Инсомния

- Пошли со мной, - Люцифер, не дожидаясь ответа, порывисто встает и направляется к лестнице. У него есть пара идей, как вывести Аластора. Если ни одна не сработает и не даст никакой помощи в решении его двойственной проблемы с чувствами к демону-оленю-барану, он умывает руки. Запрется в башне, прикрывшись накопившимися делами Ада, может, пару раз смотается на веселый междусобойчик к фон Элдричам или, на худой конец, в бордели Асмодея, чтобы хорошенько прочистить голову распутниками всех мастей и талантов. Главное, не забыть сменить внешность. Аластор следует сзади. Бесшумно шагает, задрав подбородок, светится оскалом-улыбкой. Молчит. То ли из нежелания лишний раз раззадоривать Владыку, то ли погруженный в собственные мысли. Люцифер приводит их в большой пустующий зал, находящийся очень глубоко в недрах Отеля. Закрывает двери взмахом трости. Старается выглядеть спокойно и расслабленно, чтобы не нагнетать атмосферу, и кое-кто не исчез, утопая в Тени. - Мне уже стоит волноваться? – шипит помехами Радио-демон. Ни одна мимическая мышца на лице, тем временем, не дергается. Снова играет на публику. Люцифер бы и сам очень хотел знать ответ на заданный вопрос. Внутренний мир Аластора для него – глубокие сумеречные топи, а каждый шаг вглубь, как на эшафот. Непредсказуемое поведение, сучий характер и никаких однозначных фраз. Только двусмысленные, переворачиваемые его подернутым розовым флёром сознанием в самом приятном свете. И это его «стоит волноваться?» чуть не выбивает твердость из решения разозлить. Он старается взять себя в руки, плотнее сжимая набалдашник трости: - Только если очень хочется. Аластор оглядывает совершенно пустое помещение без отделки ничего не выражающим взглядом. Беспокоится ли он, боится, предвкушает развлечение? Неизвестно. Владыка Ада глубоко вдыхает, морально готовясь к непростой битве. Старается удержать выражение лица скучающим, беспечным и, насколько возможно, глуповатым: - Я предлагаю открыть здесь кинотеатр. Закажем у Вокса огромную плазму, аудиосистему. Будем иногда смотреть фильмы, расти духовно. Может даже обсуждать и дискутировать. Поставим машину для попкорна и стул рядом, чтобы Нифти не скучала, пока готовит, - Люцифер бы и рад притормозить, но уже несет ударить по всем известным болевым точкам. Едва успевает набрать воздуха, чтобы говорить. - Ты у нас не большой фанат таких развлечений. Побудешь сторожем на входе в Отель, чтобы ничего не разнесли повалившие толпы грешников. Твои огромные рога точно отпугнут даже бывалых куколдов, что уж говорить о народе попроще. Иногда будем проводить вечера открытых дверей, звать спикеров. Как насчет Зестиала? Преподаст пару уроков вокала. Что думаешь? Аластор натянут, как тетива, в глазах какие-то датчики, а стена позади рябит разноцветными визуальными шумами. Люцифер почти уверен, что руки, заведенные за спину, снова впиваются когтями в кожу. Словно в подтверждение его слов, на пол падает кровавая капля. Он поднимает голову, чтобы посмотреть в глаза, и замечает, как облизнувший ранку язык скрывается за зубами. Радио-демон неплохо держит контроль над собой, и будь вокруг кто-то еще, наверное, не обратили бы внимания, но здесь только очень внимательно наблюдающий Люцифер и накаленная обстановка. - Зачем это Вашему Величеству? – белый шум скачет, наслаиваясь сам на себя. «Величеству» звучит почти по-змеиному шипящим. «Величество» мысленно себе аплодирует. - Тебя позлить. Он с острой ясностью понимает, что рядом с лицемерным, насквозь построенном из лжи демоном его единственное метко бьющее оружие – правда. Что вдвойне иронично, с учетом ситуации и места действия. Аластор закрывает глаза, расслабляет плечи. Кажется, справился с приступом гнева. - Даже для Вас это слишком мелко. Боитесь, что обижу Чарли, и пытаетесь извести? Могу пообещать, что не причиню ей вреда. Люциферу лестно. Он знает, что Радио-демон никогда не нарушает данного слова. Не важно, сделка это или нет. Просто бережет репутацию. - Конечно, не причинишь, - подходит ровно на расстоянии вытянутой руки. Туда, где раньше стоял микрофон перед Аластором. Вот сейчас нужно нанести решающий удар. - Не буду врать, что верю в твои отцовские чувства к Чарли. Дело в другом. Я за тобой понаблюдал, - Аластор дергает уголками улыбки, нервничает, - и понял, что ты ей не навредишь, потому что ты мягкий. Не в смысле, что похож на большую плюшевую игрушку – уж прости, не с твоей комплекцией - а внутренне мягкий. Не припомню, чтобы ты кого-то намеренно калечил или долго садистски пытал. Владыка наслаждается почти ощутимой в пространстве растерянностью, исходящей от Радио-демона. У него есть очень весомые аргументы на любое возражение. Люцифер вспоминает развернувшийся перед ним в день знакомства спектакль. Аластор, конечно, положил тогда немало народу, кажется, даже кого-то сожрал. Но все эти грешники пришли к порогу его дома, угрожали подруге, в чем бы она ни была виновата, и ему самому. Он убил ровно столько, чтобы распугать идиотов и напомнить о своей репутации. Возможно, слегка переусердствовал с нагнетанием ужаса, но Люцифер может понять: в пылу драки не часто смотришь на то, что делаешь. Да и это был не совсем Аластор, а его жуткая демоническая Тень, которая порой жила своей жизнью. Ушло некоторое время на осмысление ситуации, пока Владыка Ада разобрался, почему его смутила настолько демонстративная расправа. - Я убил множество могущественных повелителей и запустил… - угрожающе начинает Радио-демон, наклоняясь вперед. Ближе к сияющему белизной лицу. Он хочет выглядеть пугающе. - … их крики в радио-трансляцию. Да-да-да, я помню, - нетерпеливо перебивает Люцифер. - Тел, правда, так и не нашли. Ни одного кусочка кожи или клочка одежды. Как ты их убивал? Смешил до смерти чопорностью и брезгливостью в Аду? К тому же, трансляция шла тогда, когда ты возвращался на станцию, а не в процессе убийства. Признай, у тебя где-то есть подвал, набитый микрофонами, в котором они все сидят. Знаешь про «уловку 22»? – смотрит, как напрягается горло демона, - Не отвечай. Это риторический вопрос. Суть заключается в том, что если кто-то объявляет себя безумцем при чудовищных обстоятельствах, скорее всего, он не безумен. Ты не сумасшедший. - Нет никакого подвала, - почти растеряно произносит Аластор, игнорируя последнюю часть фразы. - Да? Тогда пора задуматься, чем еще будешь поддерживать репутацию кровожадного садиста. Если я догадался, что история у тебя не клеится, скоро и до более заинтересованных дойдет. - Пошел ты! – Аластор огибает торжествующего Люцифера по широкой дуге и исчезает за дверью. Владыка чувствует, что слегка переусердствовал в этом разговоре. Хорошо хоть не упомянул про марионетку и властную руку хозяина, которая, несомненно, направляет каждый значимый шаг демона. И весь этот разговор тоже не помогает определиться, что делать со своими чувствами. Ему удалось вывести Аластора на эмоции. Тот определенно был зол и растерян, даже в гневе, но лично Люциферу ничего не предъявил. Не выдал ни одной подсказки, как подступиться к «мягкой» части его личности. Ангел решает дать себе время на обдумывание произошедшего до ночи и, вымотанный событиями нескольких дней, всё-таки отправляется спать. Лучше уж несколько часов, чем совсем никакого сна с бесконечной каруселью мыслей об Аласторе в голове. *** Люцифер наматывает круги по комнате и себя на веретено мыслей о Радио-демоне. Короткий беспокойный сон немного привел мысли в порядок. Или в беспорядок. Во сне Аластор звал его «Люци», закидывал руки на плечи, бесстыдно лез целоваться. Шумел дыханием по ушным раковинам, как по оголенным нервам, выгибался навстречу. Люцифер бы в этом сне и остался на пару лет. Хоть немного себя потешить. Но реальность выдернула его из пленительного сна на поверхность бодрствования, и теперь он мерил шагами комнату, неспособный унять суетливых движений. Каждый новый круг вспыхивает в голове картиной. Поймав себя на почти вслух произносимом «быстрее», чертыхается и уходит в ванную снимать напряжение. Кончает он коленопреклонённому Аластору на грудь, бормоча какую-то чушь. Горячая вода после оргазма действует еще более расслабляюще. Он даже подумывает ввалиться в номер демона, одетый лишь в полотенце на голое тело. Воспользоваться ситуацией, пока тот будет ошалело, неверяще моргать, возбудить, а там, может, что-нибудь и сложится. Секс или чувства. А, может, и все вместе. Люцифер знает, что объективно красив. Он долгое время верил, будто перед ним стелятся из-за красоты, и только после драки с осмелевшим несдержанным Сатаной понял, что из-за силы. Его попросту боятся. Да и кроме красоты есть чем похвастаться и впечатлить. Волнующий эротический настрой портит напоминание, что Аластор не переносит касаний. Сложновато кого-то возбудить и далее по плану, если не трогаешь. Может, только любителей подглядывать, но Люцифер и сам в последнее время чувствует себя таким любителем. Да и не то чтобы Аластора вообще хоть раз замечали в компрометирующих обстоятельствах. С другой стороны, в Отеле в таких обстоятельствах замечали только Энджела в непосредственной близости от Хаска. Люцифер уходит с головой под воду, пытаясь выгнать из головы мысли. Когда выныривает с четким намерением мыться, в голове становится чуть тише и яснее. Собираясь на почти традиционную прогулку в комнату Аластора, все-таки надевает костюм. Отчасти благодаря остывшему воображению, отчасти из-за отсутствия желания светить голой задницей, если в коридоре его застигнут врасплох. *** По болотной гостиной Люцифер идет почти хозяйским шагом, не боясь. Он принял решение и не собирается от него отступать, какой бы катастрофой оно ни стало впоследствии. Ему не привыкать принимать такие решения. Да он мастер по принятию таких решений! Пересекая тинистую поверхность, он позволяет фантазии наполнить разум раскиданными волосами, тонкими пальцами, тихим шумом сбитого дыхания. В целом, если закрыть глаза, сосредоточившись только на звуках, то можно придумать массу интересного, чему может принадлежать такой звуковой ряд. Он толкает дверь… И упирается взглядом в сидящего на стуле Аластора с трубкой в зубах. Демон глубоко затягивается, чуть щуря один глаз от дыма, и смотрит, не моргая. Лицо бесстрастное и спокойное, даже слегка уставшее. Улыбки тоже нет, наверное, курить неудобно. - Неудивительно, что у тебя зубы желтые, - невпопад говорит Люцифер. Он не ищет предлогов, которыми может оправдать свой визит. Пусть будет как будет. - И давно ты сюда на экскурсии ходишь? – спокойно спрашивает Аластор словно не своим голосом. «Как раз своим, без фоновых шумов» понимает Владыка, закрывая дверь.