По осколкам нашей любви

»--•--«

— Старейшина Илин мёртв, какое счастье! — Да уж, этот демон давно должен был сгинуть, ну и поделом этому проклятому. — Убил собственную сестру, её мужа и едва не прикончил шисюна, который был для него практически братом. Немыслимая жестокость. Весть о кончине бывшего главы ордена Юньмэн Цзян достигла каждого уголка света, никто не остался равнодушным к случившемуся возмездию. Среди обыкновенных людей и самых именитых заклинателей три дня и три ночи не утихали праздничные церемонии. Оживлённые улицы пестрили многообразием фейерверков, весёлых голосов и различных ярмарок. После смерти Старейшины Илин стало проще дышать, и весь люд не мог нарадоваться его погибели. — А как он погиб-то? — вопрошали зеваки. — Вы не слышали? Это его шисюн, нынешний глава ордена Юньмэн Цзян, собрал под своим началом великие ордена и повёл их на гору Луаньцзан, где находилось логово этого демона. Говорят, даже трупа от него не осталось, ни частички. — Разве он не сможет воскреснуть? — обеспокоенно молвили люди. — Да куда ему? Сейчас великие ордена сделают всё возможное, чтобы не допустить подобного исхода. Хотя раньше Цзян Ваньинь был одним из самых талантливых молодых господ и прекрасно показывал себя в учёбе. Люди согласно закивали, вспоминая подающего надежды юного заклинателя, неопороченного тьмой. — Но ведь Вэни убили его родителей, может, поэтому он и встал на тёмную дорожку. — Вэни убили много кого! — не соглашался народ. — Ханьгуан-цзюнь тоже потерял отца, но всё же остался на светлом пути. И к тому же, Старейшина Илин погубил пять тысяч человек в Безночном городе, а это уже ничем нельзя оправдать. Единственное доброе дело, которое он совершил — это то, что перед смертью уничтожил наитемнейший артефакт — цитру Шэнси. — Этот артефакт поистине зловредная вещица, — закивали зеваки. — Хорошо, что его больше не существует. Кстати, вы уверены, что с его помощью убиты всего пять тысяч человек? По слухам, целых десять! — Да какая уже разница, человеческие жизни не воротишь. Так судили и обыкновенные люди, выходцы из народа, и адепты именитых орденов о всеми ненавистном Старейшине Илин, что пал от рук своих же мертвецов. Была лишь одна вещь, которая после смерти Цзян Чэна заставляла их испытать настоящий страх: сколько бы ни пытались призвать его душу, она не отзывалась. Либо душа настолько прогнила, что рассыпалась на осколки, снедаемая призрачными солдатами, либо сумела ускользнуть. И уж это поистине ужасающий ход событий! На вершине горы Луаньцзан установили сто двадцать каменных изваяний, подавляющих тёмные силы, а наиболее крупные ордена беспрестанно пытались призвать душу Старейшины Илин, но ничего не происходило. Прошёл год, второй, третий, десятый… И люди потихоньку уверовали в гибель некогда тёмного заклинателя, повергающего весь заклинательский мир в ужас.