Покорить Короля Ада

      В последние дни было слишком нервно. Это чувство можно было списать на внезапно появившихся новых постояльцев, которые прибежали либо на бесплатное жилье и еду, либо посмотреть на местную достопримечательность в лице Люцифера. Точнее именно на это и пытался сослаться Аластор, разглядывая свои руки, кажется, уже десятый раз за последний час, пока все весело суетились в холле. Люцифер тоже веселился, а вот демону было не до этого.       Настроение было ни к черту, как бы иронично это ни звучало. Хотелось быть еще более язвительным и агрессивным, а, казалось бы, куда больше? Решив, что в отеле ловить нечего, радио демон отправился в город каннибалов, где ему и приятнее, и всегда рады. Зато это решение подняло настроение Рози.       Женщина всегда была вежлива и изящна, поэтому, когда Аластор смотрел на нее, у него автоматически вываливались комплименты. Пусть не совсем искренние, но она и им была рада. То ли женская интуиция помогла, то ли их давняя дружба, но Рози сразу поняла, что что-то с ее улыбчивым другом не так. — Что же случилось, Аластор? — обеспокоенно спросила она, усаживаясь на диван, приглашая Аластора сесть рядом, похлопывая ладонью возле себя. — Проблемы со сбором душ? Или, может, ты перешел кому-то дорогу? Хотя ты переругался с половиной ада, чего только стоят ваши перепалки с Воксом, — она задумалась, прижимая руку к подбородку. — Неужели у Чарли проблема с ее глупым отелем? — Ох, Рози, — улыбчиво вздохнул демон, воодушевляясь попыткам угадать, что же гложет его душу. — Все куда сложнее, дорогая. Кажется, я пал до дел сердечных.             Стоило Аластору чистосердечно признаться в беспокоящей его проблеме, пожалуй, единственному человеку в своей жизни, которому он доверял, даже если учитывать его жизнь до загробной, как Рози шокировано охнула, прикрывая свой раскрытый от удивления рот длинными пальцами. Воцарилась неловкая тишина, от которой у Аластора начал дергаться глаз. — Не ожидала когда-то услышать от тебя подобное, мой друг, — наконец, высказалась Рози, стирая удивление со своего лица. — Но тебе не стоит переживать, ведь романтика — это моя тема. Пальчиков?..       Аластор рассмеялся и отказался от предложения, после чего кратко пересказал случившееся, стараясь избегать уточнения о том, кто же причина волнений. — То есть, тебя на некотором животном инстинкте тянет к человеку, который и сильнее, и умнее тебя, чем тот охотно пользуется, управляет тобой и требует… Владения тобой? — Аластор неловко кивнул. — Ты думаешь, что все в действительности выглядит именно так, как ты видишь? Я имею в виду, что по твоим словам ты просто хочешь поглотить этого человека, а он и вовсе не воспринимает тебя всерьез, играясь с тобой. Вот только если бы ты хотел только, извиняюсь за грубое слово, «сожрать» его, то вовсе бы и не думал о его словах, а также не сидел бы здесь, словно жалобный олененок, которого подстрелил злой дядя охотник. Однако в то же время, если бы он тобой игрался и не воспринимал всерьез, то зачем ему вообще хотеть владеть тобой? Разве мы хотим заполучить то, что нам не нравится, что нам совершенно не нужно?       Все это время Рози активно жестикулировала, а Аластор внимал каждому слову, стараясь понять, что до него пытались донести, а также свои собственные чувства. — Я знаю, что это звучит немного сложно, но я хочу подвести к тому, что ты не просто игрушка в чужих руках, а твои чувства — не голод.       Аластор тяжело вздохнул. Ее слова казались правдивыми, и в них почему-то хотелось верить, но это все так противоречило личным убеждениям и принципам демона, что он был полностью растерян, словно загнан в угол. — Признаюсь честно, мне уж очень интересно, кто тебя так взволновал. За всю твою жизнь тебе не нравился никто, кроме самого себя, а тут сразу и симпатия, и столь редкий экземпляр. Кто-то из оверлордов? Я надеюсь, что не Вокс…       Аластор кривится, на мгновение представляя себя в объятиях пиксельной техники, отчего по коже пробегают мурашки. Он выдал резкое «Нет», заставляя Рози тихо посмеяться. — Я не думаю, что могу сказать его имя. По крайней мере, пока что. Может, если твои слова окажутся правдой, и он действительно испытывает ко мне симпатию, — на мгновение Аластор замер, а его лицо начало гореть. — Я сам не верю в то, что я говорю. В любом случае, спасибо за потраченное время. Я подумаю над тем, что мне стоит сделать.       Распрощавшись, радио демон покинул город каннибалов. В сердце будто расцвела какая-то надежда, но все это было так чуждо и незнакомо, что вместо того, чтобы вернуться в отель, он решил пройтись по улицам и вспомнить старые времена, устраивая геноцид всего живого, что встречалось ему на пути. Его демоническая форма дрожала, будто была готова вырваться наружу без разрешения, а Аластор не знал причины.       Потратив несколько часов на зачистку ада, Аластор почувствовал, как его голова очистилась. Демон словно вернулся к себе родному, а это не могло его не радовать. Что касалось Люцифера, то он решил сначала посмотреть на то, о чем будут говорить действия ангела. Как говорила Рози: «Слова пусты, а действия говорят правду». Осталось взглянуть на то, какая же правда у короля ада.       Вернулся Аластор в отель ночью. Тишина была так непривычна для этого места, что демон невольно поежился, ощущая пустоту. Стоило ему приблизиться к своему номеру, как его тихо окликнули. Сердце едва ускорило свое биение. — Ты так поздно. Я не помню, чтобы сегодня был сбор оверлордов, — Люцифер звучал обеспокоенно, но почему-то так по-родному, что захотелось взвыть. — У тебя были какие-то важные дела?       Аластор не хотел поворачиваться. Он лишь прижал уши плотнее к голове и прислонил голову к двери, тихо ударяясь об нее лбом. Это все было таким невыносимым, непривычным, болезненным, но одновременно с тем желанным, что ему просто хотелось разорваться на части или провалиться под землю, хотя фактически он и так находился под землей. — Почему ты молчишь? — голос ангела был тихим, мелодичным, но в то же время таким волнующим. — Если ты не хочешь говорить, то я уйду.       Аластор не хотел говорить, но еще сильнее не хотел, чтобы Люцифер ушел. Эта мысль заставила его повернуться к королю ада, смотря на него глазами, полными отчаяния и некого страха. Падший ангел на мгновение замер, но следом одним рывком приблизился к демону, хватая за руку, заставляя выпрямиться, и начал бегать по его телу взглядом, будто что-то ища. — Что случилось? — голос звучал обеспокоенно. — Аластор, чертов ты олень, скажи хоть что-то! На тебя напали, тебе угрожали? Просто скажи, кто это был, и я сотру их в порошок.       Аластор в ответ лишь рассмеялся. Действия этого парня определенно кричали о том, как демон для него важен. Но почему? От него не было пользы, он не был столь силен или умен, он не был добрым, как Чарли, он даже не был женщиной. Почему же Люцифера так тянуло к нему? Беспокойство накрывало с головой. — Люцифер, это все сложно, — ангел дернулся, стоило демону заговорить. — Я не привык думать о ком-то другом, не говоря уже о том, что просишь ты. Я знаю, что я тебе нравлюсь так же сильно… Ох, блять. И ты мне нравишься… Наверное? Я не знаю. В плане, — Аластор путался в словах, выглядя, как идиот, когда пытался объяснить всю ту уйму незнакомых и пугающих чувств. — Я думаю, что ты мне нравишься примерно так же, как я сам нравлюсь себе.       Аластор выдал нечто такое немыслимое, безумное и в то же время свойственное ему, что Люцифер разрывался, начиная громко хохотать, не боясь того, что сейчас поздний час. Вечно самоуверенный и бесстрастный Аластор сказал что-то столь смущающее, что правитель не мог не позволить себе насладиться этим моментом по полной. Похоже, что единственная вещь, способная выбить радио демона из колеи — это любовь. Люцифер смеялся и от этой мысли. — Кто же знал, что ты такая неумеха, — ангельские крылья раскрылись и в момент Люцифер поднялся на них, находясь чуть выше уровня Аластора, чтобы провести по его щеке горячей ладонью, пытаясь успокоить. — Я понял, понял. Тебя всему надо учить, и ничего у тебя не требовать. Пойдем, сегодня я покажу тебе, каково быть со мной.       Люцифер завел сконфуженного, но все так же улыбающегося демона в его комнату. Этот парень ведь знал, что даже если он улыбается, как идиот, то все видно по его глазам? Ну или по столь забавным ушам.       Падший ангел обнажился первым, будто позволяя Аластору привыкнуть к атмосфере. Комната демона всегда была столь жуткой и пугающей, но когда в ней находился обнаженный ангел, то она тут же превращалась в музей. Люцифер уложил демона на кровать, навис сверху и поцеловал. Пусть он и показывал всем своим видом недовольство и щурился, но целовал развязно и жадно. Погружался в процесс целиком, ласкал язык Аластора собственным, но куда более длинным и умелым. Люцифер целовал нежно, но настойчиво, отчего Аластор едва не начал задыхаться, упираясь руками в его грудь, после чего ангел все же пожалел свою жертву и отстранился, позволяя надышаться.       Ангельские пальцы легли на бабочку Аластора, что в ту же секунду была снята, а за ней последовала и верхняя одежда демона. Контраст цвета их кожи забавлял и будоражил. Люцифер казался еще более бледным и привлекательным на фоне смуглого Аластора. Демон трепетал, хватается пальцами за руки ангела, царапая их, заставляя владельца поежиться и зашипеть. — Сегодня все будет по-моему, — прошептал на оленье ушко Люцифер, следом игриво дуя в него, отчего оно задрожало.       Люцифер прошелся языком по шее Аластора. Тот дернулся, думая, что за этим последует укус, но вместо этого ангел причмокнул кожей, создавая вакуум, после чего на месте поцелуя оказался яркий засос. Такими же движениями Люцифер двигался ниже, пока не спустился к брюкам. Он на мгновение поднял взгляд, словно спрашивая разрешение, вот только ему на глаза попалось то, что он оставил за собой. Аластор лежал распластанным на кровати, сжимая острыми когтями простыни, щуря глаза, лишь бы не видеть то, что происходит снизу, а вся его кожа была покрыта десятками ярких засосов. Люцифер застонал от одного только вида, после чего сорвал низ с демона, оставляя его таким же обнаженным.       Ангел бы извинился перед богом за то, что совершал, если бы не был его противоположностью. Кончики пальцев блуждали по окрашенной засосами коже, горячие подушечки сантиметр за сантиметром проходились по податливому Аластору. Тот извивался, словно змея. Он не испытывал возбуждения, это было что-то совершенно иное. Его тело мелко дрожало, а помехи заполняли комнату, перебивая его вздохи, а зубы и вовсе перестали виднеться за сжатой улыбкой.       Задирая длинную ногу Аластора и набрасывая ее себе на плечо, Люцифер чуть ли не пищал. Пушистый хвостик виднелся из-под обнаженной задницы демона. Картина заставляла глотать слюну в предвкушении. Облизав пальцы, Люцифер прислонил их к сжатому сфинктеру, обводя его и смачивая слюной, из-за чего Аластор дернулся, ошарашенно глядя на ангела перед собой. Король рассмеялся, одаривая демона мягкой улыбкой, что вместо всех слов говорила о том, что все будет в порядке. Он отвлек Аластора от проникновения первым пальцем, покрывая поцелуями его икры. Внутри было тесно, тело сопротивлялось присутствию инородного тела, из-за чего Люцифер проходился подушечкой пальца по стенке внутри, слегка надавливая на нее и проворачивая. Аластор терпел в своей жизни так много боли, что сейчас просто гневно смотрел на ангела, скалясь, но не сопротивляясь. Больно не было, было лишь унизительно и почему-то интригующе. — Ты девственник, да? — улыбался Люцифер, вновь и вновь целуя ногу на своем плече, оставляя засосы и на ней. — У своей жены спроси, уебок, — прошипел Аластор, уткнувшись лицом в подушку и прижав свои уши.       Люцифер оскалился, резко и одним движением вгоняя второй палец, разводя их внутри, чтобы демон согнулся, зарычав от неприятных ощущений. — Я обещаю, что я вымою твой выебанный рот, я клянусь. — Может быть «ебаный» рот, умник? — рассмеялся в подушку Аластор, не теряя любой возможности подколоть правителя.       Люцифер рассмеялся следом, а сам проник уже третьим пальцем. Он проходился ими как можно глубже, надавливая рукой на проход, чтобы растянуть этого вредного демона как можно скорее. Ангел ощущал, как внутри все сжималось, когда он вынимал пальцы, будто тело желало окольцевать их и оставить внутри себя. Люцифер вынул пальцы из задницы Аластора, после чего грязно облизал их, следом вновь толкая внутрь демона. Тот прогнулся, тихо стоная и едва заметно дрожа.       Потратив несколько минут на мучительно медленное для обоих растягивание задницы, Люцифер, наконец, прислонил головку своего члена к отверстию Аластора и невесомо надавил, обвел по кругу, марая своей естественной смазкой. Демон смотрел злобно, шипел, но только не просил действовать. А Люцифера просить и не надо было. Наигравшись, он одним плавным толчком проник внутрь, до самого конца, пока не послышался тихий шлепок его яиц о бедра. Люцифер готов был поклясться, что чувствовал прикосновения хвоста к его ноге.       Пока Аластор прятал лицо в своем локте, правитель удобнее устроился между раздвинутых ног, положив руки на тонкую талию, сжимая ее до побеления кожи и слабого царапания когтями. Демон прогнулся в ответ, позволяя немного приподнять себя за талию, чтобы весом насадиться на член. У самого демона и вовсе не стоял, но они оба знали, что он возбужден, до мурашек по коже, но это было на каком-то другом уровне, скорее моральном. Однако Люциферу это не нравилось, потому он наклонился вплотную к Аластору, убирая его руки с лица, чтобы с улыбкой взглянуть в напуганные, но в то же время взволнованные глаза. На секунду в воздухе мелькнул свет, и на голове Аластора, за ухом, появилась розочка. — Ты очарователен, — Люцифер поцеловал его в нос, плавно толкаясь внутри него, после чего отвел голову в сторону, открывая вид на свою шею. — Кусай, олененок. Это твоя награда за сегодня.       Аластор зацепился руками за спину Люцифера, прижался сильнее, вгрызаясь зубами в аппетитную шею, пока возбужденный король ада придерживал его за талию и глубоко трахал, проходясь головкой по стенкам, пробуя разные углы. Аластор стонал от толчков, при которых задевалась простата, но больше всего наслаждался вкусом сладкой крови во рту, от чего и его собственный член налился кровью и поднялся. Люцифер, довольный собой, вплотную прижался телом к демону, совершая движения внутри так, чтобы при толчках проходиться животом о член Аластора, выбивая из того подобие скулежа.       Совершая ритмичные движения, Люцифер нашел любимое место демона, стараясь каждый раз проникать именно туда, вовсю постанывая демоническое имя от того, как тот жадно высасывал его кровь и в то же время сжимал член внутри. Ангел отстранился, любуясь тем, как Аластор облизывал золотистые губы, смотря на Люцифера с такой похотью, что возбуждение нахлынуло с новой силой. Демон еще и прогибался под каждый толчок. Он быстро учился.       Падший ангел ускорялся, медленно надрачивая член Аластора, что совсем не уступал по возбуждению, да и вовсе давно эякулировал, вот-вот норовясь кончить. Ангел лишь с ухмылкой сжимал его у основания и давил большим пальцем на головку, давая понять, что кончать не было разрешено. Аластор терпеливо ждал, крутясь на подушке так, что роза на его голове сбилась и потеряла пару лепестков, которые застряли в растрепанных демонических волосах. Вот что Люцифер действительно считал искусством. Демон под ним был на грани того, чтобы кончить, все его тело было разукрашено следами страсти, уши словно жили своей жизнью, то прижимаясь, то крутясь, а радиопомехи уже имели свое очарование. Как бы теперь Люцифер ненароком не возбуждался, когда слышал их.       Люцифер, чувствуя приближение оргазма, ускорился, за ним последовала и его рука на члене демона. Ангел надрачивал ему в такт толчкам, доводя до звезд в глазах, но не позволял кончать раньше времени, пережимая головку, отчего демон скулил и едва ли не ломал себе шею. Подловив самый подходящий момент, Люцифер чмокнул демона в губы, после чего схватил за бедра, приподнимая и насаживая на себя, обильно кончая внутрь и ловя громкие вздохи Аластора, что кончил следом, марая их животы.       На лице ангела красовалась довольная улыбка. Он медленно вышел, наблюдая за тем, как из его любовника вытекала его сперма, после чего собирал капельки кончиками пальцев и проникал ими обратно в задницу, не желая, чтобы Аластор терял воспоминания их секса. — Я покажу, как хорошо тебе будет со мной, — Люцифер поцеловал его в уши, ложась рядом. — Ты захочешь остаться. — Чего же ты своей жене это не показал? — прошипел Аластор, после чего превратился в тень и сбежал.       Люцифер был не в силах злиться. Он лишь громко рассмеялся и прижал к сердцу потрепанную розу.