Крылья Феникса

Стоит мне только появиться в прихожей, как вся моя храбрость мигом улетучивается. Находясь одна в пустой квартире, я понимаю, что снова хочу вернуться в тёплую машину Фэлла и выслушивать его бесконечные шуточки, даже если большинство из них раздражают меня. Однако сразу же отмахиваюсь от этой глупой затеи. Я снимаю пальто с шарфом, быстро сбрасываю ботинки и запираю дверь на все замки. Если кто и сможет её открыть, так это Даниэль своим ключом. После со скоростью света пробегаюсь по всем комнатам, проверяя закрыты ли окна, прежде чем задёрнуть плотные шторы. Жаль, что моя семья этого не видит; сейчас я резвостью скакуна могу переплюнуть даже свою собственную сестру. Смотрю на часы — почти шесть вечера. Но всё равно оставляю везде свет, в том числе и в ванной, поскольку с ним мне становится чуточку спокойнее. Я переодеваюсь в домашнюю футболку со спортивными штанами, беру ноутбук с телефоном и выхожу из спальни. Спускаясь вниз, невольно вспоминаю тот день, когда мы с Дани только купили эту квартиру. То атакующее чувство, когда въезжаешь в своё собственное жильё. Предвкушение взрослой жизни… Правда, я уже через полгода захотела вернуться под крыло родителей, потому что быть взрослым не так уж просто. Но зато нам очень повезло с двумя этажами, так как сложно отвыкнуть от большого родительского дома в Финиксе. Внутреннее оформление нашей квартиры довольно простое и в светлых тонах, что, несомненно, каждый день радует глаз. На первом этаже находится прихожая, из которой можно прямиком попасть на кухню, совмещённую с гостиной. А что касается спальни, нам с Эвс даже не нужно было из-за неё драться, так как она одна, и расположена на втором этаже вместе с ванной комнатой. Прохожу через кухню в гостиную и сажусь на наш просторный диван, который из-за серого цвета не становится менее удобным. Да и розовые подушки Даниэль придают ему хороший вид, не смотря на то, что я просила её их не покупать. Клянусь, они настолько яркие, что способны ночью освещать небо. Открываю ноутбук и последующие пол часа пытаюсь сосредоточиться на докладе, который нужно сдать уже в следующую пятницу. И да, главное слово здесь пытаюсь, потому что совершенно не могу сконцентрироваться на Шекспире и Гамлете, пока каждый мимолётный звук заставляет мои нервные клетки умирать одну за другой. В который раз я смотрю на время и понимаю, что скоро по телевизору начнётся мой любимый сериал «Восприятие». Дани постоянно пытается переключить его на что-то другое, поясняя это тем, что я сама скоро стану шизофреником «вслед за этим доктором». Однако меня на данный момент всё устраивает. С досадой поглядываю на пульт, а затем качаю головой. Может, я и вправду становлюсь параноидальным шизофреником, потому что мой внутренний голос говорит мне прислушиваться к каждому шороху. И в этот момент на журнальном столике вибрирует телефон, от чего я подпрыгиваю, практически роняя ноутбук. Молюсь, чтобы это была Даниэль или родители. Правда, с мамой мы уже поговорили утром, а я не особо люблю разговаривать по телефону. Вот почему не хочу им больше звонить, иначе они сразу поймут, что у меня что-то случилось. А я не допущу, чтобы родители или тем более сестра ввязались в это. Беру телефон, включая экран, и вижу новое сообщение. От незнакомого номера. По спине ползёт холодок, пока я снимаю блокировку и захожу в мессенджер. Неизвестный: «Хей! Это Фэллон Чистая Рука. Хотел узнать, в порядке ли ты. Надеюсь, я не напугал тебя своим внезапным сообщением?» И перевёрнутый, улыбающийся смайлик. Я тупо пялюсь в экран, чувствуя, как кровь снова приливает к мозгу. Фэллон: «Ты там жива?» Я: «Из загробного мира не отвечают на сообщения, Фэллон.» Фэллон: «Ну допустим, я решил испытать свою удачу. А если серьёзно, как ты?» Вздыхаю, откидываясь на подушки Дани. Я: «Если не считать того, что прячусь под кроватью, то я в порядке.» Фэллон: «Чëрт! Я бы к тебе присоединился, но тут «Восприятие» показывают, а его пропускать нельзя.» Я поджимаю губы, потому что соблазн нажать на кнопку пульта слишком велик. Фэллон: «И к слову, ищи другое место для пряток или ты не смотрела фильмы ужасов?» Я: «Спасибо за совет, гений. И как же я жила без тебя раньше?» Фэллон: «Не поверишь, но у меня тот же вопрос. Ладно, позволь тебя покинуть (тут у доктора Пирса очередная интересная лекция, не хочу пропустить). Но, если вдруг соскучишься по моей поддержке — я всегда на связи.» Я: «По-моему, от твоей поддержки мне становится только хуже.» Фэллон: «А кто сказал, что моя поддержка приносит пользу? До встречи, Аиша.» Напоследок Фэлл присылает подмигивающий смайлик, и я улыбаюсь, качая головой. Он впервые назвал меня по имени. Неужели дружеский пакт и вправду работает? Откладываю телефон в сторону, снова чувствуя себя странно. Будоражаще и одновременно вдохновляюще, словно я глотнула свежего воздуха. Откидываю голову на спинку дивана и на секунду прикрываю глаза. В первый раз я ощущаю столько эмоций за пару часов. Обычно мои дни проходят все как один, точно долбаный день сурка. Правда, это длится ровно до тех пор, пока Даниэль не взбредёт что-нибудь в голову. И сейчас мне в какой-то степени некомфортно, потому что я не готова выходить за установленные мной рамки. Однако в глубине души всё же есть желание узнать, к чему это всё приведёт. Приподнимая голову, открываю глаза, и взгляд зацепляется за ноутбук на моих коленях. Всё равно Шекспир меня сегодня не жалует, поэтому, почему бы не изучить кое-какую информацию о пропаже Венди? Так как о другом я больше думать не могу, это как раз поможет мне скоротать время. Печатаю запрос в поисковой строке, и браузер мгновенно выдаёт несколько новостных сайтов. Я щёлкаю на первый попавшийся и внимательно вчитываюсь в статью от газеты «Lancaster Local News».

Загадочная пропажа девушки.

Уже много лет город Ланкастер, штат Пенсильвания славится своей мирной и тихой обстановкой. Однако всё изменилось с появлением известия о пропаже девятнадцатилетней Венди Бентон два дня назад. Как заявляет семья пропавшей, мисс Бентон не вернулась домой после учебного дня в университете «Франклин & Маршалл», что сразу показалось странным. Девушка училась на факультете студийного искусства, из-за чего при ней всегда были тяжёлые учебные принадлежности, которые она оставляла дома, прежде чем куда-либо уйти. Когда мисс Бентон не объявилась и к вечеру того же дня, члены семьи попытались связаться с ней, но она не ответила ни на один из телефонных звонков. По закону родители девушки обратились в полицию спустя сутки с заявлением о пропаже. Расследование длится уже несколько дней, но результаты поисков пока что отрицательные. Вся семья теплила надежду на её возвращение, но спустя два дня ситуация не изменилась. Лидия Бентон — мать пропавшей, пресекает все варианты побега её дочери или какое-либо пребывание у знакомых. Близкие друзья описывают её как отзывчивую, яркую и прилежную девушку. По этой причине, никто из ранее знавших мисс Бентон не может поверить в случившееся. В связи с этим происшествием весь город пребывает в страхе за своих родных и детей. Полиция Ланкастера прикладывает все возможные усилия, чтобы найти девушку, но, к сожалению, большего о расследовании пока не сообщается. Также заместитель шерифа призывает местных жителей со спокойствием отнестись к данной ситуации, потому что безопасность каждого является их главным приоритетом. Кроме того, мы просим всех, кто располагает хоть какой-то малейшей информацией об исчезновении Венди Бентон, немедленно сообщить об этом в главный офис ЛПУ (Ланкастерский полицейский участок), потому как расследованию важна любая деталь.

— ...безопасность каждого является их главным приоритетом, — усмехаюсь себе под нос, снова перечитывая эту строчку. Почему же тогда Венди пропала, если у нас такая охрененная система безопасности? А что до этого заместителя шерифа, кажется, он здесь персона нон грата, если даже в статье его упомянули без имени. С одной стороны, мне понятно почему. Как можно спокойно отнестись к этой ситуации, если человек пропал? Хотя, к своему стыду, я тоже проходила мимо её листовок с секундной жалостью, а потом забывала об этом. Похоже, начинаешь серьёзно относиться к подобному, только когда оно лично касается тебя. Листаю ниже, чтобы почитать комментарии, и в ту же секунду раздаётся звон разбившегося стекла. В который раз я подпрыгиваю на диване, словно его пружина воткнулась мне в зад, и крепко вцепляюсь в ноутбук. Сердце, как бешеный барабанщик, отбивает ритм в ушах, а спина покрывается холодным потом. Я быстро мотаю головой из стороны в сторону, оглядывая комнату широко распахнутыми глазами. А затем слышу приглушённые крики за стеной напротив и опять рассыпающиеся по полу осколки. Чувствую, как страх отступает, и я не понимаю чего мне сейчас хочется больше всего — смеяться или плакать. Буквально растекаюсь по дивану, успокаивая сердцебиение, а крики тем временем тише не становятся. Как всегда бывает, после переезда в новое жильё ты со временем находишь его минус, и это как раз он. А вернее они — Пегги и Грэг Луцеро. Супруги, живущие за стеной, и в том числе со стороны нашей спальни. Практически каждый день — это новая серия грёбаной Санта-Барбары. Пегги постоянно злится на подвыпившего Грэга, который на потраченные деньги в пабе давно мог свозить её на море. Грэг же жалуется на нелёгкую жизнь и трудности на работе, от которых он хочет отвлечься с друзьями в том самом пабе. Типичный замкнутый круг, из которого Луцеро вытягивают всё новые проблемы, дабы побить как можно больше посуды. А также нервную систему своих соседей. В прошлом году, когда мы только въехали, Пегги устроила Грэгу развод грандиозного масштаба, повыкидывав все его вещи со второго этажа. Ёе крики продолжались около трёх часов, где она сто раз упомянула, что уедет от него со своим инструктором по фитнесу на Гавайи, и он её больше никогда не увидит, медленно помирая в одиночестве. Но Грэг всеми силами пытался сохранить их семью, поэтому сказал, что у неё нет денег на этого инструктора, и Пегги застряла с ним навсегда. За что он, конечно, поплатился и получил чемоданом по голове, а затем был отправлен в больницу чуть ли не с сотрясением головного мозга. Пегги очень за него испугалась, попросила прощения и даже ухаживала за ним. И так настала семейная идиллия, которая продлилась целых три месяца. Как говорит миссис Остин — милая старушка с нашего дома, за те тринадцать лет, что они здесь живут, это большой рекорд для Луцеро. Ну и, конечно же, полиция после нескольких вызовов от соседей оставила попытки утихомирить буйных супругов лет так семь назад, потому что у них нет времени на каких-то «мелких правонарушителей». Что значит, звонить им нужно, когда один из них убьёт другого. А мы с Эвс спустя только пару месяцев поняли, почему бывший хозяин решил съехать с этой идеальной квартиры. Успокоившись, я возвращаюсь к комментариям, в какой-то степени радуясь, что Луцеро кричат. Так ты понимаешь, что в доме не один. Под статьёй собрались в основном напуганные или сочувствующие пользователи. Однако, как это часто бывает, есть и те, кто обвиняет жертву во всех смертных грехах, только подливая масла в огонь. Таких людей точно не интересуют чужие чувства. Я искренне надеюсь, что родители Венди не читают все эти экспертные мнения, потому что не могу представить, каково это, когда про твоего ребёнка пишут подобное. Про Ренди я вообще молчу. Прочитываю ещё пару статей, однако в них нет ничего нового, за исключением того, что о Венди везде пишут в прошедшем времени, словно она уже… Даже и думать не хочу. Мгновение спустя я слышу знакомое копошение на крыльце, которое Эвс издаёт каждый раз, когда вставляет ключ, а следом глухой щелчок дверного замка. Сердце снова гулко стучит, и огонёк радости загорается у меня в груди. Я откладываю ноутбук на журнальный столик и, встав с дивана, практически вприпрыжку направляюсь в прихожую. Выглядываю из-за кухонной стены в коридор ровно в тот момент, когда на пороге появляется Даниэль. Она закрывается и, бросив ключи на тумбу, разворачивается ко мне лицом. Поддавшись буре эмоций, я подбегаю к ней и набрасываюсь с крепкими объятиями. В нос сразу бьёт запах гранатового шампуня, а её чересчур кудрявые волосы щекочут, из-за чего хочется чихнуть. Но прижимаюсь только сильнее, не обращая внимания на влажное пальто, вслед за которым мокнет моя футболка. Всё, что я сейчас чувствую, это покой и уют, которых мне не хватало последние пару часов. Ощущение безопасности и защиты, когда ты находишься рядом с родным человеком. Моё тело мгновенно расслабляется, и ко мне приходит осознание, что я даже не замечала, насколько оно было напряжено. — Вау, — Дани обнимает меня в ответ, — я, что, вернулась с фронта? Совершила какой-то охрененный подвиг? Я издаю смешок и отстраняюсь, заглядывая в её тëмно-карие глаза. — Я просто очень сильно соскучилась по тебе. Эвс недоверчиво выгибает бровь, потому что от меня не часто такое можно услышать, а затем смотрит за мою спину. — Ого! Кто-то в этом месяце разорится на квартплате, — она оглядывает световое шоу, которое в нашем доме не увидишь даже на Рождество, и снова фокусирует взгляд на мне. А я лишь вскидываю ладони. — Могу всё объяснить. — Я вся во внимании, — она начинает снимать пальто и брезгливо морщится. — На улице льёт, как из ведра. Ненавижу осень. — Надеюсь, от свидания у тебя впечатление получше, чем от погоды. Пока Эвс разувается, я убираю ключи ей в сумку, чтобы она опять их не потеряла. И молча иду на кухню, так как не хочу прямо с порога портить Даниэль настроение своим не очень-то позитивным рассказом. Как самая примерная домохозяйка, я начинаю разогревать еду, а Дани тем временем переодевается в спальне. Если честно, не помню, когда в последний раз так суетилась у плиты. Обычно этим занимается Эвс, постоянно твердя, что без неё я бы давно уже заработала себе гастрит своей лапшой быстрого приготовления. Или что ещё похуже — запор. Позднее, когда в остальной части дома выключен свет, а мы уже наслаждаемся нашей трапезой, я прошу Даниэль рассказать про её свидание. И не только потому, что не желаю портить наш идеальный ужин моей историей прошедшего дня, но и потому, что мне очень даже интересно. Поэтому последующие часа два уходят на восхваление самого лучшего свидания из всех, что у неё когда-либо были. Но, насколько мне известно, абсолютно все свидания в её жизни были самыми лучшими. И каждое последующее затмевало предыдущее. Меня всякий раз удивляет способность Даниэль так просто смотреть на вещи. Или возможно, это я такая твердолобая, и нужно было постараться найти в своих свиданиях хоть что-то, кроме уныния. В любом случае, после нескольких подобных встреч, я завязала. А Дани даже продолжает развитие отношений в своей голове, приправляя всё сопливыми воздыханиями и розовыми грезами о свадьбе, трёх детях и доме с белым заборчиком. Я, конечно, люблю Эвс и всё такое, однако ещё ни один претендент так и не дошёл до статуса «официальный парень Даниэль Эванс». И этот раз может не стать исключением. Хотя я буду очень рада, если её бариста отвесит мне невидимую затрещину за подобного рода сомнения и в будущем купит ей этот дом уже наконец. На самом деле, в этой череде неудач она постоянно винит свои кудрявые волосы. Из-за чего грозится побрить голову налысо, потому что физически больше не может справиться с этим «огромным клочком пуха», каждое утро проклиная свои итальянские корни. Или точнее сказать, благодаря бабушку за то, что та в своё время решила иммигрировать в Америку. Поэтому Дани и её мама получили от неё всё, начиная от смуглой кожи и заканчивая очень пышными волосами, что делает их экзотически привлекательными. Но Даниэль считает это родовым проклятьем, которое мешает ей жить. Ну а я считаю, что главная проблема отсутствия у Эвс парня — это её внутренний стержень, который не терпит возражений и не умеет держать язык за зубами. Клянусь, иногда мне кажется, что моя мама уехала из Финикса вместе со мной. В какой-то момент Даниэль ставит свою кружку на стол настолько резко, что удивительно, как та не раскрошилась. И я дёргаюсь от громкого звука, мгновенно переводя на нее взгляд. — Мне не очень-то комфортно говорить, когда ты не перебиваешь меня своим душным сарказмом, — признается она, наморщив нос. — Возможно, мне нужно радоваться, но всё никак не могу избавиться от чувства, что чего-то не хватает. — И это мне говорит ещё одна зануда? — усмехаюсь я, на что она просто пожимает плечами. — Так в чём дело? Стону от безысходности, чтобы просто потянуть время, потому что на самом деле не хочу ничего рассказывать. И я сама не понимаю почему: от желания защитить или знания того, что она сразу поднимет шум, бегая по всем инстанциям. — По мне так сильно заметно, что что-то случилось? Дани закатывает глаза: — Я тебя у плиты не видела настолько давно, что эти редкие кадры пора уже записывать и хранить в прочном сейфе, чтобы не потерять, — она кладёт руки на стол и наклоняется вперёд. — А орущий на весь дом доктор Пирс? Где он, Ривс? Испугался включённого света? Я тяжело вздыхаю, понимая, что эту битву мне не выиграть, и устало провожу по лицу ладонью. Взгляд Даниэль смягчается, и она молча встаёт со своего места, из-за чего я напрягаюсь всем телом. От неё можно ожидать всё, что угодно. Обойдя стол, она забирает у меня из рук кружку и отставляет ту в сторону. Следом Дани стаскивает мою задницу со стула, схватив за запястье, и тянет в гостиную. Уже хочу спросить, что она задумала на этот раз, но сразу расслабляюсь, когда Эвс бросает мне розовую подушку. Значит, это не просмотр последнего сезона «Отчаянные домохозяйки», уже радует. Взяв вторую подушку, она усаживается на диван в позе лотоса и кивает мне, приглашая сесть. — Я слушаю. — Хорошо. Но потом я всё-таки дам парочку комментариев твоему свиданию. Дани с полуулыбкой кивает: — Договорились. И я ей всё рассказываю. Про то, что произошло в библиотеке, как Фэллон напугал меня своей теорией, и что теперь мне до усрачки страшно. Эвс же внимательно слушает, не перебивая душным сарказмом, что происходит, наверное, впервые за нашу дружбу. Наконец-то я замолкаю, чувствуя, как все мышцы в теле расслабляются, и поглядываю на Даниэль, ожидая, что она скажет. — Твою мать, — медленно выдыхает она. — Прежде чем высказаться, я хочу послушать, что собираешься делать именно ты. Я ерошу себе волосы, словно от поиска выхода из этой ситуации у меня зудит мозг. — Если бы я только знала. Возможно, буду помогать искать Венди, потому что отказать ребятам у меня, конечно же, не хватит сил. Дани недовольно прищуривается. А это значит, что мой ответ был неудовлетворительным, и мне сейчас начнут читать нотации. — Ты что, долбаный Шерлок, Ривс? Этим должна заниматься полиция, а не восемнадцатилетняя студентка, которая даже свои книги который год дописать не может. Я изо всех сил сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза, а Даниэль тем временем продолжает: — И кстати, мы не в твоих книжках, Аиша. В жизни всё может закончиться не так радужно и красиво, как там. — Да знаю я! Но речь идёт не только о Венди. Ты не слышала ту часть, где я сказала про свое имя под её фотографией? — Я понимаю, тебе страшно, но лезть в это дело опасно. — Мне и вправду страшно, — я стискиваю бедную подушку сильнее, невесело усмехаясь. — Боже, Венди сейчас в сто раз страшнее, чем мне, а я, как всегда, развожу панику на пустом месте. — Надо же, ты только сейчас это заметила? Цокаю языком, а Дани только слегка улыбается. — Если тебе так будет спокойнее, Ривс, я могу по-максимуму находиться рядом с тобой до тех пор, пока Венди не объявится. Но я не хочу, чтобы твое вмешательство принесло тебе вред. За стеной напротив снова раздаются крики, и мы с Эвс переглядываемся. — Опять эти чёртовы Луцеро, — грозно шипит она, резкими движениями вскакивая с дивана и поливая наших соседей всевозможным итальянским матом. Да, Дани часто переходит в порыве злости или раздражения на свой второй язык. — Эй! Добравшись до стены, Даниэль злобно стучит об неё кулаком прямо возле телевизора. И я боюсь, что он скоро отвалится от таких частых нападок. — Хватит буянить, idioti*, достали! Вы время вообще видели?! Людям спать пора! С той стороны слышится незамедлительный, немного приглушенный ответ: — Извини, Даниэль! — Твои никчемные извинения у меня уже поперёк горла, Грэг! Грэг в который раз заверяет, что этого больше не повторится, и, спустя пару разбитых тарелок или чего-то подобного, скандал затихает. Дани поворачивается ко мне, всё ещё сжимая в гневе кулаки. — На них терпения не хватает, ей-Богу. Не могу не заметить, что с нашим переездом Луцеро стали чуточку покладистей. И, конечно же, это всё благодаря заслугам Даниэль, которая смело прерывает их разборки. Мне кажется, скоро весь наш район дружно возведет ей памятник «Великому герою за борьбу с аморальными супругами». — Знаешь, а я всë-таки не завидую твоему будущему мужу, — говорю я с улыбкой. — Он об этом никогда не узнает, — она показывает мне средний палец и начинает смеяться. — Вообще-то, ты живешь вместе со мной, и я ещё ни разу не слышала твои жалобы. — Может, я страдаю молча. — А я так смотрю, кто-то пришёл в себя, — Эвс снова присаживается, слегка толкнув меня в бок. — Да, есть немного. Неожиданно я начинаю испытывать моральную усталость, словно до этого все мои чувства были каким-то волшебным образом притуплены. — Ты не супергерой, Аиша, — Даниэль мягко берет мои руки в свои, легонько сжимая, из-за чего я поднимаю на нее взгляд. — А эта странная компания тем более. Я понимаю, что они отчаялись, и поэтому хватаются за каждую ниточку. Но взгляни правде в глаза, что студенты могут сделать? Ребята просто не в состоянии смириться, а ты вообще не имеешь никакого отношения к этому делу. Самым лучшим решением будет оставить всё как есть и предоставить это профессионалам. Ну а мы будем соблюдать строгий режим, чтобы тебе было спокойнее жить, и выходить из дома только по необходимости. — Ты права, Эвс, — говорю я. — Не надо никаких строгих режимов, просто забудем об этом, как о неудачном дне. А с ребятами я завтра встречусь, чтобы сказать им всё лично. Через телефон как-то…, — слегка морщусь, и Дани понимающе кивает. — Может, даже смогу их самих отговорить. И про себя я досадно стону, вспоминая злобное лицо Ренди. — Правильно, подруга. Ты должна сказать им, что ты отказываешься участвовать во всём этом, но, — Даниэль выставляет указательный палец, — если ты передумаешь, смотря на их умоляющие мордочки, то я самолично приду туда и надеру всем задницы — ребятам за привлечение, а тебе за бесхребетность. — Я поняла тебя, капитан «Надеру-всем-зад», — закатываю глаза, в конце концов, снова почувствовав былую уверенность. — Прекрасно, — теперь уголки её губ расплываются в довольной улыбке, и она бодро встаёт с дивана. — А сейчас быстренько мыть посуду и спать. *idioti [идиóти] — идиоты