Семья Моне. Клад

Я смотрела на своё отражение в зеркале. Моё лицо казалось на удивление отдохнувшим. Я спала почти двенадцать часов. Когда проснулась, мне было трудно поверить, что всё произошедшее прошлой ночью не было плохим сном. Долгий душ, который я приняла, привёл к тому, что моё сознание снова отрезвело и начало прокручивать каждый нюанс прошлого вечера. Я закончила сушить волосы. Как же они отросли. Сейчас они были свежие и идеально прямые. Я могла сделать с ними кучу вещей, но решила оставить как есть. Надела спортивные штаны и собиралась сегодня отдохнуть, хотя моё утомлённое сознание не собиралось мне этого позволять. Каждую минуту я проверяла телефон. Отправила несколько сообщений Моне с вопросами о её самочувствии, но она долго не отвечала. Скорее всего, она только проснулась и поняла, что весь рассказ Одри не был шуткой. Прошло много времени, и ей нужно было освоиться в новом положении вещей. Я начеркала сообщение и для Одри, но та его ожидаемо проигнорировала. Ну, приятно было какое-то время иметь подруг. Я уселась в гостиной с книгой в руках, но не успела прочитать ни единой страницы, когда меня нашли братья. Они сразу взяли меня в оборот и вытянули из меня даже мельчайшие подробности последней ночи. В этот раз Шейн и Тони тоже были. После новогодней вечеринки они умирали от похмелья, но оживились, когда я описывала, как Джерри целился в меня из пистолета. Дилан меня удивлял, во время моего рассказа он постоянно куда-то садился, лишь для того, чтобы сразу со злостью подскочить и сделать нервный круг по комнате, а ещё он постоянно что-то злобно вставлял. Я помнила, как его вечно сжатые кулаки вчера избили Джерри почти до потери сознания. А я думала, это у Тони проблемы с агрессией. Он ни разу не глянул на меня, по крайней мере, не когда я смотрела на него. Но зато я видела, как он сжимал челюсти, особенно, когда я вспомнила, что во время моего прошлого визита к Одри, Джерри наговаривал именно на него. — Не знаю даже, что за Джерри, — буркнул он, когда его попросили о комментарии. — Подожди… — Шейн ткнул своего близнеца в плечо. Оба совершенно одинаково хмурились, — это не тот худой ботан, который даже не ботан, потому что у него оценки ниже плинтуса? — А-а-а… тот, который в писсуар не попадает? — прыснул Тони и блеснул зубами от смеха. — Да! — Надеюсь, вы хорошо веселитесь, — рыкнул Винсент своим ледяным голосом, оборвав насмешки близнецов, — прошлой ночью этот парень отводил душу на нашей сестре. Я опустила взгляд, а они посерьёзнели. — Идиоты, — Дилан покачал головой и указал на меня пальцем, неожиданно рявкнув, — он угрожал ей оружием! — Откуда нам было знать, что это тот ненормальный кусок дерьма? — Может, в будущем вы подумаете дважды, прежде чем будете доставать случайного ребёнка в школе, а? — вклинился Уилл, стоявший у дивана рядом со мной. Я радовалась, что, на всякий случай, он был на расстоянии вытянутой руки, — никогда не известно, что у других в головах. Я и сама почувствовала себя неловко от вида остальных братьев, сверливших близнецов полными неодобрения взглядами. — Но Джерри действовал не один, правда? — сказала я, смяв в руках плед, которым укрывалась, — он звонил кому-то, потом, наверное, писал. Ждал. — Согласен, — признался Уилл, и быстро добавил, — но ты об этом не волнуйся, малютка. — Известно, на кого он работал? — Ещё нет. Тот парень и сам понятия не имеет, с кем контактировал. Тот человек следил, чтобы не раскрылась его личность. Дилан, только что сидевший на подлокотнике дивана, снова подорвался на ноги. — Плевать, я сам узнаю, кто эти и… — Ты ничего не сделаешь, — прервал его Винсент. Он одарил его тяжёлым взглядом, а потом обратился к остальным, включая меня: — Человек, стоящий за этим гораздо умнее, чем парень-подросток. Мы узнаем, кто это, но ни один из вас не должен действовать собственными руками. Ваша безопасность, и особенно твоя, Хейли, в приоритете. Мне было неприятно это слушать, поэтому я сильнее укуталась в плед и водила взглядом по полу, не в силах поверить, что какое-то время назад Винсент сказал, что меня теоретически могут похитить, а теперь кто-то в самом деле попытался это сделать. Мне вспомнилось и то, как мой самый старший брат сказал, как отреагирует, если кто-то решит меня похитить, и подняла на него настороженный взгляд. — Что будет с Джерри? — спросила. Винс посмотрел на меня. — Что с ним должно быть? — Это, брат… моей подруги. — Это мусор, — вставил Шейн. — Но… — Джерри посоветовали немедленно покинуть штат, — спокойно ответил Винсент. Я нахмурилась. — Стой, ты сказал ему уехать? Он резко кивнул. — Но… ему же даже восемнадцати нет! — Он достигнет совершеннолетия в этом году. Справится как-нибудь до того момента. — Но у него здесь семья, дом… — Раз он так дружен с семьёй, они наверняка помогут ему продержаться, пока не найдёт работу, — буркнул Дилан. — А школа? — продолжала я, — он даже школу не закончил. Он посмотрел на меня с недоверием. — Да что ты? Мы теперь должны выкинуть его после того, как он закончит школу, университет и найдёт супер-работу? Это не аттракцион щедрости, девочка. Тип пытался тебе навредить, так что пусть себе пиздует и радуется, что у него есть для этого обе ноги, потому что если бы это зависело от меня, я бы их разъебал ещё вчера. — Дилан, слова, — шикнул Винсент и повернулся ко мне, — меня не волнует образование этого мальчишки, Хейли. Учитывая, его провинность, требование покинуть штат это огромная щедрость. Сейчас он либо пустится во все тяжкие, либо возьмёт себя в руки, сделает выводы из своих идиотских ошибок и, возможно, ему удастся спасти свою жизнь от падения в пропасть. — Ставлю на первое, — буркнул Шейн. Винсент пожал плечами. — Как я и сказал, меня это не волнует. — Это брат Одри, — тихонько прошептала я. — Заебись, какой брат, подсыпал что-то своей младшей сестре и её подругам, — воскликнул Дилан. Я снова опустила взгляд, но сразу подняла его на Уилла, когда почувствовала его руку на своём плече. — Скажу ещё раз. Мы очень гордимся, что ты не выпила то шампанское. Вполне возможно, это спасло тебе жизнь. — Нет, ну… — начал Шейн, и мне показалось, что голос у него немного дрожал. Он смотрел на братьев огромными глазами и моргал чаще, чем должен был, — ей же всё равно бы ничего не было? Ничего бы не случилось. В смысле, ситуация бы ухудшилась, понятно, но не так, что… могла бы умереть. Неизвестно, чего от неё хотели, и к тому же… у неё был охранник, нет? — Охранник! — насмешливо воскликнул Дилан и похлопал, — шикарный охранник, настоящий герой. Браво! — Но он появился как раз… Шейн пожал плечами, а Дилан перестал хлопать и наклонился вперёд. — Его порешила девчонка! Бейсбольной битой! — выкрикнул он, — я бы отправил его из штата вместе с этим грёбаным Джерри! — Ладно, Дилан, спасибо за мнение, — наконец, отозвался Винсент, видимо, склонный прекратить эти медленно выходящие из-под контроля крики. Он потёр переносицу и вынес решение, — охранник действительно потерял работу. Я определю тебе нового, Хейли. Пока что он будет с тобой везде, кроме дома и школы. Я кивнула. После недавних событий я не была настроена против телохранителя. Их даже могло бы быть двое. — Думаю, сейчас можно закончить этот разговор, — объявил Винсент и медленно встал. Он и Уилл отличались от нас, потому что на них были костюмы. Элегантные как всегда, — все будьте осторожны. Особенно ты, Хейли. А пока не паникуем и живём нормально. Мои братья покивали, и я вместе с ними. — Эй, раз мы живём нормально, та бронь на завтра в силе? — спросил Шейн, немного расслабившись. Тони наклонился, чтобы потянуться за джойстиками, которые валялись под висящим на стене телевизором. Винс закатил глаза и без единого слова вышел из гостиной, но Уилл легко усмехнулся и кивнул. — Разумеется. — Какая бронь? — спросила я тихо, когда он уже ушёл. Шейн весело подмигнул, развалившись на диване со своим джойстиком, пока Тони включал игру. — В ресторане. У Винса завтра день рождения. Я оглянулась в сторону выхода, где исчез Винс, будто мне резко понадобилось ещё раз увидеть его собственными глазами и убедиться, что кто-то вроде него может праздновать что-то настолько приземлённое, как собственный день рождения. Это показалось мне чем-то странно милым. Минутой позже меня выгнали из гостиной громкие звуки игры близнецов. Сначала я подумала, не стоит ли мне расслабиться в стиле братьев Моне и не опробовать сауну в спортивной части резиденции, но когда подумала, сколько усилий пришлось бы для этого приложить, решила традиционно вернуться к чтению книги. Так что я сбежала в библиотеку, где и провела время до самого вечера. Ни Одри, ни Мона до конца дня так и не ответили, и я уже смирилась с мыслью, что потеряла новых подруг. Если Моне и правда выпроводили Джерри из Пенсильвании, то Одри могла это плохо воспринять. Видимо, она упустила тот факт, что Джерри и сам был виноват, но могла ли я винить её в этом? Мне и самой было тяжело критиковать свою родню, у которых тоже чёрт знает, что творится в головах… Я постоянно переосмысливала всё это, и на следующий день совсем не чувствовала себя лучше. Мне совсем не хотелось ехать в ресторан, и я бы попыталась этого избежать, если бы не то, что поводом был день рождения Винсента. Ну а следуя традиции Моне, самым подходящим подарком, который я могла ему сделать, было время. Мальчики зарезервировали стол в уже знакомом ресторане — том, полном великолепия, в который они водили меня на приветственный ужин. Единственное, что я тогда запомнила — царящую в нём роскошь, поэтому я постаралась одеться элегантно. Это был вызов, потому что в моём шкафу преобладали штаны и спортивные костюмы, ну и несколько свитеров. Единственное своё праздничное платье я надевала в прошлый раз, как раз в этот же ресторан. Я была уверена, что никто бы даже не заметил, оденься я так же, но чтобы поднять себе настроение, я решила придумать что-то другое. Я с сомнением выбрала жёлтое платье в мелкую белую клетку. Моя неуверенность исходила из того факта, что платье было совершенно точно летнее, а я пыталась подобрать комплект так, чтобы она подходила для января. Сверху я надела широкий белый свитер и повертелась перед зеркалом, с удивлением заметив, что выгляжу не так уж и плохо. Правда, телесные колготки не совсем подходили для такого повода, но мне правда было не из чего выбирать, так что я радовалась, что удалось найти хоть что-то. Перед выходом я снова покрутилась перед зеркалом и удостоверилась, что белья не видно. Я закусила губу и натянула материал, а потом ещё сильней и осторожным шагом спустилась вниз. Сунула ноги в полуботинки, всё сильнее осознавая то, насколько неидеально выглядит мой наряд. Дверь в гараж была открыта и, схватив на ходу пальто, я зашла туда, сразу услышав слова Шейна: — Переоденься. Он опирался на чёрную машину Винсента и сидел в телефоне. Одетый в классический костюм. Почему мужчинам нужно так мало, чтобы выглядеть хорошо? Даже если бы он не произнёс тех слов, я бы всё равно почувствовала себя уродиной, что не означало, что он не удивил меня своим вниманием. Полностью сбитая с толку, я даже обернулась, чтобы проверит, не сказал ли он это кому-то за моей спиной. — Я с тобой разговариваю, Хейли. Иди переоденься. Тогда я подумала, что он шутит, но его лицо было серьёзным. — Почему? — Потому что оно слишком короткое. — Что? — Платье, — он указал телефоном на подол, — слишком короткое. Я посмотрела вниз, моргнула, и снова подняла голову. — Оно у меня сто лет. Я проходила в нём всё прошлое лето. Шейн больше не отвечал, но в гараже как раз появился Винсент. Он шёл в нашу сторону, держа в руке ключи от машины, и внимательно смотрел на меня. Я была уверена, что он нас слышал. Более того, он явно разделял мнение Шейна. Молчал, но взгляд говорил за него. Я опустила голову и вернулась в дом. Чтобы выразить свою бурлящую злость, я старалась топать как можно громче, поднимаясь по лестнице. Моё платье было коротким и обтягивающим, это факт, но чтобы вот так просто его забраковать? Мы же ехали в ресторан, а не в ночной клуб. Большую часть времени мне предстояло сидеть за столом. Что за бессмыслица! Я снова остановилась перед шкафом и шумно вздохнула. Серьёзно, если бы это был не день рождения Винсента, я бы просто отказалась идти и сослалась на плохое самочувствие. Мне хотелось плакать, потому что надеть было нечего. Шейн и Винсент уже ждали внизу, одетые как звёзды, а я потянулась за тем синим платьем, которое надевала в прошлый раз. У меня просто не было другого выбора. Кроме неё более-менее парадной была только школьная форма. Я сглотнула ком в горле со вкусом горечи. Теоретически мне было плевать, как я выгляжу, потому что я знала, что в любом случае не могу сравниться со стилем братьев Моне. Но быть вынужденной надеть то же самое платье на второй наш выход… сейчас это меня удивительно задевало. Да ещё и в обстоятельствах, когда мой прошлый выбор так резко отвергли. Я задержалась на минуту, чтобы использовать блеск для губ. Обычно я не красилась, у меня даже не было косметики, и я просто надеялась что, может, хоть он что-то изменит. Но ничего не произошло. Более того, я почувствовала себя неловко и в итоге вернулась в ванную, чтобы стереть его салфеткой. Когда я во второй раз спустилась в гараж, компанию мне составил Уилл и его парфюм, который я почувствовала ещё на лестнице. Сразу за нами появился Дилан, накидывая на широкие плечи пиджак. Винсент как раз закончил говорить по телефону. Я уж думала, что он снова ко мне прицепится, потому что взгляд, которым он меня окинул, был ещё более внимательным и серьёзным, чем до этого. Я с радостью спряталась от него в машине. — Эй, тебе не на что обижаться, Хейли. То платье просто не подходило, — сказал мне Шейн, который, как назло, присоединился ко мне на заднем сидении машины Винсента. Он слегка наклонился и добавил, — зато, это миленькое. Я вздохнула. Меня утешил этот комплимент, даже если он не был до конца искренним. Краем глаза я глянула на его сшитый по меркам костюм. Он точно не был искренним. Я ещё сильнее нахмурилась. — И что в нём было такого неподходящего? — Я же сказал: слишком короткое. Ты не должна такое носить. — Не твоё дело, что я ношу, и я не понимаю, почему ты считаешь иначе. — У меня есть свои причины, — тихо буркнул он. Я подняла брови. — И какие же? Он не ответил, а я раздражённо фыркнула. Так и думала. Тем временем передние места заняли Винсент и Уилл. Дилан и Тони выбрали себе какую-то другую машину, и даже странно, Тони не упирался, чтобы как обычно усесться на свой мотоцикл. Была зима, это факт, но он казался таким привязанным к нему, что заводил каждый раз, когда становилось хоть чуточку теплее, а сегодня было особенно солнечно. Это даже странно; я полагала, что в день рождения Винсента должен ударить мороз или начаться буря. По дороге Уилл и Винс что-то обсуждали вполголоса, а Шейн сидел в телефоне, и когда я случайно глянула на экран, то возмутилась ещё сильнее. Я не удержалась от того, чтобы прокомментировать увиденное. — А её юбка для тебя не слишком короткая? Шейн поднял голову, вначале удивлённый. Глянул на меня, потом на свой телефон. Он как раз смотрел там профиль какой-то девушки. У неё было космическое количество подписчиков, а большинство её фотографий демонстрировала наиболее женственные части её тела. Я подняла бровь, шокированная его лицемерием. — Хейли… — начал он тихо, после чего вздохнул, — эту девчонку я затащу в постель, возможно, даже сегодня. Я бы не хотел, чтобы кто-то думал о тебе так же, как я о ней. Я заморгала и отвела взгляд, пристыженная его честностью. Больше я не разговаривала. Всю оставшуюся дорогу я пыталась успокоиться, потому что чувствовала, как краснею. Заходя в тот эксклюзивный ресторан, я была уверена, что при красивых и лощеных до предела братьях, выгляжу как помидор в поношенном платье. Кроме того, когда официант в белом костюме подал мне меню, я вспомнила, что мы приехали сюда, чтобы есть, и снова разволновалась. Мне не хотелось переводить еду, особенно учитывая, что здесь она стоит целое состояние. Я не знала, сколько, потому что в меню не было цен, но не нужно быть гением, чтобы догадаться — в этом месте даже вода золотая. Первая половина вечера, несмотря ни на что, удалась. Моё настроение немного улучшилось — пока я сидела за столом, мой наряд не бросался в глаза, поэтому я чувствовала себя немного увереннее, а благодаря шуткам мальчиков, я смеялась больше, чем за последние несколько месяцев. Я почти вышла из состояния, в котором оказалась после новогодних событий. Мои братья правда были забавными, и я узнала, что в такие минуты испытываю искреннюю радость от их общества. То, как свободно они себя чувствовали в обществе друг друга, было восхитительно. Их связь была волшебной, они цепляли друг друга, но и понимали без слов. Я с восхищением прислушивалась к их дискуссиям и шуткам. Даже Винсент смягчил тон. — Поздравляю, старик, — позвал Дилан. В какой-то момент он закинул свою тяжёлую лапу на прямую спину Винсента, который как раз поднимал бокал красного вина и едва не пролил его на свою неописуемо-белую рубашку. Да это Дилан получил ледяной взгляд, на который даже не обратил внимания. Потом наш самый старший брат смерил подобным взглядом и меня, когда я особенно громко рассмеялась. — Сколько уже на носу, сорокет? — осведомился Шейн. — На вид, не меньше шестидесяти, — сказал Тони. — Видать, уже одной ногой в могиле. — Это что, седой волос, дедуля Винс? — спросил Дилан, нагнувшись, чтобы приглядеться к тёмным, уложенным назад волосам Винса. И захохотал, когда тот его оттолкнул. — На вашем месте я бы не забывал, у кого контроль над вашими банковскими счетами, — сказал, приподняв уголок губ в усмешке. Винс шутил! Вау! — Не над моими, — вклинился Уилл, второй по старшинству брат, и наклонился, чтобы шепнуть, — дедуля Винс. Он подмигнул мне, когда я снова рассмеялась. Винсент закатывал глаза, но позволял мальчикам немного повеселиться за его счёт, спокойно попивая вино. Они всё равно быстро прекратили, когда принесли еду, и она захватила всё внимание братьев Моне. Вскоре все закончили со своими блюдами, а я всё копошилась в своих равиолях. Я съела пару кусочков и больше не могла. Я думала, что моя игра с разрезанием еды идёт вполне неплохо, пока в один момент не осознала, что Винс внимательно смотрит на меня. Прямо как до этого в гараже. Я быстро отвела взгляд, но это ничего не дало. — Сколько ещё ты будешь играть с этой едой? — спросил он, привлекая внимание всех за столом сначала к себе, а потом и ко мне. Я сделала большие глаза. — Но я ем… — пискнула, в подтверждение наколов на вилку один из пирожков. Он дрожал вместе с моей рукой. — Покажи, пожалуйста, — Винс сделал глоток вина, не отрывая от меня глаз. Я чувствовала на себе взгляд каждого из братьев, и мне хотелось провалиться под землю. Мои равиоли выглядели не слишком аппетитно. Может, их и подали красивыми, но я видела в них больше декорацию, а не еду. Кроме того, своим копошением в тарелке я уничтожила композицию повара и теперь даже запах не прибавлял мне аппетита. Желудок аж сжался от мысли, что мне нужно взять в рот ещё один кусочек. Я нервно сглотнула. — В чём дело? — спросил Дилан, хмуря брови. — Но просто откуси, — добавил такой же растерянный Шейн. У меня начали дрожать губы. Я смотрела на своё невероятно вкусное, приготовленное с огромным старанием блюдо, и понимала, что с тем же успехом меня бы воодушевил поесть кусок картона. — Не хочу, — я постаралась звучать уверенно. Иногда у людей пропадает аппетит, и у меня был именно такой день. Я же имела на это право, правильно? Что ж, Винсент так не считал. — Я не спрашиваю, хочешь или нет. — Хейли, что случилось? — мягко спросил Уилл в повисшей тишине. Оправдание. Мне нужно было какое-то оправдание. — У меня живот болит. Мой любимый брат смотрел на меня с беспокойством и уже открыл рот, чтобы расспросить о моём самочувствии, но Винс его опередил. — Я хочу увидеть, как ты ешь, — строго повторил он. Мы же только что смеялись над шуткой Тони; как так получилось, что теперь мы неожиданно оказались в такой ситуации. Сосредоточенное на мне внимание это перебор. Бессилие добивало меня, и чем сильнее мальчики уговаривали меня сделать, как просит Винсент, тем больше мне хотелось исчезнуть. Я снова сглотнула. На глаза набежали слёзы, и я не пыталась с ними бороться. В итоге я просто шепнула: — Не могу. — Подожди, что значит, не можешь? — раздражённо спросил Дилан. У меня не было ответа. — Милое дитя, скажи мне, зачем бы тебе голодать? — спросил Винсент, сделав очередной глоток вина. — Я не голодаю. Он лениво вздохнул. — Когда в последний раз кто-нибудь из вас видел, как Хейли нормально ест? — Этот вопрос был обращён к нашим братьям, и мне не осталось ничего иного, кроме как сидеть тихо и разглядывать их лица, которые выражали сначала сосредоточенность, а потом озадаченность, когда они поняли, что не могут ответить. Это означало, что мне придётся защищаться самой. — Это не значит, что я голодаю! Мы просто почти не едим вместе. — Хм. Поэтому ты потеряла в весе? Несмотря на слёзы, я зажмурилась. — Я не теряла вес. Он откинулся на своём стуле, приподняв подбородок и разглядывая меня, пальцами правой руки водя по ножке бокала. У меня было впечатление, что чем увереннее я ему отвечаю, тем более жёстко он со мной обходится. — Тогда почему платье, которое раньше тебе идеально подходило, которое, как я помню, ты надела на наш первый совместный выход, теперь висит на тебе мешком? Я потеряла дар речи. Опустила взгляд на свою одежду. Платье и правда было свободным, но разве раньше оно было обтягивающим? Может, когда-то оно и правда было уже в талии? Разве это означало, что я правда похудела? Но я даже не планировала садиться на диету, но почему-то почувствовала, будто достигла какой-то цели, о существовании которой даже не подозревала, и поэтому на моих губах появилась широкая улыбка. Воодушевлённая, я подняла голову лишь для того, чтобы наткнуться на ледяной взгляд Винсента, который определённо не собирался меня поздравлять. — Ну и чему ты так радуешься? — спросил Шейн, подняв брови. — Это правда?.. ты худеешь? — у Уилла даже голос задрожал. — Я просто… — Ты умом тронулась?! — прогремел Дилан. Несколько человек за соседними столиками глянули в нашу сторону, но едва ли мои братья обратили на это внимание. — Ты же и так худая… — Шейн хмуро покачал головой. — Зачем бы тебе голодать? От всех этих слов я опустила взгляд, потому что совсем не хотела их слышать. — Нет, ты обязана сейчас съесть эти грёбаные равиоли, живо, — прикрикнул на меня Дилан. Он напряг мышцы, будто готовился к драке, а брови сдвинул так сильно, что с каждой секундой пугал меня всё сильнее. Он был в бешенстве. — Не могу, — икнула я. Мой умоляющий взгляд не произвёл на него ни малейшего впечатления. Он резко поднялся со своего стула и смотрел на меня сверху, готовый приблизиться. — Мне тебя накормить? Я смотрела на него в шоке, не в силах ответить. — Сядь, Дилан, — отозвался спокойно, хоть и прохладно, Винсент. Меня немного успокоило, что Дилан через мгновенье глубоко вздохнул и снова сел на место. Но он всё ещё сверлил меня взглядом. Я вздрогнула от одной мысли, что меня заставят есть. Я видела, Что он и правда готов это сделать. — Ну и что должно значить это «не может»? — буркнул себе под нос. — Значит, что она вбила это в свою головушку, и теперь чувствует отвращение от одного вида еды. Я прав, Хейли? — осведомился Винсент. — Ну и чудесно, значит, сейчас вобьём ей, что… — Если будешь её заставлять, она, скорее всего, её сразу вернёт. — Что, бля? — выпалил Шейн. Он смотрел то на меня, то на Винсента. Даже Тони задумчиво пялился на нас. Я перебирала пальцами под столом. Винс был прав, от одной мысли проглотить хоть кусочек этих несчастных равиолей, я чувствовала рвотные позывы. К моему облегчению, в итоге он сказал оставить меня в покое. Мальчики медленно вернулись к шуткам и расслабленным разговорам, хотя в воздухе всё ещё витало напряжение, которого не было раньше. Я судорожно вытирала салфеткой слёзы, а Дилан переодически бросал на меня недоверчивые взгляды. Уилл наоборот смотрел с беспокойством. Я больше не говорила и только неуверенно покачала головой на предложение о десерте. Я чувствовала себя ненормальной, и было такое впечатление, что мои братья думают так же. Я не смогла насладиться ужином как они, к тому же, оказалась раскрыта моя неуверенность в себе, и чем дольше я об этом думала, тем более это было унизительно.