"Ты не представляешь себе, как он мне надоел"

Длинная фигура в клетчатом костюме не по размеру около секунды еще стояла на краю с обратной стороны забора, но стоило Николаю моргнуть, от фигуры не осталось и следа. В этот момент Анисимов не думал ни о чем. Он просто оставил на столе деньги за пиво и вылетел на улицу, словно ужаленный. Страх и паника не давали ему сделать и вдоха, колени тряслись и ощущение времени у шатена пропало, кровью пульсируя висках. Это волнение и ужас трудно было передать словами. В момент все замерло, машины, люди, голоса. Он еще не до конца был уверен в том, что та фигура была ему знакома, но в глубине души что-то подсказало ему, что там у реки был никто иной, как Фагот. Заворачивая за угол и находя то самое место, Коля наконец позволил себе закричать, пулей подскакивая к забору. -Фагот! Фагот, отзовись! На поверхности воды мокла серенькая кепочка Коровьева. Не дожидаясь ответа, Анисимов трясущимися руками сдернул с себя рубашку и нырнул следом в реку, почти сразу цепляясь за худую руку беловолосого. Откуда точно он знал, как спасать тонущего человека он не помнил, да и, был ли Фагот человеком? Да и было ли это сейчас важно? Держась за тощую жесткую руку, Коля силой вытащил Коровьева из холодной воды, и когда они оба оказались на берегу, Коля с облегчением вздохнул, позволяя себе расслабиться. -Фагот, вы меня слышите? -Слышу. -А зачем топились? -Не скажу. Голубые глаза Фагота чуть мерцали от подступающих слез и уличного света, а и без того тугой костюм теперь еще сильнее прилегал к телу, став на пару тонов темнее и на пару кило тяжелее. -Фагот, я бы очень сильно хотел вам помочь. Вы насквозь промокли, а на дворе уже второй час ночи. Почему вы на улице так поздно, да еще и один? Запах хмеля от недавно выпитого пива согревал как самого Колю, так и Фагота, теперь сидящего подле него. Вся его душа была разбита на тысячи тысяч осколков, и от этого он уже не был так приветлив и счастлив -Да ведь я сам не маленький, и знаю, когда мне домой возвращаться. -А есть куда? Замолчав, Коровьев положил свою мокрую голову на не менее мокрое плечо шатена и всхлипнул. Плакал Фагот так странно и неказисто, что кажется, он делал это если не впервые, то точно раз во второй или третий за всю свою жизнь, прошу заметить, отнюдь не короткую -Я все же настаиваю на том, чтоб мы с вами удалились в мою квартиру, любезный Фагот, а там уже решили, что делать, — произнес Коля и на его лице появилась ободряющая улыбка. -А как же Мастер? Ему я мешать не буду? -Главное, чтоб он нам не мешал. Коля поднялся с асфальта и подал руку Фаготу, а тот в свою очередь, прикрыл голый торс Анисимова своим пиджаком. В отличии от Фагота, пиджак шатену был очень даже по размеру, пусть даже чуть не сходился в плечах. -И что же, Мастер вас оставил? -Можно и так сказать, -Коля взял Фагота за руку, медленно перебирая ноги, то и дело стряхивая с волос и лица холодные капли Москвы реки, -У него появилась другой… Тут лицо Коровьева выразило такое глубочайшее сочувствие и недоумение, что можно было ожидать, что он тут час же расплачется, но этого не случилось -Как другой?! , -голос Фагота поднялся с еле слышного баса до сопрано, -После всего, что было между вами?! Как его имя?! Скажите, я тотчас же выдерну ему все волосы, оставлю лысым и больным! -Ох, Фагот. Имя ему алкоголизм и сущность его необъятная и непостижимая. -Алкоголизм? -Он самый. Отвечать что-либо было не уместно, поэтому оставшийся путь они прошли молча, но каждый думал о своем. Заходя в квартирку Коли, Фагот подметил, что шатен тут не жил уже давно: на основательных подоконниках гордо и уверенно лежала пыль, несколько тараканов мгновенно скрылись в щели под лампой, а бюст Пушкина как-то очень тоскливо и удручающе смотрел в сторону двери и лишь мельком осуждающе поглядывал на мокрого и мятого Фагота -Можете снимать одежду, а я пока чайник поставлю. Вешайте сушить на батарею. Фагот вышел в ванную комнату и оттуда послышался шум падающей одежды. Монотонно заваривая чай в старенькой, еще дореволюционной чашечке, шатен задержал взгляд на диване. Диван имеет свойство раскладываться, но даже с учётом этого, диван был единственным спальным местом.