тот, кто сбежал

Эндрю немного взволновал тот факт, что он не увидел Нила на выпускном, но он сам был очень занят суматохой вокруг, тем, как нервничали Кевин и Аарон, как часто Бетси пыталась поправить его галстук, а ему приходилось одергивать его обратно. Так что он не придавал этому такого большого значения до полудня, когда начал готовить всё, что нужно было отнести в домик на дереве. Он купил гирлянды в магазине, где всё по доллару, и пакеты попкорна, как соленого, так и сладкого. Еще яблочную газировку, потому что Бетси отказала ему в покупке настоящего шампанского, даже если оно было действительно дешевым и, вероятно, отвратительным. Честно говоря, правильное решение. Рене отправляет ему смайлик с поцелуем, что он игнорирует. Никаких сообщений от Нила, ничего, что сообщило бы Эндрю, во сколько он придет, так что… А до тех пор он просто создает уютное гнездышко в домике на дереве и игнорирует многозначительные и насмешливые взгляды, которые Аарон бросает на него из окна гостиной. Начинает темнеть, и он может расслышать стрекот цикад, перекрываемый одним из «стереотипный краш на друга детства» плейлистов, который звучит из динамика его телефона. Он был очень тщательно подобран, большое всем спасибо, отъебись, Аарон, перестань добавлять туда Рика Эстли- Еще один взгляд на телефон дает ему понять, что скоро сядет батарея, когда внезапно раздается стук по деревянному полу. Затем, секундой позже, из отверстия с лестницей высовывается голова, а Эндрю, который в душе всегда был пессимистом, ожидает Бетси, которая скажет, что произошел ужасный несчастный случай или еще хуже, что Нил просто исчез без следа. На его счастье, вселенная, наконец, на его стороне, и происходит совсем не это — его встречают пышные рыжеватые кудри Нила, его сверкающие голубые глаза и его великолепная, хотя и слегка запыхавшаяся, улыбка. — Привет, — говорит Нил. — Ты здесь, — глупо выдает Эндрю. Не совсем глупо. Это все еще может быть сном, плодом его чересчур буйного воображения. Возможно, ему не стоило выпивать целую бутылку яблочной газировки, потому что он не привык к такому количеству сахара и ничего не ел с завтрака. — Я здесь, — подтверждает Нил. — Извини, опоздал. — Почему? — спрашивает Эндрю, прежде чем понимает, что грубо спрашивать такое. — Почему я извиняюсь? — Почему ты опоздал? — Эндрю идет ва-банк. Да, во второй раз это определенно грубо. — А... — Нил замолкает. — Можно мне подняться? Они устраиваются поудобнее на одеялах, и Эндрю открывает вторую бутылку яблочной газировки. Наступает долгий момент, когда они просто смотрят друг на друга, и до Эндрю доходит, что это происходит на самом деле, и годы томления, написания стихов и размышлений о том, мог ли Нил — Эндрю содрогается — любить его в ответ, привели их к этому. Они оба одновременно срываются на нервный смех, который помогает им избавиться от напряжения, а затем Нил тянется и касается руки Эндрю кончиками пальцев, легко, словно перышко. После этого, будучи более уверенным в себе, он переплетает их пальцы и поднимает взгляд, чтобы отследить реакцию Эндрю. — Привет, — снова говорит Нил, в этот раз тише. Они сидят очень близко, и Эндрю может сосчитать его ресницы и веснушки, и однажды он выучит их все наизусть, но пока что- — Можно я тебя поцелую? Уголок губ Нила приподнимается, на щеке появляется ямочка, и он говорит: — Давно пора. И Эндрю целует. Он гордится своей сосредоточенностью, тем, что он не слюнявый и не грубый, и глупо благодарит себя за то, что погуглил, как правильно целоваться (в режиме инкогнито), но он считает, что, даже если бы он не был так хорош, у них с Нилом было бы много практики. Звуки, издаваемые ими обоими, заставляют его наливаться румянцем, он чувствует, как краснеют уши. Одна рука на подбородке Нила, а другая на его талии, ощущение его мягкой и бархатной кожи заземляет его, в то время как язык Нила у него во рту разбирает его на части. Они прерываются только для того, чтобы перевести дыхание, и даже в таких случаях ненадолго. В эти короткие моменты они смотрят друг на друга, полуприкрыв веки и тяжело дыша, уже придвигаясь, чтобы воссоединиться. Застенчивые руки у них под рубашками, неловкое соприкосновение носов, губы Нила опускаются к шее Эндрю, и Эндрю издает смущающий всхлип, когда он целует его за ухом. Плейлист заканчивается и автоматически переходит к чему-то другому, более насыщенному, и они пользуются этим, пока Эндрю не понимает, что они на грани чего-то, к чему не совсем готовы. Он отодвигается, чтобы создать между ними хоть какое-то пространство, хотя Эндрю отчаянно хочется схватить Нила и снова глупо поцеловать. — Какие у тебя планы на лето? — спрашивает он, чтобы удержаться от вопроса, стали ли они теперь парнями. Нил облизывает губы, и Эндрю наблюдает за этим, сохраняя в памяти. — Причина, по которой я опоздал, — говорит Нил, удивляя Эндрю своим запоздалым ответом на его вопрос, — заключается в том, что я узнал, что у меня есть младший брат. Обычно такие новости требуют празднования или чего-то вроде поздравлений, но Эндрю знает историю семьи Нила и знает, что он говорит не о дяде, к которому переехал несколько лет назад, это явно не у него есть ребенок. Он сразу же понимает, что речь про его отца, который подвергал его жестокому обращению на протяжении нескольких лет, о котором Нил отказывается говорить, а Эндрю может только догадываться, и он заставляет другого ребенка в мире страдать от того же, что и Нил. — Что ты хочешь сделать? — спрашивает Эндрю. — Я размышлял, — начинает Нил, и внезапно Эндрю пугается. Он собирается уйти. С внезапным потрясением он уверен, что именно это Нил скажет, сделает, потому что, конечно, он бы так и поступил. Он не может оставить ребенка на попечение отца, Эндрю тоже не стал бы. Между ними всё только началось, и Нил собирается уехать и рисковать своей жизнью, а Эндрю ему не позволит. Не в одиночестве. — Как ты относишься к тому, чтобы отправиться в путешествие? — заканчивает Нил, как раз когда заканчиваются раздумия Эндрю. Он моргает. Красивый, импульсивный, храбрый Нил не собирается покидать его. Он, может, и глуп, но, слава богу, не настолько, чтобы сделать это в одиночку. Эндрю глубоко вздыхает. — Конечно, я поеду с тобой, — затем, потому что это правда и он должен сказать об этом сейчас, он добавляет: — Ты же знаешь, что Аарон тоже. Как бы сильно они с братом ни ненавидели друг друга, они бы ни за что не расстались. Нил кивает, потому что знает. — И мы не можем бросить Кевина. — Разумеется, — соглашается Эндрю. Они неуверенно улыбаются друг другу, затем улыбки становятся шире, потому что они действительно сделают это, да? Они откидываются на подушки, накрывают колени одеялом, и Эндрю создает новый плейлист на своем телефоне под названием «Похищение ребенка».