"Голос леса"
18 марта 2025 г., 00:00
Тэхён отстранился от Чонгука, его сердце продолжало бешено колотиться, а в голове царила полная неразбериха. Понимая, что нужно как-то разрядить напряжение, он взглянул на Чонгука с хитрой улыбкой.
— Ты так-то... пахнешь — сказал Тэхён, сдерживая улыбку и хмуря брови. — Тебе бы не помешало помыться.
Чонгук застыл на месте, на его лице появилась недоуменная гримаса, а потом он посмотрел на Тэхёна с удивлением, как будто тот сказал что-то невероятное.
— Пахну? — переспросил он, слегка приподняв брови. — Ты то, сам посмотри на себя! Ты тоже не суперсвеж, Тэхён.
Тэхён усмехнулся, поджимая губы, чтобы не рассмеяться в ответ.
— Ладно, ладно, может, и я не самый свежий, — признал он, скрещивая руки на груди. — Но знаешь, что? Иди лучше найди Вонхо и растопите баню. Нам всем нужно помыться.
Чонгук растерялся на секунду, и он, не удержавшись, с удивлением посмотрел на Тэхёна.
— Ты что, меня в баню зовешь? — спросил он с сарказмом, но в глазах заискрился смех. — Мы ведь ещё не закончили с этим разговором.
Тэхён, не сдержавшись, усмехнулся, его глаза заиграли озорным светом.
— А ты что, думаешь, я буду обсуждать с тобой твою «ароматную» проблему? Иди лучше растапливать баню, пока я не передумал.
Чонгук рассмеялся, а потом, будто сдался, махнул рукой.
— Ладно, ладно, я понял. Иду растапливать баню для всей команды.
Тэхён, чувствуя, как напряжение уходит, вздохнул с облегчением. Этот момент, похоже, был тем, что им обоим было нужно, чтобы вернуться к привычным делам, не зацикливаясь на произошедшем.
Чонгук вышел из дома, решив найти Вонхо. Он не знал, насколько далеко тот может уйти, но интуитивно почувствовал, что его знакомый не будет слишком далеко от дома. Пройдя несколько тропинок, Чонгук заметил его фигуру вдалеке. Он нашёл Вонхо, сидящего на старой каменной ограде. Тот не двигался, молча смотря на опустевшее поле, покрытое высохшими стеблями и пожухлой травой. Атмосфера вокруг казалась такой же тяжёлой, как и взгляд Вонхо, обращённый куда-то в прошлое.
— Вот ты где — произнёс Чонгук, останавливаясь рядом и слегка хмурясь.
Вонхо медленно повернул голову и посмотрел на него с прохладным равнодушием, приподнимая бровь:
— Что, твой «принцесский долг» уже выполнен, раз решил проверить, не сбежал ли я?
Чонгук фыркнул, сдерживая раздражение от его тона.
— Если бы я знал, что ты решил предаться меланхолии, сидя у этого унылого поля, то и искать бы не пошёл.
— А кто просил? — резко бросил Вонхо, взглядом давая понять, что он не особо ждал компанию Чонгука. — Как вообще ты нашёл меня?
Чонгук усмехнулся, намеренно слегка дерзко.
— По запаху.
Вонхо резко повернулся к нему, в глазах мелькнуло негодование.
— Ну, и как же я пахну, Ваше Высочество? — в его голосе ясно слышалась издёвка, и это задело Чонгука.
Чонгук выдержал паузу, позволяя словам повиснуть в воздухе, затем медленно произнёс:
— Как мокрая псина.
На лице Вонхо на мгновение проскользнуло удивление, быстро сменившееся язвительной улыбкой.
— Слышать подобное от тебя — просто честь, — едко ответил он. — Думаю, твоя королевская утончённость сильно пострадала от пребывания среди нас, простолюдинов.
Чонгук сжал челюсти, чувствуя, как внутри снова вскипает раздражение, смешанное с усталостью от постоянных перепалок.
— Поверь, Вонхо, твоё присутствие гораздо больше влияет на моё настроение, чем любые запахи.
Вонхо слегка ухмыльнулся, отводя взгляд обратно на опустошённое поле. На его лице на мгновение мелькнула грусть, которую он сразу постарался скрыть за своей обычной язвительностью.
— Ну так может, оставишь меня в покое и вернёшься в свой замок? — тихо, почти устало произнёс он.
Чонгук помолчал немного, осознавая, что за сарказмом Вонхо скрывалось гораздо больше эмоций, чем тот хотел показать.
— Я вернусь, — ответил Чонгук спокойнее, хотя нотки напряжения всё ещё слышались в его голосе. — Но Тэхён хочет, чтобы мы привели себя в порядок. И, если хочешь знать моё мнение, нам всем это действительно не помешает.
Вонхо снова взглянул на Чонгука, в его глазах мелькнуло что-то неясное, и он снова отвернулся к полю. Чонгук не стал нарушать эту тишину, позволяя Вонхо самому решить, что делать дальше.
— И зачем ты вообще здесь? — спустя некоторое время снова заговорил Вонхо, нарушая молчание. — Разве тебе не нужно быть сейчас где-то в другом месте? У тебя же всегда есть какие-то важные королевские дела.
Чонгук сделал глубокий вдох и чуть устало взглянул на него:
— Да, есть. Но, как видишь, я сейчас здесь.
— Конечно, — пробормотал Вонхо, закатив глаза. — Просто у тебя, наверное, появился странный вкус на неприятную компанию. Тэхёна я ещё могу понять, но вот зачем тебе вдруг понадобилось моё общество?
Чонгук усмехнулся, вновь ощутив укол раздражения.
— Возможно, просто решил проверить, жив ли ты еще, или уже окончательно застрял в своем самобичевании.
Вонхо скривил губы в саркастической усмешке, но в голосе всё-таки послышалась нотка искренней горечи:
— Знаешь, Чонгук, лучше уж сидеть здесь, глядя на это пустое поле, чем видеть, как ты строишь из себя героя.
Чонгук на секунду замер, нахмурившись, чувствуя, как слова задели его больше, чем он хотел бы показать. Вздохнув, он присел рядом, заговорив более тихим, почти примирительным тоном:
— Я не пытаюсь быть героем, Вонхо. Я просто хочу хоть что-то исправить.
Вонхо снова взглянул на него. Его глаза стали чуть мягче, но сарказм никуда не исчез.
— Ну что ж, поздравляю. Пока у тебя не особо получается — сказал он, снова вздохнув и добавил чуть тише: — Но, если ты действительно хочешь хоть что-то исправить, перестань пытаться угодить каждому.
Чонгук нахмурился, но затем слегка усмехнулся, принимая вызов Вонхо:
— А ты перестань изображать, что тебя это совсем не касается.
Они замолчали на мгновение, а потом Вонхо встал с ограды, глядя куда-то поверх плеча Чонгука.
— Ладно, пошли уже — сказал он хмуро. — Иначе Тэхён решит, что мы тут друг друга придушили.
Чонгук негромко рассмеялся, снова почувствовав, как атмосфера немного разрядилась, несмотря на всё напряжение, что продолжало незримо висеть в воздухе между ними.
Они молча дошли до дома, хотя тишина эта казалась временным перемирием, готовым нарушиться в любую минуту. Чонгук прошёл мимо Вонхо к небольшой деревянной постройке, стоящей немного в стороне от дома. Вонхо последовал за ним с выражением лёгкого раздражения на лице.
Баня выглядела старой, но вполне крепкой. Она была сложена из массивных брёвен, которые слегка почернели от времени и сырости. Внутри было темно и прохладно, в воздухе ощущался запах сырости и старого дерева. В центре стояла каменная печь, покрытая пылью и сажей, рядом лежали аккуратно сложенные сухие поленья.
Вонхо взял полено и недовольно покосился на Чонгука:
— А ты точно знаешь, как это делается? Или принцам не пристало марать руки в копоти?
Чонгук смерил его раздражённым взглядом, взявшись за другое полено и засовывая его в печь:
— Ты бы лучше следил за собой, а то ещё умудришься случайно поджечь эту хибару.
Вонхо, фыркнув, встал, уперев руки в бока:
— Да что ты говоришь, принц. Может, ты покажешь нам, как правильно топить баню? Твои нежные ручки хоть когда-нибудь держали что-то тяжелее ложки?
Чонгук приподнял бровь, с вызовом глядя на Вонхо, затем резко схватил несколько поленьев и ловко засунул их внутрь печи.
— Я хотя бы не жалуюсь каждые две минуты, что у меня болит спина или тянет ногу, — парировал он с усмешкой.
— Это временные трудности, — огрызнулся Вонхо, раздраженно засовывая последнее полено внутрь печи. — И вообще, если бы кто-то мог просто использовать свою «царственную» силу, мы бы уже давно закончили.
Он выразительно посмотрел на Чонгука, который в ответ лишь приподнял бровь.
— А что, твои руки уже отказываются работать? — спросил Чонгук, демонстративно скрестив руки на груди.
— Ну, раз ты нашёл меня по запаху, может, и разжечь огонь сможешь дыханием своего дракона? Или это слишком тяжело для его высочества? — съязвил Вонхо, улыбнувшись с притворной любезностью.
Чонгук тяжело вздохнул, явно стараясь не вспылить.
— Если бы мой дракон мог разжечь огонь по желанию, ты давно уже сидел бы на пепелище, — ответил он с откровенным раздражением.
Вонхо резко рассмеялся и покачал головой:
— Ну что ж, теперь я точно знаю, что твои угрозы — пустой звук.
Чонгук отвернулся, пряча ухмылку, и наконец развёл огонь в печи, глядя, как пламя постепенно разгорается, наполняя баню мягким теплом и уютом, которых им обоим так не хватало в последнее время.
Когда баня наконец начала наполняться теплом, Чонгук и Вонхо вернулись в дом. Войдя внутрь, они заметили Тэхёна, задумчиво смотрящего куда-то перед собой. Услышав шум, он повернулся и посмотрел на них с лёгким вопросом во взгляде.
— Баня топится, — сухо сообщил Чонгук, бросив быстрый взгляд на Вонхо. — Если, конечно, кто-то опять не запортачит дело.
Вонхо тут же раздраженно хмыкнул и демонстративно закатил глаза:
— Конечно, ведь именно я у нас тот, кто не умеет разводить огонь.
Тэхён устало вздохнул, чувствуя, что эти двое снова завели привычную игру в перепалки. Он слегка покачал головой и с лёгкой улыбкой спросил:
— Ну и что у вас случилось на этот раз?
Чонгук не упустил возможности поддеть Вонхо:
— Твой знакомый хотел, чтобы я зажёг огонь дыханием дракона, представь себе.
Вонхо бросил на Чонгука хмурый взгляд и тут же парировал:
— А принц оказался слишком нежен для таких трюков. Прямо ранимый цветочек, честное слово.
— Говорит тот, кто жаловался, что у него спина отваливается, пока мы шли всего пару шагов до бани, — ответил Чонгук с язвительной улыбкой.
— Вы когда-нибудь перестанете уже? — Тэхён взглянул на них обоих с притворной строгостью. — Или вы так и будете препираться, пока баня снова не остынет?
Чонгук развёл руками, сделав вид, что абсолютно невиновен.
— Это не я начал — сказал он, указывая пальцем на Вонхо.
Вонхо бросил взгляд на Тэхёна и недовольно фыркнул:
— Если бы принц не ныл так громко, то всё было бы намного проще.
Тэхён снова вздохнул и улыбнулся, но его взгляд стал мягче.
— Может, вы оба наконец перестанете? Дайте мне хотя бы немного тишины перед баней.
Вонхо театрально поклонился, а затем бросил Чонгуку издевательский взгляд:
— Ваше Высочество, вы слышали? Тэхёну нужен отдых от вас и ваших странных способностей.
— Не сомневаюсь, что именно от меня, а не от тебя, — пробормотал Чонгук, стараясь сдержать усмешку.
Тэхён только покачал головой, наблюдая за ними с лёгкой улыбкой. Несмотря на все их пререкания, ему казалось, что впервые за долгое время в доме снова стало хоть немного уютно и спокойно.
Тэхён, устав слушать эти бесконечные препирательства, вздохнул и махнул рукой.
— Так, знаете что, — сказал он, глядя сначала на Чонгука, потом на Вонхо. — Идите-ка вы вдвоём первыми в баню, а я позже схожу сам. Может, хоть после этого перестанете друг друга подкалывать.
Наступила короткая пауза, и оба сразу повернулись к нему, едва ли не хором воскликнув:
— С ним?! — в один голос воскликнули они и тут же сердито переглянулись.
— Я с ним никуда не пойду, — категорично заявил Вонхо, скрестив руки на груди. — Я уже надышался его высочайшей самоуверенностью.
— Вот уж точно нет, — тут же вставил Чонгук, не отставая по эмоциональности. — Если я пробуду с ним ещё хоть минуту, нам точно понадобится помощь лекаря. И не мне.
— Да-да, — съязвил Вонхо, — особенно если твоё величество вдруг случайно выдохнет огонь.
Тэхён закатил глаза и сделал глубокий вдох, пытаясь удержаться от улыбки. Сколько можно было терпеть этих двоих?
— Вы серьёзно? — спросил он уже с раздражением, но голос прозвучал скорее с иронией, чем строгостью. — Неужели два взрослых человека не способны спокойно сходить помыться без угроз взаимного уничтожения?
Чонгук криво усмехнулся, указывая на Вонхо:
— Ну, если он обещает держаться на безопасном расстоянии, я, может быть, ещё подумаю.
— Поверь, я уже подумываю утопить тебя в ближайшем ведре, — пробурчал Вонхо.
Тэхён поднял руку, останавливая их, и взглянул на обоих с преувеличенно строгим выражением лица.
— Всё. Я сказал: идите первыми. Иначе я закрою вас там обоих и выпущу, только когда научитесь вести себя нормально.
Чонгук взглянул на Вонхо, тяжело вздохнув, а потом, наконец, неохотно кивнул:
— Ладно, я пойду первым. Но если он решит последовать за мной, я за последствия не отвечаю.
Вонхо усмехнулся и саркастически добавил:
— Ой, какие страшные угрозы. Уже бегу следом, принц.
Тэхён с трудом удержал улыбку, когда оба, продолжая ворчать и бросать друг другу язвительные взгляды, направились к бане, словно два ребёнка, вынужденных соблюдать мир ради общего блага.
Когда дверь закрылась за ними, Тэхён почувствовал, как напряжение и усталость снова сковали его тело. Он опустился на ближайший стул, прикрыв глаза, позволяя себе немного тишины и покоя. Его губы тронула легкая улыбка — несмотря на постоянные препирательства, было что-то успокаивающее в этих непрекращающихся перепалках между Чонгуком и Вонхо.
Однако мысли его вновь быстро вернулись к проблемам, которые всё ещё ждали решения. Тэхён задумчиво смотрел на стол, мысленно перебирая возможные варианты действий. Он понимал, что долго оставаться здесь нельзя, что проклятие не исчезнет само по себе, а Король Демонов не станет ждать. Ему предстояло найти решение. Найти выход из этого замкнутого круга боли, страха и постоянной неопределенности.
В его голове всплыли слова Чонгука о том, что проклятие можно победить, что надежда есть. Но можно ли было ему верить до конца? Мысли путались, но воспоминания о мягком взгляде Чонгука и нежности его поцелуя заставляли сердце Тэхёна трепетать.
Дверь тихо скрипнула, и в комнату вновь вошёл Чонгук, теперь уже без Вонхо. Тэхён удивленно поднял глаза, пытаясь скрыть то волнение, что мгновенно пробежало по коже.
— Забыл что-то? — спросил он, стараясь казаться безразличным.
Чонгук улыбнулся и медленно подошёл ближе, мягко остановившись совсем рядом.
— Да, кое-что забыл, — ответил он почти шёпотом. Его взгляд был внимательным и тёплым, заставляя Тэхёна невольно замереть.
— И что же это? — чуть сбившись с дыхания, спросил Тэхён, стараясь казаться увереннее, чем чувствовал себя на самом деле.
Чонгук не ответил сразу. Он поднял руку и осторожно коснулся щеки Тэхёна, медленно проводя большим пальцем по его скуле. В глазах Тэхёна мелькнуло смятение, и он инстинктивно задержал дыхание.
— Вот это, — тихо произнёс Чонгук и, наклонившись, осторожно коснулся его губ своими.
Поцелуй был тихим и нежным, но полным той глубины чувств, которые не могли передать никакие слова. Вся неопределённость, все тревоги и страхи на мгновение исчезли, уступая место чему-то светлому и искреннему, чему-то, во что так хотелось поверить и чего Тэхён так долго ждал.
Отстранившись, Чонгук улыбнулся нежно и ободряюще:
— Всё будет хорошо, Тэхён. Мы справимся. Только верь мне.
Когда Чонгук вышел, Тэхён глубоко вздохнул и, стараясь привести мысли в порядок, направился к сумке, лежавшей в углу комнаты. Он знал, что времени на размышления мало, и ему нужно было подготовиться к любому повороту событий.
Раскрыв сумку, он стал быстро перебирать её содержимое, проверяя, что осталось и что пригодится в пути. На стол легли мешочки с засушенными травами, пара оставшихся флаконов эликсиров и бинты, которые могли помочь при ранениях. Руки двигались автоматически, но мысли Тэхёна были далеко.
Он думал о проклятии, о словах Чонгука, которые звучали так убедительно и уверенно. Но всё равно что-то не давало ему покоя, какое-то смутное, неопределённое чувство. Почему он не мог полностью довериться? Что именно скрывалось за тем, что Чонгук не мог рассказать?
Тэхён глубоко вздохнул, рассматривая старый флакон с эликсиром, и почувствовал, как тревога снова подступает к горлу. Он уже почти привык к этому чувству постоянного беспокойства, но оно по-прежнему его утомляло. Тэхён хотел верить Чонгуку, но доверие — это было то, чего он боялся больше всего.
Не успел он додумать эту мысль, как дверь резко открылась, и внутрь зашли Вонхо и Чонгук, оба выглядевшие раздражёнными и хмурыми.
— И как вы умудрились вернуться ещё более недовольными, чем были раньше? — спросил Тэхён, поднимая глаза от своего занятия и пытаясь сдержать улыбку.
Вонхо сердито кивнул в сторону Чонгука.
— Ты бы сам попробовал помыться, когда принц стоит под дверью и критикует каждый твой шаг.
Чонгук тут же отмахнулся, не давая Вонхо закончить мысль:
— Лучше расскажи, как ты чуть не залил всю баню водой, пытаясь доказать, что ты не такой неумелый, каким выглядишь.
Вонхо прищурил глаза, собираясь ответить, но Тэхён жестом остановил обоих, устало качая головой.
— Хватит, пожалуйста, — попросил он, вздыхая. — У вас когда-нибудь будет мир?
Оба взглянули на него, затем переглянулись, но ничего не ответили. Тэхён снова посмотрел на разложенные перед ним травы и флаконы и медленно заговорил, стараясь перевести разговор в более спокойное русло:
Тэхён задумчиво разглядывал содержимое сумки, перебирая в голове планы и возможные действия. Наконец, тяжело вздохнув, он поднял взгляд на Чонгука и Вонхо.
— Я думаю, нам скоро нужно будет уходить отсюда. Лекарств и эликсиров почти не осталось, трав совсем мало — сказал он спокойно и устало.
Вонхо кивнул, соглашаясь, а Чонгук задумчиво скрестил руки на груди, внимательно рассматривая Тэхёна.
— Ты прав — сказал Чонгук, — но лучше отправиться куда-то, где безопаснее и больше ресурсов. Здесь мы долго не протянем. Нужно вернуться обратно в замок.
Вонхо тут же напрягся и бросил подозрительный взгляд на Чонгука.
— Что ж, тогда я тоже пойду с вами, — заявил он, словно это было очевидно. — Я не собираюсь оставлять тебя наедине с ним.
Чонгук фыркнул и, не скрывая иронии, посмотрел на Вонхо:
— О, нет, спасибо. Я не собирался заводить пса. Тэхён и без твоего лая отлично справится.
Вонхо резко повернулся к Чонгуку, его глаза сузились от раздражения:
— Ты точно нарываешься, принц.
Тэхён устало закрыл глаза, чувствуя, как в голове снова начинает пульсировать от их бесконечных споров.
— Хватит, — негромко сказал он, резко прерывая их перепалку. — Вонхо пойдет с нами. Решено. И, пожалуйста, не разгромите дом, пока я буду в бане.
Тэхён поднялся и, не обращая внимания на возмущенные взгляды обоих, направился к выходу, тихо бросив на прощание:
— Постарайтесь не убить друг друга до моего возвращения.
Когда Тэхён закрыл за собой дверь, оставляя Вонхо и Чонгука наедине, на мгновение повисла почти осязаемая тишина. Оба переглянулись, словно пытаясь понять, кто первым нарушит это напряжённое молчание.
Чонгук, в конце концов, с сарказмом произнёс:
— Ты планируешь стоять тут и смотреть на меня, пока Тэхён не вернётся?
Вонхо раздражённо закатил глаза, подходя ближе и глядя Чонгуку прямо в лицо.
— С удовольствием бы не смотрел на тебя вообще, но боюсь, ты снова решишь использовать свои странные способности и попытаешься сжечь этот дом.
Чонгук усмехнулся, не скрывая иронии.
— Я уж говорил: мой дракон не твоя собачка, чтобы выполнять приказы по команде, — сказал он, специально выделяя последнее слово с сарказмом.
Вонхо сжал челюсти, пытаясь сдержать раздражение, и скрестил руки на груди.
— Ты правда думаешь, что забавен?
Чонгук сделал вид, что задумался, а затем пожал плечами с притворным равнодушием.
— Нет, но смотреть, как ты раздражаешься, бесценно, поверь.
Вонхо открыл рот, собираясь ответить, но тут же резко замолчал, отвернулся и, глядя в сторону, пробормотал с язвительным тоном:
— Когда-нибудь это тебя погубит, принц. И поверь, я буду аплодировать первым.
Чонгук слегка усмехнулся, подходя ближе и понижая голос до холодного шёпота:
— Если ты так хочешь избавиться от меня, просто попроси. Но знаешь, что? Тэхёну я всё равно полезнее, чем ты.
На лице Вонхо мелькнула ярость, но он не успел ничего ответить — дверь с тихим скрипом открылась, и вошёл Тэхён, бросив на обоих внимательный, почти подозрительный взгляд.
— Вы опять ссоритесь? — спросил он с нотками иронии, вытирая влажные после бани волосы полотенцем. — Или мне послышалось?
— Нет, конечно — сказал Чонгук с саркастичной улыбкой, сразу же отходя от Вонхо. — Просто дружески общаемся.
Вонхо бросил на него уничтожающий взгляд и добавил с едва сдерживаемым раздражением:
— Ага, дружески. Я как раз подумывал, не завести ли мне ручного дракона. Было бы забавно.
Тэхён снова устало вздохнул, понимая, что спокойствия сегодня ему ждать не стоит. Но в глубине души он был рад, что, хотя бы пока они все были вместе, несмотря на постоянные перепалки.
Вечер прошёл на удивление быстро. Несмотря на бесконечные перепалки и язвительные комментарии, каждый занимался подготовкой к предстоящему пути. Они перебирали вещи, складывали остатки еды, лекарства и сушёные травы, которые могли пригодиться. Каждый был поглощён своими мыслями, и разговоры вскоре стали тише, почти переходя в молчаливое понимание.
Однако между тихими и размеренными действиями Чонгук и Тэхён то и дело бросали друг на друга взгляды — короткие, полные осторожности и скрытого тепла. Когда возникала возможность, Чонгук невесомо касался руки Тэхёна, словно напоминая ему о том, что произошло раньше. Эти лёгкие прикосновения были почти незаметными, но заставляли сердце Тэхёна учащённо биться.
Вонхо, казалось, ничего не замечал, а если и видел, то предпочитал никак не комментировать. Он сосредоточенно проверял вещи, иногда тихо бормоча что-то себе под нос и бросая на обоих короткие, слегка раздражённые взгляды.
Когда все приготовления были закончены, Тэхён первым нарушил тишину, посмотрев на остальных:
— Думаю, нам нужно лечь пораньше. Завтра будет тяжёлый день, и лучше выйти на рассвете, чтобы добраться до замка как можно скорее.
Чонгук коротко кивнул, улыбнувшись так тепло и мягко, что Тэхёну снова пришлось отвернуться, чтобы скрыть лёгкое смущение. Вонхо лишь молча пожал плечами, не став спорить.
Они разошлись по своим спальным местам, и вскоре дом погрузился в тишину, нарушаемую лишь редким потрескиванием дров в печи. Тэхён лежал, глядя в потолок, и в голове его снова и снова проносились обрывки разговоров, тревоги о будущем, но вместе с тем и ощущение странного, нового тепла. Он чувствовал, что всё ещё не готов открыться полностью, но знал, что больше не может отрицать своих чувств к Чонгуку.
Вскоре усталость взяла своё, и Тэхён наконец закрыл глаза, погружаясь в тревожный, но всё же необходимый сон, зная, что завтра ему предстоит новый путь, полный неизвестности.
****
Тэхён проснулся задолго до рассвета, будто внутренние часы снова напомнили ему, что времени терять нельзя. Он тихо встал с постели и подошёл к окну. За стеклом стояла глубокая ночь, окутывая деревню густым мраком, который лишь изредка разгоняли слабые отблески звёзд. Он слышал дыхание спящих в доме — Вонхо ровно и тихо сопел где-то неподалёку, а Чонгук, судя по всему, спал крепко, почти беззвучно. Тэхён почувствовал, как в груди что-то сжалось от мысли о том, что им предстоит сегодня. Возвращение в замок было не просто необходимостью — это было началом чего-то нового, пугающего и одновременно манящего своей неизвестностью. Аккуратно поднявшись с места, он подошёл к окну, вглядываясь в темноту. Его мысли вновь обратились к поцелую с Чонгуком, заставляя сердце забиться сильнее. В этих ощущениях было и тепло, и сомнение, и даже страх того, что может последовать дальше. Шелест движения заставил его резко повернуться. В темноте комнаты возник силуэт, и спустя несколько секунд он узнал Чонгука, который встал и теперь внимательно смотрел на него, едва различимый в полумраке. — Не спится? — спросил он почти шёпотом, медленно приближаясь. Тэхён слегка улыбнулся, стараясь скрыть смущение. — Проснулся раньше времени. Слишком много мыслей, — тихо ответил он, глядя на Чонгука, который остановился совсем близко. Чонгук с пониманием кивнул и слегка улыбнулся, его взгляд стал мягким и тёплым. — Ты слишком много думаешь, Тэхён, — прошептал он. — Иногда нужно просто довериться сердцу. Всё не так сложно, как кажется. Тэхён хотел было что-то ответить, но шум со стороны места, где спал Вонхо, заставил их обоих вздрогнуть и отступить друг от друга. Вонхо пробурчал что-то нечленораздельное и снова затих. Тэхён облегченно выдохнул и тихо рассмеялся, пытаясь снять лёгкое напряжение: — Он проснётся не в духе. Чонгук усмехнулся, покачав головой. — Он всегда не в духе, так что разницы нет, — с иронией заметил он. — Но нам и правда пора собираться. Тэхён согласился, снова чувствуя, как тяжесть ответственности ложится на плечи. Он собрался с духом, ещё раз взглянул на Чонгука и кивнул: — Тогда разбудим его и выдвигаемся. Чем быстрее мы будем в замке, тем лучше. Чонгук улыбнулся, слегка коснувшись его плеча, и тепло этого простого прикосновения заставило Тэхёна почувствовать себя увереннее. — Всё будет хорошо — сказал он тихо, но решительно. — Ты не один. И эти слова, такие простые и искренние, помогли Тэхёну хотя бы на мгновение забыть о тревогах, которые не оставляли его ни на секунду. Вместе они подошли к Вонхо, чтобы разбудить его и отправиться навстречу новому дню, который уже ожидал их за дверью. Вонхо проснулся с ворчанием, словно заранее приготовил список недовольств по любому поводу. Он открыл глаза и подозрительно уставился на стоящих рядом Чонгука и Тэхёна. — Что? Уже утро? Или вы решили лишить меня последнего удовольствия – нормального сна? Чонгук, ухмыльнувшись, едко заметил: — Поверь, я бы с удовольствием лишил тебя и большего, но сейчас не до этого. Вонхо демонстративно закатил глаза, садясь на край кровати. — И зачем только я согласился идти с вами? — пробурчал он, потирая лицо руками. — Потому что ты слишком любишь нас, чтобы оставаться здесь, — с улыбкой ответил Тэхён, стараясь разрядить напряжение. — Тебя — возможно. А вот этого «высокородного господина» — даже и не мечтай, — проворчал Вонхо, косясь на Чонгука. Чонгук сделал вид, что не услышал, но по губам его скользнула язвительная улыбка. Собрав последние вещи и проверив сумки, они быстро перекусили тем, что осталось от вчерашнего дня. Когда всё было готово, Тэхён бросил последний взгляд на дом, в котором они провели это короткое, но такое насыщенное время. Что ждало их впереди, никто из них до конца не понимал, но возвращаться назад уже было нельзя. Выйдя на улицу, они сразу же ощутили прохладный воздух рассвета, который слегка бодрил и пробуждал от сна. Небо начинало сереть, мягко сменяя темноту ночи на утренние оттенки синего и фиолетового. Всё вокруг было тихо и неподвижно, словно мир затаился в ожидании чего-то важного. Тэхён шёл впереди, погружённый в размышления, периодически оглядываясь на спутников. Чонгук держался рядом, иногда бросая на него взгляды, которые говорили больше, чем любые слова. Вонхо плёлся позади, не скрывая недовольного выражения лица, но в его взгляде иногда мелькала тревога — за Тэхёна, за предстоящий путь, за все те тайны, которые ещё не раскрылись перед ними. Спустя несколько минут тишины Чонгук тихо заговорил, приближаясь к Тэхёну: — О чём ты думаешь? Тэхён вздохнул, глядя вперёд, на едва видимый вдалеке контур леса, и затем ответил: — О том, что мне кажется, мы идём навстречу чему-то большому, и я боюсь, что ещё не готов к этому. Чонгук осторожно коснулся его руки, привлекая внимание: — Никто никогда не бывает готов полностью. Но я с тобой. Мы со всем справимся. Сзади послышался раздражённый голос Вонхо: — Если вы опять начнёте шептаться, я передумаю и вернусь обратно спать. Чонгук чуть обернулся и ответил с ехидной усмешкой: — Никто тебя не держит, Вонхо. Поверь, мир без твоего недовольного лица станет куда приятнее. — Очень смешно, — пробормотал Вонхо, ускоряя шаг, чтобы поравняться с ними. — Но не дождёшься. Тэхён тихо усмехнулся, снова переводя взгляд вперёд. Несмотря на тревоги и сомнения, сейчас он чувствовал себя чуть увереннее. Рядом с ним были люди, которым он мог довериться — даже если им было сложно признать это вслух. Вместе они шли вперёд, шаг за шагом приближаясь к будущему, которое скрывалось за горизонтом. Они двинулись по едва заметной дороге, направляясь прямо к Запретному лесу, который возвышался вдалеке тёмной стеной, зловеще возвещая о грядущих испытаниях. Тэхён невольно замедлил шаг, чувствуя, как знакомое напряжение охватывает его снова, и глубоко вздохнул, готовясь к тому, что ждало их впереди. Чонгук заметил это и тихо спросил, подходя ближе: — Ты в порядке? — Просто этот лес, — негромко ответил Тэхён, не скрывая беспокойства. — Каждый раз, когда я оказываюсь там, кажется, будто он пытается забрать что-то важное у меня. — Он может попытаться, — ответил Чонгук спокойно, бросив уверенный взгляд на Тэхёна, — но мы не позволим. Вонхо, шедший позади, раздражённо вмешался: — Давайте уже побыстрее, пока вы тут разговариваете, лес никуда не денется. Если повезёт, до ночи дойдём. Чонгук повернулся и с лёгкой язвительностью ответил: — Если повезёт, ты по пути не заблудишься. — Я скорее специально оставлю тебя там, — хмыкнул Вонхо, ускоряя шаг и бросая мрачный взгляд на чащу впереди. Тэхён, игнорируя их очередные перепалки, сосредоточенно смотрел на лес, ища в себе уверенность. Он знал, что путь через Запретный лес не будет простым, но другого выбора у них не было. И они шагнули вперёд, оставляя позади мирную деревню и погружаясь в полумрак леса, наполненный неизвестностью и опасностью. Когда они оказались в лесу, густая тьма сомкнулась вокруг них, словно холодный занавес, поглощая остатки утреннего света. Запретный лес не зря носил своё имя — он казался живым, внимательным и совсем не дружелюбным. Казалось, даже деревья смотрели на путников с подозрением, пригибаясь и перешёптываясь кронами. Тэхён шагал впереди, его рука невольно скользнула к кинжалу, висящему на поясе. Его дыхание было ровным, но сердце билось быстро, напоминая о том, как важно оставаться начеку. Чонгук двигался чуть позади, внимательно оглядываясь по сторонам, время от времени бросая обеспокоенный взгляд на Тэхёна. Он знал, что этот лес мог легко сыграть злую шутку — их чувства и страхи здесь становились гораздо ощутимее, почти осязаемыми. Вонхо, обычно уверенный и даже язвительный, теперь шёл молча, с выражением напряжения и серьёзности на лице. Похоже, лес влиял даже на него, заставляя забыть о его привычной иронии. — Чем быстрее пройдём этот проклятый лес, тем лучше, — наконец тихо сказал Вонхо, нарушая тишину. Чонгук усмехнулся, скрывая напряжение: — Боишься, что твои сородичи тебя тут найдут и заберут обратно? Вонхо бросил на него хмурый взгляд, но ничего не ответил, словно и сам понимал, что сейчас не время для пустых споров. Они продвигались глубже, постепенно ощущая, как лес давит на них со всех сторон. Воздух стал тяжёлым, пропитанным влагой и странными запахами, в которых было что-то тревожащее. Каждый шорох, каждое движение ветвей заставляли их настораживаться и останавливаться, прислушиваясь. Внезапно впереди раздался хруст сухой ветки. Все трое тут же остановились, замерев в напряжённой тишине. — Что это было? — едва слышно спросил Тэхён, стараясь не выдать беспокойства. — Не знаю, — так же тихо ответил Чонгук, шагнув вперёд и прикрывая Тэхёна собой. — Но лучше быть готовыми ко всему. — Может, это просто животное? — предположил Вонхо, хотя в голосе его слышалась явная неуверенность. Тэхён покачал головой, чувствуя странную тревогу, нарастающую где-то в груди. — Здесь нет «просто животных», — негромко сказал он, вглядываясь в тёмные заросли, и чувствуя, как внутри снова нарастает напряжение. — Будьте наготове. Трое остановились, молча вслушиваясь в тишину леса, которая теперь казалась зловещей и полной скрытых угроз. Каждый был готов защищать друг друга, но никто не мог предположить, что именно подстерегало их в этой густой, непроглядной чаще. Тишина, окутавшая их, казалась бесконечной. Сердце Тэхёна колотилось, готовое вырваться из груди, когда напряжённое молчание внезапно нарушил негромкий голос Вонхо, наполненный нервозностью и едва скрытым раздражением: — Слушай, Чонгук, а ты не мог бы… ну, стать драконом и быстренько отвезти нас к замку? Нам бы тогда не пришлось тащиться через весь этот кошмар. Чонгук резко повернулся, бросив на Вонхо раздражённый взгляд: — Ты вообще представляешь, что такое дракон? Это не лошадь и не твоя собачка, чтобы катать тебя по первому желанию. — Ну прости, Ваше Драконье Величество, — пробурчал Вонхо, язвительно улыбнувшись, — просто пытаюсь найти способ не быть съеденным местными монстрами раньше времени. Чонгук вздохнул и раздражённо прошипел в ответ: — Если я вдруг и превращусь, первым, кого мой дракон захочет съесть, будешь именно ты. Тэхён, наконец, не выдержал и тихо шикнул на обоих: — Хватит уже! Ваши голоса могут привлечь к нам намного больше внимания, чем нужно. Оба замолчали, хотя в глазах Вонхо ещё мелькала язвительная усмешка, а Чонгук продолжал хмуро сверлить его взглядом. Они снова двинулись вперёд, осторожно шагая по тропе, каждый погружённый в свои мысли, но всё ещё на стороже. Теперь каждый шаг казался громче предыдущего, а темнота вокруг — гуще и враждебнее. Путь через Запретный лес оказался гораздо сложнее и длиннее, чем предполагал Тэхён. Время тянулось бесконечно медленно, а лес вокруг, казалось, становился всё более враждебным с каждым шагом. Первый день прошёл в постоянной тревоге: любой шорох, любой скрип веток или шелест листвы заставляли троицу замереть и вслушиваться, не готовясь к худшему. Ночь накрыла их неожиданно и резко, принесла с собой холод и странные звуки, похожие на тихий шёпот, ползущий между деревьями. Чонгук периодически обменивался настороженными взглядами с Тэхёном, стараясь сохранять спокойствие, а Вонхо, сжимая кулаки и крепче сжимая в руках оружие, молчал больше обычного. К утру второго дня усталость стала почти невыносимой, но они продолжали идти, едва позволяя себе короткие остановки. Ближе к вечеру снова начал сгущаться туман — густой, тяжёлый, проникающий в лёгкие и затрудняющий дыхание. Вскоре Тэхён осознал, что с каждым шагом различает своих спутников всё хуже. Он замедлил шаг, чувствуя, как туман поглощает его фигуру, стирая контуры деревьев и растворяя силуэты Чонгука и Вонхо, которые ещё недавно были совсем рядом. — Чонгук? — окликнул он тихо, пытаясь прогнать нарастающую тревогу. — Вонхо? Ответа не было. Вокруг стояла непроглядная тишина, только глухой шелест листьев и отдалённое потрескивание веток напоминали ему, что он всё ещё в лесу. — Чонгук! Вонхо! — снова окликнул Тэхён громче, его голос задрожал. Но снова никто не ответил. Вместо этого он вдруг отчётливо услышал тихий, еле различимый голос, доносящийся словно из самой глубины тумана. — Тэхён… Он резко обернулся, всматриваясь в густую мглу. — Кто здесь? — почти шёпотом спросил он, чувствуя, как тревога перерастает в страх. — Чонгук, это ты? Но в ответ прозвучало лишь тихое эхо его голоса, растворившееся в глубине леса. Тэхён сделал шаг вперёд, сжимая кинжал в руке и пытаясь не дать панике полностью овладеть собой. Туман продолжал сгущаться, и ему показалось, что теперь он слышит не один, а несколько голосов, зовущих его по имени, шепчущих странные, тревожные слова. Голоса казались знакомыми и незнакомыми одновременно, они путались, манили, и что-то внутри подсказывало ему, что это не может быть добрым знаком. Тэхён остановился, пытаясь успокоить бешено стучащее сердце, и медленно выдохнул, пытаясь восстановить ясность мыслей: — Это просто туман. Просто туман, — тихо повторял он себе, хватая руками воздух и тщетно пытаясь разглядеть хоть что-то. Но чем дальше он шёл, тем отчётливее слышал, как чьи-то шаги следуют за ним, тихо, осторожно, не спеша показывать себя. Тэхён резко обернулся, его сердце бешено заколотилось. Он всматривался в туман, пытаясь увидеть хоть силуэт того, кто следовал за ним. Но кругом была лишь густая, серая пелена, поглотившая всё вокруг. — Кто здесь? Покажись! — крикнул он громче, но голос снова растворился в тумане, словно его поглотила пустота. Он попытался двинуться вперёд, но вдруг почувствовал, как что-то легко коснулось его плеча. Вздрогнув, Тэхён резко обернулся, инстинктивно выхватив кинжал и взмахнув им в пустоту. Но там никого не было. Только туман. «Спокойно», — приказал он себе мысленно, пытаясь успокоить дыхание, которое сбилось от паники. Он закрыл глаза, прислушиваясь к окружающим звукам. Лес шептал, вздыхал, будто дразня его. Тэхёну показалось, будто сам лес пытается свести его с ума, играя с ним в свои жестокие игры. — Чонгук… Вонхо… — почти умоляюще прошептал он, отчаянно надеясь, что они услышат его голос. Но никто не отвечал. Туман сгустился ещё сильнее, и вдруг в нём ясно проступила тёмная фигура. Сердце Тэхёна замерло от ужаса. Он осторожно потянулся к кинжалу и напряжённо всмотрелся в фигуру, которая медленно двигалась ему навстречу. Но затем, приглядевшись, он увидел знакомые черты лица. Это был Чонгук. — Чонгук? — прошептал Тэхён с облегчением, делая шаг навстречу. — Ты где был? Я звал тебя, почему ты… Чонгук молчал. Его лицо было каким-то чужим, холодным, неестественно застывшим. Глаза смотрели в одну точку, не отражая никаких эмоций. — Чонгук? — с тревогой повторил Тэхён, чувствуя, как по спине пробежал холодок. — Что с тобой? Вместо ответа Чонгук медленно поднял руку и указал куда-то за спину Тэхёна. Тэхён, подавив страх, обернулся. Позади него, в тумане, появились десятки пар горящих красных глаз, смотрящих на него из темноты. Страх захлестнул его целиком, когда он понял, что вокруг него собрались тёмные существа, скрытые густым туманом. Он резко повернулся обратно к Чонгуку, но того уже не было. Он исчез, словно никогда и не существовал. Теперь Тэхён остался совершенно один перед лицом неизвестности, окружённый существами, которые медленно двигались ближе, и шёпот леса становился всё громче и настойчивее, зовя его по имени, словно приглашая погрузиться в вечную тьму. Тэхён застыл на месте, не сводя взгляда с силуэта, что постепенно выступал из тумана. Его сердце продолжало бешено биться, когда фигура стала чётче, обрела форму и очертания. Из тумана появилась девушка — прекрасная и загадочная, словно само воплощение лесного духа. Её длинные волосы украшали нежные цветы, а голову венчали тонкие, словно резные оленьи рога. Кожа девушки была бледной, почти светящейся, а в глубоких, чуть печальных глазах отражался мягкий, но внимательный взгляд. Она приблизилась к Тэхёну, шаги её были бесшумными, словно она парила над землёй. Остановившись в нескольких шагах, девушка внимательно взглянула на него, затем едва заметно улыбнулась. — Ты заблудился, путник? — голос её был мелодичным и нежным, но одновременно в нём слышалась скрытая сила. Тэхён замер, глядя на неё и пытаясь совладать с удивлением и восхищением. — Возможно, — ответил он осторожно. — Мои спутники исчезли, и я не могу найти их. Девушка слегка наклонила голову, изучая его внимательным взглядом. — Этот лес любит играть с людьми, — тихо произнесла она, шагнув чуть ближе. — Он испытывает сердца и разум тех, кто входит сюда. Но я вижу, в тебе есть что-то особенное… Тэхён нахмурился, почувствовав, как её слова касаются чего-то глубоко внутри него. — Кто ты? — спросил он осторожно, не сводя с неё взгляда. Девушка снова улыбнулась и медленно коснулась пальцами лепестков цветов на своей голове, прежде чем ответить: — Моё имя не так важно. Я лишь хранительница леса, его голос и глаза. Но если хочешь, можешь звать меня Элира. Скажи, путник, зачем ты здесь? Что ты ищешь среди этих древних деревьев? Её взгляд, казалось, проникал прямо в душу, и Тэхён не мог отвести глаз, чувствуя странную смесь тревоги и любопытства. Она явно знала гораздо больше, чем говорила. Но был ли этот лесной дух союзником или очередным испытанием — пока оставалось загадкой. Тэхён долго смотрел в её завораживающие, глубокие глаза и, наконец, решив довериться, тихо спросил: — Если ты хранительница этого леса, если ты существуешь здесь… почему ты не можешь изгнать эти тени и монстров? Почему ты позволяешь этому лесу страдать? Он произнёс это без упрёка, скорее с искренним интересом и лёгким отчаянием, надеясь услышать ответ, который объяснит хотя бы часть загадок, терзающих его. Элира опустила взгляд, её глаза наполнились печалью, словно в них отразилась боль многих столетий. — Проклятие, охватившее этот мир, коснулось каждого его уголка, — начала она, голос её звучал тихо и проникновенно. — Оно проникло не только в человеческие сердца, но и в каждое дерево, каждую травинку и каплю росы. Я чувствую его боль так же остро, как и лес. И я беспомощна перед его силой, как и все вы. Её взгляд вновь устремился куда-то далеко, в прошлое. На её лице отразилась грусть, словно она видела перед собой что-то прекрасное, давно утерянное. — Когда-то этот лес был полон света и жизни. Цветы распускались здесь, источая сладкий аромат, а деревья были высокими и гордыми, словно стражи, защищающие мир от зла. Птицы пели песни, которые могли исцелить любую душу, а тени были лишь лёгким прикосновением прохлады в жаркий день, — она грустно улыбнулась. — Но теперь тьма и боль поселились здесь, отравляя всё живое. Она снова взглянула на Тэхёна и осторожно шагнула ближе, мягко и осторожно приложив ладонь к его груди, туда, где билось сердце. — Ты не случайно оказался здесь, Тэхён — сказала она очень тихо, почти шёпотом. — Задай тот вопрос, который лежит у тебя на сердце. Спроси то, что терзает тебя сильнее всего. Тэхён задержал дыхание, чувствуя тепло её ладони, и глядя в её глубокие, знающие глаза. В его голове проносились десятки вопросов, но только один из них горел ярче остальных, пульсируя в такт его сердцу. Тэхён глубоко вдохнул, ощущая, как слова сами собой срываются с его губ, словно он ждал этого момента всю жизнь: — Скажи… есть ли способ снять это проклятие? Можно ли спасти тех, кто остался жив, вернуть наш мир таким, каким он был раньше? Элира слегка улыбнулась, глядя ему в глаза с нежностью и грустью одновременно, будто понимала всю тяжесть его вопроса. — Ты спрашиваешь то, на что и сама природа не знает точного ответа — произнесла она задумчиво. — Проклятие не исчезнет просто так. Его породили люди, заключив сделку с силами, которых не понимали. И снять его может только тот, кто связан с ним столь же крепко, как и тот, кто его наложил. Тэхён нахмурился, почувствовав нарастающее напряжение. — Ты говоришь о Короле Демонов и Чонгуке, не так ли? — осторожно спросил он, внимательно глядя в её глаза. Элира медленно кивнула. — Ты уже сам знаешь ответ — сказала она тихо. — Ваша судьба сплетена теснее, чем ты думаешь. Он носит в себе часть проклятия, так же, как и ты — часть исцеления. Тэхён нахмурился, пытаясь понять, что она имела в виду. Но она уже мягко отстранилась, позволив ладони медленно опуститься вдоль его руки. — Почему ты говоришь загадками? — спросил он, слегка нахмурившись. — Почему ты просто не скажешь, что мне делать? Элира улыбнулась, и улыбка её была полна печали и сострадания: — Потому что тебе предстоит выбрать самому. Никто не может решить за тебя, Тэхён. Но ты уже знаешь, что тебе придётся рискнуть своим сердцем. Она медленно отступила на шаг назад, её силуэт начал растворяться в сгущающемся тумане. Ветер вздрогнул, и голос Элиры вновь зазвучал чуть дальше, теряясь в тумане: — Иди за голосом своего сердца. Только так ты найдёшь ответ. — Постой! — вскрикнул Тэхён, протягивая руку, но девушка уже исчезла, словно растворилась в тумане. Оставшись в одиночестве, Тэхён почувствовал, как в груди его что-то болезненно сжалось. Он оглянулся вокруг, снова звал друзей, но лес отвечал лишь мёртвой тишиной. Туман продолжал давить, становясь всё гуще и гуще, и теперь Тэхёну оставалось лишь довериться голосу сердца, который звучал тихо, но ясно: Он должен был вернуться к Чонгуку и Вонхо. Нужно было их найти, а потом вместе уже отправиться туда, где он наконец получит ответы на все вопросы. Туман постепенно начал редеть, словно кто-то невидимый медленно поднимал тяжёлую завесу, освобождая взгляд и возвращая очертания знакомой реальности. Тэхён осторожно оглянулся по сторонам, и вдруг его сердце резко подпрыгнуло от облегчения. Перед ним стояли Чонгук и Вонхо, встревоженные и напряжённые. Их лица выражали крайнее беспокойство и непонимание того, что только что произошло. — Тэхён! — громко позвал Чонгук, делая шаг навстречу и хватая его за плечи. — Ты цел? — Что произошло? — тут же спросил Вонхо, внимательно осматривая друга и проверяя его взглядом с ног до головы. — Ты вдруг остановился и начал звать нас, хотя мы стояли совсем рядом! Тэхён растерянно посмотрел на них обоих, тяжело переводя дыхание. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы прийти в себя и наконец ответить: — Вы правда не слышали меня? Я думал, что потерял вас… — его голос слегка дрожал от пережитого страха. — Там была… девушка. Она говорила со мной в тумане. Назвалась Элирой. Вы её не видели? Чонгук нахмурился, мгновенно насторожившись: — Какая девушка? Никого здесь не было, Тэхён. Только туман и твой голос. Вонхо тоже напряжённо оглянулся, затем добавил обеспокоенно: — Лес играет с нами. Ты, видимо, попал под его воздействие. Тэхён нахмурился, пытаясь понять, была ли встреча с Элирой реальностью или всего лишь хитрым наваждением. Но её слова казались слишком живыми, слишком искренними, чтобы быть простой иллюзией. Тэхён растерянно смотрел на друзей, пытаясь справиться с тревогой и успокоить сбившееся дыхание. Он был не уверен, стоит ли говорить им о своей странной встрече с Элирой, и в итоге решил промолчать, боясь, что это лишь добавит им лишних переживаний. — Со мной всё в порядке, — тихо сказал он, избегая пристальных взглядов Чонгука и Вонхо. — Это просто… лес играет со мной, ничего больше. Чонгук нахмурился, чувствуя, что Тэхён недоговаривает, но промолчал, решив не давить на него сейчас. Вонхо лишь обеспокоенно посмотрел на друга и добавил: — Нужно выбираться отсюда быстрее. Этот лес и правда скоро сведёт нас с ума. Тэхён молча кивнул, бросив последний тревожный взгляд в сторону, где ещё недавно видел фигуру Элиры. Он не был уверен до конца, была ли она реальна, или это было лишь очередной иллюзией леса. Но её слова до сих пор звучали в его голове, тревожа и заставляя задуматься над многим. — Идёмте скорее, — тихо произнёс Тэхён, стараясь придать голосу уверенности. — Нам нужно покинуть этот лес, пока он не свёл нас окончательно с ума. Они двинулись дальше, каждый погружённый в собственные мысли. Туман постепенно рассеивался, освобождая дорогу перед ними. Но чувства тревоги и неясного предчувствия всё ещё витали в воздухе, словно лес действительно пытался сказать им что-то важное, чего они пока не могли понять. Тэхён не сразу заметил, как деревья вокруг начали редеть, а воздух становился легче, будто проклятие понемногу отступало от границ леса. Шаги троих путников теперь звучали чётче, не утопая в сыром мху и не заглушаясь густыми клубами тумана, который, наконец, начал рассеиваться. За спиной остались кошмарные воспоминания, странные шёпоты и тени, казавшиеся живыми. Теперь лес постепенно терял свою мрачную силу, уступая дорогу знакомому, спокойному ощущению. Замок показался внезапно, как всегда, когда выходишь из Запретного леса — величественный, загадочный, пропитанный древней магией. Он возвышался впереди, суровый, с башнями, впивающимися в небо, и каменными стенами, покрытыми плющом и лишайником. Даже разрушенные части выглядели величественно, напоминая о былой славе и горьких последствиях проклятья. — Почти пришли, — тихо сказал Чонгук, шагнув вперёд и внимательно оглядываясь. Вонхо лишь пробурчал что-то неопределённое, пристально оглядывая окрестности, словно ожидая очередную ловушку. Его рука крепко сжимала рукоять меча, готовая в любой момент броситься на защиту Тэхёна. Но сам Тэхён сейчас смотрел только на замок. В груди нарастало волнение, странная смесь облегчения и тревоги. Здесь, в сердце королевства, он вновь надеялся найти ответы. И теперь он понимал, что выбор, который ему предстоит сделать, уже совсем близко. Он взглянул на Чонгука, который шагал рядом, сосредоточенно и внимательно глядя вперёд. Казалось, он тоже чувствовал напряжение, исходящее от этого места. На мгновение их взгляды пересеклись. Чонгук мягко улыбнулся, почти незаметно сжав пальцы Тэхёна в своей ладони, словно говоря без слов, что они справятся со всем вместе. Позади недовольно проворчал Вонхо, отвлекая их от напряжённых мыслей: — Я надеюсь, в твоём замке есть нормальная еда, иначе ты останешься без слуги, Ваше Высочество. Чонгук фыркнул, не оборачиваясь, и ответил сухо, с лёгкой усмешкой: — Никто и не просил тебя идти, щенок. Тэхён тихо вздохнул, чувствуя, как постепенно снимается напряжение, заменяясь привычным раздражением и лёгкой усталостью от перебранок этих двоих. Они пересекли последнюю границу леса, ступив на тропу, ведущую прямо к воротам замка. В воздухе стояла привычная сырость, но уже не такая гнетущая, как в сердце леса. Замок ждал их. Величественный и мрачный, полный загадок и опасностей. И он был готов их встретить. Они медленно приближались к массивным воротам замка, каждый погруженный в свои мысли. Тэхён уже почти почувствовал облегчение от того, что их путь закончился, как вдруг Вонхо замедлил шаг, внимательно осматриваясь вокруг. Его взгляд остановился на засохших розах, безжизненно свисающих с кустов, окружающих замок. Сад выглядел пустынным, забытым, лишённым прежней красоты и очарования. Вонхо не упустил возможность язвительно бросить взгляд в сторону Чонгука: — Эти цветы такие же сухие, как и твоя жалкая душонка, Ваше Высочество — произнёс он с откровенной издёвкой. Чонгук раздражённо повернулся к нему, явно не собираясь терпеть молча, и с сарказмом ответил: — Извини, что разочаровал тебя, но они сдохли ровно в тот момент, когда услышали твоё нытьё. Вонхо усмехнулся, не скрывая иронии: — Я скорее поверю, что они предпочли засохнуть, чем видеть тебя каждый день. — Поверь, — парировал Чонгук, лениво бросив взгляд на засохшие кусты, — если бы у цветов был выбор, они бы засохли сразу после того, как впервые почуяли твой запах. Тэхён устало вздохнул, переводя взгляд от одного к другому, и перебил их: — Давайте вы отложите эти дискуссии на потом. Нам надо зайти внутрь и понять, что делать дальше, а вы опять начинаете свои бесконечные ссоры. Оба взглянули на него, затем вновь мрачно переглянулись, но промолчали, решив, что на этот раз будет лучше прислушаться. Когда они двинулись дальше, Вонхо тихо добавил, словно, не удержавшись напоследок: — Ну, ты только посмотри, какой он стал чувствительный… Чонгук ничего не сказал, лишь сдержанно улыбнулся, словно мысленно уже продумывал новый ответ для следующей перепалки. Они подошли к воротам, за которыми скрывались ответы и тайны, столь долгожданные и одновременно тревожные. Тэхён глубоко вдохнул и шагнул вперёд, мысленно надеясь, что хоть сейчас эти двое смогут ненадолго сдержать свои бесконечные подколки. Дверь замка внезапно распахнулась, и на пороге появился Хосок, явно раздражённый и взволнованный одновременно. Он быстро подошёл к ним, не пытаясь сдерживать свои эмоции: — Ну и где вас черти носили, два идиота?! — выпалил он с порога, сердито сверля взглядом сначала Чонгука, потом Тэхёна. — Мы с Юнги обыскали тут уже всё, чуть не свихнулись от беспокойства! Он резко повернулся к Тэхёну, ткнув пальцем ему прямо в грудь: — Ты вообще молчи и даже не думай оправдываться! Я думал, мы друзья, а ты взял и просто сбежал при первом же удобном случае?! Тэхён растерянно заморгал, не успев даже ответить, как Хосок уже перевёл гневный взгляд на Чонгука, вновь тыкая в его сторону пальцем: — А ты! Ты не мог хотя бы сказать, куда ты попёрся?! Сложно было предупредить, Ваше Высочество?! Чонгук нахмурился и попытался что-то возразить, но Хосок его перебил, раздражённо взмахнув рукой: — Молчать! Не нужно никаких оправданий, я и так понял, что вы оба абсолютно безответственные! Вонхо, стоявший чуть в стороне, не выдержал и с усмешкой негромко пробормотал: — Ну надо же, не только я считаю их идиотами… Хосок раздражённо повернулся к нему: — А ты ещё кто такой? — резко спросил он, смерив Вонхо подозрительным взглядом. Вонхо пожал плечами, явно наслаждаясь ситуацией: — Я? Просто тот, кто каким-то чудом не убил этих двоих по дороге сюда. Хосок тяжело вздохнул, поморщился и махнул рукой в сторону двери: — Ладно, идите уже внутрь, пока Юнги не начал нервничать ещё сильнее. А с вами двумя, — снова сердито глянул он на Тэхёна и Чонгука, — я ещё не закончил. Поверьте, разговор будет долгим. Тэхён виновато опустил глаза, тихо вздохнув. Чонгук просто усмехнулся и молча направился внутрь, явно понимая, что спорить с Хосоком сейчас бесполезно. Когда они проходили внутрь замка, Вонхо вдруг с интересом взглянул на Хосока и с едва заметной усмешкой произнёс: — Кстати, усы зачёт. Где взял? Хосок гордо поправил кончики усов и с довольным видом заявил: — Сам сделал. После этого он демонстративно повернулся к Чонгуку, с вызовом поднимая подбородок: — Вот видишь, всем нравятся мои усы, кроме тебя! Чонгук тяжело вздохнул и закатил глаза, бормоча себе под нос: — Да вы просто стоите друг друга. Вонхо с энтузиазмом взглянул на Хосока и тут же добавил: — Забацай мне такие же! Хосок усмехнулся, хлопнув Вонхо по плечу: — Без проблем, сделаю из тебя настоящего мужчину. Чонгук раздражённо посмотрел сначала на одного, затем на другого, недовольно качая головой. Тэхён же не удержался от улыбки, чувствуя, как напряжение последних дней постепенно отступает под натиском привычных дружеских перепалок. Впереди их уже ждал Юнги, который стоял в коридоре с хмурым выражением лица, явно собираясь продолжить ту же самую воспитательную речь, которую только что начал Хосок. Юнги сложил руки на груди и молча наблюдал за приближающейся компанией. Его холодный, изучающий взгляд остановился сначала на Чонгуке, затем перешёл на Тэхёна и слегка смягчился. — Вы живы. Уже неплохо, — сухо произнёс он, стараясь скрыть за раздражением очевидное облегчение. — Хотя после вашего исчезновения мне хотелось вас прибить собственными руками. Чонгук тихо фыркнул: — Тебе придётся встать в очередь после Хосока. Он уже высказал всё, что думает о нас. Хосок снова самодовольно пригладил усы и кивнул, подтверждая слова Чонгука: — И не сомневайтесь, я ещё не закончил. Юнги устало закатил глаза, переводя взгляд на незнакомца, которого раньше здесь не видел: — А это ещё кто? Вонхо ухмыльнулся и, чуть поклонившись, произнёс с иронией: — Я тот, кто был вынужден терпеть компанию этих двоих почти двое суток. Поверьте, теперь я прекрасно понимаю ваши чувства. Юнги взглянул на Вонхо с лёгким подозрением, затем коротко кивнул: — Ну что ж, мои соболезнования. Теперь нас таких трое. Хосок тут же вмешался, почти не скрывая весёлого тона: — А он уже оценил мои усы, между прочим! — снова бросил он взгляд на Чонгука, который уже даже не скрывал своего раздражения. — Ради богов, Хосок, перестань упоминать свои проклятые усы, — проворчал Чонгук, — или я их лично сбрею. Тэхён тяжело вздохнул и наконец-то решил прервать это бесконечное представление: — Ребята, хватит. Мы только вернулись, у нас полно нерешённых проблем. Может, отложим ваши усы на потом? Юнги молча кивнул, серьёзно взглянув на Тэхёна: — Он прав. Вам лучше рассказать, что произошло. У нас есть кое-что важное, о чём вам стоит узнать. Все резко посерьёзнели, и напряжённая атмосфера вернулась вновь, когда они направились вслед за Юнги глубже внутрь замка. Они прошли через знакомые Тэхёну и Чонгуку коридоры замка, наполненные прохладой и едва уловимым ароматом сырости и старых книг. В воздухе по-прежнему витало напряжение, заставляя каждого думать о своём. Юнги первым зашёл в большую залу, которая служила им местом для обсуждений. Остановившись у массивного стола, он внимательно посмотрел на Тэхёна и Чонгука. — Пока вы отсутствовали, произошло кое-что важное, — негромко начал он. — Демоны стали чаще появляться рядом с замком. Они ведут себя странно, словно что-то ищут или ждут. Хосок кивнул, серьёзно добавляя: — Они практически перестали нас бояться. Или играть с нами. Вечеринки становятся всё более ужасными. Тэхён нахмурился, чувствуя, как тревога вновь возвращается и холодной волной накатывает на сердце: — Что им здесь нужно? Может, они пытаются подобраться к нам, чтобы закончить начатое? — Возможно, — спокойно сказал Юнги. — Но скорее всего, они ищут что-то конкретное. Что-то, что связано с проклятием или с Королём Демонов. Все невольно взглянули на Чонгука, который нахмурился и сжал губы, явно о чём-то задумавшись. — Они никого не тронут, — тихо произнёс Чонгук, — пока я здесь. Но нам нужно выяснить, что именно они хотят, и быстрее. Вонхо, внимательно слушавший разговор, вдруг тихо вставил: — Может, стоит выяснить это у самих демонов? Если они здесь, значит, у них есть приказ от кого-то сверху. Хосок скептически посмотрел на него: — Ты предлагаешь просто пойти и спросить? Вонхо пожал плечами, с ухмылкой посмотрев на Чонгука: — Почему нет? У нас же есть свой персональный дракон, разве нет? Чонгук раздражённо закатил глаза, уже явно устав от этих шуток: — Напомню, что мой дракон — не твой личный песик. Тэхён снова вмешался, пытаясь направить разговор в конструктивное русло: — Давайте сперва выясним, с чего начать. Нам нужно понять, почему демоны стали проявлять такую активность именно сейчас. Юнги кивнул, соглашаясь: — Тогда не будем терять времени. Я и Хосок выяснили кое-что, пока вас не было. И думаю, это может помочь нам разобраться. Юнги осторожно развернул свиток, на секунду задумавшись, прежде чем начать говорить. Его голос звучал спокойно и серьёзно, заставляя всех присутствующих невольно приблизиться и прислушаться внимательнее: — Мы с Хосоком пока вас не было обнаружили кое-что странное. Дело в том, что демоны начали появляться у замка сразу после того, как вы ушли в лес. Это явно не совпадение. Чонгук слегка нахмурился и молча взглянул на Юнги, ожидая продолжения. Юнги, выдержав паузу, продолжил: — Мне кажется, они почувствовали что-то. Возможно, они искали одного из вас — или что-то, что вы могли принести из леса. Тэхён невольно вздрогнул, сразу вспомнив таинственную девушку, Элиру. Он не стал говорить об этом вслух, но почувствовал, как на сердце снова навалилось тяжёлое предчувствие. Хосок скрестил руки на груди, добавляя: — Они ведут себя так, будто получили чёткие инструкции. И мы думаем, что это связано с каким-то артефактом или существом, которое скрывается где-то в лесу. Возможно, это то, что может помочь снять проклятие, или, наоборот, усилить его. Вонхо тихо хмыкнул, переводя взгляд на Тэхёна: — И что же, мы будем снова слепо идти в лес и искать эту загадочную вещь, о которой ничего не знаем? — Нет, — уверенно произнёс Юнги, — сначала нам нужно понять, что именно демоны ищут. Нам нужно найти записи или легенды, которые могли бы подсказать, с чем мы имеем дело. Чонгук снова нахмурился, задумчиво произнеся: — Возможно, это связано с цветами кадупула. Демоны боялись их раньше, а теперь вдруг осмелели. Что, если они узнали о способе избавиться от их влияния? Тэхён вздрогнул и взглянул на Чонгука, чувствуя, как сердце тревожно забилось: — Тогда нам нужно узнать это раньше них. Нам нужно понять, что именно изменилось. Юнги внимательно посмотрел на обоих и кивнул: — Значит, займёмся этим. В архивах замка должно быть что-то, что сможет дать нам подсказку. Нам нужно тщательно изучить всё, что касается цветов кадупула, древних ритуалов и магии леса. Хосок добавил более мягко: — Чем быстрее мы это сделаем, тем больше у нас шансов разобраться до того, как демоны сделают следующий ход. Тэхён, бросив взгляд на Чонгука, увидел в его глазах такое же понимание и готовность бороться. Каждый осознавал, что на кону теперь стояло слишком много, и любое промедление могло стоить кому-то жизни. — Тогда начнём прямо сейчас, — решительно произнёс Тэхён, чувствуя, как страх уступает место уверенности. Но не успел он закончить, как его резко перебил голос Чонгука: — Нет, — спокойно, но твёрдо произнёс он. Его глаза смотрели на Тэхёна с непривычной серьёзностью. Тэхён хотел было возмутиться, открыть рот, чтобы высказать своё несогласие, но Чонгук поднял руку, требовательно остановив его жестом: — Даже не думай спорить, Тэхён. Мы все устали, измучены дорогой и тем, что произошло. Нам всем нужно отдохнуть и восстановить силы. С этим нужно разбираться на свежую голову. Тэхён хотел что-то возразить, но, увидев решительный взгляд Чонгука, только молча вздохнул и кивнул, соглашаясь с его словами. Не говоря больше ни слова, Чонгук молча развернулся и направился прочь, его фигура вскоре исчезла в коридоре замка. За ним с удивлением наблюдали остальные, ощущая, как напряжение вновь наполнило воздух. — Что это было? — тихо пробормотал Вонхо, недоумённо взглянув на остальных. Юнги слегка нахмурился, но лишь качнул головой: — Он прав. Мы все на пределе. Отдохнём немного, а завтра займёмся всем остальным. Тэхён вздохнул, чувствуя лёгкое раздражение от того, что Чонгук вновь принимал решения за всех, даже не пытаясь их обсудить. Однако он понимал, что сейчас и правда лучше не спорить. Может быть, отдохнув, они найдут ответы на вопросы, которые пока не давали им покоя. Они молча разошлись, каждый погружённый в свои мысли и переживания. Тэхён устало направился в сторону своей башни, чувствуя, как всё пережитое сегодня понемногу наваливается на плечи тяжёлым грузом. Он едва заметил, что Вонхо молча идёт рядом, погружённый в свои собственные мысли. Некоторое время они шли молча, но затем Вонхо не выдержал и негромко спросил: — И ты всё это время находился здесь, в этом замке? Тэхён кивнул, не оборачиваясь: — Да. Здесь я хотя бы чувствовал себя в безопасности… ну, по крайней мере, я так думал. Вонхо покачал головой, задумчиво посмотрев на высокие каменные стены вокруг них: — Странно. Сложно представить, что кто-то мог привыкнуть к жизни здесь, среди этих стен и тёмных коридоров. Это место выглядит… неживым. Тэхён слегка улыбнулся, пожав плечами: — Привыкаешь. Иногда оно даже кажется уютным. Они прошли ещё немного, но тут из-за угла коридора внезапно раздался знакомый голос: — Для тебя, Вонхо, уже подготовили отдельную комнату. Тебя проводят. Чонгук медленно вышел из тени, внимательно и холодно глядя на Вонхо. Из-за его плеча появилась девушка, тихо ожидающая указаний. Вонхо резко остановился и тут же выразил своё несогласие: — Нет уж, я останусь с Тэхёном. Я не доверяю ни тебе, ни твоим людям. Чонгук едва заметно нахмурился, сохраняя внешнее спокойствие, но голос его звучал жёстко и непреклонно: — Прости, но я не позволю вам провести вместе всю ночь. У каждого из вас будет своя комната, и это не обсуждается. Вонхо раздражённо шагнул к нему ближе, вызывающе глядя в глаза: — Серьёзно? И кто ты такой, чтобы решать за нас? Я остаюсь с Тэхёном. Чонгук холодно улыбнулся, не уступая ни шагу: — Я тот, кто отвечает за порядок здесь. Если хочешь остаться, придётся подчиниться правилам замка. Или ты предпочитаешь снова отправиться ночевать в лес? Вонхо злобно сузил глаза, не желая уступать: — Если понадобится, отправлюсь. Но только не потому, что ты так приказал. Тэхён устало вздохнул, понимая, что напряжение снова растёт, и поспешил вмешаться, примирительно подняв руку: — Вонхо, иди. Я буду в порядке. Нам всем сейчас не нужны новые проблемы. Вонхо ещё некоторое время сердито смотрел на Чонгука, затем раздражённо вздохнул, неохотно уступая: — Ладно, но, если с ним что-нибудь случится, я лично позабочусь о тебе, принц. Чонгук безразлично пожал плечами, никак не реагируя на угрозу, и молча указал девушке на Вонхо: — Проводите его в комнату. Вонхо бросил последний недовольный взгляд на Тэхёна и, бурча что-то себе под нос, последовал за девушкой. Тэхён остался наедине с Чонгуком, который взглянул на него чуть мягче и спокойно произнёс: — Иди отдыхай. Тебе нужно восстановить силы. Не дожидаясь ответа, Чонгук отвернулся и снова исчез в темноте коридора, оставив Тэхёна стоять в тишине и вновь размышлять о том, что же на самом деле скрывается за его действиями.****
Ночь в замке всегда казалась тяжелой, словно стены, пропитанные древней магией, давили со всех сторон. Ветер гудел в оконных проёмах, а за окном, в глубине лабиринта засохших роз, извивались тени. Тэхён долго сидел в кресле, уставившись в огонь, который почти угас. В висках пульсировало, и стоило закрыть глаза, как перед ним снова всплывали образы – Вонхо, деревня, кровь, Король Демонов, Соми… Его пальцы сжались в кулак. Всё снова превращалось в хаос. Дверь скрипнула. Тэхён не вздрогнул, но знал, кто это. Даже не оборачиваясь, он ощущал это присутствие – как затянувшееся на груди проклятье, как слишком близкое дыхание. Чонгук шагнул внутрь, тихо, будто его самого не было. Он не сказал ни слова. Просто закрыл дверь за собой, и замок щёлкнул – глухо, как будто отрезая их от всего мира. — Почему ты здесь? — голос Тэхёна прозвучал ровно, но в нём слышалось напряжение. — А ты думаешь, что я смогу уйти? — Чонгук медленно подошёл ближе. Тэхён поднял голову. Свет луны разрезал комнату пополам, падая на его лицо, но тень плясала на коже Чонгука, делая его черты резкими, почти потусторонними. — Ты уже много раз это делал, — хмыкнул Тэхён, но в его голосе не было злости. Только усталость. — И ты хочешь, чтобы я сделал это снова? Ответа не последовало. Чонгук наклонился, став ближе, чем следовало бы. Он был ранен — Тэхён это знал. Ссадины на его теле не заживали так быстро, как должны были. В полутьме рубашка Чонгука сползла с плеча, и на его коже виднелись полосы — следы когтей, тёмные, незаживающие. — Ты даже не спросил, как я себя чувствую, — выдохнул Чонгук, наклоняясь ниже, настолько близко, что их дыхание смешалось. Тэхён моргнул, его пальцы сжались на подлокотнике кресла. — А зачем? — его голос сорвался на шёпот. — Ты всё равно не скажешь правды. Чонгук усмехнулся – тихо, горько. — Ты прав. - В этом признании не было злобы, только какая-то неизбежность. Тэхён резко поднялся, встав прямо перед ним. Их взгляды встретились, и в этот момент Тэхён понял, что видит перед собой не просто человека. Он видел боль.Он видел ярость. Он видел что-то древнее, что спало в этих глазах. — Чонгук… — Тэхён нахмурился, чувствуя, как внутри что-то дрожит, предупреждая его, что он стоит слишком близко к чему-то опасному. Но тот лишь посмотрел на него сверху вниз, медленно склонил голову набок и прошептал: — Ты боишься меня? Тэхён почувствовал, как его дыхание замерло. — Нет. Ложь. Чонгук медленно поднял руку и коснулся его лица — не мягко, не ласково, а словно изучая. Будто пытался понять, что же в Тэхёне такого, что заставляет его терять голову. Тэхён не пошевелился. Он должен был отстраниться. Должен был сказать что-то язвительное. Должен был выбить эту руку, уйти, ударить его, проклясть… Но он ничего не сделал. — Думаешь, что Король Демонов — твой враг? — Чонгук говорил медленно, и его голос был темен, как ночь за окном. — А что, если ты не прав? Тэхён вздрогнул. — О чем ты?.. — Что, если всё совсем не так, как ты думаешь? — продолжил Чонгук, не отводя взгляда. — Что, если твоя роль в этой истории уже предопределена? Тэхён сжал зубы. — Ты снова что-то скрываешь. Чонгук кивнул. — Всегда. Эти слова вонзились в него, как нож. Тэхён разозлился. Он не мог больше выносить эти недосказанности, эту игру, эти полуправды. — Тогда какого чёрта ты здесь? — его голос сорвался на гневный шёпот. — Если ты снова не можешь ничего сказать, зачем ты пришёл? Чтобы мучить меня? Чтобы… — Я пришёл, потому что ты мне нужен, — прервал его Чонгук, и в его голосе не было сомнений. Тэхён замер. Чонгук сделал ещё один шаг вперёд, почти прижимая его к креслу. Его тёплое дыхание коснулось губ Тэхёна, и на секунду показалось, что вся реальность сместилась, зациклилась на этом моменте. — Повтори, — глухо выдохнул Тэхён, его сердце бешено билось. Чонгук не отступил. — Я. Нуждаюсь. В тебе. Тишина между ними была удушающей, как дым в комнате без окон. Тэхён хотел что-то сказать, но язык прилип к нёбу. Он чувствовал, как в груди сжимается странное чувство – не страх, не гнев… что-то глубже, тянущее изнутри, будто чья-то тень проникала под кожу. Чонгук поднял руку, и его пальцы скользнули вдоль линии шеи Тэхёна – едва ощутимо, но достаточно, чтобы сердце пропустило удар. — Ты мне нужен, — повторил он, но на этот раз голос звучал тише, глубже, насыщеннее. Не просьба.Не приказ. Заявление. Тэхён сжал кулаки, но не двинулся. Чонгук наклонился ближе, его губы прошлись над кожей – не касаясь, но будто оставляя ожог. — Я пытался тебя отпустить, — шёпот сливался с тенью, обволакивая, затягивая. — Но ты, Тэхён… ты сам не отпускаешь меня. Тэхён задохнулся от внезапного осознания. Даже если он отвернётся, даже если оттолкнёт – это уже ничего не изменит. И всё, что оставалось – либо шагнуть в бездну, либо притвориться, что её не существует. Он хотел дышать ровно, но лёгкие словно сжались. Весь этот разговор — удушающий, как яд, проникающий под кожу. И Чонгук… его тепло было слишком близко, а голос – слишком хриплый, низкий, завораживающий. Тэхён заставил себя говорить, разрезая напряжение: — Ты пытаешься сказать, что это я держу тебя? Чонгук не отступил. — Разве нет? И прежде чем Тэхён успел ответить, его пальцы легли на запястье Тэхёна. Тёплые. Сильные. Но под кожей Чонгука было что-то иное. Будто он не просто касался его, а вплетался в него, забирал часть его дыхания, его мыслей, его самого. — Отпусти меня, — голос Тэхёна сорвался, неуверенный, чужой. Чонгук наклонился ещё ниже, до самого уха. — Скажи это так, чтобы я поверил. Его губы скользнули вдоль виска – не касаясь, но оставляя дрожь. Тэхён стиснул зубы. Он знал, что нужно делать. Сказать что-то ядовитое. Разорвать эту иллюзию. Но когда Чонгук наклонился ещё ниже, когда его дыхание смешалось с его собственным, когда ладонь Чонгука скользнула выше по руке, дразняще, леденяще… Тэхён понял, что врал себе. Он сам не мог отпустить. Чонгук почувствовал это. Почувствовал слишком хорошо. — Вот и ответ, — его голос был довольным, но в глазах не было насмешки. Было что-то другое. Что-то слишком мрачное.Что-то, что можно было назвать нежностью. Тэхён сжал руки в кулаки, словно пытаясь сохранить контроль, но он чувствовал – его контроль рушится. Чонгук наклонился ещё ближе, их губы были на грани. Но он не целовал. Просто выдохнул: — Ты не представляешь, сколько раз я хотел тебя забрать. Тэхён закрыл глаза. Он знал, что упадёт в эту бездну. Но Чонгук уже стоял на самом краю. Тэхён не двинулся. Он чувствовал, как внутри него что-то рушится. Или, возможно, наоборот — собирается воедино. Чонгук смотрел на него пристально, не двигаясь, не касаясь, но его присутствие было удушающе плотным. — Ты ведь знаешь, — тихо сказал Чонгук, его голос был едва слышным, почти задумчивым, — что я всё равно не остановлюсь. Он говорил это так, будто сам признавался в грехе. Тэхён выдохнул, сжимая пальцы. — Что ты хочешь, Чонгук? Тот усмехнулся — низко, хрипло. — Я думал, ты уже догадался. Его рука наконец двинулась — медленно, будто он нарочно растягивал этот момент. Пальцы заскользили вдоль линии шеи Тэхёна, к ключице, оставляя за собой невидимый след. Не грубо, не навязчиво, но от этого только хуже. — Я не твоя добыча, — голос Тэхёна был низким, с угрозой. Чонгук не отступил. — Разве? Его ладонь легла на талию Тэхёна, тепло пробежало сквозь ткань одежды. Тэхён знал, что должен был отстраниться, но он не мог. Чонгук наклонился ближе, что их губы почти соприкоснулись. Но он всё ещё не целовал. Всё ещё тянул этот момент, наслаждался этим молчаливым напряжением. — Почему ты не оттолкнёшь меня? — шёпот Чонгука проник под кожу, проник в сознание. Тэхён сжал кулаки. — Потому что… — он замер, не зная, как закончить. Чонгук ждал, но ответа не последовало. Тэхён почувствовал, как внутри что-то сдаётся. Чонгук видел это, он знал. И всё, что он сделал — слегка склонил голову и коснулся губами уголка губ Тэхёна. Не поцелуй. Просто призрак поцелуя. И этого оказалось достаточно, чтобы мир рухнул. Тэхён не сдержал дрожь. Чонгук не целовал его по-настоящему — просто задержался у уголка губ, дразняще, едва ощутимо, будто давал Тэхёну выбор. Будто хотел, чтобы он сам решил, будет ли этот шаг сделан полностью или останется мучительной иллюзией. Но Тэхён знал правду. Выбора не было. Потому что даже если он отступит, даже если разорвёт это напряжение, оно никуда не денется. Оно останется, будет преследовать его, как ядовитая дымка, просачивающаяся под кожу. Чонгук знал это. Тэхён чувствовал, как тяжело дышит. Воздух в комнате стал густым, удушающе тёплым, будто сам замок задержал дыхание, наблюдая за ними. Чонгук стоял слишком близко. Не просто близко — опасно близко. — Ты весь напряжён, — голос Чонгука был тёмным, с бархатистой хрипотцой. Его рука медленно скользнула вниз по груди Тэхёна, через тонкую ткань рубашки, оставляя горячие следы. Пальцы прошлись вдоль рёбер, лениво, без спешки, словно он изучал каждый сантиметр его тела. Тэхён вздрогнул, сжимая кулаки. — Чонгук… Но тот не остановился. Его ладонь, тёплая, сильная, опустилась ниже, к поясу, пальцы легонько зацепили край ткани. — Что? — в голосе Чонгука скользнуло едва заметное веселье, злое, играющее. Он наклонился, дыхание обожгло кожу за ухом Тэхёна. — Ты ведь можешь остановить меня, — прошептал он, губами касаясь чувствительного места на шее. — Просто скажи мне это. Тэхён стиснул зубы. Чонгук усмехнулся — глухо, довольный своим превосходством. — Вот видишь. Пальцы скользнули под рубашку, по горячей коже. Жгучий контраст, от которого у Тэхёна сорвался дрожащий вдох. Чонгук чувствовал, что он сдаётся. Медленно, мучительно, шаг за шагом. Его губы снова нашли шею Тэхёна, но теперь по-настоящему — горячие, требовательные, оставляющие на коже влажный след. Он слегка прикусил, вызывая резкий трепет внутри. — Ты дрожишь, — Чонгук скользнул вниз, к ключице, кромкой зубов дразня, вызывая мурашки по телу. Его рука двигалась выше, пальцы коснулись груди, дразня, исследуя. Тэхён задышал глубже. Чонгук сводил его с ума. Тэхён не выдержал — схватил его за запястье, остановил. Но вместо того, чтобы оттолкнуть… он сжал его пальцы на своей коже, сильнее, провоцируя продолжение. Чонгук резко вдохнул, словно его задело. В следующий момент он схватил Тэхёна за подбородок, заставляя поднять голову. Их взгляды встретились. Тэхён был в ловушке. — Ты… — сорвался с его губ срывающийся, едва сдерживаемый выдох. Чонгук смотрел на него долго, с каким-то диким, необузданным желанием в глазах. Его большой палец провёл по нижней губе Тэхёна, медленно, соблазнительно. Тэхён хотел этого. И Чонгук знал. Он наклонился так близко, что их губы почти соприкоснулись. Почти. Но вместо поцелуя… Чонгук усмехнулся. Его пальцы, только что горячие, остановились. А потом… Исчезли. Чонгук резко отстранился. Тэхён замер, тяжело дыша, ошеломлённый, разорванный этим дьявольским уходом в последний момент. Чонгук усмехнулся, явно наслаждаясь этим моментом. — Кажется, я получил ответ, который хотел, — его голос был низким, насыщенным, удовлетворённым. Он провёл ладонью по губам, словно стирал что-то, что почти случилось. — Спокойной ночи, Тэхён. И прежде чем тот успел хоть что-то сказать, дверь закрылась, оставляя его наедине с собственным дыханием, пылающей кожей и проклятой пустотой. Тэхён стиснул зубы. "Чонгук, сукин ты сын…" Но самая большая проблема была в том, что он уже знал… Этой ночью он не заснёт. Тэхён стоял посреди комнаты, глядя в темноту, которая окутала его, как плотная ткань. Прохлада ночи никак не могла остудить жар, оставленный прикосновениями Чонгука. Его сердце билось быстро, болезненно, словно издеваясь над ним. Не выдержав этого напряжения, он решительно направился в ванную. Звук воды, которую он медленно переливал из большой бочки в ванну, на какое-то мгновение заглушил его мысли, но стоило ему погрузиться в горячую воду, как воспоминания вернулись с новой силой. Он закрыл глаза, чувствуя, как тело реагирует на каждое воспоминание. Перед глазами возникли золотые глаза Чонгука, его медленные, обжигающие прикосновения, губы, едва касающиеся кожи… сердце забилось быстрее, дыхание стало тяжелым. Рука непроизвольно скользнула по груди, пальцы задержались на чувствительных местах, пробуждая волну дрожи. Он опустил ладонь ниже, ощущая, как его собственное тело откликается жаром на каждое движение. Он закусил нижнюю губу, представляя, что это рука Чонгука, такая же уверенная, властная, непозволительно чувственная. Его пальцы обхватили себя, прикосновение вызвало резкий вдох, жар вспыхнул по всему телу. Тэхён запрокинул голову, выдыхая от ощущения, которое с каждой секундой становилось всё более невыносимым и притягательным. В его воображении Чонгук стоял прямо перед ним, взгляд его был тёмным, алчным, а губы нещадно изучали кожу шеи, оставляя после себя следы невидимого огня. Тэхён двигался быстрее, подавляя стоны, но звук вырывался сквозь прикушенную губу. Вода плескалась вокруг, смешиваясь с его тяжёлым дыханием. Напряжение внутри достигало пика, волна удовольствия накатывала, разбиваясь о его сознание. И когда она накрыла его окончательно, он резко выдохнул имя, которое так долго удерживал в себе: — Чонгук… Голос сорвался, дрожащий, полный чувства и горечи одновременно. Тэхён открыл глаза, уставившись в потолок, ощущая тяжесть на душе. Его тело расслабилось, но мысли были напряжены сильнее, чем прежде. Он понял одно: он был на краю пропасти, и имя, слетевшее с губ, было его самым большим проклятием. Он медленно поднялся из воды, чувствуя, как прохладный воздух резко касается горячей кожи, вызывая новую волну дрожи. Завернувшись в полотенце, Тэхён подошёл к окну, глядя на лабиринт из засохших роз, казавшийся таким же запутанным и мрачным, как его собственные чувства. Он устало прикрыл глаза, осознавая, что, возможно, уже слишком поздно бороться с тем, что давно поглотило его целиком.****
Чонгук остановился в темном коридоре, прижавшись спиной к холодной стене. Его дыхание было тяжелым, сбивчивым, а сердце бешено билось в груди, словно пытаясь вырваться наружу. Он закрыл глаза, вспоминая выражение лица Тэхёна, его расширенные глаза, дрожь, которую он не мог скрыть, и те едва слышные вздохи, которые были настоящей музыкой для его ушей. Но сильнее всего его терзало то, как сильно он хотел прикоснуться к нему еще, как мучительно было отступить именно тогда, когда Тэхён был почти в его власти. Чонгук провёл рукой по волосам, сжимая пряди в пальцах, словно наказывая себя за это безумие. Он должен был остановиться, должен был держаться на расстоянии, но его тянуло к Тэхёну с какой-то болезненной одержимостью, которую он больше не мог игнорировать. Его тело до сих пор горело от ощущения близости, а пальцы помнили тепло кожи Тэхёна. Он сделал глубокий вдох, пытаясь успокоиться, но чем больше он старался, тем сильнее становилось желание вернуться и закончить начатое. Чонгук стиснул зубы, открывая глаза и глядя в темноту перед собой. Он понимал, что зашел слишком далеко, и сейчас балансировал на грани чего-то опасного и запретного. Но мысль о том, что Тэхён сейчас один, наполненный тем же мучительным желанием, заставляла его усмехнуться с удовлетворением. Он медленно оттолкнулся от стены и направился прочь, но знал, что это далеко не последняя ночь, когда его мысли будут наполнены одним именем, одним образом, одним непреодолимым соблазном. Тэхён был его слабостью. И, возможно, его единственной погибелью. Чонгук проснулся рано утром, чувствуя себя разбитым, будто и не спал вовсе. Его мысли снова были наполнены образом Тэхёна, и он понимал, что не сможет просто так выкинуть из головы произошедшее вчера. Он медленно сел на кровати, потирая виски, пытаясь привести мысли в порядок. Его взгляд внезапно упал на небольшую мягкую игрушку-кролика, которую передала ему Соми. Сердце неприятно кольнуло при воспоминании о девушке, её светлой улыбке и том, как тепло она смотрела на своего брата. Чонгук взял кролика в руки, задумчиво проводя пальцами по мягкой ткани. Он понимал, что игрушка должна принадлежать Тэхёну — это было единственным правильным решением. Возможно, это поможет ему хоть немного справиться с болью утраты. Поднявшись, он быстро оделся и направился к комнате Тэхёна. У двери он замер, прислушиваясь к собственному сердцебиению. Оно учащалось с каждым мгновением, проведённым в ожидании. Собравшись с духом, он тихо постучал, ощущая, как внутри снова поднимается волна волнения и странного трепета. Не услышав ответа, Чонгук осторожно открыл дверь и вошёл внутрь. Комната оказалась пустой, лишь слабый запах лаванды напоминал о присутствии Тэхёна. Чонгук аккуратно положил кролика на кровать, на мгновение задержав на нем взгляд, и вышел обратно в коридор. Его сердце забилось чаще от беспокойства. Он решил найти хоть кого-то, кто мог бы подсказать, где сейчас находится Тэхён. Замок казался пустынным, и шаги Чонгука эхом отдавались в тишине, пока он направлялся вниз по коридорам, надеясь встретить Юнги или Хосока. Войдя в обеденный зал, он увидел Юнги, сидевшего за столом с кружкой горячего чая. Тот поднял голову, заметив приближение Чонгука, и кивнул ему в знак приветствия. — Ты не видел Тэхёна? — сразу спросил Чонгук, садясь, напротив. Юнги задумчиво покачал головой. — Нет. Я думал, он с тобой. Что, принц потерял свой драгоценный трофей? Чонгук раздраженно цыкнул: — Хватит, Юнги. Он не вещь. — Ты уверен? - Юнги усмехнулся, отпивая чай. Юнги внимательно посмотрел на него, словно что-то заподозрил, но ничего не сказал, лишь отпил чай и снова уставился в кружку, погрузившись в свои мысли. Молчание повисло между ними, и Чонгук снова почувствовал неприятное напряжение в груди, от которого никак не мог избавиться. Чонгук вздохнул и нахмурился, чувствуя взгляд Юнги на себе. — Что? — раздраженно спросил он. Юнги поднял глаза, в них сверкнул привычный сарказм. — Ничего. Просто интересно, как долго ты ещё собираешься ходить по замку с таким видом, будто вот-вот убьёшь кого-то. Тэхён уже знает, что ты думаешь о нём круглосуточно, или мне стоит ему это сообщить? Чонгук стиснул зубы, нахмурившись ещё сильнее. — Не твое дело, Юнги. — Конечно, не моё, — тот хмыкнул, откидываясь на спинку стула. — Просто, если тебе нужен совет, то вот: или решайся уже на что-то, или перестань смотреть на него так, словно хочешь сожрать. Это начинает раздражать даже меня. Чонгук шумно выдохнул, отвернувшись и сжимая кулаки под столом. — Спасибо, без тебя разберусь. Юнги лишь пожал плечами, пряча усмешку за кружкой. Чонгук снова замолчал, думая о том, что Юнги, вероятно, прав, хотя признать это вслух он бы никогда не смог. В этот момент дверь с грохотом распахнулась, и в зал вошли Хосок, Вонхо и Тэхён. Чонгук мгновенно напрягся, стоило ему увидеть, как Вонхо беззастенчиво обнимает Тэхёна за плечи, наклоняясь к нему так близко, что их волосы почти сливались. Он что-то негромко говорил ему на ухо, а Тэхён, вместо того чтобы отстраниться, усмехнулся в ответ. Сердце Чонгука болезненно сжалось, но лицо его осталось непроницаемым. — Как мило, — ледяным тоном заметил он, пронзив их взглядом. — С каких это пор Вонхо стал таким заботливым? Вонхо чуть прищурился, но не поторопился убрать руку. — Ты ревнуешь, Чонгук? Тэхён тихо фыркнул, но промолчал, внимательно наблюдая за реакцией. — Размечтался, — огрызнулся Чонгук, но взгляд его остался прикован к руке Вонхо, всё ещё лежащей на плече Тэхёна. В воздухе повисло напряжение. — Что, ты правда думаешь, что я мог бы тебе изменить, дорогой? — протянул Вонхо с насмешкой, притворно вздыхая. Тэхён покачал головой, но уголки его губ дёрнулись. — С чего ты взял, что он твоя собственность? — голос Чонгука был тихим, но в нём сквозила угроза. Вонхо ухмыльнулся ещё шире. — Ох, неужели ты действительно переживаешь за это, а, принц? Чонгук чуть дёрнул подбородком, но прежде чем он успел ответить, вмешался Хосок, чувствуя, что ещё немного — и завтрак превратится в арену для драки. — Может, мы все сядем и спокойно позавтракаем, вместо того чтобы разыгрывать этот спектакль? Юнги, наблюдавший за всей сценой со стороны, довольно усмехнулся, сложив руки на груди. — Нет-нет, не останавливайтесь, мне даже интересно, кто из вас первый вцепится друг другу в глотки, — лениво бросил он. Чонгук сжал кулаки так сильно, что побелели костяшки. — Лучше следи за своей тарелкой, Юнги, а не за чужими делами. Юнги фыркнул, но ничего не ответил. Тэхён чуть склонил голову набок, разглядывая Чонгука с каким-то новым интересом, словно пытался разобраться в своих собственных ощущениях. — Ты действительно думаешь, что я позволил бы кому-то другому... — он чуть усмехнулся, но в его глазах блеснуло что-то вызывающее, — …забрать меня? Чонгук чуть дёрнулся, но справился с эмоциями. — Это не игра, Тэхён, — ответил он глухо, глядя прямо ему в глаза. Тэхён не отступил. — Разве? Напряжение повисло в воздухе, тяжёлое, неразрешённое. Хосок закатил глаза, устало проводя рукой по лицу. — Ладно, вы двое. Если закончили проверять друг друга на терпение, то садитесь уже за стол, потому что я не намерен есть в такой нервной обстановке. Тэхён наконец хмыкнул, чуть пожав плечами. — Пожалуй, Хосок прав — сказал он, выходя из-под руки Вонхо и занимая своё место. Чонгук смотрел, как он садится, но напряжение внутри не исчезло. Чонгук сел за стол, но напряжение в его плечах никуда не делось. Он внимательно следил за Вонхо, который уселся прямо напротив, бросая ему довольные взгляды, как будто нарочно подначивая. — Чего ты так смотришь? — бросил Чонгук, складывая руки на груди. — Любуюсь, — ухмыльнулся Вонхо, откинувшись на спинку стула. — Ты забавно выглядишь, когда бесишься. Чонгук прищурился: — Хочешь сказать, что тебе нравится нарываться? — О, я просто ценю хороший спектакль, особенно когда кто-то не умеет скрывать эмоции, — фыркнул Вонхо, нарочито небрежно потянувшись за хлебом. Хосок, наблюдавший за перепалкой, вдруг лениво бросил: — Знаешь, Вонхо, мне нравится, как ты его выводишь. Чонгук медленно повернул голову к Хосоку, его губы дёрнулись в кривой усмешке. — Ты вообще-то на чьей стороне? Хосок пожевал кусочек хлеба, задумчиво глядя в потолок: — Ну… Вонхо мне симпатичен, ты же знаешь. — Извини, что? — Чонгук моргнул, не веря своим ушам. — Да шучу я, шучу, — Хосок махнул рукой, но потом добавил: — Хотя, если честно, иногда он прав. — Вот именно, — с самодовольной улыбкой вставил Вонхо. Чонгук раздражённо вздохнул, потерев висок. — Напомни-ка мне, Хосок, кто здесь мой друг? — А ты не думал, что друзья тоже могут менять мнение? — невинно осведомился Хосок, но в глазах плясали лукавые искорки. Чонгук тяжело уставился на него: — Ты мне так и скажи, что уже предал меня. — Да ладно тебе, просто иногда с тобой сложно, — лениво заметил Хосок. — Ой, да ладно, принц, расслабься, — с фальшивым сочувствием произнёс Вонхо. — Не всегда же всё должно вращаться вокруг тебя. — Кто-то же должен, — мрачно ответил Чонгук, кусая хлеб так, будто хотел перегрызть ему горло. Юнги, наблюдавший за этой сценой с ленивым интересом, усмехнулся: — Это восхитительно. Я давно не видел такого цирка. Может, вы ещё начнёте бросаться друг в друга едой? Чонгук только фыркнул, а Вонхо хмыкнул: — Звучит как идея, но жалко продукты. Юнги наклонился ближе, пересекаясь взглядом с Чонгуком: — Признаться, я думал, ты будешь более сдержанным. Что-то ты прямо весь горишь, мой дорогой правитель. — Иди к чёрту, Юнги, — пробормотал Чонгук. Юнги кивнул, делая вид, что соглашается: — Конечно, конечно. Но, если честно, я уже вижу заголовок: "Принц дерётся за своего любимого с бравым охотником". Тэхён, который до этого просто наблюдал, наконец не выдержал, закатывая глаза. — Всё. Хватит. Вы все, — он оглядел их поочерёдно, — заткнитесь. Все разом повернулись к нему. — Я хочу тишины. — Его голос был полон усталости. — Я хочу поесть. Я не хочу слушать, как вы все выясняете отношения, словно деревенские куры. — Я бы сказал, что мы более благородные, чем куры, — задумчиво протянул Вонхо. — Нет, не более, — отрезал Тэхён, указывая на него вилкой. — Особенно ты. Чонгук едва сдержал усмешку, но когда Тэхён кинул в него предупреждающий взгляд, сделал вид, что поправляет перчатку. — Вот теперь мне интересно, — лениво протянул Юнги. — Ты кого защищаешь, Тэхён? Тэхён бросил на него ледяной взгляд: — Я защищаю свой рассудок. Юнги покивал, делая вид, что понял: — Ага. Значит, ты всё-таки выбрал сторону. Тэхён вздохнул так громко и демонстративно, что стало понятно — ещё одно слово, и он врежет вилкой кому-то в руку. — Ладно-ладно, не кипятись, — наконец сказал Хосок, чуть усмехаясь. — Давайте действительно просто поедим. — Хорошая идея, — Тэхён саркастически кивнул. — Вот с неё и стоило начинать. Все замолчали, но в воздухе всё ещё висело невысказанное напряжение. Завтрак был окончен, но тишина, окутывающая комнату, была обманчивой. Они сидели за столом, над чашами с недопитым чаем, между строк старых книг, среди мыслей, которые не находили выхода. — Итак, — голос Тэхёна разорвал молчание, словно лезвие скальпеля. — Мы знаем, что сделка существует. Мы знаем, что её можно разрушить. Мы знаем, что ты, Чонгук, знаешь, как. Тэхён пристально смотрел на него, сжав пальцы в кулак. Его голос не дрожал, но в глазах плясало отчаяние. Чонгук молчал. — Чонгук, — Тэхён подался вперёд, накрывая ладонью его запястье. Его голос стал мягче, почти умоляющим. — Я знаю, что ты не можешь говорить. Но хоть что-то. Хоть кивок, хоть знак. Ничего. Тишина между ними была оглушительной. — Ну что ж, наш благородный принц снова играет в загадки, — протянул Вонхо, бросая на Чонгука ленивый, но цепкий взгляд. — Может, тебе понравилось держать нас всех в напряжении? Признайся, ты получаешь удовольствие? — Вонхо, — устало бросил Хосок. — Что? Я просто пытаюсь понять, почему он упорно молчит, хотя очевидно, что знает больше, чем говорит. Юнги, до этого только наблюдавший за сценой, цокнул языком: — Может, он хочет почувствовать себя трагическим героем? Знаете, таким, что носит внутри проклятый секрет и от этого только страдает. Чонгук метнул в него раздражённый взгляд. — Не неси чушь, Юнги. Юнги ухмыльнулся: — Я бы и рад, но вот беда — ты её уже принёс за меня. Тэхён отстранился, его рука соскользнула с запястья Чонгука. — Хорошо. Если ты не можешь говорить, мы будем делать то, что можем. Он взял лист бумаги, торопливо записывая: — Я продолжу работать над лекарством из кадупула. — Я развезу его по деревням, — кивнул Чонгук. — Я пойду в библиотеку, — Юнги зевнул, но в его глазах вспыхнул знакомый азарт. — Может, найду хоть что-то, чего ещё не знаем. — А я, — Хосок ухмыльнулся, — как всегда, буду отвлекать демонов. — Прекрасный план, — саркастично вставил Чонгук. — Лучше не бывает, — поддакнул Вонхо. — Кстати, я подключусь к Хосоку. Так что если вдруг мы не вернёмся… — Останься там, — закончил за него Чонгук. Вонхо рассмеялся: — Приятно знать, что ты всё ещё меня ненавидишь, Чонгук. — Я не ненавижу тебя, Вонхо. — Ага. Просто хочешь вышвырнуть меня к демонам. — Именно. Тэхён потерянно смотрел на них, но не вмешивался. Разговор иссяк. Кто-то поднялся, кто-то потянулся, кто-то бросил последнее слово. Тихие шаги, заскрипевший пол, дверной проём, растворяющийся в сером свете утра. Когда они остались одни, Чонгук долго стоял у окна, молча. Затем повернулся к Тэхёну. — В твоей комнате есть кое-что. Тэхён взглянул на него. — Что? — То, что я должен был отдать тебе раньше, но не смог. Мгновение тишины. — Что между нами, Чонгук? Его голос был твёрдым. Никаких колебаний. Чонгук посмотрел на него… и лишь уголок его губ дрогнул в едва заметной улыбке. Тэхён не смеялся. — Я не игрушка. Если ты думаешь, что я просто тот, с кем можно… расслабиться, ты ошибаешься. Чонгук нахмурился. Тишина. Потом он сделал шаг. — Мой принц, — голос его стал низким и тёмным, как ночь. Он сделал ещё шаг. — Я злодей. Они были на расстоянии дыхания. — Моя душа проклята так же, как этот мир. Его пальцы задели запястье Тэхёна — лёгкий, едва ощутимый жест. — И поверь мне, — его голос стал едва слышным, — я бы тоже не хотел, чтобы ты влюблялся в меня. Тэхён задержал дыхание. И тогда Чонгук наклонился ближе, заглядывая ему прямо в глаза. — Но ты не дал мне выбора. И Тэхён понял, что выбора не было ни у одного из них. Он сжал губы, его взгляд не дрогнул. — То есть, теперь это моя вина? Чонгук не отводил глаз. — Я этого не говорил. — Но подразумевал, — бросил Тэхён, скрестив руки на груди. — Ты ищешь ответы, но не готов к ним, — спокойно ответил Чонгук. — Не тебе решать, готов я или нет. — Тэхён шагнул вперёд, заставляя их почти соприкоснуться. — Но я не позволю тебе играть со мной. Чонгук медленно вдохнул, его взгляд потемнел. — Я не играю. — Тогда почему ты молчишь? Почему не можешь сказать мне хоть что-то? Чонгук провёл языком по внутренней стороне щеки, его челюсть напряглась. — Потому что правда не даст тебе того, что ты хочешь. — Откуда тебе знать, что мне нужно? — Потому что ты хочешь верить, что я не такой, каким кажусь, — его голос стал ниже, почти глухим, — но, Тэхён… я именно такой. Тэхён ощутил, как что-то внутри него перевернулось. — Тогда докажи, — выдохнул он. Чонгук смотрел на него несколько долгих секунд. Затем медленно выдохнул: — В твоей комнате есть кое-что. Возьми это. — Ты уже говорил, что это? — То, что я должен был отдать тебе. Тэхён нахмурился, но прежде чем смог задать ещё один вопрос, Чонгук развернулся, направляясь к выходу. — Ты снова уходишь, — не спрашивая, а утверждая, произнёс Тэхён. Чонгук остановился у двери, но не обернулся. — Я не ухожу. — Тогда что? Чонгук на мгновение задержался, словно борясь с чем-то, прежде чем произнёс: — Я делаю то, что должен. И с этими словами он вышел, оставляя Тэхёна в ещё большем хаосе, чем раньше.****
— Ты делаешь то, что должен, но когда ты сделаешь то, что хочешь? Тэхён стоял посреди комнаты, скрестив руки на груди, глядя на закрывшуюся за Чонгуком дверь. Голос его был ровным, но в нём таилась стальная нить. Он знал, что Чонгук услышал. Знал, что тот замер на долю секунды по ту сторону, прежде чем продолжить идти. Но ответа так и не последовало. Тэхён провёл рукой по лицу, коротко выдохнул, глядя в потолок. — Прекрасно. Он не знал, зачем сказал это. Не знал, зачем вообще пытался докопаться до правды с тем, кто предпочитал отмалчиваться. Но с этим было покончено. Если Чонгук не мог дать ему ответов, Тэхён найдёт их сам. После напряжённого завтрака Тэхён вернулся в свою комнату и замер на пороге, заметив на кровати маленькую игрушку-кролика, очевидно, оставленную Чонгуком. Сердце болезненно сжалось, наполняясь раздражением, смешанным с тоской и смятением. Тэхён медленно приблизился, взял игрушку в руки и провёл пальцами по мягкой ткани, чувствуя, как его наполняют горькие воспоминания о сестре. — Чёртов Чонгук, — пробормотал он, швыряя кролика обратно на постель и опускаясь рядом. Он прикрыл глаза, мысленно вновь возвращаясь к прошлой ночи, к ощущениям и эмоциям, которые так отчаянно пытался забыть. Раздражение сменялось волнением, злостью и странным, необъяснимым желанием. Пытаясь отвлечься, он резко поднялся и отправился в небольшую комнату, где обычно готовил эликсиры. В воздухе плавали пряные ароматы сушёных трав и цветов, создавая атмосферу умиротворения, которая сейчас казалась неуместной. Он начал смешивать травы, с силой перетирая их в ступке, но мысли снова возвращались к золотым глазам Чонгука, к прикосновениям, которые сводили его с ума. — Почему всё так запутанно… — прошептал Тэхён с отчаянием, отставляя ступку и сжимая переносицу. Он глубоко вздохнул, успокаивая дыхание, и вновь сосредоточился на приготовлении эликсиров, стараясь тщательно отмерять ингредиенты. Мысли постепенно переключились на встречу с загадочной Элирой, вспоминая её странный взгляд и туманные намёки. Она явно знала больше, чем говорила, и это тревожило его. Закончив последний эликсир, Тэхён аккуратно расставил баночки на полке, затем, собравшись с духом, направился искать Юнги, надеясь получить хоть какие-то ответы. Не выдержав напряжения, он решительно направился в библиотеку, надеясь найти Юнги и хоть немного облегчить свои мысли разговором. Юнги нашёлся быстро — он сидел за столом, окружённый кипами старых книг и пергаментов. Заметив приближение Тэхёна, Юнги поднял голову и усмехнулся, изучающе смотря на друга. — Выглядишь так, будто планируешь кого-то прикончить. Чонгук снова постарался? — саркастично спросил он, отодвигая книгу. Тэхён вздохнул, усаживаясь напротив. — Скорее, я сам себе враг. Вчера… Он приходил ко мне. В мою комнату. И… Юнги с любопытством приподнял бровь: — И что? Вы подрались? — Юнги… Чонгук когда-нибудь любил кого-то? — вдруг спросил Тэхён, сам не зная, зачем ему этот ответ. Юнги поднял на него внимательный взгляд и чуть прищурился, словно размышляя, прежде чем заговорить. — Почему ты спрашиваешь? — его голос прозвучал медленно, будто он уже знал, к чему ведёт разговор. — Просто интересно, — слишком быстро ответил Тэхён и отвёл взгляд, сжимая пальцы в кулаки. Юнги не сводил с него глаз, а затем, с лёгкой улыбкой, спросил: — Ты влюбился в Чонгука? — Что? Нет… Да… Не знаю, — Тэхён поморщился, отмахнувшись. — Он раздражает меня. Я зол на него, потому что он не выполнил своего обещания защитить мою семью. Всё это крутится в моей голове, и… Я не думаю, что это влюблённость. Скорее, просто хочется избавиться от этого напряжения. Юнги молча кивнул, его взгляд стал более задумчивым. Он выдержал паузу, а затем философски заметил: — Иногда чувства сложнее, чем мы хотим признать. Но если тебе просто хочется избавиться от напряжения… тогда почему ты всё ещё думаешь о нём? Тэхён сжал губы, но не ответил. Юнги вздохнул, покачав головой, и чуть грустно усмехнулся: — Жалко, что у вас ничего не получается. Хотя, если бы ты хоть раз не упрямился, может, уже давно лежал бы в его объятиях. Тэхён закатил глаза и фыркнул: — А если бы ты хоть раз не умничал, возможно, я бы удивился. — Кстати, ещё кое-что, — Тэхён слегка нахмурился, вспомнив странную встречу в лесу. — Ты когда-нибудь слышал имя Элира? Юнги задумался, медленно качая головой: — Нет, никогда не слышал. А кто это? — Я встретил её в лесу. У неё странная аура, она говорила так, будто знает намного больше, чем говорит. — Я поищу информацию, — задумчиво сказал Юнги. — Но обещать ничего не могу. Тэхён благодарно кивнул, затем поднялся и направился в сад, пытаясь окончательно привести мысли в порядок. Сад был погружён в серость и безмолвие, деревья стояли неподвижно, словно погружённые в вечный сон. Тэхён шагал по знакомым тропинкам, ощущая, как окружающая мрачность отражает состояние его души. Он остановился, пытаясь глубоко вдохнуть, когда позади раздался тихий, словно шелестящий смех: — Ты снова один, милый мой? Тэхён резко обернулся, чувствуя, как сердце замирает от страха и тревоги. Перед ним стоял Король Демонов, его глаза опасно сверкали, а улыбка была коварной и холодной. — Чего ты хочешь? — напряжённо спросил Тэхён. Король Демонов медленно шагнул ближе, будто наслаждаясь каждым мгновением тревоги своей жертвы. — Поговорить, — прошептал он, не сводя взгляда с Тэхёна. — Мне кажется, у нас много общих вопросов, не так ли? Тэхён стиснул зубы, но молчал. Он не хотел давать Королю Демонов никакого повода для игры. — Как же мне нравится эта твоя упрямая натура, — усмехнулся демон, склонив голову набок. — Честно, я ожидал, что ты сломаешься раньше. Хотя, признаюсь, ты всё ещё держишься. — Говори уже, что тебе нужно, — раздражённо бросил Тэхён, сжимая кулаки. Король Демонов подошёл вплотную, их разделяло всего несколько сантиметров. Тэхён ощущал холодное дыхание существа, но не отступил. — Любопытно, — произнёс демон, чуть наклоняясь к его уху. — Ты ведь уже знаешь, что Чонгук лжёт тебе. Ты ведь это чувствуешь? Тэхён вздрогнул, но тут же подавил эту слабость. — И что? — отрезал он. — Думаешь, я поверю тебе? — Нет, конечно, — с ленивой усмешкой ответил Король Демонов. — Но мне не нужно, чтобы ты верил. Мне достаточно, чтобы ты сомневался. Тэхён резко развернулся, чтобы уйти, но демон оказался быстрее, схватив его за запястье. Кожа обожглась от холода, но он не подал виду. — Ты ведь хочешь знать правду, верно? — его голос звучал мягко, почти заботливо, но в нём чувствовалась ядовитая суть. — Я мог бы рассказать тебе кое-что интересное. Тэхён не двигался. Он знал, что не должен слушать. Но проклятые слова демона, словно змеиный яд, уже просачивались в его разум. — Тогда скажи, — медленно произнёс он. — Если тебе так нравится говорить загадками, попробуй удивить меня. Король Демонов улыбнулся шире, довольный. — Хороший мальчик, — шепнул он, отпуская запястье, но прежде чем Тэхён мог отстраниться, его холодные пальцы прошлись вдоль его кисти, вызывая неприятную дрожь. — Тогда слушай внимательно… но предупреждаю, правда может оказаться слишком сладкой… или слишком горькой. — Давным-давно, в одном из утерянных королевств, жил человек, что верил в любовь сильнее, чем в судьбу, — начал демон, его голос звучал тягуче, завораживающе. — Он искал свою истинную пару, свою единственную, ведь в пророчествах говорилось, что, когда они встретятся, их сердца свяжет неразрушимая нить. И однажды он нашёл её. Девушку, что улыбалась, словно сама луна, и чья душа была чиста, как первый снег. Их любовь была сильной, прекрасной, неподвластной ни времени, ни препятствиям. — Они были молоды, но их чувства были глубоки, — продолжил Король Демонов, слегка раскачиваясь в такт своим словам. — В их глазах не существовало ничего, кроме друг друга. Они клялись в вечности под серебряным светом ночного неба, веря, что ничто и никто не сможет их разлучить. Он вздохнул, как будто ему самому было жаль. — Но у любви всегда есть цена, не так ли? — он усмехнулся, но в его голосе не было радости. — Один человек позавидовал их счастью. Он был могущественным и жестоким. Он не верил в истинную связь, считал её вымыслом, детской сказкой. Он видел, как любовь делает их сильными, и это злило его. Он считал, что любовь — слабость, и решил доказать это. Король Демонов чуть склонил голову набок, его голос стал ниже, почти шепотом. — Он сломал их. Медленно, методично, хитро. Сначала он отрезал её от мира, заставляя сомневаться. Затем он наполнил его разум страхом, внушая, что эта любовь — обман, что всё, во что он верил, ложь. Он разлучил их, разбил их души, лишил их надежды. Он сделал паузу, а затем добавил, его голос стал почти музыкальным: — И в ту самую ночь, когда они должны были сбежать, когда их судьба должна была соединиться навеки… Он убил её. Прямо у него на глазах. Тэхён невольно напрягся, пальцы сжались в кулаки. Король Демонов заметил это, и его улыбка стала шире. — Он держал её в руках, смотрел, как её жизнь уходит сквозь пальцы, — продолжил он с напускной мягкостью. — Он кричал, проклинал богов, умолял их забрать его вместо неё… но никто не услышал. Никто никогда не слышит. Демон склонил голову набок, его глаза мерцали опасным блеском. — Знаешь, чем всё закончилось? — его голос стал почти нежным. — Он сжёг всё королевство. Камни плавились под его яростью, леса горели, а земля раскололась. Никто не спасся. Даже он. Потому что любовь, которую он так обожал, поглотила его целиком. Король Демонов сделал паузу, словно смакуя тишину. Затем он медленно выдохнул: — Говорят, с тех пор судьба и любовь так разозлились на людей, что решили наказать их. Они сделали так, чтобы истинная любовь никогда больше не давала о себе знать. Чтобы никто и никогда не мог узнать, истинность это или просто красивый мираж. Пока… ну, дальше уже не важно. Разве не так? — он усмехнулся, внимательно следя за выражением лица Тэхёна. Тэхён сглотнул, его голос стал чуть хриплым: — И что же ты хочешь мне сказать этим? — он покачал головой, пытаясь отстраниться от истории. — К чему ты мне это рассказываешь? Я не верю в истинную любовь. Слишком много нюансов, слишком много лжи. Это просто красивые сказки для тех, кто хочет утешить себя. Король Демонов усмехнулся, его губы растянулись в хитрой улыбке. — Вот это мне и нравится, — протянул он, чуть склонив голову, его золотые глаза мерцали в темноте. Затем он медленно наклонился ближе, почти касаясь губами уха Тэхёна. — А что если твой истинный был бы самим дьяволом? Тэхён замер, их взгляды встретились, и в этом мгновении что-то сломалось — или, может, пробудилось. Тэхён, нахмурившись, вслушивался в каждое слово, но в конце покачал головой: — Я никогда не смог бы полюбить убийцу, — резко ответил он, его голос прозвучал твёрдо, но внутри всё сжималось. Король Демонов усмехнулся, сделал плавный шаг вперёд, сокращая расстояние, пока не оказался достаточно близко, чтобы Тэхён чувствовал прохладное прикосновение его магии. Затем демон поднял руку и медленно коснулся его лица, кончиками пальцев очерчивая скулу, прежде чем остановиться у подбородка. Его прикосновение было лёгким, почти нежным, но в нём сквозила угроза. — Я уже говорил, что ты, красив, Тэхён? — его голос был низким, насыщенным тёмным удовольствием. — Невероятно красив. Но твоё сердце… вот что мне нужно больше всего на свете. Тэхён вздрогнул, но не отвёл глаз. — Я готов сделать тебе предложение, — продолжил Король Демонов, его пальцы мягко скользнули вниз по линии подбородка. — Полюби меня…, и я освобожу эту землю, верну тебе брата. Всё, что ты потерял, снова станет твоим. Взамен ты просто… полюбишь меня. Искренне. Полюбишь. Ведь я не прошу многого, правда? Он улыбнулся — опасно, терпеливо, как будто его предложение было неизбежным. Как будто он знал, что Тэхён не сможет отвернуться так просто. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга, молча, но напряжение между ними становилось почти осязаемым. Затем Король Демонов медленно наклонился, сокращая последние сантиметры между ними, и поцеловал его. Поцелуй был медленным, но требовательным, наполненным властью, как будто в этот момент всё, что существовало в его мире, находилось в Тэхёне. Его губы двигались уверенно, словно он обладал им с самого начала времён. Холод его магии пробежал по коже Тэхёна, смешиваясь с пугающим жаром внутри. Тэхён невольно закрыл глаза. Он отвечал на поцелуй слабо, почти безвольным движением губ, погружаясь в хаос собственных мыслей. "Я верну всё." "Сниму проклятье." "Верну брата." "Полюби меня." "Полюби…" Слова разрывали его сознание, словно завораживающий шёпот, зовущий в темноту. Король Демонов глубже наклонился к нему, заставляя чувствовать силу своего присутствия. Всё это было неправильно, всё это было не так, и всё же его тело, обманутое магией или чем-то более опасным, не двигалось… пока перед внутренним взором не вспыхнули золотые глаза Чонгука. Резким, почти отчаянным движением, Тэхён оттолкнул Короля Демонов, прерывая их поцелуй. Его сердце билось слишком быстро, а грудь судорожно поднималась и опускалась. Демон медленно выпрямился, провёл кончиком языка по нижней губе, будто смакуя вкус, и посмотрел на Тэхёна с ленивым удовольствием. — Теперь я понимаю, почему он так хочет тебя, — пробормотал он, его голос был хриплым, насыщенным чем-то опасным. Тэхён шумно вдохнул, горло сдавило от смеси злости и дрожи. — Нет, — выдохнул он. — Нет, не полюблю. Никогда. Я не могу полюбить чудовище. Король Демонов усмехнулся, его глаза вспыхнули лукавым интересом. Он медленно наклонился, делая изящный, почти насмешливый поклон. — Это всё, что мне нужно было знать, мой принц, — прошептал он, и прежде чем Тэхён успел что-то ответить, его силуэт растаял в дымке, оставляя за собой только запах ночного жасмина и призрачное ощущение холода на губах. Тэхён стоял посреди сада, его дыхание было сбивчивым, а в груди всё ещё пульсировало напряжение. Ощущение губ Короля Демонов, холодное и требовательное, не оставляло его в покое, и чем больше он пытался стереть это из памяти, тем глубже оно врезалось в сознание. Он грубо провёл ладонью по губам, но это не помогло. — Чёртов демон… — выдохнул он, с силой сжимая кулаки. В голове до сих пор звучали слова Короля Демонов: «Теперь я понимаю, почему он так хочет тебя.» Чонгук. Гнев вспыхнул внутри Тэхёна, и он быстрым шагом направился обратно в замок. Он чувствовал, что если сейчас не займёт себя чем-то, то сойдёт с ума. Ноги сами понесли его в сторону библиотеки. Юнги сидел за столом, держа в руках чашку чая, и лениво поднял голову, когда Тэхён вошёл. — Опять выглядишь так, будто был в аду, — фыркнул он, но в глазах промелькнула скрытая тревога. — Почти, — сухо ответил Тэхён, усаживаясь, напротив. Юнги внимательно посмотрел на него, затем вздохнул и отставил чашку. — Ты встретился с Королём Демонов, да? Тэхён молчал, но этого и не требовалось. Всё было написано на его лице. — И что он тебе предложил? — спокойно спросил Юнги. — Полюбить его, — выдавил Тэхён, с трудом сглатывая ком в горле. Юнги моргнул, затем усмехнулся: — Амбициозный ублюдок. Тэхён устало провёл рукой по лицу, опустив голову. — Он сказал, что снимет проклятье, вернёт брата… если я… — его голос дрогнул. Юнги молчал, а затем тихо произнёс: — И ты отказался. Тэхён медленно поднял голову и посмотрел на него. — Конечно. — А если бы он не был чудовищем? Если бы это был кто-то другой? Тэхён не ответил сразу, затем медленно покачал головой. — Это не имеет значения. Любовь — не инструмент для сделок. Юнги слабо улыбнулся, но в его глазах скользнула тень сожаления. — Если бы Чонгук мог спасти тебя, то он бы согласился, будь на твоём месте. Эти слова болезненно задели что-то внутри Тэхёна. Он резко поднялся и покинул библиотеку, чувствуя, что больше не может находиться там. Он шёл по коридору, направляясь в свою комнату, но на полпути замер. Из-за двери, ведущей в его покои, донеслось движение. Он открыл дверь и застыл. Чонгук стоял у окна, его спина была напряжена, руки сжаты в кулаки. Обернувшись, Чонгук замер, его золотые глаза вспыхнули. В комнате вдруг стало невыносимо жарко, воздух словно дрожал от напряжения. — Ты пахнешь им, — внезапно выдохнул Чонгук, его губы скривились. — Ты пропитан его магией. Тэхён не успел среагировать, как Чонгук схватил его за запястье и рывком притянул к себе, вжимая в стену. — Ты позволил ему коснуться тебя? — его голос стал низким, срывающимся на рычание. Тэхён тяжело дышал, его тело напряглось, но он не отвёл взгляда. — Это не твоё дело, — выдавил он. Чонгук сжал пальцы на его запястье сильнее, его взгляд был не просто тёмным — он был голодным. — Его магия оставила на тебе след, — процедил он, его дыхание обжигало кожу Тэхёна. — Я это чувствую. Тэхён хотел что-то ответить, но в следующий момент Чонгук наклонился ближе, его губы на секунду зависли у самого уха. — Он не получит тебя, — прошептал он, и в этом шёпоте звучало нечто первобытное, дикое. Внутренний дракон Чонгука знал — Тэхён его. Всё тело Тэхёна окутало жаром. Ему казалось, что ещё секунда — и воздух разразится огнём. — Ты не имеешь на меня права, — прошипел он, но его голос дрогнул. Чонгук усмехнулся, его пальцы скользнули по шее Тэхёна, и он медленно наклонился ближе, их губы разделяли всего миллиметры. — О, Тэхён… — его голос был бархатным, затягивающим. — Я всегда имею на тебя право. Но прежде чем он успел коснуться его губ, Тэхён резко оттолкнул его, вырываясь из хватки. — Не смей, — зло выдохнул он, его сердце бешено колотилось. Чонгук смотрел на него, тяжело дыша, его зрачки были расширены, а в глазах плясало пламя. Чонгук задержался на мгновение, его взгляд пробежался по лицу Тэхёна, выискивая ответ, которого тот не собирался давать. Его дыхание всё ещё было тяжёлым, но он выпрямился, отступая на шаг. — Я не позволю ему забрать тебя, — тихо, но твёрдо сказал он. Тэхён вздрогнул, его сердце бешено колотилось, — Не люблю тебя, и не смогу полюбить, — выдохнул Тэхён, его голос дрожал от злости. — Я ненавижу ложь, ненавижу, когда от меня что-то скрывают. Ты не сдержал даже обещания сохранить жизнь моей семье… Но ты и это не выполнил! Он срывался на крик, подходя ближе, тыкая пальцем в грудь Чонгука, который дышал слишком быстро. Золотые глаза светились ярче, а в воздухе повисло ощущение чего-то первобытного. Тэхён чувствовал, как его внутренний зверь просится наружу, жар разливался по позвоночнику, заставляя его сердце стучать быстрее. Он никогда не знал своей природы, но теперь ощущал её присутствие более чем когда-либо. Чонгук, казалось, начал закипать. Он резко схватил Тэхёна за шею, притягивая к себе. Горячее дыхание обжигало кожу, губы находились слишком близко. — Ты сводишь меня с ума, — выдохнул он, его голос был низким, глубоким, почти угрожающим. — Не представляешь, как сильно ты мне нужен, Тэхён. Тэхён затаил дыхание, его тело предательски отозвалось на эту близость. Но он не мог позволить Чонгуку завладеть его мыслями, его телом… Желание вспыхнуло внутри него, но он стиснул зубы, подавляя дрожь. Однако его тело уже не принадлежало разуму. В нём пробудилось что-то дикое, древнее — его внутренний зверь. Тэхён с силой оттолкнул Чонгука, ощущая, как внутри него вспыхнула необъяснимая сила. Чонгук отшатнулся, достаточно сильно, чтобы в его глазах промелькнуло удивление, но оно быстро исчезло, сменившись опасным блеском. Чонгук двинулся вперёд, но Тэхён уже вытащил кинжал и подставил его к его сердцу. Лезвие отражало мерцающий свет его глаз, дыхание стало прерывистым. — Ещё шаг — и я закончу всё это, — его голос был тихим, но наполненным угрозой. Чонгук дышал тяжело, воздух в комнате стал густым, жарким, наполненным напряжением, от которого кружилась голова. Он не двинулся назад. Вместо этого он склонил голову, пристально глядя в лицо Тэхёна. — Скажи, Тэхён… — его голос был низким, хрипловатым, почти соблазняющим. — Просто скажи, что мне сделать, и я это сделаю. Я разрушу этот мир, сожгу все чёртовы леса, превращу всё в пепел… если ты попросишь. Я выполню любое твоё желание. Просто скажи. Губы Тэхёна дрогнули, но затем он сжал их в тонкую линию, глаза вспыхнули от сдерживаемых эмоций. — Мне ничего не нужно, — прохрипел он, голос сорвался, но прозвучал твёрдо. — Ничего. От. Тебя. Не. Нужно. Чонгук сжал челюсти, его дыхание стало ещё тяжелее. Напряжение между ними накалялось до предела, воздух вокруг был насыщен жаром их эмоций, желанием, гневом, чем-то необъяснимым, диким. Клинок всё ещё был подставлен к его сердцу, но Чонгук не отступал. Его взгляд был тёмным, пронизывающим. Он изучал Тэхёна так, будто хотел разорвать его, завладеть им, сделать своим. Чонгук двинулся вперёд, не отступая ни на шаг. Клинок в руках Тэхёна дрогнул, но остался на месте. Лезвие вонзилось в кожу, прорезая ткань, и по груди Чонгука стекла тонкая струйка крови. Он даже не вздрогнул. — Давай, — выдохнул он, его голос звучал хрипло, напряжённо. — Закончи это. Воткни этот чёртов кинжал и сделай то, что хотел в нашу первую встречу. Тэхён сжал рукоять сильнее, сердце колотилось, а дыхание сбилось. Чонгук приблизился ещё на шаг, заставляя лезвие углубиться, но его взгляд не дрогнул. — Давай, — прошептал он, почти умоляюще. — Потому что, если ты не убьёшь меня сейчас… я убью тебя. А я не хочу быть твоей гибелью. Я не смогу жить в мире, где не будет тебя. Тэхён затаил дыхание. Его пальцы ослабили хватку, кинжал со звоном упал на пол. В ту же секунду он ударил Чонгука кулаком по лицу. — Ты совсем чокнулся, Чонгук?! — взорвался он, ярость и шок захлестнули его целиком. — Если ты так хочешь умереть, иди к Королю Демонов! Он с радостью закончит твои страдания! Чонгук медленно провёл языком по рассечённой губе, глаза его мерцали чем-то диким. Он улыбнулся, но в этой улыбке не было ни капли радости. — Если бы я мог… — его голос прозвучал приглушённо, почти печально. — Я бы давно был мёртв. Напряжение между ними стало невыносимым. Их взгляды соединились, и мир словно сжался до этой комнаты, до этих секунд. После долгого молчания Чонгук медленно наклонился, пока его лоб не коснулся лба Тэхёна. — Я не могу любить, — его голос был едва слышным, но от него по телу пробежала дрожь. — Я не знаю, что такое любовь, мой маленький принц. Моя душа и сердце стали такими же чёрными, как ночи на этой проклятой земле, как Запретный Лес, который таит в себе чудовищ. Я сам стал чудовищем. Он вздохнул, пальцы легко коснулись талии Тэхёна, но тот не отстранился. — Но, если с тобой что-то случится… — его голос стал ещё тише, почти шёпотом. — Я уничтожу всё, что находится на этих землях. А затем умру сам. Тэхён не мог ответить. Он смотрел в золотые глаза перед собой, и его сердце бешено колотилось. Чонгук медленно выпрямился, задержался на секунду, словно собираясь сказать что-то ещё, но вместо этого развернулся и ушёл. Тэхён не двинулся. Только спустя несколько мгновений, когда за Чонгуком закрылась дверь, он почувствовал, как по его щеке медленно скатилась одинокая слеза.
