Лазурь и золото

"Ваше Высочество, это просто АААААААААААААААА!!!!! Меня отправили с миссией в Баньюэ, и угадай, кто пошёл вместе со мной!" Ци Жун сидел со страдальческим лицом, но пальцы от виска не отнимал. Он уже полчаса выслушивал восторженные вопли Сяо Хуа о его знакомстве с Собирателем сердец в кровавом раю. Судя по всему, царственный братец конкретно на него запал. Небожитель, как ни старался, так и не смог припомнить никого, к кому Се Лянь, что при жизни, что после перерождения, уделял прям СТОЛЬКО внимания, да ещё по собственной инициативе. Даже к нему он наведывался раз в пару-тройку недель, хотя мог и зачастить, особенно перед очередным приступом, компенсируя мозговыедательные нравоучения едой. А тут гляньте- и впечатление положительное произвёл, и в Баньюэ сводил, где Хуа Чэнжу какое-то время лейтенантом работал, и всячески спасал там объект своей симпатии от скорпионовых змей, призраков местного населения, и прочих агрессивных тварей, и Призрачный город показал. С одной стороны, бесит эта неуместная восторженность- от Хуа Чэна-то!- с другой, чем бы дети не тешились, лишь бы повторно не вешались, а то были прецеденты. У Се Ляня, так точно. Ци Жун собственноручно вытаскивал его из петли. К тому же, если братец переключится на Хуа-Хуа, то отстанет от них с А-Цю. Это очень важно, потому что в душе Его Высочество Сяньлэ ревнивый эгоист, которому жизненно необходимо, чтобы на него смотрели. Желательно- с восхищением. И раз уж непутёвый младший с этим не справляется, стоит обратить внимание на его, без сомнения, красивого и харизматичного товарища. Юноша поднял глаза на сидящего рядом кузена. Ему все пароли от сети духовного общения Верхних небес известны ещё со времён работы божеством войны, так что он часто подслушивает разговоры бывших коллег. Вероятно, большую часть информации о Хуа Чэне он почерпнул именно оттуда. Се Лянь ответил ему мягкой улыбкой маньяка, и приложил палец к губам, мол, молчи и не мешай слушать, как мной, таким прекрасным, восторгаются. "Кринжатинаааа..."- сквозь зубы протянул Ци Жун, когда поток эмоций Сяо Хуа наконец закончился.- "Не, я за тебя рад, конечно, но ты голову-то не теряй. За тобой таскается самое неуравновешенное Бедствие, а ты от одного комплимента растекаешься, как барышня весной." "Ой, да кто бы говорил..." "По сравнению с моим дражайшим братцем, А-Цю совершенно нормальный." Пока Хуа Чэн в сети кашлял, судя по всему, чем-то подавившись, Ци Жун в реальности ловко увернулся от стрельнувшей в его сторону шёлковой ленты-оборотня Жое- духовного оружия Собирателя сердец в кровавом раю. Технически, Жое принадлежала ему. Пока царственный брат бухал по-чёрному страдал на кладбище, он, вместе с Му Цином, а позже и в одиночестве (Фэн Синь оставался смотреть за домом) на свой страх и риск выбирался в город, чтобы заработать немного денег на уличных выступлениях. Лента была подарком одной из зрительниц, которой он был симпатичен (позже он узнал, что девушку поразило Поветрие ликов, и она решилась на самоубийство, чтобы избавить себя от другой, более долгой и мучительной смерти). Он очень дорожил этим подарком, и страшно расстроился, когда лента куда-то пропала. Через пару дней оказалось, что её "одолжили" дядя и тётя, чтобы с помощью неё закончить свою жизнь, и Се Лянь следом, отчего кусок чёрного шёлка, напитавшись болью, предсмертными страданиями, злобой и духовной энергией, ожил и обрёл собственное сознание. Ци Жуну было жаль расставаться с единственным напоминанием о той, которая ему взаимно нравилась, но Жое признала Се Ляня своим хозяином, и её пришлось отдать. Обиднее всего- чёртова лента совершенно его не признавала. Она вообще никого кроме Се Ляня не признавала, даже Хуа Чэна, судя по его рассказу о Баньюэ, чуть в пропасть не уронила, якобы случайно. Страшно ревнивая тварь. Ци Жун, чьи познания о духовных артефактах ограничивались лишь Эмином- одноглазой саблей Сяо Хуа- считал, что они копируют характер своих хозяев, и потому почти не удивился. -Жое!- Се Лянь недовольно поморщился, дёрнул запястьем, оттаскивая вредную ленту от младшего, и с силой шлёпнул её по той части, где, по всей видимости, у неё находилась голова.- Маленькая дрянь! Я сколько раз говорил?! Ци Жун закатил глаза. После праздника Середины осени их отношения с братом резко перескочили на новый уровень. Собиратель сердец, которому доложили, что у храма, который он построил в память о тех временах, когда был божеством, находятся Ци Жун, которого в сам город все эти столетия невозможно было затащить даже на аркане, и тупица Лан Цяньцю, спешно побежал туда (и как раз застал сцену с поцелуем), и после этого сменил гнев на милость. Он по-прежнему считал кузена и золотое Бедствие полнейшими ничтожествами, но относился к ним обоим гораздо мягче, чем прежде, и часто приглашал их в свой Дом блаженств- посидеть за чашкой, без сомнения, превосходного цветочного чая, и послушать рассуждения, какой Хуа Чэнжу прекрасное божество и вообще человек исключительных достоинств. Ци Жуна, который параллельно был вынужден слушать ещё и восторги самого Хуа, которому влюблённость в самого могущественного из Непревзойдённых сорвала крышу, напрягало столь навязчивое (ещё более навязчивое, чем раньше) внимание, но предпринимать что-либо, когда царственному брату что-то втемяшивалось в голову, было бессмысленно. Се Лянь всю жизнь и посмертие слушал исключительно себя- от искреннего и светлого желания спасти всех, кого только можно и нельзя, до стремления указать всем и каждому, как им следует жить, с ним спорить- всё равно что дракона бодать. -Каждый сходит с ума по-своему...- промурлыкал Лан Цяньцю, беря любимого за руку, и нежно чмокая в ладонь. Щёки и уши Ци Жуна моментально залила краска. Дома, наедине с А-Цю, он чувствовал себя комфортно, и с удовольствием отвечал на ласку и поцелуи, но стоило золотому демону проявить к нему внимание на людях, мигом начинал смущаться и краснеть как юная дева, которой впервые в жизни сделали комплимент. Се Лянь снисходительно улыбнулся. -Мне пора проверить, как идут дела в Игорном доме.- сказал он, поднимаясь со своего места.- Я бы с удовольствием взял вас с собой, но мой нервный братец опять распугает всех посетителей. Ему самому казалось совершенно нормальным, содержать подобное заведение. В конце концов, нечисть тоже хочет развлекаться, и лучше пусть это происходит под чутким контролем Градоначальника, нежели в мире смертных, и не богам судить, как это происходит. У Ци Жуна же была травма детства. Хлебнув жизни с отцом (чё там говорят про то, что детям лучше расти в полной семье?), он ненавидел людей, которые относятся к своим детям как к вещи, которой можно распоряжаться как вздумается. С одной стороны, Се Лянь его понимал, но с другой, ставка есть ставка, и если какой-то человек решил заложить в качестве оплаты душу, значит этот поступок на его совести, а вспыльчивый младший, с его обострённым чувством справедливости, рвался бить морды посетителям. Впрочем, он был доволен уже тем, что Ци Жун, пусть и с подачи Лан Цяньцю, наконец заинтересовался Призрачным городом. Раньше он не видел ничего, кроме его личных покоев, когда навещал царственного брата во время приступов. -Тогда, может, сходим погулять?- предложил Цяньцю, любуясь смущённой мордашкой своего сокровища, и, не сдержавшись, чмокая его в щёку, отчего Ци Жун практически слился с обивкой диванчика, и спрятал лицо в ладонях.- Радость моя, что скажешь? -Ещё раз так сделаешь, и я тебя ударю.- пробормотал небожитель, раздвигая пальцы, чтобы метнуть в оборзевшего князя демонов грозный взгляд. И, подумав, добавил: -С тебя пирожка. Лан Цяньцю рассмеялся, и, взяв любимого под руку, повёл следом за Се Лянем, но не успели они дойти до приёмного зала, как к ним от входных дверей бросился Ши Циньсюань. -Ци-сюн, ты здесь!- облегчённо выдохнул он, принимаясь обмахиваться своим веером, отчего в воздухе запахло морем.- Какое облегчение! Владыка Цзюнь У никак не может с тобой связаться! Он страшно недоволен тем, что ты его проигнорировал. Ци Жун смутно припомнил, что с ним действительно пытался связаться Небесный император, но, так как сделал он это в восьмом часу утра, когда расслабившийся за время своего "плена" бог литературы безмятежно спал в объятиях А-Цю и видел десятый сон, Цзюнь У был успешно проигнорирован и закинут в бан, а сам Ци Жун благополучно уснул обратно. Кажется, ему ещё приснилось, что он поменял пароль от своей личной духовной сети. Видимо, это всё-таки был не сон. -Да?- он рассеянно приподнял бровь, поудобнее беря под руку А-Цю.- Чё хотел? Ему совершенно не хотелось возвращаться в Небесную столицу. Разумеется, он всё-таки божество... Но его работники успешно справлялись с бумажной волокитой, каждую неделю присылая ему отчёты о текущем положении вещей, а сам он наведался в орден Дзюйсин Инь, и с облегчением узнал о том, что его подопечные успешно сдали экзамены, а начальство ордена всем довольно. Работать на удалёнке ему понравилось. Дворец литературы переживал куда более сложные времена, да и найти толкового секретаря не так сложно, так что, его присутствие в этом цирке на базе дурдома не обязательно. С другой стороны, получить пиздов от начальства тоже как-то не очень хочется. Небесный Владыка сквозь пальцы смотрел на выходки Се Ляня, но его беспокойный двоюродный братец в своё время истрепал ему немало нервов, из-за чего отношения у них были, мягко говоря... натянутые. -Мы должны отправиться к горе Юйцзюнь. Вы, должно быть, слышали о некоей "Призрачной невесте", которая терроризирует тамошних женихов. Говорят, она живёт у подножия горы, в старом храме, который когда-то принадлежал богине Юйши, и учиняет всяческие бесчинства, чтобы очернить её репутацию... Ци Жун и Лан Цяньцю переглянулись. Несомненно, Циньсюань говорил о Сюань Цзи- богине семьи и домашнего очага, покровительствующей молодожёнам, семейным людям, детям и сиротам, и ещё, вероятно из-за буйного прошлого, почему-то, военным. Не нужно путать с Юйши Хуан, которая покровительствовала земледельцам и заведовала погодой, в частности, дождём. Бывшая генеральша очень не любила вспоминать о своей жизни до вознесения, но Ци Жуну удалось вызнать, что Повелительница дождя была принцессой в государстве, где она жила. Несмотря на разные характеры и взгляды на жизнь, они вполне неплохо ладили, и юноша совершенно не понимал, за что её можно возненавидеть. Её влияние распространялось на всю Поднебесную, и по полезности опережало даже Владыку Цзюнь У. К тому же, как объяснила ему сама Сюань Цзи, она богиня типично женская. Всем невестам хочется, чтобы их брак был крепким, отношения любящими, муж работящим и непьющим, а дети здоровыми. На Небесах слишком мало по-настоящему полезных богов, и таких как Сюань Цзи следовало беречь. -Так там рядом, вроде как, действующий храм есть.- встряла в их разговор одна из служанок Градоначальника.- Неужели она доставляет проблемы тамошним служителям? -И женихов похищает.- подтвердил её догадку Нефритовый корабль.- Нападает на свадебную церемонию, когда та спускается с горы. Ни невест ни сопровождающих не трогает. Правда, убивает выборочно- всего семнадцать человек за эти сто лет, но сам факт... Согласитесь, это очень странно. Мы никак не можем понять, по какой причине она выбирает своих жертв. -Ясссно... Ци Жун недовольно поморщился. Дело о семнадцати пропавших женихах мёртвым грузом осело в архивах Дворца литературы, поднималось только затем, чтобы добавить в него информацию о новой жертве. Му Цин цинично называл его "глухарём мира и согласия". Неужели, Цзюнь У так взбесило его долговременное отсутствие, что он решил повесить это дело на него? Вот ведь старый пер... винтажный газогенератор! Чё ему неймётся? Отвлекает его от таких важных дел! Судя по хитрой роже А-Цю, он наверняка планирует заскочить в мясную лавку, чтобы купить там кусок-другой кого-нибудь, и заточить, пока его обожествлённое сокровище не видит, знает ведь, что Ци Жуну это не нравится, придётся следить, чтобы он всё время был в поле зрения. Чёрт бы побрал пристрастие демонов к человеческому мясу... Будь его воля, он бы послал всё нахер в Бездну, но это не Линвэнь, от этого приказа не отмажешься. Придётся сходить, посмотреть на эту мёртвую невесту. Взглянуть, такскаать, в её наглые, невестины, глаза. Внезапно одна запоздалая мысль мягко толкнула его в затылок. -Погоди. Ты сказал "мы"? -Ну да.- Циньсюань поправил завернувшуюся серёжку.- Я, ты, и Хэ-сюн. Сразу скажу- он от этого тоже не в восторге, но что ж делать. Вы показали себя хорошей командой. Да и мне будет спокойнее, если этот водяной заглотус будет у меня перед глазами. Бог литературы, не сдержавшись, прыснул в ладошку. "Водяной заглотус", отличное погоняло для вечноглодного Повелителя вод, точнее и не скажешь. -Ладно.- вздохнул он.- Когда выступаем? *** Как-то незаметно оказалось, что именно Мин И (Ши Циньсюань) взял всё в свои руки. Иначе, как ещё объяснить то, что их "гениальный" план по поимке призрака новобрачной вылился в то, что Ци Жуну и Хэ Сюаню было предложено принять женский облик. Правда, возникла одна проблема: оба небожителя категорически не хотели перевоплощаться в женщин, и ещё больше им не хотелось становиться приманкой для неведомой демоницы. Сам Мин И прибыл на место уже в женском облике, и со своей любимой лопатой Повелителя земли, с которой никогда не расставался, когда изображал из себя небожителя, и гордо объявил, что он три часа красился и наряжался, и смывать всю красоту не собирается. -Да чтоб тебя разорвало...- прорычал бог литературы, с отвращением глядя на предназначающиеся ему и Сяо Хэ наряды, которые неугомонный мальчишка принёс с собой.- Мин-сюн, это перебор! Не все хотят светить своей душой! Ещё и расцветка просто пиздец! -Почему?- Повелитель земли любовно разглаживал складки на своей юбке и выглядел вполне довольным.- Жених, невеста и её подружки должны быть в красном, так положено. -Вертал я твоё положено знаешь на чём?! -Вместо того, чтобы ссориться, лучше бы решили, кто будет женихом.- угрюмо буркнул Хэ Сюань, который уже сменил облик и развязывал пояс ханьфу, чтобы переодеться.- Потому что лично я- пас. -Я тоже!- Мин И достал из выреза платья маленькую пудреницу и принялся хлопать по носу пуховкой, разгоняя облачка рисовой пудры.- Ваше Высочество, похоже, выбора у нас нет. Ци Жун беспомощно оглянулся на стоящего рядом Лан Цяньцю. Крик золота не пожелал бросать своего любимого в такой, без сомнений, смущающей ситуации, и пошёл вместе с ними, за что Ци Жун был ему очень благодарен. -Я могу сыграть роль жениха.- улыбнулся тот, подходя к небожителю, и приобнимая его за талию.- Если А-Жун согласится быть моей невестой. На этом месте Хэ Сюань закашлялся, а Мин И залился звонким смехом. -О, это было бы просто чудесно!- у Ци Жуна жутко зачесались кулаки подправить хитрую рожу Повелителя земли. Наверняка, он добивался именно этого. Чёртову Бедствию всё это время не давало покоя то, что его почти Непревзойдённый сородич никак не может добиться взаимности. Зараза! -Кланяться не буду!- поняв, что деваться некуда, он надулся, чувствуя, как к глазам сами по себе подступают слёзы. Да какого хрена? За время, проведённое в компании А-Цю, он ужасно размяк.- Я свою свадьбу вообще по-другому представлял. Без вас, долбаёбов! -Ну конечно, счастье моё.- Цяньцю забрал из его рук пакет с одеждой, и увёл расстроенного Ци Жуна за дерево, чтобы помочь ему переодеться и привести себя в порядок.- У нас всё будет совершенно по-другому. Не нужно плакать. Несмотря на то, что настроение у него было препакостным, бог литературы позволил А-Цю переодеть себя в свадебное (КРАСНОЕ) платье, и прислонился спиной к дереву, ожидая, пока золотой демон облачится в свой наряд, под крики Мин И, чтобы Ци-сюн не вздумал ничего делать со своей причёской, потому что он сам его уложит и накрасит. Подобное поведение злило ещё больше. Ё-моё, их же на сотни ли слышно. Будь он на месте мёртвой невесты, уже давно свалил бы подальше, чтобы подождать, пока эти придурки потеряют терпение и уйдут. Он даже хотел немного поворчать на эту тему, но А-Цю уже разделся до нижнего белья, и его щёки мигом охватил румянец, а рот захлопнулся сам по себе. -Ты просто прекрасен.- князь демонов привлёк смутившегося юношу к себе и нежно поцеловал в губы, отчего Ци Жун расцвёл, как майская роза.- А-Жун, у меня есть для тебя кое-что. Он вытащл из пучка изящную нефритовую заколку, отделанную золотом, и протянул её Ци Жуну. Тот взял. От заколки чувствовалась пульсация демонической ци, а узор в виде язычков пламени намекал на то, кто являлся её обладателем. Это явно было не просто украшение. Неужели... -А-Цю...- в горле почему-то пересохло.- Это... -Прости, что отдаю его вот так.- Крик золота неловко улыбнулся, и потёр шею.- Но я не хочу ждать какого-то особенного момента. А-Жун... надеюсь, ты примешь это... Ци Жун всхлипнул, и прижался к нему, смаргивая слёзы. В его руках- прах Великого Бедствия, символ его любви к нему, и это так... так... С ума сойти. Интересно, Хуа Чэн испытывал что-то подобное, когда Се Лянь вручил ему кольцо со своим прахом? Судя по его поведению, он в душе не ебёт, что у него на пальце красуется. -Эй! Вы там заснули что ли?- нетерпеливый окрик Хэ Сюаня заставил обоих вздрогнуть.- Темнеет уже! Сяо Мин, паланкин уже готов? -Готов, готов, а вот наша невеста ещё не готова.- в голосе Мин И слышались панические нотки.- Ци-сюн, Цяньцю, хватит обниматься! А ну превращайся давай, саботажник, мне тебя ещё накрасить надо успеть! Несмотря на то, что после стараний Повелителя земли из Ци Жуна получилась хорошенькая девушка, бог литературы всё равно был очень недоволен своим новым обличьем. В частности, тем, что платье, которое неугомонный Мин И, судя по всему, мерил на себя, оказалось ему велико. Маскирующееся Бедствие огорчённо заахал, обежал вокруг насупленного Ци Жуна несколько кругов, и, всплеснув руками, патетично воскликнул: -Ваше Высочество, да что ж это такое! Вот у меня грудь хорошая, четвёртый размер, в маму... -Прекрасно!- рявкнул небожитель, который уже был готов провалиться от стыда под землю, раздражённо топая ногой.- А у меня сиськи в папу- минус первый! -В самом деле, это довольно бестактно с твоей стороны, Мин-сюн.- согласился Лан Цяньцю, подходя к своему маленькому божеству, и подкалывая висящую на груди ткань небольшой золотой булавкой. -Но без платья тебе намного лучше, сладкий.- шепнул он в дрогнувшее от смущение ушко любимого. -Цирк с конями.- недовольно пробурчал Ци Жун, в шестой раз проверяя, на месте ли талисманы, когда они вдвоём (Мин И и Сяо Хэ остались снаружи, чтобы контролировать ситуацию) наконец загрузились в паланкин и "свадебная" процессия двинулась от действующего храма Сюань Цзи вниз, в город.- На кой хрен я вообще в это ввязался?.. Лан Цяньцю поплотнее задёрнул красный полог, и подтянул нахохлившегося юношу к себе, укладывая его голову на свои колени. -Не сердись, любовь моя. Лучше поспи, пока есть возможность. Если что-то случится, я тебя разбужу. -А если эта демоница тебя украдёт?..- пробормотал Ци Жун, устраиваясь поудобнее и закрывая уставшие глаза. -Не украдёт. Я же Великое Бедствие. К тому же, сейчас хорошее время. Вечером мои силы возрастают. -А... Ну да... Юное божество смутно припомнил, что свои дела А-Цю, оправдывая своё прозвище, всегда отправлялся разруливать тогда, когда солнце начинало опускаться за горизонт. Вот оно как, оказывается... Паланкин плавно покачивался. Снаружи, приглушаемые плотной тканью, слышались голоса Мин Сюна и Сяо Хэ. Убаюканный этим и тёплыми поглаживаниями ладони Цяньцю, он задремал. *** Паланкин тряхнуло с такой силой, что Ци Жуна выбросило наружу, и он улетел в кусты. Следом на него шлёпнулся костлявый Повелитель вод. "Охтыжбля! А Циньсюань где?" -Хэ-сюн, лови меняяяя!!!!- испуганный визг Повелителя земли раздался совсем рядом, а потом он шлёпнулся на траву, совсем рядом с головой своего водяного товарища. Пока Ци Жун пытался вылезти из-под бранящегося сквозь зубы Хэ Сюаня, он легко вскочил на ноги и зажёг пламя-на-ладони. -Цяньцю!- Ци Жун повернул голову, и увидел, как женская фигура в красном мечется вокруг валяющегося на земле паланкина, перепрыгивая через живописно разлёгшихся бессознательных монахов из храма Юйши, которые согласились сопровождать небесных чиновников.- Цяньцю, ты здесь? Ты живой? Юный бог литературы непроизвольно коснулся заколки, венчающей его причёску. Хорошо, что не сломалась... Неужели А-Цю действительно попал в лапы этой загадочной призрачной невесты? И где они вообще? -Чё случилось-то? -Это я у тебя хочу спросить!- он получил довольно неприятный тычок от Хэ Сюаня.- Ты же находился с ним рядом! Чем вы там занимались, извращенцы паршивые? -А ВЫ чем занимались, если перед тем, как залезть в паланкин, она должна была пройти мимо вас?!- моментально взвился Ци Жун, отвешивая приятелю пинка. -Мальчики, не озоруйте.- Мин И устало покачал головой.- Мы почти на месте. Обменявшись ещё парой тумаков, Повелитель воды и бог литературы кое-как поднялись и поплелись следом за Повелителем земли куда-то сквозь деревья, и вскоре вышли к невзрачному потрёпанному временем храму. -Хорошее было место.- ночь была светлой, но сама обстановка действовала столь угнетающе, что даже непрошибаемый обычно Хэ Сюань начал говорить шёпотом и полез в рукав за булочкой.- Удобное. Как же надо было достать монахов, что они перебрались аж на гору. Жесть. Я её ещё не видел, но уже боюсь эту бабу. -Наверное, это какая-нибудь отчаявшаяся невеста.- предположил Ци Жун, пытаясь просканировать пространство на предмет ци Крика золота блуждающего в лучах заката.- Цзи-мэй говорила, что перед свадьбой девушки ужасно волнуются, а демону для посмертной зацикленности много не надо, сам знаешь. Может, её бросили в день свадьбы, и теперь она мстит, хрен её знает. Поймаем- спросим. -Ничоси ты детектив...- восхитился Мин И, черенком лопаты поддевая засов на дверях храма.- А тут точно кто-то есть? Они вошли. -Людиии...- шёпотом позвал Ци Жун, доставая веер из талисманов.- Хуй на блюде... Изнутри храм зарос лозой и плющом, отчего становилось ещё больше не по себе, но, тем не менее, выглядел очень торжественно. Казалось, даже сгустки пламени, которыми небожители освещали себе путь, несколько потускнели, словно подчиняясь общей атмосфере, а их шаги скрадывала опавшая на каменный пол жухлая листва. Ци Жун, Хэ Сюань и Мин И, крадучись, проследовали к чернеющей впереди статуе богини Сюань Цзи. Уже через несколько шагов Ци Жун почувствовал гнилостный запах, а после разглядел стоящих у ног статуи людей в красных свадебных одеждах. -Два, четыре, шесть, восемь, десять...- вполголоса принялся считать Сяо Хэ.- Семнадцать. Похоже, это все пропавшие женихи. Странно, что на них всё ещё сохранилась плоть. -Ух ты, это похоже на картинки в книгах об истории нарядов!- восхитился Мин И, принимаясь разглядывать стоящие по струнке трупы.- Прикольно! -Ага, охренеть прям...- рассеянно пробормотал бог литературы, шевеля ушами- научился от А-Цю. Ему показалось, что в глубине подсобных помещений что-то упало. Оставив товарищей в компании мертвецов, он пошёл на звук. Чем ближе он подходил к источнику шума, тем сильнее чувствовалась аура золотого демона. Юный небожитель закусил губу. Наверное, стоило прихватить с собой что-нибудь тяжёлое, но возвращаться было страшно. За дверью, в которой, судя по всему, находилась столовая, слышались звуки драки и голоса. Он приложил ухо к замочной скважине. -Похоже, ревность окончательно затмила твой разум, генерал Пэй.- насмешливо сказал Лан Цяньцю.- Иначе ты бы сразу понял, кто перед тобой. -Безумное свирепое ничтожество не сильнее меня.- презрительно отозвался ему неведомый генерал Пэй.- Считаешь, что сможешь одолеть меня? Не смеши. Ты жалок. -Я, хотя бы, сохранил остатки чести и гордости, вместо того, чтобы мстить счастливым парам. -Заткнись! Ты ничего не понимаешь! Не тебе меня судить! -Да куда уж мне... ЗАРАЗА! На этом месте у Ци Жуна закончилось терпение, и он, с пинка, ворвался в комнату. Цяньцю, с невесть откуда взявшимся в руках огромным мечом шириной в две мужские ладони и длиной почти с самого князя демонов, теснил к стене ещё одного демона, тоже свирепого, но не такого сильного, как он, одетого в генеральскую форму какого-то неизвестного Ци Жуну царства. Вероятно, это и был генерал Пэй. Это что ж получается? Всё это время женихов похищала не обиженная на весь белый свет невеста, а наоборот, такой же потенциальный жених? -Ты ещё кто? А! Чёртова девка! - прохрипел притиснутый к стене генерал Пэй. Потом пригляделся к сбросившему женский облик небожителю, и воскликнул.- Так, стоп! Это парень?! Он оттолкнул Крика золота, и рухнул на пол, содрогаясь от злорадного хохота. -Да ты поистине жалок, Цяньцю.- выдохнул он в перерывах между приступами.- Неужели в мире не нашлось ни одной демоницы, которая согласилась бы лечь под тебя? Какой позор! Небожитель и князь демонов переглянулись. -А-Цю, кто это?- спросил Ци Жун, подходя к любимому, и, в прыжке, пытаясь стереть с его щеки кровь. -Без понятия.- Цяньцю пожал плечами, и пнул попытавшегося встать сородича в живот.- Но, похоже, это и есть искомый призрак невесты. Думаю, стоит связаться с самой девой Цзи. Всё-таки, дело происходит в её храме. -Надеюсь, она не сильно загружена... Генерал Пэй оборвал смех и, схватившись за оброненный меч, шустро вскочил на ноги. -Дева Цзи?- хрипло переспросил он.- Вы говорите о Сюань Цзи? О моей Сюань Цзи? Она здесь? Моя прелесть наконец вспомнила обо мне? Какое счастье! До Ци Жуна начало что-то потихоньку доходить. Но не успели его мысли оформиться во что-то целостное, как в коридоре послышалась какая-то возня. -Ваше Высочество!- к ним, подобрав юбки, бежал Мин И, тоже уже принявший мужской облик.- Ты в порядке? Ой, и ты здесь! А мы тебя потеряли! А это кто? Я вызвал подмогу! -Подмогу? -Мёртвые женихи восстали! Хэ-сюн с ними там, он сейчас с ними сражается! -Заебись... Ци Жун вздрогнул, когда в его плечо вцепилась ледяная рука генерала Пэя. -Моя прелестная Сюань здесь?- от болезненно перекошенной физиономии мёртвого генерала, на которой хищным блеском сверкали покрасневшие безумные глаза, делалось дурно.- Отведи меня к ней, прошу! -А-Цю...- юный бог неловко покачнулся, с облегчением упав в руки Лан Цяньцю, который метнул в трясущегося сородича грозный взгляд, отчего его тело обвили горящие верёвки. Закричав, генерал Пэй рухнул на пол, извиваясь от боли. -Не рыпайся.- участливо предупредил его золотой демон, вынося своё сокровище из комнаты.- Больнее будет. На улице их уже ждал отряд небожителей, находившихся в подчинении у Повелителя вод. Сам Хэ Сюань сидел на ступеньках храма, прижав к глазу металлическую фляжку с водой, и наблюдал, как небесные чиновники раскладывают на траве наконец упокоившихся мертвецов. Рядом с ним, зевая и опираясь на изящную трость из чёрного дерева, стояла молодая прекрасная женщина, в одежде которой угадывалась выправка бывшего военного. Это была богиня Сюань Цзи, которую выдернули из постели со словами "Гора Юйцзюнь, срочно!", и которая, по причинам, предшествовавшим её вознесению, хромала на обе ноги. Обменявшись приветствиями с почти Непревзойдённым и божеством литературы, которого свежий воздух немного привёл в чувство, она с врачебным интересом уставилась на появившихся в дверях чиновников Нижних небес, опасливо тащивших за собой орущего генерала Пэя, который всё ещё был связан горящей верёвкой. -Интересно, интересно.- похвалила она Лан Цяньцю.- Интересная техника. И долго она будет держаться? -До Небесной столицы.- золотой демон слегка поморщился.- Против божественной силы мне нечего противопоставить, к сожалению. -Этого хватит. Спасибо. А можно сделать так, чтоб он не орал? Ци Жун приподнял голову, поудобнее устраиваясь на руках А-Цю. -Ты его знаешь? -Увы. Увидев среди небесных чиновников ту единственную, которую он ждал столько лет, генерал Пэй прекратил орать, и даже попытался принять непринуждённый и гордый вид, что, впрочем, совершенно не вязалось с его словами: -Моя дорогая Сюань! Моя прелесть, моё золотце! Ты наконец явилась ко мне! Богиня устало поморщилась. -Пэй Мин... Да что ж такое. Зачем ты убивал этих несчастных людей? Ладно бы, жрал потом... -Они оскверняли твой храм своим присутствием! Такие довольные, такие счастливые! Наверняка они были влюблены в тебя! Они тебя недостойны! -Странно слышать такие слова от того, кто бросил меня ради личной выгоды. Неужели твоё раскаяние было столь велико, что перед смертью ты вспомнил обо мне? Унизительно для столь прославленного воина, не находишь? Мёртвый генерал пытался ещё что-то говорить, но его уже никто не слушал. Сюань Цзи подала знак, и его поволокли к стоящей неподалёку золотой колеснице. -Похоже, он нападал на тех, кто улыбался.- предположил Хэ Сюань, отнимая фляжку от лца и демонстрируя окружающим роскошный лиловый фингал.- У всех мертвецов на лицах застыли улыбки. Жуткое зрелище. И шустрые, как собаки. Один, похоже, занимался какими-то единоборствами- так мне залепил, что я к колонне отлетел... Ладно, пойду проконтролирую этих оболтусов, а то они его по пути на Небеса ещё потеряют. Он поднялся, и пошёл следом за своими подчинёнными и сыпящим проклятиями генералом Пэем. Ци Жун проводил их непонимающим взглядом. -Чё за... Цзи-мэй, я вроде чё-то понял, но вместе с тем нихуя не понял. Сюань Цзи поправила сползшую с плеча накидку и недовольно вздохнула. -Эх. Это довольно мерзкая история. Когда я ещё была живым человеком, в нашу страну вторглись люди из соседнего государства Сюйли. Их армией командовал генерал Пэй Мин. Он был падок на красивых женщин, обладал привлекательной внешностью, и недостатка в подружках не имел. Жуткий бабник, ни одной юбки не пропускал, если она прикрывала молодую аппетитную задницу. Но больше всего ему нравились сильные и неприступные женщины, вроде меня или принцессы Юйши. Он тогда становился как охотничья псина, которую разобрал азарт. Цель вижу, в себя верю, не вижу препятствий. Понимаешь? Причём, ему было не важно- богатая, бедная, живая, мёртвая... главное- соблазнить и трахнуть, а если надоест, найти новую. -То есть, он вторгся в Юйши и пытался соблазнить тебя и дочь императора?- уточнил Цяньцю, потеснее прижимая к себе начавшего подмерзать Ци Жуна.- У него ничего не треснуло? -Ты дальше слушай. Если вы помните картины, изображающие четырёх выдающихся небожителей, то история вознесения Юйши Хуан вам знакома. Я была генералом армии Юйши. С Пэй Мином мы встретились на поле битвы, он взял меня в плен, и потом мы влюбились друг в друга. Мне казалось, что он действительно любил меня, я уже к свадьбе готовилась, детей планировала... Ну, Жун-гэ знает, какой у меня характер. Если мне надо, значит мне НАДО. А это чмо решило бросить меня. И ради чего? Чтобы подкатить к младшей дочери императора!- тут она звонко сплюнула на землю.- Видите ли, это поможет ему одержать победу! Я пригрозила ему, что убью себя, если он меня бросит, но он решил, что я блефую. -Ого.- подал голос до сих пор молчавший Мин И.- И что? Богиня семьи поудобнее опёрлась о свою трость и патетично воздела глаза луне: -Разбежавшись, прыгну со скалы!- пропела она.- Вот я был, и вот меня не стало! В общем, не знаю, как так вышло, но вместо того, чтобы умереть, я вознеслась, а потом узнала, что Пэй Мин был убит в сражении, которое последовало за самоубийством и вознесением Юйши Хуан. В жизни бы не подумала, что он может стать демоном... -Ну, для этого много не надо.- хмыкнул Лан Цяньцю.- По себе знаю. Может, тоже будем расходиться? Холодно становится.