Глава 1
21 апреля 2024 г., 20:00
— Это. Сраный. Стикер.
— Да! — радостно ответил Вэй Ин. — Стикер, Цзян Чэн! Бесплатно!
— За покупку какой-нибудь вещи.
— Да, но, типа, бесплатно, не считая этого, да и в любом случае не то чтобы я не пью здесь всё время кофе…
— Можно подумать, у тебя есть на это деньги…
— Не будь бумером, а-Чэн, это же не кредит на учёбу против кофе…
— Не называй меня…
— Но тебе придётся выйти пораньше, диди? — годы практики в повышении голоса обеспечили то, что слова Цзян Яньли были слышны поверх нарастающего спора младших братьев. — Я имею в виду, чтобы успеть, пока они не закончатся. Здесь ведь сказано: «Пока есть в наличии».
Вэй Ин забрал мобильник у сестры, увеличив изображение рекламы «Библиотечного павильона кофе и чая».
— Поздравляем с приходом года кролика, — пробормотал он, читая вслух. — Один стикер… о, нет, ты права. Ладно, хорошо, в какое время… цзецзе, он открывается в шесть утра.
Цзян Яньли положила подбородок на плечо Вэй Ину, чтобы посмотреть на экран.
— Может, тебе и не нужно идти так рано, — заметила она.
— Но мне всё равно нужно быть там как минимум к семи! — запричитал Вэй Ин. — Это будний день! Даже понедельник! Все, кто едет на работу, сначала заскочат выпить кофе!
— Включая тебя, — напомнил Цзян Чэн.
— Не так рано, — ответил Вэй Ин. — Ты же знаешь, что я не захожу в магазин до позднего вечера. Вам двоим нужно жить поближе, чтобы я мог отправить кого-нибудь из вас.
Цзян Чэн хмыкнул.
— Как будто бы я пошёл. Почему ты не отправишь кого-нибудь из рабочих забрать его для тебя?
— Я не могу просить их об этом, — задумавшись, ответил Вэй Ин, постукивая по боковой части телефона и совершенно не замечая тихого закатывания глаз, которым обменялись его брат и сестра. — Мне просто нужно будет поставить несколько будильников. Я справлюсь.
— Это просто стикер. Зачем ты с собой это делаешь, — сказал Цзян Чэн, не совсем формулируя это как вопрос.
— Это стикер с годом кролика, Цзян Чэн! — воскликнул Вэй Ин. — Видишь? — он поднял мобильник. — Ты видишь мордашку этого кролика? Она такая милая! Мне плевать, что это корпоративная уловка, чтобы заработать на нашей культуре, он должен быть у меня!
— И заработать на готовности болванов вроде тебя выпить кофе в определённый день за паршивый стикер, — ответил Цзян Чэн.
— Точняк! Я в курсе, что продаюсь, но, Цзян Чэн, ты только посмотри на кролика!
Цзян Чэн отодвинул мобильник от своего лица.
— Тебе нужна жизнь, Вэй Ин.
***
На самом деле, во всём был виноват Не Хуайсан. Мало того, что это именно он переслал первоначальное объявление, так ещё и идеально рассчитал, чтобы заставить Вэй Ина захотеть вещь, которая, как он прекрасно понимал, не была ему нужна, пока он её не увидел, так ещё и Не Хуайсан совершенно невинным голосом сказал: «Было бы здорово иметь один для мобильника и ещё один — для ноутбука, не так ли?». «Один стикер на покупателя», говорилось в изображении с объявлением, прямо под зловещей надписью: «Пока есть в наличии», и Вэй Ина вполне бы устроил один, но он только что получил новый чехол для телефона — по результатам проведённого им исследования — с логотипом компании в самом центре («Почему ты всегда позволяешь затянуть себя рекламными штуками?» — устало спросил Цзян Чэн). Ему нужно было его прикрыть, но теперь он ещё и представлял, как стилизованный кролик занимает свободный уголок на его обклеенном ноутбуке, и мысль об этом поглощала его. Он должен был заполучить два, вот и всё. «Один стикер на покупателя». — Думаешь, я мог бы просто попросить ещё один? — уточнил Вэй Ин, глядя на горлышко своей пивной бутылки, в то время как сидящий рядом Не Хуайсан потягивал коктейль. На их регулярных выпивках по четвергам в баре Не Минцзюэ «Нечистая Юдоль» часто рождались лучшие и худшие идеи, а все проблемы мира либо решались, либо становились бесконечно хуже. Даже количество выпитого алкоголя не могло предсказать, что именно произойдёт. — Можешь, конечно, — ответил Не Хуайсан. — На самом деле, не знаю, может, они просто отдадут тебе второй. Но что ты будешь делать, если они откажут? — Плакать, — сказал Вэй Ин и отпил пива. — Кролик такой милый, Хуайсан. Не Хуайсан мысленно закатил глаза, проверяя, где в баре брат, чтобы убедиться, что его не услышат. — Что ж… — начал он и остановился, зная, что Вэй Ин никогда не обойдёт вниманием незаконченное предложение. — Что ж? — иногда тот был до смешного предсказуем. — Ты мог бы воззвать к сердцу баристы. — Например, подкатить к ним? Не Хуайсан вздохнул. — Не думаю, друг мой, что твоя игра будет настолько хороша в семь часов утра, — сказал он. — У меня такое чувство, что под этими словами ты скрываешь «когда это вообще будет». — Ты хорошо меня знаешь, — Не Хуайсан отпил ещё глоток коктейля «Зелёный Дракон». — Я имею в виду, дай им повод захотеть отдать тебе второй стикер. Для кого-то, кто не смог принять участие в рекламной распродаже. — Типа соврать, что это для другого человека? Это нечестно. — Ты хочешь два стикера или нет? — Ладно-ладно, да, но для кого? Цзян Чэн считает, что всё это глупости, а ты не пойдёшь со мной, потому что ты ужасный друг… — Я прекрасный друг, спасибо, и нет, я никуда не пойду в семь утра в понедельник, когда у меня накануне вечером шоу. — Да, я знаю, — Вэй Ин немного взбрыкнул, но не собирался этого делать; Не Хуайсан был одним из лучших режиссёров в округе и знал это, так как всегда ходил на премьеры шоу, над которыми работал. Это был негласный факт, что он не уезжал работать в Нью-Йорк, Мальту или Токио, потому что его брат и семейный бар были здесь, — выбор, о котором Не Хуайсан сам никогда не говорил, но о котором, как знал Вэй Ин, он не жалел. — Шоу великолепное; не знаю, как тебе удаётся следить за таким количеством смен освещения, но это не кажется перегруженным. — Я настолько хорош, — сказал Не Хуайсан, и Вэй Ин рассмеялся. — Кто сказал, что это должен быть настоящий человек? — А? — Стикер, — пояснил Не Хуайсан. — Кто сказал, что получателем должен быть настоящий человек? — Ты хочешь, чтобы я наговорил так много лжи, — поддразнил Вэй Ин. — Что, теперь у меня есть ещё одна сестра? — Или девушка. Вэй Ин подавился напитком. — Я… что? — Подумай об этом. Твоя бедная девушка, тоже любящая кроликов, не может сегодня попасть в магазин, и каким ужасным ты будешь парнем, если не достанешь для неё стикер, чтобы отметить Новый год, — Не Хуайсан с удовлетворением наблюдал за тем, как взгляд Вэй Ина затуманился от раздумий. — Это... это может сработать, — спустя мгновение сказал Вэй Ин. — То есть, конечно же, ни один бариста не откажет парню в жесте любви к его бедной, больной девушке, застрявшей дома. Например, я могу даже купить ей напиток, чтобы точно сработало. — Да… можешь, — согласился Не Хуайсан. — Да... да! Чай или что-нибудь ещё, а потом отдам его Мяньмянь; я всё равно ей должен, она меня спасла на прошлой неделе, когда один велосипед со сломанной спицей застрял в цепи другого велосипеда, потому что я недостаточно хорошо его подпёр и чуть не выдернул сцепление. Не то чтобы она была моей девушкой, но отчасти так будет меньше лжи, и чай не такой уж дорогой, а это два стикера, и ей будет всё равно, это сработает, да, спасибо, Хуайсан! Не Хуайсан принял полуобъятия с немалой долей веселья. — Мне не терпится услышать, как всё пройдёт, — сказал он, и Вэй Ин уверенно ему подмигнул.***
У Вэй Ина не было никаких причин быть уверенным в ком-либо, и третий сигнал будильника, резко прозвучавший в голове, высмеял все его разговоры за последние две недели. Парень протянул руку, чтобы выключить звук, и понял, что после второго сигнала кинул телефон через стул с одеждой — там, где одежда жила между шкафом и корзиной для белья, идеальный склад одежды, конечно же. Проклиная прошлого Вэй Ина, Вэй Ин настоящий признал поражение и, встав с кровати, наклонился вперёд, чтобы вытащить мобильник из кучи джинсов и свитеров, занимавших место в складе. Выключив будильник, он снова выругался и заставил себя двигаться, когда увидел появившееся на домашнем экране горделивое «6:45». Он был уже на полпути к кофейне, когда понял, что ничего не взял на обед, и не совсем был уверен, что хотя бы надел оба носка, но лишь расправил плечи, крутя педали последние четверть километра до магазина. То, что он был растрёпанным, даже больше сделает историю правдоподобной, логически рассуждал он всеми способностями полусонного и не получившего кофеина своего я; конечно, он не спал всю ночь из-за своей заболевшей девушки — которую он назвал Ким Джису, потому что кто же не любит Blackpink? — и на нём просто боевые шрамы (форма?) сочувствия. Конечно. Это точно сработает. Вэй Ин пристегнул велосипед на стоянке у магазина и похлопал по карманам, чтобы убедиться, что он взял кошелёк. К счастью, тот был на месте, поэтому он ещё раз прорепетировал историю и открыл дверь с рекламным объявлением, висящим прямо в самом центре. Бариста стоял спиной, когда Вэй Ин, единственный покупатель в магазине, лёгкими шагами подошёл к стойке. — Доброе утро! — весело сказал он, преисполненный решимости проявить располагающий энтузиазм, прежде чем соврать человеку в лицо. — Сегодня день стикеров, верно? Бариста повернулся к нему, и Вэй Ин почувствовал, как мысли свернули с намеченного пути. Забудь о вранье этому лицу; Вэй Ину хотелось нарисовать это лицо, высечь его из мрамора, проследить каждый контур от острых, как стекло, скул до скульптурной челюсти. Этот мужчина был, вне всякого сомнения, самым горячим человеком, которого когда-либо видел Вэй Ин. — Да, — ответил до нелепого красивый мужчина. — Как я могу вам помочь? Вэй Ин забыл все слова из обоих языков, которые знал. — А, — понимающе выдохнул он. — Хотите взглянуть на наше меню? — Нет! — воскликнул Вэй Ин слишком громко для маленького помещения в такой ужаснейший ранний час. — Нет, я… то есть… я знаю, — он замялся, понимая, что ему придётся рассказать умопомрачительно красивому мужчине, что он встречается с копией участницы девичьей K-pop группы за стикер, который ему не особо нужен, и это уничтожит все его шансы попросить ужасно обворожительного парня впечатать его в пол, желательно сейчас. Он практически слышал, как над ним смеётся Цзян Чэн. — Кофе, — ответил он. — Чёрный? — уточнил нереальный красавчик. — Нет, я, э-э… карамельный мокко, пожалуйста. И… — сейчас Вэй Ин так сильно себя ненавидел и заодно Не Хуайсана, но подумал о бедном, сиротливом, пустом уголке ноутбука и продолжил: — жасминовый чай «Жемчужина дракона», пожалуйста. — Размер? — Большой и средний. Ужасно красивый парень внёс заказы в кассовый аппарат и указал Вэй Ину на экран перед собой. Вэй Ин оплатил их и спросил: «Можно… можно мне два стикера?». Идеально вылепленная бровь поднялась. Потрясающий красавчик мог управлять мышцами бровей. Вэй Ин на мгновение задумался, какими ещё обычно неиспользуемыми мышцами он мог управлять, но потом решительно пресёк эту мысль. — Моя… моя девушка. Заболела. Ей нравятся кролики, — Вэй Ин беспомощно жестикулировал, гадая, что же такого он сделал в прошлой жизни, чтобы заслужить такую участь. Безумно красивый мужчина мгновение рассматривал его, а затем сунул руку под кассу и протянул Вэй Ину два стикера с жизнерадостными кроликами. Кончики их пальцев соприкоснулись, и Вэй Ин опустил взгляд, чтобы не наделать глупостей вроде схватить мужчину за шиворот и поцеловать, не переводя дыхание. Он заметил бейджик на светло-синей рубашке баристы, над именем «Лань Чжань» нависала наклейка с облачком. — Надеюсь, чай поможет, — сказал Лань Чжань, и Вэй Ин что-то невнятно ответил, прежде чем скрыться, к счастью, вспомнив по пути о напитках.***
— Мяньмяяяяяянь, — простонал Вэй Ин, подходя к двери магазина и доставая два напитка из подставки, которую соорудил специально для велосипеда. Это было отличное изобретение, хотя это говорил он сам, а крышка сверху гарантировала, что тепло напитков не унесётся ветром, когда он ехал. Три километра до работы дали ему достаточно времени, чтобы пережить утреннюю катастрофу, но недостаточно, чтобы придумать, что с ней делать; следующим шагом было вывалить свои беды на дверь коллеги. — Что ты сделал на этот раз? — последовал ответ за дверью, и Вэй Ин обиделся бы, если бы она не была права. — Мужчина был таким горячим, — пожаловался Вэй Ин, и Мяньмянь вышла из ремонтной мастерской, поджав на это губы. — Какой мужчина? — Я принёс тебе чаю, — сказал Вэй Ин, прижимая кофе к щеке и жестом указывая на чашку. — Что я должна сделать взамен? — Ничего. Это за прошлую неделю. — Точно, — Мяньмянь открыла питейник и глубоко вздохнула. — Супер, жасминовый. Молодец. Итак, какой мужчина? И как сильно я буду жалеть о том, что спросила? — Мужчина из кофейни. До нелепого красивый. Лань Чжань. Я соврал ему. — Зачем тебе врать бариста? — Я сказал ему, что у меня есть девушка. Мяньмянь нахмурилась. — Точно нет. — Знаааааааааааю! — простонал Вэй Ин, пока бился головой о витрину для продаж. — Но мне нужны были два стикера. Наступила пауза. — Ты о том кролике, о котором ты говорил уже две недели? Вэй Ин кивнул, ударяясь о дерево. — То есть… ты… придумал себе девушку, чтобы обойти рекламный лимит, и теперь горячий бариста думает, что ты в отношениях. Вэй Ин опять кивнул. — Почему ты такой? — Не знаааааю, — Вэй Ин встал и пошёл за Мяньмянь обратно в мастерскую, по пути подобрав наполовину отремонтированный редуктор, рассеяно его вертя. — Наверное, я никогда не смогу вернуться в ту кофейню, потому что либо умру от стыда, либо мне придётся придумать, что моя девушка умерла, потому что он надеется, что чай поможет, и никто из порядочных людей не станет встречаться с бисексуальной катастрофой вроде меня. Мяньмянь задумчиво смазала маслом звенья цепочки, и на несколько вдохов в магазине воцарилась тишина. — Ты ведь завтра вернёшься и будешь его донимать, не так ли? — Конечно! Мяньмянь, он такой горячий!***
На следующее утро Вэй Ин пришёл в библиотечный павильон в совершенно респектабельное время: в десять часов. В очереди стояло три человека, и мужчина за кассой был явно не Лань Чжанем, хоть и поразительно на него похожим. Неужели Вэй Ин неправильно запомнил лицо Лань Чжаня? Бред, как он мог такое забыть? Вчера вечером после работы он даже подумывал зарисовать его, но отказался от этой идеи. Впрочем, мужчину за кассой он тоже с удовольствием бы заскетчил. Что такое с этим магазином и его красивыми сотрудниками? Может, их держат в штате специальных агентств, чтобы продавать больше кофе? Вэй Ин не мог не признать, что это рабочая стратегия. — Доброе утро, добро пожаловать в Библиотечный Павильон, — сказал обезоруживающе красивый мужчина, когда Вэй Ин подошёл к стойке после нескольких минут ожидания. — Что я могу для вас сделать? — Я, эм… ну, — серьёзно? Вэй Ин точно знал английский; в детстве он был на всех занятиях, и ему хорошо запомнилось, как он прикрепил рубашку Цзян Чэна к ткани стула вместо рутинного заучивания спряжения глагола «идти». Даже воспоминание о том, как тётя Юй наказала его за это, вызывало боль. — Вы уже были здесь? — спросил очаровывающий красавчик, пытаясь быть полезным. — Вчера, — на автомате ответил Вэй Ин. — А! Безусловный комплимент, когда есть постоянный клиент. Хотите попробовать что-то новое или повторить вчерашний заказ? — Я хотел поблагодарить вчерашнего мужчину, — что ж, это не давало ответа на вопрос, но было правдой. Вэй Ину не нужно было упоминать, что ещё он хотел забраться на него, как на дерево, не так ли? — То есть я ещё хочу заказать кофе, но он был мил и дал мне два стикера… в смысле, я надеюсь, что у него не будет из-за этого проблем, но он был классным, и я хотел его поблагодарить, но его здесь нет — и я не хочу сказать, что вы не милый, — то есть, милый… я хочу сказать… Очаровывающий красавчик улыбнулся, и, ничего себе, это всё усугубило, и Вэй Ин не будет виноват, если в самом деле упадёт в обморок в кофейне из-за несправедливо привлекательных мужчин. — Вы, должно быть, тот самый парень с заболевшей девушкой, — сказал необычайно красивый мужчина. — Лань Чжань говорил о вас. — Да! То есть. Да. Чай. Бровь очаровывающего красавчика изогнулась, и, наверное, этому здесь тоже учили. Вэй Ин быстро пересматривал, установлены ли здесь критерии квалификационного отбора: сногсшибательная внешность, умение поднять хотя бы одну бровь, опыт работы с кофеварками, способность превратить Вэй Ина в бесформенную лужицу. Мяньмянь сказала бы, что последний пункт совсем несложен, но что она знала. — Лань Чжань работает только в самую раннюю смену по понедельникам и средам, — сказал необычайный красавчик. — Если хотите, можете прийти завтра до девяти, чтобы поблагодарить его лично. — А, — ответил Вэй Ин. — До девяти? — До девяти. Вэй Ин на секунду уставился на кассу, размышляя, хочется ли ему увидеть Лань Чжаня настолько, чтобы быть в общественном месте и функционировать до девяти. Хочется. Ему точно хочется. Хотя бы для того, чтобы похвастаться, как идеально вписался стикер с кроликом на телефоне поверх логотипа компании. — Точно, да, это я могу. — Что я могу сделать для вас сегодня? — А, латте «Ирис», пожалуйста, — сказал Вэй Ин, окинув взглядом сиропы позади обезоруживающего красивого мужчины. — И спасибо… — он подался вперёд, чтобы прочитать бейджик. — Лань Хуань. Лань? — Лань Чжань — мой младший брат, — пояснил Лань Хуань и, бог ему свидетель, подмигнул, прежде чем отвернуться, чтобы приготовить латте, в то время как у Вэй Ина отвисла челюсть и он судорожно сунул карточку в автомат.***
— Я решительно настроен, — сказал Вэй Ин над сэндвичем, который упаковала для него Мяньмянь. Завести ребёнка было хорошим решением с её стороны; благодаря её материнским способностям Вэй Ин обедал чаще, чем обычно (что значит сделать ещё один сэндвич PB&J, особенно когда вероятность того, что Вэй Ин забудет о еде, невероятно высока), а её терпение к непоследовательности речи Вэй Ина было очень высоким. Он одобрял. Молодец, господин Мяньмянь. — Именно так всегда начинаются твои худшие идеи, — ответила Мяньмянь. Она помешивала свой рис с тофу, когда они сидели друг напротив друга. — Но! Но эта идея будет отличной, потому что Лань Хуань делает это возможным. — Ты знаешь Лань Хуаня? Я имею в виду, кроме встречи с ним сегодня утром? — Нет. Но ничего страшного! Я ему доверяю! Мяньмянь вздохнула. — А вот и ещё один показатель того, как зарождаются твои худшие идеи. Вэй Ин недовольно откусил сэндвич. — Хорошо доверять людям, — тихо заметил он. Мяньмянь протянула руку и положила её ему на запястье. — Людям доверять и правда хорошо, Вэй Ин. Я лишь волнуюсь, что иногда ты делаешь это без всякого скептицизма и в итоге причиняешь вред себе и заодно другим. — Я не причиню! Это просто благодарность! Не нужно такой серьёзности, это вообще пустяк. — Это ты идёшь флиртовать с парнем, который думает, что у тебя есть девушка. Причём заболевшая, за которой ты ухаживаешь. Вэй Ин промолчал.
