Глава 17.
1 июля 2025 г., 17:51
Несмотря на все трудности, что я уже прошел, во мне все еще присутствует страх. Страх бессилия.
Веснински проснулся от громкого стука в дверь его съемной квартиры. Среагировал он быстро, подскочил на кровати, оглядываясь. На какое-то короткое мгновение попрощался со своей жизнью, считая, что главная ветвь до него все-таки добралась и нашла, но тут же отбросил свои пугающие мысли прочь. Если бы Мориямы хотели бы его убить – он бы попросту не проснулся сегодня. Его убили бы ни сказав ни слова и плевать – спит он или нет. У них никогда не было сочувствия к жертве: беспомощный маленький ребенок, который не может себя защитить? Плевать. Никакой чести и жалости, но у него их тоже не было, если вопрос стоял между близкими и незнакомцем – выбор очевиден. Натаниэль на носочках проскочил в коридор, пока Любовь с кровати тихо рычала на незваных гостей. Он взглянул в глазок и увидел Виктора, нетерпеливо колотящего еле державшуюся на петлях дверь. Да, такая дверь не помогла бы ему не то, что с главной ветвью, но и с обычным алкашом, перепутавшим свою дверь. Парень поспешил открыть дверь, пока соседи и добродушный дедуля не проснулись и не вызвали полицию. — Виктор, что случилось? — панически начал тараторить Веснински, закрывая дверь на жалкую, хлипкую щеколду за здоровым русским мужчиной. — Меня нашли? Или люди Морияма ошиваются где-то поблизости? Натаниэль давно не чувствовал вкус паники, но вот он, знакомый и родной перекатывался во рту, напоминая о себе. Запыхавшийся Виктор бесцеремонно прошел в комнату, которая была и гостиной, и спальней и почти кухней. Он сел на кровать, выравнивая дыхание и поглаживая скулящую от нежности Любовь. — Нет. То есть, да, случилось, — мужчина глубоко вдохнул и выдохнул, продолжая: — Мне позвонил лечащий врач Кенго, сердце остановились, — Виктор взглянул на настенные часы и нахмурился. — У тебя неправильное время, — достал свой телефон и Натаниэль увидел, что уже третий час ночи. — В час ночи сердце Кенго Морияма остановилось, врачам не удалось завести его сердце вновь. Полагаю, Ичиро уже тоже в курсе новостей. Пора, Натаниэль, пора. Дыхание Натаниэля стало бешеным, прошел лишь день с их встречи с Виктором. Неужели он снова в милости у удачи и скоро вновь встретиться со своей командой, семьей, друзьями? Не верилось. В это просто не верилось. — Твои люди готовы? Что насчет ФБР? Мужчина покачал головой. — Первым делом сорвался к тебе. Сейчас буду обзванивать наших. Мои парни с России уже здесь, Пакистан отправил немного ребят после нашего разговора, сегодня ночью должны были уже приземлиться. Сербия должна быть здесь через два часа, приблизительно. Казахстан и Китай в стопе, лишних парней нет, но обещали отправить, когда начнется война. — Зачистить Эвермор хватит людей, — кивнул Веснински. — Сколько наших сейчас работает в ФБР? — Десять человек, но двоих будет за глаза. Все десять все равно не смогут присутствовать. Будут прикрывать нас с офиса. — Хорошо, тогда связываемся со всеми и вперед, надо сделать все быстро, — подскакивая к шкафу, Натаниэль наспех надевал на себя вещи и на одной на ноге прыгал к коридору. Любовь провожала парней, сидя рядом. — Милая, я быстро закончу с делами и вернусь за тобой, не скучай, — потрепав собаку по голове и чмокнув в нос, Веснински вышел из дома и запер дверь на всевозможные замки, которые в ней были. Вся компания встретилась в спортзале, оформленном на одного из агентов ФБР или на родственников – он прослушал данную информацию. Парни с грузовика вытаскивали ящики полные оружия и специальных средств защиты. Попахивало контрабандой. Веснински присвистнул. — Нормально. — Недавно конфисковали, перевозили тут парочку ебанатов, — довольно улыбнулся агент Браун. Все-таки контрабанда. — Взяли тепленькими. — Конфисковали, конечно, себе в карман, — улыбнулась девушка. — Не знакомы еще с вами мистер Веснински, агент Пирс. Приятно с вами познакомиться. — Взаимно, — пожал руку боевой девушке он. — В ящике лежат еще экипировка и броники. Насчет начальства не беспокойтесь. Все будет организовано на лучшем уровне. Кому-то нужно будет перелезть через забор и отправить сигнал о захвате заложников. — Я сделаю. Знаю весь участок университета, как свои пять пальцев. — Отлично, — кивнула агент, — начальство один из наших. Сказал, что такой расклад будет лучше всего. Воронов держат взаперти против их воли, как и гражданских, так что это сыграло нам на руку. Нет приказа оставить в живых захватчиков. Полная нейтрализация источника угрозы. Бумаг, конечно, придется нашему начальнику написать бешеное количество, но он все сделает так, что будет не придраться. Главное не прихватить гражданских. — Один из захватчиков наш человек, надеюсь, он спрячется. — Огонь все равно будем открывать только по тем, кто стреляет, — вклинился человек Виктора. — Кстати, все вытащили, пора упаковываться и выдвигаться. — Так точно, — хором ответили агенты. — Вперед. Три черных газели остановились у главных ворот университета Эдгара Аллана По, распугав небольшое количество протестующих. Было еще слишком рано, солнце только вставало. Натаниэль натянул на себя балаклаву и каску и вышел самым первым. Зажал рацию. — Следую плану. Лазейка в заборе справа, выдвигаюсь туда. Веснински собрал все колючки и траву на себе, пока бегал по кустам, вспоминая, где именно небольшой лаз. Дырку в заборе так и не заделали, да и никто о ней не знал, кроме самих «Воронов». Пришлось значительно втянуть живот и содрать кожу на спине, чтобы все же пролезть. Бронежилет сильно мешал и усложнял процесс. Натаниэль сделал пару шагов из кустов смородины и крыжовника, после его встретили несколько пар глаз заложников. — Здравствуйте, не могли бы вы одолжить мне свой телефон? — спросил он у знакомого по очереди мужчину. — Конечно, но здесь стоят заглушки. — Не проблема, — покачал головой он. Взял предложенный телефон с двумя процентами заряда и быстро набрал набор цифр, сигнал тут же был отправлен в дежурную часть. — Спасибо, — передавая телефон обратно, сказал Веснински. Он спрятался обратно в кусты и передал по рации, что все готово. Через черный забор тут же начали перелазить люди, в громкоговоритель агент Браун сделал предупреждение, не успевшим сбежать фанатам: — Просим всех гражданских прижаться к забору и не отходить от него. Идет зачистка территории, после окончания операции все будут выпущены и возвращены в свои семьи. Повторяю, никакой паники! Все к забору! Идет зачистка террористов! Люди резво с криками страха кинулись к забору и прижались к нему, наплевав на просьбу обойтись без паники, но их можно было понять. Столько дней взаперти, без права выйти и голоса – и наконец-то пришла помощь, но с автоматами на плечах. Началась стрельба. Натаниэлю кинули автомат, он ловко его перехватил и двинулся в сторону стадиона. Люди Ичиро повыскакивали со зданий и начали отбиваться, как могли. Ни при каждом охраннике были с собой пистолеты, что сильно упрощало задачу. Когда с открытой местностью было покончено, Виктор дал знак заходить на стадион, первым кинулся в пекло Веснински, открывая огонь. На стадионе было меньше людей, чем они рассчитывали. — Значит остальные в Гнезде и Восточной башне. Будьте аккуратны. Здесь может быть нашла охрана. Они всегда были и есть на стороне «Воронов». Веснински зашел в раздевалку и пинком ноги открыл дверь в Гнездо. К счастью, их никто не встречал. Команда продолжила спускаться и петлять по коридорам. Он посмотрел на часы. — Завтрак. Полагаю, сейчас все в столовой. Натаниэль повел людей в нужную сторону, по пути встречались редкие люди главной ветви, но они быстро расправлялись с ними. Они не были готовы к такому, значит никто не успел им передать сигнал, что на территорию Эвермора ворвались люди. Фортуна была на их стороне. Возле дверей столовой стояла парочка парней, Веснински не признал ни в одним из них Райна. Из двойных дверей слышались крики и звуки потасовки. У «Воронов», как обычно были проблемы. Он махнул рукой, и парочка парней выскочила из-за угла, мужчины успели только закричать перед тем, как были зверски расстреляны очередью. — Дайте мне громкоговоритель, надо предупредить команду, а не врываться, словно варвары. Заденем еще ненароком. Веснински перехватил переданный громкоговоритель, глубокий вдох и выдох. Спустя столько месяцев вот он снова стоит у себя дома. В месте, где вырос и собирается расти дальше. Только сейчас понял, как соскучился не только по людям, но и по месту, атмосфере. Было жалко осквернять Гнездо кровью врагов, но оно уже давно было пропитано всем возможными: кровь, пот, слезы, гниль людей. И это далеко не все. Пора. — Здрасьте, дорогие. Прошу всю команду игроков и тренеров «Воронов» спрятаться за столами и не высовывать свои головы, пока не подам знак. По прогнозу погоды сегодня облачно и ожидаются небольшие осадки в виде свинцовых пуль в задницы главной ветви. Будьте готовы, через минуту мы заходим, — он постарался придать голосу задора и радости, пока сам еле сдерживал сумасшедшее дыхание, колотящееся сердце, которое так и норовило выпрыгнуть наружу, словно мячик. Пытался спрятать панику в голосе и страх. Ужасающий страх, что в столовой их ждет проигрыш. Вдруг их убьют? Его команда будет смотреть на его охлаждающееся тело и плакать. Только-только узнали о его возвращении из мертвых и тут же потеряли. Лилит колотилась бы в истерике, а зная Жана, он бы молча смотрел на мертвое тело и не смог произнести ни слова, зато потом рыдал бы в своей комнате, не прекращая. Так бы оно и было, но никто из присутствующих сегодня не умрет. Они вытравят из Гнезда главную ветвь, словно крыс и продолжат жить. Он взглянул на свои часы и начал отсчет, не уверенный, что минута прошла, но судя по звукам, Вороны успешно справились с задачей: спрятаться за столами. — Три, два, один… Виктор открыл дверь, а агент Браун кинул дымовую завесу. Как только дым рассеялся по столовой, они зашли в нее рассредоточиваясь по всей площади. Послышались первые выстрели. По ушам здорово било, но Натаниэль не отвлекался на такую мелочь, следуя по стене, он высматривал возможные цели. Если люди Ичиро также, как и команда попрятались за столами – это будет ебаная проблема. Веснински оглянулся на Пирс, которая следовала ровно за ним, он мог поклясться, что будь здесь видно следы – она бы шла точно, ступая по его следам. Пальцами агент показала на колонну и Натаниэль кивнул, уходя за угол, проверяя его и прикрывая девушку, пока она двигалась в нужную сторону. Другая сторона их команды наступала решительно, пока он и Пирс двигались бесшумно, не привлекая внимания, чтобы крысы повыскакивали со своих укрытий, рассчитывая, что тут безопасно. Так что, команда Виктора и агента Брауна неосознанно, а может и наоборот, сдвигала противников прямо в сторону Веснински. Он расправился с двумя людьми за углом, пока агент избавилась от мужчины за колонной. Спустя минут двадцать, когда дым был рассеян, их команда еще раз прошлась по всей площади комнаты, проверяя каждый сантиметр, каждый мусорный бак и угол. Кафель столовой был залит кровью и на этот раз черный цвет не помогал скрыть багровые пятна. Некоторые столы и стулья были пробиты пулями, он лишь надеялся, что за ними никого не было, а если и были, то никого не задело. Вороны продолжали лежать на полу за столами, но уже опустили свои руки от ушей. Натаниэль снял со своего лица всю экипировку, поправил волосы и встал рядом с ними. За спиной продолжали стоять наготове Виктор и его отряд, пока остальных Веснински послал проверять Восточную башню. Конкретно, неизвестно сколько здесь было людей и насколько Ичиро хотел контролировать «Воронов». Натаниэль прочистил горло. — Прошу меня простить за такое, но это мера предосторожности. Пожалуйста, уберите руки за голову и медленно, по очереди слева на право перевернитесь с живота на спину. Без паники, мы всего лишь проверяем, что среди вас не затесался кто-то из людей Морияма. Вороны по очереди, как и было приказано, начали переворачиваться, во все глаза смотря на Веснински. Он не мог скрыть улыбки, когда смотрел на знакомые лица и подавал парням и девушкам руки, помогая встать. Чем больше он проходил Воронов, тем меньше становилась его улыбка. Натаниэль не видел Лилит и Жана, Рико. Ило он узнал сразу. В самом конце лежал парень, у которого торчала задница. Зачем он ее качал в тренажерном зале теперь было понятно – красоваться и быть узнаваемым даже со спины. Рядом с ним определенно лежала Жасмин и пихала его в бок, потому что негодяй закинул на ее ногу свою и, видимо, она начала отниматься под чужим весом. Киллиан шептался с напарником Жасмин. — Эй, справа с конца, четверо, поднимаемся, — Ило поднял руку, указывая на себя. — Да, Ило, ты. Жасмин, Джошуа и Киллиан. Ребята поднялись счастливо махая ему рукой. Он неосознанно улыбнулся во весь рот, махая им тоже. Веснински с улыбкой покачал головой и продолжил. Он остановился, когда увидел взрослого мужчину, лежащего на Воронах. — Подъем. Человек не откликался, он тыкнул в него автоматом, но все было бесполезно. Натаниэль схватил мужчину за пиджак, поднимая лицо. Виктор, подскочил к нему, помогая придерживать. — Это Райн, — сглотнул он, смотря на дырку от пули во лбу. Перевел взгляд на стол, за которым тот спрятался, он был пробит. Одна единственная пуля залетела в стол и сразу же попала в цель. Веснински посмотрел вниз и наконец-то увидел черные кудрявые волосы Жана, пропитанные кровью Райна, Лилит, прижимающую Рико и Моро к себе. Казалось, что они не дышали, а кровь Райна, которая пропитала троих товарищей была не его, а их собственная. Но пуля одна и труп один. Не могли же умереть, верно? — Живы? Живы же? — почти заикаясь, спросил он. — Абрам? Голос сестры вернул его с небес на землю, они отодвинули тело Райна и помогли им подняться. Веснински схватил всех троих, прижимая к себе. С глаз сошло по капле слезы. Не место и не время – он понимал это, но ничего не мог поделать со своим организмом. Расцепив объятия, он улыбнулся им и продолжил осмотр. Завидев тренера и Марию, а точнее сначала трость, а только потом их, усмехнулся. — Тренер, вы хоть встать-то сможете в своем-то возрасте? — Веснински! — А я ему помогу, Натаниэль, не переживай, — ответила Веринга, — ты главное беги сразу, потому что не Тетсуджи, а я самолично познакомлю тебя с тростью! Натаниэль рассмеялся во весь голос, помогая подняться сначала Марии, а после Тетсуджи. — А я с тростью тренера очень хорошо знаком. Сзади послышались недовольные возгласы. Кто-то из Воронов крикнул: — Не так хорошо, как мы все. Атмосфера с напряженной немного изменилась на неловкую. Все улыбались. Шок, растерянность и страх все еще присутствовали на лицах и глазах команды, но уже отходили от этого. Последние Вороны встали, к этому моменту в столовую вошел отряд. — Восточная башня зачищена, в других башнях пусто. — Спасибо, отлично поработали. Сколько у нас потерь и есть ли они у нас? — Один человек из Сербии, пара раненых, — отчитался главный из посланных людей кланом Сербии. — И мои двое, троим нужна медицинская помощь, — нотки грусти проскользнули в голосе мужчины из Пакистана. Наверное, то были не просто его товарищи, но и друзья. — Мне жаль. Стояла оглушительная тишина. Наверное, то была минута молчания в честь погибших. Всех погибших. Пока отряд скидывал трупы в одну кучу, Веснински больше не сдерживаясь кинулся к Лилит, не пряча слез. Глаза Малькольм стояли на мокром месте все это время. — Абрам, — только и смогла шепнуть ему в ухо, прижимая к себе, словно тряпичную куклу. — Где мама, Лилит? Она в безопасности? Ее не было здесь? На матче была – видел, — разъединяя объятия и смотря в глаза сестры, спросил он. — Если не здесь, значит успела убежать. Колумбия. Натаниэль кивнул и двинулся в сторону Моро, сидящего на коленях. Ноги его милого багета не держали, он пытался стирать свои слезы рукавом толстовки с цифрой три и надписью на спине – Веснински, но они продолжали лить и лить. Он упал рядом с ним, как мешок с мукой и нежно притянул его к себе. — Ты обещал всегда быть рядом. Я каждый день ждал тебя в больнице, я искал тебя в каждом человеке нашей команды после выписки, зашел в нашу комнату с надеждой, что ты там, но тебя нигде не было. Ни в длинных коридорах Гнезда, ни на корте, ни на трибунах. Ты исчез, словно все твои слова, сказанные мне в детстве, были ложью. Ты все время врал мне, верно? — Жан шмыгнул носом и наконец-то поднял свои серые глаза на напарника. — Я думал, что тебе скажу, когда увижу тебя живым, потому что не верил, что ты умер и каждый раз видел в своей голове, что я просто буду рад, но сейчас, когда действительно встретил тебя, когда уже думал, что потерял тебя – я чувствую только разочарование. Натаниэль молчал, не знал, что сказать. Жан прав. Милый, угрюмый французский брат был прав. — Тебе не надо оправдываться и что-то говорить, потому что я все равно знаю, что ты не лгал; что ты сделал это ради нас. Ты боялся за нас, верно? Во мне просто говорит обида, но она беспочвенна, я это знаю. — Ты вправе на меня обижаться и называть лгуном, Жан. — Нет, — Моро всхлипнул, притянув к себе напарника за воротник. Веснински сжал его в объятиях, пытаясь надышаться его особенным запахом. Только его запахом. — Моя толстовка на тебе смотрится очень эффектно, — усмехнулся он сквозь боль, — как насчет того, чтобы мы поменялись, м? Цифра три тебе идет больше, чем мне. Четверка больше подходит моему стилю жизни. Так, что ты думаешь? — Да, хочу. Давай. Он просидел со своим напарником бессчетное количество времени, лохмача слипшиеся от крови кудри, поглаживая по прямой спине, считая через толстовку проступающие позвонки. Натаниэль заземлялся, когда был с Моро. К нему успели за это время подойти Виктор и остальной отряд, он отдал приказ зачистить от тел территорию университета. Третий номер смотрел немигающим взглядом на тело Райна, лежащего отдельно от остальных людей главной ветви, когда к нему подошел Рико. — Он спас нас, — прошептал он. — Мне жаль его, — Натаниэль посмотрел на капитана, — но лучше он, чем кто-то из вас. Команда сидела в общей комнате, когда Веснински объяснял все, что нужно будет сделать после. Интервью, светить лицом на каждом телеканале или прямых эфирах, чтобы Ичиро боялся кого-либо убрать с дороги, зная, что за ними сейчас следит вся страна. Чтобы Ичиро просто боялся. Вороны разошлись переодеваться, чтобы выйти в люди, не распугивая никого своим видом. Веснински сидел на диване, когда от команды никого не осталось, Малькольм подсела к нему. Она тяжело вздохнула, прежде чем начать разговор. Он знал, что тот будет трудным для них обоих. Лилит не вздыхала просто так. Если надо было – она бы могла поговорить и при свидетелях, но она ждала. Ждала, когда никто не сможет их подслушать. — Натаниль, — начала она, но голос сорвался, — Абрам, давай ты хотя бы иногда будешь писать или звонить мне, чтобы сообщать где ты, — она пыталась сдерживаться, но смотря на нее, он уже видел собирающуюся в глазах влагу и слышал дружащий голос сестры. — Где ты и что ты делаешь? Жив ли ты вообще? А то, блядь, происходит какая-то хуйня. Мы вроде не чужие друг другу люди – брат и сестра. Семья, Абрам – ты сам об этом говоришь. Ты живешь, словно сам по себе. Словно дикий. Ни мне, ни маме, ни партнеру… боже, да никому ничего не говоришь. Не предупреждаешь. Ты что-то для себя решил и придерживаешься этого даже, если это принесет боль близким тебе людям. А мы типа, должны сидеть и ждать тебя, да? Задаваться вопросами: как он, что он, дышит ли еще? Ждать, когда ты, блядь, соизволишь явиться и показаться нам, да? — Лилит… — Лилит? Это все, Абрам? Он покачал головой. — Прости, я обещаю тебе, этого больше не повторится. Клянусь своей жизнью – я буду сообщать тебе все. Абсолютно все. Прости, — он держал руку сестры с болезненной надеждой. Боялся потерять. Боялся, боялся, боялся. Не знал, что боялся еще, но потеря сестры было не единственной причиной. Малькольм кивнула и посмотрела на брата, не скрывая усмешку. — Как думаешь, Абрам, ошибусь ли я, вновь поверив твоим обещаниям и прощу тебя. Снова. — Нет, не ошибешься. Гарантирую тебе. — Хорошо, — его сестра встала, направляясь в свою комнату, чтобы переодеться. Натаниэль смотрел в одну точку, почему-то боясь моргнуть. Несмотря на то, что команда рада видеть его живым – он им всем сделал больно и они все вправе его ненавидеть и не верить ни единому блядскому слову. Нормально, что они его не понимают; нормально, что он их тоже отчасти не понимает. Главное, чтобы дальше у них все было прекрасно и он больше не собирается подводить ни единого человека в этом месте. А чуть позже один единственный звонок быстро вернул его с небес на землю; быстро вывел его из равновесия. Отец.***
Монстры проводили свои каникулы с ноткой тягучей лени. Тренировки, телевизор, еда. Телевизор, еда, тренировки. Иногда «семейные» обеды у Эбби и Джейни. Поездки в Колумбию – единственное развлечение. Никто и не жаловался такому раскладу. Ваймак, Кевин и Эндрю смотрели по телевизору баскетбольный матч, когда экран замигал и начали транслировать хэштеги. — Ощущение, что прошло пять минут с прошлого отключения, а не час, — высказался Дэй. — Им самим не надоело это крутить? В гостиную из душа как раз вовремя вышел Хэммик. — Имей совесть, Кевин, команду вместе с учениками и фанатами держат взаперти. Это преступление! Канал хоть что-то делает для привлечения внимания, а ты только болтать горазд, — вытирая волосы, почему-то разозлился он. — А что я по-твоему должен делать? Нет, не так, — покачал головой Дэй. — Что я могу сделать? — Боже, — выплюнул Ники, — что ты можешь? Мировая звезда с кучей подписчиков, даже не знаю, что ты можешь сделать! Я молчу о том, чтобы выйти на акции и петиции, посветить своим ебальником! Разъяренный Дэй подскочил с дивана, тыкая пальцем в кузена Миньярдов. — Ты хоть что-то из этого можешь сделать сам? Или тоже только трепаться? Мучает недотрах, поэтому злишься и срываешься? Скажи прямо, готов скинуться на билеты твоему Эрику! Пусть привезет свой член сюда и сделает свое дело, чтобы ты наконец-то заткнул свой похабный рот! — Господи, ну конечно, что еще могло прийти тебе в голову! Я хотя бы не сижу на диване и не ною на благотворительную акцию телеканала, — усмехнулся он. — Старшекурсники правы – ты ебаная королева драмы! — Что? — Ты слышал, Дэй. Завали и смотри свой обсосанный баскетбол. Кевин успокоился и, действительно, переключил все свое внимание на телевизор. Эндрю встал со своего насиженного места и начал хлопать в ладони в сторону Ники. Дэй косо поглядывал на него. Разве Эндрю не должен был защищать его? — Браво, браво. Это что сейчас было? О, мой ученик превзошел учителя! — вытирая несуществующую слезу с глаза, сказал Миньярд. — Я так горд! Так горд. — Цирк ебаный, — проходя из кухни в коридор, обронил Аарон. Он явно слышал все. — Я в магаз, — не давая никому вставить и слово, продолжил: — Если кому-то что-то надо, вы можете поднять свои задницы и сами сходить, — Хэммик сразу же закрыл рот. — Эх, хотел пивка. — Тебе за руль еще садиться, — обуваясь, кинул Аарон. — Точно, — Ники немного взгрустнул, но настроение быстро вернулось на прежний уровень. — Хэй, Эндрю уже не на таблетках, почему я продолжаю возить ваши сочные попки? Дэй укоризненно взглянул на Хэммика, словно говоря: я же говорил – похабный рот. — Потому что, — откликнулся виновник, кузен кивнул. Сказать на такой аргумент было нечего. Ваймак, затаивший на всякий случай дыхание, наконец-то выдохнул. Дожил до дней, когда боится в своей квартире ненароком открыть рот, чтобы ему не прилетело. Не квартира, а проходной двор. Входная дверь открылась, перед мужчинами появилась запыхавшаяся Джейни. — Лифт. Не работает. — Твою мать, — выругался Миньярд, зашнуровав кроссовки. — Похуй, — выдохнул он, встал и ушел. Видимо, в магазин ему нужно было срочно. — Зря, — пропыхтела Смоллс, когда оказалась в лежачем положении на диване. Когда успела добраться? — Выглядишь потрясно, Джейни, — одарил комплиментом Ники. — Мы же собирались в Райские сумерки или я попутала? — Мм, — утвердительно кивнул Эндрю, — рановато ты, местная журналюга. Неужто хочешь эксклюзивное интервью у лучшего голкипера? — А что, можно? — ожила Смоллс. — Не-а, — усмехаясь протянул он. — Черт! Препирательства прекратились, когда все услышали звук начала новостей, которые обычно шли вечерами. Дэвид прибавил звук, приглушая тем самым все звуки в квартире. — Срочное включение. В студию начали поступать сообщения от людей о том, что на территории Эдгара Аллана проходит зачистка территории. По словам присутствующих протестующих, заглушки были отключены сразу же, как только специальный отряд ФБР проник на территорию университета, — вещала телеведущая. — Очевидцами насчитывается около пяти десятков выстрелов, которые были им слышны. На данный момент зачистка по словам агентов закончена. Ну, а что происходит сейчас на территории университета нам расскажет мой коллега, который находится в эпицентре с самого начала спасательной операции. — Да, здравствуйте! Сейчас я стою уже на территории Эвермора. Ворота университета открыты, счастливые люди выходят навстречу своим близким и родным, — сдержано говорил мужчина. Сзади него ходили люди, отдаленно можно было увидеть игроков «Воронов», бродящих по своей родной земле. — Агенты по большей части хранят молчание, но один из них дал согласие на небольшое интервью, — камера перевелась на парня в полном снаряжении. — Еще раз здравствуйте. Поделитесь с нами и нашими зрителями, как прошла операция по освобождению граждан и игроков? — В дежурную часть пришло уведомление о сигнале, расшифровывающееся, как – захват заложников и удержание против воли. Нашим отрядом было решено действовать оперативно и быстро – приказа оставить террористов в живых не было. Мы действовали, следуя протоколу. Потеряли троих наших бойцов, несколько ранены, но уже получили должное медицинское обследование и помощь. Ни одной потери среди гражданских, что очень радует. Террористы полностью нейтрализованы. Никаких опасностей на территории университета не обнаружено. Также никаких угроз жизни и здоровью гражданским и игрокам больше нет. Дело передано в прокуратуру. Будет идти расследование против директора университета. Пока будет идти расследование место директора временно займет Тетсуджи Морияма – главный тренер и тренер линии нападения «Воронов». Он проходит по делу в роли пострадавшего и свидетеля, как и игроки, поэтому не может быть замешен в данном уголовном деле, — мужчина перевел дыхание и продолжил: — Мы передадим все прокуратуре, и она также проведет проверку каждого преподавателя. Мы должны быть уверены в безопасности «Воронов» и предотвратить любые возможные угрозы. — Сразу видно профессионалов. Неужели «Воронов» и фанатов, действительно, взяли в заложники? — Об этом вы можете спросить у самих «Воронов», спасибо! Агент начал удаляться маленькими шажками от камеры, но его перехватила Малькольм и потащила обратно, как нашкодившего котенка. К ней присоединились Морияма, Моро и Жасмин. — Здравствуйте, — начал капитан команды, — все это время, как нас заперли в Гнезде – мы понятия не имели, что наших фанатов держат здесь против воли и не пускают домой. Мало того, обустроили какой-то палаточный лагерь! У нас огромное общежитие для студентов, куда спокойно могли разместить каждого! — Мы хотим извиниться перед нашими фанатами за это. Мы также ничего не могли сделать, но если бы знали о всей ситуации, что здесь происходила, то хотя бы попытались. У нас нет ничего дороже друг друга и фанатов. Мы дорожим каждым и любим каждого, так сильно, как это возможно. Вы наша поддержка и семья, — твердо и искренне, глядя в камеру, словно смотрела в душу говорила Лилит. — И да, наверное, нас вязли в заложники. Мы тренировались только под дулом пистолета, ходили в туалет в сопровождении, не могли нормально стирать вещи и ели в компании убийц! В какой-то момент, мы хотели уже попрощаться с жизнью, но все обошлось. Нас спасли, — облегченно выдохнула слова Харпер. Она схватила балаклаву Веснински и стянула ее с головы. — Он. Нас спас он. Натаниэль Веснински – нападающий «Воронов» вернулся, чтобы спасти нас. Мы верили и ждали. — И вот он здесь, — улыбнулась Лилит, смотря в голубые глаза брата. — Натаниэль жив, — положив руку на плечо, сказал Рико. Вороны на заднем плане ликовали, хлопали в ладоши и прыгали, собираясь вокруг Малькольм, Веснински, Мориямы и Харпер. В кадре счастливые игроки обнимали друг друга, словно не могли себе позволить этого почти две недели взаперти. Эндрю смотрел на счастливого Веснински в форме ФБР, которая отлично шла ему – он снова всех спас; снова жертвовал собой. Тогда на банкете Миньярд назвал его мучеником и тот отчитал его, как ребенка, но теперь голкипер понимал. Он и правда мученик. Плевать, что сказал нападающий «Воронов», плевать, что его пристыдили. Мученик, есть мученик. Они вдвоем. Они вдвоем спасали и помогали своей семье. Пусть так и будет. Ладно. Камера повернулась немного в сторону, к Воронам подошли Тетсуджи и Мария, обнимая за плечи своих детей. — Мистер Веснински, неужели все это время вы скрывались у ФБР? Почему вы одеты по форме? Нашли работу по душе? — Нет, я всего лишь человек, который знает Эвермор и Гнездо лучше всех, поэтому меня взяли с собой, чтобы я проложил дорогу. Конечно, ФБР знали, что я в городе и быстро связались со мной. Так что спас своих товарищей по команде не я, а профессионалы. Они знали, что делать, я лишь действовал их инструкциям и приказам. Корреспондент кивнул и перешел дальше, задавая вопрос: — Мистер Морияма, рады вас видеть в добром здравии! Ответите на пару наших вопросов? — Конечно, — кивнул тренер и улыбнулся. Больше не прятал свою улыбку. Весь страх перед главной ветвью умер ночью вместе с его братом Кенго и будет вместе с ним же похоронен. Показывать свои эмоции нормально, чувствовать нормально. Улыбаться, когда счастлив – потрясающе! — Могли бы вы поделиться информацией, если вам, конечно, известно – кто является руководителем и спонсором команды экси Эдгара Аллана? — Известно. Мой племянник – Ичиро Морияма. Он является руководителем и главным спонсором, помимо наших других партнеров, которые указаны на сайте, — Морияма задумался на несколько секунд. — Полагаю, что фанатов и учеников держали здесь, потому что они могли увидеть его лицо, когда Ичиро убегал с «прощального» матча. Он не хотел, чтобы его видели и знали, кого мы так боимся. Полагаю, что все это время он думал, что с этим делать, но видимо, не пришел ни к какому однозначному выводу. — Спасибо. Как думаете, вы справитесь с возложенной на вас ответственностью? Теперь вы не только главный тренер «Воронов», но и на неопределенное время – директор университета. — Ответственность и правда большая, — кивнул он, — но сейчас у нас летние каникулы и поскольку будет проведена проверка всех преподавателей, то дополнительные летние занятия будут отменены. Я не подпущу учащихся к непроверенным людям. За лето, надеюсь, привыкну, да и у меня есть прекрасная помощница. Вы всегда ее видите в кадрах на интервью и конференциях – она неотъемлемая часть тренирующей команды «Воронов», знакомьтесь – Мария Веринга – пиар-менеджер нашей команды! — Просто прекрасно. Мы все надеемся, что вы оправитесь от столь жестоких событий в вашей жизни и в новом учебном году вернетесь в строй и покажите достойную Воронов игру! — Так и сделаем, — кивнул Рико, — и раз уж мы уже в эфире, то позвольте вновь передать свои полномочия капитана Натаниэлю Веснински. Теперь, надеюсь, что навсегда, — улыбнулся он. — Хороший настрой, а я передаю слово своей коллеге в студии. Спасибо, что были с нами! — Да, спасибо, Грегори. Мы узнали, что сейчас происходит в стенах Эвермора. Но на этом к этому часу все. Скоро начнутся первые Национальные игры в этом году, которые мы будем транслировать. Вся информация будет у нас. До скорых встреч. Спасибо! — Во дела, — пропел Ники. — Кто бы мог подумать, что все дойдет до перехвата. До этого всем структурам власти было абсолютно плевать. — Веснински, — только и ответил ошарашенно Кевин. Знал же, что брат жив и здоров, но все равно, увидеть живым и знать – совершенно разные вещи. С двумя банками энергетиков в квартиру завалился Аарон, еле шевеля ногами тот рухнул на пуфик в коридоре. — Ебаный лифт. Смоллс довольно и язвительно хмыкнула. Ну, предупреждала же, ну! Эндрю глянул на часы и присвистнул. Ники проследил за взглядом кузена и подорвался. — Точно, пора собираться и выезжать. Джейни радостно потянулась на диване. Уже собранная, она никуда не спешила, пока Монстры, кроме Эндрю, бегали по квартире, собирая вещи с разных углов. Благо терпения тренера хватало на такой беспорядок. Вообще, Смоллс думала, что для всех мужчин в этой квартире это был ебать какой порядок. Аарон тяжело вздохнул и начал свои сборы, кряхтя, но начал. Они ехали по трассе, смирившись с плейлистом Ники. Lana Del Rey пела о печально проведенном лете, а кузен завывал на особо затяжных моментах вместе с ней. Смоллс научилась спать в дороге между двумя близнецами, не задевая ни одного из них, но иногда случались осечки, благо Эндрю позволял ей это. Они как всегда сначала заехали в кафе поесть мороженого и все еще ненавистной Джейни пылью, но она благоразумно молчала об этом. С тех пор, как Миньярд прошел реабилитацию, тот не прикасался ни к чему такому и ее это устраивало. Что творили остальные ей было безразлично. А после знакомый до боли клуб, Кевин каждый раз заходил сюда, затаив дыхание в надежде увидеть Мэри Хэтфорд, но не всегда получалось пересечься, чем он был огорчен. Их остановила охрана. Парни проделали свои замысловатые жесты, здороваясь с бугаями. — Только V.I.P. места. — Подходит, — кивнул Эндрю и их пропустили без очереди. После суда ему выплатили заоблачную сумму денег за моральный ущерб. Давиде, постарался от души, чтобы маленький наследник поблагодарил его, но от него и следа не осталось. Но, возможно, тот делал это действительно от души. Они сидели на втором этаже, прямо над танцполом. Ники, Аарон и Джейни ушли танцевать, пока Дэй глушил водку с лимоном, а Эндрю изредка делал глоток недешевого виски, не обращая внимания на завывания Кевина, — кто бы мог подумать! — о экси. Миньярд опешил, когда телефон в его брюках завибрировал бессчетное количество раз. Кто-то явно хотел, чтобы тот ответил. Он разблокировал экран, расслабляясь на диване. «Эндрю, ты не читал новости? Или может видел?» «Я знаю. Это чертовски глупо…» «Но не мог бы ты… завтра начнутся выходные» «Боже, кто же думал, что это так сложно?..» «А я корил Лилит, что она позвали Рене погулять, а не на «свидание», я еще хуже, ха!» «О чем это я? Ах, да. Не мог бы ты приехать?» «Ко мне. В Эвермор» «Я пойму, если ты скажешь нет, это окей» «Я бы приехал сам, но… ты же читал новости, да? Я правда не могу уехать пока что, но…» «Может, можешь ты? Я оплачу тебе все расходы» «Я просто хотел бы тебя увидеть и все.» Эндрю смотрел на сообщения, не зная, как реагировать на это. Хотел бы он приехать? Конечно. Ответ положительный и он знал, что, какая бы причина не была – ответ все равно был бы положительный. «Как много точек от меня. Прости. Я буду ждать ответ хоть всю ночь, но просто ответь, ладно?» — Ну, конечно, — хмыкнул рядом с ним пьяный Дэй, — сначала ты позволяешь ему надеть на себя ошейник, а позже не против ебаного поводка. Знакомо. — О чем ты? — отрывая глаза от телефона, спросил он. — О, только не придуряйся, Эндрю. Ты знаешь, о чем я. И я тебя прекрасно понимаю. Все мы в Гнезде, как только появился Натаниэль самостоятельно надели на себя ошейники и отдали свои поводки в руки Нату. В том числе тренер Морияма, а позже, как я погляжу и Рико, — усмехнулся чему-то своему он. — В глазах людей он ангел, а глазах общественности спаситель «Воронов», в глазах родных – семья. В глазах игроков – брат. В твоих глазах – безграничная нежность. — Заткнись. Эндрю ошибался, когда думал, что его заинтересованность видел только его кузен. Ошибался насчет Кевина – он был достаточно наблюдателен и молчалив, чтобы показать себя сразу. Он знал их обоих и знал, о чем говорит. Черт. Эндрю не ответил, но ему и не пришлось. Возле них оказался Ники, вытаскивая Дэя из-за стола. — Иди разомни тело на танцполе, доходяга. Кевин послушно поплелся по лестнице вниз. — Роланд спрашивает, почему ты не заходишь к нему в коморку. Я, блядь, хотел бы очень знать, что вы там вдвоем делаете, но ни при таком раскладе. Миньярд тяжело выдохнул и опрокинул в себя стакан. В который раз за пару минут он спрашивает: — О чем ты? — Веснински. Есть у меня догадка, что ты с Кевином болтал не о Рико. — Какого ебаного члена все лезут не в свои дела? Хэммик замахал руками, протестуя: — Ни в коем случае. Точно не я. Я не собираюсь лезть в это. Просто хотел сказать: не надо. Если тебе правда нравится Натаниэль, забей на Роланда. Не ходи к нему. Он фыркнул. — Тебе ли говорить о верности? — алкоголь развязал язык, как всегда. — У вас с Эриком хрен пойми что, а не отношения. — Это в прошлом. Я люблю его и остальные ничто и никто. Если уж быть прям откровенным, у меня никого, кроме него нет и не было. Миньярд наигранно рассмеялся. — Отъебитесь все от меня. Они сидели всей компанией, выпивая, когда заметили Мэри и Вито недалеко от своего столика. Сегодня V.I.P. места были почти свободными. Пьяный Дэй, шатаясь встал и начал махать руками, словно так женщина могла его заметить. Когда Кевин понял, что это не работает, он начал кричать, перекрикивая громкую музыку. — Мэри! После десятой попытки он наконец-то был услышан и Эндрю был благодарен за это, потому что его нервы уже сдавали, и он собирался разбить свой стакан об голову нападающего. Хэтфорд и Скалетта подошли к ним, Ники быстро сообразил и смотался за двумя стульями, предлагая их. Мэри признательно кивнула. — Добрый вечер, — улыбнулась женщина, — как я погляжу вы здорово отдыхаете. Как у вас дела, ребят? Хэммик улыбнулся и начал пересказывать, чем они занимались все это время во время каникул. Эндрю предполагал, что его кузену нравится Мэри и он мог его понять. Ему самому нравилась эта женщина. Она не была хорошим человеком – нет, но кажется она была хорошей матерью. В отличие от других ему знакомых «матерей» по системе опеки и Тильды – Мэри защищала своих детей и признала, назвала своей дочерью Лилит Малькольм. Она также признала новую семью Веснински в виде всех «Воронов» и относилась ко всем соответствующе. По тем немногим встречам с Мэри, пока Натаниэль был признан пропавшим без вести, она рассказывала о Жане, как относится к нему, как своему ребенку, рассказывала о Жасмин и Ило, Киллиане. Даже мелькали слова о изменившимся в лучшую сторону Рико. Хэтфорд любила всех и давала всем вторые шансы, как Дэвид. Эндрю мог бы сказать, что это гребаная проблема этой женщины, но вскоре понял, что она на каком-то своем уровне чувствует людей. Женская интуиция, да. Мэри часто присматривалась к нему, разговаривала с ним, пыталась построить с ним хорошие отношения, и он не понимал почему, но что, если она видела его насквозь; видела, как он смотрит на ее сына. Что если она уже тогда, за «семейным» ужином все поняла. Его влечение, его заинтересованность. Миньярд моргнул, возвращаясь в настоящее. — Да, конечно, видела новости. Материнское сердце не обмануло меня. Я знала, что все в порядке. Смоллс кивнула. — А вы знали, что он в Штатах? — Нет, — покачала головой женщина, — признаюсь, что нет. Мне обидно, что он сразу же не связался со мной, но я думаю, ему было важно сохранить это в тайне, чтобы главная ветвь видела, как мы огорчены и скучаем по нему. Чтобы главная ветвь правда верила, что он сбежал. Но я не понимаю, откуда он узнал, что Натан выходит на свободу. Он с ним не поддерживал связь. С Лолитой Малькольм он тоже больше не общался. Все дела Веснински, что он вел – он вел через своего доверенного в Балтиморе. — Может ли быть такое, что сама главная ветвь и сказала ему? — подключился в разговор Аарон. Было видно, что и его близнец доверяет Мэри. — А потом он специально инсценировал свою смерть на границе, чтобы эта же главная ветвь и поверила в его смерть. — Вообще-то, именно так я и думаю, — кивнул Вито. — Очень даже логично звучит. Мэри задумалась и тоже кивнула. — Да. Возможно. Стол погрузился в молчание. Ники подскочил, когда заиграла незнакомая Миньярду песня и унесся на танцпол, прихватив с собой Джейни, Аарон взглянул на Эндрю и подхватив под руку Дэя, вывел его следом. Скалетта отошел на небольшое расстояние. Все эти люди дали ему возможность поговорить с Хэтфорд, но он об этой возможности не просил и говорить с ней в принципе не хотел. — Как там Натаниэль, Эндрю? Миньярд усмехнулся и взглянул в серые глаза женщины. Почему все так уверены, что у него есть какая-то связь с этим рыжим беспризорником? — С чего вы взяли, что я общаюсь с ним и имею хоть малейшее понятие, что и как он? Мэри Хэтфорд скопировала усмешку голкипера и также серьезно смотрела на него. Она, действительно, видела его насквозь, не так ли? — Знаю. Просто называй это материнским чутьем. — Это чутье слишком хорошее, не находите? — схватив стакан с виски, спросил Эндрю. — Разве это плохо? Он закатил глаза, когда понял, что они начали общаться друг с другом вопросами. Эндрю сделал небольшой глоток алкоголя, обжигая свое горло. — Полагаю, что нормально, — Миньярд помедлил, но чуть позже продолжил: — Он написал мне и попросил приехать. Женщина опешила и выгнула бровь. — Прости, что? Попросил приехать? — Вы прекрасно меня слышали. Она махнула рукой и взяла свой коктейль, который неспешно попивала еще до того, как присоединилась к ним за стол. — Проверяла правильно ли я поняла. Думаю, нам с Вито стоит навестить его. — Зачем? — Не знаю, известно ли тебе, что Абрам никогда ни о чем не просит. Ему хватало в детстве просить, умолять, но он никогда не получал того, что просил. Он разочарован в просьбах и именно поэтому вечно страдает один и делает все сам. Он рано стал самостоятельным – это отчасти моя вина. Эндрю понимал, о чем просил Натаниэль. Умолял. Жизнь с Мясником здорово пошатнула его психику, он также разочарован, как он сам в некоторых словах; в некоторых действиях. Теперь, услышав это от его матери, мог ли он действительно отказать в просьбе Веснински приехать к нему, но он и не смог бы отказать. Это не в его юрисдикции – отказывать ему. Миньярд ни морально, ни физически просто не мог это сделать. По понятным ему причинам. Знал ли сам Натаниэль причину, по которой попросил именно Эндрю приехать? В каком тот состоянии был, чтобы сломаться и наконец-то попросить кого-то, надеясь не услышать отказа. Он взял свой телефон в руки и начал печатать ответ. «Только после выходных. В понедельник буду, да или нет?» Ответ пришел незамедлительно, словно все это время Веснински сидел с телефоном в руках, ожидая ответ. Возможно, ожидая увидеть отказ. «Да. Да, конечно, я буду ждать» Мэри хмыкнула себе под нос, но Эндрю услышал, музыка как раз на секунду отключилась, чтобы сменить трек, видимо, по запросу. Он сейчас жутко ненавидел эту женщину за то, что она знала; за то, что она понимала. — Думаю, мы с Вито можем приехать и попозже, дел в Колумбии у нас все равно много, — загадочная улыбка осветила ее лицо. Определенно. Эндрю ненавидел ее. В воскресенье днем они уже были в Пальметто в квартире Дэвида. Эндрю начал собирать спортивные шмотки Кевина, Аарона и Ники. Вещей Джейни в квартире не было, но ему было плевать. — Мы снова куда-то едем? — решился спросить Ники. — На стадион, пора бы вам поиграть с мячиком, — отозвался Эндрю, не замечая, как на него уставились пять пар глаз. Дэвид почти поперхнулся кофе, но только почти. Он взял спортивную сумку и направился к машине. — Пошлите. Один только Кевин был рад такому раскладу. Наслаждайся Дэй, больше такое не повторится. Он завез компанию на стадион и отправился обратно к Ваймаку. Эндрю долго сидел в машине, собираясь с мыслями, он представлял их диалог, пока ехал в лифте и завис, словно на паузе, когда Дэвид все-таки поперхнулся кофе, увидев Миньярда дома. — Я думал вы на корте, — перестав кашлять, выдавил из себя тренер. — Остальные именно там. Дэвид Ваймак выгнул бровь. Он ни черта не понимал, что творится. И, определенно, не хотел понимать. У него отпуск. Каникулы. Но Монстры никогда не собирались жалеть его психику. Ни в учебное время, ни в каникулярное. — Конечно, это не могло быть правдой, что ты потащил всех тренироваться. А я уж было хотел собраться и сделать тебе дубликат ключей от стадиона. Эндрю покачал головой и сел за барную стойку напротив Ваймака. — Они мне ни к чему. Они сидели и играли в молчанку. Дэвид ждал, когда его игрок соберется и наконец-то скажет то, что собирался. Не зря же он выгнал всех. — Тренер, когда вам нравится человек. Нет, как вы понимаете, что он вам нравится? Ваймак отставил чашку кофе от греха подальше. — Нет, черт возьми, Миньярд, мне за это дерьмо не платят. Эндрю кивнул и вытащил из кармана несколько купюр, положив их на стол и пододвигая к тренеру. — Как вы понимаете? — повторил свой вопрос. Мужчина вздохнул и взял деньги, усмехнулся и ответил: — Чувствую? Мне нравится проводить с ним время, хочется чаще видеть. Разговоры ни о чем не напрягают. Миньярд, что за дерьмо? Эндрю не ответил и задумался. Они просидели в тишине еще минут пятнадцать, когда тот наконец-то кивнул. — Завтра я уезжаю в Гнездо. Остальные будут на вас, присмотрите за ними. — Твою мать, Эндрю, мне действительно не платят за это. Какое к черту Гнездо? О чем ты? — Я же заплатил, — непонимающе моргнул Миньярд, глядя на их тренера. — Эвермор, Эдгар Аллан, Гнездо. — Хочу ли я знать, кто из «Воронов» тебе там нравится? — спросил сам себя Дэвид. Эндрю усмехнулся и все же ответил на риторический вопрос. — Наверняка, хотите, но вам за это не платят, тренер, — протянул он. — Да и ответ вам вряд ли понравится. Ваймак вернулся к своей остывшей чашке кофе и усмехнулся. — А если я верну тебе деньги? Миньярд загадочно улыбнулся. — Только, если еще добавите от себя пару купюр. Было видно, что Дэвиду стало интересно, кто же мог зацепить его вечно отстраненного игрока. Он кивнул и достал из кошелька деньги. Эндрю схватил их и быстро сунул к себе в карман. Голкипер начал спиной отходить от стола, чтобы видеть реакцию тренера. — Не поверите же, тренер! Ваймак пил свое кофе и махнул рукой, мол говори. Эндрю не стал больше сопротивляться и ответил: — Тетсуджи Морияма. Кофе, как он и ожидал вышло носом. Дэвид подавился и запачкал весь стол и пол рядом с собой. — Миньярд, черт возьми! Верни мне мои деньги сейчас же или отвечай! Впервые Эндрю действительно смеялся по-настоящему. Он был доволен своей пакостью. — Я ответил, тренер, не мои проблемы, что вам не понравился мой ответ! — выбегая из квартиры, прокричал он. Следом догонял его благой мат. Разговор был не особо продуктивным, но он ни капли не пожалел о нем. Эндрю сидел на трибуне и смотрел, как доигрывают тренировочную игру его люди. Когда завтра он приедет к Натаниэлю, что он скажет ему? Ждет ли Веснински вообще от него каких-либо слов? Возможно, ему нужно просто присутствие Эндрю рядом? Миньярд простонал и начал тереть глаза до черных точек перед собой. Он уже заранее знал, что будет думать об этом всю ночь; что он не выспится и будет недовольным весь день. Разочарует ли это Натаниэля? — Да блядь, — стукнул себя по лбу он. — Блядь! Прекрати, дерьма кусок. Просто прекрати! — Тяжелый день? — послышался голос справа. Эндрю просто кивнул. — Что насчет отпустить все на самотек? Пусть все идет своим чередом, — пожала плечами Джейни, когда села рядом с ним. — Иногда полезно так делать. Он вопросительно посмотрел на нападающую. Та лишь усмехнулась. Спустя некоторое время, она все же ответила. — На лице все написано. — Что там, блядь, может быть написано? — На самом деле многое, если смотреть долго и внимательно, — Смоллс встала и начала спускаться с трибун в раздевалку. Перед самым выходом она повернулась. — Просто один раз попробуй поплыть по течению, а не против и ты увидишь, как на самом деле все легко и просто. — Гребаная журналистка, — выплюнул Эндрю, но, естественно, Джейни его не слышала.***
Ичиро прилетел в штат Мэриленд в Балтимор к всемирно известному Мяснику. Лолита Малькольм встретила его у ворот особняка Веснински и предложила идти за ней. Сам Натан Веснински сидел за огромным столом, завтракая. По разные стороны от него сидели его люди, многих из них Морияма не знал ни то, что в лицо, но и по именам. Натан поднялся из-за стола и улыбнулся. Никогда не сможет привыкнуть к этой пугающей улыбке, вселяющей глубокий ужас своим врагам. Натаниэль мастерски повторял такую же улыбку отца, до смерти пугая этим Ичиро. Маленький Мясник, наверняка, не знал, как распугивает всех этим. Не знал, что она в точности, как у его отца. Он был точной физической копией отца, с этим не поспорить, но его характер – дикая смесь двух семей, пугал, еще больше. Натаниэль даже не догадывается, как Морияма на самом деле боится его. Как он надеялся, что тот будет на его стороне, но многочисленные убийства его людей и следы, оставленные им, показали и доказали, чьих это рук дело. Отослал его подальше, чтобы тот не набирал себе союзников; чтобы разобщить его с названной семьей. Ему нужно было время, чтобы решить, как действовать против Веснински-младшего; нужно было время, чтобы его отец занял сторону главной ветви. Но Натан тоже никогда не был так прост. И как итог: все сыграло против него. В отличие от Ичиро, Натаниэлю верили и доверяли – его любили. Люди были преданы ему. Они шли за ним за идею, пока люди Ичиро шли за ним из-за власти и денег, а когда власть почти рухнула, от него начали отворачиваться. — Присаживайтесь, — указал на стул на против него. Ичиро кивнул и сел, опуская то, что Натан не назвал его Лордом. Собрание еще не состоялось – он все еще наследник. Женщина быстро подала гостю столовые приборы и принесла омлет с беконом. — Видимо, случилось что-то важное, раз вы приехали в такое неспокойное время. Веснински не смотрел на него, нарезая на мелкие кусочки бекон. Тон Мясника показывал кто здесь хозяин и кого слушают все эти люди, сидящие за столом. У него же самого почти не осталось людей из-за гребаного сынка Мясника, а остальные не подчинялись ему. Пока. Пока еще нет, но вскоре будут. — Продолжай работу на главную ветвь, Натан. Веснински запрокинул голову и рассмеялся, роняя нож на стол. Его люди усмехнулись, не позволяя себе быть громче своего Хозяина. А вот за Мясником шли из-за страха; шли из-за страха смерти. Он вполне понимал этих людей. — А я должен? — наконец-то спросил он, после приступа, поднимая густую рыжую бровь. — Главная ветвь всегда была против кумовства, почему же я должен служить сынку Кенго? Есть ли какие-то причины? Морияма кивнул и посмотрел в голубые глаза монстра. — Я отдам тебе Натаниэля. Можешь делать с ним, что хочешь. Творить любые бесчинства. Я не собираюсь, как мой отец, ругать тебя и ставить в неловкое положение, запрещая все. Никаких ограничений. Мясник щелкнул пальцами, и женщина немедленно принесла ему алкоголь и подала стакан под виски. — Кого ты собираешься одурачить, щенок? — грубо спросил Натан. — Я знаю, что Младший давно не служит тебе. О, кажется, он и вовсе против тебя, не так ли? Ичиро до побеления костяшек схватил вилку, губы непроизвольно сжались в одну линию. Так с ним разговаривал лишь отец. Только он мог себе это позволить, больше никто. Но не в его положении было указывать на это. Может, потом? Он обязательно покажет Мяснику, где его место. — Это мое обещание тебе. Я найду его и приведу к тебе за руку. — Где гарантии? Хоть один повод верить? Ичиро покачал головой. — То-то и оно, — усмехнулся Натан. — В любом случае, я собираюсь разобраться с Младшим. Чертов ребенок посмел занять мое место; посмел быть лучшим. Кенго не уставал тыкать этим дерьмом мне в нос. Поскольку он наш общий враг, то стоит действовать сообща. Морияма облегченно выдохнул. Он надеялся, что этого никто не заметил. — Позже, когда с этим будет покончено, я не собираюсь больше работать на тебя, — продолжая завтрак, разглагольствовал Веснински. — Забудь про меня и, если твои люди хоть как-то приблизятся к моему штату – ты и твои люди трупы. Это ясно? — Вполне. Что мы будем делать? Мясник снова улыбнулся, обнажая свои зубы, пугая этим и своих людей. — О, не беспокойся за это. Натаниэль боится меня и Лолиту, как огня. Мы с Лолой давно не звонили ему и не спрашивали, как у него дела. Определенно, это выведет его из равновесия. Будем звонить ему и выводить из равновесия. Звонить, звонить и звонить. Вечно на иголках, вечно в страхе. А позже, когда он расслабится – зайдем в игру намного серьезнее. Ичиро противно усмехнулся. Как же он мог это забыть. Они оба, он и Натаниэль, до смерти боялись одного — своих отцов. Боялись до дрожи в коленках и подрагивающих губ. Он ни капли не ошибся, когда решил идти к Мяснику.
