Мой Ангел

Еще совсем недавно он не мог даже представить, что его приоритеты настолько поменяются. Он больше не был депутатом, не имел никакого влияния в парламенте — Борис оказался сам по себе: без единомышленников, без партии, без дела, без команды. Те, кто еще совсем недавно стоял с ним плечом к плечу, сейчас разбегались с тонущего корабля: кто-то решил завязать с этим неблагодарным делом — политикой — и ушел в бизнес, другие стали банальными чиновниками, которые будут исправно делать то, что им говорят сверху, третьи же решили примкнуть к сильным и ушли в «Единую Россию». Раньше он не выпускал мобильный из рук, постоянные звонки и вопросы, которые требовали немедленного решения. Теперь же телефон замолчал. Ему пришлось взять паузу, чтобы все обдумать и решить, в каком направлении стоит двигаться дальше. Политические перспективы были весьма туманны, а жить нужно было здесь и сейчас. Но уже в начале 2004 года был создан «Комитет-2008». Нашлись те, кто не сбежал к легкой жизни, а продолжили бороться за честные выборы в своей стране. И как-то единогласно и почти без обсуждений лидером снова стал Борис Немцов. Помимо сомнительных политических перспектив, Бориса стал заботить финансовый вопрос. У Иры были зарплата и свои сбережения, но совсем скоро она уйдет в декрет и родит, а он останется единственным добытчиком мамонта в своей семье. Купленные акции принесут доход только в будущем, друзья из большого бизнеса не захотели связываться с известным оппозиционером. Боря понимал их и не держал зла. При любом раскладе он не стал бы молчать ни при каких условиях. А в большом бизнесе свободомыслие не поддерживалось, если хочешь выжить — нужно поддерживать власть. К тому же у всех перед глазами был пример Ходорковского, который не захотел молчать, и сейчас расплачивался за это. А подставлять кого-то Боря не хотел. Но в том, что этот этап жизни закончился, были и плюсы: больше не придется наступать себе на горло и соглашаться с сопартийцами, не нужно входить в положение товарищей и пытаться искать какие-то варианты, которые бы устроили всех. А идти на компромисс с самим собой ему никогда не нужно было. Но среди его знакомых нашелся бизнесмен, который не побоялся взять на работу опального политика. У него снова был свой кабинет, компьютер, удобное кресло, секретарша и бесконечно звонящий телефон. И хорошая зарплата. Появилась некая стабильность, но никто не мог сказать, надолго ли она. «Приоритеты поменялись, — говорил Немцов. — Я для себя решил, что следующие два года я буду зарабатывать деньги и получать навыки в практической экономике». Борис Немцов на брифинге 11 февраля 2004 года И вот в его жизни опять очень мало спокойных минут: телефон разрывается по деловым вопросам, в офисе порой приходится засиживаться допоздна, чтобы внимательно изучить весь поток поступающих документов. Стройка бизнес-центра оказалась куда более сложным и проблематичным занятием, чем ему это казалось раньше. В этот график Борис еще вместил и поездки в Украину, где граждане отстаивали свое право на выбор. Но тем ценнее были эти спокойные минуты, которые все-таки выдавались. Сейчас он прогуливался по тихому московскому парку, катя перед собой коляску с новорожденной девочкой. Несколько месяцев назад, в мае 2004 года, он стал отцом в четвертый раз. Такое сильное волнение у него было только при рождении первенца — любимой дочки Жанны. Всю ночь, пока рожала Ира, Боря провел в коридоре роддома. Минуты тянулись бесконечно долго, а он то и дело подходил к двери родзала в надежде услышать крик ребенка. Но из-за плотно закрытой двери раздавались только приглушенные крики женщины. Чувствуя дрожь во всем теле, мужчина на ватных ногах отходил к окну и прижимался лбом к холодному стеклу. В руке он сжимал крестик на цепочке, который всегда носил с собой в кармане брюк. — Поздравляю, папаша, — врач вышел к нему, когда на улице уже рассвело, — у вас девочка. На лице Бориса появилась счастливая улыбка, а вокруг глаз собрались морщинки-лучики. Сейчас он мог назвать себя абсолютно счастливым человеком. — Спасибо, доктор, — на выдохе проговорил Борис и пожал руку врачу, — можно к ним? — Полчасика подождите, — попросил врач, — пусть мамочка придет в себя. Их сейчас в палату переведут. Боря кивнул и прислонился к стене. Какое же это счастье: еще одна дочка. Кажется, дети у него получаются очень хорошо, особенно, девочки — как на подбор, красавицы и умницы. Из роддома Борис забирал их, приехав с огромным букетом цветов для Ирины. За те пять дней, что они были в роддома, он успел купить детские вещи и собрать кроватку для дочери. И для него снова началась жизнь молодого отца, в которой были и детские крики, и бессонные ночи, и недовольства уставшей Иры. Но все это казалось таким пустяком в тот момент, когда он брал на руки дочь и она беззубо и смешно улыбалась, радуясь отцу. Сложный учебный год остался позади. Илья порой сам не понимал, как совмещал учебу, работу и партийную активность. А ведь заседания в «Яблоке» были каждую неделю, и ни одно из них Илья не пропустил. А потом еще на несколько часов они оставались своей маленькой командой в пять человек и в небольшом кабинете старались придумать что-то интересное, что заставит людей разделить их взгляды и хотя бы заинтересоваться политикой. Но рано или поздно любому человеку нужен отдых. Очередные дебаты с Навальным, которые разгорелись в их каморке глубоко за полночь, едва не переросли в ссору. — Илюха, — Леша поставил перед ним чашку чая и открыл пачку печенья, — вали в отпуск. — Я в порядке, — буркнул Яшин и взял чашку. Взъерошив волосы, он сделал пару глотков обжигающего напитка и посмотрел на друга. Сейчас, когда он перевел дыхание и пару минут помолчал, к нему снова вернулась способность ясно мыслить. — Хотя, наверное, ты прав. — Прав, — Леша сел напротив друга и взял печенье, — бери свою девчонку и езжай на море. Вот только представь: ты гуляешь вечером по теплому песочку, слушаешь шум волн и твоя рука лежит на упругой… попке, — после короткой заминки закончил Алексей. Илья откинулся на спинку стула и тут же услышал угрожающий треск. — Блин, он когда-нибудь развалится, — буркнул Илья и навалился на стол, — слушай, звучит как мечта. — Мечты надо воплощать, — с трудом подавляя зевоту, проговорил Алексей и посмотрел на часы, — вот черт, метро закрылось. На такси скинемся? — Ну давай, — со вздохом отозвался Илья и полез в кошелек, чтобы посмотреть, сколько осталось денег. — Или может тут переночуем? — На стульях? — уточнил Алексей и потянулся, — давай, не жмоться. Сам же будешь завтра еще злее, чем сегодня, если не выспишься. — Я уже и так не высплюсь, — пробурчал Илья и взял со стола ключи, — ладно, пошли бомбилу ловить. Илья с трудом вытащил из вагона тяжелый чемодан и перевел дыхание. — Ты кирпичей туда положила что ли? — Всего лишь несколько платьев, — с улыбкой отозвалась Милана и с кокетливой улыбкой поправила кепку, — мы же вместе с тобой собирались. — Мои шорты и майки в пакет уместятся, — буркнул Илья и пошел в сторону привокзальной площади, где толпились таксисты. Выцепив взглядом наименее наглого таксиста, Илья погрузил чемодан в багажник и устроился на заднем сидении. Милана села рядом и прижалась к нему. — Мил, жарко, — он чуть нахмурился и слегка, едва заметно, отодвинулся. Девушка недовольно взглянула на него, но ничего не сказала. Всю дорогу до отеля они ехали молча. Илья изредка поглядывал на девушку, пытаясь унять раздражение, которое разросталось внутри. У них ведь все хорошо: он вполне успешный студент с насыщенной жизнью, она тоже умная студентка и очень красивая девушка. Красивая — словно в подтверждение своих мыслей Илья осторожно, словно украдкой, взглянул на Милану. Но все равно что-то было не так. Даже шелковистые волосы, в которые он так любил зарываться носом и вдыхать аромат шампуня, сейчас вызывали только раздражение. Наверное я, действительно, слишком устал, — со вздохом мысленно констатировал Илья, когда они подъехали к гостинице. Впереди его ждали жаркие дни, наполненные соленым морем, жарким солнцем и обществом очаровательной Миланы. Занеся чемодан в номер, Илья плюхнулся на идеально заправленную кровать и с трудом перевел дыхание. Тут классно, — с искренним восхищением прощебетала Милана, подходя к окну. Девушке открылся красивый вид на море, которое казалось так близко, что только рукой подать. Илья только улыбнулся: чтобы оплатить эту поездку, парень выгреб все свои сбережения и пошел занимать деньги у родителей и Алексея. Этот долг ему тоже мешал расслабиться, он прекрасно знал, что Леша не будет требовать деньги сразу, как он вернется из отпуска, но Илья ненавидел само ощущение того, что он кому-то должен. Расслабиться получилось только на третий день отпуска. Сидя ранним утром на веранде, он пил кофе и бездумно смотрел перед собой — людей почти не было видно, большинство предпочитало спать, и только пара человек бодрым шагом направлялось в сторону моря. Сделав пару глотков кофе, Илья неожиданно улыбнулся. Комок, который давно и плотно сидел в горле, неожиданно пропал, как исчезло и неприятное чувство раздражения от всего вокруг. Мир словно вновь обрел свои краски, звуки и вкусы: листва стала ярко-зеленой с редкими пожелтевшими от палящего солнца листиками вкраплениями, ветер приятно въерошивал его волосы, а кофе оказался очень горьким, но почему-то вкусным. Сделав еще несколько глотков, Илья потянулся и неспешным шагом направился в сторону моря. Милана будет спать еще долго, вчера они вернулись с дискотеки поздно и уснули сразу же, едва рухнули в кровать. Девушка любила долго спать, а он уже настолько привык спать мало, что даже сейчас, в отпуске, просыпался сразу, едва только первые лучи солнца заглядывали в номер. Теперь у него появилась пара-тройка часов, которые он может посвятить себе и провести наедине с собой. Почти пустой пляж радовал глаз обилием свободного места. Илья скинул сланцы и с разбега вошел в воду. Плавал он долго и с наслаждением, ощущая, как в нем снова пробуждается интерес к жизни. Теплые волны словно смывали с его тела усталость и тревоги прошедших дней. На берег он выбрался уставший, но очень довольный. Устроившись на лежаке, парень с наслаждением прикрыл глаза. Как же долго он не позволял себе просто вот так лежать и отдыхать. В Москве он все время чем-то занят: учеба, работа, политика, а в редкие минуты отдыха — их семейная жизнь с Миланой. Но оказывается, нужно было остановиться и взять паузу, чтобы просто не сойти с ума. В Москву он возвращался отдохнувший и загоревший. Ловко запрыгнув на свою верхнюю полку, он порадовался своей предусмотрительности — Милана осталась внизу. За время отпуска они обсудили все, что только можно было. Только Илья часто оставался непонятым. Казалось, он объяснял девушке такие простые для него истины. Он хочет видеть свою страну успешной, процветающей и демократичной. Попав в вечерних новостях на сюжет о деле Михаила Ходорковского, он горячился, тыкал в экран пальцем и на повышенных тонах рассказывал Милане, что суды должны быть независимыми и человека надо судить за то, что он сделал, а не за то, что он поссорился с президентом. Милана кивала, но посмотрев ей в глаза, Илья видел лишь пустоту. В ее взгляде читалось непонимание, мол, ну какое тебе дело до этого мужика в очках? Вы ведь даже незнакомы. А ему не было особого дела до Ходоркоского, но Илья хорошо понимал, что завтра на его месте окажется кто-то другой. И он будет выходить снова и снова, отстаивая не этого конкретного олигарха, а право на независимый суд. Илья достал из сумки книгу и, поудобнее положив подушку, принялся за чтение. Мозг требовал незамедлительной работы, в его голове было столько идей, что Илья стал записывать все в небольшой блокнотик, чтобы потом непременно поделиться с Навальным и другими соратниками. Две недели на море дали ему перезарядку, которой так не хватало. Он снова был готов идти и бороться. Москва встретила его почти осенней погодой. Рано пожелтевшие листья срывались с веток порывами ветра, с неба, заполненного темными тучами, сыпался мелкий, противный, холодный дождь. Едва Илья и Милана устроились на заднем сидении подъехавшего такси, как телефон парня ожил. — Илюха, — в трубке послышался бодрый голос Навального, — ты там не утонул на отдыхе? Ни звонка, ни смс столько времени. — Мы только приехали, — сообщил Илья и поймал себя на том, что его голос звучит так, будто он оправдывается, — связь в поезде хреновая. — У нас вечером сходка, — сообщил Алексей, — но не в офисе, сегодня решили с ребятами в баре посидеть. Кофе выпьем, обсудим все. Придешь? — Во сколько? — осведомился Илья, который уже был готов приступить к работе сразу же, как только они доедут до дома. — Часов в восемь начнем. — Буду, — коротко отозвался Илья, — только адрес смс-кой скинь. — Окей, — коротко отреагировал Навальный и, не попрощавшись, отсоединился. Илья убрал замолчавший мобильный и приобнял Милану. — Опять вечером от меня сбегаешь? — поинтересовалась девушка, уже заранее зная ответ. — Ну не дуйся, милая, — Илья умоляюще сложил ладони и чмокнул девушку в губы, — я постараюсь побыстрее. — Угу, — недоверчиво кивнула она, — знаю я твое «побыстрее». Ладно, тогда я пойду с Маринкой в кафе, — решила она после недолгого раздумья, — ты же не думал, что я буду сидеть, скучать и ждать тебя? — Да боже упаси, — абсолютно искренне воскликнул Илья, — даже в мыслях не было. Подняв чемодан в квартиру, Илья успел первым проскочить в душ и, не обращая внимания на возмущенные вопли Милы, быстро закрыл за собой дверь. Миланка может хоть целый вечер наслаждаться горячим душем, а ему перед встречей с соратниками еще обязательно нужно навестить родителей и передать им нехитрые сувениры и сладости, купленные в местных лавках. Он вышел из душа, обмотавшись полотенцем вокруг пояса. Милана сидела на диване и со скучающим видом листала какой-то детектив, а у ее ног стоял раскрытый, но не разобранный чемодан. — Ну наконец-то, — она со вздохом встала, — теперь я в душ. Нет, лучше приму ванну, — решила девушка и ушла, не забыв прихватить с собой детектив. Илья достал из чемодана свои джинсы и надел чистую футболку. Подойдя к окну, он взглянул на серый город, который накрыл туман, и понял, что осень уже совсем близко и совсем скоро вернется круговорот постоянных дел. Но от этой мысли он чувствовал только воодушевление, сейчас Яшину казалось, что он способен свернуть горы. Сегодня, приехав после работы, мужчина собрал маленькую Соню и отправился с ней гулять, чтобы у Иры появилось время для себя. — Пап, — девичий голосок окликнул Бориса и тут же за спиной он услышал стук каблучков. — Пап, а я как раз к вам, — Жанна крепко обняла отца и поцеловала его в щеку. — Привет, — Борис обнял дочь и заботливо поправил выбившуюся из прически прядку. — Давай, знакомь с сестрой, — улыбнулась Жанна, нетерпеливо заглядывая в коляску. Борис рассмеялся и осторожно вытащил из коляски Соню. — Ну, знакомься, это — София, — с гордостью проговорил Борис, — надеюсь, вы потом подружитесь. — Пап, я со всеми твоими детьми дружу, — улыбнулась Жанна и осторожно коснулась маленькой ручки. — Прикольная она, мы подружимся, — уверенно проговорила девушка и взглянула на отца. Она никогда не ревновала Бориса к другим его детям, своих сестер и брата она просто приняла без лишних ссор и истерик. Тем более, что Борис сделал все, чтобы Жанна не чувствовала себя ущемленной в отцовской любви. — Пап, мы можем завтра с тобой встретиться? — поинтересовалась Жанна, — мне нужно с тобой кое-чем поделиться. — Завтра не получится, — помотал головой мужчина, осторожно укладывая Соню обратно в коляску. — У меня завтра весь день в разъездах, а вечером в Киев улетаю. Это подождет пару дней или сегодня поговорим? Я сейчас с Сонькой погуляю, потом можем в кафе сходить. Жанна взглянула на часы и с сожалением вздохнула. — Нет, сегодня не получится, у меня еще встреча, — на щеках девушки появился румянец, а глаза заблестели от радостного предвкушения. — Так что лучше через пару дней. — Ох, Жанка, смотри мне, — Борис шутливо погрозил дочери пальцем, — учти, мне еще рано становиться дедом. Я — молодой отец вообще-то, не порти мой статус. — Ну, насчет этого точно еще пару лет можешь не переживать, — улыбнулась Жанна и отдала отцу подарочный пакет, — мы тут с мамой в магазин сходили, купили кое-что для Сони. Все, пап, мне уже пора бежать, — она снова чмокнула отца в щеку и поправила сумочку. — Стой, — Борис достал кошелек и вытащил несколько купюр, — держи, пригодятся. — Спасибо, — улыбнулась Жанна и спрятала купюры в сумочку, — кстати, чуть не забыла, ты приглашен на день рождения мамы. Потом напишу, что она хочет в подарок, чтобы ты не забыл, — Жанна послала отцу воздушный поцелуй и поспешила в сторону метро. Борис проводил взглядом старшую дочь и пошел дальше по аллее, толкая перед собой коляску со спящей Соней. Ведь когда-то, ему казалось, что совсем недавно, он также катал Жанну в большой, неуклюжей коляске. Девочка мирно спала, пока Борис нарезал с коляской круги вокруг магазина, в котором в очереди стояла Раиса. И вот его маленькая принцесса уже бегает на свидания. Уму непостижимо, как быстро пронеслись годы, а он будто бы их и не заметил. С середины октября 2004 года Немцов фактически поселился в Киеве, выборы в Украине были важны тем, что окажут непосредственное влияние и на его страну. С Ющенко они были знакомы давно и сотрудничали еще со времен «Союза правых сил». СПС объявил о союзе с «Нашей Украиной», и теперь Борис просто не мог остаться в стороне. В Москву он прилетал лишь на выходные и сразу же ехал в «Лужки». Летом один из олигархов — Потанин — сдал Немцову небольшую квартирку в одном из корпусов подмосковного дома отдыха. Борис переехал туда вместе с Ирой и дочерью летом. Ему очень полюбилось это место: баскетбольная площадка, футбольное поле, теннисный корт, бассейн и тренажерный зал. Рядом имелся горнолыжный спуск и Истринское водохранилище. Борис был в восторге от возможности заниматься спортом почти каждый день. Теперь не было никаких отмазок, чтобы лениться — все необходимое было под рукой. Здоровый политик — здоровые мысли, смелые поступки. Б.Немцов «Исповедь бунтаря» Но теперь дома он был катастрофически мало времени. Успевал только переночевать, немного поиграть с дочерью, которая росла буквально по часам, успокоить волнующуюся Иру — и вот уже нужно было снова ехать в аэропорт. За выборами в Украине очень пристально наблюдали из России. 22 ноября после ночи, когда были объявлены результаты выборов, украинцы потянулись на Майдан Незалежности. Началась «оранжевая революция». В тот холодный ноябрьский понедельник Борис приехал на Майдан вместе с Ющенко. Они направились было к трибуне, но Немцов остановил его. — Подожди, — он оглядел гудящую толпу, — можно я подойду к людям? Я хочу пообщаться лично. Виктор Андреевич только кивнул. Разве можно было что-то запретить Немцову? К людям Борис шел без всякого страха и волнения, они все сегодня здесь собрались по одной причине — они не хотели мириться с враньем и фальсификациями. Потом были эмоциональные выступления с трибуны — ему не приходилось ничего придумывать заранее, дух свободы и революции захватил Немцова, как и всех, пришедших отстаивать свои права и будущее своей страны. «За вашу и нашу свободу» — станет частым лозунгом Немцова на Майдане. Две недели Борис Ефимович каждый день приходил в штаб Ющенко, а оттуда шел на Майдан, повязав оранжевый шарф. По пути он обязательно общался с людьми. Они все были разными, но их объединяла смелость и бесстрашие, с которым они вышли против власти. Те, кто стоял на Майдане, воспринимали Бориса как соратника и друга, и полюбили его, как родного. «В половине второго мы вышли на улицу. Машина за нами приехала, но вокруг машины шла демонстрация, и ниже по улице тоже шла демонстрация, и по лежавшему на нашем пути Крещатику тоже шла демонстрация. — Пойдемте пешком, — сказал я, и мы пошли. Каждый встречный старался пожать Борису Немцову руку. Встречных было около полумиллиона. Минут через пятнадцать мы наконец перешли Крещатик и решили поймать такси. Немцов поднял руку. Первая же машина остановилась. Из машины вышли четыре молодые женщины, и одна из них сказала: — Мы освобождаем вам такси, садитесь. — Почему освобождаете? — спрашивал Немцов. — Потому что вы Немцов и вам, наверное, надо в Раду. Вы же в Раду едете? — Ну в Раду. — Так и поезжайте, садитесь же, поезжайте». Коммерсантъ. 24 ноября 2004 года. В глобальном смысле Немцов был противником революций, за которыми часто следует гражданская война. Он никогда не желал истерзанной родине такой судьбы. Но сейчас он увидел, что все может быть по-другому, когда люди идут не друг против друга, а против той власти, которая решила, что она всемогуща и может врать и воровать безнаказанно. Боря был воодушевлен, он увидел, что люди могут побеждать, что добро победило зло. Народ может объединяться и отстаивать свои права. Глядя в иллюминатор на стремительно уменьшающийся Киев, он улыбался. Победа «оранжевой революции» показала ему наглядно, что и для его страны есть шанс. Нужно только бороться за свободную Россию. Даже если тяжело, даже если впереди пока все видится в мрачных тонах, он должен бороться. Отступать не в его принципах, иначе это был бы уже не Немцов. Редкий случай — мне посчастливилось участвовать в двух революциях сразу. В Москве в 1991 году и здесь, в Киеве, сегодня. Это очень сложное эмоциональное состояние. Огромный подъем, гигантские надежды миллионов людей — и отсюда единение, солидарность, вера, что все изменится к лучшему. Ощущение народной силы. Б.Немцов.