Призрак Вдовы

Спортивный зал встречает женщину мертвой тишиной и сопровождает тихим скрипом её собственных шагов до спортивных снарядов, в частности и боксерской груши. Силовая тренировка — отличный способ справиться с кошмарами или хотя бы отвлечься от них. «Я бы принимала таблетки для хорошего сна, но по утрам я должна быть бодрой.» Эластичные бинты плотными перчатками обхватывают ладони, теперь сжатые в крепкие кулаки. Босые ноги устойчиво удерживают тело напротив спортивного снаряда и быстрой перебежкой то сближаются, от отдаляются. «Иногда мне очень хотелось бы иметь суперсилу Капитана Америка, чтобы пережить трудные деньки.» Руки наносят серии стремительных и точных ударов, чередуясь с сокрушительными ударами ног. Девушка бьет со всей силы, выплескивая накопившуюся злость на грушу высотой с неё и весом почти в половину больше. «Или энергоподзарядку на целые сутки, как у Старка, что ему уже не требовалась.» Наносит с разворота двойной удар ногами, поочередно бьет левой ногой и в прыжке наносит правой, добивая воображаемого противника. Ловко группируется в воздухе и приземляется в перевороте. «(Но меня бы эта подзарядка убила.)» Легко поднимается на ноги и продолжает тренировку, упрямо нанося все новые и новые удары. Безжалостно мучает снаряд и параллельно задумывается над некоторыми тонкостями.  «Даже не знаю, зачем она ему нужна была. У него ведь был установлен реактор в груди.» Чуткий слух и отточенная реакция на опасность подсказывают о чужом присутствии в спортзале, шпионка улавливает шорох открывающихся дверей и уверенные твердые шаги. Стив Роджерс. «А про Тора вообще лучше не…» — Доброе утро, — здоровается мужчина с оттенком удивления от встречи в столь ранее время. — Не спится? — осторожно спросил Стив принявшись разминать плечи и руки. А судя по румяным щекам, Капитан только вернулся с утренней пробежки.  — Привет. Не легкая ночь, скажем так, — уклончиво отвечает Мармора с легкой ухмылкой на губах, взяв короткую передышку. — Ты вообще спала-то? — интересуется Стив подойдя к турнику и в один легкий прыжок цепляется за перекладину, будто ему это движение едва стоило каких-либо усилий. — И что произошло между вами с Тони? Старк с самого утра сидит на кухне и ворчит на каждого, кто подойдет.  — Да, Тони сказал уже пару ласковых, — со смешком соглашается она и наносит серию ударов по искусственной коже. В удары вкладывает всю силу, что есть. Цепи, удерживающие снаряд на месте, жалобно стонут, скрипя крашенными кольцами. Роджерс с поразительной легкостью выполняет несколько десятков подтягиваний с поднятыми в горизонталь ногами. Затем ловко выполняет комплекс акробатических упражнений на турнике, будто только уцепился за перекладину. И ровно приземляется на две стопы, выпрямляется в полный рост даже не вспотев. — Так, что между вами произошло? — спокойным тоном повторяет вопрос Стив, почувствовав, что момент для разговора наиболее подходящий.  Мармора кружила вокруг спортивного снаряда без прежнего энтузиазма и в каждый удар вкладывала скорее необходимое количество силы, чем позволяла себе излишек.   — Контроль и недоверие, — скучающе озвучивает очевидный факт шпионка, немного сбившись в дыхании из-за продолжительной нагрузки. — Он не доверяет мне. И я понимаю его здоровые опасения. Но я не позволю обвинять меня во всём подряд, только по косвенным фактам и личным догадкам.  Мармора оборачивается к Капитану и впивается прямым взглядом в волевое лицо с честными голубыми глазами, этим достаточно четко обозначая свою позицию.  — В чем-то ты права, Мармора, — внимательно выслушав и задумчиво нахмурив брови, соглашается Роджерс, уперев сильные руки в бока. — Старк порой бывает несколько категоричен и груб в своих выводах, но, думаю, конкретно здесь нет твоей вины. Тони остынет, может быть даже извиться, в своей манере…— не без усмешки добавляет он, по-доброму заметив чужое неумение признавать свои ошибки. — Я слышал от Роуди, что у них с Пеппер проблемы в отношениях.  Мармора никак не реагирует на данный комментарий, но запоминает саму информацию. Замирает и останавливает грушу двумя руками, после сильных ударов своих кулаков, шумно выдыхает.  — Признаться, мне полегчало, — признается Руденко, обратив взгляд к ясным глазам мужчины. Некоторое время молчит, а затем неожиданно предлагает, — Я пойду в душ. Тебе приготовить завтрак?  Роджерс пусть и удивляется такому добродушию подруги, что прежде не расщедривалась на столь явные жесты заботы, но искренняя улыбка тронула его губы. — Не откажусь от такой любезности с твоей стороны, — поддевает Стив с усмешкой, сейчас особенно точно походя на Джеймса, когда тот был в хорошем расположении духа. И это разительное сходство умиляет. — Порой у вас с Джеймсом намного больше общего, чем может показаться, — вслух замечает Мармора уже уходя, успев шустро разбинтовать руки и собрать вещи в спортивную сумку, что теперь висела на правом плече. Женщина направлялась к себе в комнату с четким намерением принять освежающий душ и точным планом на день.

***

После контрастного душа и кружки свежего горячего кофе шпионка чувствовала себя намного лучше. Мармора неторопливо хлопотала у плиты за приготовлением тонких русских блинов и, ловко орудуя неглубокой поварешкой, когда за спиной послышались шаги одной пары ног. Шпионка с большой долей вероятности определила личность вошедшего, но не посчитала нужным обратить на него своего внимания. Зачерпнула новую порцию жидкого теста и плавным быстрым движением вылила его на раскаленную сковороду, равномерно распределив вращением самой сковороды второй рукой. Рядом на тарелке уже возвышалась невысокая горка румяных горячих блинов. Каждый был сверху заботливо смазан кусочком сливочного масла для вкуса, как когда-то учила Филиппина Петровна, царство ей небесное. — Странно, не думал, что ты умеешь готовить, — замечание от Старка звучит комплиментом, а рядом появляется мужская рука. — Я воспитана образцовой женой, разумеется, я умею готовить. И достаточно хорошо, чтобы очаровать своей стряпней любого, — намеренно небрежным, деловитым тоном заявляет Руденко не отвлекаясь от своего занятия. Ловко поддевает краешек блина ножом и переворачивает голыми пальцами.  Тони подходит к Марморе со спины и тянется к уже приготовленным блинам. Шпионка легко, но ощутимо бьёт его по пальцам.  — Не таскай.  — Не уверен теперь, что ты не подсыпала что-нибудь в тесто, — нарочито серьезно бормочет Старк над ухом и движется к кофейнику со свежим кофе. Наливает в кружку горячую жидкость и, подув, отпивает пол глотка.  — Привет всем, — доносится манерный тон Наташи из-за спины и в голосе шпионки слышится улыбка.  — Привет, Наташа, — коротко обернувшись к девушке приветствует подругу Мармора и вновь пресекает попытку Старка стащить блин, не глядя хлопнув пальцами теперь по другой руке. И строго добавляет, сверкнув зелеными глазами, — Не таскай.  Старк тут же вскидывает ладони в жесте капитуляции с самым невинным выражением лица и удаляется с кухни в столовую, забрав с собой кружку с кофе.  Следующим участником этого утра по неволи становится Барнс, зайдя на общую кухню позавтракать после утренней тренировки. Мармора приветствует мужчины коротким взглядом и ухмылкой, встретившись с серыми глазами. Наташа лениво перебирает пальцами в воздухе и какое-то время провожает мрачный силуэт Солдата взглядом.  Джеймс сразу меняется в лице, заметив русоволосую подругу за плитой наливая себе черной гущи в кружку, наигранно страдальчески кривится. — Только умоляю, скажи, что ты все сделала по рецепту, — почти жалобно тянет брюнет, заглядывая девушке через плечо. Строит подходящую гримасу и продолжает, — От твоих прошлых кулинарных изысков до сих пор горчит во рту. — Эй! — шутливо возмущается Мармора. Быстро перекладывает готовый блин на тарелку и наливает новый. Впивается горящим возмущением взглядом в лицо напротив и наблюдает откровенно веселящегося Джеймса. И в сердцах тараторит на русском от столь неожиданного признания, — Ya ne vinovata, chto u tebya dazhe yaits v dome ne bylo. I moy khleb ty pokhvalil! Zachem ty vresh? — Vse tak i bylo, — убежденно заявляет Барнс также на русском с самым серьезным видом. — Tvoi shchi byli uzhasnymi. — Ty syel tri tarelki, — спорит Мармора, отлично помня как Джеймс уплетал несчастные щи за обе щеки, звонко стуча ложкой по тарелке. — Znayesh kak zhrat okhotno bylo? Togda ya byl gotov syest vse, chto ugodno. — разводит руками мужчина и не сдерживается, улыбается и смеется, наблюдая за хмурой девушкой.  Мармора замечает чужое веселье и только закатывает глаза, с рвущейся наружу полу улыбкой. Звонко цокает и толкает его бедром, пока руки заняты новым блином. Барнс только хохочет сильнее, продолжая довольно наблюдать за чужим недовольством, откровенно веселясь.  — Durak. — смеясь произносит Мармора и смотрит на весело улыбающегося Джеймса, ловит себя на мысли, что последний раз видела таким друга очень и очень давно. Теплая улыбка сама прорывается наружу вместе с веселым смехом. — Ты просто хочешь получить первый блин?  Сквозь приступ звонкого, искреннего смеха спрашивает она друга уже на английском, вспомнив о том, что русский понимала из всех присутствующих лишь Наташа и весело улыбалась, наблюдая эту интересную сцену. Изучает того хитрым прищуром зелёных глаз. Знает, что права. А Барнс с поразительной правдоподобностью удивляется, как его гениальный план был так быстро раскрыт.  — Я скоро закончу, если не будешь меня отвлекать бессмысленными спорами, — теперь с серьезным видом отвечает Мармора на всё его не высказанные надежды разом.  Стив стоит у входа в пространство совмещенных между собой общей кухни и столовой, подперев плечом стену, замерев здесь только заслышав, сначала было почудившийся, хохот Баки, а после наблюдая и за смеющейся Марморой. И улыбается. Он давно не видел искренних улыбок близких друзей.  Первой появление Роджерса в обеденном пространстве замечает Мармора, поразительно чутко чувствуя взгляд голубых глаз на себе. Оборачивается и быстро догадывается, что мужчина, если не видел эту дружескую перепалку, то точно слышал, чем она закончилась. Роджерс кажется, рад, что Баки не был одинок, пока работал на ГИДРУ, как думает Стив. На деле все было несколько сложнее и запутаннее. Замечает шпионка и задумчивый взгляд янтарных глаз Тони, что лишь наблюдал за происходящем отчего-то не вмешиваясь с саркастичными или колкими комментариями.  А Старк неожиданно для себя увидел, заметил, наконец-то разглядел ту грань между чужой ложью и искренностью. Вспомнил, что, к собственному удивлению, сумел забыть за годы работы среди шпионов и тайных агентов — что когда-то сам мог наблюдать редкие моменты чужой искренности сам того не замечая, наивно веря или категорично подвергая сомнению каждое её действие. За неприступной крепостью равнодушия и профессионального цинизма скрывался живой человек, но так глубоко, что разглядеть живое было практически невозможно. А может быть настолько мало осталось этого живого внутри самой женщины? Он точно не знает. Но осознания собственных заблуждений окатило, подобно ведру ледяной воды, поднимаясь неприятное чувство укола вины глубоко внутри. А вместе с тем и радость открытого для самого себя откровения, что хоть что-то в их дружбе было настоящим.  — Всем доброе утро, — бодро приветствует товарищей по команде Уилсон обнаружив свое появление для всех присутствующих. По новому изучает женский силуэт у плиты, прежде ещё из коридора услышав чужой смех, а после застав широкую улыбку Марморы. Он никогда не знал напарницу с такой стороны. — Восхитительно пахнет! Что это..? — Блины. Садитесь за стол, скоро будем завтракать, — отвечает и деловым тоном объявляет Мармора, обернувшись в пол оборота и встретив взглядом новоприбывшего.  Возвращает взгляд к сковороде, переворачивает золотистый блин и ждет ещё некоторое время, снимает готовый тонкий блинчик и складывает сверху заметно выросшей стопки таких же румяных блинов. На автомате смазывает маслом и заливает новую порцию теста половником, слушая поднявшуюся суматоху в столовой за спиной в пол уха.  Рядом появляется Наташа под предлогом новой порции кофе, замирает с полной кружкой, опираясь бедром на кухонную тумбу. Заинтересованно изучает спокойное лицо внимательным взглядом пытливых глаз.  — Все нормально? — бдительно интересуется Наташа и делает глоток обжигающей чёрной гущи из кружки.  — Да. Невозмутимость женского голоса не производит на опытную шпионку никакого впечатления, как и не удовлетворяет интерес.  — Почему тогда готовишь? — негромко спрашивает она и любопытно заглядывая в девичье лицо. Руденко беззвучно хмыкает и улыбается уголком губ, подметив чужую наблюдательность. Женщина никогда не проявляла инициативу в заботе о друзьях, предпочитала скрытность даже в дружбе. Считала это не столь важным. Могла только иногда поддержать советом или неприметным, но необходимым в моменте жестом. А блины? Она знала, что Роджерс согласится, после их короткой бестолковой в сути своей беседы. Просто Стиву было порой необходимо быть нужным и полезным в коллективе, помимо поля битвы и сражений.  — Это помогает сосредоточиться, — так же спокойно отвечает Мармора подруге, перекладывая очередной блин на тарелку. — Сможешь пробить одного человека не привлекая лишнего внимания?  Романофф уверенно кивает головой. — После завтрака зайди ко мне, — коротко произносит русоволосая, не отрывая глаз от пузырящегося блина. Женщина остается один на один со своими мыслями, занимая руки половником и ручкой сковороды с ещё сырым блином. Параллельно продумывает наметившийся план действий на этот день, думает о возможных осложнениях. Пытается понять причинно-следственную связь в преступлении, мотивы и причины убийцы…  — Не верю своим глазам! Мара готовит нам завтрак, — со смешком воскликнул подошедший Бартон, с порога почувствовав аппетитный аромат традиционной выпечки. — У меня возникает лишь три вопроса: кто, чем, а главное, как её подкупил?  — И тебе доброе утро, Клинт, — отзывается Мармора на громкую болтовню друга и протягивает ему кружку с кофе.  — Ты вообще спала? — многим тише спросил лучник и сделал глоток кофе, жестом поблагодарив за напиток. Мармора молча кивает, что в общем то являлось правдой и краем глаза замечает внимательный взгляд Сэма, что время от времени поглядывал на них.  Клинт пожимает плечами, очевидно, также без труда заметив чужое любопытство. Они молча обмениваются взглядами и вскоре мужчина уходит с кухни, присоединившись к общей суете в столовой. Последним в общую столовую заходит Брюс в привычно свеже-выглаженной рубашке и классических брюках, только на ногах тапочки вместо ботинок. Мужчина выглядел свежим и отдохнувшим, явно в отличном расположении духа.  — Доброе утро, Брюс, — с лукавой улыбкой здоровается Мармора проплывая мимо с высокой стопкой ещё горячих блинов в руках. Гордо вогружает тарелку в центр стола и усаживается на галантно отодвинутый стул, рядом с Джеймсом. И приглашает учёного за стол, — Присоединяйся.  — Привет, — произносит в ответ Беннер и обходит длинный стол, по пути захватив чистую кружку из кухонного шкафа. Усаживается напротив и, в порядке очереди, накладывает несколько горячих блинов себе на тарелку.  — Блины и вправду получились вкусными, — бубнит рядом Барнс с набитым ртом за что тут же получает болезненный тычок в бок.  — У тебя сегодня поразительно хорошее настроение, — с подозрительным прищуром оглядев крупную фигуру мужчины рядом, констатирует подмеченный факт Мармора, также откусив одну треть свернутого блина в трубочку. — Если не хочешь поделиться его причиной, тогда оставь меня в покое.  Короткую перепалку между ними никто из присутствующих не замечает, увлеченно обсуждая традиционное русское блюдо и делясь своими вкусовыми предпочтениями: кто-то предпочитал добавлять апельсиновый джем, которого сегодня не оказалось на столе, кто-то любил есть американские блинчики-панкейки с кленовым сиропом или взбитыми сливками. Брюс заметил, что к этим тонким блинам взбитые сливки ну никак не подойдут и Романофф охотно согласилась, упомянув о сметане.  У большинства данное сочетание продуктов вызвало недоумение и скепсис, а Джеймс только сильнее задумался, кажется, вспомнив даже вкус лакомства на языке. Полина сама тогда накормила его блинами со сметаной в прикуску, в неделю Масленицы. Он видит перед собой блеклое воспоминание одинокой девичьей фигуры на стуле у окна, рядом с пепельницей на подоконнике, а за оконным стеклом с хмурого неба сыпятся большие уродливые хлопья снега. — Кажется, я знаю координаты других баз ГИДРЫ, — между прочим сообщает Мармора в разгар завтрака, накладывая себе на тарелку ещё несколько блинов.  В столовой мгновенно повисает полная тишина, а все взгляды устремляются к ней в ожидании ответа.  — В западной Австралии один из местных ученых на мой вопрос о секретах ГИДРЫ, ответил набором слов: «цунами, немезида, корона, гиена, La Ruche». И я сначала подумала о предсмертном бреде, — шпионка с невозмутимым видом отпивает глоток остывшего кофе и продолжает, пробежавшись взглядом по лицам товарищей. — Но на днях в разных отчетах мне стали попадаться эти же шифровки… — Ты хочешь сказать, что это и есть названия других баз ГИДРЫ? — потихоньку догоняет её мысль, как ни странно, Брюс, внимательно разглядывая спокойное лицо.  — Думаю, да, — соглашается она и принимается за очередной румяный блин. Уилсон за чужим аппетитом следит с удивлением, невольно считая уже двадцатый блин, когда сам осилил только двенадцать.  — А что насчет координат? Джарвис не обнаружил ничего отдаленно похожего, — настойчивее интересуется Тони, сложив руки на груди и подавшись корпусом вперед, поближе к девушке.  — Цифры в верхнем углу каждой страницы — это не серийный номер отчета, а координаты его отправления, просто записанные в обратной последовательности, — легко отвечает Мармора, опустив подробности скольких часов размышлений ей эта информация стоила (несколько суток). И деловым тоном добавляет, — Я расшифровала три, но думаю при помощи Джарвиса мы найдем больше. Руденко теряет интерес к теме разговора мгновенно, стоит Джеймсу на её тарелку опустить ещё несколько тонких блинчиков. Она благодарит брюнета кивком головы и сосредоточенно сворачивает первый, обмакивает в мисочку с мёдом и кусает. Нежный блин тает на языке в приторной сладости меда, приятно хрустит тонкой корочкой по ободку. Атмосфера как никогда располагает к состоянию спокойствия, близкому к столь редкому умиротворению… — «Мстители, прошу прощения, что прерываю утреннюю трапезу. Поступил сигнал тревоги. Вывожу координаты на экран телевизора,» — правдоподобно виноватым тоном сообщает Джарвис.  Весь момент рушится, подобно карточному домику, что неумолимо оседает вниз от одного неаккуратного движения.  В следующую секунду в малой гостиной, что частично просматривалась из столовой, включается большая плазма на центральной стене и на экране появляется карта с координатами. Девушка незаметно подбирается на стуле и откидывается на спинку, наблюдая за происходящим из-за стола. Новая Зеландия. Выцепляет зорким взглядом координаты их места отправления и сразу узнает знакомый набор цифр. — Я знаю эти координаты, — вклинивается Мармора меж бурных обсуждений товарищей, негромким, но вкрадчивым тоном перебивая громкие споры мужчин — Наташа предпочитала не вмешиваться —каждого из спорящих оглядев нечитаемым взглядом. — Там располагается «Гиена» — одна из секретных баз ГИДРЫ, согласно расшифрованным координатам из документов. — Вылет через пятнадцать минут, — уверенным тоном заканчивает все споры Стив. Он внимательно осматривает каждого и задерживает взгляд на фигуре Брюса. — Брюс, ты останешься.  Беннер понимающе кивает и, кажется, даже облегчено выдыхает, прекращая нервно перебирать в руках свои очки в тонкой оправе. На счёт боеспособности остальных членов команды у их командира сомнений не возникает. Капитан одним из первых покидает зал малой гостиной, направившись в комнату хранения за своим костюмом и снаряжением. Мармора уходит следом, оставив позади себя чужие споры и обсуждения новой совместной миссии.  Сборы много времени не занимают. Шпионка быстро надевает знакомый до последнего шва и кармана костюм, сразу поверх нижнего белья. Русые тяжелые волосы оставляет распущенными, а светлый парик и резинки с набором шпилек прячет у себя на поясе, предварительно рассчитав и прикинув их время прибытия. Она успеет заплестись и надеть парик. Высоко технологичную маску также берет с собой.  На посадочную площадку женщина поднимается одной из первых и привычно занимает место за штурвалом, подготавливает квинджет к полету, проверяет все системы на исправность. Коротко отчитывается и уступает место подошедшему Клинту, передав управление в надежные руки. Усаживается в стороне и, заведя руки за голову, начинает заплетать косу по всей голове, методично перекладывает небольшие пряди не глядя, подбирая следующие снизу. Исподлобья наблюдает за подтянувшимися Роджерсом со щитом на спине, Барнсом без одного рукава куртки и Уилсоном с крыльями-ранцем за плечами. После на борт поднимается Тони в мощной броне в компании полностью собранной Романофф. Джет взлетает незамедлительно, стоит замкам трапа глухо щелкнуть в хвостовой части салона.  Мармора закалывает висящие концы кос к плотно заплетенным прядям на голове, а закончив с этим, надевает блондинистый парик с короткой стрижкой прямых волос. Поправляет передние пряди у линии волос на лбу, надежно прикрепляет шапочку волос на затылке и за ушами. Аккуратно стирает темный карандаш с бровей, делая внешность более гармоничной с новым цветом волос, снизив контрастность черт лица. Закончив с маскировкой принимается за изучение информационных выкладок Джарвиса на голографическом планшете невесомо пролистывает страницы файлов, внимательно бегает глазами по строкам выцепляя самое важное, запоминает чертежи, имеющиеся малые разведданные ЩИТа.  В столице Новой Зеландии, Веллингтоне был расположен крупный научно-образовательный комплекс, который включает научно-исследовательский, учебный, жилой и внедисциплинарный блоки на частной территории площадью почти в семьсот тысяч квадратных футов. По доступным им проверенным данным в подвалах научного центра находились секретные лаборатории ГИДРЫ, а также образцы экспериментального плазменного оружия, подобно оружию Читаури в Битве за Нью-Йорк, тому свидетельствовали и редкие снимки случайных очевидцев со смазанными, но запечатлеными в кадр лучами плазмы.  События того знаменательного для всего человечества дня, что послужил рубежом нового мира, пробегают колючими мурашками напряжения по плечам и спине. Тогда женщина не знала победят ли они или победят их, просто сражалась, делала всё, что в её силах — убивала инопланетных гуманоидных тварей быстро, всё остальные не имело значение: способы, гуманность и мораль. На войне свои законы. И она об это знает не понаслышке. Шпионка пережила не одну войну. Повидала много насилия, политический скандалов… Слепую ярость фашистских идеологий… Некоторые из них она вызывала сама служа другому государству, некоторые — нет… Но уяснила для себя одно правило: выжить любой ценой. Эта война, между Гидрой — террористической организацией берущей истоки своего возникновения во время Третьей династии Древнего Египта — и Щитом, её вечному противоборцу, длилась уже несколько десятилетий. Шла в тени отбрасываемых великими политиками, сильными партиями, действующими правительствами самых разных государств по всему миру в подполье шпионско-агентского мира. И ей все не было конца… Девушка проверяет увесистые браслеты на запястьях, скрывая собственную необходимость потереть запястья руками, проверяя отсутствие на них нитей кукловода — нет. Только призрачное ощущение чужого контроля не прошло, но и не усилилось. Веллингтон, Новая Зеландия. — Подлетаем, — голос Клинта прорывается сквозь пузырь безрадостных мыслей, и Мармора сворачивает файлы данных на полупрозрачном экране планшета, концентрируя все свое внимание на происходящем вокруг. — Мы знаем расположение основных сил, поэтому сразу по прилету разделимся на группы, — Капитан отдает приказы командным тоном быстро и четко, — Наташа и Сэм — со мной, Мармора, Баки и Старк в южную часть здания, Клинт — прикрываешь с воздуха. Работаем чисто и тихо.  Все молча соглашаются с в общем-то честным разделением на команды, в каждой из которых был человек в воздухе и два на земле. Пары были подобраны грамотно из расчета на слаженную, интуитивную работу напарников.  — Наша главная задача — оперативно и без лишнего шума обезвредить и конфисковать все разработки и экземпляры оружия на основе внеземных технологий в комплексе, — Стив снова обводит их всех и каждого решительным, мотивирующим взглядом голубых глаз. Исходящая от него незыблемая уверенность в собственных силах и друзьях будто заряжает все пространство вокруг, заражая и всех присутствующих. Руденко привычным движением вставляет включенный и настроенных наушник коммуникатора в ухо, поглядывая на собранного и хмуро настроенного Джеймса напротив в противоположном конце салона. Оглядывает остальных членов команды и машинально оценивает готовность к работе каждого.  — Так точно, Капитан, — с уловимой усмешкой отзывается Барнс и с нагловатой ухмылкой поглядывает на возвышающегося посреди салона Роджерса.   — Будет сделано, — с неподдельным и исключительным энтузиазмом отвечает Уилсон. Все команда готовится к высадки. Тони и Сэм покидают салон джета ещё до приземления, обеспечивая поддержку с воздуха. Стив покидает салон следующим, в компании Наташи, сразу стоит трапу опуститься над одной из крыш близлежащих зданий, расположенных снаружи по периметру огороженной территории. Мармора и Джемс высаживаются последними на землю в отдалении от корпусов комплекса с южной стороны.  Шпионы быстро и незаметно для навигационных систем, точно чувствуя технику, передвигаются на открытой местности, пробираясь к ограждению. Почти синхронно пересекают забор, беспроблемно преодолев высоту в восемь и два фута (2,5) колючей проволоки. Быстро и тихо обезвреживают охрану по доступному им периметру, пока не используя огнестрельное оружие. Слишком громко и грязно. Оставляют тела в естественных позах, почти не заметными на камерах видеонаблюдения, передвигаясь в слепых зонах. Слаженно продвигаются к зданию. Работают молча, также сохраняя радио молчание, общаясь между собой исключительно жестами и взглядом.  Перед входом в здание разделяются и заходят с двух сторон через двери запасных выходов. Мармора встречает сопротивление и судя по звонким выстрелам в коммуникаторе — Джеймс тоже был замечен, но в отличие от неё, воспользовался титановым протезом. Женщина же сейчас могла рассчитывать только на сверхпрочный материал своего костюма и скорость своей реакции. Врывается в проходной коридор и, терпя ощутимую боль от двух попавших пуль в животе и плече, метко выстреливает из браслетов электрическими разрядами с обеих рук, будучи не уверенной в том, что эти люди знали на кого работают и что охраняют. Пальцами в перчатке щупает места ушибов и проверяет целостность костюма, перешагивает через лежащих без сознания охранников и обезоруживает их, забирает у одного именной пропуск.  Проходит пост охраны и встречает Барнса, идущего навстречу в полупустом холле первого этажа. Вызывает лифт, оглядываясь вокруг и приглядываясь к людям. Редкие сотрудники  правдоподобно сидели на рабочих местах, кто подперев голову рукой, кто прислонившись плечом к перегородке —  всё были неподвижны. Парочка бессознательных тел уверенно стояли у стен. Джеймс заходит в кабину следом за шпионкой и нажимает кнопку «-1». Агенты невозмутимо достают огнестрельное оружие и снимают с предохранителей, готовясь к выходу.  Створки лифта плавно разъезжаются в стороны открывая взглядам вооруженным солдатам на посту охраны двоих шпионов с поднятыми пистолетами в руках. Солдаты ГИДРЫ не успевают осознать произошедшее, когда тишину коридоров заполняют четыре глухие выстрела. Солдат выходит первым и движется впереди, прикрывая своей мощной фигурой в толстом бронежилете изящный силуэт шпионки, служит живым щитом. Они, как один, продвигаются вглубь здания и ныряют за поворот, зачищая лабиринт коридоров.  — Ты ведь в курсе, где наша цель? — интересуется Барнс меняя магазин с патронами в автомате, что одолжил у одного из охранников особо секретного блока парой минут назад. — Примерно. Я никогда не была на этой базе, — отвечает Мармора и легкими движениями перезаряжает браслеты на запястьях. — Но я видела чертежи.  — Хорошо, — мужчина вынимает чей-то белый пропуск и подносит к сканеру. Снимает оружие с предохранителя, наблюдая за неспешной сменой красного огонька на зелёный и неспешным открытием створок бронированных дверей. — Тогда ты ведешь.  Руденко срывается с места в туже секунду с поразительно меткостью стреляя в сотрудников из браслетов, сразу отрываясь от Джеймса на десяток футов. Уклоняется и пропускает мимо себя удар чужого кулака, с элегантной легкостью обезоруживает одной из докторов науки и хладнокровно расстреливает переполошенных лаборантов. Прислушивается к инстинктам и уворачивается от выстрелов, чувствуя телом колебания воздуха. Женщина стремительно прорывается вперёд, позволяя себе оставлять добрую половину вооруженных и вполне боеспособных агентов ГИДРЫ за спиной, следующему за ней по пятам Барнсу.  В кабинет главного и ответственного за этот отдел доктора Мармора врывается стремительной тенью, сильным пинком ноги снеся дверь с петель. Рыщет цепким взглядом по просторной комнате, следя за взглядом дулом пистолета, и натыкается на замерший силуэт доктора в белом халате с перепуганными глазами под стеклами очков на носу. Мужчина на вид сорока-сорока пяти лет с поседевшими висками, держит ладони на уровне головы, моментально побросав на пол папки с отчетами себе под ноги.  — Где он? — требовательным тоном задает вопрос шпионка, показательно щелкнув крючком предохранителя на пистолете. Прямо вытянутая рука не дрогнула.  — Я…я не знаю…мисс…— дрожащим голосом растерянно пробормотал мужчина, боясь пошевелиться лишний раз. — Говори всё, что знаешь о нём и его планах, — требует она, не сводя дула пистолета с лица доктора, глазами бегая по окружающему их беспорядку. Ощупывает стены, сканирует высокие книжные стеллажи, остальную немногочисленную мебель: рабочий стол, кресло на колесиках и тумба с ящиком на ключе, сейчас с развороченным и сломанным замком.  В произношении имени нет смысла, ведь сейчас она находилась в уже бывшем рабочем кабинете Дэниэла Уайтхолла, что с поразительной проворностью ускользнул от Мстителей, оставив одного из своих заместителей ей на растерзание.  — Уайтхолл стремился воспроизвести сыворотку доктора Эрскина, чтобы создать собственного супер-солдата «Гидры».  Мне также известно, что Уайтхолл был учёным «Гидры», специализирующимся на передаче способностей нелюдей, — мужчина рассказывает торопливо, без оглядки на принцип большинства агентов «сдохну, но не скажу». — Он стал легендой среди новобранцев благодаря историям о том, как он успешно обратил вспять процесс старения своего тела… Руденко невозмутимо оборачивается к стоящему, по-прежнему, неподвижно ученому и впивается прямым взглядом в морщинистое лицо. — Что ты знаешь об этом? — Большинство данных засекречено, сейчас может вообще уничтожено, но… Но ходят слухи о вечно молодой женщине нелюдей, чье ДНК он использовал, чтобы физически вернуться в средний возраст и остановить старение. Женщина внимательно слушает заложника, так и не обнаружив ничего интересного в кабинете помимо этого неожиданно сговорчивого учёного ГИДРЫ. Но у него слишком длинный язык, однажды он может повредить шее.  — Ты слишком болтлив, — и без толики сомнений нажимает на курок. Глухое «пуф» обрывает невнятный отрывок его фразы. Тело безвольно подает на пол и по полу растекается темная лужа густой крови из отверстия ровно по середине морщинистого лба. Позади раздаются негромкий скрип кожаного жилета и шуршание чужой экипировки, скрип сапог.  — Что с тобой сегодня такое? — спокойно спрашивает Барнс из-за спины, подперев дверной проем живым плечом. Прожигает серыми глазами узкую прямую спину — Только сегодня? — вопросом на вопрос отвечает Мармора даже не обернувшись, роется в разбросанных бумагах на столе. — Хватит стоять истуканом, лучше помоги разобрать все это… Ворчит в абсолютную тишину комнаты, чувствуя пристальный взгляд чужих глаз на себе, и сразу же вручает в руки подошедшему супер солдату полную коробку бумаг.  «Как я говорила прежде, я и раньше охотилась. Я и раньше убивала.» Скользит нечитаемым взглядом по светлому лицу и надевает маску располагающей легкости, когда считывает искру чужой подозрительности в глазах.  «Но в этот раз я охочусь на хищника крупнее многих, что видела прежде. Охочусь на такого же призрака, как и я.» Досада, упущенной возможности встретиться лицо к лицу с призраком прошлого, жжется и колется внутри, горчит на языке разочарованием. Нейроны в мозгу усердно планируют и просчитывают новый план действий, строящийся на простом «примани, выжди, убей».   «Просмотрим, чему я научилась за эти годы...»