — Нет-нет, я не так хотел сказать! Э-это не хорошо, конечно, н-но… Я понял, что нужно искать, — самообладание окончательно его покинуло, оставив после себя приятную пустоту влюбленности, но сейчас это было совершенно ни к чему! Вольен сверил его вопросительным взглядом: — Ты чего? Не боись, мутузить не буду, — он махнул рукой и вновь наклонился подле лавочки, выискивая треклятую пуговицу. Однако сейчас он держал ладонь около открытой шеи, где красовались следы. Не дай бог Микаэль увидит! Спустя какое-то время поисков, пуговица оказалась крепко зажата между тонкими пальцами Микаэля. Поднеся ее ближе к глазам и рассмотрев как следует, он спросил: — А вот это не она? Крист поднял голову: — Ха! Действительно, она! Спасибо! Я ее б еще битый час искал! — он просиял и сунул ее в карман, — дома надо будет пришить… Парень кинул взгляд на экран телефона, на котором крупными цифрами отображалось время. «Надо же. Уже добрая часть урока прошла! Как это я не заметил? Неужели мы настолько долго искали эту пуговичку? И почему училка так и не кинулась за нас?» — юноша озадаченно почесал затылок и посмотрел на Доэсто. Тот стоял, продолжая мять свою рубашку. — Эм… Ну… Я тебе благодарен… — протянул Кристофер, не зная, что бы добавить еще, но внезапно осознавая, что очень смущен: он чувствовал себя ничтожно, прикрывая открытые участки тела и бегая глазами по углам раздевалки. Микаэль уперился глазами в пол, словно о чем-то лихорадочно думая. Но тут же вскинул голову, тряхнув копной русых волос. — Могу я попросить у тебя в благодарность одну вещь? — голос его резко сменился на более смелый, как будто говорил и вовсе не он. Стекла очков с вызовом блеснули. Крист удивился подобной смене настроения и неуверенно ответил: — Кхм, ладно. А что делать-то нужно? Могу сделать прямо сейчас, все равно урок уже проебали. — Чудесно. Тогда… Поцелуй меня! — Микаэль не сводил блестящих непонятной эмоцией глаз с предмета своего обожания. Он прекрасно слышал, что только что слетело с его губ. Да. Пусть коленки начали предательски дрожать и подкашиваться, отступать уже слишком поздно. Умом он, конечно, понимал, насколько странно это прозвучало, но сейчас ему не хотелось снова погружаться в самокопание. Ему хочется… Кристофер опешил. Что только что сказал этот белобрысый? Поцеловать его? И что теперь сказать? Как быть? Или убежать от этого чудака куда подальше? Да. Это будет самым верным решением! Бежать от этого извращенца как можно дальше! Какой нормальный человек будет просить поцеловать его за одну найденную пуговицу?! Повернувшись на каблуках, Вольен приготовился стартануть со всех ног, но… Холодная длиннопалая рука схватила его за запястье мертвой хваткой. Крист резко обернулся, не понимая, откуда в этом очкарике столько силы. Ну сейчас он ему скажет пару ласковых! Что он себе позволяет, черт его дери! — А ты не оху… — юношеский строгий голос резко прервался. Его вдруг заглушили чужие губы, что прижались к устам Криса страстно и нежно. Мальчик широко распахнул глаза. Прикрытые глаза Микаэля сейчас находились в паре сантиметров от его собственных. А губы… Губы, мягкие, подобные вате, сейчас аккуратно целовали его, хоть и против воли… Надо же… В этом поцелуе было столько нежности и трепета. Отец так этой ночью не целовал. Отец не целовал, он оставлял засосы. Метки, чтобы обозначить добычу как свою. А Микаэль… Он целовал, через поцелуй выражая что-то большое и настоящее… Что-то, что Крис почувствовал из одного прикосновения к своим губам. Вдруг захотелось ответить на эту ласку, на эту любовь, что так внезапно решили выразить. Кристофер углубил поцелуй, изо всех сил пытаясь отразить в своем поцелуе ту же нежность, что и его партнер. Он целовал аккуратно, не добавляя языка, чтобы не спугнуть случайно другого. Оба они сплелись в одном чувстве. Вдруг на них нашло спокойствие и трепет, стало хорошо. Потеряло свою ценность время… — Ну вот это нихуя себе! — хором заорали на чистом русском девечьи голоса из дверного проема. Юноши тут же отпрянули друг от друга и обернулись на источники звука, являя миру разрумяненные лица и взгляды, наполненные эмоциями. В дверях мужской раздевалки стояла пара: Мира и Лиса. Последняя деражала в руке телефон, явно снимая происходящее, а на ее лице красовалась смешанная гамма чувств, но все эти чувства были положительные: то ли счастье, то ли удивление, то ли смех, а то и все вместе. Мирка же стояла рядышком, с широко распахнутыми глазами, но при том улыбалась, как будто увидела величайшую радость. Парни стояли в полном оцепенении. Как эти две вообще здесь оказались? Почему девушки решили открыть двери мужской раздевалки? Крист, опешивший, накинулся на девочек, но голос отчего-то не слушался его, став до невозможности высоким: — Вы… Вы что тут делаете?! Лиса и Мира переглянулись и вдруг взорвались громким хохотом. Вдоволь насмеявшись, Лиса начала: — Друзья мои! Прежде, чем начинать свои плостские утехи в людном месте, нужно убедиться, что вас никто не слышит и не видит! — Ага! — подхватила Мирка, — вы совсем что ли дебилы? Вы забыли, что мы, вообще-то, физ-ру прогуливали в женской раздевалке, а она через стенку от вашей! Мы все слышали! Сначала трендели без остановки, возмущались что-то, а потом… — А потом оба замолчали! Ну а мы, простые, но любопытные девушки, решили все ж таки узнать, что это вы тут делаете и почему замолкли. И как выяснилось, не зря мы пришли! — Лиса гордо взирала на парочку, как будто бы выиграла самый жаркий спор, а Мирка, положив белокурую голову на плечо подруги протянула: — Ну не бойтесь вы так! Мы никому не расскажем. И видео никому показывать не будем. Оставим себе, на добрую память! — хихикнула она. — И… Как давно вы тут стояли?.. — наконец подал голос Микаэль, ошарашенно глядя поверх съехавших очков на две девичьи фигурки. Девчонки скорчили рожицы: — Дайте подумать, — Лиса уложила подбородок между указательным и большим пальцами, сделав задумчивый вид, — уже минуточек так три-четыре! — Не-е-е, больше! Наверное минут пять точных! — поправила Мира и тут же шепнула что-то на ухо Лиске и обе они многозначительно ухмыльнулись, посмотрев друг на друга. О чем думали эти две сатаны с красивыми глазками неизвестно. Не даром этой девчонке дали кличку «Лиса»! Ей-богу, хитрее лисы. А еще волосы рыжие. Сама-то она Кристина, но так ее не называет даже Мира. Юношам было ясно только одно: сейчас они заработали кучу проблем на свою голову и опозорились перед теми самыми особами, в которых хоть стреляй, но они не перестанут об этом говорить и кидать шутки. Внезапно в голове Криста мелькнула мысль, от которой его осенило: — Так значит… Вы с самого начала знали, что мы здесь. Выходит, вы… Набрехали училке, что нас нет и поэтому она не кинулась нас искать, когда мы не пришли на ее урок? Мира запрыгала на месте, радостно огласив: — И это-о-о-о правильный ответ! Ну не могли же мы прервать вашу милую «дружбу» вмешав сюда нашу физручку! Она бы обламала весь шарм! А так… Я такой романтики еще не видала! Вы, англичане, умеете удивлять! О, кстати! Уважаемая Лиса, вы не подскажите цену за наше молчание? — зеленые глаза блеснули наглым огоньком. — Ах да, запамятовала, pardon! — махнула рукой Лиса. Сложив руки на груди и приняв официальный вид, она продолжила: — Итак, хорошие мои, любимые геи! Я и моя верная подруга Мирослава безгранично рады за вас и ваши крепкие любовные узы, но наше молчание, увы, не бесплатное. А посему имеем право спросить с вас все то, чего пожелаем я и Мира, чтобы вся школа внезапно не узнала о существовании вашей крепкой дружбы. Сумма будет обговорена позже, согласно нашим предпочтениям. Уяснили, родненькие?