Избранная семья

      31 октября. Первый настоящий Хэллоуин для Тары.       Время близится к вечеру, и улицы заполняются детьми, в поисках конфет, и их родителями.       Карла уже стоит у дверей. Няня собирается уехать домой, но немного задерживается, чтобы посмотреть на наряды семей Бакли и Диаз.       Последние несколько лет Кристофер не выходил из дома на Хэллоуин. Ему это всё казалось детской забавой. Впрочем, и Эдди, и Эван тоже давно относились к этому дню с безразличием.       Кристофер объяснил Таре, что это за день такой, когда она стала задавать вопросы. Примерно через полчаса, под давлением голубых глаз девочки, всем троим пришлось смириться, что этот Хэллоуин нужно "праздновать".       «Похоже, в этот раз нам нужны костюмы», – первым сдался Эдди.       И костюмы, надо отметить, выбрал Кристофер.       – Ой, а что это за красивая девочка? – Карла расплывается в улыбке, когда малышка Тара выбегает к ней из комнаты.       Она крутится, показывая наряд со всех сторон: красное платье и плащ из той же ткани. Затем она поворачивается к няне и подкидывает ручками пряди своего рыжего парика:       – Красиво?       – Очень красиво, милая. – Карла оглядывает её. – И где вы только нашли такой маленький парик, мм? Так кто ты у нас?       – Ведьма! – С воодушевлением выдаёт ребёнок.       – Ведьма..? – Карла немного недоумевает.       – Это такой персонаж, Карла. Алая ведьма. – Кристофер наконец-то тоже показывается из комнаты.       – Ох, тогда ясно. – Женщина поднимает взгляд на мальчика. – А тебя я знаю. Ты у нас в этом году Человек-паук?       – Это было слишком просто. – Кристофер улыбается.       Мальчик сразу решил, что никто не останется равнодушным к его образу Человека-Паука. А Эван сказал о том, что это уже нестареющая классика.       – Тебе идёт. – Няня тоже не может сдержать улыбку. – Так, а что же придумали старшие?       – Сейчас увидишь. Папа? Бак, вы идёте? – Кристофер кладёт ладонь на плечо Тары и становится позади неё, смотря на дверь спальни.       Наконец-то, после недолгого молчания дверь открывается, и из комнаты выходит Эван, в костюме Капитана Америки:       – Та-дам. – В его руках небольшой щит, который он выставляет вперед, будто готов отразить любую опасность.       – Ого. Бак. – Карла начинает смеяться. – А тебе идёт! Как хорошо сидит. Может, бросишь работу пожарного и подашься в супергерои?       Бакли тоже смеётся:       – Это всё к Крису, его выбор был.       Следом выходит Эдди. В обычном черном костюме и очках.       – Так, а ты решил без костюма идти? – Карла вскидывает брови.       – Не поверишь, я задаюсь тем же вопросом. Эти двое, – Эдди кивает сначала на Эвана, затем на сына, – сказали мне, что я Железный Человек. Но от Железного человека во мне только то, что я человек.       Эван и Кристофер синхронно цокают и закатывают глаза, после чего переглядываются, и Кристофер решает объяснить:       – Папа, «Железный человек» – это имя героя.       – Да, псевдоним. А самого персонажа зовут Тони Старк. Поверь мне, круче одеться Тони Старком, чем Железным Человеком, Эдди. – Эван хлопает его по плечу.       – Или вы просто решили сэкономить на мне. – Эдди бросает взгляд на друга. – Костюм и футболка с непонятным кругом.       – Это не круг, а реактор. – Старший Бакли качает головой. – Короче, ты крут, вот и всё.       – Мне всё-таки больше нравится Бэтмен. – Эдди пожимает плечами.       Эта фраза заставляет Эвана и Кристофера снова переглянуться.       – Крис, ты точно уверен, что он нам нужен? Просто, у меня возникают смутные сомнения...       Эван получает неодобрительный взгляд от Эдди, зато Кристофер начинает смеяться. Ну, а Тара смеётся за компанию с мальчиком, просто потому, что ей всегда смешно, если смешно ему.       Карла молча наблюдает за всеми четырьмя и улыбается.       Поддержать старших Бакли и Диаза решили и друзья. Первыми приезжают семейство Уилсон, но практически сразу, следом за ними, паркуется и вторая часть семьи Бакли.       Сначала из машины Уилсон вылезает их сын, сразу же подбегая к Кристоферу.       – Почему у Дэнни такой же наряд, как у Криса..? – Эдди чуть склоняется в сторону лучшего друга и шепчет.       – Они разные. – Эван обречённо вздыхает.       – Он тоже Человек-паук...       – Да. Но Кристофер – Питер Паркер, а Дэнни – Майлз Моралес.       – Легче не стало...       – Не знаю как, но мы с Кристофером заставим тебя в этом разобраться. – Бак бросает быстрый взгляд на друга, а затем идёт к приехавшим. – Так, так, кто это тут у нас?       Эван оглядывает вышедших из машины Хен и Карен.       Женщины идут в сторону дома, одетые в белые халаты.       – Доктор Уилсон. – Хен чуть усмехается, коротко обнимая Эвана.       – Ах, ну конечно, как я не догадался. – Он издаёт смешок и смотрит на Карен. – А ты..?       – Очевидно же, я – специалист по ракетостроению.       – Погоди, ты просто взяла свою рабочую одежду? – Эдди подходит следом за Бакли.       – Что? Нет! – Карен явно выглядит возмущенной. – Мы же купили эти халаты. Это продуманные образы.       – Ну да... – Тянет Эдди и переводит взгляд на Чимни, несущего на руках Джи-Юн. – Вот кто действительно заморочился с нарядом.       Следом за ними идёт и Мэдди.       Семья Бакли-Хан и правда выглядит очень подготовленной. Словно решение пойти на Хэллоуин они приняли не пару дней назад, а готовились к этому за несколько лет.       Родители Джи не думали о мероприятии в этом году, но когда узнали, что Эван и Диазы планируют показать настоящий праздник Таре, то всё решилось само собой.       Это был первый настоящий Хэллоуин и для Джи-Юн.       Отнесясь к этому с особым трепетом, они решили в этом году выбрать образы персонажей одной из самых любимых книг Мэдди – «Алисы в стране чудес».       Внешний вид Мэдди в костюме, безусловно, вызывал восхищение: длинное кружевное платье красного цвета, маленькая причудливая корона на голове и небольшой скипетр в руках. Червонная королева собственной персоной.       Чимни в этот раз решил воплотить в жизнь образ Шляпника: пестрый жилет, перекошенные брюки, шелковый галстук и, конечно же, шляпа.       Джи наряжена в костюм самой Алисы. На ней шёлковое голубое платье, сшитое подобно платью героини, с объемными рукавами и кружевным воротником. А на голове хвостики, завязанные атласными лентами.       – Моя племянница побеждает в конкурсе костюмов. – Эван перетягивает девочку к себе на руки. – Если конкурса нет, то я его создам, и она выиграет. Да, принцесса?       Мужчина целует племянницу в щеку, и она улыбается ему.       Эдди наблюдает за ними, когда чувствует, как его ладонь сжимают маленькие пальчики. Он смотрит вниз: рядом с ним стоит Тара, поглядывая в сторону своего папы.       – Милая? – Эдди опускается на корточки. – Всё хорошо?       Девочка продолжает смотреть в сторону Эвана, который прижимает к себе племянницу и о чем-то говорит с её родителями и женами Уилсон. Эдди следит за её взглядом, а потом смотрит на Тару снова:       – Эй. – Он поглаживает девочку по ладошке, и она наконец-то смотрит на него. – Не надо никого ревновать, ладно? – Эдди улыбается.       Ребёнок только вздыхает в ответ.       – А давай я тебя обниму, идёт? Даже на руки могу взять. Хочешь? – Он заглядывает ей в глаза и продолжает улыбаться.       – Хочу. – Маленькая Бакли кивает.       – Отлично. – Эдди берёт её на руки и поднимается. – Джи-Юн твоя сестра. А твой папа – её дядя. И он её любит. Поэтому уделяет ей внимание. Мэдди ведь тоже тебя часто обнимает, да? Ты её любимая племянница. Или, вот. Смотри-ка. – Мужчина кивает в сторону Кристофера. – Крис видит, что я обнимаю тебя, но он не ревнует.       – А ты меня тоже любишь?       – Конечно, я тебя люблю. Ну, как иначе, Тара?       Тара обнимает Эдди за шею и кладёт голову ему на плечо.       – Не будешь ревновать больше папу?       – Мм... Не знаю.       Диаз качает головой, но продолжает улыбаться:       – Ладно, обдумай это, а потом скажи, что решила.       Наконец-то возле дома паркуется ещё одна машина. Из неё выходят Афина и Бобби.       – О, боже. Бобби, ты что, пират? – Замечание Хен привлекает внимание близких.       – Кэп, сколько лет этому костюму? – Эван сжимает губы, стараясь сдержать смех.       – Это классика, между прочим. – Бобби нисколько не смущают слова коллег. – Я люблю этот костюм.       Он достаёт из кармана повязку и надевает её, закрывая один глаз.       В этот раз Бакли не может сдержать смех:       – Бобби, ты выглядишь потрясающе! – Он смеётся и едва выговаривает это.       – У меня вот больше вопросов к другому... Афина, ты решила проигнорировать нас? – Чимни оглядывает женщину.       Остальные делают то же самое.       На Афине обычные джинсы, рубашка и кожаная куртка сверху.       – Даю 20 баксов тому, кто угадает, в кого одета моя жена. – Тянет Бобби и смотрит на друзей.       Все с интересом разглядывают Грант-Нэш, пока она не раскрывает тайну своего образа:       – Детектив. Сегодня я детектив.       Она чуть отодвигает куртку в сторону: на поясе явно фальшивый жетон и такие же поддельные кобура и пистолет.       – Это так оригинально. Коп, одетый в копа. – Тянет Бакли, а затем смотрит на Генриетту. – Впрочем, теперь мы точно знаем, что вы лучшие подруги.       Хен протягивает Афине ладонь, и та даёт ей "пять".       – Так и знала, что у нас будут лучшие образы сегодня. – Парамедик смотрит сначала на подругу, а затем на жену.       – О, милая, определенно. – Карен улыбается и гладит её по плечу.       Дэнни, Кристофер и Тара идут впереди, а взрослые следом. Чуть на расстоянии, чтобы дать детям почувствовать себя самостоятельными, не выпуская при этом из виду.       Эван чувствует, как кто-то тянет его за запястье, заставляя замедлиться. Этим "кем-то" оказывается его лучший друг.       – Эдди?       – Хотел сказать кое-что.       – В чём дело? – Бакли ровняется с Диазом, и теперь они идут плечом к плечу.       – Я заметил, что Тара ревнует тебя. Например, когда ты общаешься с Джи.       Эван хмурится:       – О чём ты? Она ничего не говорила.       – Знаю. Но это же Тара, Бак. Просто хотел, чтобы ты заметил это. Не люблю, когда она расстраивается.       Мужчина лишь кивает в ответ и отводит взгляд от Эдди:       – Честно признаться, я иногда думаю, что недостаточно хорош для того, чтобы быть отцом такой девочки, как она.       – Что? Бак, да ладно тебе.       – Нет, правда. – Он смотрит вперёд, туда, где Тара идёт за руку с Кристофером. – Мне кажется, что если бы не вы двое... Я бы всё давным-давно испортил.       Эдди останавливается.       Бак следует его примеру и замирает, обернувшись к другу.       – Ты хороший отец, Бак.       – Ты мой друг. Ты скажешь, что я хороший отец. Даже если это не так.       – Нет, Бак. Это так не работает. Я говорю тебе это не потому, что ты мой друг. Знаешь, учитывая то, каким было ваше с Мэдди детство. И то, что ты боялся стать отцом, хоть никогда в этом и не признаешься остальным... Несмотря на всё это, я уверен, что Тара вырастет девушкой, которая будет знать, что такое любовь и забота родителей. – Эдди поправляет себя самого практически мгновенно. – Родителя. Ты хороший отец, если даже не лучший.       Эван чуть улыбается:       – Что ж, у меня есть хороший пример перед глазами.       Эдди кивает и тоже ему улыбается.       Тишину между ними прерывает Чимни, который подбегает к друзьям:       – Вы должны это увидеть! – Он выглядит взволновано.       – Увидеть что? – Эдди переводит взгляд на Чимни.       Эван следует его примеру.       Хан снимает блокировку со своего смартфона, открывает и показывает фото.       – Это Альберт? – Эдди рассматривает изображение.       – Ага. Это Альберт-Альберт.       На экране селфи, сделанное младшим братом Чимни: парень в костюме Альберта Эйнштейна корчит гримасу на камеру.       Бакли не может сдержать смех:       – О боже. Мне нужно срочно извиниться перед Карен, Хен и Афиной. Я нашел действительно оригинальный костюм.       Несколько часов спустя, когда за окнами уже слишком темно, а часы вот-вот начнут отсчёт нового дня, Эван заходит на кухню:       – Слишком много конфет. Нам нужно будет спрятать их от неё. И они оба наелись сладкого на ночь, я не успел остановить их.       – Ну, по крайней мере, теперь мы знаем, что абсолютно все сдаются под её чарами и проблема не в нас. – Эдди улыбается.       – О, да. Даже Дэнни отдал ей половину своих сладостей. Хен сказала, что свою ошибку он осознал в машине.       Оба мужчины негромко смеются.       – Как насчёт уложить их спать, взять по пиву и что-нибудь посмотреть перед сном? Завтра выходной. – Эдди смотрит на друга.       – Звучит как крутой план.       – Отлично, значит, так и сдел...       – Папа! Папа!       Эдди не успевает договорить, когда на кухню забегает светловолосый вихрь.       – Да, милая? – Эван оборачивается к дочери.       – Папа Эдди, смотри. – Девочка подбегает к мужчине. – Это твои любимые конфеты.       Старший Диаз опускается на одно колено и улыбается девочке:       – И правда. Мои любимые. Ты делишься со мной?       – Да-а. – Тянет девочка и обнимает Эдди, который прижимает её к себе, благодаря за сладость.       Эван же стоит, не двигаясь и боясь даже вдох сделать.       Он знает, что Тара называла Эдди –Папа Эдди. Но это было почти три месяца назад. И она не говорила этого вслух. Она точно не говорила.       Но смущает Эвана другое. Реакция Эдди.       Или её отсутствие.       Почему он никак не отреагировал на «Папа Эдди»? Он не заметил? Не понял?       Почему Эдди не отреагировал?       Диаз, кажется, замечает реакцию друга и прочищает горло, прежде чем сказать:       – Тара, а давай посмотрим, кто быстрее оденется в пижаму и ляжет в кровать? Мне кажется, что я буду быстрее. – Он улыбается ей.       – Нет! Я! – Девочка "отлипает" от него и с писком уносится прочь из кухни.       Эдди же делает глубокий вдох и поднимается, смотря на Эвана.       Он кладет конфеты на стол и обходит его, подходя к Эвану чуть ближе:       – Прости.       – Что? – Эван чуть встряхивает головой и поднимает голову на Эдди.       – Я не хотел, чтобы ты знал...       – Знал о чём?       – О том, что Тара зовёт меня папой, Бак. – Он вздыхает.       – Погоди. Так это что..? Не впервые?       Эдди качает головой:       – Она иногда делает так... Обычно, когда тебя нет рядом. Не знаю, почему она и сейчас так сказала... Слушай, это ничего не значит.       – Ничего не значит?       – Я не хотел говорить тебе об этом. Думал, что тебя это может расстроить. Ты так стараешься быть для неё лучшим отцом, а тут это...       – По-твоему я похож на того, кто приревнует ребёнка к хорошим отношениям с моим лучшим другом?       – Бак, я не это имел в виду.       – Тебя это не беспокоит?       Неожиданный вопрос Бакли ставит Эдди в тупик на несколько секунд, прежде чем он отвечает вопросом на вопрос:       – А должно?       – Это ты мне скажи.       Эдди недолго молчит, обдумывая всё, а затем говорит:       – Нет. Не беспокоит.       – То есть, мне не стоит говорить ей, чтобы она так не делала?       – Бак, ты же знаешь. Я люблю Тару не меньше, чем Криса. Она для меня уже как второй ребёнок.       – А ты, похоже, для неё, как второй отец. – Эван неуверенно улыбается. – В таком случае – всё в порядке.