Дочь дьявола

      — Обещаю, что не превращусь в твоего отца, — поклялся Вацлав. — А что было сегодня? — поинтересовалась девушка. — Мне в голову пришла мысль, как сделать идеальное обезболивающее, но увы, не сработало, — выдохнул Вацлав. — Ничего, создашь, ты у нас одарённый, как я вижу, — улыбнулась Катарина. Ночью Вацлав не спал, всё думал над тем, как улучшить лекарство, имея только то, что есть. Из-за мыслей в голове у него опять начались кошмары. Ему снилось, что какая-то зловещая сила пытается его задушить, от этого он снова проснулся среди ночи и долго не мог уснуть. Из-за ветра и грозы за стенами дома ему казалось, что кто-то бродит по дому. Он попытался отогнать от себя мнимые страхи, но не получилось. Он внимательно вслушался в тишину, чтобы понять, кажется ли ему это или нет. Вроде показалось, поэтому Вацлав, тяжело выдохнув, попытался заснуть. Утром он встал как будто по нему проехались катком, впрочем, он и раньше так вставал, когда слишком увлекался своей работой. Он сразу же решил принять душ, чтобы освежиться и стряхнуть с себя остатки кошмаров, но как назло, воды не было, поэтому Вацлав с унылой миной на лице пошёл на кухню, позавтракать. На кухне вместе с Иденшоу трудилась и Катарина, помогая индейцу с готовкой еды. Она наливала из бочонка воду в кастрюли и разогревала её. — Доброе утро, пан Коллер, — вежливо поздоровался Иденшоу. — Доброе, — пробубнил Вацлав. — Из-за грозы повредился водопровод, пока папа решает проблему, вот помогаю другу дяди, — улыбнулась Катарина. Тут она переключила взгляд от бочки с водой на Вацлава, и его вид слегка напугал девушку. Она поинтересовалась, что случилось, и почему Вацлав такой подавленный, на что Коллер ответил, что ему всю ночь снились кошмары. — Опять? — удивилась Катарина. — Да, такое происходит, когда я перерабатываю, — ответил Вацлав. — Никто не заставляет тебя перерабатывать, даже папино наследство. Садись, сейчас я приготовлю тебе завтрак, — улыбнулась Катарина. — Со мной всегда так, — признался Вацлав. — Что, и дома тоже? — спросила девушка. — Да, я когда беру какую-либо работу, то сама знаешь, — едва заметно улыбнулся Вацлав. — Вам нужно отдохнуть, пан Коллер, — сказал Иденшоу. — Я как раз и собираюсь это сделать, — улыбнулся Вацлав. — Это хорошо, а то, я вижу, ты сильно измотан, и ещё я вчера слышала чьи-то крики, — сказала Катарина. — Это мой подопытный дёргался, — ответил Вацлав. От этих слов девушка погрустнела и, ничего не сказав, ушла из кухни. Иденшоу только голову опустил, когда ставил Вацлаву завтрак, и Коллер понял, что не только слуга недоволен всеми этими экспериментами, но и его возлюбленная. Такими темпами он сам скоро станет Аланом Мортоном, как ему и снилось. От наследства он отказываться не собирается, но тактику всё же менять надо, а заодно заканчивать со своей местью. После завтрака Вацлав стал искать Катарину, чтобы как-то сгладить свою вину перед ней, и обсудить, что делать дальше. Сейчас он влюблён в дочку своего босса, да, он доказал, что он способный ученик, и время для мести у него вышло. Вацлав тут же направился в комнату Катарины, но там её не было, затем в библиотеку, но и там её тоже не было. Слуга, который вовремя ему попался, сказал, что госпожа Мортон расстроена тем, что Вацлав ставит опыты на людях. — Я сам сожалею, мне пора заканчивать с местью, — признался Вацлав. — Это хорошо, что вы не превратились в господина Алана Мортона. Когда долго проживаешь на острове, он начинает на тебя плохо влиять, это только у госпожи иммунитет, — ответил Иденшоу. — А у вас? — Мне помогает моя вера, — ответил слуга. Вацлав знал, что виноват перед Катариной, и не стал её больше искать, придёт время, и она сама его навестит, а пока он решил развеяться за чтением книг в кабинете Обида Мортона — дяди Катарины, там было много книг по истории племени Абкани, по которой Обид защитил профессорскую, ну и много книг по разным культурам. Он уже расслабился, как вдруг вторая дверь в кабинет открылась и в неё вошёл Алан. — Я обидел вашу дочь, простите, — признался Вацлав. Лицо Алана тут же перекосила недовольная гримаса. Он зашёл сказать, что починил водопровод, а тут ему в лицо говорят, что обидели его дочь. — Как? — гневно, почти рыча спросил Алан. — Я говорил об опытах над Отаром, а она развернулась и ушла, — виновато сказал Вацлав. Лицо Алана сразу сменилось с гнева на милость. — Ну что вы, просто она не совсем поддерживает мои эксперименты, думаю, она тебя скоро простит, — сказал Алан. — Я решил завязать со своей личной местью семье Ботковелли, перерос всё это, можете этапировать его обратно в тюрьму, — сказал Вацлав Алану. — А как же ваш эксперимент? — Раньше я ставил их на себе, так что и в этот раз поставлю, к тому же идея с хорошим обезболивающим провалилась, — признался Вацлав. — Это тебе решать, ты же наследник, ну, если ты любишь мою дочь и ради неё готов отказаться от мести, то я возражать не стану, — согласился Алан и ушёл, а Вацлав вздохнул с облегчением, он думал, что Алан его просто со скалы сбросит за отказ от опытов и за то, что он обидел его дочь. Немного посидев за книгами, он решил прогуляться по острову и подышать свежим воздухом, чтобы развеяться и подумать, как примириться с Катариной. Сегодня на острове особенно холодно, поэтому Вацлав вернулся в свою комнату, достав из шкафа куртку, накинул её на плечи, и вышел во двор. Слабое солнце еле освещало остров из-за густых облаков, но всё равно было светло. Вацлав осторожно спустился на веранду, собираясь изучить труднодоступные места, но тут увидел стоящую на ней Катарину. Девушка только глянула на него и тут же отвернулась. «Знаю, виноват», — подумал Вацлав и пошёл в другую сторону.