Дар Небес/ Потеряться в твоей Бездне...

      Сынмин в очередной раз, только завидев вдалеке силуэт советника принца, сразу же поменял планы и пошел другой дорогой. Его дуэнья Хуэн, который прибыл вместе с приданым Хёнджина, но не с единой весточкой от Джэука, сделал замечание ему о его неподобающем поведении. И его слова немного отрезвили Сынмина. Действительно, что он творил? Разве позволил бы себе подобное в столице? Как бы сладко ни было чувство томления в груди от встреч с Минхо, он не должен забывать о своем долге перед семьей. Все уже решено, свадьба состоится уже осенью, он не может поступить так опрометчиво со своей семьей. - Сынмин, что такое? Расстроен, что Джэук не написал? Хёнджин взволнованно смотрел на брата, переживая о его состоянии после приезда Хуэн. Младший подметил перемену в нем сразу же. Сынмин до приезда Хуэн был очень веселым и озорным, но сейчас он был словно напряженная струна. - Нет, я уже смирился, что ему все равно, где я и как у меня дела, - рассеяно отмахнулся старший омега. - Не говори так, ты же знаешь его, он ведь немного скромный, и уверен, что просто опасается тебе докучать. - Спасибо, Джини, за поддержку, но… Сынмин запнулся, увидев Минхо, который шел рядом с Его Высочеством. Обменявшись короткими фразами, альфы пошли дальше, оставляя омег позади. - Но что, Минни? - вернулся к прерванному разговору Хёнджин. Но такого взгляда от советника, что ощущал на себе Сынмин, он никогда не видел у жениха. А ведь они с Джэуком держались за руки, обнимались и даже тайком целовались в саду, пока никто не видел. Но никогда прежде Сынмин не ощущал этого поглощающего все его нутро чувства. Небо, что ему делать? Как выкинуть из головы этого проклятого альфу, что так бессовестно поселил в нем все это смятение, тоску и томление? Что был так бессовестно красив и статен? - Да так, я уже забыл, - снова отмахнулся старший омега. Хёнджин только вздохнул и понуро последовал за братом. Что-то происходило с родным человеком, и он был бессилен, чтобы помочь и хоть как-то облегчить его состояние.

***

       Ким раскрыл записку, что нашел в корзине с цветами на столике в своей гостиной, и тут же быстро оглянулся. Никого не было, и он торопливо пробежался глазами по клочку бумаги. «Почему ты меня избегаешь? Я обидел тебя?» Сынмин закусил губу от переполняющих эмоций. Было и трепетно от того, что альфа послал ему цветы и записку, и смущающе от этой заботы и тревоги в двух предложениях. Что ему делать? Как перестать думать о нем? - Так что, я чем-то обидел тебя? - раздался голос позади, заставивший омегу судорожно вздохнуть и резко обернуться. - Что ты... Вы тут делаете, Минхо-ши? Сынмин смотрел на альфу, который стоял в расслабленной позе, держа какой-то сверток в руках. - Пришел узнать причину твоего резко изменившегося поведения. Твой дуэнья сообщил какие-то тревожные новости из дома? - Нет, - покачав головой, ответил омега. - Это… другое. - Понятно, - кивнул Минхо и, переведя взгляд на предмет в руках, произнес. - Это тебе. Я заметил, что тебе нравится читать, и решил подарить тебе книгу из нашей семейной библиотеки. - Ваша семья не будет против? - Сынмин подошел к альфе и взял подарок в руки. Он присел на банкетку рядом, чтобы развязать его. Восхищенный вдох сорвался с губ, стоило увидеть красивый кожаный переплет книги. - Не будет против, - ответил альфа, и юноша поднял голову, услышав грусть в его голосе. - Большое спасибо, - прижав подарок к груди, поблагодарил с улыбкой Ким. - Судя по оформлению она очень дорогая. - Подобное оформление было сделано специально для нескольких семей, поэтому каждое содержало элементы герба семьи. - И какой элемент принадлежит семье Ли? - рассматривая рисунок и ведя пальцем по обложке, задал вопрос омега, поднимая глаза на Минхо. - Белая сова с кулоном на шее, но тут не виден цвет. Символизирует мудрость и защиту. - Понятно, еще раз большое спасибо, - не смог не улыбнуться Сынмин. - Если хочешь, то я могу показать тебе нашу библиотеку. Она не уступает дворцовой, так как не одно поколение собирало и хранило книги. - Может быть, - кивнул Сынмин. - Приезжай с Джисоном или с Его Светлостью, можно даже с дуэньей. Я не против. - Хорошо, я предложу им, - не смог подавить улыбки омега. - Вот это выражение мне больше нравится, чем твое нахмуренное личико. Хорошего дня, Колючка. Альфа улыбнулся и вышел из гостиной, а Сынмин только покачал головой от вернувшегося ребячества от альфы и этого нежно сказанного «Колючка», закрепившейся за ним. Всхлипнув от переполняющих эмоций, омега побежал в спальню, чтобы вдоволь покричать от радости в подушку. Это сильнее него, Небо, он бессилен…

***

      Особняк семьи Ли был очень величественным, но практически пустым. Сынмин все же не сдержался и при помощи Джисона быстро организовал визит к Минхо без Хуэн. Джисон приложил руку, чтобы дуэнью пригласила в гости важная графиня и тот не смог с ними поехать в гости к Ли. - Тут так тихо… - произнес Хёнджин. - Ну да, тут кроме котов и прислуги никого и нет, - кивнул Джисон. - Почему? - задал вопрос Ким, но ему не успели ответить, так как к ним уже вышел советник. - Очень рад, что смогли приехать, - улыбнувшись омегам, проворковал Минхо. - Предлагаю, сначала пообедать, а потом перейти в библиотеку и попить чай там. - Звучит хорошо, - кивнул Джисон. Сынмин с любопытством кидал мимолетные взгляды, рассматривая интерьер особняка, пока они шли в обеденную комнату. Все в доме кричало о богатстве и… одиночестве.        После обеда они разошлись: Джисон и Хёнджин пошли рассматривать картины, а Сынмин и Минхо - в библиотеку. У Кима перехватило дух, стоило переступить ее порог: стеллажи были заполнены книгами. Их было настолько много, что пришлось разделить на два этажа, где верхний был не настолько высок, но весьма удобен, чтобы не использовать лестницы, которые также тут были. Большие окна выходили на сад и дарили хорошее освещение, несколько каминов не давали продрогнуть, а мягкие кресла и софы тут и там готовы были принять посетителей в разных уголках библиотеки. - Тут очень красиво… - восхищенно оглядываясь, выдохнул Сынмин. - Да, тут очень уютно, - кивнул с улыбкой альфа, не сводя взгляда с потрясающего омеги рядом. Он пытался. Правда пытался внять просьбе Феликса быть осторожным и не делать глупости, но он так слаб. Где взять силы противиться своим чувствам? Этот своенравный омега из столицы просто стряхнул весь пепел, что был у него на сердце, и занял его. Поселил тревогу в нем из-за него. Почему тот так хмур сегодня? Что расстроило его? Яркие глаза, что, словно звезды, вдохнули в него новые силы. Уже не казалась его жизнь чем-то утомительным и обременительным. Хотелось преподнести к ногам этого юноши все прекрасное, что у него есть, лишь бы тот был счастлив и не бросал порой тоскливые взгляды. Чувства, которые рождались в нем только от одной мысли об омеге, были словно поток горной реки, не видящий преград, звонко разбивающийся о камни, но продолжающий течь, давая жизнь по пути всему живому. - Какие тут самые ценные книги? - задал вопрос Сынмин, чуть оглядываясь назад на альфу. - Самые ценные - это самые древние и первые, - улыбнулся Ли и указал на стеллаж, закрытый стеклянными дверьми. - Могу я?.. - Конечно, тебе можно все, - кивнул Минхо, чем вызвал смущенный румянец на скулах Сынмина. Небо, он бессилен…

***

       Хёнджин отпил чай и, отставив чашку, с блаженством откинулся на спинку лавочки. Они втроем с Сынмином и Джисоном, решили освежиться чаем в саду перед прудом с видами на горы. Каждый раз когда он смотрел на горы и их просторы, в груди разливалось чувство умиротворения и покоя. Он хотел бы их нарисовать, но, как оказалось, к его большому разочарованию, родители не отправили с приданым его художественные принадлежности. У него были только карандаш и бумага, а как хотелось бы снова поработать с красками и кисточками. Мама лишь написала, чтобы он прекратил тратить время на подобную праздность и сосредоточился на своем браке и муже. От невеселых мыслей его отвлек смех, что раздался неподалеку. Присмотревшись, юноша увидел одно и то же лицо, что мелькало за этот месяц уже не раз. - Джисон-щи, можно узнать, кто эта красивая девушка в зеленом платье? Я ее видел несколько раз, но мы не были представлены друг другу. Джисон, даже еще не обернувшись, понял о ком речь. Конечно, рано или поздно, это встреча случилась бы. Он едва кинул взгляд на девушек и непринужденно ответил: - Это Чхве Наён, наложница Его Высочества. Не успел закончить он фразу, как Хёнджин подавился чаем. - Кто?! - Что? - будто не понимая растерянность юноши, переспросил Джисон. - У всех принцев есть наложницы или наложники. У Тэхёна даже трое, если не ошибаюсь. - Почему… как… Хёнджин был обескуражен. У его мужа была наложница, и он об этом не знал? Да, он прекрасно был осведомлен, что альфам из королевской семьи было позволено помимо супруга или супруги иметь еще и наложниц с наложниками, но все равно новость горьким осадком прошлась по груди. Поэтому принц не настаивал на брачной ночи и близости после, потому что у него было с кем предаться утехам? - А ты думал, что наследный принц будет ждать твоей милости? - выгнул бровь Джисон и кинул на него чуть насмешливый взгляд. - Я… прошу меня извинить, - Хёнджин подскочил с места и торопливо пошел в сторону дворца. Сынмин было встал за ним, но Джисон остановил его. - Ты ведь близок с ним, поэтому скажу тебе прямо: Хёнджину стоит уже начать проявлять себя в качестве супруга Правителя Севера. Люди, конечно, приветливы, но это только на первое время. Может, в своей семье он был главной отрадой родителей, но здесь сосредоточение всего в Феликсе. Неуважение к Правителю не приведет ни к чему хорошему. - Он не… - Сынмин, - оборвал Сон с мягкой улыбкой, но уверенным взглядом. - Мы оба знаем, что это так. А главное, это видит и Феликс. Терпение моего брата велико, но не безгранично. Как только северяне заметят это, Хёнджину будет не сладко. Пусть уже прекратит быть ребенком. - Я понял вас, Джисон-щи, - кивнул омега и встал со стола. - Очень рад. И еще… - М? - Сынмин обернулся. - Определись уже, не мучай Минхо, ему и так выпало немало. - Нечему определяться… - Ну-ну, как скажешь. Джисон проводил удаляющуюся фигуру омеги и вздохнул. Он чувствовал, что спокойное время приходит к концу. С одной стороны, внезапный брак брата, который всколыхнул Север, и благо, что муж был обретен через обряд, иначе местная знать могла затаить обиду, что любимый Правитель не выбрал кого-то из местных. - Вот ты где, любимый. К Джисону подошел Минги и, нагнувшись, поцеловал в макушку. - Привет, дорогой, - широко улыбнулся Джисон. Как и всегда, стоило только мужу оказаться рядом, все казалось решаемым и преодолимым. - Я успел по тебе соскучиться. - Я тоже.

***

      Пушок широко зевнул и, привстав, потянулся от души. Ирбис огляделся и, увидев своего человека, направился к нему. - Выспался? Засоня… - дразня, произнес Феликс, поглаживая ирбиса. Тот как обычно поддался ласке и вытянул мордочку, урча от удовольствия. Совет только завершился, и он был одним из самых непростых на его памяти. С одной стороны, дом Йоки должен был понести наказания, никто не отрицал этого, но с другой - он был очень уважаемым и умным человеком, который знал Семиречье как свои пять пальцев, как выносить наказание против него? Но принц не мог спустить подобную выходку, потому что если допустишь подобное однажды, то потеряешь уважение и власть. Это была непростая задача, лорд Йоки нравился ему, и они с Минхо перебрали почти все протоколы заседаний Совета, чтобы найти оптимальное решение. Сошлись на внесении в список нон грата дочери Йоки с последующим ее выдворением, а также большом штрафе, равному доходу за два года от шахты по добыче алмаза, принадлежащей лорду. Что касалось мужа Йоки, то он не должен был посещать светские мероприятия в течении трех лет и помогать храму со школой все это время.       Заметив чем-то удрученного мужа, Феликс направился к нему, желая узнать в чем дело. Хотя у него есть отличный подарок, чтобы порадовать Хёнджина: большой художественный набор, что пришел на днях. Желая сделать приятное, принц выведал у Сынмина, что любит и чем увлекался муж. - Хёнджин? - Правитель окликнул его и мягко посмотрел на омегу, который остановился и кинул на него взгляд со смесью обиды и гнева. - Что случилось? - тут же поинтересовался Феликс, дотрагиваясь до плеча юноши, но его руку резко смахнули. - Не трогай меня! Принц моргнул в изумлении и чуть нахмурился, внимательно смотря на вмиг побледневшего Хёнджина. Даже не оборачиваясь, он почувствовал, как в их сторону кинули любопытные взгляды. Пушок, который был рядом, грозно рыкнул в возмущении. - Ты утомился, Хёнджин, возвращайся в свои покои, - ровно произнес Феликс. - Я зайду позже. - Да, Ваше Высочество, - поджав губы, чтобы не расплакаться перед людьми, еле выговорил омега. Альфа развернулся и вернулся к своим людям, кидая фразу о «капризных омегах», чтобы разрядить обстановку. Мужчины покивали и стали делиться, что им устраивают порой их своенравные половинки. Феликс слушал советы других альф о семейной жизни, а сам думал, что все же не стоит больше откладывать важный разговор с мужем.

***

      Сынмин с тревогой смотрел на зареванного Хёнджина. Сначала Ким подумал, что новость о трех наложниках Тэхёна его так расстроила, но когда тот еле выдавил сквозь рыдания, как повел себя с принцем, старшему омеге стало страшно за брата. Даже если принц не производил впечатления плохого человека, это было проявление неуважения. Ким судорожно думал, как все исправить и что делать, чтобы принц не разгневался и не решил проучить мужа. - Джини, все будет нормально. Я уверен, Его Высочество не будет слишком строг. Ну ты чего… - А если не мне, а моей семье? Вдруг напишет что-нибудь в столицу! Сынмин растерянно смотрел на юношу. Ну вот что делать? Порой вспыльчивая натура братишки приносила немало хлопот и проблем.       В покои Хёнджина фурией влетел Джисон. Он сверкал молниями в глазах и невидимый шлейф гнева, что окутал омегу, явственно ощущался. Тоджи заскулил и спрятался под креслом. - Сынмин, тебе лучше выйти, - еле сдерживаясь, вежливо попросил Сон. Он был весь натянут словно струна. - Я останусь, Джисон-щи. - Ладно, как знаешь, - кивнул Сон и напряженной поступью подошел к Хёнджину. - Ты кем себя возомнил?! - Ядовито прошипел Джисон. - Кто ты такой, чтобы проявлять неуважение к наследному принцу, Правителю Севера? Лучшему воину нашей армии, обладателю духовного оружия? - Джисон… - попытался вмешаться Сынмин, но не смог и вымолвить дальше слова, стоило брату Феликса посмотреть на него полыхающим взглядом. - Ты избалованный ребенок, что постоянно ноет и ведет себя так, будто сделал великое одолжение, согласившись на брак! Ты никто здесь, Хёнджин, тут ничего не крутится вокруг тебя. Люди с тобой приветливы, только потому что Феликс подчеркивает, что ты Дарованный ему Небом муж, и из-за любви и уважения к нему они к тебе благосклонны и принимают тебя. Обиделся, что у него наложница?! А ты думал, что он будет ждать вечность? Хёнджин смотрел с ужасом на человека, которого считал самым милым и добрым здесь. Джисон был словно королевская кобра, вцепившаяся в него, пуская яд по телу. Его слова жалили и ранили, скручивали и выворачивали все внутри. - Не знаю, о ком мечтал ты, решившись на обряд, но это не вина Феликса, это было твое решение. Он оберегает тебя, дает тебе время на то, чтобы свыкнуться и освоиться, старается войти в твое положение, а ты ничего из этого не стоишь! Запомни, Хёнджин, - Джисон навис над замершим юношей, - я никому не позволю что-то делать против моего брата, говорить про него гадости, плести интриги и проявлять неуважение. Надо будет, я тебя со свету сживу! Бросив напоследок испепеляющий и презрительный взгляд, Джисон вышел из покоев так же стремительно, как и вошел, оставляя после себя звенящую тишину. Которая разбилась спустя мгновение, стоило Хёнджину расплакаться с новой силой, укладываясь на кровать. - Ох, милый… Сынмин взволнованно забрался на кровать к братишке. Он обнял его и прижал к себе, немного укачивая. - Все будет хорошо, Джини. Джисон просто слишком остро отреагировал. Не принимай близко все к сердцу. А Хёнджин не мог не принять близко к сердцу все те колющие слова от брата принца. Да, возможно, его вина тут есть и она не маленькая, однако все равно в груди саднила обида, что ему сказали такие слова. Небо, а если сейчас еще и муж своим леденящим стальным голосом отчитает его? Юноша на миг представил подобное и завыл сильнее. Тоджи поступил так же. - Ох, ну ты чего, Джини? Родной? Ты чего так убиваешься? Не бойся ты так, я уверен, Его Высочество поступит правильно. Джисон же просто вспыльчив по натуре, - Сынмин достал щенка и уложил рядом с братишкой. - Мне показалось, что еще мгновение и он в меня вцепится, - заикаясь и всхлипывая, произнес Хёнджин, прижимая питомца к себе. - Ну, он не настолько вспыльчив, я думаю, - растерянно пробормотал Сынмин и, налив воды в стакан, передал братишке. - Спасибо, - кивнул Хван, и внезапная мысль прострелила все внутри. - Минни… - Что? - чуть нахмурился омега. - А вдруг Его Высочество куда-нибудь меня отошлет? - Родной, я уверен, он так не поступит, - успокаивающе произнес Сынмин. - До этого момента Правитель поступал очень благосклонно и порядочно. Ты лучше мне скажи, почему тебя так задело наличие наложницы у него? Или… - он склонился и прошептал, - это из-за третьего принца? - Что?! Нет… Хотя… С чего Джисон решил, что у него так много их? Разве мы бы не знали об этом? - Тогда почему? - Не знаю, но мне показалось это таким неправильным и будто меня… обманули. Я не знаю… это было очень обидно. Сынмин только вздохнул и стал поглаживать голову и плечи братишки, желая того успокоить и подарить немного ласки. Юноша перебирал воспоминания о скандалах в королевской семье. Как наказывали мужей, когда те вели себя неподобающе. На его памяти был только один раз, когда отослали жену племянника короля, но там было то, что она не смогла подарить детей мужу и ее место занял юный омега. Сынмин верил в то, что Феликс так не поступит. Если принц хотел бы избавиться от мужа, то разве он был бы так учтив и заботлив к Хёнджину?       Стоило раздаться стуку, как оба вздрогнули. Через пару мгновений в спальню вошел Феликс. Принц поздоровался, а, Сынмин улыбнувшись напоследок ободряюще братишке, вышел из спальни. Хёнджин подобрал ноги к себе, обняв колени. Он смотрел, как муж обходит кровать и присаживается рядом. - Итак, в чем было дело? - спокойно произнес Феликс, дотрагиваясь до щенка, который лежал у ног омеги. Юноша только всхлипнул и жалостливо посмотрел на альфу. Феликс только вздохнул и, достав платочек, протянул его омеге. - Ты как-то сильно сырость развел. Сонни приходил? - Хёнджин кивнул, и альфа только еще раз вздохнул. - Я смогу услышать причину сегодня? - У вас есть наложница. - Да, есть, - спокойно подтвердил он. - А я не знал. Получается, вы не желаете близости, потому что у вас уже есть она? - Прежде всего стоит отметить, что Наён была еще до тебя и моего отъезда в столицу, - начал Феликс. - Как представитель королевской семьи, у меня может быть наложница или наложник при супруге. Насчет близости… Феликс резко навис над омегой, вынуждая того лечь на подушки. Хёнджин замер в изумлении, во все глаза смотря на мужа. Что тот задумал? Почувствовав прикосновение к бедру, он сразу же попытался остановить движения руки альфы. - Из нас двоих не я не желаю близости, - усмехнулся Феликс и отсел от омеги. - Что же, я думаю, что, учитывая, что нам необходимо выстраивать отношения как супруги, предлагаю хотя бы для начала начать разделять завтраки и ужины. Нам нужно общение, чтобы узнать друг друга получше. - Хорошо, - все еще пребывая в смущении, согласился Хёнджин. - И Хёнджин, - Феликс посмотрел на мужа серьезным взглядом, - как человек, я на многое бы смог или даже хотел бы закрыть свой глаз, но как принц и Правитель тут, я не могу, я должен буду отреагировать. То, что ты себе позволил при посторонних, это… - Такого больше не повторится, - торопливо сказал юноша, перебив мужа. - Я… хочу извиниться, что так поступил. Это было некрасиво и неподобающе. Мне жаль… - Я принимаю твои извинения, Хёнджин, - мягко произнес Феликс и, встав с постели, направился к выходу. - Ваше Высочество? - окликнул Джини мужа. - Да? - Насчет близости, почему вы не хотите взять то, что вам принадлежит? - Хёнджин был уверен, что его лицо горело стыдливым румянцем, но внезапная решимость придала сил, чтобы узнать причину. Феликс выгнул бровь и вернулся, снова присаживаясь на кровать. - Как ты себе это представляешь? Чтобы это было против твоего желания и воли? - Но ведь другие делают так, всем омегам велено терпеть и ждать. - Это так тебя воспитывали? - Феликс с интересом смотрел на мужа. - Нет, просто из разговоров среди старших омег слышал. - Понятно, - кивнул альфа и вздохнул. - К сожалению, подобное не исключено, однако мне больше по душе приносить удовольствие, чем просто бездумно брать. Когда второй человек тоже получает удовольствие, это прекрасно. Так должно быть. Но первый раз - волнительный опыт сам по себе для омег, а если быть не настроенным и напряженным, то боли не избежать, - объяснил свою позицию Феликс. - Ясно, значит, будете ждать? -Да, - улыбнулся альфа. - Я возьму тогда, когда ты сам будешь готов взять то, что также принадлежит тебе. Юноша неловко кивнул на слова мужа и пожелал хорошего вечера. Слова принца принесли толику облегчения. Не хотелось бы, чтобы его застали врасплох и неожиданно для него потребовали близости. Встав, омега решил умыться. - Ох… - Хёнджин недовольным взглядом окинул свое опухшее лицо после слез. - Кошмар… Отказавшись от ужина, он попросил чай и, сев в кресло, задумался о своем поведении сегодня. Юноша не мог понять, почему так остро отреагировал на новость о наложнице. Он вспомнил красивые черты лица девушки и почему-то почувствовал противный укол в груди от мысли, что она имеет право быть с Его Высочеством, касаться его и быть рядом. Раздражение снова прошлось волной по телу. - Да что со мной! - недовольный собой, пробурчал омега. Неужели он настолько горделивый, что не может вынести того, что кто-то будет у его законного супруга? Разве это честно? Когда сам нет-нет да вспомнит и вздохнет о Тэхёне? Да и потом, разве для него это не хорошая новость? У мужа есть наложница, с которой он будет спать, значит, его не будут трогать некоторое время. Разве это не чудесно? Нет… не чудесно. Противный уголек, что тлел в душе, не давал покоя и затухнуть раздражению в груди. Конечно, это ударит по нему и его репутации! К шаману не ходи, все будут думать, что это с ним что-то не то, раз любимый Правитель не желает его, такого красивого и юного. Да что этому альфе вообще нужно? Почему он все усложняет?! Не проще ли просто все сделать и успокоиться? «Не я не желаю близости…», - пронеслись слова мужа. А как он поймет, что готов? Хёнджин никогда даже и не целовался, конечно ему будет неловко и стыдно. Возможно, принц прав, что им стоит проводить больше времени друг с другом. За последние недели юноша отметил, что почти даже и не замечает этой повязки мужа на глазу. Отметил красивую улыбку и милые губы сердечком. - Ладно, подумаю об этом позже… Юноша вздохнул и прижал к себе сонного щенка, который сначала немного повертелся, но потом, понюхав, успокоился и улегся удобнее в руках хозяина.

***

      - Сразу же скажу, извинений перед ним не будет, - произнес Джисон, стоило Феликсу появиться на пороге его гостиной. - Солнышко, ты был суров, - отметил принц и сел в кресло напротив. - Хоть кто-то должен был его осадить, - фыркнул омега. - Сонни, прошу, последнее, чего я хочу, это разрываться между вами. - Он что, стал дорог тебе? - Дело не в этом, и ты это знаешь. Он мой муж, я дал клятву и слово. И давай просто дадим ему время. Хёнджин не рос во дворце, он единственный омега в семье, и резко его жизнь поменялась. Ты же видишь, какой он бесхитростный и наивный. - Его наивность будет дорого ему стоить, если и дальше продолжит быть таким! Ты не хуже меня знаешь, как северяне могут отреагировать на него. Пусть взрослеет уже… - И я еще раз прошу тебя проявить терпение и быть ему учителем. Ты, как никто другой, сможешь ему все показать и объяснить. - Я не против, но твой муж воротит от всего нос. - Дадим его время, Хёнджин сам захочет все узнать, как тут все будет, я уверен. Он еще тот честолюбец. - Хорошо, но извинений все равно не будет, Феликс. - Ладно, - вздохнул принц, признавая поражение. У никогда не было сил против брата. - Спокойной ночи, Солнышко. - И тебе, Веснушка. Феликс улыбнулся и, чмокнув брата в макушку, вышел из его покоев.

***

Сынмин резко проснулся и прислушался. Ему показалось, или был стук? В ночной тишине снова раздался стук, и юноша, осторожно встав с постели, направился в купальню, откуда и доносился звук. Дойдя, он приоткрыл створку и пораженно замер. - Ты с ума сошел? - омега накрыл ладошкой губы. Что этот альфа творит. - Я не могу с тобой поговорить из-за твоего надзирателя. Какого лешего он приехал? - А то ты не знаешь, что всем омегам из знатных семей положен такой человек! - шепотом возмутился юноша. - Зачем это все? Минхо? Я… ты же знаешь, я помолвлен… зачем ты мучаешь меня? - со слезами на глазах всхлипнул Сынмин. - Я не могу отпустить тебя, ты не любишь его. - И что? Мы уже обручены, свадьба состоится этой осенью, я не могу со своей семьей так поступить… - А я люблю тебя… - Минхо…- заломив брови, юноша расплакался и осел на пол. - Мы не должны и не можем… Альфа осторожно поднял Сынмина на руки и отнес на кровать. Советник укрыл одеялом юношу, что продолжал всхлипывать. - Ну не плачь, я не могу слышать твои слезы. Прости, если потревожил, но, видят Духи, я слишком слаб перед тобой… я хотел тебя увидеть. - Я хотел бы, чтобы мы встретились раньше, - дотрагиваясь до лица альфы, разбито прошептал Ким. Минхо потянулся к губам омеги и замер вблизи, давая решить все ему. Сынмин опустил руку на шею альфы и чуть надавил, чтобы в следующий миг их губы встретились. У него тоже нет сил противиться своим чувствам.