Порождая монстра

             Могила  Листья шумели уныло Ночью осенней порой; Гроб опускали в могилу, Гроб, озаренный луной. Тихо, без плача, зарыли И удалились все прочь, Только луна на могилу Грустно смотрела всю ночь.                Алексей Плещеев Россия, Москва, Одинцовский район, 1982 год. — Дядь Серёж, а мы скоро придём? — Олег шел с завязанными глазами, держа руку доброго друга, который вел его в лес, чтобы насладиться игрой в «Бабу Куцу».  — Да, Олежа, скоро, — Головкин испытывал волнительный трепет и сладостное предвкушение. Он так долго фантазировал о первом убийстве. Где это будет? Кто это будет? Какое орудие он будет использовать? Выбор пал на лес, знакомого мальчишку, который любил лошадей, не меньше чем он сам и веревку. — Мы уже почти на месте.  Придя на любимую лесную опушку, с пеньком по центру, Сергей усадил Олега на него.  — Ну что, дядя Серёжа, можем начинать? — Олег был нетерпелив, а Головкин хотел растянуть наслаждение актом убийства подольше. Но сначала нужно обездвижить мальчонку. — Помнишь о чем мы договаривались, Олежа? Мы с тобой сыграем в усложненную версию игры. Я завяжу твои руки, чтобы тебе было сложнее меня поймать. Так будет интереснее. — Сергей положил руки на плечи ребенка, шепча свои указания ему в ухо.  — Хорошо, хорошо, давай только быстрее, я обещал маме прийти до обеда!  Почти закончив узел на запястьях мальчишки, Сергей резко остановился.  — А ты сказал маме с кем идешь гулять? — Паника внутри Головкина нарастала. Нет, только бы не сорвалась рыбка с крючка!   — Ну да, она же знает тебя, дядь Серёж! Поэтому и отпустила.  Волна разочарования нахлынула на Сергея, накрывая с ног до головы. Все, уплыла его желанная рыба. Нельзя рисковать.  — Слушай, Олеж, — Головкин начал спешно развязывать руки маленького товарища. — Я вспомнил, мне же нужно в город съездить, э, к родителям, срочно. Давай позже встретимся? — закончив с руками Олега, начинающий убийца сел на колени перед ребёнком и начал освобождать глаза мальчика. —  А сейчас вернемся домой, хорошо? Ты только в следующий раз маме не говори, ладно? У нас больше времени будет. — Головкин в последний раз провел рукой по гладкой белой щеке ребенка, прежде чем встать и протянуть мальчику свою большую загорелую ладонь.  Олег на него посмотрел не по-детски серьезно, но руку дал в ответ. Они вместе направились в сторону конезавода.  Больше Олежа не соглашался идти в лес с дядей Серёжей. В будущем мальчик не раз задумается о чужом голосе в голове, советующем рассказать матери о прогулке с добрым конюхом.                                                                   *** Россия, Москва, Одинцовский район, 1984 год. Четырнадцатилетний Егор Воронцов собирал в лесу грибы. Бабушка ему наказала собрать самых лучших лисичек, чтобы она могла замариновать их к маминому дню рождения. Головкин долгое время наблюдал за будующей жертвой из-за деревьев, поджидая наилучшего момента, дабы напасть на мальчика с ножом.  Кроули тоже был там. Он ждал действий со стороны Сергея.  Заметив, что Егор собирается уходить, не желая упустить шанс, начинающий убийца тихо, стараясь не шуметь, двинулся в сторону ребёнка. Несмотря на то, что Сергей был чертовски аккуратен, он не заметил ветку осины и наступил на неё.  Обычно Егор бы не обратил внимания на звук хруста древесины, зная, что в лесу водятся зайцы, но какая-то неведомая сила побудила мальчика обернуться на звук, и он успел увернуться от ножа, нацеленного на его шею. Корзинка с грибами глухо упала на землю, когда ребенок занес ногу, чтобы ударить неизвестного мужчину в пах. Головкин скрючился от боли, нож выпал из его рук. Сергей грязно выругался. Мальчик, воспользовавшись слабостью несостоявшегося маньяка, рванул прочь из леса, напрочь позабыв о лисичках, бабушке и мамином дне рождения.  Егор никогда не узнает, что в тот день его спас от страшной смерти Эдемский Змий.                                   *** Ад, 1986 год. Энтони стоял перед Вельзевул, словно провинившаяся школьница перед директором.  — Кроули, шесть лет прошло с твоего назначения. Никакого результата. — Князь Ада, сложив руки на груди, строго смотрела на демона. — Хотя нет. Два покушения на убийство. Но у нас нет греха под названием «Не-до убийство»! Причем два раза срываются непонятно из-за чего. Или вернее из-за кого?— Вельзевул была царицей мух, но не дурой. Ума хватило проверить на что Кроули тратит свои чудеса.  Для более нелепого вида, демону не хватало стеснительно поводить ножкой по полу. Как же унизительно ему было стоять перед Главой демонов.  Вельзевул громко стукнула кулаком по ручке трона, заставив Искусителя вздрогнуть от неожиданности.  — Значит слушай меня внимательно, Змий. Последний шанс! Если человечишка не падёт до конца года, я тебя спрошу строго. — под «строго» она подразумевала сбор «Совета Преисподней» со всеми герцогами и князьями Ада. — И полетит твоя голова с плеч! Я тебе прощаю столько идиотских проколов только из-за твоих заслуг в службе! Попомни моё слово, до конца времён будешь чалиться у меня с грешниками, дерьмо за ними убирая, или в святой воде искупаю, за обман начальства!  Кроули казалось, что крик Босса слышали в Раю. Ну что за жизнь, а?  — Я понял, Лорд Вельзевул. К концу недели будет всё! — демон смотрел на грязный пол, не осмеливаясь поднять глаз на Князя Ада, держа руки в закрытой позе.  — Пошел вон и выполняй свою работу, дьявольское отродье! — Вельзевул указала грязным пальцем на дверь своего кабинета и Кроули подчинился.  Оказавшись вновь на человеческой территории, Искуситель закурил. Сделав первую затяжку, Энтони на выдохе подытожил сам себе:  — Я в полном bovis stercus .                                     *** Россия, Москва, Одинцовский район, деревня Угрюмово, 1986 год. Кроули стоял в лесу, не понимая, плакать ему или истошно кричать.  Его взору была открыта чудовищная картина: голова мальчика, отсеченная с хирургической точностью, стояла на пеньке, словно идол язычников. Останки Андрея Гурченко находились всего в трех шагах от рукодельного «алтаря». Энтони отвернулся, переводя взгляд на белоснежную луну. Было невыносимо лицезреть детский труп.  Кроули никогда не видел настолько жестокого, извращенного людского духа. А ведь это только начало охоты! Монстр, порождённый в теле человека, всего навсего набирался сил для своих кровавых похождений, подпитываясь детскими страданиями. Энтони было тошно осознавать, что он предал свой многовековой принцип «никакого насилия над детьми». Кроули не знал, как он будет жить с тяжестью вины на плечах.  Покидая импровизированную могилу ребёнка, Энтони знал, что мальчика найдут на рассвете грибники и начнется долгая игра в «кошки мышки». После ухода демона, лишь луна всю ночь грустно смотрела на истерзанное дитя, оберегая его хрупкий покой.