Начало? Быть может, конец?

Иногда Люцифер вспоминал о тех месяцах, проведенных в разлуке от жены. С момента их воссоединения мужчина пересмотрел свои взгляды на брак и семью. Ему пришлось научиться быть внимательным: — Вики, ты сегодня слишком молчаливая, — опускаясь на колени перед кроватью, он взял маленькие руки в свои, — Тебя что-то беспокоит, поделись.  Голубые глаза встретились с алыми зеницами, — Завтра твой день рождения, а я даже не смогла подготовить подарок, — она отдернула руки, укутываясь с головой под одеяло.  Её можно было понять - последний месяц беременности протекал очень тяжело. Токсикоз решил устроить проверку на прочность: 2 недели почти беспрерывной тошноты, 5 потерянных килограмм и отвращение к любой еде. При этом всём она действительно переживала, что подарок не был готов.  Мужчина мягко улыбнулся, усаживаясь на кровать, — Вики, мой Ангел, — он отдернул одеяло, желая увидеть лицо, — Твой самый дорогой подарок здесь, — Люцифер взял руку девушки, поднося её ладонь к левой части своей груди, — 15 лет назад ты заставила этот кусок тьмы биться во имя любви, — делая паузу, он перемести их руки на женское тело, — И здесь, — опускаясь на уровень её живота, продолжил, — 6 месяцев назад ты подарила мне веру, что я могу стать отцом.  Более он никогда не задерживался на работе, даже когда Ад полыхал: — Владыка, но это важно! Цитадель ждёт ответ.  — Ничего не хочу слышать, время приёма окончено, — захлапывая тяжелые двери, он думал лишь о том, чем может порадовать жену в этот пасмурный день.  Он стал слишком заботливым. Порой Виктории приходилось останавливать мужа, чтобы обезопасить его от нервного срыва: — Люцифер! Всё в порядке! — кричала девушка из ванной, умываясь холодной водой.  Мужчина одарил её серьезным взглядом, — Я не могу уехать на несколько дней, зная, что тебе плохо. Девушка тихими шагами подошла к мужчине, прикладывая ладонь к его щеке, — Люцифер, беременность - это не болезнь. Да, сейчас я чувствую себя немного хуже, но это не означает, что ты должен забывать о своих обязанностях, — оставляя невесомый поцелуй на щеке, она направилась к кровати, — Я переживу пару дней без тебя, но Ад - нет. Ты же знаешь, что Мими и Лилит будут рядом, пожалуйста, прекрати переживать. Меня это расстраивает.  Его взгляд стал мягче. Вики всегда знала, что нужно сказать, чтобы успокоить не только своего мужа, но и Короля преисподней, — Обещай всегда оставаться на связи, я хочу знать, что с Вами всё в порядке, — заключил он, целуя девушку. Сейчас мужчина сидел в кресле, наблюдая за тем, как Вики крутится у зеркала, нервно вздыхая: — В этом шкафу нет ни одной тряпки, в которую я бы сейчас могла влезть.  Люцифер определенно мог прождать столько часов, сколько ей потребуется. В полумраке она выглядела как настоящая нимфа. Россыпь золотистых волос, струящихся по худым плечам, аккуратно ложилась на белоснежную сорочку. В мифологии считалось, что они могли похищать людей, чтобы сделать их своими возлюбленными. Да, она определенно была нимфой, иначе нельзя было объяснить факт украденного сердца Короля Ада.  — Дорогая, я куплю тебе миллион вещей, только перестань изматывать себя, — мужчина отложил книгу в сторону, подходя ближе к девушке, — Я люблю тебя. Вики прикрыла глаза от чувства спокойствия: Люцифер томно выдыхал в макушку золотистых волос, поглаживая руками выступающий живот. Со стороны они выглядели очень правильно, даже пугающе гармонично, учитывая статус каждого. Ангел и Демон, Серафим и Король Ада, нет, верным было бы сказать: «Союз, выстроенный из боли и большой любви. Вопреки всем законам и правилам». Сегодня Ад готовится к торжеству - он откроет свои двери для новоиспеченных демонов. Сотни бывших непризнанных с нетерпением ждут аудиенцию, но только лучшим ученикам выпадет эта честь. Люцифер был против присутствия жены на мероприятии: он прекрасно понимал, что Виктории будет тяжело сидеть несколько часов в одном положении на троне. Вдобавок количество людей, которые будут крутиться вокруг, исчислялось сотнями. В зале будет очень душно.  Девушка не хотела слышать возражения: — Я твоя жена, и я обязана присутствовать с тобой на этом мероприятии, Люцифер. Поэтому сейчас ,уже на протяжении 2-х часов, Вики безуспешно примеряла наряды. Идея мужа про одежду показалась интересной, поэтому, за час до торжества, Люцифер отправился выбирать Вики «то, не знаю, что». На её сроке пребывание в водовороте было под запретом, во избежании осложнений, вызванных перепадами давления. Девушка доверяла вкусу мужа, однако перед ним стояла задача со звездочкой - подобрать идеальный размер, ведь неверно выбранное платье могло стоить ему истерики. Виктория слишком часто ругала себя за внешний вид. Девушка не была готова к тому, что живот будет огромным, а она, как сама себя назвала - «неуклюжей курицей». Ответственность на мужчине лежала катастрофически большая, и он это прекрасно понимал.  Вернувшись, Люцифер осторожно открыл дверь, предполагая, что Вики могла уснуть. Он был прав - девушка лежала в кресле. Она часто стала засыпать в неудобных положениях, малыш требовал слишком много сил, и её хрупкое тело справлялось с этой задачей не очень успешно. Он прошел вглубь комнаты, опустив голову ей на колени, — Любимая, я вернулся, — осторожно оглаживая женское бедро, произнес он шепотом.  Виктория, не открывая глаз, нежно запустила руку в его смольные волосы, — Я снова не заметила, как уснула, — также тихо ответила она.  Алые зеницы поймали усталый взгляд, мужчина протянул руку к животу, — Позволь? — он желал поделиться энергией с ребенком.  Девушка лишь едва улыбнулась, вновь откидывая голову на спинку кресла. Когда его ладонь коснулась живота, она ощутила облегчение. Вики старалась не показывать мужу, насколько невыносимо ей было просыпаться каждый день. Беременность и правда протекала слишком тяжело. Сил не хватало даже на слёзы, последнее время ей не хотелось ничего. Она безумно любила малыша, но спорить с фактом, что вынашивать наследника Ада нелегко - было бессмысленным. Девушка запретила Лилит и Мими поднимать разговоры о её самочувствии в присутствии Люцифера.  Единственная тайна, которую она так тщательно старались скрыть от него: — Вики, ты понимаешь, что он должен каждый день питать ребенка, — с нотой паники в голосе проговаривала рыжеволосая женщина, прикладывая мокрую ткань к бледному лицу, — Ты осознаешь, что твоё тело больше не способно самостоятельно справляться? Вики лишь нервно выдохнула, кладя трясущуюся руку на живот, — Я переживу несколько дней без него. Колите мне всё, что потребуется. Он не должен знать.  Сердце женщины разрывалось, когда в очередной отъезд сына она крутилась вокруг Виктории, стараясь хоть чем-то облегчить её состояние. Тело девушки перестало справляться с жаждой ребёнка несколько недель назад. Виктория, стиснув зубы, терпела все больные уколы и капельницы, запрещая кому-либо жаловаться её мужу. Она прекрасно понимала: если он узнает, то больше не выйдет за пределы этой комнаты до момента рождения ребёнка. Девушка убеждала себя в том, что в силах справиться, ведь 8 месяцев были позади. Виктория не могла допустить, чтобы муж оставил трон. Девушка знала, что он и так сбегает домой, не закончив все «рабочие» моменты.  Сейчас, когда она чувствовала тепло его руки, жар его тела на своих коленях, она благодарила этот день за то, что сегодня он рядом. Если бы он только знал, как они нуждались в нём каждый день - он бы более никогда не оставлял их. Нельзя было осуждать девушку, это её тело. И её выбор был таковым, что муж нужен Аду ровно также, как и ей. Прикрывая глаза, она мечтала о том, чтобы все эти невероятные муки, наконец, закончились.  — Вики, ребенок начал забирать больше энергии, я замечаю уже не в первый раз, — мужчина обеспокоено поднял голову, переводя взгляд на расслабленное лицо, — Милая, я не верю, что ты этого не ощущаешь, — свободной рукой он сжал холодные пальцы девушки.  — Возможно, его аппетит вырос, но не стоит беспокоиться, — девушка подняла голову, протягивая руку к мужской щеке, —Ты же видишь, я в порядке, — приложив руку, она почувствовала заметный контраст между ледяными пальцами и горячей щекой.  Взгляд мужчины на секунду стал серьезным, но он быстро смягчил его, понимая, что может расстроить девушку. Люцифер осознал, что Вики специально лжёт о своем самочувствии. Её выдавали ледяные руки и уставшие глаза. Не было смысла начинать ссору, но для себя он сделал вывод, что до рождения ребёнка никаких больше отъездов быть не может. И пусть весь Ад сгорит к чертям, ведь нет ничего важнее семьи.  Решая уйти от неудобного разговора, мужчина вручил жене пакет. Девушка переоделась, подойдя к зеркалу, стала рассматривать свой образ. Люцифер растерялся: Вики неотрывно смотрела в зеркало, а по щекам стекали слёзы.  Мужчина подошел ближе, — Вики, я не угадал с цветом? Прости пожалуйста, я сейчас же вернусь и куплю что-нибудь другое, — он явно забеспокоился, меньше всего сейчас хотел обидеть девушку.  Виктория развернулась к нему лицом, — Нет, всё в порядке, — она прижалась к его груди, — Ты так хорошо меня знаешь, что купил самое прекрасное платье на свете. Я люблю тебя.  Прижимая жену ближе к себе, мужчина облегченно выдохнул. На его лице появилась улыбка, — Какая же ты у меня нежная, — он поцеловал девушку в макушку, — И я люблю тебя, Ангел.  Тронный зал встречал гостей приглушенным светом. Всё внимание выпускников было приковано к белому трону. Кто-то перешептывался о том, как они жаждут увидеть Викторию в новом статусе, кто-то боялся лишний раз столкнуться взглядом с Люцифером. Сегодня день был особым, потому как впервые в истории Ада церемонию открытия проводил не Владыка, а его правая рука - Асмодей. Решение было принято Люцифером задолго до мероприятия, поэтому было достаточно времени для подготовки. Мужчина предполагал, что Вики захочет присутствовать на мероприятии, и отговорить её будет сложнее, чем провести переговоры с Цитаделью. Он принял решение, что всё торжество проведет рядом с любимой, не упуская её из виду ни на секунду. Возможно, этот поступок приписывался к гиперконтролю, но он не мог позволить себе действовать иначе — безопасность Виктории и ребёнка была для него крайне важным моментом.  Хоть девушка и была упрямой, но благодарность за этот поступок отдавала трепетным чувством любви где-то в районе сердца. По дороге к залу она успела пожалеть о своей чрезмерной категоричности. Смешно было переоценить свои возможности, поскольку каждый шаг, сделанный за пределы их покоев, был героически тяжелым. — Любимая, мы пойдем в том темпе, в котором тебе будет комфортно. Без нас не начнется церемония, они будут ждать столько, сколько потребуется, — Люцифер заметил, как Вики резко сбавила шаг, стараясь сохранить самообладание и чувство легкости. Девушка лишь нежно улыбнулась, опираясь на мужскую руку сильнее, — Спасибо. Для меня важно присутствовать на мероприятии.  Асмодей провел церемонию открытия великолепно: студенты оценили его юмор, обстановка, раскаленная до предела, стала уступать не принужденному спокойствию. После начала бала к Виктории подошла девушка. Она обладала гипнотической красотой, чем-то схожей внешностью с Мими. Студентка замерла в трех метрах, не решаясь подойти ближе, но уловив добрый взгляд Вики, медленно приблизилась.  — Виктория, для меня большая честь… — она явно сильно переживала, дрожь в голосе была уловима на уровне вибраций.  Вики осторожно взяла её за руку, — Не волнуйся. Я , в отличии от мужа, не скармливаю демонов церберам. Люцифер поперхнулся, переводя взгляд на девушек.  Девочка растерялась, но шутка помогла ей расслабиться, чтобы закончить предложение, — Для меня большая честь познакомиться с Вами. Я была восхищена Вашей историей, и хотела задать вопрос, всего один, — она умоляющим взглядом смотрела в голубые зеницы.  — Конечно, я слушаю, — Вики чуть приподнялась, опираясь рукой на подлокотник трона.  — Что Вам помогало в минуты отчаяния не терять веру в лучшее? — Вопрос, заставивший девушку вспомнить все моменты, которые пришлось пережить в прошлом.  За секунду в голове всплывали разные картинки, но главной часть на каждой из них был Люцифер. Отчаяние, накрывавшее с головой, всегда развеивалось, ведь рядом был он. В начале их отношений было больно. Моментами даже слишком. Но вера в то, что сердце всегда чувствовало свет, всегда тянулось к нему, даже когда было страшно. Даже когда он говорил множество ужасных слов, сердце знало - они были неискренними.   Вики жестом руки попросила девушку приблизиться к её лицу, — В моменты отчаяния меня грела любовь. Я жива только благодаря этому большому чувству к моему мужу, — прошептала она на ухо девушке, прикладывая указательный палец к губам. Люцифер не любил вспоминать то время. Он считал, что причинил слишком много боли, и мечтал стереть те моменты, когда она билась в истериках от его слов. Вики множество раз проговаривала, что она никогда не верила в его слова, что она понимала, ради чего они произносились. Но он не мог перестать ненавидеть себя за ту боль, потому разговоры о том времени не поднимались никогда.  Девушка взглянула на Викторию с таким воодушевлением, будто она рассказала о чем-то невероятном. Её глаза заблестели, — Спасибо большое за Ваш ответ. Для меня было очень важным услышать эти слова, — она попрощалась реверансом, и упорхнула вглубь зала.  Вики откинула голову на плечо мужа, решив понаблюдать за девушкой. Всё встало на свои места: девушка кружилась в танце с парнем, её лицо буквально светилось от счастья, а во взгляде читалась безусловная любовь.  Вики прикрыла глаза, разрешая себе расслабиться. Люцифер нежно огладил женскую руку, — Если устала, мы можем уйти.  Не открывая глаз, Виктория ответила, — Давай ещё посидим несколько минут, кое-кто решил пуститься в пляс, чувствуя праздничную атмосферу.  — Я донесу тебя на руках, — утвердил мужчина, вставая с трона.