Глава 228.
17 марта 2025 г., 06:00
Не то чтобы Драко чувствовал себя виноватым.
Скорее, он испытывал досаду из-за того, что совершил ошибку. Недооценил ситуацию. Не смог предвидеть возможных последствий. Гермиона была права: если бы он рассказал об автомобиле сразу, его давным-давно могли бы найти, допросить водителя и пассажира и подправить им память. А теперь время упущено, и не факт, что им удастся отыскать ту самую машину. Всего-то дел — сменить табличку с номером. Дело пяти секунд.
Он понимал, что это было серьезной ошибкой. И понимал, почему Гермиона разозлилась. Не понимал только одного: что надо сделать, чтобы она злиться перестала? Он ведь уже извинился. Пообещал, что больше так не будет. Убедительно доказал, что понял, в чем был неправ. Однако этого все еще было недостаточно.
И это раздражало. Бесило так сильно — как будто он лично варил эти чертовы зелья и навел дурацких магглов!.. Драко искренне полагал, что извинений было вполне достаточно, а если Грейнджер угодно продолжать дуться — это её проблемы. Однако вечером, когда они с Ноттом сидели в «Ле Гарош» и праздновали обретенное им богатство, он вдруг вспомнил, как был здесь в последний раз. Вспомнил её — и Уизли у её ног… Весь вечер его взгляд словно манящими чарами притягивался к тому самому столику, где сидела в тот вечер злосчастная парочка, а на душе становилось все муторнее. Он так долго не допускал и мысли о том, что она может что-то к нему чувствовать. Что его желания и мечты могут однажды стать реальностью. Что они могут быть вместе. И вот, пожалуйста, не прошло и десяти дней — а он ухитрился все испортить!..
Не имеет значения, насколько он не прав, насколько не права она. Они должны помириться и оставить эту размолвку в прошлом — вот и все, что было по-настоящему важно. Вопрос заключался только в одном: как именно это сделать?..
Когда мама по какой-то причине обижалась на отца, он поступал очень просто: приносил ей роскошный букет цветов и изысканный подарок, после чего конфликт сходил на нет — так, во всяком случае, ему помнилось. Однако было совершенно очевидно, что с Гермионой такой фокус не пройдет. Цветы он, разумеется, купил — букет пышных бело-розовых пионов, таких летних в конце дождливого октября, — но этого было чертовски недостаточно.
Не зная, что еще придумать, он зашел в кофейню, где привык покупать кофе, набрал целый пакет разной выпечки и, пытаясь как-то удержать в руках букет, подставку со стаканами с кофе и еду, трансгрессировал в Пимлико.
Квартира встретила его тишиной. Драко зашел в кухню, чтобы оставить все, что принес, на столе, а потом уже подняться наверх, и заметил бежевый конверт со знакомой печатью. Одного взгляда хватило, чтобы понять: мама прислала приглашение. На ужин в воскресенье. А значит, в его распоряжении остается всего лишь два дня, чтобы попытаться все уладить.
Впрочем, об этом можно было подумать чуть позже — быть может, Гермиона вовсе откажется идти на званый ужин с его семьей!.. Оставив букет и кофе на кухне, он разулся и, стараясь ступать как можно тише, поднялся по лестнице.
Она спала. И, судя по брошенной у кровати одежде и витавшему в воздухе крепкому аромату алкогольных паров, спать будет еще долго.
Осторожно прикрыв за собой дверь, Драко на цыпочках спустился вниз, наложил чары стазиса на кофе и выпечку, чтобы не остыли, вызвал Тави, попросил его принести книгу из библиотеки и приготовился к долгому ожиданию.
***
Гермиона просыпалась с трудом. Голова гудела, будто кто-то ночью превратил её в огромный колокол и сыграл Рождественский перезвон — полный, восьмичасовой. Мерлин всемогущий, и как же так вышло?.. Они сидели, болтали, пили сливочное пиво, потом медовуху — немножко, совсем чуть-чуть, всего-навсего те две бутылки, что принесла мадам Розмерта в самом начале! На троих. Хотя нет, Рон, кажется, медовуху не пил... Потом в паб пришел Хагрид и, конечно же, не прошел мимо их столика, но он заказывал себе выпивку отдельно. И она её даже не нюхала!.. А потом там как-то оказались ребята из сборной по квиддичу… Подробности вспоминались с трудом, а голова между тем болела нестерпимо. И это странное ощущение в желудке… Она опрометью бросилась в ванную — что оказалось несколько проблематично, поскольку ноги тоже почему-то были как чужие и отказывались функционировать привычным образом. Вышла Гермиона оттуда лишь через сорок минут — основательно опустошив желудок, хорошенько отмокнув под душем и почистив зубы как минимум три раза. Мир вокруг стал ярче и отчетливее. Пол перестал предательски раскачиваться под ногами, зато захотелось кофе. И есть. Интересно, Тави принес ей завтрак?.. Осторожно держась рукой за стену — просто на всякий случай! — Гермиона спустилась на первый этаж. Дверей здесь не было, так что светлую макушку у стола она заметила сразу — если у нее, конечно, не начались зрительные галлюцинации на фоне интоксикации алкоголем. — Драко?.. — осторожно позвала она. Язык будто распух и ворочался с трудом. — Доброе утро, — улыбнулся он. Чего-то в этой улыбке не хватало… она подумает об этом потом. — Кофе?.. — О, это было бы прекрасно! Горячий кофе ощущался как концентрированный Бодрящий эликсир. После первого глотка желудок, правда, предательски сжался, но потом все-таки смилостивился и позволил ей осушить половину стакана — маленькими глотками. — А что ты тут делаешь? — спросила Гермиона, не придумав ничего лучше. — Хотел тебя увидеть? — ответил Драко так, будто сам был не до конца в этом уверен. — В такую рань? Он посмотрел на нее, кажется, с жалостью — если она уже была способна верно интерпретировать эмоции на его лице. — Милая, как ты думаешь, который час? — Ну… — взглянуть на часы она, разумеется, забыла — так что оставалось лишь гадать. В этом деле могло бы здорово помочь солнце, но, как назло, за окном снова моросил противный серый дождь: с равным успехом могло быть как восемь утра, так и пять вечера. Хотя, если учесть, что вернулась она вчера заполночь и вполне себе выспалась, то могло быть что-то около девяти утра?.. — Одиннадцать, — самым обидным образом расхохотался Драко, услышав её предположение. — Одиннадцать десять, если быть точным. Но я рад, что ты выспалась. Только позволь спросить: как ты ухитрилась так напиться?.. Первым порывом Гермионы было возмутиться. Кто сказал, что она напилась?! Да она в жизни не делала ничего подобного!.. Однако невовремя сжавшийся желудок и отголоски колокольного звона в голове вынудили признать нелицеприятную правду. Она и в самом деле напилась. Впервые в жизни. — Мы вчера встречались в «Трех метлах» с Гарри и Роном… потом к нам присоединился Хагрид… И ребята из квиддичной команды — Кэти, Оливер, Анджелина, Демельза… — Понимаю, — склонил голову Драко. — В такой компании только и остается, что пить — иначе её не вынести. Никакого остроумного замечания в ответ в голову не пришло, так что она слегка толкнула его в грудь. Закачался почему-то не он, а мир перед глазами. — Чтоб ты знал — было весело! — Ни капли в этом не сомневаюсь! — заверил её этот нахал. — Я принес булочки, но, кажется, сейчас тебе требуется что-то посерьезнее. Одевайся и пойдем позавтракаем куда-нибудь. Тут Гермиона внезапно осознала, что, спускаясь вниз, и не подумала одеться — на ней были только трусики и старая растянутая футболка, в которой она любила спать — кажется, когда-то она принадлежала не то Гарри, не то Рону… Не тот вид, в котором стоило показываться своему парню… своему парню, на которого она, между прочим, злится — и как только могла забыть?! Чертова медовуха!.. Драко, очевидно, заметил перемены в её лице и интерпретировал их абсолютно верно, поскольку вдруг схватил со стола огромный букет пионов — откуда только он там взялся?! — и, прикрываясь им, словно щитом, испуганно попятился. — Я был неправ! — сообщил он из-за букета и чуть опустил его вниз так, чтобы смотреть на нее умильными глазками. Гермиона моргнула. Малфой — и умильные глазки?! Мерлин, что же такое было в той медовухе…. — Может, ты уже не будешь на меня сердиться? Ну, раз уж я молодец и запомнил тот номер, и сообщил его Поттеру, и он наверняка уже нашел ту машину… — Не нашел, — буркнула Гермиона, пытаясь сдержать улыбку, неумолимо тянувшую губы. — Ну, значит, найдет. Я в него верю!.. Тут уже Гермиона не выдержала и рассмеялась — точнее, попыталась рассмеяться, потому что смех мгновенно отдался резкой болью в висках. Драко вздохнул, отложил букет на стол и, обхватив её за талию, повел к лестнице. — Пойдем, моя болезная. Будем приводить тебя в жизнеспособное состояние… Комплекс спасательных мер состоял в том, что Драко отвел её в какой-то ресторан, заказал огромный завтрак, который было под силу съесть разве что Хагриду, а потом заставил выпить две таблетки аспирина, которые ухитрился как-то раздобыть у официанта. Как ни странно, всю еду она прикончила в одиночку, после таблетки почувствовала себя хорошо, а после двух чашек крепкого сладкого чая — и вовсе отлично. — И все-таки, по какому поводу вы так оглушительно напились? — поднял брови Драко, маленькими глотками попивая свой кофе. — Да мы вообще не планировали, — смутилась она. — Просто сидели, болтали, ели… пили. Оно как-то само так вышло. — Хорошо посидели? — Просто отлично, — Гермиона широко улыбнулась. Это и в самом деле было замечательно — она так давно не видела, чтобы Рон так много смеялся и шутил, чтобы Гарри чувствовал себя так свободно и расслабленно, и все их друзья — и Хагрид, и Кэти, и даже Оливер и другие, с кем она никогда не была особенно близка… Вчера они были одной компанией, и темы для разговоров не кончались, и взрывы смеха то и дело оглашали стены паба… — Было здорово, — повторила она, потому что именно так оно и было. — Я рад, — коротко ответил Драко и тоже улыбнулся. — А я вчера встретился с Тео и отдал ему документы на тот сейф. Судя по тому, что он совершенно одурел от счастья, там оказалась чертова прорва денег. Ну вот!.. Не то чтобы Гермиона была за него не рада — но теперь он точно не согласится сдать подземелье своего замка в аренду для оборотней в полнолуния. А других вариантов они до сих пор не нашли… — Он теперь уволится, да? — поинтересовалась она. — Наверняка. Но, думаю, Диггори вполне без него обойдется. — Опять будет жаловаться на нехватку персонала, — Гермиона состроила страдальческую гримасу. — Если Бруствер решит вопрос с гоблинами, у Министерства появятся свободные деньги на зарплату, — напомнил Драко. — Все будет хорошо. То ли потому, что его аргументы были рациональными, то ли потому, что голос звучал чертовски уверенно — Гермиона поверила, безоговорочно и сразу. Все будет хорошо. Ну разумеется, будет. Настроение было великолепным — ровно до того момента, как они вернулись домой. Гермиона сразу прошла на кухню, чтобы наконец поставить цветы в воду, и наткнулась взглядом на чертово приглашение, которое так и лежало посреди стола. — Кстати. Твоя мама прислала мне приглашение на ужин, — кивнула Гермиона на открытый конверт. — Я видел, — кивнул он. — Ты намерена его принять? — Вероятно, да. Только, насколько я помню, ты говорил, что нам понадобится помощь Андромеды… — Я займусь этим сегодня. А ты могла бы заняться выбором платья — если тебя это не затруднит. С этими словами он положил на стол небольшой пластиковый прямоугольник. У Гермионы никогда не было собственной банковской карточки, но она прекрасно знала, что это такое. — А это еще зачем? — Ну, ты ведь не обязана оплачивать фанаберии моей матери из собственного кармана, верно? — очаровательно улыбнулся Драко. — На её званых вечерах дресс-код. Кстати, в последний год в большой моде маггловские наряды, так что вечернее платье гораздо предпочтительнее парадной мантии. Ты будешь великолепна. Гермиона скептически подняла брови. Она не хотела брать деньги — ни у него, ни у кого-либо еще. Но, с другой стороны, она ведь связалась с Малфоем — и, если у нее нигде не завалялось американского дедушки, который собирается оставить ей в наследство пару миллионов долларов, а такового совершенно точно не завалялось, — соответствовать ему получится только за его же собственный счет. Такова реальность. — Увидимся вечером? — спросила она. — Ты расскажешь, как прошло с Андромедой, я покажу тебе, что выбрала? — Договорились. Но сначала — иди-ка сюда…. Как хорошо, что она утром трижды почистила зубы — и теперь можно было просто целоваться с ним, пока хватало воздуха в легких, и ни о чем не думать...
