Часть 11
18 марта 2024 г., 18:22
Прошло полгода. Я учился в универе. Всё было нормально: для родителей, для учителей, для окружающих. Я беспроблемный сын, успешный ученик, отзывчивый друг, душа любой компании.
Единственный, кто знал обо мне всё, это Пашка. Когда через пару дней, подуспокоившись, я заявился к нему и попросил выслушать меня. Он отложил своё свидание с подругой.
Выслушав меня не перебивая, он подошёл ко мне и просто обнял. Без охов и ахов. Без лишних слов, типа: «этим и должно было закончится, я тебя предупреждал».
— Чем я могу тебе помочь, Ромчик? — спросил он через минуту.
— Ты уже помог, Паш. Ты выслушал, ты не оттолкнул. Спасибо.
А дальше стало легче. Я начал выходить в люди. И люди начали замечать меня.
Первое, куда мы пошли с Пашкой, было кафе. Я благодарен ему, он не читая мне лекций, убедил попробовать замутить с девчонкой. Замутивать я не умел. Но, оказывается, девчонки умели заму́тиваться сами. Да и Пашка преподал мне пару уроков пацанского флирта.
— Ничего сложного, Ромыч! Да с твоей внешностью! — и он весело подмигнул мне.
И правда, как только мы уселись за столик и заказали по чашечке кофе, к нашему столику подошли две девушки.
— К вам можно присоединиться, мальчики? — спросила одна.
— Да вокруг полно свободных мест… — начал я, но Пашка, стукнув меня ногой под столом, перебил:
— Да, конечно, девочки, присаживайтесь.
И они присели. Мы неплохо провели время. С Пашкой вообще было весело. Мне даже девчонки не мешали. Но, когда мы вышли из кафе, пришла пора разбиваться на пары, я немного запаниковал. Да, прям запаниковал много. Но Пашка пришёл на выручку. Подмигнув мне, он предложил прогуляться к реке. Мы гуляли вчетвером. Пашка не отдилялся от меня, шутил, вынуждая всех смеяться, постепенно я расслабился и начал шутить сам. Прогулявшись ещё какое-то время, мы расстались с девчонками, договорившись встретиться через несколько дней, на выходных, днём, в том же кафе.
— Ну как тебе общение с девочками? — спросил Пашка.
— Да пока норм, — ответил я. — Думал, будет сложнее. Но если дойдет до постели? Паш, я не знаю, честно.
— Знаешь что, Ромыч, я тебе подгоню одну мадам. Она тебя научит всему.
— Ой, Паша, не всё так просто. Я же не хочу этого. И с парнями не хочу.
— И тем не менее, Ромочка. Увидев её, ты захочешь. Я в этом не сомневаюсь.
— Заинтриговал, — я согласился. — Была не была. Звони своей мадам.
***
— Мадам зовут Элеонора, — предупредил Пашка, высаживая меня из машины, перед её домом. — Она ждёт тебя. Я представил себе такую тётку-училку. Элеонора открыла сразу же, как только я позвонил в дверь ее квартиры. Такое впечатление, что она стояла за дверью и ждала моего звонка. Она была старше меня лет на пять. Но выглядела феерично. «Ну, Пашка, спасибо! Сейчас она выставит меня за дверь и всё!» Но, она отступила вглубь квартиры. — Здравствуй, милый! Проходи. Я прошёл. У неё было миленько. Такое впечатление, что я попал в незнакомую мне вселенную. Темно-красные шторы на окнах и дверных проходах, темно-коричневая мебель, покрытая лаком, вязаные салфеточки, ковры, полумрак. Я попал в средневековье?! Но сама Элеонора не была настолько древней. Миниатюрная, как статуэтка, при росте метр пятьдесят пять, пятьдесят семь, поправив ярко красный, шёлковый халатик, мило сползший с её плеча, перехваченный поясом на талии, она присела на стул около круглого стола а центре комнаты. А я, как провенившийся ученик-двоечник-переросток, остановился около стола. Закусив губу я осмелел и посмотрел на неё. — Какие проблемы, маленький? — было смешно такое слышать от неё, с моим ростом метр семьдесят семь. Голос у нее был приятный. Да и вообще, она была интересная. Слегка загорелая кожа, что-то восточное во внешности. Особенно интересные были глаза, подведённые под азиатку, темно-карамельные омуты. Пухлые губы с помадой «нюд». «Красивая» — подумал я тогда. Но подумал, как о картине. — Я тебе понравилась, — произнесла она утвердительно. Я молчал, но взгляд не отводил. — Серьёзный ты какой-то, не по возрасту. Тебе восемнадцать? — уточнила она. — Да, — ответил я, без тени улыбки. — Какие мы серьёзные, — она поднялась, обошла меня сзади и, улыбаясь, заглянула на меня через плечо. — Я гей, — произнёс я, глядя на неё. — Ого, неожиданно, — она снова уселась на стул передо мной. — Чего ты от меня хочешь? Чему хочешь научиться? — Всему, — ответил я, продолжая смотреть ей в глаза. — Будет сложно. Но интересно. Ориентации я ещё никому не меняла. — А может я «Би»? — Может. Подойди ближе, — она смотрела на меня, как удав на кролика. И снова я кролик! Как же уже это надоело. Но тут всё было открыто. Я знал на что шёл, меня не использовали. Я подошёл ближе. Остановился на шаг от нее. — Ещё ближе, — игриво произнесла она, закусив губу, склонив голову к плечику, улыбаясь и поглядывая на меня из-под полуприкрытых ресниц. Я подошёл ещё на полшага. Она, плавным движением, стряхнула со своей ножки тапочек с милым красным помпоном, и коснулась пальчиками моей ноги через джинсы, около щиколотки. Я не дёрнулся только потому, что видел ее жест и она всё делала плавно, медленно. Она смотрела мне в глаза, а пальчиками вела по джинсам выше. Дошла до моего колена. Замерла. Облизала свои губы. — Что чувствуешь, Малыш? — спросила она тихо. — Твои пальчики на своей ноге, — честно признался я. — И больше ничего. Она повела своей ножкой выше по моему бедру, вопросительно смотря на меня. Доведя свою ножку до моего паха, остановилась, глядя на меня вопросительно. — Ничего, — повторил я, не дожидаясь её вопроса. Она резко встала, подойдя ко мне положила свою ладонь на мой член и, слегка надавив, потёрлась ладонью по джинсам. Там было спокойно. Встав на носочки, она дотянулась до моих губ и, обхватив их своими, слегка потянула к себе, вылизивая языком. Отстранившись, посмотрела на меня. — Ничего? — спросила она разочарованно. — Ты целуешься мокро, — произнёс я и улыбнулся. — А оно тебе вообще надо, мальчик? — спросила она отпуская меня. — Надо. Я хочу стать как все. — Но у тебя не встаёт на девушек?! Ну, Паша. Подсуетил! — она отвернулась. И тут я осмелел. Я шагнул к ней, обнял со спины за плечи и тихо проговорил: — Мне очень нужно, пожалуйста, Элио. Я буду прележным учеником. Она не выравылась, помолчала минутку и произнесла: — Ну, если ты настаиваешь, пройдем в спальню, Малыш! — хмыкнула и повторила. — Элио. А ты оригинальный!
