Тёмное солнце, взошедшее над Совёнком

      Среда и Гвиндолин зашли в столовую и встали в очередь. Среда встал перед Гвиндолином. Когда очередь получать еду дошла до Среды, он чуть наклонился вперёд (насколько это позволяла сделать перегородка, отделявшая работников столовой от получателей еды) и тихо сказал пожилой женщине, подававшей ему тарелку супа:       – Чернобог передаёт тебе привет, Заря Вечерняя.       Женщина с недоумением посмотрела прямо в глаза Среде и, дернувшись, чуть не выронила тарелку. Затем, оправившись, сказала:       – После обеда поговорим. Я работаю так-то.       Среда улыбнулся.       – Отлично. Как раз после обеда я иду к Черно…       – Молчи!       И Заря Вечерняя легонько ударила Среду половником по лбу. Тот, потерев место удара, взял свой поднос (на котором по чистой случайности не оказалось ничего, кроме стакана компота) и пошёл к столику, за которым уже сидели Алиса, Ульяна, Лена и, если Гвиндолин правильно запомнил её имя, Мику. Когда Заря Утренняя наливала в тарелку Гвиндолина суп, она тихо сказала:       – А ты друг Вотана, верно?       – Ты имеешь ввиду Среду?       – Ну и имечко он себе выбрал, – прошептала Заря Вечерняя, а затем сказала по громче:       – На твоём бы месте я бы с ним не связывалась.       – О чём… – хотел сказать было Гвиндолин, но Заря Вечерняя уже погнала его прочь, чтобы очередь не задерживал.       Дойдя до столика, Гвиндолин сел напротив Среды, который сидел на одной стороне стола с рыжими. Справа от Гвиндолина сидели Лена и Мику. Последняя, едва Гвиндолин сел, проговорила быстро и весело:       – Приятного аппетита!       – Спасибо. – отозвались все, кроме Гвиндолина. Он, чуть погодя, спросил Среду, так чтобы не слышали остальные:       – Так ты знаешь работницу столовой? И того работника склада? Они тоже боги?       Среда молча кивнул. Настроение его было подпорчено тем, что ему ничего не досталось. Но внезапно на его лице просияла улыбка. Он огляделся по сторонам. По какому-то невероятному стечению обстоятельств, все пионеры в столовой, включая Гвиндолина и сидящих с ним девочек, приложились к своим стаканам с компотом. Тут Среда встал и во всю глотку крикнул:       – Не ссы в компот – там повар ноги моет.       По всей столовой прозвучали звуки, похожие на прорыв водопроводной трубы. Все пионеры, услышавшие Среду, выплюнули компот, который уже успели взять в рот. Гвиндолин тоже не сдержал рефлекс, вызванный столь вульгарным выражением Среды. И конечно же, весь компот Гвиндолина разбрызгался именно на Среду. Но Среда лишь засмеялся.       – Красиво сказал, а? – сказал он, но тут к нему подскочила Ольга Дмитриевна.       – Семён! Это что ещё за выражения?! Наказан… – гневно сказала она, но Среда прервал её:       – Можно тогда я сам наказание выберу? Выберу максимально справедливое, честное пионерское!       Вожатая опешила от такого заявления. Затем сказала медленно:       – Хорошо, и что ты тогда будешь делать?       – Помогать заведующему складом. – сказал Среда и улыбнулся.       – Святославу Богдановичу?       – Именно ему.       – Хорошо. Но тогда снова сюда придёшь и весь пролитый компот отдраишь, понял?       – Как уж тут не понять, Ольга Дмитриевна? Сделаю в лучшем виде.       И вожатая ушла. Едва она отвернулась, Среде прилетел неслабый подзатыльник от Алисы.       – Идиот, – буркнула она, а потом, не удержавшись, прыснула. – Ну ты даешь. Не ссы в компот…       Затем Алиса, а следом за ней и все остальные, унесли свою грязную посуду и вышли из столовой. Гвиндолин и Среда, выйдя из столовой, остановились. Когда все пионеры покинули столовую, Среда рассмеялся:       – Ну Чернобог даёт! Святослав Богданович он теперь, видите ли. А Заря Вечерняя тогда кто? Любовь Петровна?       – Ты слишком проницателен для такого дурака.       Это сказала Заря Вечерняя, выходя из столовой и закрывая её на замок до ужина. Тут Гвиндолин поближе рассмотрел её. Это была немолодая женщина лет 50-55. У неё были седеющие волосы, которые в молодости, наверняка были черные, и заплетены они были в тугой пучок. Закрыв столовую, Заря Вечерняя поплелась вслед за Средой, который уверенными шагами пошёл к складу.       – Ну что, идёшь с нами к Чернобогу, Гвиндолин?       – Нет, – холодно и твёрдо ответил Гвиндолин. – Расскажешь мне потом, чем вы там занимались.       – Ну, не хочешь как хочешь. – хмыкнул Среда и пошёл с Зарей Вечерней к складу.       Гвиндолин, постояв минуты две, пошёл по лагерю без какой-то конкретной цели.