TEACHER'S PET

У Мии трясутся руки. — Что за херь? Ты сказал, что это ключи от выхода! — Я такого не говорил. Мия хмурится, уверенно делая шаг вперед. — Ты дал мне ключи, сказав, что я могу идти! Чонгук мрачно усмехается, наблюдая за тем, как девушка безуспешно пытается открыть дверь. Он смеется, понимая, что Мия действительно поверила, будто может вот так уйти. Ее безуспешные попытки оказаться снаружи лишь еще больше забавят. — Ты хотела получить ключи из моего кармана. Это они. Мужчина указывает пальцем, и Мия снова осматривает связку. Это точно эти ключи. Она помнит них. Все еще узнает каждую чертову деталь. — Только вот… — Чонгук склоняет голову, — как ты собираешься ключами от класса, гаража и еще нескольких комнат, открыть дверь от подвала? — Ч-что? — Я не обманывал тебя, — незаинтересованно пожимая плечами, Чонгук облокачивается на стену рядом. — Обещал дать именно эти ключи — и дал их. — Ты должен был предоставить мне ключи от выхода! Это было нашим угов-… — Что-что? — Чонгук резко двигается вперед, прикладывая руку к уху, делая вид, что не расслышал. — Не тебе говорить мне о том, в чем заключался наш уговор. По-хорошему я уже давно должен был его расторгнуть. — Ключи изначально не были от этой двери! — Тем не менее именно эту связку ты хотела вытащить у меня из кармана. Улыбка Чонгука становится только шире, когда Мия начинает высказывать все так быстро накопившееся от осознания, что она вот так легко позволила себя одурачить. Чонгуку это доставляет еще большее удовольствие. — Я тебя ненавижу! Мужчина подходит к Мии и кладет руку ей на плечо, слегка подталкивая к стене: — Опустись на пол, — твердо приказывает, и Мия выпускает из рук связку ключей. Ноги словно подкашиваются, девушка скользит по стене и опускается на твердую поверхность. Как-то ей нехорошо. — Я тебе кое-что скажу. Как только Мия замирает в рассуждениях, обхватывая колени, Чонгук продолжает: — Тебя не смутило то, что я так быстро и внезапно поймал тебя на попытке достать ключи из моего кармана? Мия смотрит на мужчину в замешательстве, чувствуя себя совершенно разбитой и напуганной. — Я была слишком занята мыслями о возможности выйти отсюда. Ухмыляясь, слегка удивленный такой реакцией, Чонгук пожимает плечами. Ему доставляет невероятное удовольствие видеть, как Мия пытается понять, что происходит. Немного откидываясь назад, приподнимаясь и глядя на девушку сверху вниз с любопытством, Чонгук продолжает разговор: — Так, так, так, — бесцеремонно подразнивает, — все идет не так, как я ожидал. Всегда весело играть с кем-то, кто так стремится к победе. Теперь он застывает на мгновение, раздумывая, продолжать ли играть с сознанием Мии или сразу перейти к чему-то более интересному. — Но сначала, — добавляет после недолгого колебания, — позволь мне тебе кое-что показать. Мужчина с силой поворачивает голову Мии, заставляя ее слегка напрячь шею, чтобы повернуться к камере, установленной на потолке. Чонгук молча смотрит, как Мия изо всех сил пытается поддерживать зрительный контакт и с ним, и с камерой, елозя на полу. — Она… Тут это всегда было? Медленно кивая, мужчина позволяет свободной руке блуждать по девичьему телу, выводя кончиками пальцев узоры на коже и крепко сжимая волосы. — Да, она была здесь с самого первого дня. Чонгук наклоняется ближе, чтобы прошептать девушке на ухо. — Внизу тоже установлены камеры. Пазл складывается? — замечая недоумение в глазах напротив, Чонгук вскидывает брови. — Я все это время наблюдал за тобой все свое свободное время. Слышал все, о чем ты рассуждала, в том числе и про ключи. Поэтому и смог своевременно среагировать. — Н-нет… — Да, дурочка. Медленно отпуская волосы Мии, позволяя ей перевести дыхание, Чонгук разочарованно выдыхает. — На самом деле, это довольно печально. Ты думала, что сможешь скрыть от меня свои мысли и эмоции. Но теперь я знаю о тебе все. Чонгук делает небольшой шаг назад, проводит пальцем по подбородку Мии. — В будущем следует быть осторожнее. А сейчас тебе не нужно беспокоиться о том, чтобы что-то скрывать от меня. Больше не надо притворяться. Мия дрожит, хотя ей даже не холодно. Она ощущает себя такой маленькой и слабой, что едва может логично и ясно соображать. — Прости… Мне так жаль… — Ключи, — Чонгук вытягивает руку, и Мия, секунду помедлив, протягивает мужчине звенящую связку. — Возвращайся к себе. Мужчина забирает вещь из дрожащих рук Мии, крутит ее и затем, не говоря ни слова, кладет в карман. Ожидая каких-либо признаков сопротивления или неповиновения, Чонгук внимательно рассматривает девушку, но ничего не происходит. Она остается совершенно покорной. — Что насчет ошейника? — Ты не открыла дверь, — отходя, чтобы дать девушке выйти на первую ступень лестницы вниз, Чонгук прочищает горло. — А мы договаривались, что я его снимаю при выполнении этого условия, верно?

* Некоторое время назад *

Стук ботинок по тротуару эхом разносится по пустой улице, пока Изабелла идет к дому, рядом с которым боится появляться до дрожи в коленях. Придется снова разговаривать с алкоголичкой. С матерью Мии, которая никого не видит кроме себя и бутылки под боком. Приближаясь к невысокому зданию, Изабелла теребит подол свитера, ощущая, как учащается сердцебиение. Дойдя до парадного крыльца, девушка на мгновение останавливается, прежде чем нажимает на кнопку дверного звонка. Нужно взять себя в руки. Все это ради собственного спокойствия. Почему Мия перестала ходить на учебу? В тот момент, когда дверь открывается, Изабеллу окутывает сильный запах алкоголя, исходящий от женщины, пошатывающейся в проеме. Ее неопрятный внешний вид и невнятная речь отталкивают, однако девушка лишь сжимает кулаки и стискивает зубы. Игнорируя все отвлекающие факторы, Изабелла стойко сохраняет самообладание. — Добрый вечер. Вы меня помните? Я подруга Мии, была здесь пару раз… Женщина смотрит на Изабеллу раскрасневшимися глазами. — Да? Чего ты хочешь? — ее голос хриплый, равновесие удерживается только благодаря находящейся рядом стене. Изабелла хмурится, стоит женщине хмыкнуть. Нервно облизывая губы, девушка, сохраняя нейтральное выражение лица, отвечает достаточно уверенно: — Надеюсь, вы не возражаете, что я здесь… Просто… Я беспокоюсь о вашей дочери. Мия не ходит на занятия уже некоторое время, не отвечает на мои сообщения и звонки. Я очень беспокоюсь. Можно мне поговорить с ней? Изабелла замолкает, пользуясь возможностью внимательно изучить чужое распухшее лицо. — Я понимаю, что у вас могут быть свои личные проблемы, но, пожалуйста, постарайтесь сосредоточиться на том, что я говорю и… — Ее нет дома. — Что? Перед продолжением диалога Изабелла поправляет растрепавшиеся волосы. — Что значит… И как давно? — Пиздец, понятия не имею. — Вы ее мать! Как можно не знать, где находится ваша собственная дочь? Голос женщины становится более серьезным. — Я же сказала тебе, что не знаю. Изабелла подходит ближе. — Ну, может быть, если бы ты не была постоянно пьяна, то смогла бы эффективно воспитывать своего ребенка и следить за ним! — фраза звучит неожиданно резко, но надавить на женщину — единственный способ получить хоть какую-то информацию. — Скажи мне, когда Мия в последний раз приходила домой. Женщина встает в защитную позу и кричит: — Отвали, тупая малолетка! Не имеешь никакого права меня осуждать! Если бы ты знала, как тяжело растить ребенка в одиночку, то никогда бы не сказала такого дерьма! Изабелла даже не вздрагивает, несмотря на нецензурную тираду. — Может быть, если бы ты не напивалась до усрачки каждый чертов день и не пренебрегала своими материнскими обязанностями, все сложилось бы по-другому, — девушка видит, как в глазах напротив вспыхивает гнев, но не собирается сдаваться вот так. Вместо этого она резким движением вырывает из рук женщины бутылку, чтобы зациклить внимание на себе хоть каким-то образом. — Похоже, ты даже и не думала протрезветь ни на секунду. — Ну ты и сука! — Ты… — вдох и выдох. Нужно успокоиться. — Вы не понимаете, что если ваша дочь не дома и не появлялась здесь уже какое-то время, то с ней наверняка что-то случилось. Прошу… Скажите, когда видели Мию в последний раз. Какое-то время вокруг не было слышно ничего, кроме ночных шумов. — Пошла ты нахуй. Открывая рот широко, женщина выхватывает бутылку водки из рук Изабеллы и швыряет ее через всю комнату. — Отвали! Я буду пить все, что захочу! И когда захочу! А эта неблагодарная шлюха пускай сюда даже не возвращается, видеть ее не желаю! Захлопывая дверь прямо перед лицом Изабеллы, женщина выкрикивает еще некоторое количество оскорблений, прежде чем девушку накрывает купол тишины, изредка прерываемой лишь звоном в ушах. Лбом прижимаясь к входной двери, Изабелла опускает внезапно отяжелевшие веки. Что теперь делать?

* Настоящее время *

В тусклом свете подвала Мия сидит одна, погруженная в мысли и воспоминания о событиях, произошедших за последние несколько часов. Периодически всхлипывая, испытывают глубокое чувство изоляции и одиночества, тоскуя хоть по какой-нибудь связи или человеческому взаимодействию, девушка старается не смотреть в сторону камер. Чонгук наверняка наблюдает. Раздавшейся по пространству звук приближающихся шагов становится причиной, по которой Мия подпрыгивает на матраце от неожиданности. Стоит только взглянуть, как тут же появляется знакомый силуэт мужчины с подносом. На нем стоят два стакана воды и тарелка с бутербродами. — Сегодня мы едим вместе? Мужчина ставит поднос на пол перед Мией, прежде чем садится рядом. После этого он молча показывает на тарелку, ожидая, что Мия приступит к еде как можно скорее. Протягивая стакан с водой девушке, Чонгук напрягается, как только она аккуратно забирает из его рук предмет посуды. Не моргая Чонгук смотрит за тем, как Мия осторожно делает глоток перед тем, как немного откусить от сэндвича. Чонгук сидит тихо еще минуту, подпирая голову рукой, расположенной на согнутой в колене ноге. — Я предположил, что ты, возможно, оценишь компанию сегодня. Иногда здесь может быть одиноко. — М-м… Ха… Чонгук аккуратно откладывает свой сэндвич и прислоняется спиной к стене позади, скрещивая ноги. — Я не собираюсь тебе лгать; находиться здесь, с тобой, было… Интересно для меня. И все еще интересно. Ты очаровательное создание, Мия. Девушка сжимает мягкий хлеб указательным и большим пальцами. — Я никогда раньше не встречал никого, похожего на тебя. Такая невинная и уязвимая, но каким-то образом умудряющаяся сохранять искру непокорности глубоко внутри. — Ты уже говорил что-то похоже. — Да? — Мия краем глаза замечает, как Чонгук меняет позу. — А то, что ошейник бьет током, я уже упомянул?