Путеводная звезда

Се Лянь замер, стоя посреди поляны. Лунные лучи едва пробивались сквозь тучи, и в неявном свете фигура Сяо Ши, который давно уже им не был, казалась ещё более пугающей. Се Лянь боялся не того, что Владыка может сделать с ним, а того, что до сих пор не мог найти в себе силы его возненавидеть. Се Лянь всё ещё не знал, кем был напавший на Владыку, но понимал одно — Владыка и был Безликим Баем. Этот тон Се Лянь ни с чем бы не спутал. Более того, получалось, что Владыка всем лгал. Но как тогда он одновременно был в теле Безликого Бая и Сяо Ши? И почему он так по-разному себя вёл? Чего он добивался? Се Ляню было страшно. Он больше не знал, чего ожидать от этого человека, теперь, когда Хунхун-эр сидел, привязанный к дереву, а маленький Сяо Ши был поглощён демоном с ликом небожителя. Быть может, это всё одна большая игра? Владыка только сделал вид, что помог, а на самом деле… что? Наблюдал за Се Лянем? Но зачем? Се Лянь ничего не понимал. Он стоял напротив Сяо Ши, подошедшего к нему, и беспомощно смотрел в детское лицо с недетским взглядом. Это и было ужасающе. — Владыка… — Се Лянь упал на колени. Он поднял глаза, чтобы взглянуть на небо, и сжал кулаки, пытаясь прийти в себя. Всегда, когда Се Лянь не знал, что делать, он обращался к Владыке. Однако сейчас это было бессмысленно, а молить Безликого Бая было столь же глупо — всё-таки это был один человек. — Как?.. — выдавил из себя Се Лянь. Больше ни на что его не хватило. — Прочь от него! — надрывался Хунхун-эр, всё ещё привязанный к дереву. Его голос срывался, а сам он рвался наружу, пытаясь освободиться из пут, но тщетно. — Руки прочь от Его Высочества! — На меня напал Безликий Бай, — спокойно произнёс Цзюнь У в теле Сяо Ши. Маленькая ручка легла на голову Се Ляня и ласково погладила. — Я прогнал его, но и сам был ранен. Мне пришлось восстанавливать силы, и я временно занял тело этого ребёнка. Вскоре я освобожу его и вернусь в своё собственное, и тогда Безликий Бай будет окончательно побеждён. Се Лянь невесело хмыкнул. В сердце образовалась громадная дыра, а на лбу выступил холодный пот. Почему-то как никогда хотелось ему поверить. Что Безликий Бай — это всего лишь хитрый демон, что он обманывал Се Ляня, воспользовался его добротой, а Цзюнь У его одолеет и всё будет в порядке. Что это не один и тот же человек. Но почему тогда это казалось предательством? Ведь Безликий Бай раскрыл ему душу. Се Ляню одновременно с этим очень хотелось верить, что Безликий Бай не лгал, ведь они стали так близки за это время. Се Лянь уже не представлял своей жизни без него. Ведь он… Се Лянь вспомнил, как Безликий Бай рассказывал ему свою историю. Как Наследный принц Уюна пытался противостоять мощи вулкана, как убил собственных друзей… как излечился от поветрия ликов. Се Лянь тогда ему действительно сочувствовал и вправду понял его. Неужели это всё было ложью, неужели сказка о далёком королевстве именно ею и была? Се Лянь уже не знал, кому и чему верить. Он и сам себе не верил. Се Ляню хотелось схватиться за голову, но тут вдруг воздух разрезал громогласный крик Хунхун-эра. — Не врите так нагло! — воскликнул он, руша последние надежды. — Я всё знаю! И будьте уверены, я до вас доберусь! Цзюнь У посмотрел на Хунхун-эра так, будто он был жертвой, пытающейся казаться сильнее перед хищником, уже готовым к прыжку. Цзюнь У вообще в нём был не заинтересован. — Сяньлэ, верь мне, — Цзюнь У взял его за руку. — Когда я расправлюсь с жестоким демоном и восстановлюсь, я помогу тебе вернуться на Небеса. Ты сделал достаточно, чтобы вновь заслужить звание небожителя. Се Лянь от шока даже не сумел вырвать ладонь из детской хватки. Он открывал и закрывал рот, не зная, что сказать. Цзюнь У продолжал свою пантомиму, делая вид, что Безликий Бай — это отдельное существо, не он. Се Лянь хотел ему поверить. Одёрнуть Хунхун-эра, сказать ему, чтобы не придумывал, и позволить Цзюнь У увлечь его за собой. Это был человек, которому Се Лянь доверял больше всего на свете. Но какая-то его часть уже давно всё поняла. Цзюнь У притворялся, хотел, чтобы Се Лянь ему поверил. Но… зачем? Чего он добивается? В этот момент воздух будто треснул, и на поляне очутились знакомые фигуры. Се Ляню даже оборачиваться было не нужно, чтобы узнать Фэн Синя и Му Цина. Сяо Сянь был там же, судя по тихим всхлипам. Безликого Бая… не было? Се Лянь чувствовал, как рушится последняя его надежда. Цзюнь У и был Безликим Баем — иначе почему демон не пришёл? — Сяо Ши! — Сяо Сянь рвался из рук крепко держащего его Фэн Синя. — Сяо Ши! — Нельзя туда! — Фэн Синь, видимо, всё слышал или просто успел догадаться обо всём. — Это уже не твой друг, ясно? — Я хочу к Сяо Ши! — Сяо Сянь разревелся и продолжил брыкаться, но Фэн Синь не давал ему броситься к бывшему другу. — Пустите меня! — Это не Сяо Ши! — резко прикрикнул Му Цин. — Это враг! Он убьёт тебя, лишь только ты к нему приблизишься! — Нет! — рыдал Сяо Сянь. — Я знаю, кто это! Это Сяо Ши! Я точно знаю! Фэн Синь подхватил ребёнка на руки и прижал к себе, обнимая и укачивая. Тот уткнулся в его плечо, когда наконец устал сучить ножками, обвил крепкую шею руками и продолжил плакать уже навзрыд. Такого от Сяо Сяня никто не ожидал. Так как Фэн Синь по сути больше не мог драться, раз у него на руках сидел Сяо Сянь, вперёд храбро выступил Му Цин, сжимая в руке меч. Фонарь остался, видимо, где-то в лесу. — Прочь от Его Высочества! — прошипел он. — Я не знаю, кто ты, но знаю, что ты очень сильно пожалеешь, если не уберёшься отсюда! Цзюнь У мягко рассмеялся и взял Се Ляня, так и не поднявшегося с земли, за локоть. — Разве похоже, что Его Высочество хотят от меня сбежать? — спокойно вопросил он. — Кажется, всё совсем наоборот… Се Лянь даже не мог двинуться с места. Он понятия не имел, что делать, куда бежать и как реагировать на всё это. — Руки убрали от него! — крикнул Хунхун-эр. — Сейчас же! Вдруг полыхнуло, и послышался громкий треск. Се Лянь резко обернулся и увидел, как Хунхун-эр, необыкновенно рослый и сильный, сбрасывает с себя остатки верёвок и молниеносно подлетает к Цзюнь У. Хунхун-эр схватил его за плечи и попытался было отбросить подальше, но Цзюнь У даже в таком теле явно был сильнее. Но и Хунхун-эр не был слабым. Сверкнуло серебром, и в его руке появился сияющий ятаган с огромным красным камнем. Се Лянь ошеломлённо моргнул и даже не успел ничего сделать, как клинок оказался у нежной детской шеи. — Ваше Высочество, назад! — Хунхун-эр умоляюще взглянул на Се Ляня. В его глазах плескалось множество чувств, которые нельзя было никак описать. — Быстрее! Се Лянь беспомощно хватанул ртом воздух, а затем неожиданно даже для себя бросился вперёд и закрыл шею Цзюнь У ладонью, не давая ятагану коснуться бледной кожи. — Нет… — тихо прошептал Се Лянь с невысказанной просьбой. — Нет. Хунхун-эр посмотрел на Се Ляня так, что тому резко захотелось заползти под камень и спрятаться там. Затем лязгнуло — меч упал на землю и ударился о камень. Хунхун-эр отступил. Се Лянь всё понимал. Но он не мог позволить этому случиться. Даже зная, что Сяо Ши в этом теле, вероятно, уже нет, он всё равно не даст никому его убить. Се Лянь так просто не мог. Стало тихо. Му Цин держал клинок наизготове, Хунхун-эр, безоружный, стоял рядом. Цзюнь У, которого, казалось, не трогало ничто, мягко гладил руку Се Ляня, который уже с трудом мог соображать. Он так и не поднялся и всё ещё сидел на мокрой от крови траве. Вдруг его резко подняло над землёй, и Се Лянь нелепо взмахнул руками, пытаясь поднять равновесие. Но уже буквально через миг его подхватили крепкие руки, и Се Лянь с замиранием сердца взглянул в лицо Безликого Бая. Ни следа поветрия ликов, чистые, светлые глаза, будто два глубоких озера. Но теперь Се Лянь видел в этих чертах Цзюнь У и не понимал, каким слепым надо было быть, чтобы этого не заметить. Прижимая Се Ляня к себе, Безликий Бай сделал шаг вперёд, оказываясь прямо перед Цзюнь У. — Прочь отсюда, — произнёс он. — Я явился, чтобы уничтожить тебя раз и навсегда. Се Лянь уже ничего не понимал. Как так получилось, что если Безликий Бай и Цзюнь У — это один и тот же человек, то они существуют отдельно друг от друга? Быть может, один из них ненастоящий? Цзюнь У при всём своём маленьком росте в теле Сяо Ши казался выше и могущественнее, чем даже Безликий Бай, который, как Се Лянь уже знал, был необычайно силён. — Да ну? — усомнился он, качая головой. — Ты в этом уверен? — Я для этого и пришёл, — Безликий Бай даже не изменился в лице. — Даже если это будет стоить мне жизни, я избавлюсь от тебя. Я не позволю тебе тронуть Сяньлэ. Губы Цзюнь У растянулись в улыбке. Ему, кажется, было весело. — Какие речи, — театрально вздохнул он. — Я победил Небеса, что мне стоит избавиться от тебя? — Кто это? — громко зашептал Му Цин. Похоже, что он спрашивал то ли Хунхун-эра, то ли Се Ляня. — Кто все эти люди? Хунхун-эр что-то ответил, но настолько тихо, что Се Лянь не услышал. Послышался изумлённый выдох Му Цина и Фэн Синя, которые только что осознали, что происходит. Ятаган Хунхун-эра так и лежал на земле рядом с Цзюнь У, но тот даже и не думал его поднимать. Это было хорошо — Се Лянь прекрасно понимал, что с таким оружием им всем конец. Сильнее Цзюнь У нет во всех трёх мирах. Безликий Бай так и не отпустил Се Ляня. Он держал его на руках одновременно крепко и нежно — от этого захватывало дух. Се Ляню безумно хотелось ему верить. И он верил, даже ощущая боль от предательства Владыки, который явно лгал всё это время. Тот Безликий Бай, что так аккуратно его держал, не мог обмануть. — Да, ты силён, — не стал спорить Безликий Бай, наконец удостоив Цзюнь У ответом. — Но что ты можешь сделать против меня? — Владыка — это ты, ведь так? — спросил Се Лянь, обхватывая плечи Безликого Бая ладонями. — Скажи мне, это правда? Безликий Бай кивнул. — К сожалению, да, — он прикрыл глаза, будто смиряясь с чем-то, и опустил Се Ляня на землю. — Когда-то я им был. — Что это значит? — Се Лянь замотал головой. Он искренне не понимал, о чём идёт речь. Судя по выражению лица Безликого Бая, тот ожидал, что Се Лянь сейчас бросит его. Уйдёт и пожелает никогда больше его не видеть. Но после всего, что они пережили вместе, после всей этой истории, Се Лянь просто не мог оставить его. Он уже не представлял, как развернётся и уйдёт, как продолжит жить без белого демона рядом. — Хочешь знать, как закончилась та сказка? — после паузы спросил Безликий Бай. Он отвернулся, чтобы Се Лянь не видел его лицо. Цзюнь У издевательски захлопал в ладоши. — Порождение горы Тунлу верит в сказки, — рассмеялся он, неверяще качая головой. На детском лице это смотрелось пугающе неестественно. Се Лянь вынужденно напомнил себе, что это не Сяо Ши. Вероятно, он уже давно им не был. Насколько давно?.. — Разве ты забыл, чему нас научила жизнь? Ты что, больше не помнишь, что сказок не существует? Безликий Бай гордо выпрямился и посмотрел Цзюнь У прямо в глаза. — Я не знаю, что существует, а что нет, — ответил он уверенно. — Но я знаю, что я не позволю тебе и пальцем коснуться Сяньлэ. — Сяньлэ? — Цзюнь У сделал пару шагов вперёд, и Се Лянь увидел, как Безликий Бай еле заметно дёрнулся. — Разве ты не помнишь? Мы же хотели помочь ему нас понять. Только так мы объясним ему, каков мир на самом деле. — Но какой ценой? — перебил его Безликий Бай. — Ты хочешь его сломать! Сяньлэ не должен узнать, насколько гнилое у нас сердце! Они спорили так жарко, что, казалось, и забыли про стоящего тут же Се Ляня. Тот же был бледен, как полотно, и слушал, пытаясь осознать всё. Так это что же получается… если вся та история про Уюн — правда, то Цзюнь У наслал на Сяньлэ поветрие ликов, чтобы Се Лянь… прошёл по его пути и стал таким же. Се Лянь отчаянно не хотел в это верить, но понимал, что это так и есть. Но почему в таком случае Безликий Бай, вторая личность Небесного Владыки, говорит обратное? Почему он защищает Се Ляня, почему выступил против себя самого? Зачем показал Цзюнь У поветрие ликов, когда напал на него ещё на Небесах? К чему всё это было нужно? — Ваше Высочество, а ну подойдите, — Му Цин дёрнул Се Ляня за рукав, и он оказался прижат к телу друга. — Мы уходим. — Что? Нет! — Се Лянь рванулся прочь. Сяо Сянь, лишь завидев Се Ляня, опять разрыдался. — Я хочу к Сяо Ши! — ревел он. Фэн Синь легонько шлёпнул его по руке, пытаясь утихомирить. — Это не Сяо Ши! — прикрикнул он. — Вы чудовище! — бросил Фэн Синь то ли Цзюнь У, то ли Безликому Баю. А быть может, сразу обоим. — Ваше Высочество, в кои-то веки я согласен с Му Цином. Нам лучше уйти! — Ваше Высочество, пожалуйста, — на Се Ляня своими разноцветными глазами умоляюще глядел Хунхун-эр. — Пойдёмте отсюда, вам здесь не место. Се Лянь сделал пару шагов к Хунхун-эру, но затем развернулся. Он смотрел на Безликого Бая, яростно доказывающего что-то невозмутимому Цзюнь У, уверенному в своей правоте. И что-то ёкнуло в сердце, и Се Лянь уже точно знал — он никуда не пойдёт. Он останется здесь, с тем, кто помог ему в самый трудный час, кого он понимал и кто понимал его. Со своей путеводной звездой. — Благодарю тебя, — вдруг раздался голос Безликого Бая. — Ты напомнил мне, как отвратительно быть тобой. А теперь сгинь! Он отбросил маленькое тельце Сяо Ши в сторону с такой силой, что тот ударился о дерево и сполз по нему вниз. Се Лянь ошарашенно стоял и смотрел на это, а когда кинулся к нему, то его остановил Безликий Бай. — Он хотел убить всех твоих людей, — он покачал головой. — Сломать тебя, заразить тебя пустотой. Ты это понимаешь? — Понимаю, — Се Лянь крепко схватил холодную руку и заглянул в ясные глаза. — Но разве ты этого не хотел? Я… мне больно это слышать, — Се Лянь опустил голову, невольно вспоминая ужасы поветрия ликов и крики больных. — Мне очень больно. Но я… понимаю, почему он это сделал. — Сяо Ши! — Сяо Сяня было уже не остановить. Он кинулся к Цзюнь У и подхватил тело своего друга на руки, прижимая его к себе, как самое ценное во всех трёх мирах. — Сяо Ши, очнись… Фэн Синь и Му Цин кричали ему, умоляли вернуться, но Сяо Сянь, казалось, даже их не слышал. — Я не… — Безликий Бай замер, не зная, что и сказать. Он лишь глядел на Се Ляня, вновь поднявшего голову. Так они и замерли посреди поляны, пока их не прервал тихий смех. Они оба развернулись одновременно. Тело Сяо Ши начало расплываться, и через пару мгновений на его месте оказался Цзюнь У — такой, каким Се Лянь привык его видеть. Он стоял, могущественный и прекрасный, и Сяо Сянь вцепился ему в ногу. — Сяо Ши! — пробормотал он. — С тобой всё в порядке! Удивительно, как дети способны на подобное. Оставалось только надеяться, что Цзюнь У не тронет ребёнка. — Сяо Сянь, а ну-ка вернись! — крикнул Фэн Синь и сорвался было с места, но его тут же пригвоздило к стволу дерева. Он забрыкался, однако всё было тщетно. Тогда за Сяо Сянем бросился и Му Цин, однако его постигла та же участь. Фэн Синь с Му Цином оказались друг напротив друга, прикованные каждый к своему дереву, без возможности двинуться. — Помоги им, — умоляюще прошептал Се Лянь. Сейчас вся надежда была на Безликого Бая. — Так будет безопаснее для них самих, — возразил он, качая головой. — Пока они обезврежены, он их не тронет. Се Лянь кивнул, принимая такую причину. Он не хотел убивать Цзюнь У, не хотел видеть его смерть. Он всё ещё не понимал, как один и тот же человек может существовать в двух разных телах, но теперь ясно видел их схожесть. Не только в чертах лица, но и в жестах, в повадках… Да как он раньше не понял? — Я знаю, где твой прах, — вдруг произнёс Безликий Бай. Он загородил собой Се Ляня и расправил плечи, становясь против Цзюнь У, принявшего форму Небесного Императора. — Мне достаточно взмахнуть рукой, и он окажется у меня в руках. Безликий Бай занёс руку над головой, готовый воплотить свою угрозу в жизнь. Но в этот момент раздался мягкий смех. — Замечательно, — Цзюнь У издевательски захлопал в ладоши. — Только вот ты забыл одну маленькую деталь. Это ведь и твой прах тоже. Если ты уничтожишь меня, умрёшь и ты, — Безликий Бай открыл было рот, но Цзюнь У перебил его. — Я помню, что ты сказал, что готов умереть. Но тогда ты больше не увидишь своего драгоценного Сяньлэ. Безликий Бай побледнел. Цзюнь У, очевидно, знал, на что давить — и неудивительно, он ведь по сути спорил с самим собой. Это значит… Цзюнь У в самом деле было дело до Се Ляня? Быть может, он даже… Нет, об этом было глупо даже думать. — Сяньлэ будет счастлив и без меня, — с едва уловимой грустью, но и принятием в голосе произнёс Безликий Бай. Его взгляд упал на Хунхун-эра. — Я видел, что может произойти, — Се Лянь оторопел. Он и Хунхун-эр?.. — Но сейчас не об этом. Со мной в любом случае ничего не случится, потому что я поглотил свой прах. — Поглотил прах? — вырвалось у несчастного, уставшего уже вырываться Фэн Синя. — А я ещё даочжаном тебя называл! Демон! — Вот погоди, мы выберемся отсюда, и больше ни на шаг к Его Высочеству не подойдёшь! — подхватил Му Цин. — Заткнитесь! — прикрикнул на них Хунхун-эр. Он стоял необычайно тихо, не двигался и даже не пытался поднять собственное оружие. Се Лянь не мог отделаться от мысли, что Хунхун-эр это делает лишь потому, что Се Лянь ему приказал. Се Лянь же склонил голову вбок, пытаясь осознать, что это значит. Он слышал, разумеется, об уничтожении праха, однако о том, чтобы поглотить его… что же тогда будет с демоном? — Ты терпел такую боль? — неверяще усмехнулся Цзюнь У. — Ради призрачного шанса на успех? И что же заставило тебя пойти на такое? Вот уж не думал, что мы когда-нибудь дойдём до таких рисков… Безликий Бай помолчал, но его взор скользнул к Се Ляню. Тот всё мгновенно понял. Матушка была права… Матушка всегда лучше знает. И всё же, было так сложно поверить, что… — Ты не поймёшь, — Безликий Бай покачал головой и издал невесёлый смешок. — Ты просто не в силах этого понять. — Поглощение праха означает, что демон становится хозяином якоря, ранее державшего его в определённом месте, — вдруг произнёс Хунхун-эр. — И тогда он приобретает способность путешествовать сквозь пространство и время. Се Лянь ошеломлённо развернул Безликого Бая к себе за плечи и крепко вцепился в него пальцами. — Ты из будущего? — прошептал он едва слышно, наконец осознавая, что произошло. Безликий Бай молча кивнул. Се Лянь ощутил, как сердце его замирает. Он только что всё понял. Все эти странные фразы, то, что Безликий Бай появлялся именно там, где нужно, что он излечил народ Сяньлэ от поветрия ликов, его «я знаю, кем ты станешь»… Всё это вдруг приобрело окончательный смысл. В том мире, откуда пришёл этот Безликий Бай, он одержал победу. Ему удалось заразить Се Ляня пустотой, как он выразился, и они стояли на одной стороне. Но потом он… он разочаровался. Что-то случилось, и он решил изменить прошлое, чтобы не позволить Се Ляню стать таким. Ради этого он терпел немыслимую боль, спас множество людей, которых даже не знал, терпел кашу на своём идеально белом ханьфу и даже был готов умереть и позволить Се Ляню жить счастливо с другим. Се Ляню захотелось разрыдаться. Его путеводная звезда, он… — Я не допущу подобной ошибки, — Цзюнь У вскинул голову. Кажется, ему было весело, и это и было страшно. — Я не стану таким, как ты. — Забавно, — раздался вдруг знакомый голос. На поляне появился Мэй Няньцин. Он ступал, как всегда, медленно и неслышно. Шуршали фиолетовые одежды, мягко струилась коса по плечу. Позвякивали украшения, и ночью Мэй Няньцин казался неким божеством, явившимся на землю. — Наставник? — вырвалось у Се Ляня. — Что вы здесь делаете? — Мэй Няньцин? — одновременно с ним вопросил Безликий Бай. — Нас… наставник? — Советник Сяньлэ? — в один голос вскричали Фэн Синь и Му Цин. — Вы? — хмуро произнёс Хунхун-эр, с неприязнью взирая на новоприбывшего. Сяо Сянь продолжал всхлипывать, цепляясь за одежды Цзюнь У. Удивительно, но даже после всего, что он услышал, Сяо Сянь не отпустил его. И лишь Цзюнь У остался молчать. Он лишь прошёлся чуть вперёд, заставляя впившегося в ткань ханьфу Сяо Сяня чуть проехаться вслед за ним. Цзюнь У сложил руки за спиной и с любопытством оглядел Мэй Няньцина. — Забавно, — повторил Мэй Няньцин, так и не дождавшись ответа. — Ведь вы говорите это своему будущему я. Не кажется ли вам, что он тоже когда-то так думал? Цзюнь У тихо рассмеялся. — Я теперь осознал свои ошибки и понял, где я просчитался, — произнёс тот. — Теперь я больше не допущу настолько глупых просчётов. Мэй Няньцин тяжело вздохнул. — Как с вулканом? — усмехнулся он и подошёл поближе к Цзюнь У. — Не думайте, что я всё забыл. Стоите здесь, смеётесь. Не смеете посмотреть правде в глаза, Ваше Высочество. Глядите на всё с вашей горы, а с других взглянуть не желаете. И как же с вами разговаривать? Цзюнь У не изменил выражения лица, однако в глазах его полыхнула ярость. Безликий Бай положил ладонь Се Ляню на локоть, готовый в любую минуту увести его прочь. Хунхун-эр тоже выступил вперёд, хоть и не стал поднимать свой ятаган — следовал приказу. — Кто бы говорил, — голос Цзюнь У стал заметно ниже и опаснее. — Что ты, что твои друзья, по которым ты так скорбел. Неужели они не могли, как ты выразился, взглянуть с других гор? Рука Безликого Бая сжалась чуть сильнее. Се Лянь не понимал, о каких друзьях идёт речь, но догадывался, что о ком-то из Уюна. Наверняка Безликий Бай скорбел по их смерти — теперь, когда он вернулся назад, чтобы всё исправить. — Они помогли мне, как никто другой, — холодно произнёс Безликий Бай. — Как смеешь ты осквернять их память? — О, это ведь те самые, что жили на твоём лице? — снисходительно усмехнулся Цзюнь У. — Как и на моём. Он щёлкнул пальцами, и маска рассеялась. Се Лянь ощутил, как его ладони потеют, а по спине пробегает холодок — на лице Цзюнь У красовались ещё три лица, которые и принадлежали троим… советникам. Это были те самые советники из сказки Безликого Бая. Лица шевелились, пытались заговорить и наверняка изрыгали проклятья, пока не заметили Безликого Бая. Они тут же затихли и уставились на него. — Бин Хуан, Сы Яомин, Гу Чэн, — мягко произнёс Безликий Бай. — Здравствуйте. — Здравствуйте, Ваше Высочество, — произнёс один из них. — Не думал, что мы свидимся с вами в этом времени. Похоже, для них не существовало рамок времени. Духам советников было известно и прошлое, и будущее, и они наверняка всё знали об истории Безликого Бая, что произошла только через время. Что больше никогда не произойдёт. Цзюнь У же, готовый сказать очередную колкость, вдруг затих. — Так… так вас звали? — негромко произнёс он, глядя куда-то в пустоту. Мэй Няньцин кивнул. Его лицо потемнело, а взгляд стал острым. — Вы забыли и это, Ваше Высочество, — проговорил он разочарованно. — Кажется, я не удивлён. Се Лянь заметил, насколько старым выглядел Мэй Няньцин. Нет, его лицо было всё таким же молодым, а серебристые волосы совсем не были похожи на шевелюру старика. Однако в его глазах плескалась мудрость человека, прожившего очень и очень долгую жизнь. Повидавшего немало радостей и горестей. Мэй Няньцин стоял прямо, расправив плечи, и грустно глядел на Цзюнь У — на своего бывшего ученика. Наверняка он был разочарован. Хотя, подумалось Се Ляню, скорее он был опечален. Мэй Няньцин, вероятно, не мог поверить, во что превратился его воспитанник, которого он помнил ещё ребёнком. — Чего я и ожидал, — лицо Цзюнь У, на котором едва-едва проступили проблески эмоций, вновь закрылось и заледенело. — Ты всегда был таким. Не думай, что я забыл, что ты в меня никогда не верил. Губы его изогнулись в ухмылке. Се Лянь почувствовал, как по спине пробегает холодок. Сердце болело за Владыку, хотело, чтобы он вернулся к нему. Но Се Лянь уже сделал свой выбор — он собирался стоять рядом с Безликим Баем, несмотря на всё, что только что узнал. Даже, наверное, благодаря этому. Цзюнь У потянулся и резко дёрнул ханьфу, едва не отрывая кусок безумно дорогой ткани. Сяо Сянь, не успевший среагировать, отлетел назад и больно ударился головой о землю. — Не смей трогать ребёнка, мразь! — завопил Му Цин. — Вы ещё поплатитесь! — вторил ему Фэн Синь. Они ругались, рвались из пут, но это было всё, на что они в данный момент были способны. Вервь Цзюнь У держала крепко, и наверняка только он был в состоянии её разорвать. Хунхун-эр же стоял рядом и будто не знал, что делать и как помочь. Цзюнь У расхохотался. — Мне он совершенно не нужен, — он даже не повернулся в сторону пугающе притихшего Сяо Сяня. — Жив он, нет — мне неважно. Но ты умрёшь сегодня, — Цзюнь У взмахнул рукавами и устремился к Безликому Баю. — Я больше не считаю тебя частью себя! Безликий Бай одним слитным движением загородил собой Се Ляня. Этот жест привёл Цзюнь У в бешенство, и в его глазах загорелось ещё более ужасающее пламя. — Ты всего лишь прошлое, которое нужно уничтожить, — в отличие от Цзюнь У, Безликий Бай был совершенно спокоен. Се Лянь понимал, что Цзюнь У наверняка приводило в бешенство то, что его будущая версия считает себя лучше него. — У тебя есть своё время, вот и возвращайся туда, — Цзюнь У плавно извлёк из ножен меч и направил лезвие вперёд. Се Лянь резко вскрикнул и кинулся мечу наперерез. Клинок остановился настолько близко к нему, что Се Лянь чувствовал холод металла кожей — кажется, острый край порезал ему одежды. — Сяньлэ, — Цзюнь У покачал головой и цокнул языком. — Эх, Сяньлэ… В этот момент шеи Се Ляня коснулись холодные пальцы, и он ощутил, как Безликий Бай гладит проклятую кангу. — Этого не должно здесь быть, — прошептал он и отодвинул Се Ляня прочь. — Сгинь! Се Лянь и звука издать не успел, как двое величайших демонов схлестнулись. Это было необычное зрелище — наблюдать, как человек борется сам с собой. Се Лянь не знал, чем помочь, да и вряд ли мог — он больше не был небожителем и вряд ли станет им снова. Он просто стоял и смотрел, как Безликий Бай сражается против Цзюнь У. Эта битва захватывала дух. У Безликого Бая не было оружия, но он был ловок и крайне силён — ему ничего не стоило нанести удар одной духовной энергией, даже не касаясь противника. Цзюнь У же пользовался клинком как преимуществом и делал изящные выпады, целясь прямо в шею. Безликий Бай поглотил свой прах, так что достаточно было изувечить его тело так, чтобы он не мог восстановиться — тогда ему придёт конец. Се Лянь не выдержал и сжал руки в кулаки. К нему подошёл Мэй Няньцин и слишком понимающе посмотрел на него. Се Лянь тянулся к ним обоим и ненавидел себя за то, что хотел, чтобы Безликий Бай победил. Он хотел остаться с ним. В этот момент произошло непредвиденное. Полыхнуло алым, и Се Лянь увидел, что Цзюнь У воспламенился. В буквальном смысле — всё его тело покрылось огнём, и ближайшие деревья тоже оказались в пламени. Се Лянь расширил глаза от испуга. Где-то неподалёку была их деревня! — Я уведу людей! — Хунхун-эр сориентировался быстрее всех. Он ловко подхватил ятаган с земли и, кивнув Се Ляню, бросился прочь, туда, где, вероятно, и была деревня. Се Ляню было всё ещё очень интересно узнать, откуда в Хунхун-эре демоническая энергия, но об этом он спросит позже. Се Ляню было жаль их новую деревеньку, но он понимал — они найдут другую плодородную землю. Вновь будут вести хозяйство, построят новые дома, обживут то место. Ведь они все — выходцы из Сяньлэ, они всегда будут держаться вместе. Главное, чтобы все они выжили. Се Лянь доверял Хунхун-эру. Он точно знал, что этот юноша ответственный и храбрый, он не подведёт. Сам же Се Лянь был безумно ему благодарен за возможность остаться здесь и наблюдать за битвой. Полыхало уже всё вокруг. Фэн Синь и Му Цин, к счастью, были достаточно далеко, но огонь мог перекинуться и туда. Они начали рваться на свободу ещё более неистово, но ничто не помогало. То Цзюнь У, то Безликий Бай побеждали в бою. Силы были практически равны, и предсказать исход битвы было невозможно. — Нужно убедить его, — Се Лянь бросился вперёд, вдруг сообразив кое-что. — Вы не сможете, Его Высочество из будущего прошли долгий путь до осознания, и… — попытался остановить его Мэй Няньцин. — Не лезьте туда! — Я должен! — на грани истерики выкрикнул Се Лянь. — Я верю в него! И Се Лянь храбро рванулся прямо в самую гущу событий, в полыхающее пламя, не обращая внимания на крики Фэн Синя, Му Цина и Мэй Няньцина, на то, что он уже задыхался. Это всё было неважно. Се Лянь просто верил. В этот момент что-то сверкнуло. Се Лянь протёр глаза от выступившей влаги и увидел, как что-то или кто-то серебряной стрелой несётся по небу прямо к Цзюнь У. Шокированный Се Лянь узнал в нём Сяо Сяня и обомлел. — Я помогу вам! — детский голосок Сяо Сяня звучал как-то по-другому… как-то иначе. И почему-то очень знакомо. — Держитесь! Он схватился за Цзюнь У, и тот вдруг засветился. Сяо Сянь… передавал ему духовную энергию. Но откуда она у него, да ещё и в таких количествах? Как Сяо Сянь вдруг научился летать? — Тебе здесь не место, — в один голос произнесли Цзюнь У и Безликий Бай. — Прочь! — Я не брошу Его Величество! Не брошу Владыку! — заспорил Сяо Сянь и ещё крепче вжался в Цзюнь У. — Я наконец вспомнил! Ты бросил меня! Ушёл от меня! — обвинительно заявил он замершему Безликому Баю. — А он никогда не предаст! Се Лянь и Безликий Бай, кажется, осознали одновременно. Сяо Сянь был… — Сяньлэ? — едва слышно произнёс Цзюнь У. Это был Се Лянь из будущего. Тот самый, которого Безликий Бай заразил пустотой. — Ты бросил Сяньлэ, — вот теперь Цзюнь У был разозлён по-настоящему. — Оставил его одного! — Я спасал его, — Безликий Бай говорил всё так же спокойно. — Я хотел, чтобы всё это никогда не произошло. — Ты бросил Сяньлэ! — яростно вскрикнул Цзюнь У, и Се Лянь аж зажмурился. Потому что в следующее мгновение его ослепила сияющая вспышка. На какое-то время всё затихло. Не было слышно абсолютно ничего, под закрытыми веками плясали цветные пятна, и Се Лянь, сам того не понимая, вцепился в чью-то руку. Он дрожал, пытаясь осознать, что происходит, и безумно надеялся, что Безликий Бай в порядке. — Открывайте глаза, Ваше Высочество, — раздался мерный, хриплый голос Мэй Няньцина. Се Лянь повиновался. Он медленно оглядел поляну, которая выглядела абсолютно не живой, причём завядшей уже очень давно. Вокруг вновь потемнело, в ушах звенело от резкого звука, а голова сильно болела от пережитого. Се Лянь тихо вздохнул и поднялся с колен, пытаясь вспомнить, когда же он рухнул на землю. Фэн Синь и Му Цин лежали рядом, живые. Се Лянь облегчённо вздохнул — не пострадали. Фэн Синь потирал ушибленную руку, а Му Цин, поджав губы, снимал с себя обрывки сгоревшей верёвки. Похоже, взрыв был такой силы, что даже небесная вервь не выдержала. Цзюнь У сидел, держа у себя на коленях Сяо Сяня — то есть, второго Се Ляня. Теперь Се Лянь понимал, как себя чувствовал Безликий Бай, когда видел самого себя буквально в паре чи. Сяо Сянь цеплялся за него, всё ещё будучи ребёнком, и что-то тихо говорил. Цзюнь У внимательно слушал и гладил его по волосам. На его лице не было больше поветрия ликов — остались только шрамы. А в глазах больше не горело ледяное пламя. Кажется, Цзюнь У тоже излечился. Но где же был Безликий Бай? Что-то внутри ёкнуло. Се Лянь подскочил, заметался по округе, искал хоть что-то, что могло сказать ему, что Безликий Бай ещё жив. Се Лянь не хотел этого признавать, но внутренний голос говорил ему — это бесполезно, он мёртв. И Се Лянь где-то глубоко внутри это знал. На поляне было тихо. На душе Се Ляня было морозно. Он опустился в траву и закрыл лицо руками. Не помог, не уберёг… он бесполезен, он всего лишь низвергнутый с позором небожитель. Он портит всё, чего касается… Он потерял свою путеводную звезду, своего личного демона в белых одеждах… — Ваше Высочество, — Мэй Няньцин аккуратно коснулся плеча Се Ляня. Тот поднял голову и пару раз моргнул, пряча выступившие слёзы. — Не сейчас, — прохрипел он. К ним подбежали Фэн Синь и Му Цин, облепили Се Ляня, начали проверять, не ранен ли он, не случилось ли чего. — Как вы нас напугали! — выговаривал ему Му Цин. — Ваше Высочество, ну так нельзя! — Мы так испугались, — Фэн Синь щупал Се Ляня так усердно, что пару раз даже больно ущипнул его. — Чтобы ещё раз… — Не сейчас, — Се Лянь помотал головой. Он не хотел сейчас никого видеть, не хотел, чтобы его горе касалось кого-то ещё. Да и в самом деле, кто, кроме него, будет скорбеть по Несущему Беду В Белых Одеяниях? Мэй Няньцин молча вложил Се Ляню в кулак что-то, кивнул ему и, поднявшись на ноги, поклонился. Затем так же, не говоря ни слова, медленным шагом пошёл прочь, к себе на гору в монастырь. Се Лянь было потянулся за ним, но его остановили друзья. — Он вернётся, — уверенно произнёс Фэн Синь. Се Лянь ошеломлённо посмотрел на него. Фэн Синь кивнул ему со всей серьёзностью. — Конечно, он вернётся. — Но он же… его прах… — растерянно начал было Се Лянь. — Он вас любит, — просто и резко оборвал его Му Цин. — Поэтому и вернётся. Се Лянь не успел ничего ответить, как вдруг перед ними выросла фигура Хунхун-эра. Но тот неуловимо изменился — что-то в нём стало иным, но Се Лянь никак не мог понять, что. — Ваши люди спасены, Ваше Высочество, все до единого, — отчитался Хунхун-эр. — И даже Сяо Ши я нашёл спящим в укромном уголке, отдал его матери. Се Лянь выдохнул. Он был искренне счастлив за этих людей, которые не пострадали из-за его глупости и наивности. — Хунхун-эр, я не знаю, как тебя благодарить, — Се Лянь поднялся и взял юношу за руку. — Очень просто, — на его губах заиграла улыбка. — Принесите подношения в мой храм. — Какой храм? — сначала не понял Се Лянь, а потом осознал. Гордость за Хунхун-эра заполнила его, и Се Лянь не смог не улыбнуться, хоть в глазах и стояли слёзы. Вот что изменилось в нём. Хунхун-эр вознёсся. Кажется, всё было не так уж и плохо. Се Лянь вместе с небожителем Хунхун-эром и бормочущими друг другу незлые оскорбления Фэн Синем и Му Цином оставили на поляне Цзюнь У и Сяо Сяня, которые были настолько погружены друг в друга, что и не заметили их ухода. Се Лянь был точно уверен, что они больше никуда не будут вмешиваться и останутся вдвоём. Быть может, однажды он даже сможет их навестить. Они все вчетвером добрались до людей, павших в ноги своему спасителю и принявшихся его благодарить. Хунхун-эр немного нервничал, поэтому благодарности и молитвы за него принимал Се Лянь, привычный к такому. Он обнадёжил людей, заявив, что они обязательно найдут и другое место. Отец и матушка отвели Се Ляня в сторону и долго его допрашивали — где был, не ранен ли, что случилось. Се Лянь понимал, что не может быть с ними до конца честен, но объяснил, что даочжан Цзи вступил в бой с демоном и сумел его одолеть. Родители покивали, и даже отец, кажется, был доволен. — Я начинаю привыкать к такой жизни, — он вздохнул. — Кажется, пора мне пересмотреть приоритеты. Се Лянь, волновавшийся больше всего именно за отца, смог вздохнуть спокойно. Теперь он больше не будет запираться в комнате и прятаться от людей. Отец ушёл говорить с остальными, а матушка устало улыбнулась. — Где же твой друг? — мягко спросила она, и Се Лянь спрятал взгляд. Матушка тут же всё поняла и не стала давить. — Он обязательно вернётся, слышишь? — Фэн Синь и Му Цин сказали мне то же самое, — тихо прошептал Се Лянь. — Как вы можете быть уверены? — Очень просто, — последовал незамедлительный ответ. — Хотя бы для того, чтобы попросить у нас твоей руки. Раскрасневшийся Се Лянь сбежал, сославшись на то, что хочет побыть один. Он сел под деревом, обнял руками колени и хотел было погрузиться в тяжкие думы, как вдруг из его рукава что-то выпало и покатилось. Се Лянь поднял эту вещь и узнал в ней то, что дал ему Мэй Няньцин. Это была длинная и белая шёлковая лента. А на ней виднелась надпись, которая грела душу. «Обвяжи её вокруг шеи, и я буду рядом, если по-другому не могу. Однажды мы свидимся вновь».