Часть 2
28 февраля 2024 г., 06:47
— Дин обычно опаздывает? — осторожно спросил Мак, понимая, что Джон все чаще и чаще смотрит на часы.
— Он явно взял пример с твоего сына и начал играть королеву драмы, — вздохнул Рыцарь. В его глазах мелькнуло чувство вины, но он быстро отвернулся. Джон сглотнул, прочистил горло и снова повернулся к Маку. — Как я уже сказал, он вернется, когда проголодается.
На улице загромыхал гром, и Джон быстро посмотрел в окно, когда дождь забарабанил по стеклу.
Несмотря на плохую погоду, Мак знал, что любое предложение отправиться на поиски одиннадцатилетнего мальчика будет воспринято Рыцарем как критика его воспитания, а не забота о ребенке. И Джон был прав, вряд ли Дин уйдет далеко от брата.
Их прервал Калеб, который прохромал в комнату так быстро, как позволяла его больная нога. Сэм следовал за ним, но держался позади подростка.
— Сэм поранил руку, — раздраженно сказал Калеб.
Мак с беспокойством посмотрел на ребенка.
— Он в порядке, — сказал Джон. — Верно, Сэм?
Младший Винчестер взглянул на отца и быстро кивнул. Мак нахмурился, если Джон знал о травме, то значит это произошло до их прибытия. Доктор встал и присел перед Калебом, пытаясь поговорить с шестилетним мальчиком, который прятался за ногами его сына. Уступив нежным уговорам Мака и Калеба Сэм протянул руку, чтобы Ученый осмотрел ее. Но мальчик стратегически держался так, чтобы Калеб был между ним и Джоном.
— Как ты поранился?
Не было никаких признаков ожога кроме покрасневшей кожи.
— Я думал, они остыли, — тихо сказал Сэм.
— Что остыло? — спросил Мак, снова глядя на руку.
Сэм тяжело вздохнул. Калеб положил руку на голову мальчика и ободряюще кивнул.
— Давай говори, Коротышка.
— Дин сказал, что я могу съесть печенье, когда оно остынет. Мне показалось, что прошло достаточно времени, поэтому я подумал, что они остыли. Но печенье все еще было горячим и было больно. Хотя Дин сказал мне его не трогать.
— Ты пропустил ту часть, где он сказал тебе подождать? — нахмурившись, спросил Джон.
Сэм надулся, и Мак сжал челюсти.
— И я так понимаю, что Дин тоже ничего не объяснил о случившемся, — сказал он, глядя на Джона, наконец, поняв почему Дина нет дома.
Джон провел рукой по лицу.
— А я так понимаю, что ему не дали такой возможности, — мрачно сказал Калеб, сверкнув глазами на Рыцаря.
***
Возможно из-за того, что он не спал нормально пока отца не было дома, или потому, что он устал, пробежав две мили до железнодорожной станции, или, возможно, это было просто эмоциональное истощение, но Дин заснул вскоре после того, как свернулся калачиком в углу вагона. Даже находясь в безопасности на ферме пастора Джима, он просыпался каждые несколько часов, чтобы проверить что они в безопасности, прежде чем снова зарыться в подушку. Но сейчас он спал мертвым сном. И когда Дин проснулся, то сначала даже не понял, где находится. Он слышал стук дождя по стальной крыше вагона. Хотя дождь уже должен был закончиться. А потом Дин ощутил покачивание под собой, и у него в душе появилось неприятное чувство. Он должен вернуться и проверить Сэмми. Его брат был ранен. И папа снова будет в ярости. Чем дольше Дин будет отсутствовать, тем хуже будут последствия. Ему нужно было вернуться как можно скорее. Сглотнув, Дин заставил себя открыть глаза и сесть. У него болела щека в том месте, куда ударила сумка отца, набитая оружием. Он осторожно коснулся кожи и почувствовал припухлость и засохшую кровь, но после пакета со льдом не останется никаких следов. Встав, он понял, что что-то не так. Стук был не только от дождя, который все еще тарахтел по крыше. Мягкое покачивание было движением вагона. С колотящимся сердцем, Дин огляделся. По-видимому, поезд был не таким брошенным, как он думал. С каждым стуком колес о рельсы его паника усиливалась. Он не мог точно сказать, как долго спал, поэтому не знал, как далеко уехал. Он также понятия не имел, в каком направлении едет поезд и куда направляется. Он подполз к открытой стороне фургона, откуда мог видеть проносящийся мимо пейзаж. Поезд ехал не слишком быстро. Возможно, он только тронулся, и если Дин спрыгнет сейчас, то еще успеет вернуться до того, как его отец разозлится. Пытаясь подавить страх и сосредоточившись на тренировках, Дин поднялся на ноги и подошел к краю вагона. Когда он посмотрел на проносящуюся мимо землю, понял, что скорость не такая уж маленькая. Сердце бешено колотилось, желудок бурлил. Каждая секунда уносила его все дальше от семьи. Он наклонился вперед и тут же отпрянул назад, когда мимо вагона пронеслось дерево и столб. — Нужно сосредоточиться, — пробормотал он себе под нос, отступая назад, чтобы разбежаться. Дин знал, что важно соблюдать дистанцию между ним и движущимся транспортным средством. Различные тренировки пронеслись в его голове. На самом деле они никогда не обсуждали прыжок с движущегося поезда, Дин видел такое только в кино. Но его пару раз заставляли выпрыгивать из движущейся Импалы. Конечно, папа ехал медленно, а в одежду Дина были вшиты дополнительные набивки. И они специально выбирали безопасные места для таких тренировок. Но он понимал, что обучение было на случай, если что-то подобное когда-нибудь случится. Пейзаж все еще проплывал мимо, его семья удалялась все дальше и дальше, и проблема, с которой он столкнулся, становилась все больше и больше с каждой проходящей секундой. Дин тяжело сглотнул. Расправив плечи, он сосредоточился на брате и отце. С последним глубоким вздохом он разбежался и прыгнул.***
— Ой, вот дерьмо! — вдруг воскликнул Калеб, наклоняясь в кресле. Мак вскочил и обошел стол за секунду. — Что с тобой? — спросил Джон, сдвинув брови. Ривз редко признавался, что ему больно. — У меня болит лодыжка, — Калеб ненадолго сжал ногу. Он обеспокоенно нахмурился, и убрав руку с лодыжки, потер висок. — Нытик, — поддразнил Джон. — Конечно, у тебя болит лодыжка, — вздохнул Мак, вставая на колени перед сыном. — Она сломана, а ты отказываешься следовать простому… — Не та лодыжка, — перебил его Калеб. Мак, который как раз проверял гипс на ноге сына, поднял взгляд. Потом нахмурился и перевел взгляд на другую ногу Калеба. — Ты ничего не упомянул раньше, — упрекнул он, осторожно ощупывая лодыжку. — Я не чувствую отека и припухлости. — Он посмотрел на сына. — Все в порядке, — усмехнулся Калеб. Мак скептически посмотрел на него. Он открыл рот, вероятно, чтобы начать какую-то лекцию о том, что стоит сразу сообщать о травмах и лечить их, и не игнорировать боль, но Калеб его перебил: — Папа, на мгновение мне было больно, потом снова все стало хорошо. И я не повредил ногу на охоте. — Так о чем ты говоришь? — спросил Джон. Калеб знал, что внимание Рыцаря теперь также было сосредоточено на нем, но не сводил глаз с отца, хладнокровно игнорируя своего наставника. — Я говорю, что нам нужно найти Двойку. — Подросток попытался встать, но твердые руки Мака удержали его на месте. — Дин в порядке? — послышался тихий голос из дверного проема. Все повернулись в ту сторону. У Сэма была привычка время от времени прятаться за дверью и подслушивать, что обсуждалось, особенно когда Дин его не останавливал. — Сэмми, иди и возьми что-нибудь из вещей Дина, — сказал Калеб, стараясь, чтобы в его голосе не было беспокойства. Сэм прикусил нижнюю губу, не желая уходить и, возможно, пропустить что-то, касающееся его брата. Калеб подавил свои страхи, чтобы успокоить ребенка. — Все в порядке, Коротышка. — Он успокаивающе положил руку на плечо Сэма. — Нам просто нужно что-то из его вещей, чтобы мы могли найти его. Сэм кивнул и убежал. Через мгновение он вернулся, гордо неся пару трусов. Калеб подавил смех и подтолкнул ребенка к Маку. Доктор сморщил нос от подношения. — Это поможет тебе найти Дина, — сказал Сэм. — Он носил их вчера. — Возможно, нужно что-то… — начал было Мак, но замолчал, встретив настойчивый щенячий взгляд. — Это сработает, Мак, — настаивал маленький мальчик. — Пастор Джим говорит, что всегда можно найти людей благодаря любви. Мак недоуменно посмотрел на него. — Калеб говорит, что место, откуда распространяется любовь, это его штаны, — пояснил Сэм. Мак покраснел, а Джон сердито посмотрел на Калеба, который опустил голову. Честно говоря, он разговаривал с Дином, а не с младшим Винчестером, но сомневался, что это спасет его шкуру. Поэтому он поспешил сменить тему. — Нам нужно работать с тем, что у нас есть. Пока у Двойки не возникло новых проблем. Он имел крепкую связь с Дином, а это означало, что, несмотря на сотрясение мозга, он знал, что мальчик жив, но был ранен и напуган. Увидев боль в глазах сына, Мак бросил на него твердый взгляд, без слов запрещая связываться с другом психически. Затем, с покорным вздохом, он осторожно взял трусы за резинку. Сэм открыл рот, но Калеб подхватил маленького мальчика и посадил к себе на колени. Джон сглотнул, с тревогой наблюдая, как друг закрыл глаза и сосредоточился. Он не совсем понимал, как работает вся эта экстрасенсорная хрень, но знал, что Мак улавливал недавние моменты и эмоции, которые испытал владелец предмета, который он держал. Через мгновение глаза Мака распахнулись, и он гневно уставился на Джона. Рыцарь виновато опустил взгляд. Наступила пауза, но затем взгляд Мака метнулся к двум мальчикам, и он подавил свой гнев. Сосредоточившись, он снова закрыл глаза. Калеб не обратил внимания на безмолвное общение между двумя старшими охотниками. Он был слишком занят, шепотом успокаивая Сэма. — Зачем Дину ехать в поезде? — спросил Мак, нахмурившись, поддерживая психическую связь. — Дин в поезде? — тихо спросил Сэм. — Больше нет, — сказал Мак, многозначительно взглянув на сына. — Моя лодыжка, — с ужасом сказал Калеб, поняв, что имел в виду отец. — Где он? — Джон вскочил и схватил куртку со спинки стула. Мак сурово посмотрел на него. — Я не знаю. Вижу только поле рядом с железнодорожным полотном. Там нет четких ориентиров. Я могу продолжать поиск, но нам нужно торопиться, он ранен. — Дин ранен? — спросил Сэм, цепляясь за Калеба и уставившись на отца. Если Дина не было рядом, чтобы все исправить, то это должен был сделать отец. — В паре миль отсюда есть старая железнодорожная станция. — Джон всегда изучал местность, где бы они ни останавливались. — Но Дин знает, что не стоит бегать по железнодорожным путям. — Мы все иногда делаем то, что не должны делать, — сказал Мак, пристально глядя на Рыцаря. — Возможно, в данный момент его эмоции взяли над ним верх. В глазах Джона мелькнула злость, руки сжались в кулаки, но он не стал спорить с упреком. — Нам нужно проверить, какие поезда ушли с тех пор, как Дин пропал. Насколько я могу судить, это был товарный поезд, а не пассажирский. И кто-то должен будет остаться с Сэмюэлем, — сказал Макленд, переходя в режим Ученого. — Так как же нам узнать, какие поезда ушли? — спросил Калеб. — Будем надеяться, что на станции есть работники и они нам расскажут. Графики грузовых перевозок не имеют общедоступных расписаний, и попытка отследить их займет слишком много времени, — сказал Джон, надевая куртку. — Малыш, оставайся здесь с Сэмми и… — Нет. Я тоже пойду. — Калеб упрямо посмотрел на Джона. В конце концов, в произошедшем была вина его наставника. Если бы Джон не накричал на Дина, ничего бы не случилось. — Мы не знаем, где он. Как только мы подойдем поближе, я смогу его найти, — возразил он, когда Джон собрался спорить. Психометрия Макленда могла давать изображения области, чувств и переживаний жертвы, но это не был GPS. Навык Калеба не заключался в определении местоположения, но он знал, что оказавшись достаточно близко, он сможет найти Дина, точно так же, как он это сделал, когда впервые открыл для себя эту способность, потеряв ребенка в рождественской толпе в Рокфеллер центре. Джон посмотрел на собравшихся в комнате. Мак им понадобится, потому что Дин ранен, и черт возьми, Джон ни за что не останется дома, если один из его детей попал в беду. — Тогда я думаю, мы все идем, — решил он. — Сэмми, возьми куртку.***
Дин застонал. Он уже в третий раз пытался встать, но дурацкое тело снова подвело его. Несмотря на тренировки, удар при приземлении вышиб из него весь воздух. Угол падения был не совсем таким, как он ожидал, и он почувствовал боль, когда лодыжка подвернулась. Как его учили, он двигался по инерции, перекувыркнувшись. Лодыжка наверняка была сломана, синяки и ушибы покрывали каждый дюйм кожи, а попытки защитить голову не увенчались успехом. Дин снова лег на землю, все еще борясь с темнотой перед глазами. Боль можно преодолеть, когда это необходимо, и прямо сейчас ему нужно вернуться к своей семье. Дин заставил себя сесть, мир покачнулся перед ним, но он сосредоточился на дыхании, и в конце концов, взял головокружение под контроль. Он посмотрел на свою лодыжку, которая начала опухать. Постоянная глухая пульсация предупреждала не встать на ногу, не двигаться и даже не касаться ее. Но это предупреждение Дин должен был проигнорировать. Он снял рубашку и сделал жгут не снимая ботинка. Работая, он оглядывался по сторонам, дрожа от холода. Он не успел взять куртку, когда сбежал из квартиры. Хотя на юге страны было не так холодно, как в Нью-Йорке, но из-за дождя и без куртки, а теперь и без рубашки, он замерз. Но Дин не собирался оставаться на месте надолго. В непосредственной близости от не было ничего, что он мог бы использовать в качестве шины или костыля, значит ему придется справиться собственными силами. Поле, на которое он выпрыгнул, было относительно ровным, что облегчило бы путь, но это также означало, что перед ним был удручающе длинный и пустой обзор. Сколько проехал поезд до того, как он проснулся? Дождь утих, но из-за темных туч, все еще закрывавших небо, он не мог определить время суток.***
Калеб остался в машине с Сэмом, а Джон и Мак направились в депо и подошли к молодому человеку, который брел по рельсам в светоотражающей куртке и делал пометки в блокноте. Джон не был уверен, во сколько Дин вышел из дома, и они не знали, как далеко уехал Дин. Лично Калебу показалось, что станция выглядела заброшенной, и он удивился, что она вообще используется. Он подозревал, что лучший друг думал, что поезда отсюда не ходят. Сэм цеплялся за Калеба, и в тот момент, когда Джон оказался вне поля зрения, начал задавать вопросы, на которые у Калеба не было ответов. Поэтому он сосредоточился на карте, разложенной у него на коленях, в поисках лучших дорог недалеко от рельсов. К счастью, Джон и Мак быстро вернулись, и Сэм замолчал, когда его отец сел в машину. — Что есть на западе? — сказал Джон, заводя двигатель. Палец Калеба скользнул по карте. — Дорога не примыкает к железнодорожным путям, но я могу держать нас в пределах пары миль. — Мак, есть что-нибудь, что могло бы сузить круг? Ученый поморщился, снова взял грязное нижнее белье и закрыл глаза. Джон не стал ждать его ответа и вывел машину обратно на дорогу. Они пересекали железнодорожные пути в четвертый раз, когда Мак внезапно оживился. — Мы на правильном пути. Рыцарь остановил машину на обочине. — Он недалеко, — сказал Мак. Они вышли и осмотрели местность. Не было явных признаков жизни, просто широкое поле, а посередине рельсы. Не обращая внимания на предупреждение отца, Калеб снова попытался связаться с Дином. На него нахлынуло облегчение, несмотря на всплеск головной боли, когда он уловил четкую связь. — Держись, Двойка, мы идем.
