Наследник Дракона (Dragon's Heir)

***

      — Ты вернулась. — Рейнира рассмеялась, когда дочь бросилась ей на шею и обняла ее. Это напомнило ей о том, как Висенья была маленькой и каждый раз, увидев ее, бросалась ей на руки. — Я так рада тебя видеть, я уже начала думать, что ты никогда не вернешься.       — Я опоздала всего на один день по сравнению с тем, что обещала. — Она посмотрела на дочь с улыбкой. — Мы немного отвлеклись и решили остаться еще на одну ночь.       — Что ж, ты будешь рада узнать, что я вела себя хорошо, пока тебя не было. — Рейнира подняла бровь. — Клянусь, я никого не убивала.       — Может, ты и никого не убивала, но я знаю, что ты что-то сделала, я вижу это по твоему лицу. — Рейнира переплела их руки, прежде чем выйти из покоев. — Есть ли что-то, о чем я должна знать?       — Нет, все договоры по-прежнему в силе. Я проверила оружие наших солдат и хотела бы его заменить. — Она была уверена, что ее дочь проделала потрясающую работу. — То, что у нас есть сейчас, старое и в не очень хорошем состоянии. Думаю, мы можем переделать металл для других целей.       — Звучит неплохо, давай, замени оружие, — согласилась королева. — Проверь доспехи городской стражи, Безупречных и королевской гвардии и замени их, если нужно.       — Я немедленно этим займусь. — Они обе подошли к дверям тронного зала, где их ждал Деймон. Дочь отпустила ее руку и кивнула ее мужу. — Здравствуй, Деймон.       — Здравствуй, Висенья. — Она не упустила из виду, как ее муж вздрогнул, когда дочь произнесла его имя. Самым большим желанием Деймона было, чтобы дочь называла его отцом, но они знали, что на это уйдет еще немного времени. Рейнира не стала давить на дочь, она простит Деймона, когда будет готова. — Надеюсь, у тебя все хорошо.       — Да. — Улыбка Висеньи была не такой холодной, как раньше, но и не теплой. Деймон ничего не сказал, только кивнул, прежде чем протянуть руку, чтобы Рейнира могла взять ее. Они подождали, пока к ним присоединился Эймонд, а затем Рейнира дала знак глашатому объявить о их прибытии. Затем открылись двери тронного зала, и они вошли.       — Представляем ее императорское высочество королеву Рейниру Таргариен, первую своего имени, королеву андалов, ройнар и первых людей, леди Семи Королевств и защитницу королевства. Императрицу Новой Валирии и ее короля-консорта Деймона Таргариена.       Рейнира поднялась по ступеням и села на трон, а Деймон стоял слева от нее, Эймонд — справа, а Висенья — на две ступени ниже. Рейнира оглядела комнату, она хотела убедиться, что все присутствуют. Большинство лордов из всех крупных домов, которые присутствовали на ее свадьбе и празднике в честь ее имени, все еще были здесь, она попросила их остаться. Она знала, что сделает это официально, и хотела, чтобы все были присутствовали.       — Я хочу поблагодарить всех вас, кто присутствует, за то, что вы остались дольше, чем планировали. Я знаю, что это доставило неудобства некоторым из вас. — Все кивнули, но ничего не сказали. Она посмотрела на своего отца и мачеху, а затем на Корлиса, который стоял рядом с Рейнис. — С этого дня вступает в силу новый закон, согласно которому все права наследования переходят к первенцу наследника и его детям, а затем к следующему по старшинству брату или сестре наследника и их потомкам, независимо от пола. Наследник не утратит свои права, если родится мальчик. В соответствии с правилами и законами Старой Валирии, мужчины и женщины равны и могут наследовать в не зависимости от своего пола. Те же правила, которые применяются к наследнику-мужчине, будут применяться и к наследнице-женщине. Этот закон будет известен как закон Рейнис, в честь принцессы Рейнис, которая должна была стать королевой после своего отца, но была отодвинута в сторону из-за своего пола. Этот закон гарантирует, что такая несправедливость не повторится в будущем. Принцесса Висенья станет королевой после меня, даже если от моего союза с ее отцом родятся мальчики.       Вся комната замерла в шоке, и никто не произнес ни слова. Все смотрели друг на друга, а некоторые, такие как Баратеоны, Ланнистеры и Хайтауэры, выглядели крайне разгневанными. Она знала, что у них будет что сказать, поэтому дала им возможность высказаться.       — Вы можете высказаться, если у вас есть вопросы или опасения. — Она откинулась на спинку трона и позволила им высказать свои опасения.       — Ваше Величество, — вышел вперед Джейсон Ланнистер. — Хотя мы все знаем, что принцесса Висенья является вашей наследницей, мы приняли это, потому что у вас нет других детей. Было бы естественно, что если у вас родится сын, он станет вашим наследником. Все знают, что мужчины более способны, чем женщины.       — Правда? — наклонила голову набок Висенья. — И почему же, лорд Джейсон?       — Ну, я не хочу проявить неуважение, но все знают, что женщины более эмоциональны. — Его самодовольное лицо раздражало ее. — Женщины, как известно, руководствуются своими эмоциями, а не разумом.       — Ой, лорд Джейсон. Вы все еще расстроены, потому что я победила вас на тренировочной площадке пару дней назад? — Некоторые из присутствующих рассмеялись, а Джейсон гневно посмотрел на принцессу. Ее дочь не выглядела ничуть испуганной. — Я говорила вам, чтобы вы не были такими опрометчивыми, что гнев вам не принесет никакой пользы. Это не моя вина, что вы позволяете себе руководствоваться эмоциями, а не разумом, когда принимаете решения.       Лорд Ланнистер смотрел на ее дочь с ненавистью, но его взгляд изменился, когда Рейнира гневно посмотрела на него, а затем она увидела, как его глаза наполнились страхом, когда он посмотрел налево от нее, и она подняла глаза и увидела, как Деймон угрожающе смотрит на Джейсона Ланнистера. Лорд был умнее, чем казался, потому что он поклонился, прежде чем вернуться на свое прежнее место. Никто больше ничего не сказал, но она знала, что это еще не конец. Она услышит об этом во время заседания малого совета. Но ей было все равно, Рейнира не изменила бы своей позиции. Ее дочь была ее наследницей, и не имело значения, был ли ребенок, которого она носила, мальчиком.

***

      — Прошу прощения за то, что беспокою вас, Ваше Величество. Я знаю, как вы заняты. — Висенья ничего не сказала, пока лорд Лионель объяснял ее матери, что его младший сын пропал более двух недель назад и никто не мог его найти. Ее мать казалась сочувствующей, но принцесса заметила, как она напряглась, когда Лионель упомянул время исчезновения Лариса. — Я надеялся, что вы могли бы предоставить мне некоторые ресурсы, чтобы помочь его найти.       — Конечно, милорд. — Мать улыбнулась с пониманием и вручила лорду свиток с чем-то, что она написала, и своей печатью. — Отнесите это командиру Безупречных, он выделит группу солдат, чтобы помочь вам в поисках вашего сына. Если я что-нибудь узнаю до этого, то дам вам знать. — Мужчина кивнул и поблагодарил ее мать. Как только он вышел из комнаты, Рейнира повернулась к ней и гневно посмотрела на нее.       — Что? — Висенья не была глупой, ее мать знала ее очень хорошо.       — Что ты сделала? — Взгляд Рейниры стал еще более суровым, когда дочь невинно посмотрела на нее. — Ты сказала мне, что не делала ничего, пока меня не было.       — Нет, я сказала, что не убивала никого. — Ее мать должна была лучше слушать, прежде чем обвинять ее в чем-либо. — И я никого не убивала, включая Лариса.       — Я знаю, что ты что-то сделала. — Гневный взгляд матери обратился на Деймона, когда он засмеялся. — Не поощряй ее.       — Я ничего не говорил, — сказал Деймон, но улыбка на его лице не делала его слова правдоподобными.       — Висенья, — мать пыталась сдержать гнев. — Что ты сделала?       — Думаю, лучше я просто покажу вам. — Висенья встала и жестом пригласила их следовать за ней. Проходя по коридорам, она старалась говорить тихо, чтобы никто не услышал. — В день вашего праздника я видела, как Ларис пытался привлечь внимание Алисенты и просил ее встретиться с ним. Поскольку она была занята, я последовала за ним и услышала, как он разговаривал с другим мужчиной. Он узнал, что Отто мертв, и собирался рассказать об этом Алисенте, а другой мужчина должен был встретиться с Хобертом и сообщить ему эту новость. Я попросила одного из стражников перехватить другого мужчину, а Лариса отвели в черные камеры.       — Он знает, кто убил Отто? — спросила ее мать, выглядя обеспокоенной.       — Теперь знает, — пожала плечами Висенья. — Но он никому об этом не расскажет. Но до того, как я ему рассказала, он не знал, кто его убил. Уверена, он подозревал, но у него не было доказательств.       Они дошли до черных камер, и она провела мать и отца к последней камере, самой сырой и темной, где находилось ее новое изобретение. Стражник открыл дверь, и мать затаила дыхание, увидев мужчину на полу. Ларис не походил на человека, которого они привыкли видеть, его тело было испещрено порезами и ожогами. Все его пальцы на руках и ногах были сломаны, ногти вырваны один за другим. Его волосы были спутаны засохшей кровью, грязью и бог знает чем еще. Он был также покрыт дерьмом и мочой. Некоторые из его ран загноились, и Висенья знала, что он не проживет долго. Целитель сказал, что ему осталось жить максимум пару дней. Ее мать издала звук рвоты и прикрыла рот и нос одной рукой. Деймон был впечатлен и выглядел гордым.       — Боги, Висенья. — Лицо матери застыло в ужасе. — Что ты наделала?       — Ничего ужасного. — На самом деле, для мужчины это было ужасно, но он заслужил это. — Я просто немного поиграла с ним.       — Немного поиграла? — Мать посмотрела на нее с недоверием. — Он выглядит полумертвым. Я же говорила тебе не делать этого.       — Нет, ты сказала не убивать никого. — Висенья указала на полумертвого мужчину на земле. — Как видишь, я его не убила, я просто помучила. — Она широко улыбнулась матери. — Видишь? Я тебя слушаюсь.       — Когда я говорю не убивать никого, я имею в виду и не мучить, — резко ответила мать. — Что я должна сказать лорду Лионелю?       — Забудь об этом, — прервал ее голос Деймона, который подошел к металлическому ящику и осмотрел его. — Что это?       — Это небольшое устройство для пыток, которое я придумала, — улыбнулась девушка, подойдя ближе к отцу. — Ящик сделан из железа, а на дно деревянное. Ящик подвешивается над большим кострищем на толстой цепи. В нем можно зажарить человека, даруя ему медленную и мучительную смерть. Конечно, я не оставила Лариса там настолько долго, чтобы убить его, только настолько, чтобы он страдал.       — Это потрясающе. — Ее отец смотрел на нее с восторгом. — Ты должна рассказать мне, как тебе пришла в голову эта идея. Это гениально.       — Простите. — Голос ее матери был милым, но это был то состояние, которое говорило ей, что королева вот-вот выйдет из себя. — Вы оба сошли с ума? — Мать гневно посмотрела на Деймона. — Не гордись ею, она придумала новый способ пыток.       — Да, — ее отец выглядел немного сбитым с толку, глядя на мать. — Ты говоришь так, как будто это плохо.       — Это плохо. — Рейнира провела рукой по лицу. — Как я должна объяснить это его семье?       — Ты можешь сказать правду, что он предатель и планировал стать убийцей родственников. — Выражение лица ее матери стало вопросительным. — Я обнаружила, что Ларис планировал убить своего отца и брата. Он собирался сжечь их и сделать так, чтобы это выглядело как несчастный случай.       — Что? — Глаза ее матери расширились. — Ты уверена?       — Да, — кивнула Висенья. — У меня есть несколько писем, а также люди, которых он собирался использовать для этого.       — Мне нужны все доказательства, которые у тебя есть, а потом я позову лорда Лионеля и сира Харвина. Ты будешь присутствовать на встрече и расскажешь им все, что ты узнала, — устало вздохнула королева. — После этого мы казним Лариса и отдадим его тело семье, чтобы они похоронили его так, как считают нужным.       — Э-э… — прочистила горло принцесса. — Но я обещала Карнаксу, что он сможет съесть Лариса, когда я с ним разберусь.       — Мы не будем отдавать Лариса Карнаксу! — резко ответила ее мать, снова гневно посмотрев на нее.       — Почему нет? — скрестила руки на груди ее дочь. — Он предатель, почему Карнакс не может его съесть?       — Потому что он из важной семьи. — Ее мать вскинула руки. — У меня и так будет достаточно проблем, объясняя Стронгам, почему Ларис пропал и был подвергнут пыткам в течение двух недель, без необходимости объяснять, что его скормили дракону.       — Хорошо. — Висенья выглядела угрюмой, чувствуя разочарование Карнакса через их связь. — Могу я хотя бы скормить Карнаксу другого мужчину? Он не лорд и не из важной семьи, на самом деле, я полагаю, у него нет семьи.       — Хорошо. — Ее мать развернулась на каблуках и вышла из камеры, оставив Висенью и Деймона одних. Принцесса посмотрела на отца, который тоже смотрел на нее с угрюмым выражением лица.       — Знаешь, ты могла бы хотя бы подождать меня, — покачал головой он. — Я бы тоже хотел немного помучить его.       — Ну, ты был занят чем-то другим, — на ее лице появилась улыбка полная удовлетворения. — Ты можешь помочь мне помучить следующего. — Деймон ничего не сказал, только улыбнулся и кивнул, прежде чем последовать за матерью.