В самое сердце

— Я рядом, душа моя. Неслихан впервые услышала такое обращение от Омера. Да еще в каких обстоятельствах! Они где-то далеко в лесу, в укрытии, куда пришли террористы Компании, и теперь им нужно отсюда уходить. Неслихан прижалась к любимому мужчине. Тот на несколько секунд задержал ее в объятиях, а затем взял за руку. — Идем, Неслихан. Идти пришлось долго. Неслихан нес вперед только адреналин. Потому что сна не было уже которую ночь. Омер — тот в принципе спал максимум час-два в сутки (отличное качество для разведчика). А вот ей с непривычки было туго. Впрочем, из-за тревожного состояния она бы все равно не уснула. Над лесом начал заниматься рассвет. Неслихан обхватила себя руками и побежала дальше за Омером. — Неслихан, сюда. Ты как там? Уже близко, потерпи еще немного. — Угу, — откликнулась Неслихан и заспешила следом за Омером. Ей не верилось в происходящее. Они в лесу, одни за много километров от города, прячутся от террористов. Но вместе с тем, она с любимым мужчиной, она чувствует себя защищенной и знает, что пока он рядом, точно ничего не случится. — Пришли, — Омер подвел ее к маленькому домику в лесу и отпер дверь. — Заходи. Неслихан перешагнула порожек, едва не ударившись головой — дверь в избенку была низкая. Обстановка внутри, конечно, не блистала новизной, но Неслихан хотелось присесть или прилечь хоть на деревянную скамью. Так она и сделала. Омер присел рядом. — Если хочешь, поспи немного. — Нет, я не буду. Я не хочу, — сказала она, хотя веки разлипались с невероятным трудом. — А глаза у моей Неслихан закрываются, — заметил и Омер. — Поспи. Извини, тут, конечно, несколько жестковато, но… Неслихан улыбнулась. Омер впервые сказал ей «моя». Да, она его и только его — до конца жизни. Раньше она думала, что такое может быть лишь в сказках или кино — оказалось, и в действительности так случается. Только надо найти своего человека, того, на которого будешь счастлив смотреть, от нехватки которого будет сжиматься сердце. Неслихан повезло, она такого нашла. Вот и сейчас взяла его за руку, чтобы убедиться самой, что он реален. В хижине повисло молчание. Но для Неслихан оно было самой содержательной беседой. Потому что они с Омером любили молчать и слушать сердца друг друга, смотреть в глаза, которые говорили так много. — Можно я лягу на твои колени? — спросила Неслихан, как будто не знала, что ответ будет положительный. Омер усмехнулся — даже не ожидал, что на это она будет спрашивать разрешение. Неслихан в секунду сменила положение, и их лица оказались чертовски близко друг от друга. Теперь уже Омер гладил ее волосы и лицо, а второй рукой держал ее ладонь. И она чувствовала себя самой счастливой во Вселенной. Но много ли счастья они заслужили? Видимо, Аллах так не считал, потому что вскоре за стеной послышались шаги. Омер насторожился и подошел к маленькому окошку. Неслихан присела на скамье. — Это опять они? — Скорее всего, — ответил Омер. — Жизнь моя, не переживай, скоро все закончится. — Я боюсь, это никогда не закончится. Омер распахнул свои объятия, позволяя ей прижаться к нему. Поцеловал ее висок и улыбнулся: — Когда ты рядом, я забываю обо всем на свете. — Не поверишь, я тоже, — призналась Неслихан. — Но сейчас нам надо отсюда выбираться. Держись за меня, прячься за моей спиной и ничего не бойся. Она молча послушалась. Когда отворилась дверь в их маленькое укрытие, Омер практически моментально оглушил вошедшего и лишил его чувств. Забрал автомат, с которым тот ходил, затем крепко взял Неслихан за руку. — Мы выберемся отсюда. Ты мне веришь? — спросил он, касаясь ее лба своим. — Хочу верить, — кивнула она и взглянула в его глаза. — Омер… Пока не поздно… Она потянулась к его губам и оставила на них короткий поцелуй. Затем провела языком по своим губам, будто слизывая вкус Омера, и хитро улыбнулась. — И… Что это было? — спросил Омер. — Тебе не понравилось? — Что ты! Мне очень понравилось. Но пусть наш следующий поцелуй пройдет в максимально романтической обстановке. — На берегу Босфора? — Как вариант. Идем, пока сюда не нагрянули гости. Подмога ждала совсем недалеко. Неслихан уже довольно скоро уловила шум вертолетного двигателя. Несомненно, это за ними! Она никогда за всю свою жизнь не летала на вертолетах. Но с Омером не было бы страшно даже в ад… Она крепче обхватила его руку и устремилась следом. Утренний холод окутывал их, и Неслихан вздрагивала, когда он заползал под рубашку. — Неслихан, сзади! — вдруг воскликнул Омер. Она обернулась. Из кустов на них смотрело дуло автомата. Выстрел раздался ровно через мгновение после того как Омер закрыл Неслихан собой. — Омер! — закричала она. — Нет! Только не это! Но было уже поздно. Левое плечо Омера дернулось, и он рухнул на землю прямо в объятиях Неслихан. Откуда-то со стороны, где гудел вертолет, послышался треск веток, но Неслихан это не волновало. Куда больше она боялась за истекающего кровью Омера, который улыбался и жмурился, как объевшийся сметаны кот, глядя в ее перепуганные глаза. — Я умираю на руках любимой женщины… Что может быть прекраснее? — Не торопись, Атмаджа, — рядом появился Акробат. — Пуля в плечо попала. Жить будешь. Идем.

***

Неслихан даже не подумала куда-то уходить от Омера, несмотря на то, что глаза закрывались. Хорошо хоть в больнице ей позволили остаться в его палате. Медсестра принесла туда плед и подушку, и Неслихан прилегла на небольшой узкий диванчик. Но сон ее все равно был неспокойным. То ей снилось, что Омера убили — она вскакивала и летела проверять, дышит ли он. То снилось, что их вместе подожгли в этой маленькой лесной хижине… То снилось, что все у них прекрасно, они гуляют по набережной, едят мороженое, а затем случается взрыв — и Омера нет, и Неслихан остается с этим тяжелым, гнетущим чувством одиночества и безысходности. Она подскочила снова, тяжело дыша, и увидела любимые глаза, которые смотрели прямо на нее. — Кошмары? — догадался Омер. Неслихан была так ошарашена, что кивнула. — Понимаю… Мне тоже снятся. — И что тебе приснилось? — Что тебя нет рядом. Жизнь без тебя — это вообще один сплошной кошмар, — он улыбнулся и вытянул руку: — Иди ко мне, любимая. Неслихан с удовольствием пересела на его больничную кровать. Их пальцы снова переплелись. Она с улыбкой вспомнила о том, как он называл ее любимой в доме Седеф и Туфана — правда, тогда эти слова относились к Седеф, а не к Неслихан. Теперь же совершенно точно: любимая — это она. И снова молчание, а в глазах — все. Любовь, нежность, глубина чувств, понимание, умиротворение… Оба совершенно точно осознавали, что друг без друга у них и жизнь какая-то неполная, тусклая. — Может, нам пожениться? — спросил Омер. И Неслихан почувствовала, как сердце пропустило удар. — Пожениться? — Ну а что? Я без тебя совершенно точно не могу, дорогая. — Если честно — я без тебя тоже, — призналась Неслихан. — Теперь вообще удивляюсь, как такое когда-то было возможным — жить и не знать тебя, не смотреть в твои глаза, не любоваться твоей улыбкой. — Жили ли мы вообще друг без друга? — задал вопрос Омер. — Не знаю, — пожала плечами Неслихан. — Мне кажется, что нет. Я уже вообще не помню своей жизни без тебя. — Я своей без тебя тоже не помню… Ты моя душа и мое сердце. Неслихан опустилась на кровать рядом с ним, провела пальцами по бинтам, прикоснулась к ним губами, будто залечивая рану. Омер улыбнулся от таких ласк и прижал Неслихан к себе. — Если хочешь, можешь поспать здесь, рядом со мной. — Сначала я насмотрюсь на тебя, — она провела по его лицу кончиками пальцев. Он словил ее руку и поцеловал. — Я всегда буду рядом. Ты ведь спасла меня. Ничего плохого больше не случится. Как ты и говорила, скоро наша жизнь обретет жанр романтической комедии. Неслихан улыбнулась. Омер погладил ее по волосам. — Ты не ответила на мой вопрос, Неслихан Эрдемсой. Согласна ли ты стать моей женой? — Ты все ещё надеешься, что я откажусь, Омер Атмаджа? — Неслихан приподняла левую бровь и счастливо засмеялась. — Конечно, я согласна.