Сказание о марионетке

Комната повисла в тишине. Никто не решался что-то предпринять. Аластор все еще лежал на коленях, слишком расслабленно для того, кому только что хотели перерезать горло. Его дыхание было ровным. Сецилия сидела, смотря в пустоту. Аластор приподнялся и сел сбоку, закидывая руки за голову. - Знаешь, - произнес он наконец, лениво. - Ты каждый раз доходишь до самого края… и всегда делаешь шаг назад. Сицилия не ответила, но понимала про что он. Ножницы все еще были у нее в руке. Она чувствовала холод от них, напоминая ей, что все не сон. - Ты злишься, - продолжал он. - По-настоящему. Но как только злость начинает что-то значить… ты останавливаешься. Он повернул голову, глядя на нее, предвкушая, как сейчас польются оправдания. - Я не останавливаюсь, - тихо сказала Сицилия. - Не правда. - спокойно ответил он. – ты подавляешь свои истинные эмоции. Она сжала пальцы. - Я сопротивлялась тебе. Я отказывалась. Я орала. Я швырялась в тебя всем, что попадалось под руку, ты это называешь подавлением эмоций? - И все равно пришла, - мягко напомнил он. - И все равно слушала. И все равно каждый раз оставалась, игнорируя свои эмоции. Сецилия раздражительно фыркнула. - Конечно пришла, я же твоя кукла. Аластор широко улыбнулся. - Хорошо, давай вспомним самое начало, твое прибытие в отель. Я был твоей опасностью, но ты не убежала. Она резко вскинула голову, будто у нее в запасе достойный аргумент. - Моя единственная защита была Чарли. Лишь она могла на тебя повлиять. Аластор искренне рассмеялся. - Дорогая, напомни, что она мне тогда сказала? Не обижать и не подчинять? Я все это нарушил. Если я не ошибаюсь, ты даже не пришла к ней, не пожаловалась на меня... Она вообще как-то участвовала? Сецилия раздражительно сжала губы. У Аластора все ответы наперед. Радио-демон глянул на нее и аккуратно заправил ее волосы за ухо, чтобы лучше разглядеть ее эмоции. - Дальше, листовки, Чарли тебя попросила сходить в город и развесить их, из-за непредвиденных обстоятельств тебе пришлось идти со мной. Ты же не хотела этого, но все равно послушно пошла. Сецилия открыла рот и закрыла, а Аластор мелодично продолжал. - Кладовая, я на тебя, скажем так, давил, но ты продолжала убираться. - А что я могла сделать? Аластор посмотрел на нее спокойно. - Ты могла спокойно уйти, только не говори мне, что дверь была закрытой. Сецилия снова фыркнула. - Меня попросила Чарли. - Ох, дорогая, да у тебя на все есть причины. Давай вспомним момент с пощечиной, всплеск эмоций, зернышко начало прорастать, к которому я так упорно шел, но что ты сделала потом? Не как нормальный человек, ушла, выгнала, начала орать. Ты продолжила разговор. - Я.. не хотела усугублять. Хрипло ответила кукла. - Нет. – Возразил он. – Ты перезагрузилась. Сецилия злостно откинулась на спинку кровати, она даже не заметила, как была близко к демону, в попытках выиграть спор. Но тело сдавало сбой из-за злости, ее все очень раздражало, особенно, что он прав. Он вечно все знал: как сказать, как задеть, как управлять. Каждый раз, когда кажется, что ты обманула его систему, приходит к тому, что он сам тебя подвел к этому. Сецилия встречала многих людей в аду, видела самые темные тайны, самые гнилые желания, но тот, кто сейчас перед ней непринужденно сидит, не похож ни на кого из них. Аластор – самый что ни на есть психопат. - Ненавижу – Вырвалось у нее из рта. - Прекрасно. – Улыбаясь, сказал Аластор, будто сейчас выиграл приз. - Любая эмоция это уже результат. Пусть она будет долгой и яркой, чтобы она двигала тобой. Когда ты, скажем так, проглатываешь их, ты неполноценная, и ты даже представить себе не можешь, как это видно. Но тогда, с тем демоном ты дала волю эмоциям, ты сделала то, что хотела, и это то, что мне нужно. Не кукла, которая боится своих сил, а настоящая личность с невероятными способностями. Аластор привстал и повернулся корпусом к Сецилии, смотря в глаза. - Так что люби меня. Ненавидь меня. Восхищайся. Мне без разницы. Я все переживу. Только пойми, что я единственный кто не хочет тебя переделать, что-то запретить. Ведь я понимаю, что человек не перестанет этого хотеть. Так что, милая, еще спасибо скажешь. - Любое твое слово - обман. - прошипела кукла. - Да, можешь не доверять. Это тоже в каком-то смысле эмоция.