Весенний семестр

      Март встретил тёплыми лучами солнца. Снег начинал потихоньку таять, но тут же выпадал снова. Температура воздуха напоминала собой такой привычный и любимый электротехниками за простоту спектра синус или косинус. Ночью был или плюс, или минус, или ноль. Метеозависимым людям (а это было, по скромным подсчётам, процентов сорок от преподавательского состава кафедры электротехники) можно было только посочувствовать.       Чем, собственно, Александр и занимался. Закатывал глаза на очередные ворчания Ростислава, но в ответ не ворчал. Хотя очень хотелось. Знал, что у доцента очень болит голова, и не хотел добавлять к головной боли от магнитных бурь ещё и головную боль от переживаний.       — И чего ты молчишь? Наворчи тоже что-нибудь. Молчать не надо, — ворчал Ростислав, когда Александр снова молча принимал его монолог.       — Ростик, мне нечего тебе ответить. Попей чай с ромашкой, проветрись на улице и начинай нормально спать ночью. Достаточно? — тяжело вздыхал Александр.       — Другое дело! — подметил Ростислав. — Так вот, я говорю, эти сволочи…       Ростислав снова ругался. Поводом для его ругани могло стать всё, что угодно. Сегодня под раздачу попали работники транспорта. Из-за внезапных сбоев в расписании доцент опоздал на занятие на целых десять минут. Конечно, он мог опоздать на пару, даже находясь в университете. И опоздать больше, чем на десять минут. Но Ростислав без ворчаний — это не Ростислав. Это фикция. Любой другой человек. Но не молодой доцент-электротехник.       — Ну подожди, они не очень хорошие люди. Да и сбои везде бывают. Обычно же предупреждают, если ремонт на дорогах.       — Нет, Саша. Эти уроды сознательно пустили транспорт в будний день по расписанию выходного. В итоге полрайона в толпе ехало. Нельзя так безответственно относиться к своей работе, — проворчал Ростислав. Тяжело вздохнул, пальцами растёр глаза. — Мне кажется, или я стал хуже видеть…       — Это у тебя от переработок, — сказал Александр. — Глазам просто некогда расслабляться, ты постоянно что-то читаешь или пишешь.       — Я хотел статью сдать, в итоге написал какую-то чушь, что самому стыдно, — Ростислав зажмурился.       — Потому что отдыхать надо. А не выжимать из себя последнее, как зубную пасту из явно закончившегося тюбика, — продолжал Александр. — Ты, кстати, купил зубную пасту?       — Купил, — кивнул Ростислав.       — Вот. Кстати, нам надо придумать поздравление кафедральным женщинам. В частности, твоим двум коллегам по статьям, — вспомнил ассистент.       — Алису и Фаю мы в театр хотели позвать, надо спросить, что они хотели бы посмотреть. Ну и сами за компанию сходим. Если это, конечно, не какой-то стрёмный концерт в честь Восьмого марта, — ответил доцент.       — Я думаю, им такое неинтересно. Можем на современный балет сходить. Там в театре как раз ложи на четверых, а не на восьмерых или шестерых, — придумал Александр.       — Отлично. Осталось предложить. Если нет, то сами сходим, — согласился Ростислав. — А остальные чего?       — Ну, там нас спасут деды, другие ассистенты и гулящие доценты, которые постоянно фыркают на любое проявление чего-то ненормального, как они считают. Должна же быть хоть какая-то польза от этих чудиков, — ответил Александр.       — Должна, — кивнул Ростислав. — А где наша кошка?       — Наша кошка уже спит, пока кое-какие люди домой возвращаются под ночь, — усмехнулся Александр. — Пойдём спать, Ростик. Завтра пары с утра.       — Это у тебя пары с утра, я часам к двенадцати пойду бумажками своими заниматься, — улыбнулся Ростислав.       — Значит, разговоры с девчатами оставляю на тебя, — решил Александр. — Раз ты их всё равно увидишь.       Ростислав и правда чаще видел аспиранток, чем Александр. Почти каждый день встречал их в лаборатории. Сам занимался своими исследованиями, иногда помогал Алисе с Фаиной получше сформулировать мысль в черновике статьи или в введении диссертации.       — Какие у вас планы на восьмое? — поинтересовался Ростислав во время перерыва на чай.       — Учёба, работа, а что ещё? — пожала плечами Фаина.       — Да, в этом семестре по две группы дали, много заданий, — вздохнула Алиса. — А что?       — Мы с Сашей хотим пригласить вас в театр. На современный балет или на оперу. На что именно — решать вам. Если хотите сходить вдвоём, тоже не вопрос, подарим вам билеты, — сказал Ростислав.       Аспирантки замолчали, переглянулись.       — Балет звучит круто. Давно не была в этом театре. А Фая уж тем более не была, — оживилась Алиса.       — Да я и балет никогда не смотрела вживую, только по телевизору, — добавила Фаина.       — Вот, мы эту постановку выбрали предварительно. Как раз восьмого числа, вечером, — Ростислав нашёл в телефоне афишу спектакля, показал её коллегам.       — Мы согласны. Тем более, осенью же ещё обсуждали, что как-то надо нам задружиться, — бодро продолжала Фаина.       — Интересно даже в вашей компании сходить. Казалось, вы равнодушные к искусству люди, — усмехнулась Алиса.       — Это вы с нами в музее не были четырнадцатого, — улыбнулся Ростислав. — Каждую картину по полчаса рассматривали.       — Ну, надо же мозг разгрузить. А то у обоих одни формулы в голове, — посмеялась Фаина.       Ростислав кивнул в ответ.       — Значит, пойдём с Сашей выкупать билеты. Если что, ещё напишем, — сказал он.       — Здравствуйте, господа и дамы-учёные! — в лабораторию ворвался и Александр. В руках держал какой-то пластиковый контейнер.       — Господи… — вздохнул Ростислав. Сам вздрогнул, едва дверь скрипнула.       — Можно просто «Саша», — посмеялся Александр. — Я тебе тортик принёс из буфета, последний угнал, а ты опять на меня ворчишь.       — Ты меня напугал, — неловко засмеялся Ростислав.       — Да, мы тебя не ожидали здесь увидеть, — улыбнулась Алиса.       — Ростик всё сказал или мне ещё надо что-то добавить? — поинтересовался Александр у аспиранток.       — Всё сказал, мы согласны, — кивнула Фаина.       — А какие вам цветы нравятся? — поинтересовался Александр. — Побудем джентльменами немножко, в такой-то день.       — Вы и так такие вежливые и обходительные, куда уж ещё, — посмеялась Фаина. — Ну, мне розы нравятся.       — Хризантемы… — неловко улыбнулась Алиса.       — Ростик, не забудь, что мы ещё должны сходить в цветочный магазин, — Александр наконец вручил Ростиславу упаковку с кусочком торта и пластмассовую вилку.       — Ты тоже, Саша, не забудь. И сегодня нам надо билеты купить, — ответил Ростислав. — Спасибо за торт.       — Ну всё, осталось только послезавтра со стыда не помереть от поздравлений руководства, — посмеялся Александр.       — А что, там эти излюбленные байки про украшение коллектива? — поинтересовалась Алиса.       — Да. Ростик глаза закатывает, как только слышит, — Александр глянул на Ростислава, тихо поедавшего торт маленькими кусочками.       Ростислав кивнул в знак согласия. Никогда не разговаривал с набитым ртом. Однако всё равно подавился какой-то маленькой коварной крошкой.       — Вот. Эти поздравления только такую реакцию и вызывают, — сказал Александр.       — В прошлом году всё же лучше было. Может, ассистентки как-то повлияли, — возразил Ростислав, едва прокашлялся.       — Про украшения не было, но тебе всё равно не понравилось, — спорил Александр.       — Потому что заведующая ляпнула про слабый пол! — возмутился Ростислав.       — Редко можно встретить человека, которого такое возмущает, — сказала Фаина. — Может, в этом году будет ещё лучше поздравление.       — Не будем загадывать наперёд, — заключил Ростислав. Бросил упаковку из-под торта в мусорку.       — Ладно, я побежал на лабы. Тебя когда дома ждать? — поинтересовался ассистент напоследок.       — Вот пары закончишь, заберёшь меня отсюда, — посмеялся доцент.       — Отлично, в кои-то веки пойдём домой вместе, — Александр пожал руку Ростиславу и вышел из аудитории.

***

      Восьмое марта пришло быстро. И даже поздравления днём ранее на кафедре с горами тюльпанов никак не дали осознать, что праздник так близко. В этом году поздравления не содержали никаких штампов про украшение коллектива и слабый пол, что, конечно, очень обрадовало ассистенток, аспиранток, доценток и почтенных женщин-профессоров. Судя по их искренним улыбкам, они тоже были рады услышать, что их вклад в науку важен и они сами важны как личности, а не как забытые в вазе цветы в серой мрачной комнате.       Но дискуссии о том, как праздновать Восьмое марта, можно было вести вечно. И никто не дал бы правильного ответа, кроме самих виновниц торжества. Это их день, и это им решать, как они хотят его провести.       Ростислав с Александром повели своих коллег, двух ассистенток-аспиранток Алису и Фаину, в театр на балет. Как и ожидалось, весь этот небольшой театр был полностью заполнен людьми. Все билеты были проданы.       — Наша ложа вот в том конце. Оттуда должно быть хорошо видно сцену, — Ростислав кивком показал в нужную сторону. — Кстати, цветы, — подставил Александру раскрытую ладонь, чтобы тот вручил ему один из букетов.       Александр вручил ему первый попавшийся букет. Белые хризантемы. Ростислав вручил его Алисе. Сам Александр вручил розы Фаине.       — Спасибо большое, — улыбнулась Алиса.       — Спасибо, — улыбнулась Фаина.       — Предлагаю в антракте сходить в буфет за шампанским, — сказал Александр. — Пока Ростик не наворчал, что я детей спаиваю.       — Где тут дети? Нам по двадцать четыре года! — смеясь, возмутилась Фаина, поправив подол платья.       — Одному тридцать один, другому — тридцать шесть. Да, Фая, мы для них дети, — посмеялась Алиса.       — Саша опять жёлтой прессы начитался, где пары с огромной разницей в возрасте, — усмехнулся Ростислав. — Вообще, я поддерживаю идею, если никто не против. Можно ведь и кофе попить, не обязательно шампанское.       — Ой, подумаешь, почитал какую-то скандальную статью, — Александр чуть толкнул Ростислава в бок. — Это я тут самый старый, получается, раз о возрасте заговорили.       — Самый опытный, — добавила Фаина. — А вообще, в буфет можно и сейчас сходить. Потом ничего не останется.       Вчетвером пошли в сторону буфета. До начала спектакля было предостаточно времени, и потому все пришедшие гордо выстроились в очередь за чем-нибудь очень дорогим, но вкусным. Ростислав с Александром взяли каждому по бокалу шампанского и ещё два кусочка торта. Отнесли всё на маленьком подносе к занятому девушками столу.       — Поднимаю тост за женщин! — гордо заявил Александр.       — За ваш вклад в науку и общество, — скромно добавил Ростислав.       — Какие у нас очаровательные мужчины на кафедре, — усмехнулась Фаина. — А то у меня в семье всё верят в сильную руку мужчины и слабость женщины… Приятно встретить что-то другое и более близкое душе.       — Приятно видеть, когда эти слова идут от души, и что людям, которые их говорят, не стыдно за это. А то как только не упрекают за поддержку и сочувствие, — добавила Алиса. — Ну, не будем о плохом. Я очень рада, что всё же поменяла в магистратуре мнение о вас обоих. Как будто заново познакомилась.       — На равных же общение пошло. А не с позиции, где ты слабее, — заметил Александр. — Хотя, чем я тебе помог? Только Ростика искать по всей кафедре и бумажки ему передавать.       — Но это ведь тоже помощь. Хотя, честно признаюсь, ты тогда был последним человеком, которому я что-то могла доверить, — усмехнулась Алиса. — Но на глаза чаще попадался, чем вся остальная кафедра.       — Я вообще плохо помню тот период своей жизни. Первый год в новой должности и какая-то ерунда с отношениями, как обычно, — сказал Ростислав.       — Я тебя к черту была готова посылать каждый раз, когда ты неловко мне сообщал, что мне стоит немного переформулировать мысль, — рассмеялась Алиса. — Фая бы не выдержала, если бы я её посылала, но она и с другими доцентами статьи писала.       — Меня решили познакомить сначала со своей кафедрой, а потом плавно перетянули к вам, сказав, что с Алисой мы хорошо сработаемся вместе, — добавила Фаина.       — Ну, то, что Ростик — монстр, это мы все знали, — посмеялся Александр. — А то, что я чёрт, я слышу впервые.       — Наши одногруппники так и сказали про вас: бука и голубоглазый мерзавец, — смеясь, продолжала Алиса. — Если б я сказала себе из прошлого, как изменятся наши отношения, то она бы точно взорвалась от злости.       — Ну какой я монстр? — чуть обиженно протянул Ростислав, глянув на Александра. — Насчёт буки соглашусь, а насчёт монстра поспорил бы.       — Твои студенты ноют больше всех, — смеялся Александр.       — Твои ноют не меньше, — возразил Ростислав.       — Парни, душно. Очень, — вмешалась Фаина.       — Люди расходиться начали, скоро уже первый звонок будет, — Ростислав глянул на часы на руке Александра. — Надо бы нам тоже уже закругляться.       — В антракте вы нас должны сфотографировать. По отдельности, друг с другом и с вами, — напомнила Фаина.       — С нами? — удивился Ростислав.       — Не отнекивайтесь, надо вас тоже запечатлеть таких красивых, — добавила Фаина. — Всё, пойдёмте в зал.

***

      Ложа и правда была маленькой. Меньше, чем в обычном театре. Было всего четыре кресла, в то время как во всех знаменитых театрах их было по шесть и больше. Ростислав занял второй ряд, чтобы никому не загораживать сцену своей спиной. Рядом с ним сел и Александр. Девушек решили пустить на первый ряд, чтобы им не пришлось выглядывать из-за их спин в попытках разглядеть что-нибудь.       Никто не купил либретто. А краткий пересказ сюжета с афиши помнил только Александр, как человек с фотографической памятью. Вот ассистент и сидел довольный, понимая каждое движение танцоров на сцене и каждую декорацию.       — Смотри, женщина или балерина, — шепнул Александр, показав на артистку балета в ярко-красном берете.       Ростислав приподнял бровь в недоумении. Помолчал, обдумывая фразу Александра. Затем зажал рот рукой, чтобы не расхохотаться, пока оркестр играл пиано, а в зале было слышно каждый шорох и каждый чих.       — Мужчина определяется делом, а не словом, — посмеиваясь, ответил ему Ростислав.       — Ну вот она сейчас и покажет это своему партнёру, — закивал Александр. Сам улыбался до ушей, был рад, что Ростислав понял шутку, основанную на старом забавном видео-интервью.       Первое действие закончилось на драматичной ноте. Балерины в ярких пачках мелькали то на одном, то на другом краю сцены. Музыка была то тихой, то громкой.       — Надо в следующий раз на классический балет сходить. Чтобы было, с чем сравнить, — сказал Александр, когда все вышли из зала прогуляться.       — А что вас обоих так рассмешило в начале? — поинтересовалась Фаина.       — Старый мем вспомнили, и всё впечатление от эпизода этим перебили, — ответил Ростислав.       — Я боялся, что Ростик не вспомнит, и я буду один как дурачок смеяться, — улыбнулся Александр. — Вообще от него ничего такого не слышно обычно, я иногда сомневаюсь, что это он младше.       — Вспомнил же, — усмехнулся Ростислав.       — Я вообще впервые на балете, и мне всё очень нравится, — сказала Фаина. — Ещё и чувствую себя светской львицей, с веером, в платье, — девушка, шутя, взмахнула веером.       — Ну, ты львица, а я кто? — улыбнулась Алиса. Сама контрастировала с Фаиной. Если у Фаины было тёмно-зелёное платье без рукавов с юбкой до колена, то Алиса была в светло-сером платье с юбкой чуть ниже колена и с ажурными рукавами.       — И ты львица, — Фаина похлопала её по плечу. — О, вон там огромная фотография с одного из спектаклей, давайте вот там и сфотографируемся. Держи, у тебя самые прямые руки, — телефон вручили Ростиславу.       Доцент лишь пожал плечами. Но аспиранток сфотографировал. Потом встали все вместе и сделали селфи. И аспирантки сфотографировали ассистента и доцента. После вернулись в зал, ждать начала второго действия.

***

      — Я в восторге. Саш, спасибо. Ростиславу тоже спасибо, — сказала Фаина, когда все вчетвером стояли в очереди в гардероб.       — Всегда пожалуйста, — кивнул Ростислав.       — Надо нам вас тоже вытащить на какой-нибудь праздник, — добавила Алиса. — Двадцать третье февраля вы не празднуете, как мы поняли.       — Я военную кафедру заканчивал, Ростик честно трудился и трудится на благо науки. Нет, не наш это праздник. Мы брезгуем. День мужчин в ноябре, вот это понимаю, — ответил Александр.       — Ну, если нас не выпрут из аспирантуры, то ждите осени, — посмеялись аспирантки.       После театра прогулялись в сторону остановки. Александр строго наказал Алисе с Фаиной сообщить ему, когда они вдвоём доберутся до дома. Ростислав усилил эффект просьбы серьёзным взглядом из-за очков. И на этом разъехались в разные стороны.       — Который час? — поинтересовался Ростислав.       — Всего лишь семь вечера, — Александр глянул на часы. — Но вечер, тем не менее, тёмный. А что?       — Думал заехать к чьим-нибудь родителям с тортиком и цветами. Только не знаю, давно ли я готов на такие внезапности, — ответил Ростислав.       — Поедем к Ирине. До неё ближе всего, — посмеялся Александр. — Послушаешь жалобы на бывших, чтобы я тебе их не пересказывал.       — Значит, едем к твоей сестре. Только ты ей позвони сначала, вдруг она с подругами празднует, а ты такой решил забежать, — улыбнулся Ростислав.