Семья Моне. Клад

На следующий день я проснулась в хорошем настроении, уже даже не помня о печали, охватившей меня перед сном. Я жила приятными воспоминаниями о праздновании дня рождения с братьями и маячащей на горизонте встречей с Джейсоном. Будучи в предвкушении от своего свидания, я не сумела скрыть эмоции во время завтрака, который я провела в компании Уилла. Мой любимый брат присоединился ко мне на кухне, как только вернулся со своей утренней пробежки, и его глаза смеялись от вида моего приподнятого настроения. Муки совести начали давить на меня как большая толстая подошва, пока Уилл вёз меня в торговый центр. У меня даже горло стиснулось, когда я отвечала на его вопросы касательно моего выхода, потому что я была с ним честна лишь наполовину. Я старалась выкручиваться, чтобы не соврать, но кого я, в конце-концов обманывала. Мама впаяла мне, сто сокрытие правды равноценно обману, всегда и везде. Мона и Одри уже ждали в условленном месте и отыгрывали свои роли так хорошо, как только могли. Они махали мне и улыбались Уиллу. Я нервно поглядывала на него, пытаясь понять, не начал ли он что-то подозревать, но он, похоже, и не думал уличать меня в неискренности. Тем хуже я чувствовала себя из-за этого выбора. Я уже собиралась выйти из машины, когда почувствовала, как его рука взяла меня за локоть, и я застыла, а паника в моём сердце достигла зенита. За долю секунды в моей голове промелькнули тысячи сценариев и даже несколько готовых ответов, но когда я встретилась взглядом с Уиллом, в них не оказалось ни разочарования, ни злости. Наоборот, они смотрели доброжелательно, а после спустились куда-то вниз. Я проследила за его взглядом, и тогда увидела, что в другой руке он держит пачку зелёных купюр. — Может, он пригодятся, а? — сказал и подмигнул мне, а я несмело улыбнулась, мысленно ударив себя по лбу. Ну ты и дурочка, Хейли. Я кивнула и взяла наличку, сразу поняв, что её будет слишком много для обычного похода в кино и торговый центр. Однако, у Уилла явно не было проблем с подсчётами и вполне осознанно обеспечил меня подходящей, на его взгляд, суммой. На прощанье он пожелал мне хорошо повеселиться, одарил своей чудесной улыбкой моих подруг и уехал. — Боже, Хейли, это был один из твоих братьев, да? Один из старшир, но не самый, правда? — восторженно прошептала Мона прежде, чем я хотя бы успела с ней поздороваться. — Э-э-э, да. Да, это второй, Уилл, — подтвердила я, — он хороший. Мона обмахнулась рукой, хотя на лице Одри румянец был гораздо заметнее. — Ким мне о нём рассказывала. Моя сестра, — поделилась Мона, — она какое-то время ходила с ним в школу, он, вроде, был на пару лет старше. Она была им полностью увлечена, теперь понимаю, почему. Я натянуто улыбнулась ей, закатала рукава куртки и кашлянула, будто бы обычно, но намекая, что, может быть, не очень хочу выслушивать такие вещи. Правда не хотела. Я была взволнована скорой встречей с Джейсоном и сейчас могла думать только о нём. — Хейли, так, вообще, ты выглядишь супер. Меня обрадовало, что Одри проявила трезвость мысли и попыталась сменить тему. И комплимент как факт я тоже оценила, хотя, тут стоит признать, что я в него не слишком верила. Мне не до конца нравился мой вид. Не в смысле, что с ним что-то было не так, но у меня не было ни косметики, чтобы накраситься, ни сумасшедших одёжек. В Резиденции Моне даже бессмысленно было искать бигуди. Можно добавить это в список минусов жизни с мужчинами. Хотя, может это и к лучшему, что я не нарядилась. Так я не вызывала подозрений. С Джейсоном я должна была встретиться возле билетных касс. Для начала, стараясь не обращать внимание на праздничные декорации и раздающууся из колонок, раздражающую мелодию Джингл Белз, которая, по задумке, должна была развлекать клиентов, я нервно огляделась и проверила, не крутится ли поблизости кто-то из знакомых. Я даже понятия не имела, кто в теории мог нас поймать, но раз уж я по натуре паникёр, я не могла избавиться от дурного предчувствия. Может, кто-то за мной наблюдает? На том этапе я была убеждена, что это просто мой дурацкий мозг генерирует муки совести. Я думала так, потому что верила, что всех перехитрила. Перехитрила всех своих братьев, и что план Джейсона действительно работал. Градус моей паранойи значительно понизился, как только я увидела ангельское лицо своего свидания. Джейсон стоял в очереди, а от моего вида его губы изогнулись в улыбке. Я пошла в его сторону, а он вынул руки из карманов куртки, чтобы меня обнять. Я смаковала это ощущение, приятное, как первый глоток горячего шоколада зимой. Я же не вглядывалась в лица людей вокруг. Теперь в счёт было лишь то, что прямо передо мной, с очаровательными ямочками на щеках. Я проигнорировала даже исходящий от него запах никотина. Знала, что он курит, но даже так, в моих глазах он был почти идеален. И он даже надел рубашку, что окончательно положило меня на лопатки. Всё в нём было, каким-то чудом, таким замечательным, что я могла закрыть глаза на этот один сигаретный минус. Фильм, на который мы пошли, оказался романтической комедией, о которой я даже раньше не слышала. Её выбрал Джейсон, утверждая, что это отличная идея для свидания. Последний раз я была в кино сто лет назад, поэтому, по большому счёту, мне было плевать, что мы будем смотреть. В конце-концов, я пришла сюда не за репертуаром. Несмотря на это, я собиралась сосредоточиться на фильме, а это было непросто, потому что Джейсон постоянно меня отвлекал. Места, которые он купил, находились в самом тёмном углу зала, и вначале я хотела предложить пересесть поближе к центру, всё равно они все были пустые, но быстро поняла логику, скрывающуюся за его выбором. Очень быстро, потому что ещё до того, как закончилась реклама, я почувствовала его ладонь на своём бедре. Он удивил меня своей непосредственностью и вначале я задержала дыхание и напрягла все мышцы. Я привыкла к прикосновениям Джейсона, но обычно мы просто обнимались, и никто из нас не пытался перейти на новый уровень ласк. Я опустила руку в попкорн, огромное ведро которого держала у своей груди. Я чувствовала себя дезориентированной — наверное, мне это должно нравиться, правда? Джейсон же мне нравится. Я должна расслабиться. Джейсон пошевелил рукой — проскользнул ею от середины моего бедра до колена, а потом обратно наверх. Задел даже кусочек его внутренней стороны, и я даже почувствовала трепет в желудке. Я всё ещё не понимала, нравится ли мне это чувство, но мне казалось, что я слишком много анализирую. Джейсон это не какой-то там первый попавшийся мальчик, он тот, кого я уже успела сколько-то узнать и полюбить. Так что я попыталась расслабиться. Я дрогнула, когда его пальцы заправили за ухо прядь моих волос. Парень поменял руки, потому что одна из них сейчас находилась на моём колене, а другая гладила волосы. Я окончательно растерялась, когда его нос чувственно прикоснулся к моей щеке, а потом я почувствовала его дыхание на ухе, когда он шепнул: — Тебе нравится? Фильм? Нравится ли мне фильм, или речь о его действиях? Что бы это ни было, я утвердительно покивала, а он тихо рассмеялся и оставил мокрый поцелуй на мочке уха, после чего я почувствовала его зубы. Он не укусил меня, а только осторожно и игриво прикусил, что было очень странно, поэтому я нервно рассмеялась. Он немного отодвинул лицо и тоже усмехнулся. Прежде, чем я успела что-то сделать, он приблизился снова, в этот раз положив пальцы на мою челюсть с противоположной от себя стороны. Так он повернул мою голову в свою сторону и оставил на моих губах полноценный поцелуй. Знаю, что он должен был думать об этом с момента, когда мы заняли свои места в зале, но ему всё равно удалось меня удивить. Я хлопала глазами, пытаясь осознать происходящее. Моё тело застыло, а единичные зёрна попкорна стали высыпаться из ведра, покосившегося на моих коленях. Пара актёров на экране как раз отыгрывала пикантную сцену с чувственным теннисом, но я вместо просмотра была занята собственной, так внезапно атаковавшей меня романтикой. Джейсон не насытился обычным соприкосновением наших губ, и хотя для меня это уже было большое дело — мой первый поцелуй! — он сразу пошёл на шаг дальше и впился в них, на этот раз намереваясь их раскрыть. Я почувствовала его язык во рту и совершенно не представляла, что с ним делать. Поколебавшись, я с волнением ответила на ласку, не будучи даже уверена, что делаю это правильно. Я старалась положиться на инстинкты, потому что в этой ситуации мне всё равно не оставалось ничего другого. Через какое-то время Джейсон отодвинулся от меня, и я заметила, как в темноте блеснули его зубы, которые он показал в очередной быстрой улыбке. Напоследок он ещё раз чмокнул меня в губы и тогда отстранился, давая мне немного пространства, которое ранее так неожиданно у меня отобрал. Он также убрал с моего колена руку, которую он то сжимал, то снова разжимал во время нашего поцелуя. Поражённая, я пялилась на экран. Меня радовало, что здесь было темно и большинство моих реакций было не слишком заметно. Всё моё тело покрылось гусиной кожей а лицо, наверняка, пылало. — Твои губы на вкус как конфеты… и попкорн, — сказал мне Джейсон приглушённым голосом с хрипотцой и усмехнулся, когда я неосознанно их облизнула. Какой бы вкус на них не был раньше, парень, должно быть, слизнул его, потому что я почувствовала только вкус слюны. Если бы после выхода из кино кто-то сказал мне дать только что просмотренному фильму рецензию, я, наверное, не смогла бы вспомнить ни единой сцены. Ни одну из них я не проследила и не поняла. Я покинула зал в обществе расслабленного Джейсона, который как раз доедал попкорн, явно довольный нашим сегодняшним выходом, хотя я была уверена, что он и сам ни разу даже не глянул на экран. Зато, он кучу раз поцеловал меня и прижал к себе. В какой-то момент мне даже начало это нравиться. Понятное дело, что после долгого сеанса в тёплом и тёмном зале, меня ослепило холодное искусственное освещение торгового центра. Я почувствовала себя голой и не хотела оборачиваться к Джейсону, следовавшему за мной по пятам, потому что, вдруг, постыдилась того, что он мог прочитать на моём лице. Но в итоге мне все равно пришлось это сделать и, к моей радости, его совершенно не заботили мои эмоции, вместо этого он со счастливой улыбкой поймал мой взгляд и, заранее избавившись от ведра из-под попкорна, положил руку мне на плечи. — Сделаем что-нибудь ещё? — предложил он, а я потянулась к сумке, чтобы достать телефон. У меня скопилось несколько непрочитанных от Моны, но это было не так важно. Она спрашивала, хорошо ли мы себя ведём и остерегала от ошибок. Боже, я что, одна такая наивная, что правда думала, будто мы идём смотреть фильм? — Э-э-э… думаю, уже нет времени… мне нужно найти Мону и Одри, я от них завишу, понимаешь, — ответила я, разведя руками. — Ладно, спокуха. Я смотрела на него, чтобы уверится, что он правда понимает. Я не хотела ему отказывать, потому что знала, как он старался. В конце концов, он пригласил меня на первое в моей жизни свидание, обманув моих братьев. Ну и поцеловал меня. У меня было странное, неприятное впечатление, что я недостаточно это оценила. — Спасибо, что позвал меня сюда, — искренне сказала я, потому что, как бы то ни было, он вытащил меня на первую за месяц дружескую прогулку, в которой мне повезло поучаствовать. Она наверняка пошла мне на пользу. Пойдёт. Уголки его губ высоко поднялись — видимо, Джейсон был очень доволен собой. Он казался немного не таким, как обычно. Был гораздо смелее, чем в туалете для девочек. — Ничего, классно было увидеться не на территории школы. — Точно. Хотя, если честно, я мало что запомнила из фильма. Он прыснул, а я улыбнулась, потому что тайно рассчитывала на то, что мне удастся позабавить его этими словами. Мы встали у кинотеатра, недалеко от эскалатора и пары популярных сетевых магазинов одежды. Рядом с фонтаном посередине стояли Рождественская ель и сани Санты, в которые можно было забраться и сфотографироваться. Здесь крутилась куча народу, а я знала, что Джейсон снова захочет поцеловать меня на прощание, и хотя у меня в голове крутилась тысяча опасений на тему того, что в таком многолюдном месте кто-нибудь мог случайно стать свидетелем нашей страсти, я нова ему это позволила. в этот раз я уже была готова и знала, чего ожидать. Поцелуи представлялись мне чем-то глупым и незнакомым, но должна признать, что я почувствовала и небольшую искорку удовольствия. Как бы то ни было, чудесно, что кто-то был мне настолько близок, что мы дошли до столь интимной вещи, как обмен слюной. Что было замечательно в жизни, так это факт, что не воспринимал меня как маленькую девочку. Или как ребёнка. Он считал меня взрослый девушкой, даже женщиной. В итоге он позвал меня на свидание, и мы целовались прямо как взрослая пара в ромкоме, и благодаря этому я чувствовала себя взрослее, чем когда-либо. Я в последний раз помахала Джейсону и встала на эскалатор. Тот стоял перед лифтом и держал в руке уже приготовлено сигарету. А когда он пропал из моего поля зрения, я вздохнула, обескураженная недавними событиями. Может я переживала всё с двойной силой, потому что это был мой первый романтический опыт, а может потому, что это вообще был мой первый выход с другом с тех пор, как я начала новую жизнь под одной крышей со своими братьями. От мысли о них я скривилась. Они бы не были довольны, если бы поймали меня в кино. Vincent выражался ясно: никаких свиданий. Я почувствовала укол вины и немного занервничала. Снова вынула телефон, чтобы глянуть на экран, будто ожидает полного недовольства сообщение от своего опекуна. Но ничего такого я не получила, и с облегчением выдохнула. Мне правда нужно расслабиться. Девочек я нашла в супермаркете. Стояли в очереди кассе с какими-то напитками, чипсами и мармеладками, которые должны были служить закусками на нашей совместной ночёвки. От моего вида они сразу оживились, меня зацепило их воодушевление и с неожиданной охотой, я начала рассказывать им о прошедшем свидание. Они расспрашивали меня о Джейсоне и о моих впечатлениях, а я честно отвечала, потому что была просто обязана кому-то выговориться. А кроме них я не знала ни единого человека, который захотел бы слушать о таких отношениях. Девочки анализировали поведение Джейсона своим собственным преувеличенным способом, а я их слушала, решив всего на один вечер позволить себе купаться в их внимании. Я всегда старалась стоять в тени, но, может, общество таких болтливых подруг было не таким уж плохим? Из торгового центра нас забрала мама Одри. Она много улыбалась, и от моего внимания не укрылось то, как часто она поглядывала на меня через зеркало заднего вида, с неприкрытым и несколько ошарашивающим интересом. В доме она быстро показала приготовленный для нас ужин, и два раза удостоверилась, что у меня нет никаких аллергий, после чего попрощалась и ушла на работу на ночную смену. Папа Одри как раз был в отъезде, и когда я уже подумала, будто это значит, что мы останемся в доме одни, на кухню, где мы как раз сидели, зашёл какой-то парень. Я сразу опознала в нём Джерри, старшего брата Одри. Хотя мы явно ходили в одну школу, я не знала даже его лица. Ни разу не замечала, чтобы он разговаривал с Одри в столовой или коридоре. Сейчас я узнала его только потому, что мне в глаза сразу бросилось сходство между ним и сестрой. У Джерри, правда, были русые короткие волосы, а не чёрные как у неё, но он был таким же бледным, худым, и костлявым. Сейчас его худощавое телосложения только подчёркивали прямые поношенные джинсы и не заправлена футболка с, если я не ошибаюсь, логотипом какой-то компьютерные игры. Одри часто на него жаловалась и, судя по всему, они не были особо близки. Не то, чтобы я оценивала чьи бы то ни было отношения с семьёй, потому что и сама не была экспертом в этой области, но моя подруга вечно повторяла, что Джерри целыми днями сидит за компьютером, не слишком успешен в жизни и ко всему прочему зануда. Несмотря на такую приятную характеристику, я старалась не быть к нему предвзятой уже на старте, хотя он ситуацию не упрощал. Сразу бросил на меня подозрительный взгляд из-за своих очков в толстой чёрной оправе, скривил лицо, а после быстро схватил пачку чипсов и молча вышел. — Привет, Джерри, тоже рада тебя видеть! — крикнула Мона, повернувшись за ним на вращающемся стуле. Одри, привычно к нелюдимость брата, безразлично вздохнула и поставила в духовку лазанью от её мамы. — Это он от моего вида так скривился, или мне показалось? — спросила я. Мона закусила губу и бросила неуверенный взгляд на Одри, которая вздохнула, после чего настроила духовку и выпрямилась, оперевшись на шкафчики. — Не бери в голову, Хейли. Джерри странный. У него свои глупые убеждения. — Какие убеждения? — Ну знаешь… — начала она неуверенно, но мой взгляд заставил её продолжить, — например, когда я спросила родителей, можно ли вас позвать, этот идиот влез с тем, что… небезопасно тянуть в свой дом сестру Моне. Я уселась поудобнее на высоком стуле, опирая руки о стол. Простите, что? — Что? — повторила я вслух. Одри махнула рукой. — Джерри кретин. Тебе правда не о чем беспокоиться, — она подошла к холодильнику и вынула оттуда банки с колой, будто просто искала чем заняться, чтобы не смотреть мне в глаза, но продолжала передо мной объясняться: — у него предубеждения насчёт твоих братьев. Поэтому. Сказал родителям, что неизвестно, чего от них ожидать, и лучше «не играть с огнём». — Она поставила напитки себе за спину и пожала плечами, подытоживая: — кретин. — А… а он правда хорошо знает моих братьев? — спросила я бесцветным голосом. — Э-э-э, ну… он на одном году с Шейном и Тони. Наверное, у них есть какие-то общие занятия. Он с самого начала ходит с ними в одну школу, так что да, они давно знакомы и он успел сформировать о них мнение. — Одри закусила губу. — Но ты учитывай, это же Джерри. А он серьёзно идиот. — Сама ты идиотка. Джерри услышал наш разговор, потому что, зачем-то, вернулся на кухню. Он встал на пороге и сверлил взглядом свою сестру. Его уши заметно покраснели, а очки съехали с носа. — Да? А как ещё я должна объяснить твоё невоспитанное поведение с Хейли? — шикнула Одри. Я считала её вечным оазисом спокойствия, но похоже, её брат умел вывести её из равновесия как никто другой. Джерри устремил на меня недружелюбный взгляд. Я почувствовала себя очень неуютно, будучи в гостях, где один из хозяев пылал ко мне такой сильной неприязнью, но в то же время, не делала трагедию из его поведения. Я жила с пятью братьями, способными убить одним только взглядом, когда злились. Злобный лепет Джерри не производило на меня особого впечатления. — Сейчас ты называешь это невоспитанностью, потому что вы большие подружки, — последнее слово он насмешливо выплюнул, с жалостью глядя на сестру. Куки он то и дело сжимал в кулаки. — Подожди. Однажды ты поймёшь, что от Моне лучше держаться подальше. — Может, ты предоставишь хоть один логичный аргумент, а? Джерри сделал шаг в её сторону, а я вся напряглась. Я видела, как Мона тоже сдвинула брови. — Может, что они опасны?! Выставляют себя чёрт знает кем, злоупотребляют силой, думают, что деньги всегда всё решат, уверены в собственной исключительности, безжалостные… — начал перечислять, и каждое следующее слово было как выстрел винтовки. В моём горле появился большой ком, потому что каждый его выброс лишь повторял вслух те мысли, что уже много раз появлялись в моей голове, — не делай из себя дурочку, сама знаешь, что эта семейка мутная. — Как ты вообще можешь говорить такие вещи, особенно, при Хейли? — с негодованием воскликнула Мона. — Ох, ваша бедная Хейли всегда упадёт на четыре лапы, с Моне-то на своей стороне. В этой вашей псевдо-дружбе, при первом же конфликте, это вы горько заплатите. Я округлила глаза, а рот сам раскрылся от шока, такого, что я и слова не могла вымолвить в свою защиту. — Да что ты говоришь! Какой конфликт? Ты даже не знаешь Хейли! Иди лечись! — кричала Одри, теперь уже не румяная, а красная, как помидор. — Тебе самой придётся лечиться, когда братья Моне дадут тебе под зад! — Ты ненормальный. — Да о чём ты вообще? — гаркнула Мона, недовольно качая головой. Мне было приятно, что они обе меня так защищали. — Когда-нибудь вы измените мнение, — произнёс Джерри и поправил очки, — ещё увидите. Повисла минутная тишина (хотя тяжёлая атмосфера ни на миг не переставала довлеть над нами), а потом неожиданно по кухне разнёсся сухой смех Одри. — Я знаю, — сказала она уже спокойней, но с ядом, — знаю, почему у тебя такая проблема с Хейли. Может, расскажешь ей о том, как однажды Тони чуть не сунул твою голову в унитаз? Мы с Моной замерли. Джерри пялился на свою сестру, стиснув губы так сильно, что они аж побелели. Для него это был удар ниже пояса, а Одри с высоко поднятым подбородком, отвечала на его враждебный взгляд. — Откуда ты об этом знаешь? — наконец, тихо спросил он. Было такое впечатление, что меня там не было. В этот момент на кухне остались только Джерри и Одри. Вместе они участвовали в братско-сестринских разборках, которые никто другой не имел право вмешиваться. — Слышала разговор родителей. — Это было кучу лет назад. — Два. Джерри дышал и выглядел так, будто нуждался в ингаляторы, но вдруг собрался и бросил своей сестре в взгляд, наполненный ненавистью. Мне даже стало стыдно и про себя я подумала, что если бы кто-то из моих братьев посмотрел так на меня, я бы, наверное, сразу расплакалась. Даже Тони был ко мне добрее. Мне было жаль Одри, что у неё такие ужасные отношения с кем-то, кого она знала всю жизнь. — Зачем ты вообще это вспоминаешь? — Джерри ненадолго зажмурился, после чего поднял брови и продолжил: — знаешь что, без разницы. В итоге хорошо, что ты сказала об этом, потому что это только доказывает, как низко её… — Джерри неожиданно ткнул пальцем в меня, — супербратья пали уже давным-давно. — Ой ли! А почему не расскажешь всю историю? — Одри ухмыльнулась, — разве не ты на первом году целый семестр делал за Тони математику? Я не знала эту её сторону. — Потому что он меня заставлял?! — Брешешь! Ты хотел ему понравиться, чтобы с ним подружиться! Скрытые стёклами очков глаза Джерри, метали молнии. Одри отважно сносила этот взгляд, ожидая ответа, который так и не последовало. Джерри пожал плечами, будто пытаясь стряхнуть с них напряжение, а потом снова поправлю очки и вытер ладони о джинсы. — Знаешь что, делай, что хочешь, мне плевать. И так все увидишь, — сказал холодно, после чего развернулся и вышел из кухни. Он оставил нас в гробовой тишине. Я разглядывала свои ладони, не имея смелости заговорить. С самого начала я не была позитивно настроена насчёт всей этой ночёвки, но совсем не ожидала таких вот неприятностей. — Уф! — шумную выдохнула Мона. Она закатила глаза и обмахнулась рукой, явно пытаясь разрядить обстановку. — Прости за него, — сказала мне Одри. Она все ещё было серьёзна, — просто ужас, не могу поверить, что он повёл себя так. Ещё и при тебе! Ты наш гость! — она помотала головой, объятая очередной волной злости.- Если бы мама его слышала… — Не страшно, ничего страшного, — оборвала я её, подняв голову. Для успокоения я одарила её слабой улыбкой, — у него, похоже, проблема не со мной, а с моими братьями. Его дело. Сама я понимала, что Джерри повёл себя со мной совершенно несправедливо, выставляя меня в таком негативном свете только потому, что у него были неприятные воспоминания, связанные с моими братьями. Он немного испортил мне настроение своими обвинениями, но, к счастью, в тот же вечер оно стало потихоньку возвращаться. Для начало я получила сообщение от Джейсона, в котором он желал мне спокойной ночи, и которым вызвал улыбку на моём лице. Повлияло и то, что мы с девочками вернулись к разговору о моём свидании, что помогло нам забыть об этом ненужном инциденте. На следующее утро мама Одри приготовила вафли на завтрак, на который мы спустились все вместе. Все — значит все, то есть, появился и Джерри, но в присутствии матери он уже не так охотно меня обвинял, так что он просто жевал в тишине, явно сердитый, избегая любых взглядов, и особенно, моего. За столом я вспомнила, как он пытался настроить родителей Одри против меня, по крайней мере, так выходила из того, что говорила моя подруга, поэтому я немного боялась, что по какой-то причине начну чувствовать неприязнь со стороны их мамы, но она была очень гостеприимной. Я бы даже сказала, что слишком. Она уже знала Мону и была дружелюбна к ней, но мне казалось, что обо мне она беспокоилась слишком сильно. Каждую минуту спрашивала, долить ли мне чай, следила, чтобы корзинка с фруктами и бутылочка с кленовым сиропом были в пределах моей досягаемости и, что было особенно странно, с преувеличенным интересом ловила каждое моё слово. Самый большой дискомфорт я почувствовала, когда появился Винсент. Сперва я получила от него сообщение, которое опустило меня с небес на землю. Написал, что возвращается из города и собирается забрать меня по дороге, так что мне лучше начать собираться. Разумеется, он не оставил ни единой возможности для дискуссии. Я немного удивилась, что из всех мальчиков за мной приедет именно он. Как правило, он казался слишком занятым, чтобы заниматься мирскими проблемами. Однако, неловко мне стало не из-за своего самого старшего брата, а из-за реакции мамы Одри на его вид. Она побледнела, глаза вылезли из орбит, она безостановочно моргала, а все её движения были до жути резкими. Что ж, как я могу её винить? Винсент появился на пороге их пусть и богатого, вполне обычного дома, уже с самого порога не соответствуя окружению. В своём элегантном чёрном пальто, с тёмными волосами, как обычно, уложенными назад, с холодным взглядом и светлой кожей, он контрастировал с выложенным тёплым паркетом полом, цветастыми ковриками и висящими на стенах изображениями природы — некоторыми кошмарно кичевыми. А если прибавить к этому позу моего опекуна, его грацию и дорогие наручные часы, выглядывающие из-под рукава… скажем, его персона производила неизгладимое впечатление. Вначале мама Одри вообще встала как вкопанная, но стоит отдать ей должное, быстро отмерла и пригласила его выпить кофе, на что Винсент коротко, вежливо и по-джентльменски, отказал. От моего внимания не ушло то, что её взгляд то и дело падал на руку моего брата, будто магнитом притянутый к перстню на его пальце. А когда мы выходили, проводила нас явно фальшивой улыбкой.