Волшебники, звери и прочие неприятности

      — Мне показалось, или я слышал голос Поттера?..       — Не меняй тему! — прищурилась Гермиона и ущипнула его за сосок. Не больно, но обидно. Ведьма. — Волшебники не пользуются маггловской контрацепцией, насколько мне известно. Откуда об этом знаешь ты?       Драко закатил глаза. К чему добиваться ответа на вопрос, если он и без того очевиден?.. Да еще с таким упорством? Но и отвечать отчего-то не хотелось. Особенно после того, как он видел кровь на внутренней стороне её бедер.       — Это плохо? Ты хочешь обзавестись прелестными светловолосыми ангелочками как можно скорее? — попытался отшутиться он.       — Драко, — она приподнялась на локте и серьезно посмотрела ему в глаза. — Я не говорю, что это плохо. Это здорово, потому что я вовсе не собираюсь обзаводиться ангелочками с каким бы то ни было цветом волос в ближайшие годы. И я рада, что тебе не понадобилось ничего объяснять. Просто мне интересно — откуда?       Он стиснул челюсти. Говорить о некоторых вещах по-прежнему было нелегко — даже с ней.       — После суда мне было… непросто. Я не мог находиться в мэноре, и вообще нигде. Когда я оказывался в закрытом пространстве, вроде комнаты или квартиры, один, мне начинало казаться, что я больше никогда отсюда не выйду. Мне казалось, что я слышу звуки — шаги, или как змея ползет по паркету… Переезд в квартиру помог, но не до конца. И я уходил. Куда глаза глядят — шатался по улицам, пока не уставал настолько, что становилось все равно. Заходил в кафе, рестораны, пабы. Ночные клубы. Пил. Такие ночи заканчивались… по-разному.       — Тебе становилось легче?       — Да. На какое-то время. Ненадолго. Поэтому я торчал на работе, ходил на все приемы, куда меня приглашали, ввязывался в любые авантюры… Ну, знаешь — гиппокампы и все прочее… Но все равно рано или поздно оказывался дома. Один. И все повторялось.       — Мне очень жаль, — она опустила голову на его грудь, обняла крепче прежнего. — Прости.       — Это я должен извиняться, наверное, — Драко попытался усмехнуться, но вышло паршиво. Хорошо, что она не видела.       — Как ты говорил? Не важно, сколько у тебя было помолвок до меня, главное, чтобы со мной была последней? — улыбнулась Гермиона. — Мне кажется, с сексом то же самое. Мне очень жаль, но твои приключения подошли к концу.       — Не думаю, что это то, о чем я буду жалеть, — усмехнулся Драко. — Возвращаясь к моему вопросу: я слышал Поттера, или теперь его голосом разговаривает моя совесть?       — Зависит от того, что именно ты слышал, — она слегка дернула плечом — это было не очень-то удобно делать лежа. — Здесь его точно не было. Быть может, патронус?..       — Значит, что-то случилось?       — Не обязательно. Он мог просто уточнить что-то насчет завтрашней игры, — предположила Гермиона и, к его огорчению, начала вылезать из постели.       — Ты куда?!       — Надо все-таки спросить, что хотел Гарри — если тебе и в самом деле не померещилось.       Увы, ему не померещилось. Поттер действительно присылал патронус с просьбой зайти к нему на Гриммо — а потому о продолжении вечера в том же духе пришлось временно забыть. Впрочем, они ведь могут вернуться?..

***

      Гермиона была не на шутку встревожена. Они виделись только вчера — а значит, у Гарри появились какие-то срочные новости по расследованию нападений. И к тому же голос в его ответном сообщении был каким-то странным — точно что-то случилось!..       На Гриммо они оказались только через полчаса — пришлось потратить время на то, чтобы еще раз принять душ и привести себя в порядок, при этом Драко собирался в два раза дольше нее!.. Как на свидание, честное слово!.. Гарри, как ни в чем ни бывало, сидел на кухне и уплетал пирог с патокой.       — Я думала, что-то случилось! — с упреком выпалила Гермиона, увидев эту мирную картину.       — Да? А почему ты так подумала? — осведомился Гарри.       — Ну, когда ты прислал патронуса, у него был такой голос…       — Какой?       — Да не знаю я, какой! — всплеснула руками она. — Не такой, как обычно.       — Поттер, а кому из нас ты присылал первый патронус? — поинтересовался из-за её плеча Драко.       — Вообще-то тебе, — чрезвычайно ехидным тоном ответил тот.       — Вот тебе и разгадка, — хмыкнул Драко. — Наш юный детектив установил, что в тот момент мы находились вместе и были слишком заняты, чтобы углубляться в детали, и весьма гордится своей догадливостью.       Гермиона толкнула его в плечо и, кажется, залилась краской до корней волос.       — Так и что ты хотел от меня, Поттер?       — Вообще-то поговорить с глазу на глаз, — безмятежно откликнулся Гарри. — Но теперь-то, понятно, ничего не выйдет.       — Значит, все-таки что-то случилось, — поняла Гермиона. — И ты не хотел, чтобы я об этом узнала?! Гарри Поттер, как это понимать?!       — Просто мера предосторожности. Ничего такого, — попытался отвертеться он.       — Мера предосторожности против чего?!       Гарри испустил тяжелый вздох.       — Сегодня мы обходили магглорожденных волшебников. Опрашивали на предмет, не замечали ли они за собой слежки, не было ли странных происшествий, попыток напасть и тому подобного… Мы не смогли найти двоих.       — Что значит — не смогли найти? — вскинулся Драко.       — Пока это не значит ничего, — хладнокровно ответил Гарри. — Суббота, выходной день, вчера была пятница… Так бывает, что люди празднуют окончание трудовой недели излишне бурно и не возвращаются домой под утро. Остаются у друзей и тому подобное.       Гермиона фыркнула. Да уж, с празднованием окончания трудовой недели это он хорошо подметил, конечно… Хотя лично она до дома все-таки добралась.       — Так что пока рано делать какие-то выводы. Но на всякий случай — на всякий случай! — подчеркнул он, — я хотел, чтобы в ближайшее время, пока все не прояснится, ты не оставлял Гермиону одну. И особенно — не позволял ей возвращаться домой пешком вечерами. Камин ты так и не подключила? — обратился он уже к Гермионе.       — Да пока все руки не доходили…       — Так пусть дойдут. По выходным в транспортном отделе есть дежурный оператор, он может все сделать. Если магглы заинтересовались волшебниками, магглорожденных вычислить проще всего. Что там искать — просто проверь всех детей, которые учились в обычных школах до одиннадцати лет, а потом исчезли в неизвестном направлении — и вот тебе, пожалуйста, полный список! И ты в этом списке наверняка есть.       Гермионе стало не по себе. Такая простая мысль никогда не приходила ей в голову. Статут секретности, чары сокрытия, маглоотталкивающие чары!.. Магглы не могли видеть Хогвартс и Министерство магии, никогда не встречали волшебных существ и не знали, что в центре Лондона существует Косой переулок. Но в самом деле, как просто!.. Ребенок учится до одиннадцати лет в обычной школе — частной или государственной, а потом исчезает. Его нет нигде, и домой он возвращается только на каникулы. Если есть доступ к информации из департамента образования, есть возможность раздобыть списки учащихся и сверить их — то таких «пропавших» можно найти в два счета. Надо лишь знать, что именно искать…       — А откуда магглы могли узнать о существовании Хогвартса, и что учеба там начинается именно в одиннадцать? — поинтересовался Драко.       Гарри как-то странно глянул на Гермиону, но быстро отвел глаза.       — Многие знают, — ответил он. — Некоторые, конечно, выдумывают истории для друзей и родни, например, как делали мои тетка и дядя. Но мои стыдились того, что их племянник — волшебник, вот и скрывали изо всех сил. А многие, оказывается, гордятся. И рассказывают — по большому секрету, разумеется, но это такие секреты… Я удивлен, что про волшебников еще в газетах не пишут.       Гермиона почувствовала, что внутри у нее что-то переворачивается. Она не могла бы ответить, что именно это было за ощущение, но одно знала твердо: ничего хорошего оно не предвещало.       — На самом деле пишут, — заметила она, безуспешно пытаясь подавить некстати вспыхнувшую тревогу. — Просто обычно пишут такой бред, что никто в него не верит. Мне Уординг иногда приносит статьи, показывает. Там не было ничего такого, о чем стоило беспокоиться…       — Ну, насколько я видел по Робардсу сегодня после всех докладов авроров, проводивших опросы, беспокоиться есть о чем, — покачал головой Гарри. — На нем просто лица не было — можно подумать, что очередное пришествие Волдеморта маячит, не меньше.       — Если магглы узнали о существовании волшебного мира, это может оказаться похуже Волдеморта, — задумчиво проговорил Драко.       — Нет, ну а чего вы хотели?! — Гермиона вдруг разозлилась. — То дракон летает над Глазго, то совы разносят посылки и газеты, двухвостые собаки разгуливают по Лондону, метлы летают на таможне, тролли громят Вестминстер… Магглы — не дураки! И не слепые! Огден столько наворотил за последние месяцы — неудивительно, что он своего добился! Сделал именно то, чего хотел: раздул конфликт между волшебниками и магглами! А виноватыми окажутся магглорожденные, так? А в чем они виноваты?! Мы были детьми, всего лишь одиннадцатилетними детьми, мы не можем отвечать за то, что кто-то кому-то что-то рассказал! Это… это чертовски несправедливо!..       Вдруг она ощутила, как теплые руки Драко обвивают её, крепко сжимают — и только тут поняла, что почти кричит.       — Ты ни в чем не виновата. Никто не мог сделать больше, чем ты, — тихо проговорил он ей в самое ухо.       Но это не подействовало. Не в этот раз. Она резко оттолкнула его руки — будто птица, вырвавшаяся на свободу.       — Вот именно! И мы знаем, кто на самом деле виноват! Но что в этом толку?! Робардс ведь считает, что магглорожденные нарушают Статут, так? Гарри!..       — Не магглорожденные, — пробормотал он, не осмеливаясь поднять на нее глаза. — А их близкие, если быть точным. Но… да. Это проблема. И дело не в Робардсе, эта проблема действительно существует. Я своими ушами слышал, как одна из тех, кого мы опрашивали, клялась, что они никому-никому не говорили о том, что сын оказался волшебником. Ну только вот бабушке и дедушке — иначе как объяснить, куда делся ребенок, и лучшей подруге, и семье друзей — уж очень они беспокоились и наседали с вопросами…       — И ей поверили? — скептически осведомился Драко. — Маггла так просто говорит, что её ребенок волшебник и учится в школе чародейства и волшебства, и ей верят? На слово?       — Ха! На слово! — едко фыркнул Гарри. — Эта дура доказательства показывала — «Пророк», книги, что-то еще… И она не одна такая — в этом вся проблема. И они даже не понимают, что такого сделали — ведь это все люди хорошие, свои, им можно доверять.       Гермиона схватилась за голову.       — И много таких?       — Ну, как посмотреть, — неохотно ответил Гарри. — Магглорожденных в принципе не так чтобы много, особенно стараниями Амбридж и её комиссии… За сегодня успели найти и опросить около трех десятков. У всех есть родственники. Все родственники, без исключений, проболтались о волшебном мире хоть кому-то, хотя бы одному человеку — но в большинстве случаев количество осведомленных не меньше десятка. И в масштабе всей страны это, быть может, и не очень много, но информация о волшебном мире есть, она ходит среди магглов, и надо предпринять лишь небольшие усилия, чтобы её собрать и систематизировать. Таково положение дел на сегодняшний день. К понедельнику мы будем знать больше. Но ты должна думать не об этом.       — Да? И о чем же это, интересно, я должна сейчас думать? — язвительно спросила Гермиона.       — Мы оставили посты дома у тех двоих, кого не смогли сегодня отыскать. И, если они не объявятся до завтра — значит, магглорожденные волшебники начали пропадать. И ты должна быть очень, очень осторожна. Ты не должна стать следующей.       Гермиона хотела было сказать, что это вряд ли возможно — в конце концов, у нее новая квартира в совершенно другом районе, и никто не знает, где она живет… Но тут она вспомнила, как на нее напали те двое всего в нескольких кварталах от дома родителей — и осеклась.       — Я спрашивал, но спрошу еще раз: ты уверена, что в тот раз у тебя хотели всего лишь отобрать сумочку?       — Не знаю, Гарри, — прошептала она одними губами. — Я уже ничего не знаю…