Кровь на снегу

Они встретили своего ментора на следующее утро, после раннего завтрака, где вполуха слушали радостное щебетание их эскорта. В обычных обстоятельствах Марс наелся бы до отвала, поглощая богатую пишу, которую предложил им Капитолий, возможность, которой он никогда не имел дома. Но сегодня официально начинались тренировки, и он смог осилить только несколько сухих ягод – Флоурисия сказала, что они называются изюм – и сладкую кашу на молоке, нервы брали над ним верх, и все, что стояло на столе, казалось ему отвратительным. Сегодня он официально становился трибутом Голодных Игр – и вскоре станет бывшим трибутом Голодных Игр. Он мог игнорировать истинную причину его нахождения здесь раньше, роскошь Капитолия и великолепие парада достаточно отвлекли его, но теперь, теперь все начинало казаться реальным. Он мог сосчитать число оставшихся ему рассветов на пальцах одной руки. При мысли об этом, завтрак тяжелым камнем лег на дно его желудка. Их назначенный ментор появился посреди завтрака, двери лифта раскрылись с знакомым треньканьем, и она прошла к столу так, словно это были ее собственные апартаменты. Она радостно улыбнулась ему и Джун, но не стала вслух приветсвовать их или Флоурисию, которая была слишком поглощена едой, чтобы заметить новоприбывшую. Женщина была лет на пятнадцать старше него, с длинными локонами цвета меда, немного маленькая и пухленькая. Ее лицо было круглым и, несмотря на молодой возраст, уже было покрыто морщинками у губ и темных глаз. Она напоминала ему чем-то его тетку, и от этой мысли у него испортилось настроение. Он никогда больше не увидит Мод Беж. – Э-э… Здравствуйте, – поприветствовал ее Марс, опуская ложку несколько настороженно. Джун, столь же растерянная, выжидательно уставилась на женщину. Их ментор ничего не сказала. Флоурисия, протерев рот салфеткой, наконец поняла, кто к ним присоединился. С почти виноватым видом, она подскочила с места и подошла к новоприбывшей. – О, простите меня, дети. Это Магс Фланаган, вы наверное помните ее по победе в Одиннадцатых Голожных Играх? Она будет вашим ментором во время тренировок. Марс не помнил ни Магс Фланаган, ни ее победы в Одиннадцатых Голодных Играх, и до сих пор он ни разу о ней не слышал, как и Джун, но она все же встала и подошла к ней, пожимая руку. – Здравствуйте. Ее рукопожатие было коротким, и Джун опустила руку, выжидательно глядя на Магс, ожидая ее ответа. Но его не последовало, и понадобилось несколько неловких секунд, прежде чем вмешалась Флоурисия, настороженно объясняясь. – Магс не может говорить, дорогая. Но не волнуйтесь, – быстро добавила она, увидев удивление Джун. – Вы все равно можете ей доверять. Всего два года назад она была ментором победителя Игр! Четвертый Дистрикт определенно творит славу, Магс. Ты должна быть горда собой. Он не думал, что женщина могла гордиться тем, что тренировала детей для убийства друг друга, но кому какое дело. Если Магс испытывала больное чувство удовлетворения от ее так называемого успеха, то кто мог ее судить? Хотя, эта мысль казалась притянутой за уши, судя по ее теплым улыбкам и золоту локонов, казалось невозможным, что она находила радость в убийстве детей. – Если она не может говорить, то как она будет нас тренировать? – Прямо спросил он, прерывая что-то, выглядевшее как встреча старых добрых друзей – хотя Магс не могла вернуть Флоурисии ее радостные приветствтия. Он почувствовал себя немного виноватым за свой обвиняющий тон, но сейчас их с Джун выживание казалось более важным, чем чьи-то уязвленные чувства. Магс, несмотря на общую миловидность и низкий рост, все же умела внушить страх, когда сложила руки на груди и посмотрела на него с такой злостью, что по его спине пробежали мурашки. И наверняка, на его лице тоже было достаточно приятное выражение, потому что женщина продолжала угрожающе хмуриться на него. Джун, которая все еще стояла рядом с оскорблееным ментором, не сумела сдержать легкого смешка над его положением. – Не обращайте на него внимания, мисс Фланаган, – виновато сказала она Магс, когда проглотила смешок. – Он родился чтобы ляпать что попало. – Эй! Магс сумела доказать, что она ментор не хуже других, а может и лучше, с помощью листа бумаги из старого блокнота и синей ручки, которые, по видимому, она носила все время с собой. Она докзала это, шаг за шагом описав свои собственные игры, и игры ее предыдущих трибутов, добавив еще и небольшие рисунки, для описания деталей. Изучив особенно кровавую сцену смерти мальчишки, истекшего кровью, широко раскрытыми глазами, Марс должен был признать – у Магс был талант к рисованию. Когда он снова посмотрел на нее, она смотрела так, словно хотела сказать «ну, теперь ты в меня веришь?» И он решил, что да. Удивительно, но именно в спортзале, расположенном в подвальном помещении центра трибутов, он больше всего чувствовал себя как дома. Его окружали слои бетона со всех сторон, а звуки ударов гирь или оружия напоминали удары кирки по камню, он почти мог заставить себя поверить, что вернулся в шахту. Флоурисия оставила их, когда они вышли из лифта на нижнем уровне, и Магс, сжав его плечо и похлопав по спине, отступила на балкон в верхней части зала, чтобы посмотреть, как они тренируются. Марс был уверен, что если бы она могла, то сказала бы пару приободряющих слов, но Марсу пришлось бодрить самого себя, когда остальные трибуты начали его разглядывать. Джун и Марс, стояли взявшись за руки у входа в зал, пока что предоставленные сами себе. Он узнал мальчишку из Второго, на пару лет старше него, но такого крепкого, каким можно было жить в сладкой жизни, когда тебе доступно все самое лучшее в Панеме, он злобно смотрел на него через зал. Остановил свой спарринг с его партнершей, такой же высокой и мускулистой, он уставился на них, как ястреб углядевший добычу, его темные глаза-пуговицы смотрели в его собственные. Марс отказывался первым отвести взгляд, и смотрел на него, пока тот не отвернулся, чтобы нанести удар по своей партнерше, серебряные лезвия их мечей снова зазвенели друг о друга. – Как ты думаешь, чем первый заняться? – Хрипло спросил он, оглядывая полки с оружием, расставленные на противоложном конце комнаты и пытаясь выбросить из головы битву взглядов, что только что перенес. Его пальцы зачесались, так хотелось взять длинный кинжал, который он заметил недалеко от тренирующейся парочки, его лезвие сверкало золотом в искусственном свете. – Может проверим наши знания вон там? – Предложила Джун, и он повернулся, глядя, куда она показала. Тренер стоял рядом с сложно выглядящей машиной, ряд за рядом кнопок, указывающих какие-то растения, внизу демонстрировался результат игрока и его шансы на выживание в зависимость от умения распознать его пригодность. Он не много приуныл при мысли о том, чтобы потратить время, сортируя растения на съедобные и смертоносные, но послушно пошел за Джун. Нож подождет, и кроме того, в зале было полно другого оружия, ждавшего его всю предстоящую неделю. – Веди. Тренер, молодая женщина с волосами, собранными на затылке, скучающе объяснила, как играть. Было именно так, как он и думал, и он смотрел, как Джун очень впечатляюще добивается успеха, сортируя съедобные и ядовитые растения. Дома она была добытчицей, напомнил он себе. Им часто приходилось полагаться на ее умения, когда им не на что было купить еду, и они питались тем, что она смогла раздобыть на Луговине. – Отличная работа, Джуни, – поздравил он, когда на экране ярко-красным светом загорелась надпись «47/50», и в его груди поднялась гордость. Его девушка была очень умной, намного умнее других трибутов, во всяком случае. Он знал это по виду девушки из Пятого, которая пытала счастья в секции веревок, раз за разом проигрывая в попытках завязать узел, несмотря на терпеливые объяснения тренера. Черт, она не сумела бы выплеснуть воду из ботика, даже если бы инструкция была на подошве. И разве ум не был важнее, чем сила – особенно в вопросе жизни или смерти? Джун еще не проиграла в этих Играх, вовсе нет. – Спасибо, Марс, – Джун улыбнулась, глядя через плечо, и он увидел расщелинку между двумя ее передними зубами. За это над ней издевались, когда она была маленькой, за это и за целую галактику веснушек на ее носу и щеках – но Марс быстро положил этому конец, и получил целый месяц наказания после школы. После этого ее больше не донимали, и Джун больше не чувствовала себя неудобно из-за внешнего вида. – Хочешь попробовать? Ты разбираешься в лесу так же, как и я, даже больше! Уверена, тебе не нужно даже тренироваться, но это будет весело, показать другим! Если бы он получил сорок семь из пятидесяти, он бы тоже был собой доволен. Марс видел, что несколько трибутов, особенно мальчишка из Седьмого, который прекратил метать топоры, и девочка из Пятого, что перестала пытаться завязывать узлы, уставились на высокий результат Джун. Несмотря на то, какой опыт он получил бы, получая почти идеальный результат, а он знал, что результат был бы впечатляющим, он засомневался. Марс не знал, стоит или не стоит показывать остальным трибутам свои силы. В конце концов, они были врагами. – Сойдет и так, – сказал он ей, и быстро оглядел зал, в поисках того, что привлекло бы его внимание – вернее, то, что не должно было привлекать внимания. – Может попробуем то, что не делали раньше? Учиться камуфляжу, по-моему, выглядит интересно.