Я требую развода!

      Сеул. 2020       Чонгук сидел на своей кровати в общежитии, ожидая, когда придёт Тэхён. Он планировал поговорить с ним насчёт позиции в сексе. Юнги ведь сказал, что можно просто поговорить и обсудить, кто чего хочет. Значит, нужно просто попробовать убедить Тэхёна, чтобы он был «снизу». По правде, он и сам не знал, от чего так не хотел этого. Боится за своё эго? Боится, что это унизительно? Но получается, что он считает, что унижаться должен Тэ? Это совсем не так. Просто отчего-то хотелось быть именно над ним. Хотелось трахнуть Тэхёна. Если очень лаконично выражать свои мысли, то Чонгук хотел именно этого.       Спустя долгие часы ожидания дверь распахнулась.       — Ты уже готов? — C порога произнёс Тэ.       — К чему? — Испуганно выпучил глаза Чонгук.       — Как к чему? — Тэхён заиграл бровями, ухмыляясь.       — Хёоооон! — Взмолился он, забираясь с ногами на кровать, пряча лицо в коленях. — Обязательно, чтобы всё было так?       — Гуки~, ты же даже не знаешь, от чего отказываешься! — Тэ, смеясь, подходил к кровати, аккуратно касаясь чужих коленей и разводя их в стороны, чтобы увидеть любимое лицо. Чон сидел весь красный. Он отводил взгляд.       — Скажи честно, ты знал, что Юнги не сверху? — Насупившись и отворачиваясь, спросил Чон.       — Я просто хотел, чтобы ты сказал мне честно, чего ты хочешь. Я не знал этого, я просто догадывался.       — Как о таком можно догадаться? То есть по мне видно будет, что ты меня выебал? — Чонгук почти с мольбой смотрел на своего парня, чтобы тот сказал ему, что это не так.       — Думаю, по тебе видно не будет. Просто Юнги такой… гм… он ведь только хочет казаться таким всем из себя непробиваемым, а на самом деле по его лицу всегда видно, когда он смущается. Ты не замечал, как он смущается каждый раз, когда Чимин пошлые шутки шутит?       — Не понял.       — Ну ладно. Помнишь, мы обсуждали, что многие считают, что по размеру рук можно определить размер члена?       — Ну…       — Тогда Чимин сказал, что если кто-то будет смотреть на его ладошки, он сильно удивится, когда окажется у него в штанах.       — И что?       — А то, что Юнги тогда выплюнул свой американо в Хосока. А потом сидел весь красный и даже не смотрел в сторону Чимина.       — И так ты понял, что Юнги нижний? — С сомнением проговорил Чонгук.       — Да не только поэтому, он всё время так себя ведёт. Всегда, когда Чимин шутит так, Юнги не знает, куда себя девать.       — Может, он просто культурный.       — Юнги??? Человек, который выпустил трек, где он обещает довести до оргазма движением своего языка? Нет. Не смеши.       Чонгук пожал плечами.       — Так значит… Ты хочешь, чтобы нижним был я?       — Гуки~, я хочу чтобы нам было хорошо. Мне вообще кажется, зря мы все эти споры затеяли. Мы ведь даже ещё особо не трогали друг друга. В плане, без одежды. Как насчёт того, чтобы всё шло своим чередом, и мы попробовали разное, а потом уже решили, что кому нравится больше? М? — Тэхён упал на кровать и улёгся на чонгукову грудь, обнимая его поперёк живота.       — Звучит неплохо. — Он наклонился, чтобы оставить лёгкий поцелуй на чужой макушке.       — Хочешь я отсосу тебе? — Спокойным голосом предложил Тэ, поднимая глаза вверх.       Чонгук смутился от такого откровенного предложения. Он отвёл глаза и сглотнул слюну, внезапно заполнившую весь рот.       — Гм… Хочу…       Лос-Анджелес. 2035       Горячая вода в джакузи заполняла ванную комнату ароматным паром. Не зря Тэхён закинул бомбу с эфирными маслами и использовал твёрдую пену для ванны. Масла приятно размягчали грубую кожу, а высокая температура воды помогала отогреть продрогшее тело. Погода не радовала. Отчего-то город заволокло проливными дождями, и рейс Чонгука задержали на десять часов. И вот уже как на десять часов Чонгук безбожно опаздывал на их свидание. Всё было идеально продумано. Сын-у с Чимином и Юнги, что приехали отпраздновать день рождения хёна вместе с друзьями, снят прекрасный номер на одном из верхних этажей в известном отеле. Тэхён даже подготовился, для этого свидания он вот уже неделю менял плаги от меньшего к большему размеру. Потому что, когда он предлагал Чонгуку «сделать его своим», он совсем забыл, что не был «снизу» как минимум лет семь, хотя, по правде, он так и не смог вспомнить, когда это было. Но вот он, весь из себя изнеженный и сексуальный мужчина сорока лет, проводит свидание в одиночестве, потому что именно в этот день погода решила сойти с ума.       Но Тэ не хотел ничего отменять, потому что этого свидания они ждали очень долго. И это свидание они планировали уже слишком давно. Казалось бы, уже месяц они жили все вместе как самая настоящая семья, но как только счастливые родители оставались наедине, обязательно что-то случалось и не давало им насладиться обществом друг друга и/или наконец-то погрузиться в сексуальное настроение. Что говорить, им даже поцеловаться перед сном не давали. Сын-у, как будто, чувствовал неладное, когда узнал, что отцы стали спать в одной постели, каждую ночь стал проситься спать с ними.       Пролежав в джакузи чуть больше часа, он накинул на себя махровый халат и вышел из ароматного помещения. После водных процедур и выпитого в одиночестве бокала вина неумолимо клонило в сон, поэтому он так и заснул на белоснежных простынях огромной кинг-сайз кровати. Сон был спокойный и крепкий, за последнее время ему не удавалось нормально выспаться, потому что ребёнок в кровати постоянно пинался и ворочался.       Разбудило его ощущение чего-то тяжёлого, приземляющегося рядом, он приоткрыл глаза и увидел перед собой лицо Чонгука, такое же румяное и распаренное, какое было у него, влажные волосы падали на подушки и оставляли на ней влажные размытые пятна. Тэхён растянул довольную улыбку и прикоснулся к любимому лицу, убирая несколько прядей тёмных волос, упавших на глаза.       — Привет. — Тихо сказал он.       — Привет, как ты тут без меня? Развлекаешься? — Чонгук стукнул его по носу.       — Я пытался, но было не особо весело.       — Как нам это исправить? — Чон положил руку на чужую щёку, нежно поглаживая её большим пальцем.       Тэхён показушно задумался.       — Гм… для начала, поцелуй меня.       Чонгук приподнялся на локте и навис над Тэхёном, сперва нежно и медленно сминая чужие губы своими, затем, глубоко проникая языком, стал мокро вылизывать чужой рот, смакуя винный вкус.       — Мм… я, конечно, не сомелье, но, кажется, это Франция! — Он зарылся в тэхёновы кудри и, не давая ему ответить, продолжил сводить с ума движениями своего языка.       Тот же млел под тяжестью крупного тела, которое на него навалилось.       — Это Испания! — Проговорил он в чужие губы.       — Звучит превосходно, начало положено, что дальше? — Он перекинул ногу через бёдра Тэ, таким образом седлая его.       Тэхён лежал на спине, пылающий от огненного желания, разгорающегося где-то под чужими бёдрами. Он почувствовал, как Чон потёрся о его возбуждение своей задницей. Он был практически обнажён. Только белые боксеры неизменных Calvin Klein прикрывали его собственный стыд. Отстранившись, мужчина развязал пояс на белом халате, под которым абсолютно ничего не было. Взгляд упал на крепкую грудь и плоский живот, от пупка вниз шла негустая дорожка коротких волос. Он долго рассматривал чужое тело, не замечая, как таким же голодным взглядом рассматривали его самого.       — Помнишь, как мы купались вместе с Сын-у в его день рождения? — Ухмыляясь, спросил Чонгук.       — Угу… — Не отвлекаясь от своего занятия в виде разглядывания прекрасного торса, ответил Тэ.       — Я тогда случайно обернулся и увидел тебя в душевой. Особо ничего не разобрать было, стекло же неровное. Но я, блядь, чуть рассудок не потерял, увидев тебя обнажённым. В моей голове сразу всплыли моменты, как ты меня трахал в этой самой душевой. — Он нетерпеливо тёрся о чужой член.       — Я очень старался не думать об этом, но получалось очень плохо. В этом доме нет ни одного места, которое мы с тобой не опорочили. — Тэхён руками огладил его пресс и прикоснулся к крупному бугорку в белом белье, которое уже становилось мокрым.       Он стянул боксеры вниз и взял в руку среднего размера член.       — Красиво. — Чон втянул воздух сквозь стиснутые зубы. — Он очень красиво смотрится в твоей руке.       — Он ещё красивее будет смотреться в моём рту. — Тэхён слегка приподнял чужие бёдра и спустился ниже, так, чтобы его лицо оказалось прямо напротив мокрого и красного от нетерпения члена.       Чонгук положил руку на его скулу и большим пальцем погладил по нижней губе, как бы призывая открыть рот.       — Отсосёшь мне? — Тихо произнёс он. Эти слова не звучали робко, они звучали как приказ, который Тэхён с готовностью приступил выполнять.       Он провёл пару раз рукой по всей длине члена, а после открыл рот, высунул язык. Аккуратно он положил чужое богатство на язык и принялся нежно и медленно посасывать головку. Чон закатил глаза в удовольствии.       — Бля… — Как же он скучал по их грязным постельным игрищам. Прошло больше четырех лет с тех пор, как он последний раз чувствовал этот язык, обволакивающий и обслуживающий его член. Всё ощущалось словно в первый раз.       Тэхён будто также впервые чувствовал это удовольствие — насаживаться на него головой, трахать своё горло его членом, ласкать его языком и чмокать, когда он освобождал плоть из захвата своих губ. Он вытер рукой слюни, стекшие с лица, и затуманенным взглядом посмотрел на любимого.       — Выеби мой рот.       Чонгук положил обе ладони на затылок Тэхёна и, когда тот, широко открыв рот, с готовностью кивнул, толкнулся. Затем ещё и ещё. Тэхён зажмурил глаза и принимал это остервенелое долбление в свою глотку. Он был готов кончить, только лишь представляя, как выглядит это действие. Тэ сжал свои бёдра, чтобы дать хоть какую-то стимуляцию изнывающему без ласки собственному члену.       — Я могу кончить тебе в рот? — Запыхавшись, спросил Чонгук, который уже был на грани от того, как ахуенно по-блядски выглядел его бывший муж, когда он принимал его член.       Вместо ответа Тэ поднял на него глаза с мольбой.       — Бляяя… — Он толкнулся последний раз и замер, позволяя Тэхёну выпить всё до последней капли.       Чонгук отстранился и, перевернувшись, лёг рядом с Тэхёном, утопая в белых подушках. Тот же поднялся выше на постели и, вытерев лицо от слёз и пролившейся спермы краем одеяла, облокотившись на локоть, прилёг рядом с неподвижным и глубоко дышащим Чонгуком. Он рассматривал его лицо, как он бегает взглядом по потолку, пытаясь восстановить физическое и душевное равновесие. После Тэ привстал и, сидя на коленях, принялся стягивать бельё с любимого. Халат стал мешаться, и он скинул с себя предмет одежды, оставаясь полностью обнажённым. Когда он снял чужие трусы, увидел металлический блеск плага между ног Чона.       — Боже… Ты хотел, чтобы я…       — А? — Чонгук потихоньку начал приходить в себя.       — Пробка! У меня такая же! — Удивлённо и восхищённо заверещал Тэхён.       — Не может быть.       — Может! Я хотел, чтобы ты выебал меня! Я разрабатывал и готовил свой анал неделю! — Тэхён, удивлённо смотрел на своего мужчину, который начал ухмыляться от этого совпадения.       — Ну так… Я тоже. — Он рассмеялся.       — И что теперь? Как поступим? Я не собираюсь уступать! — Тэхён лёг на живот, слегка оттопыривая задницу, давая Чонгуку посмотреть на его прекрасно-готовое местечко.       Чон поднялся и встал на колени, склонившись над чужими ягодицами. Он раздвинул их и увидел точно такой же плаг, как и у него самого. Улыбнувшись, он склонился над телом бывшего мужа и стал оставлять лёгкие бабочки-поцелуи на шее, плечах, лопатках. Руками Чон гладил и слегка щекотал его. Тэхён стал мягко постанывать, отвечая на нежные прикосновения. Чон, целуя бока, спустился ниже, к любимым упругим ягодицам. Он оставил на них несколько несильных укусов.       — Мм… Мы решили вопрос? — В наслаждении спросил Тэ.       — Помнится, раньше… — Чон гладил нежную кожу рядом с пробкой. — Мы спорили, кто будет сверху. — Он с силой потянул за шляпку плага. Тэхён несдержанно простонал, изгибаясь в пояснице. — Перевернись, любимый. Я сделаю тебя своим.       Тэхён перевернулся на спину и, раздвинув ноги, увидел, что член Чона опять был в боевой готовности. Он протянул руки, чтобы получить ещё несколько секунд поцелуев, и Чон склонился к нему, чтобы дать то, чего тот желал. Чонгук мокро ласкал его губы, кусая и посасывая их. Он гладил его стройное тело, постепенно опускаясь руками ниже, проникая между ног. Входил сперва одним пальцем, пробуя, насколько тот был готов, после двумя. Но понимая, что он был расслаблен и сам насаживался на пальцы, он вошёл тремя, чувствуя плотное натяжение вокруг них. Чонгук чутко реагировал на любые изменения в состоянии Тэхёна. Но тот, будто бы, был полностью погружён в ласку, которую Чон давал ему поцелуями и укусами. Поэтому он свободно двигал рукой внутри в поисках заветного комка нервов. Когда он услышал очередной несдержанный стон, то понял, что достиг цели, и начал медленный массаж простаты, постепенно изводя мужчину под собой, заставляя его метаться на постели и извиваться, насаживаясь на его длинные и ловкие пальцы сильнее.       Спустя долгие минуты фрикций Чон отстранился и вышел из чужого нутра. Тэхён недовольно простонал, не понимая, куда тот собрался. Однако уже через несколько секунд он вернулся с тюбиком их любимой смазки и презервативом.       — Это обязательно? — Он посмотрел на руки Чонгука, которыми тот уже разрывал фольгированный пакетик. — Мы оба знаем, что чисты.       — Просто скажи, что хочешь чтобы я кончил в тебя. — Рассмеялся Гук в ответ. — Если ты хочешь без резинки, давай без резинки. — Он выбросил едва надорванную упаковку куда-то себе за спину.       — Хочу. — Ни капли не смущаясь, ответил Тэхён.       Чонгук выдавил смазку себе на руку и, слегка погрев между пальцами, распределил её по своему члену. Остатки на руке использовал, чтобы смазать вход. Тэ стал шумно дышать и сжал простыни под собой в ожидании, когда его наконец наполнят. Его мужчина склонился над ним и, оставив лёгкий поцелуй на носу, медленно вошёл. Тэ закатил глаза и руками обнял большое тело над собой, прижимая того сильнее к себе, он почувствовал, как спустя несколько секунд Чонгук начал двигаться внутри. От этой наполненности сносило крышу, он ощущал, как член входит полностью, давит и распирает внутренности. Так много времени прошло с тех пор, как Тэ ощущал его в себе. Как он ощущал, что принадлежит ему, что он подчинён ему, и что его смех, его улыбки, его слёзы и даже оргазм — всё зависит только от него. Он погружался в состояние полного экстаза с каждым толчком внутри себя. Он не слышал, как громко стонет, не понимал, как сильно царапал чужую крупную спину. Он чувствовал только горячую плоть внутри, которая так правильно там находилась, так правильно им было быть одним целым друг с другом, и как чертовски несправедливо и ошибочно было их разделять.       Внезапно он ощутил, как его руки легли на чонгуковы ягодицы, и сознание посетила мысль, что свой плаг Чонгук так и не вытащил. Он потянулся к чужому входу и, почувствовав под рукой разогретый металл, дёрнул за шляпку. Чон согнулся пополам и вскрикнул от удовольствия, что пронзило его тело.       — Тэ, что ты задумал?       — Что-то, чего мы с тобой никогда не пробовали. — Он потянулся что было сил к чужой дырочке и вставил пробку обратно. Чонгука трясло.       — Блять… — Он склонился над Тэхёном и с силой укусил его за плечо.       Он стал входить яростнее, и Тэхён заскулил, но продолжил трахать Чонгука анальной пробкой. Чонгук почувствовал, что не сможет выносить этого двойного воздействия слишком долго и рукой потянулся к тэхёнову члену. Он крепко сжал его в своём кулаке и стал с силой надрачивать, продолжая неистово трахать и продолжая ощущать, как его в ответ имеют тяжёлой металлической игрушкой. В глазах стало темнеть, и он услышал, как Тэхён вскрикнул и сжался вокруг него. Он почувствовал, как его кулак залился семенем и как его пронзило сильное проникновение пробки сзади. Чонгук затрясся и кончил в сжимающееся колечко мышц бывшего мужа. Оргазм был буквально оглушительный. Он крепко обнял плачущего под ним мужчину и навалился на него, глуша свои собственные слёзы где-то в изгибе его плеча. Так они лежали, переплетясь конечностями и только что не подвывая от свалившегося на них эмоционального выплеска.       — Я люблю тебя. — Прошептал Тэхён, когда они успокоились, но всё также лежали в обнимку.       — И я люблю тебя. — Ответил Чонгук. — Больше никогда не оставляй меня.       — Больше никогда не отпускай.