TEACHER'S PET

Мия, ничего не говоря, сидит на холодном полу. На ней тонкая майка и трусики, в которые Чонгук переодел ее, как только от простуды не осталось и следа. Три дня назад. Девичьи запястья скованы наручниками за спиной, а тугой ошейник на шее периодически мешает делать глубокие вдохи. Ошейник прикреплен к цепи, закрепленной на стене, из-за чего Мия не может отойти дальше, чем на метр от того места, где сейчас находится. Закатив глаза, Чонгук подходит к Мии и останавливается прямо перед ней. Он возвышался над девушкой, заставляя ее ощущать себя еще меньше и уязвимее. Взгляд скользит по девичьему телу, отмечая каждую деталь. — Знаешь что? Чон наклоняется и, схватив поводок, прикрепленный к ошейнику, резко тянет на себя. — Твоя сраная подруга меня сильно раздражает. С того самого дня, как обратилась в полицию. Кашлянув, Мия открывает рот, чтобы ответить, но из горла вырывается лишь тихий стон. Натянутый ошейник не позволяет ей издать какой-либо звук громче, чем этот. Чонгук мрачно усмехается попытке Мии заговорить, находя забавным все происходящее. Проведя кончиком языка по внутренней стороне щеки, Чон снова тянет поводок, притягивая девушку ближе, пока их лица не оказываются всего в нескольких сантиметрах друг от друга. — И сегодня утром полиция официально начала расследовать твое исчезновение. Немного помолчав, давая Мии осознать серьезность слов, Чонгук опускает веки на несколько секунд. — Я… У меня сейчас отвратительное настроение. Поэтому я хочу, чтобы ты молчала. Понятно? — Б-больно… Пока Мия старательно выговаривает каждую букву, улыбка Чонгука становится все шире. Ему нравится видеть, какую боль причиняют его действия, и это только усиливает желание пойти дальше, довести Мию до слез. — Это хорошо, принцесса. Ты же знаешь, как важно слушаться своего хозяина, — Чон наклоняется так близко, что его горячее дыхание начинает щекотать ухо Мии, и она вздрагивает. — Когда я говорю тебе что-то сделать, тебе лучше делать это без вопросов.

***

— Садись. Не дожидаясь ответа, Чон хватает одну из частей наручников, свисающих с запястья Мии, и защелкивает его, прикрепляя к спинке стула. — Завтра вся твоя группа пишет самостоятельную работу. И ты тоже будешь. На протяжении всей лекции Мия изо всех сил старается сохранять самообладание. Сочетание противного голоса Чонгука и прикованного к стулу запястья вызывает у нее постоянный дискомфорт. Грудь медленно вздымается и опускается. Несмотря на все свои усилия, девушка становится все более эмоциональной. По мере того как проходят минуты, тело ее начинает непроизвольно дрожать, а в уголках глаз скапливаются слезы. В итоге девушка не выдерживает и начинает безудержно рыдать. Звук ее плача наполняет комнату, и Чонгук тут же поворачивает голову, чтобы посмотреть на нее, все еще сохраняя спокойствие. — Почему ты такая слабая, Мия? Не можешь справиться с простой лекцией? — Сними наручники. Внезапная волна гнева захлестывает Чонгука, когда Мия обращается к нему с просьбой. Чувствуя желание отвесить девушке пощечину, он так и делает, что вынуждает Мию вскрикнуть и резко отвернуться. — Что я сказал по поводу твоего поведения? Так сложно понять, что у меня хуевое настроение? Громкий всхлип, спавший с губ, является единственным звуком, который Мия позволяет себе издать. — Теперь будешь вести себя прилично? — угрожающе указывая на девушку пальцем, Чонгук хмурится, — или мне оставить тебя в таком состоянии на весь день? Воспринимая отсутствие ответа как положительную реакцию, Чонгук возвращается к доске. Мия становится все более расстроенной, чувствуя себя как в физической, так и в эмоциональной ловушке из-за своего затруднительного положения. Все ее тело сотрясает дрожь, а слезы все никак не останавливаются. Как можно было влюбиться в этого человека…

* Некоторое время назад *

Чонгук нежно убирает несколько прядей волос с лица Мии, заглядывая глубоко в ее глаза с выражением, одновременно серьезным и нежным. Когда он начинает говорить, его голос звучит тихо: — Ха, если ты такая умная… Объясни концепцию квантования энергии в атоме и как она связана с волновой природой электронов. Мия смотрит на Чона с замешательством и любопытством, пытаясь осмыслить то, о чем он только что спросил. — Хм… Квантование энергии относится к тому факту, что электрон может занимать лишь определенные энергетические уровни внутри атома, и эти энергетические уровни связаны с различными орбиталями, на которых могут находиться электроны. И еще… Электроны могут существовать в разных облаках вероятности или волновых функциях в зависимости от того, на каком энергетическом уровне они находятся. — Ты уже начинаешь заговаривать мне язык. Я же объяснял это все более простыми словами, — Чонгук потирает лоб, покачивая головой. — Но в целом… Неплохо. — Ты же знаешь, что я очень хорошо разбираюсь в химии. Когда Мия заканчивает говорить, Чонгук откидывается на подушки позади, после чего тепло улыбается. — Знаешь, Мия… Должен признать, иногда я забываю, насколько ты невероятно умна, когда дело доходит до понимания таких сложных концепций, как эта. — Да, я такая, — Мия хихикает и перекидывает ногу через талию Чонгука. — Не кажется странным говорить про химию после секса? Чонгук усмехается, как только слышит хихиканье Мии, его рука сразу перемещается, чтобы слегка погладить девичье бедро. — Да как-то не очень. Во сколько ты собираешься уйти домой? — Не знаю. Мать наверняка даже не протрезвела еще. Сраная алкашка. Глаза Чонгука слегка прищуриваются, показывая, что он осознает болезненную реальность ситуации с матерью Мии. Он продолжает нежно поглаживать кожу девушки, даря ей чувство комфорта. — В таком случае, может быть, тебе лучше остаться здесь на ночь. Я мог бы включить для тебя фильм или какую-нибудь музыку — что угодно, лишь бы ты отвлеклась и хорошо отдохнула. К тому же… Я думаю, нам обоим сейчас нужно больше времени провести вместе. Мия кивает, обвивает руками мужскую шею и прижимается губами к его губам в быстром поцелуе. — Да… Звучит неплохо. Спасибо, что так заботишься обо мне. Ощутив повторное прикосновение губ Мии к своим, Чонгук притягивает ее еще ближе, углубляя поцелуй, а его рука поднимается, чтобы лечь на девичий затылок. Их языки переплетаются, и Мия еле слышно стонет, выгибаясь в пояснице. Тем временем другая рука Чона начинает свободно блуждать по телу девушки, выводя узоры. — Я ничего так не хочу, как защитить тебя от любого стресса в твоей жизни. Если тебе нужен кто-то, на кого можно положиться… Просто знай, что я всегда буду рядом. Позже тем же вечером негромкий звук телевизора, работающего на заднем плане, создает едва уловимый фоновый шум, в то время как из духовки доносится приятный аромат свежеиспеченного печенья. Чонгук поднимается с дивана, тянет за собой Мию, берет ее за руку и ведет на кухню. Вместе они осторожно вынимают противень с печеньем и ставят его на решетку для охлаждения. Теперь, когда духовка выключена, Чонгук отступает на шаг, давая Мии возможность прислониться к столу. — Вот так-то… Дадим им немного остыть, прежде чем попробуем, — указывает на печенье. — Что думаешь? Съедобное? Мия подходит к Чону и внимательно рассматривает выпечку. — Они выглядят потрясающе. Идеально золотисто-коричневые и пышные. Хочу уже попробовать одно. — Не остыли же… Но хорошо. Попробуй, однако будь аккуратнее. Покончив с первой порцией печенья, Мия и Чонгук садятся на диван и, прижавшись друг к другу, начинают просмотр какого-то исторического фильма. Мия кладет голову на плечо Чона, и он обнимает ее за талию, крепко прижимая к себе. Во время рекламных пауз они обмениваются шутливыми репликами, поддразнивая и шутя то над какими-то воспоминаниями, то над словами друг друга. И в этот момент никто другой не нужен.

* Настоящее время *

«А кто бы на моем месте не влюбился?» Чонгук крепко хватает Мию за руки и затаскивает ее в ванну, погружая в воду до тех пор, пока она не покрывает ее грудь. — А теперь не двигайся, — зло произносит Чонгук, намыливая девичью голову, распутывая локоны аккуратными движениями. — Вставай. Натирая кожу шеи до красных пятен, Чонгук потом переходит к плечам, груди и животу. Спускаясь к лодыжкам, Чон вздыхает, стараясь делать это тщательно, но быстро. — Можно задать вопрос? Чонгук на мгновение замирает, глядя на Мию с мрачным выражением на лице. — Спрашивай. — Когда ты снимешь с меня ошейник? Хватка на руке Мии усиливается, заставляя ее вздрогнуть. — Когда мне захочется. Без предупреждения Чонгук хватает за ошейник и с силой дергает его. — Ты должна быть благодарна, что я вообще позволяю тебе принять полноценную ванну. — Я знаю. Извини. Чонгук игнорирует извинения и возвращается к мытью тела, уделяя особое внимание местам, где присутствуют следы от веревки или содрана кожа из-за наручников. Его движения быстрые, он сильно давит, следя за тем, чтобы каждый дюйм девичьего тела был чистым. Теплая вода из мочалки льется на кожу, оставляя на ней крошечные пузырьки. Закончив мыть спереди, Чонгук разворачивает Мию так, чтобы она была повернута к нему спиной, и смывает моющее средство с ее волос. — Глаза закрой. Шампунь и мыло смываются окончательно через несколько минут. Как только уровень воды начал снижаться после вытащенной пробки, Чонгук помогает Мии вылезти, поддерживая ее одной рукой. Полотенце плотное и мягкое, Чон не торопится, вытирая девушку. В комнате после принятия ванны душновато. Мия пошатывается. Стоит только телу девушки стать полностью сухим, Чонгук осторожно оборачивает полотенце вокруг него. На кухне Чонгук готовит простое блюдо из куриных грудок-гриль и тушеных овощей. После того как они оба заканчивают ужинать, Чон быстро моет посуду и грубо хватает девушку за руку, заставляя ее подняться со стула. — Ч-что? Мы идем не в подвал? Войдя в комнату, Мия тут же осматривается и осознает, что находится в уютном помещении, обставленном новой мебелью. Рядом с одной из стен стоит удобная на вид кровать с мягким матрасом и аккуратно разложенными подушками, а также несколько полок, заполненных книгами и безделушками. Большое окно, находящееся прямо перед спальным местом, наверняка закрыто. — Почему мы здесь? — Ты забыла уже? Это твоя комната новая. — Но разве… Разве ты не планировал держать меня в подвале дольше? Чонгук улыбается, замечая растерянность на лице Мии, чувствуя странную смесь удовлетворения и беспокойства, наблюдая, как она пытается осмыслить неожиданную перемену. — Да, изначально я намеревался продержать тебя там подольше, — кивает, — но, увидев, как хорошо ты ведешь себя в последнее время, я решил перевести тебя сюда. Ну да, иногда ты все-таки пререкаешься, но… Это намного лучше. По сравнению с тем, что было с самого начала. Кусая губу, Чон обводит рукой комнату, подчеркивая, насколько уютной и располагающей она является по сравнению с холодным подвалом. Более тщательно осматривая пространство, Мия сглатывает, подмечая детали широко раскрытыми глазами с растущим недоверием. Когда она вновь оглядывается на Чонгука, сразу ощущает прилив противоречивых эмоций — благодарность за лучшее обращение, но и неуверенность в том, что может произойти дальше в этой непредсказуемой ситуации. — С-спасибо? — Пожалуйста. Прежде чем развернуться на пятках в сторону двери, Чонгук решает осведомить Мию о других важных вещах. — Дверь всегда будет закрыто, как и окно. То, что я тебя сюда переместил, ничего не меняет между нами. Ты все еще слушаешь и делаешь то, что я говорю. Перебирая пальцы, Мия отводит взгляд. — Ладно. Сейчас нельзя спорить и огрызаться. Потерять возможность находиться вне подвала будет самой глупой ошибкой. — Я отправлю тебя вниз, если вернешься к тому, чтобы открывать свой рот, когда не следует, — предупреждающе щурясь, Чонгук дожидается тихого «я поняла» от Мии и делает глубокий вдох. — Принесу тебе одежду. Первым делом после выхода Чонгука из комнаты Мия усаживается на край кровати и почти сразу ахает от удивления. Такая мягкая, матрац моментально проваливается под ее весом. Проводя ладонью по приятному на ощупь постельному белью, девушка шумно выдыхает и опускает веки. Бдительность терять нельзя. Чонгук все еще является опасным.