Мой Господин Рёмен Сукуна

В воздухе стоял запах крови и сгоревшей человеческой плоти. Из всей команды магов Токийского Техникума, кроме одной молодой колдуньи по имени Кёка, никто не мог даже просто стоять на ногах, не то чтобы сражаться. Ей чудом удалось увернуться от его атаки в последний момент, отделавшись переломом рёбер и несколькими мелкими ранениями. Туман битвы рассеялся, за ним показалась знакомая зловещая фигура. Сукуна, Король Проклятий. Он уже полностью захватил контроль над телом Юджи: от милого и дорогого её сердцу друга осталась лишь изменённая Королём Проклятий физическая оболочка, а разум Юджи похоже уже навсегда остался заперт в своём же собственном теле. Король Проклятий стал достаточно сильным, чтобы контролировать тело Юджи уже на постоянной основе. Кёка медленно поднялась с земли, держась за повреждённые ребра, быстро осмотрелась по сторонам и увидела его. Сукуна двигался в её сторону, он явно заметил, что она всё ещё жива и даже стояла на ногах, хоть и казалось, что она вот-вот упадёт. Вряд ли она уже сможет спастись: её раны болели, силы были на исходе, а запас проклятой энергии ничтожно мал. Сукуна окинул девушку высокомерным взглядом. Ему ничто не стоило убить её прямо сейчас, на этом же месте. "Твои друзья повержены, — произнёс он, — твоего любимого Юджи тоже больше нет, и теперь я буду твоим хозяином". Кёка поднялась на ноги и посмотрела ему в глаза. "Ты, — её голос превратился в тихий холодный полушёпот, — ты убил моих друзей. Ты убил всех, кто был мне дорог. Ты забрал у меня Юджи". По её юному бледному лицу прокатилась скупая слеза. — Они ещё живы... пока, — Король Проклятий высокомерно посмотрел на девушку, которая с высоты его роста казалась маленькой и ничтожной мышкой, которую он мог бы запросто раздавить в своём огромном кулаке, даже не прилагая огромных усилий. — Ты чёртов извращенец!— она выпалила ему прямо в лицо, собрав в себе всю свою ненависть в ком и выпустив его наружу, прямо на него. "Ты только что назвала меня извращенцем?"—, Сукуна, похоже, почувствовал себя оскорблённым. "Да, ты чёртов извращенец, — её полушёпот резко перешёл в хриплый крик, полный ненависти — почему ты просто не убьёшь меня? Нахуй я тебе нужна?" Его глаза загорелись гневом, обстановка резко стала ещё более опасной, чем мгновение назад. Он грубо вытер слезу с её лица большим пальцем, его прикосновение почти царапало нежную девичью кожу. "Я не буду тебя убивать, — продолжил он, — твоя дерзость мне нравится. Я проявлю к тебе своё королевское милосердие и сделаю тебя своей слугой". Он выдержал паузу, издевательски улыбнулся ей в лицо и продолжил. — А этот бесполезный мусор я просто убью! Он окинул высокомерным взглядом лежащих на земле магов: их жизни висели на волоске, который он мог бы оборвать за долю секунды, даже не почесавшись. Кёка отстранилась назад на несколько шагов. Его касание всё ещё ощущалось на коже, будто бы по ней прошлись острым и холодным ножом. Девушка отходила дальше и дальше, пока не упёрлась спиной в стену. Её голос снова перешёл в тихий и холодный полушёпот: "Ты издеваешься надо мной? Больной ублюдок. Я предпочту сдохнуть, чем стать твоей безвольной марионеткой!" — девушка чувствовала, как её охватывает безумие, безэмоциональное и холодное выражение лица сменилось широкой улыбкой. "Как ты смеешь так говорить со мной!? — Король Проклятий был вне себя от гнева, но в то же время он был восхищён девушкой, которая осмелилась ему перечить без капли страха — я предложил тебе огромную честь стать моим слугой, а ты благодаришь меня оскорблениями? Заткнись и знай своё место!" Он словно мёртвой хваткой вцепился ей в горло, ощущение опасности было как никогда высоким. Расстоянием между юной девушкой и Королём Проклятий переходило лимит опасного, бежать было некуда, её тело будто бы наполнилось свинцом и стало тяжёлым и неповоротливым. Кёка уже не скрывала к нему ненависть и презрение, и говорила об этом прямо ему в лицо: "Я и не просила оставлять мне жизнь. Ты, блять, серьёзно думаешь, что я не буду тебя ненавидеть после всего того, что ты сделал? Ты просто больной извращенец! Надеюсь, ты доволен тем, что издеваешься надо мной!" Расстояние сократилось настолько, что Кёка могла ощущать его дыхание на своей коже. В её голове крутилось: "Ненавижу, ненавижу тебя". Эта ненависть переполняла юную колдунью как никогда. Она уже почти решила призвать проклятое орудие, но ничего не получилось: проклятой энергии было слишком мало, чтобы применить даже самую простую технику. — Какая же ты упрямая, — его голос звучал совершенно иначе: он был гораздо спокойнее, чем мгновенье назад, — но мне это нравится. Я понимаю, ты ненавидишь меня, но я могу предложить тебе пакт: служение мне взамен на одну твою любую просьбу. Он мягко дотронулся до её подбородка, слегка царапая кожу длинными и острыми ногтями. В этот момент Кёка задумалась. Я могу попросить взамен абсолютно всё, что захочу? Король Проклятий практически всемогущ, пытаться идти против него бесполезно: даже сильнейший колдун не смог его победить, а он был равен ему по силе. Выбора нет: либо смерть от его рук, либо суицид, либо стать его слугой. Все варианты говно. Но если выберу последний, смогу попросить его не убивать моих друзей, и тогда мне удастся их спасти ценой своей свободы. — Ладно, — Кёка подняла на него свой взгляд, теперь её голос звучал уверенно, — я готова служить тебе, если ты не будешь убивать моих друзей и учителя. — Ты просишь сохранить жизни этим слабакам? — Сукуна был явно удивлён этой просьбой, — хорошо, я не стану их убивать. Но только ты сдержишь своё слово и станешь верно мне служить. — Я сдержу своё слово — ответила Кёка. Её намерения были максимально серьёзными, и она была готова сделать этот выбор. Девушка понимала: пути обратно точно не будет. — Тогда следуй за мной, — Король Проклятий взял мою руку: его хватка была достаточно сильной, чтобы колдунья не могла вырваться, но его прикосновения больше не резали кожу как острые клинки. Пути назад больше нет.