Sleeping At Last

–Ты опоздал, Натаниэль, - сказал Рико, занимая свое место на поле. –Ну я же здесь, разве нет? – с усмешкой сказал Нил, как только Рико оказался вне пределов слышимости. Затем прозвучал гудок, и Нил почувствовал, как его мысли переключились на все, связанное с экси. Он поднялся на ноги, зная, что Жан находится прямо напротив него. Гудок зазвучал снова, и Нил искренне улыбнулся. Он точно знал, что делает. - Игра прошла как по маслу. Вороны были чересчур агрессивны, а команда противника трусила, проигрывая. Закончилось все тем, что Нил передал пас Рико, и счет стал 19:0. Они с Жаном, как всегда, не допустили ни одного гола - это было даже не сложно. Серьезно, отсутствие веры Рико в них было просто жалким. Во время рукопожатия после игры Рико улыбался. Не своей улыбкой "мне понравиться в тебя врезаться", а улыбкой "я забил больше половины голов в этой игре и пытаюсь вести себя так, будто я не лучше тебя… когда я явно лучше тебя". И вот, когда Рико сидел на своем высоком коне, Тэцудзи отправил его, Жана и Нила к прессе. Они уже выходили с корта, когда Рико вошел в комнату для прессы, и тут Жан задел его плечом. –Ты в порядке? – спросил Жан. –Да. Просто беспокоюсь о прессе, –ответил Нил. Жан знал, насколько высоки были ставки для прессы в этот вечер. Нил наблюдал, как Жан нахмурил брови, пока беспокойство проступило на его лбу. Нил пожал плечами и уверенно посмотрел на Жана. –Я в порядке, Жан. –Я знаю, - сказал он. Глаза Жана потемнели, и Нил понял, что ответил неправильно. –Если хочешь, сегодня вечером мы можем посмотреть кино. Какие-нибудь французские фильмы, которые ты ненавидишь. Нил улыбнулся. Насколько было известно Жану, это был первый раз, когда Нилу пришлось говорить о Кевине, смотреть видео с Кевином и засыпать его вопросами с тех пор, как он покинул Гнездо. –У тебя под кроватью опять монстры, Жан? – спросил Нил. –Я просто спросил, - пробормотал Жан, и Нил улыбнулся его раздражению. –Я в порядке, - ответил Нил. Жан поднял бровь, как бы говоря: "Ты уверен?". Нил пожал плечами. –Я уже большой мальчик, Жан. –Да, это все еще в новинку, - сказал он. Нил закатил глаза от такого намека. –Боже, меня и раньше бросали, - сказал Нил. Ну, по крайней мере, в переносном смысле, несколько человек в его жизни. –Но не Кевин, - ответил Жан. Нил понял, что он имел в виду, но не стал долго раздумывать. Никто не встречался с Кевином просто так. Дэй не встречался - у вас либо были отношения, либо их не было. А Нил, как это водится, не любил одноразовых отношений. Он не находил в них смысла. Именно поэтому их отношения складывались так хорошо. Потому что когда они были в отношениях, они были в отношениях . Нил и Кевин знали друг друга почти тринадцать лет - с тех пор, как Нил отправился в Гнездо. –Нет, - сказал Нил, –не Кевин. - Нил поднял на него глаза, чтобы показать, что с ним все в порядке. –Я могу справиться с этим. Я делал это последние два года. Процесс все тот же. Жан сжал челюсти, и Нил понял, что он явно проигрывает эту битву. –Не волнуйся, я в порядке. –О, я знаю, что ты в порядке, - сказал Жан. –Я не такой сентиментальный, как ты, французский ублюдок. - Жан насмешливо хмыкнул и стрельнул глазами в небо, и хотя Нил знал, что Жан не верит, что с ним все в порядке, они были лучше. –Заткнись, надоедливое человеческое существо. Только ради этого мы будем смотреть французские фильмы. Тем не менее, черно-белые. - Нил застонал, зная, что этого никогда не произойдет. Точнее, теперь этого никогда не случится. Нил отбросил эту мысль, как только она появилась в его голове. Он знал, что слишком быстро сломается, если будет так думать. Жан будет в лучшем месте, с Джереми – чертовым лучом солнца, заразительным счастьем и здоровьем команды - наряду с психическим здоровьем - первостепенной важности – Ноксом в Лос-Анджелесе. Нил знал, что все это - двустороннее зеркало, но решил, что для начала неплохо. Если все пойдет по плану. –Моро, Веснински, - огрызнулся Тэцудзи. Нил и Жан слегка вздрогнули, хотя никто, кроме них самих, не смог бы этого заметить. –Быстро в пресс-зал. Не заставляйте меня повторять это снова. –Да, мастер-, - сказал Нил. Жан поклонился, и через секунду его локоть уперся в грудную клетку Нила, заставив его сделать то же самое. –Кретин, - прошептал Нил. –Натаниэль, - сказал Тэцудзи. –Ни слова больше. Если что, увидимся позже в моем кабинете. А теперь идите оба. Нил и Жан начали уходить, держа спины прямо и полностью погрузившись в мысли о Вороне. –Три и четыре. Они оба остановились и оглянулись через плечо. –Это была неплохая игра. Но нам все ещё нужно поработать над этим. Надо поработать над этим урод. - подумал Нил. –Приносим свои извинения, мастер, - сказал Нил. –Мы все исправим. Они не пропускали ни одного гола, и все равно у них ничего не получалось. Смогут ли они когда-нибудь стать достаточно хорошими? Нил даже не знал, почему задал себе такой глупый вопрос. Нил уже не в первый раз задавался вопросом, испытывал ли Кевин подобные чувства ежедневно - особенно за год до своего ухода из "Гнезда". Нил знал, что так оно и было, но у Кевина это было на совершенно новом уровне безумия - унизительные замечания, публичное унижение, издевательства, принуждение к селфхарму. Даже от одной этой мысли Нил покраснел. Они оба кивнули и пошли по черно-красному коридору к комнате для прессы. Жан открыл дверь, и они вошли, заняв свои "законные места" рядом с Рико. –Теперь мы будем задавать вопросы и давать комментарии. Натаниэль, можешь начинать, - сказал Тэцудзи. Натаниэль - сколько бы раз он ни делал это, даже не обращая внимания на истерики, которые часто закатывал Рико, - искренне ненавидел выступать перед прессой. Он улыбнулся. На невинный взгляд, они втроем выглядели так, будто стояли на вершине мира. Лучшая команда колледжа в стране и, возможно, три лучших игрока Экзи. А вот был бы Рико в этом списке, если бы Нил и Жан не передавали ему пасы все время... они никогда не узнают. Вообще-то Натаниэль планировал это выяснить. Он собирался спуститься в Ад очень скоро, особенно когда уйдет Жан, и планировал взять с собой Рико. Нилу было все равно, сгорит он или погибнет в процессе. Однако, он не собирался умирать, не забрав сначала все, что любил Рико. И это началось с экси. Нил, каким бы гениальным он ни был, должен был привести этот план в действие этой ночью: Жан выходит из Гнезда. Все, у кого было хоть пол клетки мозга, знали, что Жан - один из лучших защитников в стране, а Нил знал, что он мог бы стать еще лучшим, если бы его не избивали до полусмерти каждый день. –Да? – спросил Нил, встретившись взглядом с репортером в первом ряду. –Потрясающая игра, Натаниэль. Вы все трое неудержимы на площадке. Не могли бы вы пролить свет на ваши тренировки? - спросили они. Нил слегка расслабился от такого вопроса, зная, что Тэцудзи, скорее всего, заплатил им. –Большое спасибо. Вороны - это именно то, что люди думают о нас. Группа людей, которые невероятно любят и преданы экси. И без нашего замечательного капитана мы были бы только студентами колледжа, которые любят играть. Благодаря ободряющему и четкому руководству Рико Мориямы и нашему блестящему тренеру - Тэцудзи, им удается превратить нас в хорошо смазанный механизм. В команду, которую невозможно остановить на площадке, и в семью вне ее, - солгал Нил. Он прошелся по своему мысленному списку: признал игроков, сказал, что "Вороны" - лучшие, отдал все гребаные заслуги Рико, сослался на мелкого дядюшку и немного умер внутри. Да, у него все получилось. Как обычно, Жан ответил на следующий вопрос. Вопрос касался его техники, и он тоже отвечал в соответствии с контрольным списком. Затем, к счастью, большинство вопросов взял на себя Рико. Они ответили на типичные вопросы о Кевине и не дали им никакой дополнительной информации. Нил затаил дыхание, надеясь, что это все, что они спросят о Кевине. Под конец пресс-конференции репортер из задних рядов локтями пробился вперед, и Нил почувствовал, как у него свело живот. –Номер один, - позвал он. –Рико. –Да? – Рико улыбнулся. –Ходят слухи, что Кевин Дэй подписал контракт с "Лисами" на следующий год. Как вы думаете, будет ли он представлять угрозу для вашей команды, ведь он может быть лучшим нападающим во всем экси? - спросил репортер. Нил заметил, как напрягся Жан. Нилу не нужно было видеть выражение лица Рико, чтобы понять, что это натянутая улыбка, кулаки, сжатые в карманах, и глаза, готовые пустить кровь. Он опустил руку на спину Жана - пустой жест поддержки. Рука Рико переместилась на противоположное плечо Нила, и его ногти впились в плоть. Нил стиснул зубы, чтобы не почувствовать жжение. –Я очень рад, что Кевину удалось достаточно восстановиться после несчастного случая. Я хочу, чтобы он играл и был лучшим игроком, каким только может быть, - Рико сделал паузу, и Нил посмотрел в камеру, уже догадываясь, что скажет Рико дальше. –Но будет очень тяжело наблюдать за тем, как мой брат делает очередную бесполезную попытку играть. Мы были так близки с ним... Я не хочу видеть его неудачу, потому что знаю, что она будет. Я просто хочу защитить его, и неважно, как далеко он находится. Потому что, Кевин, ты никогда не будешь вне моей досягаемости. Нил посмотрел в угол комнаты, подальше от репортеров. Глупая, идиотская пресса едва не разрыдалась от любви и преданности Рико к брату. Нил с Жаном - и, конечно, Кевином - прекрасно понимали, что имел в виду Рико. Рико заявил, что Кевин все еще находится непосредственно под его контролем, независимо от того, в каком штате он находится, и он все еще может до него добраться. Если Кевин не сдастся сейчас, Рико позаботится о том, чтобы он страдал до конца. И Нил, черт возьми, не допустит этого. Нил знал Кевина лучше, чем кто-либо другой. Он знал преданность Кевина как свои пять пальцев. С самого начала все будет не так уж и хорошо, и Кевин, несомненно, будет работать больше, чем многие люди могут себе представить, но он не потерпит поражения. Кевин испытывал к экси страсть, не уступающую страсти Нила. Кевин выкладывался на полную и не позволял себе провалиться. У него была команда поддержки, которая не позволила бы ему потерпеть неудачу. Нил не позволил бы ему потерпеть неудачу. Когда Кевин и Нил тренировались вместе несколько лет назад, они всегда говорили, что либо все, что у них есть, либо вообще ничего. Им обоим было и остается трудно выкладываться менее чем на 150 %, а если они пытаются это сделать, то это совершенно непродуктивно. В этом есть и хорошие, и плохие стороны, но для них это было "все или ничего". Либо максимум усилий, либо ничего. –Извините, что прерываю вас, - сказал Жан, озарив комнату улыбкой. –Но мы должны отпраздновать победу. Мы желаем всем остальным командам удачи и благодарим нашего сегодняшнего соперника за приятную борьбу. Извините нас. В голове Нила загудел таймер. Первая минута. Когда все трое направились к двери и вышли в коридоры, Нил снова заглянул в комнату для прессы. –И еще одно, - сказал Нил, наблюдая, как все камеры поворачиваются к нему. –Для Кевина Дэя: никаких сожалений... Нил почувствовал, как рука, лежащая на спине, вырвала его из комнаты. Существовала ненулевая вероятность того, что Нил умрет этой ночью. Он знал это. Но ноль - это все равно число. - Минута вторая. Рико обхватил Нила за талию, прижав его к себе. Рико наклонился, его дыхание коснулось уха Нила, отчего тому захотелось отпрянуть. –О, Натаниэль. Это было очень глупо, - прорычал Рико. –Я собираюсь повеселиться с тобой сегодня. Ты будешь умолять, пока часы не пробьют двенадцать, а ведь мы только начали. Нил повернулся, чтобы посмотреть на него. –Я слышал, что Натан умеет затягивать пытки, нет? - Нил похолодел. –Как поэтично, - ответил он. –В раздевалке, Веснински, - сказал Рико, отпихнул Нила к стене и ушел. Нил знал, что у него есть максимум десять секунд, прежде чем Рико придет за ним, поэтому он с серьезным выражением лица посмотрел на Жана. –Ты в порядке, mon cheri? - спросил Жан. Нил кивнул в ответ. –Жан. Тэцудзи сказал, чтобы я отправил тебя к машинам. – На лице Жана отразилось замешательство, но у Нила не было времени на расспросы. – Он сказал что-то о корте или спонсорах, которые хотят поговорить с тобой. Вот почему я опоздал на минуту. –Почему ты не идешь? - спросил Жан. Нил притворился невиновным. –Я не знаю. Наверное, ты более привлекательный, я думаю, - сказал Нил. –Понятия не имею, Жан. Рико вот-вот приведет свою мелкую задницу обратно сюда и изобьет меня до полусмерти... –Еще одна причина, почему я не должен уходить прямо сейчас... - Нил понял, что времени у него в обрез. Он подошел к Жану, когда в коридоре проходили его товарищи по команде, и впился в него взглядом. –Я более чем уверен в способности истязать нас обоих. Иди, Жан. Тэцудзи будет зол сначала на тебя, а потом на меня если ты опоздаешь. Жан серьезно кивнул, бросив на Нила взгляд, который он всегда бросал, когда не хотел оставлять Нила одного. Жан схватил Нила и притянул его к себе, уткнувшись носом в его волосы и дыша. Нил не хотел показывать, как больно ему от этого жеста. Жан отпустил его и пошел прочь, не оглядываясь. По правде говоря, он был черствым, холодным мудаком. В Гнезде нельзя было выжить, если ты оборачивался назад. Ты не мог заботиться о людях. Так было всегда. Наблюдая за уходящим Жаном, Нил решил, что не задумывался о последствиях своих действий. Он думал обо всем, что имело значение. Но, как обычно, он не мог - ну, скорее, отказывался - думать о том, как это отразится на нем самом. Как все и говорили, они были партнерами. Они вместе выигрывали, вместе проигрывали, вместе побеждали и вместе терпели поражение. Каждый их проигрыш был совместный, каждая боль - общей. Они сравнивали кровавый шрам с кровавым шрамом. Нил потряс головой, словно пытаясь прогнать из нее все мысли. Нил направился в раздевалку, решив, что ему будет легче объяснить, почему у него покраснели глаза после нескольких ударов. У него не было времени думать об уходе Жана. Минута третья. Нил распахнул двери в раздевалку. –Рико, - позвал Нил. –Только потому, что Кевин лучше... И Натаниэля отбросило к металлическим шкафчикам. Иногда, подумал Натаниэль, Рико был слишком прост. - Эндрю Миньярд размышлял о том, как он попал в такую ситуацию. Честно говоря, ему не хватало умственных способностей, чтобы понять, в чем причина его мании. Доводило ли это его до крайности? Да. А когда искусственные химические вещества в его мозгу пытались переключиться на другую тему, как только он погружался в свои мысли достаточно глубоко, чтобы добиться прогресса, было ли это еще более неприятно? Больше... чем... что бы то ни было. Его разум держал его на поверхности, а Эндрю не везло в жизни, чтобы в любой ситуации видеть только поверхность. В том числе и в той, в которой он находился сейчас. Особенно в той, в которой он находился сейчас. Пытаясь избежать маму-птицу, он спустился с верхушки дерева в Гнездо. Мистер-Кевин-Дэй-сам-спросил Эндрю, не пойдет ли он туда и не спасет ли маленькую безымянную птичку от всех неприятных травм. Хотя, если он пробыл там так долго, как говорил Кевин, то птичка вполне могла оказаться в психиатрической лечебнице еще до следующего Рождества. Празднуют ли они Рождество в Гнезде? Наверное, нет, верно? Ну, может быть, они отмечают какой-нибудь другой праздник. Возможно, Пасху. В этом была какая-то сатирическая ирония по поводу птиц, которую Эндрю не удосужился разгадать. Эндрю закончил свой спуск в Ад и огляделся. Кевин действительно не шутил насчет всех этих черных вещей. Эндрю, по-собственному желанию носил только черное, но в черноте Гнезда было что-то такое, что скорее удушало, нежели успокаивало. Может, сравнить тебя с жарким летним днем? Подумал Эндрю. Ха. Эндрю пытался заглушить наркотическую манию, шагая по Гнезду в поисках определенного рыжеволосого. Это было все, что мистер Дэй рассказал ему об этой спасательной операции, которую он сейчас проводил. Эндрю даже не допускал мысли о том, что Кевин может сам отправиться туда, но как только Кевин проявил больше хладнокровия, чем Эндрю когда-либо видел в себе, он неохотно согласился. Может, потому, что ему было немного любопытно, что это за безымянная рыжая птичка, которая, казалось, напоминала Кевину о призраках при каждом упоминании о ней? В этой специфической птичке было что-то такое, чего не было даже у Жана и Кевина. Что-то, чего Эндрю пока не мог понять. Они не виделись почти два года, Эндрю знал это точно. Его мысли вернулись в настоящее, когда он заметил Тэцудзи, идущего по коридору. К счастью, укротитель птиц повернулся прежде, чем заметил Эндрю. Он помнил все, что сказал ему Кевин, с потрясающей точностью - благословение и проклятие. Кевин сказал ему, что рыжий будет находиться за второй дверью слева от коридоров идеального двора. Эндрю пробирался по Гнезду, искренне ненавидя каждую минуту. В Гнезде было что-то такое, что вызывало у него множество тревожных звоночков. И не зря. Эндрю добрался до красного коридора с черными дверями, которых было слишком много для идеального двора. Он шел дальше, пока коридор не раздвоился. Правая сторона вела к коридору, ведущему, по мнению Эндрю, на площадку, а левая - к коридору иного рода. Он был полностью черным, с четырьмя красными дверями. И тут Эндрю заметил изъян в их и без того не слишком удачном плане. Коридор открывался с обоих концов, а это означало, что левая сторона могла быть любой, в зависимости от того, где вы стояли. Он сжал кулаки и уставился на них. Его мания, вызванная наркотиками, была на последнем рубеже его сознания, он почти полностью выжил из ума. Эндрю уже чувствовал эту ясность и вздохнул с облегчением. Он знал, что у него есть еще минут тридцать, прежде чем начнется тошнота. Он плыл во времени. Что же выбрать? Был 25% шанс выбрать правильную дверь, затем 33%, если она окажется неправильной, и еще больший шанс, если она окажется неправильной и он поменяет дверь. Одна дверь была приоткрыта, но Эндрю предположил, что мама-птица предпочитает играть со своими птенчиками вдали от посторонних глаз и посторонних ушей. Хотя, возможно, разведение нелетающих птиц - не лучший способ оставаться незаметным. Если только Рико не любил унижения. Эндрю нужно будет проверить его историю на порнохабе. За одной из дверей кто-то закричал, и Эндрю напрягся всем телом. Он перевел взгляд на последнюю дверь справа и понял, что его шансы близки к 100-процентной точности. Проблема заключалась не только в самом крике, но и в его типе. Это была агония, это была боль - кто-то вдавливал его голову в подушку. В считанные секунды рука Эндрю оказалась на двери, и он толкнул ее так сильно, что она с грохотом ударилась о заднюю стену. Последующее зрелище - полсекунды, не больше - запечатлелось в голове Эндрю на всю оставшуюся вечность. Он уже никак не сможет избавиться от этого. Рико положил человека, которого он принял за рыжего, лицом вниз на черную кровать. Руки Рыжего были скованы наручниками и скрещены у изголовья, обе лодыжки прикованы к нижним стойкам кровати. Рико сидел на задней стороне бедер Рыжего, зажав рукоять одного ножа во рту, чтобы переложить другой нож в правую руку. По-настоящему отвратительное зрелище, заставившее Эндрю усомниться в том, что действие наркотиков давно закончилось, представляла собой спина рыжего. Здесь были легкие и глубокие порезы, тонкие и широкие, короткие и длинные. Соотношение крови и кожи должно было быть не менее 4:1. Кровь из спины рыжего полностью залила верхнюю часть матраса и стекала по черному каркасу кровати, издавая на полу постоянные звуки кап-кап-кап-кап. Эндрю начинал понимать все черное. И его разум смог уловить все это меньше чем за секунду. Великолепное проклятие. Эндрю бросился на Рико, прежде чем тот успел заметить, что его собственные ножи скользят в его руку. Эндрю замахнулся прямо на лицо Рико, имея преимущество в неожиданности, злости и гораздо большем мастерстве. Удар пришелся по правой скуле Рико, и он с глухим звуком уронил свой нож на спину рыжего. Руки Рико метнулись к лицу, и Эндрю снова замахнулся, рассекая пальцы, а затем схватил Рико за плечи и швырнул на пол. Злость бурлила в жилах Эндрю, и он чувствовал себя под кайфом не от химикатов, а от чего-то другого. Эндрю поднял Рико за волосы, затем за воротник и впечатал его спиной в столбик кровати. Эндрю встал на колени и приставил нож прямо к груди Рико, желая увидеть страх в его глазах, когда он поймет, что сейчас умрет. –Увидимся в аду, - сказал Эндрю, медленно вдавливая нож, чтобы тот почувствовал его. Если Рико и заслуживал чего-то в жизни, так это медленной смерти. –Остановись, - прохрипел кто-то. Эндрю застыл, едва нож вошел в плоть Рико на сантиметр, и бросил взгляд на Рыжего. Он действительно выглядел так, будто был в двух секундах от потери сознания. –Не может быть, чтобы ты просил меня остановиться, - сказал Эндрю. –Это не имеет значения. Я не обязан тебя слушать, и у меня есть причина убить его. - Рико попытался заговорить, и Эндрю вдавил нож еще глубже. –Если ты убьешь его, я умру, - сказал Рыжий. –Как удобно, - ответил Эндрю. –Я еще не слышал ни одной веской причины, чтобы остановиться. –Если он умрет, Морияма будет не до меня. Они убьют меня и, скорее всего, Кевина, - вздохнул Рыжий. –Ни Воронов, ни денег, ни пользы. Эндрю стиснул челюсти, глядя на Рико. Он помнил свои обещания и не собирался их нарушать. Но он также считал, что мир стал намного лучше, когда в нем стало на одного диктатора меньше. Что ж, он полагал, что может отложить свое убийство. Несмотря на то что Эндрю не знал рыжеволосого, он понимал, что тот прав. –Только на этот раз, - обратился Эндрю к Рико. –Но я обещаю - и я действительно это имею в виду, - что убью тебя в следующий раз, когда мне представится такая возможность. - Рико, казалось, кипел от гнева. –Ты... - начал он. –Заткнись. - Эндрю с размаху ударил Рико кулаком в лицо. Его череп отскочил от металлического столба за его головой, фактически вырубив его. Эндрю пытался сломать ему нос, но решил, что бессознательного состояния и мгновенного отека вокруг лица Рико достаточно. Пока что. Эндрю действительно ненавидел его. –Миньярд, - позвал Рыжий. –Задний левый карман. Там должна быть пара ключей. Эндрю снова почувствовал тошноту, но совсем по другой причине. Он перевел взгляд на рыжего и закрыл глаза. В тот момент Эндрю пришла в голову только одна мысль. Беги, мальчик. Беги.