Путеводная звезда

— Его Высочество почти победили ужасную болезнь! — ликовали люди. Женщины целовали подол запачканных грязью одежд Се Ляня, мужчины падали в ноги и сбивчиво благодарили за спасение. У Се Ляня уже получилось вылечить почти всех заболевших. В самом деле, в этот раз Безликий Бай принёс много лекарства, и его не хватило буквально на десяток человек. Все остальные уже были здоровы, а те, кому Се Лянь давал пилюли первыми, совсем восстановились и могли идти работать. — Если вы заметите у себя симптомы, хоть какие-нибудь, незамедлительно сообщайте мне, — строго наставлял людей Се Лянь. Не то чтобы он не верил Безликому Баю, как бы странно это ни звучало, но перестраховаться никогда не мешает. В груди ощутимо потеплело. Се Лянь был счастлив, что смог, пусть и с чужой помощью, вылечить поветрие ликов и спасти свой народ. Было, конечно, неприятно и стыдно, что он даже не мог сказать людям, кто на самом деле им помог, однако Се Ляня радовало уже и то, что хворь больше не будет мучить его людей. — Ваше Высочество! А как же я? — возмутился какой-то молодой юноша, у которого лица выросли почти на всём теле. Се Лянь старался в первую очередь помогать женщинам, детям, старикам и больным. Так и выходило, что некоторых людей он обходил стороной. Се Лянь бы и рад помочь всем сразу, но лекарства не хватало. Приходилось делать выбор. Раньше Се Лянь бы не знал, как ответить на подобный вопрос даже в теории, а теперь он должен был, сцепив зубы, решать, кого лечить, а кого нет. — Я должен сделать ещё лекарство, — терпеливо объяснил Се Лянь. — Следующая порция будет последней. — Да, кстати! — однако людей уже было не остановить. — Почему Ваше Высочество лечат одних, а других нет? Один мужчина, в последнее время прихрамывающий на одну ногу, подскочил и тут же схватился за стену, чтобы не упасть. Се Лянь бросился было к нему, но тот лишь поцокал языком и покачал головой. — Вот видите! Болезнь довела меня до хромоты! Чем я хуже? — воскликнул мужчина. — Послушайте… — Се Лянь очень старался не повышать голос, как вдруг его перебили. — Потому что сначала надо вылечить женщин и детей! — вмешался другой мужчина, чьи волосы уже слегка поседели. — В самом деле, ну что за эгоизм. Вы мужчина или кто? Первый мужчина, видимо, слегка смутился, пробурчал что-то себе под нос и сел обратно с помощью своей уже полностью здоровой жены. Се Лянь же, удостоверившись, что распри стихли, пожелал всем спокойной ночи и тихо вышел. На следующее утро Се Лянь проснулся и первым делом поспешил проверить Линвэнь. Его теория оказалась верной — достаточно было чуть помочь телу, и духовная энергия богини литературы сама взялась за лечение. Линвэнь уже было намного лучше, и в этот раз Се Лянь увидел её уже в женском облике. — Совершенный Владыка Линвэнь, — произнёс Се Лянь, опускаясь рядом с ней на корточки. — Вам лучше? Что-нибудь принести? — Всё хорошо, спасибо, ничего не нужно, — медленно и чётко проговорила Линвэнь. Её бы воля, она бы уже встала и вернулась на Небеса, чтобы продолжить работать. То, что она этого до сих пор не сделала, значило, что что-то не так. Се Лянь всё равно налил ей горячей воды. Линвэнь посмотрела на чашку так, будто в ней плавала мёртвая рыба, но выпила всё буквально за два глотка. — Вы расскажете мне, что произошло? — аккуратно спросил Се Лянь. Он не хотел бередить свежие раны, но не мог не поинтересоваться. Мало того, что враг, способный сделать такое с Линвэнь, должен был быть необычайно сильным, так ещё и Се Ляню… было просто по-человечески интересно. — Я сама толком не поняла, — Линвэнь села на постели, проигнорировав руку Се Ляня. Тот послушно отодвинулся и не стал больше предлагать свою помощь. — Всё произошло очень быстро. — Что именно? — не понял Се Лянь. — Кто-то ворвался на Небеса? Линвэнь кивнула. — Я не знаю, кто это был, — она задумчиво потёрла подбородок. — Молодой мужчина, я бы сказала, лет двадцати. Он был в простых непримечательных одеждах. Он точно не бог, поскольку я его раньше никогда не встречала. С другой стороны, внешность могла быть обманом. Похоже, и Се Ляню, и Линвэнь эта мысль пришла в голову одновременно. — Он пришёл за вами? — спросил Се Лянь, нахмурившись. Он знал Линвэнь как трудолюбивую одиночку и не представлял, кто бы мог хотеть её убить. — Нет, — Линвэнь покачала головой. — За Его Величеством. — За Владыкой? — Се Лянь ошарашенно распахнул глаза. С него мигом слетела вся задумчивость, и он потряс головой. — Что… как? Это не укладывалось в голове ещё сильнее. — Я разговаривала с Его Величеством, — объяснила Линвэнь. — Потом дверь вдруг распахнулась, и вошёл он. Я не знаю, как он проник на Небеса, быть может, он очень сильный демон. Вот только ауры я от него не почувствовала. Они… говорили, — Линвэнь запнулась, будто была не совсем уверена в том, что говорит. — О чём же? — Се Лянь судорожно перебирал в голове всех, кто мог бы теоретически напасть на Владыку. Не просто ненавидеть его, а осмелиться бросить прямой вызов. Пока в голову приходило только одно существо, но Се Лянь отказывался в это верить. — Я плохо поняла, — Линвэнь почесала в затылке, будто пытаясь вспомнить. — Тот, напавший, он кричал Его Величеству в лицо какие-то имена. Потом Его Величество сказали, что они давно убили его и что он не может там быть. Тогда напавший сказал, что… — видеть Линвэнь, которая не может подобрать слов, было страшно. Се Лянь даже представить не мог, что такого там случилось, чтобы лишить эту хладнокровную женщину дара речи. Он приподнял брови, чувствуя, как в диком ритме заходится сердце. — Что пока есть на свете Ваше Высочество, он никогда не умрёт. И кто, как не Его Величество, должны это понимать, — на одном дыхании выпалила Линвэнь. Се Лянь ощутил, как внутри всё будто замерло. Это звучало… странно. И пугающе. И в то же время… так знакомо… — Тогда Его Величество рассердились, — продолжила Линвэнь уже спокойнее. — Я ещё никогда их не видела такими злыми. Они встали с трона… и тогда пришедший достал из ножен меч и показал Его Величеству их отражение. Се Лянь моргал. Сказать ему было нечего, да он и не смог бы — язык будто онемел. — Потом началась борьба, — Линвэнь прикрыла глаза. — Я не знаю, чем всё закончилось, потому что где-то в середине в меня ударила чужая духовная энергия, не знаю, чья. Я использовала последние силы, чтобы отправиться в мир смертных, а дальше вы уже знаете. Се Лянь несколько раз вдохнул и выдохнул, чтобы успокоить сердце, и наконец вновь обрёл дар речи. — Скажите, — Се Ляню просто необходимо было знать. В голове всё путалось, переживания за Владыку мешались с ужасом, что он всё же прав. — Вы заметили что-то странное у нападавшего на лице? — Странное? — Линвэнь склонила голову вбок и открыла глаза, чтобы посмотреть на бледное, как полотно, лицо Се Ляня. — Ну, на нём было три шрама. Но я не придала этому значения, возможно, он был воином… — Какого вида? — допытывался Се Лянь. Он должен, должен узнать… — Не знаю. Обычные шрамы, — Линвэнь настороженно глядела на Се Ляня. — Скорее всего, оставленные мечом. А что? — Ничего, — Се Лянь выдохнул и сел. Нет… не он… это не он… Одним вечером Се Лянь решил выбраться на прогулку. В доме стало совсем неуютно — Линвэнь хоть и говорила мало и почти не занимала место, всё равно находилась там и была ещё одним человеком. Матушка и Фэн Синь молчали, но в их глазах читалась скорбь по ушедшему Му Цину — и смотреть на это было невыносимо. Се Лянь же, всю жизнь находившийся среди людей, почему-то в последнее время пристрастился к одиночеству. На самом деле, Се Ляню казалось, что он с самого своего вознесения был скорее один. Да, перед этим у него были любящие родители, а верные друзья даже отправились вслед за ним на Небеса. Но почему-то Се Лянь всё время оставался один в принятии решений. Фэн Синь и Му Цин его, бесспорно, поддерживали, но… не было человека, которому Се Лянь мог бы рассказать всё, что угодно, поделиться тем, что его гложет. И вот сейчас это одиночество ощущалось особенно остро. И где же Безликий Бай? Почему он не пришёл, почему лишь оставил коробочку с лекарством? Что-то случилось? О своей теории Се Лянь думать не хотел. Се Лянь запрокинул голову и посмотрел на звёзды. Нет, всё-таки был такой человек. С Владыкой Се Лянь мог поговорить о чём угодно, не боясь осуждения. И в самом деле, ему он рассказывал почти всё, что происходило в его жизни. Се Лянь даже умолял его позволить ему спуститься на землю, чтобы он смог помочь людям… Но к чему сейчас ворошить прошлое? Владыка наверняка гневается на глупого Сяньлэ, решившего, что ему всё по плечу. Се Лянь рассеянно коснулся канги на шее, чувствуя её острый край. Она не причиняла боли — лишь служила вечным напоминанием. Се Лянь думал — как там Владыка? Совсем недавно на него напали, причём, скорее всего, не самый слабый демон. С другой стороны, мог ли это быть бог, просто в чужом обличье, чтобы его не узнали? Наверняка у Владыки много врагов среди демонов, но разве не найдётся бог, желающий занять его место? — Ваше Высочество? — раздался позади тихой голос. — Хунхун-эр? — в последнее время Се Лянь мало его видел. Тот с утра до ночи пропадал в городе, берясь за любую маломальскую работу, а вечером возвращался, чуть не падая с ног, и сразу же засыпал. Поэтому пообщаться им давно не удавалось. — Ты чего не спишь? — Не спится, — Хунхун-эр неопределённо пожал плечами и подошёл к Се Ляню, останавливаясь чуть позади. — Как продвигаются ваши дела? — Всё хорошо, — Се Лянь улыбнулся Хунхун-эру и, не удержавшись, потрепал его по макушке. — Почти все люди уже здоровы. Осталось совсем немного. Хунхун-эр тактично не стал спрашивать, что Се Лянь собирается делать дальше. Вместо этого он перевёл взгляд на кангу, обхватившую шею Се Ляня, будто ошейник, и пару раз моргнул. Се Лянь тут же смущённо прикрыл её воротником ханьфу, будто это было чем-то личным. Хунхун-эр поджал губы, но покорно перевёл взгляд выше. — Ты-то как, ещё не слишком устал на своих работах? — мягко поинтересовался Се Лянь. — Да, недавно я работал в борделе, — Хунхун-эр расправил плечи и перевёл взгляд куда-то вперёд. Се Лянь оторопело кашлянул. — Хунхун-эр… я, конечно, всё понимаю… — он неловко переступил с ноги на ногу. — Да, у нас немного денег. Но, быть может, не стоит… заходить так далеко? Се Лянь очень старался подбирать слова, чтобы не обидеть юношу. Он знал, что Хунхун-эр очень переживает, что денег мало, и хочет всячески помочь. Однако ему было всего лишь пятнадцать лет! Неужели он и вправду… — Всё в порядке, — заверил его Хунхун-эр. — Вашему Высочеству не стоит тревожиться. Голос его ни разу не дрогнул, спина была прямая, но глаза блестели неуверенностью. Се Лянь видел, что Хунхун-эру на самом деле страшно, как он отреагирует — боится порицания? Се Лянь поспешил его успокоить. — Что ты, я просто волнуюсь за тебя, ты же мне как младший брат, — Се Лянь опустил руку Хунхун-эру на плечо. — Поверь, мы лучше купим что-нибудь подешевле, чем ты будешь идти на подобные жертвы. Хунхун-эр вдруг резко сделал шаг вбок. — Ваше Высочество, я мыл там полы, — быстро проговорил он. — Я бы никогда… — он задохнулся, будто от возмущения. — О боги, прости меня, — Се Лянь аж рассмеялся от облегчения. — Я сожалею, что оскорбил тебя подобным предположением. Однако Хунхун-эру это не принесло успокоения. Он смотрел всё так же хмуро, а теперь ещё и пугающе молчал. Се Лянь неловко склонил голову вбок, пытаясь подобрать слова, чтобы извиниться ещё раз. Извиняться не пришлось. Се Ляня вдруг молниеносно сбило что-то с ног. Он и раньше чувствовал чьё-то присутствие, но за разговором с Хунхун-эром совсем перестал обращать на это внимание. А зря — напавший воспользовался этим и бросил ему под ноги что-то. Хунхун-эр, устоявший на ногах, поднял брошенную вещь с земли. Это оказался обычный камень — даже странно, что он сумел заставить Се Ляня упасть. Глаз Хунхун-эра потемнел, его лицо помрачнело, а руки сжались в кулаки. Камень покатился по земле. — Ваше Высочество! Где наше лекарство? — возмущённо кричал тот самый мужчина с больной ногой. — Я думал, что вы работаете, а оказывается-то, вы просто прохлаждаетесь по ночам! — Сколько ещё мы должны ждать? — подхватил другой мужчина. — А вдруг от нас заразятся и остальные, и тогда всё будет напрасно? — Не заразятся, — Се Лянь всплеснул руками, тщетно пытаясь сохранять спокойствие. — Я вам обещаю, что скоро лекарство будет готово. — Почему мы должны столько ждать? Вдруг эта болезнь смертельна? — из темноты вышел третий. — И что тогда? Почему мы должны умереть? Первый мужчина сжал в кулаке топор, который непонятно откуда достал. Се Лянь аж отступил на шаг — он и не думал, что настанет день, когда ему придётся защищаться от своих же верующих. — Я не могу разорваться! Понимаете? — Се Лянь уже тяжело дышал. — Я правда хочу вам помочь! Я обещаю, что скоро вылечу всех оставшихся, и всё будет хорошо! Дайте мне время! — Время, время… — передразнил его первый мужчина. — У вас-то, богов, оно бесконечно. А до нас снизойти вы не можете? Не понимаете, что мы смертны? — Не смейте оскорблять Его Высочество, — Хунхун-эр, пусть и был без оружия, но всё равно выступил вперёд и заслонил Се Ляня собой. — По сравнению с ним вы никто. — А ты ещё кто такой? — скептически на него посмотрел второй мужчина. — Это мой ученик, Хунхун-эр, — Се Лянь положил ему руку на плечо и чуть отодвинул в сторону, подальше от разъярённых мужчин. — Кричите на меня, но его не трогайте. — Где наше лекарство? Почему мы не заслужили лекарство? — показались ещё фигуры, и вместе их стало слишком много. Се Лянь, конечно, мог бы их победить, но не хотел причинять им боль. Хотя он уже был на грани. Хунхун-эр было сделал шаг вперёд, как вдруг прямо в гуще появился белый вихрь, который через пару мгновений обернулся демоном в белых одеждах. — Прочь отсюда, не смейте подходить к Его Высочеству, — чуть ли не рычал Хунхун-эр. — Тише, — мягко оборвал его Се Лянь. — Всё в порядке. Это мой друг. Хунхун-эр посмотрел на него таким взглядом, что Се Лянь и сам было в себе засомневался. Однако он быстро одёрнул себя и, кивнув, отошёл на пару шагов. — Ваше Высочество, — Безликий Бай церемонно поклонился. — Ты ещё кто? — первый мужчина крепче сжал топор в руке, но демон остановил его одним взмахом руки. — Вот вам лекарство, — произнёс Безликий Бай и бросил мужчине коробочку. Тот сжал её в руках и жадно уставился на вожделенное лекарство. Се Лянь выдохнул — теперь все спасены. — Его Высочество просили передать. Безликий Бай не только вылечит людей, но и сделал вид, что он здесь ни при чём. Се Лянь не знал, возмущаться ему или благодарить за это, но за одно то, что демон излечил поветрие ликов, Се Лянь готов был ему в ноги кланяться. Мужчины занялись приёмом лекарства, а Безликий Бай, коротко кивнув, развернулся и направился в чащу леса. — Ваше Высочество… — начал было Хунхун-эр, но Се Лянь уже его не слушал. Его интересовало только одно. — Подожди! — выкрикнул он и бросился за демоном следом. Се Лянь высматривал среди деревьев траурные одежды и бежал, бежал… он просто не мог остановиться. Ему нужно было задать Безликому Баю столько вопросов, что он не мог просто позволить ему исчезнуть.

***

После визита на гору Тунлу Цзюнь У всерьёз обеспокоился духовной энергией его Сяньлэ. Конечно, для того, чтобы иметь свою собственную, Сяньлэ должен был бы вознестись, однако такого в ближайшем будущем можно было не ждать. Цзюнь У прекрасно понимал — его Сяньлэ, заражённый пустотой, теперь больше никогда не станет небожителем. Да и стоило ли? На Небесах ведь обитают одни лицемеры. Они все превозносили Цзюнь У, пока не открылась его истинная форма. А ведь по сути ничего не поменялось — Цзюнь У не стал относиться к подчинённым как-то иначе. Однако его сущность, его бытность демоном стала решающей. Теперь его боялись и ненавидели. Цзюнь У был невыносимо раздражён из-за этого. Что-то не меняется никогда — как были двуличные эгоисты в Небесных Чертогах, так и остались. Цзюнь У хорошо помнил, что сделали небожители, когда ему требовалась помощь. Но Сяньлэ — вот кто действительно заслуживал быть небожителем. Цзюнь У подумал, что если бы в Небесной Столице все были, как он, то, быть может, его план был бы и не нужен. Однако небожители, как и люди, были порочны и алчны, чего наивный Сяньлэ не мог понять. Сейчас, конечно, небожитель из Сяньлэ будет никакой. Возможно, и нет никаких небожителей — только всё те же люди с гнилыми душами, почему-то получившие право управлять судьбами других. Поэтому оставался только один выход. Сяньлэ следовало стать демоном, и тогда у него будет собственная духовная энергия. Быть может, даже больше, чем у Цзюнь У. Но как же сделать его демоном? Цзюнь У знал лишь один вариант — гора Тунлу. Они сидели в тронном зале. Цзюнь У любил эту их позу — он восседал на троне, а Сяньлэ сверху, на его коленях. Так Цзюнь У мог касаться мягких волос, гладить тонкое тело и смотреть в ледяные глаза, которые сам же и заморозил. Сяньлэ был произведением искусства. — Сяньлэ, — позвал Цзюнь У, поглаживая его по руке. Дорогое ханьфу чуть сползло вниз, обнажая изящное плечико и острую ключицу. Цзюнь У заказывал одежду для своего Сяньлэ исключительно из лучших тканей. — Да? — Сяньлэ перевёл взгляд на лицо Цзюнь У. Ему поневоле вспомнилось, как тот ярко, смущённо смотрел на него во сне, и Цзюнь У поспешил отогнать эту непрошеную мысль. — Не хочешь стать демоном? Как я? — вопросил Цзюнь У. На самом деле, даже если его Сяньлэ скажет нет, он будет не прочь снабжать его духовной энергией вечность. Главное, чтобы Сяньлэ было хорошо. Он волен выбирать. Сяньлэ склонил голову набок. Его лицо совсем не изменилось, но по глазам было видно — раздумывает. Вдруг на его губах заиграла порочная улыбка. — А что же я за это получу? — наконец произнёс Сяньлэ, игриво изгибаясь на коленях Цзюнь У. Тот сразу же ощутил жар внутри. — Мой маленький Сяньлэ чего-то хочет? — в тон ему ответил Цзюнь У. Им обоим нравилась эта маленькая игра, она доставляла удовольствие. Цзюнь У опустил руки на узкие бёдра и чуть сжал. — Этот Император будет рад ему помочь. — Хочу, чтобы ты здесь и сейчас сделал так, чтобы мне было так же жарко, как будет в горе Тунлу, — усмехнулся Сяньлэ и сильнее раздвинул ноги, чтобы прижаться к Цзюнь У крепче. — А лучше — чтобы было даже жарче. Цзюнь У с азартом кивнул. По искре в холодных глазах он сразу понял, на что намекает его Сяньлэ. И этому он был несказанно рад — Сяньлэ нечасто проявлял инициативу, хотя в последнее время это стало происходить чаще. Они растворились друг в друге. Сяньлэ стонал и вскрикивал, двигаясь вверх и вниз, а Цзюнь У наблюдал за ним и не мог оторваться. Бесценное шёлковое ханьфу, будто дешёвая тряпка, валялось на полу, всеми забытое. Цзюнь У гладил обнажённое тело, не в силах перестать касаться его, вдыхать запах своего Сяньлэ. Цзюнь У с самого их первого раза получал ни с чем не соизмеримое удовольствие от близости с Сяньлэ, от его распахнутых в стоне губ, от сжавшихся на собственных плечах пальцев. Собственное удовольствие отходило на второй план, когда с ним был его Сяньлэ. Цзюнь У казалось, что что-то пошло не так. Потому что он никогда не планировал ложиться с Сяньлэ в одну постель, целовать его и касаться везде. Он ведь всего лишь хотел, чтобы его кто-то понял, чтобы наивный Сяньлэ осознал жестокость мира. Где же они свернули не туда? Потому что Цзюнь У вдруг осознал, что Безликий Бай медленно успокаивается. В этот раз в гору Тунлу вылилось гораздо меньше ненависти и боли, чем обычно. Сяньлэ будто делал его жизнь размереннее, заполнял пустоту в душе собой. Видеть его лицо каждый день дарило Цзюнь У эмоции, которых он никогда прежде не испытывал. Как же называется это чувство, когда хочешь всё-всё разделить с другим человеком — и горести, и радости, и даже пустоту внутри? Только вот пустоты становилось меньше. Понемногу, но дымка растворялась, и Цзюнь У осознавал, что начал яснее мыслить. Что Безликий Бай больше не требовал крови, что стало легче даже дышать. — Ах, сильнее… — Сяньлэ издал поистине пошлый звук, и Цзюнь У подчинился. Их отношения были очень странными, и никто из них не знал, как назвать то, кем они приходились друг другу. Но какая разница, если им обоим нравилось? — Да… Цзюнь У покрепче обхватил бёдра и ускорил темп. Он чувствовал, что удовольствие накатывает с головой, но хотел сначала позаботиться о своём Сяньлэ. Тот был прекрасен — от одного вида изогнувшегося тела Цзюнь У готов был взорваться. Обнажённый Сяньлэ был произведением искусства. — Давай, Сяньлэ, мой прекрасный Наследный принц… — прошептал Цзюнь У, сам не понимая, что вдруг на него нашло. — Не называй меня так, — Сяньлэ остановился, мучая их обоих томительным ожиданием. — Хорошо, — Цзюнь У кивнул и прижал Сяньлэ поближе к себе, поглаживая выступающие лопатки. — Прекрасный мой. Сяньлэ возобновил движения после нескольких мгновений, показавшихся обоим бесконечностью, и вскоре упал сверху на Цзюнь У, совершенно обессиленный. Цзюнь У тоже почти сразу же обмяк и подхватил Сяньлэ за талию, чтобы тот не упал. — Ну так что? Тебе было так же жарко, как в горе Тунлу? — усмехаясь, спросил Цзюнь У. — Не знаю, — переводя дух, в том же тоне ответил ему Сяньлэ. — Я же там пока не был. Цзюнь У не ответил на это, слишком занятый тем, что перебирал шелковистые каштановые волосы, чуть влажные от пота. Тело Сяньлэ и вправду было горячим, так что Цзюнь У надеялся, что выполнил его просьбу. Тем же вечером Сяньлэ отбыл, пообещав вернуться как можно скорее. Цзюнь У подарил ему на прощание почти целомудренный поцелуй и поклялся ждать, пока Небеса не рухнут на землю. В самом деле, куда они теперь друг без друга? На следующее утро Цзюнь У проснулся, по привычке потянулся пригладить волосы своего Сяньлэ и вдруг вспомнил, что его нет. Что он в горе Тунлу, бьётся за свой шанс стать непревзойдённым демоном, вторым Безликим Баем, а быть может, даже сильнее. И как бы Цзюнь У это ни радовало, он всё равно ощутил, как внутри вновь растёт пустота, причём со страшной скоростью. Сяньлэ нет дома.