А всё таки, в "Солнышке" хорошо...

Первые пару дней в лагере обычно не выделяются ничем, все просто обустраиваются и привыкают к окружению. Сигма же, в свою очередь, практически живёт в библиотеке, ведь это самое прекрасное место в лагере по его скромному мнению. Ещё и по всей видимости коллекцию книг обновили, ибо явно полки стали более заполненными! В этом году был новый библиотекарь... Иван Гончаров, как он представился. И почему-то Сергею он показался каким-то... Странным. На то даже причин особых не было, но казалось, что человек просто немного жутковатый. И нет, причина этому точно не белоснежные бинты, обмотанные вокруг его головы оттого, что ему недавно на эту самую несчастную голову с верхней полки упал том "Войны и Мира"... — Здравствуйте. У вас есть собрание стихов Блока? – Сигма слегка наклоняется вперед, облокачиваясь на стол, за которым сидел Гончаров и что-то писал в журнале. — Конечно Серёженька, секция отечественной литературы, четвертый стеллаж, третья полка, девятая книга, если считать слева, – совершенно преспокойным тоном отвечает Иван, даже не отводя взгляд от журнала. Наверное этим Гончаров и пугал Сыромятникова. Мало того, что он каким-то образом наизусть знал расположение каждой книги из нескольких тысяч, так ещё и называл... Серёженькой. Не показалось бы вам это ну... Жутким? "Да не, он не педофил, просто очень любит маленьких и миленьких мальчиков" - цитата Дазая. Вот же чертила...

***

— Никогда не думал, что я встречу такого интересного человека в лагере, – Фёдор слегка щурит аметистовые глаза, — Ладья на G5. — Ох-хо, честно сказать, я того же мнения! – воодушевлённо говорит Дазай, похлопав в ладоши, — Король на E8. Играть в шахматы в уме - приятная разминка для мозга, не так ли? Что Осаму, что Достоевский - оба чувствовали в себе запал азарта, ведь нашли равных себе по интеллекту. Там, где ни один из них не ждал - в детском оздоровительном лагере... Расклад судьбы порой очень интересен и необычен. — Слон на D8.

Слон на D4. —

Их голоса звучали чётко и уверенно, они сверлили друг друга пронзительным взглядом, выжидая хотя бы малейшую ошибку своего оппонента. Хотя... Честно признаться, Дазай не сильно был сосредоточен на победе. Он просто использовал эту игру как прекрасную возможность получше рассмотреть человека напротив. Бледная, почти прозрачная кожа, тёмные вены под ней... Глаза, цвета драгоценного и блестящего аметиста... И тёмные круги под ними от недосыпа. Обветренные и обкусанные от нервов губы. — Королева на G5.

Король на F8. —

Эта шахматная партия кажется бесконечно долгой из-за интеллектуальных способностей обоих игроков. Однако, один из них случайно оступается, позволяя другому выиграть. На бледных губах Достоевского медленно растянулась самодовольная улыбка, он откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди: — Ладья на H2. Шах и мат, Дазай. Дазай сперва не совсем понимает, почему. Но потом хлопает себя по лбу, заметив свой проступок - совершенно случайно открыл короля, когда передвинул его, отчего ладья Фёдора смогла поставить шах и мат. Осаму не выглядит разочарованным, а наоборот лишь громко смеётся, а после отвечает наигранно печальным тоном: — Ах, действительно, как досадно! Кажется я так сильно засмотрелся на твою неземную красоту, что отвлёкся, хе-хе. — Какой же ты противный, Боже правый, – Фёдор показательно закатывает глаза и отворачивается в сторону, смотря в окно. — Да, да, я того же мнения о тебе, – хихикает Осаму, а после хлопает себя по коленям и встаёт с насиженного места, — Кстати говоря, нам уже пора идти на ужин!

***

На следующий же, третий день в лагере, Дазай, на удивление, пошёл вместе с Сигмой в библиотеку. И они очень хорошо провели время вместе за чтением. А ещё, Серёжа узнал, что укладывать голову на плечи Осаму как-то неудобно – выпирающие кости мешают. Зато Дазай, в свою очередь, выяснил, что у Сыромятникова очень мягкие бёдра и на них очень удобно лежать. Положил голову и лежишь, словно на подушке. Сигму очень легко смутить. Но охота было его побесить. Сейчас они читали поэму. Дазай не сильно жаловал подобную литературу, но Серёжа всё же смог немного заинтересовать друга. Сигма, тихим, но ровным и уверенным голосом читал пронзительные строки, пока Осаму с лёгкой улыбкой на устах внимательно слушал. Хотя он порой отвлекался, смотрел вверх, на Серёжино бледное лицо и едва порозовевшие щёки. Красивый. Милый. Нежный. Вошла ты, резкая, как «нате!», муча перчатки замш, сказала: «Знаете — я выхожу замуж». Тем временем Ацуши и Ранпо сидели в корпусе, ибо им было лень идти на какие-либо кружки. А тут ещё и прохладно так, приятно. Вообще, пол в ванной ледяной, но там даже не растянуться толком - небольшая комнатка ведь, почти всё место занимают раковина, шкафчик для полотенец и средств ухода за кожей, душевая кабинка и унитаз. Эдогава сидит на подоконнике, хрустя шоколадным печеньем и решая кроссворды в приложении у себя на телефоне. Ацуши же, в свою очередь, просто болтал ногами, лёжа на кровати и играя в какую-то игру на своём телефоне. В какой-то момент однако, Накаджима вслух задаётся вопросом, который мучил его последние пару дней: — Слушай Ранпо, а чего ты в кино постоянно ходишь? Что-то интересное показывают? Я думал тебе дискотека больше по душе. — Да нет, ничего особенного. Просто там есть один парень, с которым я подружился. Но видимся мы только в кино, – Ранпо пожал плечами. — А... Почему не договоритесь встретиться где-то ещё? – Накаждима отвлекается от игры и переворачивается на спину, чтобы посмотреть на друга. Тот лишь молчал, кажется о чём-то глубоко задумался. Но уже было пора идти на обед.

***

Потихоньку все начинали привыкать к распорядку дня. Вечерняя линейка обычно была самым интересным за день событием, ведь именно в это время все отряды собирались в одном месте и смотрели всякие выступления. Сегодня же было некое "представление отрядов", которое было нацелено на то, чтобы каждый мог о себе заявить и у других было понимание, с какими людьми они имеют дело. Ранпо и Ацуши выступали с остальными, а вот Дазай, Сигма и остальная половина отряда воздержалась. — Останься сегодня на дискотеке! А то сегодня и Ранпо и Ацуши меня бросают - в кино уходят! – Дазай смотрел почти умоляющими глазами на Сигму. А тот лишь вопросительно изогнул бровь и покачал головой: — Зачем? Мне тут делать нечего, я не особо люблю танцевать. Осаму тут же вцепился в плечи друга и состроил печальное лицо, а после посмотрел ему в глаза и сказал, что мол, он тут совсем один и без прекрасного друга не выживет, а в кино всё равно всякую скукоту показывают, что Эдогава и Накаджима там вообще интересного нашли...? Сигма тяжело вздохнул. Дазаю почему-то очень сложно отказывать. В целом, без разницы где он будет, верно? Можно и остаться на дискотеке. Когда включается музыка, люди встают в произвольные пары. Некоторые только отправляются на поиски того, кому предложат станцевать, а Сигма... Просто стоит в сторонке. Говорил же, что не любит танцы. Не в его стиле как-то танцевать с первой попавшейся. Однако внезапно, у него прямо за спиной звучит голос: — Прошу прощения, прекрасная леди! Может потанцуем? Причёсочка кстати супер! Прежде чем Сигма успевает возмутиться, он чувствует как чужие руки ложатся ему на талию и как его уводят в медленный танец. Сергея одним ловким движением разворачивают лицом к себе, а потому он может посмотреть на наглеца. У этого парня гетерохромия - один глаз голубой, а другой зелёный. Длинные белые волосы заплетены в косу... А, так это тот балбес из столовой, который в первый же день своего пребывания в лагере тарелку разбил? Серёжа неосознанно рассматривает лицо напротив. Спустя несколько секунд, он наконец-то приходит в себя и тут же отталкивает от себя этого горе-ухажёра, сжав ладони в кулаки: — Я... Я не девушка, ты чего себе позволяешь?! — Не девушка?! Прости! – тут же извиняется беловолосый, но улыбается и пытается вновь положить руки Сыромятникову на талию, — Но всё же, давай станцуем? Сигма сначала лишь воздух ртом хватает от столь неслыханной наглости, но затем быстро скрывается в толпе, даже не зная, как он должен реагировать на нечто подобное. Вот бы сейчас найти Дазая... Но он кажется уже занят, разговаривая с их вожатым. Что-то они как-то подозрительно спелись... Впрочем, это явно не Серёжино дело, с кем там Дазай спелся, а с кем - нет. Вместо этого он поплёлся обратно в корпус. Идти в кино не хотелось, несмотря на то, что там сейчас были Ранпо и Ацуши. Однако ещё зайти в корпус было отдельным приключением. Дернув за ручку двери, он понял что эта несчастная двойная пластиковая дверь была заперта на ключ. Но Сигма знал один фокус и надеялся, что это сработает на этой двери. Он слегка толкнул дверь вперёд, потом потянул назад и снова толкнул вперёд - дверь открылась, так как язычок, держащий дверь, был каким-то коротким. Возможно дело было в том, что при закрытии ключ повернули всего один, а не два раза. А может эти двери просто тупые... Если так подумать, то на самом деле это было немного стремно. Если кто-то ещё знал об этом способе и решился бы что-нибудь украсть... Хотя, тут кажется есть камеры, хоть за ними и нечасто следят, можно было при пропаже чего-либо просто посмотреть записи. Так или иначе, закрыв за собой дверь тем же способом, Серёжа пошёл в свою комнату и переоделся в любимую мягкую пижамку, а после камнем упал на кровать и заснул.

***

На четвёртый день, после обеда они впервые собрались на отрядном месте. Это был просто небольшой навес, несколько скамеек и маленький стол посередине, на котором вожатые обычно раскладывали либо бумажки, либо воспитатели корзинки с полдником. Вот и сейчас им раздавали по булочке и бутылочке йогурта - просто, но вкусно. Пока подростки уплетали свою еду, Фёдор стоял за столом и рассказывал о программе на сегодняшний и частично то, что известно о планах уже на завтрашний день. Сегодня же должен состояться вечер талантов, а потому нужны были те, кто смог бы выступить. Оказалось, что в их отряде есть весьма интересные и талантливые особы - гитарист, два певца, танцор и даже пианист. Дазай же, по неизвестным причинам, ушмыгнул с отрядного места сразу же, как только получил йогурт от Шибусавы. Немного странно, ибо Осаму любит танцевать и участвовать во всяких сценках, а оттого обычно находится в первых рядах в кандидаты на выступление. А в этот раз нет. Так ещё и Сигму за собой утащил. Но по итогу вообще убежал куда-то, оставив его одного, предатель несчастный! Серёжа тяжело вздыхает. Дазай его отправил по кружкам. Из доступных были: танцы, резьба по дереву, изучение английского, модульное искусство, шитьё, шахматы и фенечки. В общем, выбор довольно большой. Не то, чтобы Серёжа был в чём-то из этого заинтересован, а потому просто поплёлся в корпус А, где находились все кружки и решил просто зайти в первую попавшуюся дверь. Сыромятников неуверенно заглядывает в комнату, которая оказывается кружком по плетению фенечек. Тут не так много людей... Но среди них был тот самый недо-ухажёр с дискотеки. Серёжа решает быстро ретироваться, однако его замечают. — О, ты тоже пришёл сделать фенечки?! – парень с косичкой тут же срывается с места и хватает Сергея за руку, подводя его к столу, широко улыбаясь. — Я так, просто... Посмотреть пришёл... – Сигма пытается вырваться, но что-то силы не хватает, а потому его уже усаживают за стол. В процессе изучения "великого искусства плетения фенечек дружбы", Сыромятников узнаёт, что этого бешеного парня зовут Николай Гоголь. Коля извиняется за недавний инцидент на дискотеке, но Сигме почему-то кажется, что тот вообще ни о чём не жалеет. Как Сергей и думал, Николай оказывается из четвёртого отряда и он всего на год младше. Сигма поглядывает на то, как искусно Коля делает эти фенечки. И Николай, кажется, замечает его заинтересованный взгляд: — Обожаю фенечки! Они миленькие, – в доказательство Гоголь вытягивает свою правую руку, на которой висело целых пять цветастых браслетиков, и все с разными узорами. Серёжа с интересом рассмотрел каждый: — А ты прям... Разбираешься, как я погляжу. Сигма медленно опустил взгляд на свои пальцы, которые пытались плести эту несчастную фенечку, однако получалась она какая-то кривая и косая... Да и вообще, она почему-то начала скручиваться и была похожа на решето. Хорошо, что Николай тут же пришёл на помощь, объяснил, что чтобы фенечка не закручивалась, нужно делать на каждой нитке по два узелка. И что нужно подтягивать первый узелок, чтобы он не ослаблялся слишком сильно и чтобы не получались дырки... — Ничего страшного, что у тебя не получается сразу! У меня по началу тоже кривые феньки были, – Гоголь снова наглядно показывает, как правильно сплетать ниточки. И вот, спустя почти два часа мучений Сигма получает почти аккуратную двухцветную фенечку. Николай быстро затягивает последний узелок, закрепляя бело-сиреневый браслетик на тонком запястье Серёжи, а после довольно хлопает в ладоши, радуясь проделанной работе. Кажется даже больше, чем радовался сам Сигма. Но так или иначе, Серёжа с этого момента старался по возможности избегать Николая. Просто было неловко с ним общаться... Да и самую малость некомфортно. Он гиперактивность Дазая-то еле как выдерживает, а вот возьмите уровень бешенства Осаму и возведите в степень - получите Колю. А у Сигмы вообще девиз по жизни - "а мне молчание дороже социального взаимодействия". Ну, зато вечернее шоу талантов ему понравилось - много кто танцевал, было несколько поющих ребят, были гитаристы и один скрипач. Жаль, что пианино было лишь в танцевальном зале в корпусе А... Так бы и пацан из их отряда тоже сыграл, говорил же, что играть умеет. Дазай тем временем всё хныкал грустил, что ему скучно смотреть, что "эх, вот бы уже просто дискотека...", а Сигма всё шикал на него, ибо "мешаешь смотреть, балда". Да уж, они явно - дуэт что надо. Но как только объявили о начале дискотеки, Серёжи тут же и след простыл.

***

Шёл уже пятый день в лагере... Как-то быстро время летит, не замечаете? Хотя, наверное дело в том, что событий было не так много. А вот сегодня наконец-то бассейн открыли после чистки, или чем они там занимались всё это время. Дазай был вообще на седьмом небе от счастья, а потому без лишних вопросов решил потащить туда и Сигму, когда их отряд собрался сходить искупаться. Серёжа конечно же немного побрыкался, ибо ну... Окунаться в ледяную прохладную воду лишний раз не сильно хотелось, так ещё и переодеваться было как-то лень... Но всё таки согласился. — Я кстати тоже пойду, но немного позже! – заявляет Ранпо, продолжая лениво валяться на кровати и смотреть с Ацуши аниме. Дазай и Сигма лишь дружно посмеялись, и, взяв свои полотенца и плавки, пошли за остальным отрядом. Чтобы пройти к бассейну, надо было спуститься к площадке, но пройти ещё вперед. Около небольшого магазинчика со всякими вкусностями были старые каменные ступеньки, которые вели вниз сквозь деревья, как раз таки к заветному месту, ограждённому забором. Да уж, как же бесили эти бесконечные подъемы и спуски... Но что уж поделать, что есть, то есть, горный лагерь как никак. Дазай и Сигма бросают свои вещи на ближайшую скамейку и осматриваются, желая сначала проверить температуру воды. Однако, только стоило им направиться к самому бассейну, из воды тут же выползает вылазит кошмар Сигмы наяву. Николай... Он машет руками и подбегает к двум друзьям. Здоровается так, будто они все уже знакомы сотню лет - обнимает и Сигму и Дазая, улыбается так широко и радостно. А до Осаму кажется доходит, кто это такой. — Так это ты тот парень, что потащил моего Сигмушку на медляк? Попрошу вас немедленно разъясниться, сэр! – Дазай легонько пихнул Николая локтем в плечо, отчего тот конечно же не растерялся (ведь слабый мужчина ищет оправдания, а сильный - уже их придумал) и гордо выпятил грудь: — Именно я, милорд! Тот самый герой, что пришёл просить руку вашей дочери! Дело в том, что я был просто ошеломлён такой красотой! — Ой, да ну вас обоих, придурки! – Сигма недовольно фыркнул, слушая бесконечные эпитеты, которые сейчас без остановки тараторит Николай. Серёжа скрестил руки на груди и тут же отвернулся от обоих парней, демонстративно насупившись. Однако, у него даже пообижаться толком не получилось, ибо в следующую же секунду он был уже в воде и видел перед собой лишь синеву краски бассейна и пузыри. Глаза неприятно защипало от хлорки. А вода вообще была до ужаса ледяная, горная же! Что случилось? Гоголь "по приколу" толкнул его в бассейн, да ещё и следом прыгнул, чуть ли не на голову. — Ирод! Не трогай мою доченьку! – тут же кричит Дазай, тоже прыгая в воду и тут же набрасываясь на Николая, чтобы "спасти" бедняжку Сигму. Они втроём отчаянно барахтаются в воде, пока Серёже не удаётся сбежать под шумок. Он быстро выкарабкивается из бассейна, словно кот, на которого ушат воды вылили: мокрый, бедный и несчастный. Сигма шмыгает носом и неосознанно дует губы, побитой собакой (или побитым котом?) усаживаясь на тёплую плитку, наблюдая как Дазай и Николай топят друг друга... Пока их не облаивает спасатель. Тем временем Ранпо уже вприпрыжку спускается к бассейну и подходит к Сигме, держа мороженое в руках. — Я видимо на самый сок пришёл? – Эдогава усмехается, садясь около Серёжи и смотря на попытки Осаму и Гоголя защитить себя от спасателя. — Не, ты ещё не видел, как они меня в бассейн спихнули буквально несколько минут назад, – Сигма вздыхает, словно мученик, — И зачем я только плавки брал... Дазай грустит, что отряд Николая уходит почти сразу же после этого, так как их время закончилось. А Сигма радуется. Кажется. А может тоже немного грустит? Так или иначе, в воду заходить больше желания нет (спасибо, хватило одного заплыва в Антарктиду), а потому они с Ранпо просто вместе сидят на скамейке и болтают, пока Дазай резвится в воде с остальными ребятами из их отряда. Серёжа узнаёт, что Эдогава познакомился с одним парнем, он кажется тоже из четвёртого отряда, как и Николай, несмотря на то, что по возрасту вообще-то должен быть во втором. Речь шла как раз таки о том знакомом из кино, про которого Ранпо рассказал Ацуши ещё позавчера. Ну а теперь и Сигма был в курсе дела.

***

— Ну так... Тебя как звать-то? А то мы с тобой уже какой день общаемся, а имён друг друга не знаем, – Ранпо тихо шепчет своему новому другу на ухо, — Я, кстати, Эдогава Ранпо! — Я... Эдгар Аллан По, – так же тихо отвечает тот, немного нервно заправив прядь волос за ухо, — ...Можешь звать меня просто По. — М... Так скучно! Буду звать тебя По-кун! После окончания сеанса они выходят на улицу и говорят про фильм, у них есть ещё немного времени до того, как вожатые погонят всех по корпусам из-за комендантского часа. Так вот, это детектив, снятый о какой-то книге... Обсуждают не только сюжет и дыры в нём, но даже самые мелкие моменты, проколы режиссёра, логические несостыковки. Кажется, Ранпо нашёл идеального человека для разговоров о великом! — Блин, это же насколько надо не любить своих зрителей, что даже не скрыли монтажом леску... – Ранпо усмехается, недовольно покачав головой. — Спецэффекты в целом были на слабом уровне, как по мне, – По разочарованно вздыхает, слегка пожав плечами.

***

Полчаса, выделенные их отряду на плавание в бассейне, пролетают довольно быстро за душевными разговорами. Фёдор с недовольным лицом уже сгоняет всех своих воспитанников и собирается их быстрее уводить обратно в корпус, на сон-час, наконец-то можно уйти с этого пекла, у него уже даже кожа покраснела. Сигма же впереди всех - он тоже хочет поскорее вернуться в корпус, но чтобы просто переодеться в сухую одежду. Ранпо же стоит и ждёт, пока Дазай вылезет из воды и заберёт свои вещи. Однако перед тем как уйти, Эдогава кое-что замечает вдали. — Смотри, смотри, смотри!!! – Ранпо дёргает Дазая за край футболки, пальцем указывая к краю бассейна, — Там Рататуй бежит! — Балбес, крысу Реми звали! – смеётся Осаму, но с интересом наблюдает за стремительно бегущим грызуном, у которого в зубах была какая-то еда. Дазай ухмыляется, — На Фёдора похож, может тоже полдник несёт своим детишкам. — Кто там на меня похож? – внезапно раздался за их спинами голос вожатого. — Да так, птичка! – нагло врёт Дазай, быстро повернувшись и показав большой палец Достоевскому, мол, всё супер, — Мы уже идём, идём!