Между надеждой и страхом

Где бы ты ни жила сейчас, где бы ты ни блуждала, Я хочу пересечь это расстояние между нами. Теперь я дрейфую над глубокими океанами, Прилив не заберёт меня обратно, И в эти отчаянные ночи я буду звать тебя снова и снова. (Peter Bradley Adams — Between Us)

      Той ночью Гермиона так и не смогла уснуть. Мысли витали вокруг Северуса, который, вероятно, сидел в комнате, исцеляя свою душу. Наверное. Ведь ему пришлось кого-то убить, он снова разорвал себя на части и теперь должен был найти способ исцелиться — снова.       Интересно, а что происходит с душой, когда её несколько раз разрывают, а потом склеивают обратно? Остаются ли после этого шрамы? Скорее всего. Но… что это значило? Мог ли Северус их как-то ощущать? Держа в руках обе монеты, Гермиона потёрла одну из них и почувствовала, как другая отозвалась теплом. Теперь расстояние между ними стало ещё больше, чем в первые дни в Скарборо.       Неужели это всё? Конец? Неужели он больше никогда не приблизится к ней — после того, как она так опрометчиво переступила допустимые границы? Зачем она вообще послушалась Гарри? Гермиона ведь знала: если что-то случится, он всегда её позовёт.       Несколько раз за ночь девушка срывалась и плакала, тихо-тихо, чтобы не разбудить Джинни. К счастью, завтра она уже вернётся в гриффиндорскую башню. Гермиона уже порядком устала от постоянного общения и хотела поскорее вернуться в спокойное одиночество. Девушка горько, почти беззвучно фыркнула. Она ведь так ждала приезда своей подруги… А теперь?       Она скользнула в ванную комнату на рассвете и наложила на себя гламурные чары, чтобы никто и не подумал, что Гермиона провела бессонную, полную слёз ночь. В карман убрала две монеты, чтобы при удобном случае вернуть Северусу его экземпляр. И надо же ей было всё испортить…       После завтрака она помогла Джинни с переездом в башню Гриффиндора, и, договорившись встретиться за ланчем, Гермиона оставила её распаковывать вещи.       За портретным проёмом она столкнулась с профессором МакГонагалл.       — Мисс Грейнджер, — серьёзно проговорила она, поджав губы.       — Профессор?       Глава факультета оглянулась и потянула Гермиону по коридору вперёд.       — Мисс Грейнджер, вы знаете, где ваши родители?       Сердце дрогнуло.       — Родители? — повторила она слабым голосом. У её родителей… был Северус… Нет! Нет, нет, нет…       — Мисс Грейнджер! — резко отчеканила МакГонагалл.       — Эм-м… — она судорожно потёрла лоб. Думай! Где её родители? Сегодня первое сентября, и, если бы Гермиона провела летние каникулы с ними, они сейчас находились бы вместе с ней на вокзале.       Но нет. Она не осталась с родителями до конца каникул. Не в этом году. Гермиона должна была приехать в Нору на день рождения Гарри, потому что…       Её родители планировали навестить друзей в Австралии. Они с нетерпением ждали своего отпуска в пять недель. Девушка подняла взгляд.       — Австралия, — сказала она, и в уголках её глаз заблестели слёзы. — Они в отпуске, в Австралии. Ну, они хотели туда поехать… — Гермиона сглотнула. — Профессор, что с моими родителями? — едва слышным шёпотом.       МакГонагалл облегчённо вздохнула и качнула головой.       — Ничего, мисс Грейнджер. Всё в порядке. Вы знаете, как с ними связаться?       — Да, у меня есть… их номер телефона. Но зачем? Пожалуйста, профессор МакГонагалл… скажите, что происходит!       — Профессор Снейп поделился своими подозрениями, — женщина мягко опустила руки на её плечи, — что Сами-Знаете-Кто мог проникнуть в дом ваших родителей. Он был обеспокоен этим.       Волан-де-Морт мог… Он был в её доме? Но зачем? Взгляд Гермионы скользнул мимо лица профессора МакГонагалл, и она пыталась связать то, что сказал ей вчера Северус и его поведение, с тем, что узнала сейчас от МакГонагалл. Может, Волан-де-Морт хотел заставить его убить её родных, но на деле дом оказался пуст? Но он же сам сказал, что кого-то убил! Кого? Кто мог быть там, кто…       Никого там быть не могло. У её родителей не было ни растений, ни животных, чтобы кто-то мог за ними присматривать, всю корреспонденцию они перенаправляли соседям. Волан-де-Морт не мог никого там встретить. Но с чего тогда Северус решил, что он там был? И как это связано с тем убийством…       Понимание ледяной волной обрушилось на её плечи. Её. Он убил её. Точнее, ту, что была на неё похожа. Волан-де-Морт не доверял Северусу и хотел в очередной раз убедиться в его преданности. Её волос. Он как-то раздобыл её волос. Подавив крик, Гермиона постаралась взять над собой контроль. Ему пришлось убить её, потому что она скрыла присутствие Гарри в замке. Волан-де-Морт узнал, и… Ей стало дурно. Пазл сложился.       Она вчера ждала его — ждала против его желания. Сразу после…       — Мисс Грейнджер! — прорывался голос профессора сквозь её внутренние метания. — Успокойтесь! Насколько нам известно, с вашими родителями всё хорошо.       — Да, — кивнув, пробормотала она. С её родителями всё хорошо. Пока что. — Я… мне нужно им позвонить!       МакГонагалл невесело улыбнулась.       — Вот почему я спросила вас, сможете ли вы как-нибудь с ними связаться. Запишите номер телефона, и я отведу вас к телефонной будке. Встретимся у ворот замка через десять минут.       — Да, конечно, — прошептала Гермиона, затем повернулась и поспешила обратно в свои комнаты. Ноги передвигались с непреодолимым трудом.

***

      В тот же вечер, сидя в Большом зале (её однокурсники хором выдохнули, встретив её в замке после того, как не смогли отыскать в Хогвартс-экспрессе), Гермиона снова ощутила груз реальности. Она надеялась увидеть здесь Северуса — но его не было. Вместо этого на его месте восседал пожилой, коренастый волшебник, которого девушка никогда раньше не видела. Хотя нет. Мельком замечала на днях, стоящим подле других учителей, но не брала в голову его присутствие. Что это значит?       — Где Снейп? — прошептала рядом сидящая Джинни.       — Не знаю, — шёпотом в ответ. Им, вероятно, придётся дождаться окончания приветственной речи профессора МакГонагалл.       Дабы отвлечься, она начала очерчивать взглядом зал. За факультетскими столами буквально не было ни одного свободного места. Очевидно, родители верили, что здесь их дети в безопасности. Правда, слизеринцев было всего ничего. Те с опаской смотрели по сторонам. Первокурсников тоже стало заметно меньше, и в зал их привёл… профессор Флитвик.       Впервые Гермиона почувствовала, что профессор Дамблдор умер. Не осознала, а именно ощутила. Его отсутствие. Несмотря на те вечера, проведённые подле его портрета, только сейчас она поняла, что он действительно мёртв.       Сосредоточиться на словах МакГонагалл было практически невозможно. Её мысли до сих пор крутились вокруг покойного директора, то и дело возвращаясь к родителям. Ей удалось поговорить с мамой, и та заверила её, что с ними всё в порядке и они пока останутся в Австралии. Гермиона не могла припомнить, когда в последний раз так много раз извинялась за один лишь телефонный разговор. Но мама всё понимала и нисколько не винила свою дочь.       — Остаться здесь, в Австралии, — не такая уж большая жертва, — уверяла она её. Но Гермиона знала, что это ложь. В Англии её родители содержали стоматологическую клинику, которую на время пришлось закрыть. В Англии у её родителей были друзья и близкие, с которыми они не могли видеться. И даже при всём этом мама не держала на неё зла.       А то, что в Большом зале отсутствовал Северус, добило окончательно. Всё ли с ним в порядке? Или он до сих пор не оправился от вчерашнего? Очевидно, оправился, раз смог поговорить с профессором МакГонагалл, или… Он ведь всегда умело скрывал своё истинное состояние от других людей. Северус, тогда, в Скарборо, не спал несколько ночей — перед тем, как исцелить свою душу. Гермиона прикусила губу и ушла в свои мысли до тех пор, пока МакГонагалл не произнесла слово «зелья». Вот тогда девушка оживилась.       — Я рада поприветствовать своего коллегу, который будет преподавать предмет зельеварения в этом учебном году, — профессора Горация Слизнорта. — Волшебник склонил голову и неопределённо улыбнулся. — Также он будет возглавлять факультет Слизерин, — МакГонагалл бросила быстрый взгляд на слизеринский стол и натянуто улыбнулась.       Гермиона медленно посмотрела сначала на Слизнорта, затем на слизеринцев и вернула внимание профессору МакГонагалл, а затем судорожно сглотнула. Джинни коснулась её руки, и она поймала на себе её удивлённый взгляд. Северус больше не будет преподавать? Он — больше не её профессор? Но это означало, что… Девушка моргнула.       Стиснула зубы и вздёрнула подбородок. Это означало, что он ей всё это время врал. Каждый раз, когда напоминал о том, что он — её чёртов учитель! Он врал ей. Каждый. Раз.       — Гермиона? — прошептала Джинни, всё ещё непонимающе на неё косясь. — Всё нормально?       — Чудесно, — прошипела она сквозь стиснутые зубы. Впервые со вчерашнего вечера страх потерять его уступил место гневу за неоднократную ложь.       Но и ярость быстро угасла. Гермиона, вспомнив последние их недели, поняла, что Северус ни разу не остановил её по причине того, что он — её профессор. Вы — студентка, вот что он говорил. Чёртов паршивец!       Но чем дольше она об этом думала, тем меньше осознавала одно — Северус больше не будет преподавать. Все знали, что он убил Дамблдора. Волан-де-Морт позаботился о том, чтобы осветить эту новость в «Ежедневном пророке». Если бы ему дали добро, вероятно, в Хогвартс бы никто не вернулся. Очевидно.       И всё же… Она поговорит с ним при первой же возможности. И неважно, когда эта возможность появится.       К её удивлению, поговорить получилось гораздо раньше, чем она думала. Вернувшись в свои комнаты после приветственного застолья и разговора с Майклом, старостами и учителями об их новых обязанностях, на рабочем столе Гермиона увидела аккуратно сложенный лист пергамента с почерком Северуса. Не похоже, что его принесла сова. Либо он попросил домашнего эльфа, либо позаботился о записке сам. Гермиона где-то уже читала о подобного рода чарах, позволяющих передавать письма на расстоянии. И ей уже давно не терпелось их опробовать.       Гермиона развернула лист и усмехнулась, увидев на нём всего одно предложение: Приходите в мой кабинет как можно скорее. Едва она успела положить записку обратно на стол, та мигом вспыхнула и в секунду превратилась в пепел. Девушка приподняла бровь. Видимо, с Северусом всё было нормально. Нормально для того, чтобы проворачивать такие махинации.       По пути в его кабинет она никого не встретила. Наверняка все студенты были заняты обустройством своих комнат и рассказами о том, кто как провёл лето. Но коридоры в любом случае казались ей ожившими, гудящими, будто давая понять: они здесь больше не одни.       Гермиона постучалась, и дверь сразу же с щелчком отворилась. Войдя в кабинет, она тут же скрестила руки на груди и холодно взглянула на Северуса.       — Что? — наконец спросил он, вздёрнув бровь.       — Почему вы не сказали, что больше не будете преподавать?       Мужчина отвёл взгляд в сторону.       — Разве это имеет какое-то значение?       — Конечно имеет! — подойдя к его столу, Гермиона присела на краешек кресла. — Вы всё это время держали меня на расстоянии вытянутой руки, потому что я, видите ли, студентка, хотя сами давно знали, что преподавать больше не будете!       Северус на миг закрыл глаза и глубоко вздохнул.       — Есть ещё достаточно вещей, о которых я в курсе, мисс Грейнджер, но вас это никоим образом не касается.       Она почувствовала почти физический отпор от его слов, но, взглянув в его глаза, что-то почувствовала…       — С вами всё хорошо, Северус? После вчерашнего, я имею в виду…       — Не ваше дело, — упрямился он.       — Поскольку это касалось меня и дома моих родителей, думаю, даже хорошо, что это не моё дело. И, кстати, о маме с папой… они не в Англии, — девушка вздёрнула носик, но, поймав на себе его тяжёлый взгляд, тут же стушевалась. — Я… примерно понимаю, о чём вчера вас попросил Сами-Знаете-Кто, и я… — последние слова она произнесла чуть громче, и, когда Северус уже было открыл рот, Гермиона сурово на него посмотрела. Он же, в свою очередь, стиснул зубы — да так, что заиграли желваки. — И я не хочу ничего об этом знать, — чуть мягче добавила она. — Меня волнует ваше самочувствие, — и имела в виду она его душу.       Отрывисто кивнув, Северус потупил взгляд.       — Я… в порядке.       — Хорошо, — выдох.       — Теперь вернёмся к вопросу нашей встречи?       — Как скажете, сэр, — Гермиона откинулась на спинку кресла, наслаждаясь его секундным замешательством, — Северус не ожидал, что она резко перейдёт на официальный тон. Если он так хотел держать её на расстоянии, что ж, пусть получает.       — У меня есть для вас задание.       — Что за задание?       — Заклинание, — он протянул ей пергамент.       Гермиона пробежалась глазами по трём строчкам. Заклинание, которое использовал Хвост.       — Нам нужно изменить его, — заключила девушка.       Он кивнул.       — Поскольку в течение следующих нескольких дней я буду занят другими делами, профессор Дамблдор поручил это задание вам. Он ждёт вас завтра у себя, поможет со всем разобраться. А это, — Северус взял рядом лежащую книгу — «Анализ тёмных ритуалов» Блэра Лэмбкинса, — даст вам приблизительное представление о том, о чём пойдёт речь.       — Значит, основа для зелья уже готова?       — Именно. Вот-вот закончил приготовления — пока вы слушали последнее творение Распределяющей шляпы, — поморщился он.       — Это было здорово! — искренне улыбнулась Гермиона, подавив в себе небольшое разочарование, что Северус закончил этот этап без неё. И это было ожидаемо — учитывая вчерашнюю ситуацию. Признаться, она и не думала, что они снова будут общаться — и причём так скоро.       — Чушь, — пробормотал Северус.       — Значит, нам ещё нужно отыскать способ влить зелье в Сами-Знаете-Кого? — проигнорировав его ответ, продолжила Гермиона.       — Да, — мрачно отозвался он, подёргивая верхней губой, — я не смогу сделать всё в одиночку.       — Я… и не ждала этого от вас, сэр.       Он язвительно фыркнул.       — Может быть, нам стоит просто на него напасть? Всем Орденом?..       — Исключено. Тёмный Лорд обитает в поместье Малфоев. К тому времени, как мы снимем защиту, он мобилизует всех Пожирателей и аврорат в придачу, — Северус на секунду задумался. — Нет. Мы должны выманить его оттуда и застать врасплох…       Гермиона нахмурилась. Как им выманить Волан-де-Морта из логова, которое, кстати, переполнено Пожирателями смерти? Что — кроме Гарри — может проявить в нём уязвимость?       — Решение этой проблемы не входит в вашу работу, мисс Грейнджер, — заметив её задумчивый взгляд, подметил Северус.       — Нет, — девушка снова перечитала написанное на пергаменте, не совсем понимая смысл, и вложила лист в книгу. — Говоря о вчерашнем… Я хочу извиниться.       — Но вы бы сделали это снова?       А сделала бы?       — Боюсь, что… да, сэр, — неохотно призналась она.       — Даже после того, что вам пришлось увидеть?       — Да.       Он фыркнул.       — Почему? Вы, очевидно, до смерти испугались, — его верхняя губа снова дёрнулась.       — Я не боюсь вас, профессор Снейп. Я боюсь Пожирателя, и, думаю, это вполне оправданно, — она внутренне содрогнулась, вспоминая тот холодный взгляд его безжалостного второго «я».       — Вы правы, — глухо согласился Северус. — Но я не прощу вам ничего из того, что вы бы без колебаний сделали снова — и не один раз.       — Я понимаю, — слегка кивнув, она достала из кармана монету и положила её на стол. — Для меня важно, чтобы вы это забрали себе. На всякий случай, если когда-нибудь я вам смогу понадобиться. В конце концов, Гарри не всегда будет рядом, чтобы предупредить…       — Слава Мерлину… — пробухтел Северус, но галлеон не забрал.       Гермиона лишь горько усмехнулась.       — Идите. У вас теперь полно работы, — и указал на книгу в её руке.       — Желаю вам успехов в том, чем вы будете заняты последующие несколько дней, сэр. И хорошего вечера.       Его же ответ состоял из задумчивого кивка, и Гермиона быстро покинула кабинет.

***

      И пусть её слишком сильно клонило в сон после прошлой бессонной ночи и тревожного дня, Гермиона легла спать далеко не сразу. Она уселась за стол, положив Живоглота себе на колени, и углубилась в чтение многообещающей книги, параллельно записывая свои мысли на пергамент.       И почему Северус сам не взялся за это? Наверняка всё дело в том зловеще-секретном задании, о котором ей, признаться, знать не особо-то и хотелось. Но всё же он гораздо быстрее, учитывая спектр своих знаний, справился бы с книгой, нежели она. Они сейчас просто теряли время. И как это допустил профессор Дамблдор? Надо будет уточнить у него.       А ещё спросить, как они собираются выманить Волан-де-Морта. Какой смысл так усердно работать над ритуалом, если на деле они даже не знали, как его применить?       Гермиона помассировала раскалывающуюся на части голову, в очередной раз пытаясь осмыслить текст книги. Без Дамблдора ей не удастся продвинуться слишком далеко. Если то, что писалось в книге, правда, им стоило придерживаться тех же ингредиентов — кость, плоть и кровь. Однако придётся поменять круг жертвующих лиц. Или, по крайней мере, поменять намерения. И именно для этого, по-видимому, им нужен Гарри.       Девушка, зевнув, потянулась, чем тут же спугнула Живоглота. Тот, недовольно мяукнув, спрыгнул с её колен.       — Прости, — прошептала она и, увидев, как кот сел перед дверью, пристально на неё глядя, Гермиона выпустила его в коридор. — Добрых снов, — и улыбнулась, наблюдая, как Живоглот бесшумно прогарцевал по коридору, а затем и вовсе исчез в темноте.       Вскоре после этого Гермиона всё-таки отправилась спать.

***

      Весь следующий день она носила с собой книгу, что дал ей Северус, покрытую чарами иллюзии. Первым уроком была трансфигурация, на которой, конечно же, не получилось погрузиться в содержание книги, но далее по расписанию стояла история магии, а Гермиона так много успела прочитать о первой магической войне, что могла с чистой совестью заняться своими делами.       За обедом Джинни и Невилл пытались её отвлечь. Последний засыпал вопросами касаемо места нахождения Гарри, что Орден собирался делать теперь, почему она продолжает учиться в Хогвартсе, а не находится рядом с мальчишками, и знала ли она, где сейчас был Снейп — после того, как предал Пожирателей смерти. Гермиона не понимала, что в последнем вопросе её удивило больше всего: то, что Невилл знал о предательстве (Очнись, Гермиона, «Ежедневный пророк» выпустил кучу статей об этом! Северус — самый разыскиваемый волшебник, за его голову даже присудят награду!), или насколько, оказывается, секретным оказалось его присутствие в замке. В любом случае девушка едва успевала отвечать на все многочисленные вопросы и была только рада сбежать вместе с Джинни на следующий урок — древние руны.       В кабинет директора она вошла только в пять часов вечера.       — Мисс Грейнджер! — весело поприветствовал её Дамблдор. Портреты снова были пусты. — Как продвигается ваш с Северусом проект?       — Эм-м… — она с трудом оторвала взгляд от пустых портретов. В этом всё-таки было что-то жутковатое. — Хорошо. Я многому у него научилась.       — Я даже не сомневался.       Нахмурившись, Гермиона решила не заострять на этом внимание.       — Я пришла к вам по поводу заклинания, сэр.       — Мне жаль, что пришлось взвалить на вас очередное задание, мисс Грейнджер, но в данный момент Северус нужен нам в другом месте. Мы не можем больше ждать.       Кивнув, она села в кресло, по обыкновению стоящее перед портретом.       — Хорошо, — пробормотала она, даже не надеясь услышать от него более развёрнутый ответ, а затем открыла книгу и свои записи. — Насколько я поняла, мы будем использовать те же ингредиенты, что и в первоначальном ритуале, — кости, кровь и плоть, — Гермиона, посмотрев на директора, ждала от него подтверждения. И он согласно кивнул. — Но поскольку нам нужно внести изменения касаемо того, кто именно будет приносить жертву… тут уже понадобится ваша помощь, чтобы найти подходящие аналоги.       — Пожалуйста, будьте так добры, напомните мне, какие ингредиенты использовал Волан-де-Морт.       Гермиона перевернула пергамент и прочитала:       — Кости своего отца, плоть Питера Петтигрю и кровь Гарри. Это было дано неосознанно, добровольно и против воли, соответственно.       — Ах да, — пробормотал Дамблдор, прикрыв глаза. — Да, могущественность Волан-де-Морта основана на насилии.       — Значит, наши ингредиенты должны быть получены с согласия, добровольно?       — Думаю, что да.       Девушка глубоко вздохнула.       — Хорошо. Итак, кости… А у нас есть какой-нибудь способ связаться с мёртвыми? Или… мы будем брать останки живого человека? — она в замешательстве на него посмотрела.       — И пусть воспользоваться костями живого человека было бы куда проще, но, боюсь, у нас нет среди живых похожего своей силой на отца Волан-де-Морта.       — Но у вас же есть кто-то на примете?       — Есть, — уголки его рта дёрнулись, — Гарри рассказал вам, о чем я говорил с ним в прошлом году? — Девушка отрицательно покачала головой. Она была слишком занята Северусом, из-за чего Гарри перестал ей доверять. — Что ж, в общем… Том Риддл был сыном чистокровной ведьмы Меропы Мракс и маггла по имени… Том Риддл. Старший.       — Он полукровка?!       — Именно. И он настолько ненавидел этот факт, что убил своего отца. Настолько, что даже сменил имя. Поэтому Волан-де-Морт с удовольствием использовал его останки. Хоть после смерти он на что-то сгодился, по его мнению…       Гермиона ещё раз прокрутила эту информацию в своей голове и сглотнула.       — И чьи кости…       Директор задумчиво сложил кончики пальцев домиком и нахмурился.       — Его матери. Она умерла при родах, стала источником его магии. И если она согласится добровольно пожертвовать своими костями, то сполна компенсирует жертву Тома Риддла-старшего.       — Значит, способ связаться с мёртвыми всё-таки есть.       Дамблдор кивнул.       — Северус этим займётся.       Кивнув, девушка сделала соответствующую пометку.       — Как нам обратить вспять добровольное принесение в жертву плоти? И кто это должен сделать? Гарри?       — Плоть слуги, несомненно, должна быть уравновешена плотью врага, а поскольку Гарри — его злейший враг… — заканчивать Дамблдор не стал. — Он должен сделать это с сильным желанием разрушить, в то время как Хвост делал это с желанием воскресить.       Гермиона поджала губы.       — Мы должны посвятить Гарри в эти подробности, сэр.       — Да, конечно, — было видно, что директор стушевался на этом моменте. — Так, а что было последнее?       — Кровь врага, взятая силой. Это была кровь Гарри.       — Верно-верно, — пробормотал Дамблдор, переводя взгляд на рамку портрета, и задумался.       Гермиона тоже решила поразмыслить над возможными вариантами, пока в голову не пришла отличная мысль. Директор посмотрел на неё с блеском в глазах.       — Профессор Снейп. Он — слуга Волан-де-Морта. Кровь слуги, пожертвованная добровольно.       Дамблдор снова кивнул, и меж его бровей появилась складка.       — Совершенно верно, мисс Грейнджер. И брать кровь следует непосредственно из Тёмной метки. В ней есть сила, которую Северус сможет использовать против Волан-де-Морта.       Она откинула прядь волос с лица. Затем ей кое-что пришло в голову.       — А профессор Снейп разве всё ещё считается его слугой? Он ведь уже давно не на стороне Сами-Знаете-Кого…       — И всё же он служит ему — по-своему. И отмечен как слуга. Не всё ограничивается его желаниями и намерениями, в его случае — это Метка.       — Да… точно. И это всё?       — Это всё, — согласился он. — Ну и парочка красивых слов для проведения ритуала. Вам и с этим нужна моя помощь?       Гермиона усмехнулась.       — Нет, сэр, с этим справлюсь сама. Но…       — Да?       — Как мы дадим ему это зелье?       — Это будет непросто, — Дамблдор переплёл пальцы. — Он не должен ничего заподозрить, нам нужно действовать по-умному. Чем в большей безопасности ощущает себя Волан-де-Морт, тем лучше.       — Но у вас пока нет плана, — заключила она.       — Нет, мисс Грейнджер, у меня пока его нет.       Ничего не сказав, Гермиона только кивнула.       — Так, ладно. Северус вернётся в замок к концу недели, тогда вы сможете показать ему свои разработки и приступить к зелью. Сможете заранее предупредить Гарри? Я так понимаю, завтра они с Люпином заглянут в замок.       — Он будет с нами тренироваться? — недоверчиво спросила девушка.       — Не думаю, что он будет здесь только ради тренировок, — лукаво подмигнул ей Дамблдор.       — Хорошо. Тогда я поговорю с ним. Спасибо за вашу помощь, сэр.       — Спасибо вам, мисс Грейнджер!

***

      Следующим вечером Гермиона поймала Гарри у двери в выручай-комнату — которая теперь выглядела как один из школьных коридоров, — как раз в тот момент, когда он собирался исчезнуть под своей мантией-невидимкой. Девушка закрыла за собой дверь и преградила ему путь.       — Нам нужно с тобой поговорить. Попозже.       — Зачем? — спросил он, снимая с головы мантию.       — Скоро узнаешь. Но обязательно найди меня перед тем, как вернуться на площадь Гриммо, ладно?       — Л-ладно, — бросив на неё непонимающий взгляд, Гарри снова натянул на себя мантию и исчез.       Люпин, завидев Гермиону, радостно улыбнулся.       — Ну что, пойдём? — спросил он и послал в её сторону проклятье до того, как Гермиона успела хотя бы кивнуть.

***

      Была уже половина одиннадцатого, когда в дверь постучали. Гермиона не сдержала укоризненный взгляд, пусть и не знала точно, где сейчас стоял Гарри. Отступив в сторону и ощутив на ноге ткань мантии, девушка закрыла дверь и обернулась.       — Вообще-то, ещё не слишком поздно!       — Вообще-то…       — Ну да, если тебе не нужно вставать в семь утра, — усмехнулся Гарри.       — Люпин тебе разрешает спать? — скептически бросила она.       — Иногда бывает… — парень пожал одним плечом. — Что ты хотела?       Выдохнув, Гермиона пригласила его присесть в кресло, а сама опустилась на кровать.       — Примерно то же самое, для чего мне потребовались твои воспоминания.       Гарри отвёл плечи назад.       — Ты хочешь отменить ритуал?       Она кивнула.       — И?..       — И мы, похоже, сможем это сделать. Но нам снова понадобится твоя помощь.       — Конечно, — пробормотал он, проведя рукой по своим и без того растрёпанным волосам. — Что на этот раз? Не плоть же?       Гермиона недовольно поджала губы.       — Дерьмо.       — Но тебе не нужно отрезать себе руку, Гарри! — тут же успокоила она его. — И у профессора Снейпа есть несколько очень хороших целебных зелий. Может, даже шрама не останется!       — Но это ведь поможет его уничтожить, да?       — Это уничтожит его тело.       — А что с душой?       — С этим мы разберёмся потом. Профессор Дамблдор пока не знает, как уничтожить его навсегда, но а так, хоть выведем из строя.       — Почему мы не сделали этого раньше?       — Не знаю, Гарри. Лучше спроси об этом профессора Дамблдора.       — Конечно, — он недовольно кивнул. — Это всё?       — Да.       — Ладно, — Гарри почти скрылся под мантией-невидимкой, которая ему уже была не нужна, и снова повернулся к Гермионе. — Спасибо, что рассказала мне об этом.       Улыбнувшись, девушка решила промолчать. Лучше не озвучивать то, что хотелось сказать на самом деле.