Лазурь и золото

Лан Цяньцю очень не хотелось оставлять своё сокровище одного, но сегодняшний разговор не предназначался для божественных ушей. В надёжности Ци Жуна он не сомневался. Небожитель не отличался болтливостью, а все тайны благополучно забывал, забивая голову более насущными проблемами, но это правило было частью негласного кодекса, которого Великие Бедствия всё-таки старались придерживаться, да и Се Лянь будет недоволен, если почти Непревзойдённое убожество приведёт с собой обожествлённое убожество. Крик золота сломал голову, размышляя над тем, почему Собиратель сердец так отзывается о своём младшем брате, но ответа так и не нашёл. Впрочем, справедливости ради, Се Лянь считал ничтожествами практически всё своё окружение, делая исключение только для генерала Хуа. Бог войны так запал ему в душу, что алое Бедствие буквально потерял голову. Цяньцю столь навязчивое внимание к своему избраннику казалось пугающим и странным, но Хуа Чэн млел от ухаживаний Непревзойдённого, как юная барышня, так что, он держал своё мнение при себе. В конце концов, кто он такой, чтобы разрушать столь гармоничные отношения, правильно? С Се Ляня станется разлучить их с А-Жуном, если ему покажется, что бывший ученик лезет в его личную жизнь, а этого Лан Цяньцю очень не хотел. Сам Ци Жун на это лишь закатывал глаза и говорил что-нибудь вроде "чем бы дитё ни тешилось, лишь бы повторно не вешалось", что тоже никакой ясности не добавляло. Се Ляня он нашёл во внутреннем дворе, в компании Хуа Чэна. Небожитель сидел на резном диванчике, среди вышитых подушек, и глядел на князя демонов с обожанием, а тот восседал у него на коленях с крайне довольным и умиротворённым видом. Отгоняя от себя мысли о нелепости и слащавости этой картины (они с А-Жуном ведь со стороны наверняка смотрятся примерно так же), золотой демон нацепил на лицо нейтральное выражение, и кашлянул, привлекая к себе внимание. -Нам пора.- сказал он.- Циньсюань мне уже все мозги сожрал чайной ложкой. Хуа Чэнжу выглядел расстроенным. -Гэгэ, ты куда-то собираешься?- спросил он, продолжая обнимать алое Бедствие. Се Лянь обречённо вздохнул. -К сожалению... Не расстраивайся Сань Лан, это всего на пару часов. Можешь подождать меня в моих покоях. Небожитель кивнул, и ушёл в дом, с явной неохотой опустив своё обожаемое Бедствие на шёлковые подушки. Цяньцю проводил его заинтересованным взглядом. -Что-то не так?- Се Лянь одарил бывшего ученика недовольной гримасой. Глядя на надутые щёки и поджатые губы Собирателя сердец, Лан Цяньцю невольно отметил, насколько сильно, даже не смотря на внешние различия, братья схожи между собой. -Да нет... Я просто удивлён, что ты оказывается способен на искренние чувства. Мимо его лица промелькнула красная призрачная бабочка. Поморщившись, Крик золота отогнал насекомое небрежным щелчком. Он знал Се Ляня с детства, ещё тогда, когда алое Бедствие притворялся советником Фан Синем, чтобы подобраться как можно ближе к императору Юнани, и его уже давно не пугали подобные угрозы. Он отбитый на голову князь демонов, который может сжечь здесь всё дотла одним усилием мысли. К тому же, он не силён в намёках. И вообще- пока ему не бьют в морду, всё нармальна! -Ты понятия не имеешь, на что я способен, Цяньцю. -Ну да, ну да... Особенно брата ты прям очень сильно любишь. А-Жун постоянно говорит, что ты считаешь его ни на что не годным, я уже устал его переубеждать. Что ты сделал с его самооценкой, изверг? -Опять ты за своё...- Се Лянь потёр точку между бровей.- Я доверил тебе самое ценное, что у меня есть. Но наши отношения с Жун-эром тебя касаться не должны. -Я же не отстану. Ещё один обречённый вздох, отчего с цветов, вплетённых в волосы Собирателя сердец, вспорхнула целая стая призрачных бабочек. Несмотря на то, что все считали Крика золота блуждающего в лучах заката самым неуравновешенным из Бедствий, держать себя и свою ци в руках из них четверых не умел именно Се Лянь. -Не люблю об этом вспоминать, но так уж и быть. Видишь ли... Когда мы ещё были смертными людьми, я не слишком-то любил брата. По правде говоря, у нас его никто не любил. Я тогда сам был не слишком-то взрослым, поэтому мало что понимал. Не понимал, что он пережил, пока жил в Юнани. Считал его злым и навязчивым, он постоянно раздражал меня одним своим видом, понимаешь? Когда я вознёсся, его решили посадить на трон вместо меня. Начали обучать его и наконец взялись за его воспитание. А я тогда начал зашиваться... Му Цин и Фэн Синь больше мешали, чем помогали. К тому же, выяснилось, что я совершенно не умею вести документооборот. Даже сейчас всеми бумагами занимается Инь Юй. Поэтому, я решил забрать его к себе. Разумеется, Жун-эр согласился. Всё-таки, несмотря на моё отношение к нему, он был сильно ко мне привязан. -То есть, ты, ради своей лени и эгоизма, лишил свою страну императора.- подытожил Лан Цяньцю.- Твои родители же не вечные. -Знаю.- Се Лянь горько усмехнулся.- Всё я знааааю... Ты спрашиваешь, почему я считаю своего брата ничтожеством? Потому что он жалок. Но он намного сильнее меня. Когда случилось восстание, и нам пришлось бежать, меня бросили все, на кого я надеялся. А он остался со мной, как преданный щенок. Никогда не жаловался, когда я ругал и бил его... Когда меня поймал Безликий, он пытался защитить меня. Это было последним, что я запомнил. Только тогда я осознал, что все эти годы отталкивал от себя самого близкого человека. Я бесконечно виноват перед ним, Цяньцю. Жаль, что для того, чтобы понять это, пришлось умереть от сотни ударов мечом. Эти небесные ублюдки понятия не имеют, какое сокровище ходит среди их убогих золотых дворцов. Поэтому, держи себя в руках. Ты меня понял? Крик золота молча кивнул. Его ужаснуло то, что его возлюбленному пришлось пережить, пока он находился подле царственного брата, и демон пообещал себе, что приложит все усилия, чтобы А-Жуну больше никогда не пришлось плакать. Разве что, от счастья. -Ну, давай собираться.- Собиратель сердец в кровавом раю звонко хлопнул в ладоши.- До дворца Сяо Ши ещё доплыть надо. Пойду попрощаюсь с Сань Ланом. В этот раз местом их собрания был выбран Нефритовый дворец- резиденция Ши Циньсюаня. Несмотря на отличную фантазию и по-детски озорной характер, с названием своих владений он не заморачивался. Нефритовый корабль в бушующих волнах обитал в Нефритовом дворце в Нефритовых водах, которые охраняли скелеты вымерших нефритовых драконов, хотя одевался он в бело-голубое и его любимым камнем был сапфир. Цяньцю как-то раз поинтересовался, с чего у его сородича такая привязанность к нефриту, получил в ответ краткое "в память о старшем брате" и больше эту тему не поднимал. Циньсюань, конечно, солнышко и булочка, но лучше было его не злить. В Нефритовых водах, ожидаемо, дрейфовало несколько зачарованных кораблей с небесными чиновниками, посланными сюда, чтобы привлечь нефритового демона к ответу за очередную шалость. Циньсюань отличался от остальных Бедствий не только возрастом, но и обострённым чувством справедливости. Если Се Ляня заботило исключительно благополучие кузена и граждан Призрачного города (а теперь ещё и Хуа Чэна), то юный князь демонов не терпел вообще никакой несправедливости, особенно если это относилось к простым людям. В своё время ему пришлось хлебнуть этого сполна, и столь травматичный опыт наложил отпечаток на всё его посмертие. Увидев двух молодых людей, невозмутимо шествующих прямо среди бирюзовых волн (точнее, шествовал только Лан Цяньцю- Се Лянь неторопливо парил в получжане над водой, ступая по тропинке из своих верных бабочек), божества, которые к тому времени уже отчаялись выплыть и сохранить при этом лицо, отчаянно замахали руками, привлекая к себе внимание. Князья демонов переглянулись. -Кто это?- спросил Цяньцю, щурясь на скачущих по палубе людей. -Слуги Повелителя вод. Ого, ещё и Фэн Синь своих людей прислал. -А что случилось? Алый демон поморщился. -Несколько чиновников со Средних небес прикопались к группе крестьян, которые собирали плавняк в реке, где им надо было обезвредить морё. Обнажили против них оружие, прогнали чуть ли не пинками. Нет, чтобы вежливо попросить... Жун-эр часто говорил, что, знай верующие, каковы их обожаемые божества на самом деле, они все стали бы атеистами. В этом я с ним согласен. Пойдём. -Не станешь их спасать? -Зачем? Сами выплывут. Если повезёт. Шевелись, иначе советник опять начнёт отчитывать нас за опоздание. Или в карты играть заставит. -Бррр! Да уж, пойдём. Советник Мэй Няньцин, Пурпур сердца лишённого удачи, а для алого, золотого и нефритового Бедствий просто дедушка Мэй, вероятно, скучая по прошлым славным дням, когда он был жив и работал наставником Се Ляня, очень любил всех поучать и воспитывать, что не мешало ему вздыхать, что он уже стар для этого дерьма, и рубиться в карты. Несмотря на своё прозвище, он мастерски мухлевал при игре, оставляя противников без денег и в крайне удурчённом состоянии. Когда он появлялся в Игорном доме, тот сразу резко закрывался на санитарный день. Пурпурный демон встретил их у небольшого прудика, в котором Ши Циньсюань разводил зеркальных карпов. -Явились, наконец.- недовольно проворчал он, строго глядя на запыхавшихся молодых людей сквозь небольшое пенсне, которое носил последнюю тысячу лет. Из-за своего места жительства (желая быть как можно дальше от опостылевшего за годы жизни "в миру" общества, он квартировал под Тунлу, выбираясь на белый свет только для того, чтобы навестить Се Ляня) и привычки экономить на свечах, он немного посадил себе зрение.- Вы что, пешком по воде шли? Дело срочное! Тихое "вообще-то, да", сказанное Лан Цяньцю, потонуло в многословных извинениях Се Ляня, которому хотелось как можно быстрее покончить с нудным разговором и вернуться обратно в Дом блаженств, а именно на колени к своему милому Сань Лану. Одноглазое божество мигом превращал сурового Собирателя сердец в хихикающую и смущающуюся тринадцатилетнюю девочку. "Вроде братья, но такие разные".- подумал золотой демон, входя вслед за остальными в гостиную, и сканируя пространство на предмет нахождения Ши Циньсюаня. Ци Жун тоже краснел и смущался, когда к нему проявляли внимание, но голову при этом не терял, и уж тем более не кокетничал и не хихикал. Се Лянь же, словно отрываясь за все годы воздержания, пустился во все тяжкие, наслаждаясь любовным интересом Хуа, и Лан Цяньцю не был уверен, что у них всё ограничивается одними поцелуями. Сам он с первого дня был очарован своим сокровищем, но предложить ему перевести их отношения в иную плоскость не осмеливался. А-Жун такой чувствительный и нервный, вдруг его отпугнёт такая торопливость? Ему и так с трудом удалось приручить своё маленькое божество. -А где Сяо Ши? -Не знаю.- Мэй Няньцин сердито передёрнул плечами.- Сказал, что придёт попозже. Сяньлэ, может, сыграем партейку, пока ждём? Се Лянь подавил страдальческий вздох, и уселся за низкий столик. Пока советник перетряхивал свой рукав-цянкунь, чтобы найти любимую колоду карт, он отчаянно моргал глазами, кивая в сторону дверей. Цяньцю молча кивнул, и поспешно ретировался. Он был не силён в намёках, но этот понял сразу: пока алое бедствие будет отвлекать своего наставника, чтобы оттянуть головомойку ("заставляете старого больного человека ждать! У меня тоже дел полно!"), золотому Бедствию предстояло как можно скорее отыскать хозяина дома. Проблема в том, что Нефритовый дворец большой, тут повсюду аура его владельца, и где его искать, Лан Цяньцю в душе не имел. Вот будь на месте Ши Циньсюаня Хэ Сюань, его бы даже искать не пришлось. Вечно голодный Повелитель вод обычно находился либо на кухне, либо в столовой, либо в любом другом месте, где стояла еда, а этого поди найди. Печально вздохнув, отчего на несколько ли вокруг погасли все светильники, подгоняемый возмущёнными криками дедушки Мэя, который моментально начал жаловаться, что дышать темно и воздуха не видно, он побрёл по коридорам, заглядывая во все комнаты, пока не наткнулся на маленькое полутёмное помещение с одним-единственным маленьким окошечком под самым потолком. У стены, на каменном постаменте, стояла погребальная урна, рядом с которой, прямо на полу, сидел пропавший князь демонов. Крик золота постучал по косяку, и вошёл. -Ши-сюн, все уже собрались.- негромко сказал он.- Ждём только тебя. -Да, да, сейчас.- голос Нефритового корабля, обычно нежный и звонкий, как ручей, был тихим и каким-то блёклым.- Сейчас, я иду. Лан Цяньцю пожал плечами, и уже хотел уйти, чтобы оставить младшее Бедствие наедине со своими мыслями, но Циньсюань его остановил. -Подожди... Лан-сюн, подойди, пожалуйста. Цяньцю подошёл. -Я...- Циньсюань сглотнул, и поднялся, отряхивая колени.- Пожалуйста, познакомься с моим братом. Золотой демон снова посмотрел на урну. Он знал, что старший брат Циньсюаня погиб при невыясненных обстоятельствах, и после этого Ши-младшему пришлось перенести все прелести нищенской жизни, включая болезни и смерть от чахотки. Понимая, что просьба требует от него каких-то действий, он сложил ладони в молитвенном жесте и неуклюже поклонился. -Брат... это мой друг, Лан Цяньцю.- обычно улыбчивая мордашка Сяо Ши была печальной, а на щеках блестели дорожки слёз.- Цяньцю, это мой брат, Ши Уду, бывший Повелитель вод. Цяньцю снова поклонился. Он ощущал себя довольно неловко. Что нужно делать в подобных случаях он не знал. Одновременно с этим, кусочки паззла, давно хранящиеся в его голове, наконец сложились воедино. Циньсюань был озабочен местью нынешнему Повелителю вод. Это было его посмертным желанием. Чем Хэ Сюань мог ему насолить, Цяньцю не представлял, хотя изредка задавался этим вопросом, но теперь всё стало более-менее ясно. Если он пришёл на место умершего Ши Уду, значит, он мог быть виновен в его смерти. Крик золота на своём опыте знал, как мало нужно новорождённому демону для того, чтобы зацепиться за те эмоции и чувства, которые одолевали его во время смерти. Сам он умудрился погрязнуть в ненависти ко всему живому, и потратил не одну сотню лет на то, чтобы привести сознание в порядок. И то, до сих пор иногда аукается. Легче стало только тогда, когда в его жизни появился А-Жун, его маленькое ершистое сокровище. -Ну, теперь пойдём.- нефритовый демон встряхнул кудрявой головой, и решительно потянул застывшего глиняным болванчиком сородича на выход.- А то Се Лянь сейчас все свои накопления проиграет. *** Не зная, куда себя девать, Ци Жун решил направиться в Призрачный город. Когда А-Цю уходил, его дворец почему-то сразу начинал казаться ему холодным и неуютным. В такие моменты юному божеству казалось, что он снова находится у себя, в Небесной столице. Пустые, богато обставленные комнаты с высокими потолками, длинные коридоры, в которых было слышно каждый шаг, служанки, бесшумными тенями скользящие среди золотых драпировок... И тишина. Унылая, страшная тишина. Ци Жун больше всего на свете ненавидел тишину. Да, она помогала сосредоточиться, но ощущение одиночества и страха, поселившееся в нём ещё с тех пор, как Се Лянь покинул его, вновь сбросив на младшего заботу о уже мёртвых родителях (что пришлось пережить Ци Жуну, пока он пытался организовать достойную усыпальницу для дяди и тёти, его, разумеется, не интересовало), не оставляло его даже сейчас, давило на голову, как ледяной обруч, холодными пальцами стискивая сердце. В Доме блаженств было не лучше. Когда он жил во дворце тётушки, над ним втихушку посмеивались за то, что не привыкший к роскоши маленький князь Сяоцзин часто выглядел довольно нелепо, и обвиняли его в дурновкусии, но, похоже, после смерти вкус испортился именно у Се Ляня. Это сочетание красного и золотого... Эх, да что там говорить, стоит просто взглянуть, как у него служанки одеваются. Разврат полнейший. Зато там было шумно. Брата он на месте не обнаружил. В его комнате сидел только Хуа Чэн, листавший какую-то книгу. Перебросившись с товарищем, который теперь буквально дневал и ночевал в резиденции Собирателя сердец в кровавом раю, с большой неохотой отвлекаясь на свои обязанности божества, парой общих фраз, и выяснив, что Се Лянь, вместе с Криком золота, отбыл на встречу с остальными двумя князьями демонов, бог литературы побрёл в гостиную. Там всегда были свежие фрукты, и он планировал сожрать их все, а потом зайти на кухню и чем-нибудь пообедать. В последнее время ему почему-то постоянно хотелось жрать. Его мирная трапеза была прервана Инь Юем- доверенным лицом Градоначальника, которого в городе знали под именем Посланника убывающей луны, заведующим всеми финансовыми делами и документооборотом Дома блаженств. Проще говоря- секретарём с дополнительными обязанностями. Се Лянь никогда не умел работать с бумагами. На Небесах эту роль исполнял Ци Жун, умудряясь справляться и с бюрократическими делами, и со своими молитвами, а когда царственный брат переродился и основал Призрачный город, взял к себе этого вечно усталого молодого человека. Впрочем, несмотря на загруженность, Инь Юй в любой момент мог получить отпуск, чтобы съездить куда-нибудь отдохнуть- благо, его Собиратель сердец ценил больше, чем кузена, и платил ему достойное жалованье. Демон пересёк гостиную, и вытащил одну из книг в книжном шкафу, за которым, как Ци Жун знал, открывался один из секретных проходов, ведущих в подземные катакомбы под дворцом, где располагались темницы для пленников, какие-то архивы, и самое ценное- городская казна. Жители Призрачного города без устали слагали байки о её размерах и ценности артефактов, хранящихся там, одна другой нелепее, и им никогда не надоедало. Ци Жун вежливо кашлянул. -Юй-сюн.- позвал он, вытирая испачканные в мандариновом соке руки платочком.- Здравствуй. Инь Юй вздрогнул и обернулся, спешно натягивая на лицо вежливую улыбку. -Ваше Высочество второй наследный принц?- он коротко поклонился, и поправил съехавшую набок маску, которую надевал, когда выходил на улицу.- Прошу простить этого недостойного. Я вас не заметил. -Ничего страшного.- бог литературы улыбнулся в ответ. Обижаться на Инь Юя было бессмысленно. Раньше он так же носился по коридорам Дворца литературы, полностью погружённый в свои мысли, и к вечеру не мог вспомнить и половины тех, кого встречал на своём пути.- Пожалуйста, скажи, ты не знаешь, когда вернётся Се Лянь? Я не могу до него достучаться. "Он может знать, когда вернётся А-Цю". -Градоначальник вместе с Криком золота отбыл в Нефритовые воды. Во дворце господина Ши плохая связь. Не волнуйтесь, он скоро вернётся. Теперь прошу меня простить. Мне нужно кое-что сделать. Ци Жун печально вздохнул. Фрукты, заботливо оставленные для него царственным братом, уже закончились, и ему страсть как не хотелось сидеть без дела. Он был не прочь немного поболтать с Инь Юем. Это намного интереснее, чем слушать излияния Сяо Хуа, которого ослепила любовь к одному Непревзойдённому князю демонов. Очевидно, на его физиономии отразилось такое явное разочарование, что помощнику Градоначальника стало его жаль. Ну и пусть. Жалость, так жалость, он давно привык к такому отношению. Лишь бы не сидеть и не скучать, размышляя о том, что сейчас делает А-Цю. Наверняка ведь что-то интересное! Жопа юного небожителя требовала немедленных приключений. А что может быть интереснее похода в катакомбы демонического города? Правильно, ничего. -Если хотите, можете составить мне компанию.- глядя, как зеленоглазый юноша ссутуливается, разочарованно надувая губы, Инь Юй позволил себе более искреннюю улыбку.- Только мне нужно будет кое-что вам передать. Идите за мной. Он отвёл Ци Жуна в оружейную. Пока небожитель с интересом разглядывал богатую коллекцию холодного оружия, и гадал, не тот ли это подарок, о котором говорил ему Хуа Чэн, демон подошёл к стене, на которой, отдельно от всех, висел тонкий одноручный меч, и, сняв его с подставки, вручил юноше. -Это Вудао Хуоен. Градоначальник распорядился отдать его вам, если вам... скажем так... захочется приключений в его отсутствие. Ци Жун не любил мечи. Вообще. В ту ночь, когда его несколько десятков раз проткнули мечом жаждущие получить исцеление от Поветрия ликов, наелся этого по самое горло, и с тех пор зарёкся брать в руки любое оружие, даже духовное. Максимум- понянчиться с Эмином, пока его хозяин находится на приватной аудиенции в личном кабинете Небесного Императора, куда вход с оружием был запрещён. Но, похоже, царственный брат знал его лучше, чем он думал. Он осторожно вытащил меч из ножен со вделанными в них пластинками зелёного янтаря и чеканкой в виде извивающегося дракона- символа принадлежности к императорскому роду. Удобная рукоять, хорошо ложащаяся в руку, лёгкий клинок из отливающей зеленью зачарованной стали, украшенной гравировкой в виде пляшущих языков пламени... Даже имя у него было говорящее. -"Танцующее пламя"... Красивый. А зачем он мне? -Там, куда мы пойдём, это необходимая мера.- Инь Юй в очередной раз поправил висящую на затылке маску, которая всё время съезжала к уху, и вышел из оружейной, кивком головы предлагая Ци Жуну следовать за собой.- Потом вы можете вернуть его обратно. Градоначальник предупреждал меня о том, что вы не любите холодное оружие. "Если бы ты пережил то, что пережил я, ты бы его тоже не любил". Они вернулись в гостиную, и нырнули в сырую полутьму тайного хода. -Не в обиду Его Высочеству, но Градоначальник отзывается о вас весьма... неоднозначно.- осторожно сказал Инь Юй, когда коридор, слабо освещаемый масляными светильниками, закончился, и началась зловещая подвальная тьма. Ци Жун обречённо вздохнул. -Да, да, знаю, "бесценное убожество". В этом весь Се Лянь. Он никогда не считал меня за человека. В тот день, когда он переродился, я был с ним рядом. Пытался спасти его от озверевшей толпы, которую привёл Безликий Бай, пообещавший им спасение от Поветрия ликов. Глупый кузен не бросил его в тот момент, когда его бросили все остальные... Слуги поставили свои хотелки выше долга, родители решили освободить своё дитятко от бремени ухода за стариками и повесились, дружно, в два лица, а я остался. Возможно, это немного вправило ему мозги. Инь Юй понимающе покивал головой, отчего его маска снова немного сползла на ухо. -А что ты хотел здесь сделать?- спросил Ци Жун. Просто так спросил, чтобы не молчать. -Я хочу найти один духовный артефакт. Божество парчовых одежд. Он был давно утерян, но недавно мне сообщили, что он находится здесь. Возможно, вы слышали о нём. Этой вещью торгуют во многих лавках в нашем городе, но она поддельная. Истинный артефакт находится в здешнем подземелье, и мне нужно как можно скорее его найти. Это... моё личное дело. Градоначальнику об этом знать не нужно. -Понятно. Что ж, пойдём разыщем этот... неповторимый оригинал. Они зажгли пламя-на-ладони и начали спускаться в подземелье. -Сразу хочу предупредить: здесь небезпасно.- строгим голосом предупредил небожителя Инь Юй.- Для охраны казны Градоначальник использует нефритовых драконов Нефритового корабля. Это их туннели. Мы можем нарушить их покой, так что ведите себя тихо. Ци Жун посмотрел на него с обидой. -Сука, ты дурак?- он поправил ножны, которые, с непривычки, сильно натирали бедро.- У меня же есть меч. -И что?- резонно возразил ему Инь Юй.- Вы даже пристегнули его неправильно. Чёрт, опять этот туман... Едва они спустились ниже фундамента, туннель заволокло влажным бирюзовым паром, пахнущим горькой солёной водой. -Я вообще не вижу, куда идти, можно этих курителей опиума выгнать из помещения?- возмутился юный бог литературы, наощупь вытаскивая меч. Теперь до него начало доходить, почему Инь Юй ему его дал. От тумана воздух сделался душным и влажным, и все чернила, которыми были написаны символы на его талисманах, наверняка поплыли. -Здесь неподалёку должна быть развилка, нам направо. -Как хоть оно выглядит?- спросил он, чтобы немного сменить тему разговора. -Изначально Божество парчовых одежд выглядело как плащ из белой ткани, пропитанный кровью. Хотя, ходят слухи, что оно может принимать любой вид, подстраиваясь под носителя. И только его создатель может видеть его таким, какое оно есть. -Как это? -Ну, по сути, это просто кусок ткани на завязочках, но если надеть его на себя, то он превращается в одежду, в зависимости от вашего... скажем так, мироощущения. Доспехов, или богатого платья. Что-то вроде. -Забавно. А в чём её проклятие? -Проклятие в том, что надевший проклятую парчу выполняет все приказы того, кто ему её дал. Помимо этого, она сама влияет на человека. Отравляет его разум, заставляя совершать ужасные вещи, и питается его кровью. -Нихуя себе, сказал я себе... -Осторожно! -АААА!!! Вот это яма... Если бы не Инь Юй, который совершенно неучтиво схватил его за косичку, Ци Жун бы свалился в глубокий туннель в полу, вырытый, по всей видимости, одним из нефритовых драконов. Он понятия не имел, как они выглядят, но глядя на дочерние ходы, которые они устроили для своего удобства, ему почему-то пришла в голову ассоциация с червями. Такими, длинными, огромными, кольчатыми и скользкими. Мерзость. На дне ямы клубился всё тот же солёный туман. -Слушай, Юй-сюн, а те подделки, которые продаются в Призрачном городе, такие же опасные?- спросил Ци Жун, вглядываясь в клубящуюся бездну.- Как-то плохо верится, что Се Лянь может допускать такое в своих владениях. -Всё верно.- Инь Юй присел на корточки рядом с ямой, и принялся водить перед собой зажжённым на ладони огоньком.- У нас её продают, но она совершенно безвредная. Просто маскировочные чары. Градоначальник не допускает распространения подпольных организаций. Все товары, продающиеся в Призрачном городе, абсолютно легальны и не несут серьёзного вреда. -О как. А если появится какой-нибудь шибко умный? -Ну...- заместитель Градоначальника флегматично пожал плечами.- Драконам тоже нужно что-то есть. Ци Жун присел рядом, и тоже подсветил. Очевидно, шум и тепло от огня привлекли одного из драконов, потому что туман вдруг облаком поднялся к потолку, а потом что-то загудело, и из ямы осторожно высунулась переливчатая бледно-зелёная усатая голова. Нефритовый дракон, которых в мире смертных уже несколько тысяч лет считали просто сказочными созданиями, с интересом посмотрел на незваных посетителей, втянул носом воздух, и, не найдя в запахе чужаков ничего опасного, с протяжным вздохом медленно скрылся обратно, унеся с собой весь туман, и едва не затянув следом слишком близко подсевшего к краю Инь Юя. Теперь Ци Жуну пришлось его ловить. -Н-н-не такие уж они и с-с-с-страшные, как я д-думал...- заикаясь пискнул бог литературы, оттаскивая демона подальше от опасной ямы.- Ой, а это что? Ладонь что-то кольнуло. Ци Жун немного пошарил пальцами по земле и нащупал что-то холодное и тонкое. Послав сгусток пламени парить в воздухе, он подобрал с пола кулон на цепочке. Одно из звеньев лопнуло, отчего украшение, судя по всему, и потерялось. -Это работа небесных ювелиров. Узнаю эту руку, Чжэнь Ву делал, пока не помер. Ртутью отравился. Нелепая смерть... О, тут что-то написано. Ичжэнь... Сюда свалился Ичжэнь. Юй-сюн, а чего ты так побледнел? -Не спрашивай.- Инь Юй и впрямь стал белым, как его маска.- Ещё что-то? -Нет... Они ещё немного посидели, а потом Инь Юй внезапно сказал: -Знаете, как появилась проклятая парча? Ци Жун помотал головой. -Когда-то давно в одном монастыре жили два ученика.- начал Инь Юй с таким печальным лицом, словно готовился к неминуемой смерти, а не историю рассказывал.- И один из них, который был младше, постоянно ввязывался в драки. Второй, видя, что к нему относятся несправедливо, и постоянно выводят его на конфликт, пожалел его, и защищал от нападок. Потом он вознёсся, и взял того ученика к себе, сделав его своим служащим. Позднее, тот ученик и сам вознёсся как божество, и они оба стали богами, делящими одну территорию и последователей. -А так разве можно? -Как видите. Слава младшего божества затмила славу старшего, и в итоге это привело к необратимым последствиям. Обоих богов низвергли и убили. Цзюнь У лично казнил обоих. -Вот, значит, как... Я слышал что-то подобное. Западные божества войны, безликий генерал Иньюй и драчливый генерал Циин. Некрасивая вышла история... И что с ними стало потом? Они переродились? Ты знаешь, где они теперь? -Всё верно. Они оба стали демонами. Одного из них ты видишь перед собой. Ци Жун поражённо уставился на демона. В том, что Небесный Император мог совершить подобную жуткую вещь, он не сомневался. Цзюнь У всегда казался ему странноватым, и каким-то двуличным. Но предположить, что Посланник убывающей луны Инь Юй, и бог войны Иньюй это один и тот же человек... Говорили, что раньше западные божества были дружны, но потом Иньюй сошёл с ума, и заставил своего друга отрубить себе все конечности, а потом отсёк ему голову, прежде чем его самого убили. В честность болтавших верилось плохо. Небесные чиновники, особенно старая гвардия, которых набирал лично Цзюнь У, при всей их безграничной власти и заслугах, не отличались ни состраданием, ни благородством, они ослеплены собственным божественным сиянием и развращены вседозволенностью. Он на своей шкуре знал, что этот обожествлённый сброд делает с теми, кто не вписывается в их лицемерную компашку. По сути, эти уроды ничем не отличаются от смертных чинуш, которым взятки и лень милее просьб, с которыми к ним обращаются. Инь Юй же был очень терпеливым, добрым и ответственным. Его легко могли затравить за "неподобающее" поведение, а потом обстряпать всё так, будто он сам виноват в случившемся. -То есть, получается, Божество парчовых одежд это Циин, ё-моё. И, получается...- он оглянулся на поникшего Инь Юя.- Да ну неее... -Я потерял самообладание.- глухо отозвался Инь Юй.- Он постоянно доводил меня. Постоянно ввязывался в драки. Был лучше меня, во всём, что бы я ни делал. Я терпел слишком долго, понимаешь?! -Понимаю. Я тоже был на твоём месте. Когда мы оба были небожителями, у Се Ляня был... довольно трудный характер. А я слишком любил его. Может, не будь я так к нему тогда привязан, тоже сделал бы что-нибудь подобное. И потом всё бессмертие винил себя в случившемся. Вставай, пойдём. Он подал демону руку, и повёл в один из проходов. -На Небесах вечно происходит какое-то дерьмо.- продолжил он, ведя Инь Юя за собой за руку, как маленького.- Чё ты думаешь, другие божества прям безгрешные, что ли? Да нихрена. Взять хотя бы бывших слуг моего брата, генералов Наньяна и Сюаньчжэня. Когда мы скрывались от юнаньцев где-то на отшибе столицы Сяньлэ, они бросили его в самый ответственный момент. Му Цин свалил под предлогом, чтобы помочь своей матери, а потом оказалось, что он снова вознёсся. Пришёл потом к нам с мешком риса, думая, что сможет этим вымолить себе прощение. Явился на священную гору, где мой брат пытался восстановить духовные силы, вместе с другими небесными ублюдками, и прогнал его оттуда. А Фэн Синь вообще в борделе гулял, бабу себе там нашёл. Почти все деньги, которые я зарабатывал, туда сливал. Вещи Се Ляня тырил и продавал, за тем же. И чё ты думаешь, им что-то было? Всё так же и сидят в своих дворцах, и всё так же от меня носы воротят, хотя я наследный принц, а они шавки подзаборные, которых Се Лянь из жалости подобрал и в люди вывел. Тебе просто не повезло. Ты хороший, а хорошие вечно огребают. По мере того, как он говорил, лицо Инь Юя разглаживалось. Он даже улыбнулся, и посмотрел на раскрасневшегося от неприятных воспоминаний юношу с благодарностью. -Спасибо за поддержку, Ваше Высочество. Это очень ценно для такого ничтожного демона, как я. Вскоре, они остановились у ещё одной развилки. -Сейчас направо. Слева тупик.- проинформировал его Инь Юй. -Я всё-таки пойду, проверю.- у Ци Жуна вдруг возникло ощущение, что в тупиковом туннеле можно будет что-то найти. Возможно, очень важное.- Постой пока тут. Никуда не уходи. Послав перед собой несколько сгустков пламени, он пошёл налево. Коридор быстро закончился, и он вошёл в круглое помещение. Эта комната ничем не отличалась от тех, которые встречались им ранее- просто полость в плотной земле- но было в ней что-то необычное. На полу лежала маленькая игрушка: потрёпанный временем плюшевый зайчик, сшитый из когда-то голубого бархата. -Опа. Зайчик.- Ци Жун наклонился, и поднял игрушку, отряхнув её от пыли. У зайчонка был кривой шов на животе, а один из глаз-пуговок болтался на ниточке. А потом он заметил, что в тёмном углу что-то шевелится. Поплотнее сдвинув начавшие дрожать коленки, юный бог литературы подслеповато сощурился. -Что это за хрень бегает... круги нарезает... Из темноты на него накинулось нечто, напоминающее кусок красного полотна. Вскрикнув, Ци Жун выхватил меч. -Ага, щас! Мне не страшно, у меня кролик. -Ци-сюн, держи руку прямее! Это меч, а не кисточка! Он неуклюже отбивается от бамбукового меча, с хохотом убегая от своего противника в другой конец полянки. Тот, возмущённо сопя, бежит следом за ним. -Аньлэ, догоняй! -Да чтоб тебя! Ты же божество! Продолжая смеяться, он делает мальчишке подножку, и они вместе падают в траву. -Ты же божество.- Аньлэ тяжело дышит, но вставать не торопится, наоборот, раскидывает руко-ноги на полполянки и подставлет лицо тёплому ветерку.- Вас там на этих ваших Небесах драться не учат? -Так я ж божество литературы.- он прикрывает глаза ладонью, заслоняясь от солнца.- Наше оружие- слова. Не всё решается грубой силой. -Но ты же должен уметь защитить себя.- единственный живой потомок королевского рода Сяньлэ приподнимается на локте, и одаривет его строгим взглядом.- Ци-сюн. Это не шутки. Я не всегда буду рядом, чтобы защитить тебя. Рано или поздно тебе придётся сделать это самому. Красная тряпка налетела на лезвие меча, задев его по лицу чем-то похожим на кисточку. Или завязку для плаща?.. Прошипев сквозь зубы невнятное ругательство, юноша крутанул меч в руке, отправив излишне агрессивный предмет одежды полетать куда-то в сторону. Встряхнувшись, тряпка снова ринулась к нему, но вдруг остановилась, и замерла в воздухе, трепыхая полами. Теперь, когда она наконец пребывала в покое, Ци Жун увидел, что это действительно когда-то белый плащ, бурый от засохшей крови, с двумя золотыми завязками с кисточками на концах. Ещё его не покидало ощущение, что плащ на него смотрит. Поддавшись внезапному порыву, он показал ему плюшевого зайчонка. Плащ дрогнул, и взвился в воздух, а потом улетел куда-то за его спину, задев небожителя потрёпанным подолом. -То есть, это просто защитный амулет...- глупым голосом прокомментировал Ци Жун, глядя на игрушку, будто впервые её увидел.- Всё, назад? Ой, он порвался... Видимо, от сырости и времени нитки, которыми был зашит живот игрушки, окончательно расползлись, и стало видно, что вместо хлопка зайчонок набит комочками бумаги. Движимый любопытством, бог литературы сел на пол, отложил меч, и, вытащив и расправив бумажные комочки, начал читать то, что было на них написано. -Ну нифига себе... Юй-лааан! Стой тут, иди сюда, я такое нашёл! Он побежал к развилке, у которой оставил Инь Юя. Он так торопился поделиться новостями, прочитанными в дневнике, который генерал Циин спрятал в свою любимую игрушку (теперь он окончательно убедился, что погибшее божество и есть проклятая парча, а заодно узнал истинную причину низвержения и смерти обоих западных богов войны), что не заметил, как неугомонный плащ настиг его, и вцепился в руку, держащую меч, прокусив кожу и начав с жадностью сосать кровь. Вопя, юноша добежал до маящегося в неизвестности демона, который, не зная, куда себя приткнуть, нарезал круги по коридору. -Короче, я прочитал этот дневник, это реально он!- выкрикнул он, отчаянно тряся рукой, в которую вцепилась проклятая парча.- Он напился крови здешних пленников, стал суперсильным и... и я не знаю, почему он меня жрёт, мы с ним друзья, как бы, мог бы и не есть! А, бля! Не зная, что ещё сделать, он схватил игрушечного зайчонка, и ткнул им во взбесившийся артефакт. -Буду защищаться самым ценным, что у тебя есть. Надо кролика? Забирай и уходи. Плащ дрогнул, и размотался. Пока небожитель, шипя от боли, спешно залечивал руку, в которой виднелось множество крохотных кровоточащих ранок, проделанных нитями, из которых была соткана ткань, Инь Юй вдруг воскликнул: -Ичжень! Если ты слышишь... вспомни меня, вспомни меня! Проклятая парча содрогнулась, и полетела к нему, обмотавшись вокруг головы демона. Сообразив, что свежей кровушки от этого создания не дождёшься, она возмущённо затрепетала, отлетев на несколько чжанов в сторону, и, кажется, сильно обиделась. -Ну да.- Ци Жун покачал головой.- Такое себе... Идея была полная ххх... ха-ха-ха, а ты думал, как в добрых сказках: ааа, это же тыыы бл..! А! Он едва успел уклониться- плащ, словно гигантский воздушный змей, спикировал прямо ему на голову. "Ну ладно, тогда по-плохому..." -Ваше Высочество! Оставьте его, бежим! Он всё такой же неуправляемый! Придётся всё-таки рассказать Се Ляню, одни мы с ним не справимся! Бог литературы потёр нос. -Я, конечно, могу просто убежать, НО... он меня съел.- с одной стороны ему очень хотелось свалить, но с другой, царственному брату вряд ли понравится, что под его дворцом летает неуправляемая кровавая тряпка, которая может принимать человеческий облик. Он сжал лезвие меча в ладони, и взмахнул рукой, взметнув в воздух россыпь кровавых капелек.- На, сука, попей ещё! Стань ещё более уродливым. Помнишь Инь Юя? А вы дружили! Никогда ему не нравился, кстати. Что?! Мы только начали! Атлична, бля! -Ваше Высочество, нам надо уходить, шум привлёк нефритовых драконов! -И что? -Им всё равно, что жрать!!! Юноша вспомнил усатую драконью морду и прищуренные лазурные глаза, глядящие на них, как на неразумных детей. В голове спешно созрел безумный, но вполне осуществимый план. -Хммм... тОчна, тОчна, тОчна... Ааа. Это интересно.- пробормотал он, задом отступая к Инь Юю, стараясь не выпускать из поля зрения Божество парчовых одежд.- Ага. Давай, друг. План у меня, конечно, тупорылый, но я надеюсь, что он прыгает хуже меня. Проклятая парча затрепетала, и рванула к ним. Заткнув меч за пояс, Ци Жун схватил Инь Юя за руку, и поволок его по коридору, к туннелю, из которого к ним вылез нефритовый дракон. -Юй-лан, прыгай! -Чего?! Они оттолкнулись от земли, и перемахнули через яму. Точнее, перемахнул только Ци Жун, а помощник Градоначальника взлетел следом, болтаясь в воздухе, как тряпичная кукла. -Даваааай! БАМС! Из клубящегося солёного тумана снова высунулась недовольная драконья морда. Божество и демон к этому времени уже сидели на противоположном краю ямы, а вот разозлённый артефакт не успел сманеврировать, и на полной скорости впечатался дракону прямо в нос. Во все стороны брызнули кровавые капли. Дракон гулко чихнул, и, проворчав что-то невнятное, но очень оскорбительное, снова спрятался, видимо, решил подождать, и не связываться с шумными чужаками. Вокруг медленно расползался туман. Осознав, что у них наконец получилось поймать вредную тряпку, Ци Жун торжествующе заржал. -Не допрыгнул? Пошёл на!..- он швырнул игрушечного зайчонка в распластавшееся на полу тело.- Долбитесь в сраку там со своим кроликом! Хе-хе-хе! Хе-хе! ОЙ!!! Его больно схватили за ухо. -Да что ж такое! Ни на минуту одного оставить нельзя! Жое! Поймать! Туман спешно рассеялся. Завопив от боли, юноша попытался вырваться, но безуспешно- хватка у царственного брата и при жизни была железная, а после смерти вырваться из его рук можно было только оставив ему на память оторванное ухо. -Ой-ёй-ёй-ёй-ёй-ёй-ёй! Больно!!! -Больно.- Се Лянь стоял над ним, тяжело дыша от быстрого бега, и увлечённо откручивал непоседливому младшему ухо.- А нечего лазить где попало! Что тебя сюда понесло? А это ещё кто? Пока Собиратель сердец занимался воспитанием кузена, который, по его мнению, несколько распоясался за то время, пока жил у Крика золота, и растерял остатки инстинкта самосохранения (и мозгов), Инь Юй бросился к лежащему на земле человеку. С трудом отбившись от рассерженного братца, Ци Жун поднял голову, и смотрел, как помощник Градоначальника поднимает и усаживает какого-то кудрявого мальчишку, не старше шестнадцати лет, одетого в доспехи работы Небесных мастеров и красный шёлковый плащ на завязочках. Мальчишка, руки и ноги которого были плотно стянуты Жое, прижимал к себе игрушечного зайчонка и выглядел совершенно дезориентированным. -Инь Юй.- Се Лянь потёр точку между бровей.- Я так понимаю, это твой пропавший шиди. Посланник убывающей луны уныло кивнул. -Ваше Высочество, я... -Что ж, я об этом догадывался. В таком случае, оставлю вас одних. Жун-эр, пойдём. Это не наше дело. Когда закончите, принесёшь мне Жое. -А ты,- он бросил суровый взгляд на растерянного мальчишку.- веди себя прилично. Моих сил хватит, чтобы рассеять твой прах даже на расстоянии, понял? Кудрявый мальчишка продолжал сидеть на полу, не делая никаких попыток вырваться, и смотрел на Инь Юя с огромной мольбой. -Шисюн... Ци Жуна передёрнуло. Он хорошо знал этот полный щенячей преданности взгляд. Когда-то давно он сам так смотрел на Се Ляня. Так сморят на тех, кого искренне любят, кого уважают, боготворят, на тех, кому готовы отдать жизнь по первому слову. Так... унизительно. -Ты- Цюань Ичжэнь, драчливый бог?- спросил он. Мальчишка кивнул. -Шисюн, почему ты всё время от меня убегаешь?- в его глазах заблестели слёзы.- Я не обижаюсь на тебя, пожалуйста, поговори со мной! Бог литературы моргнул. Перед глазами сама собой всплыла картина из прошлого- он, вцепившийся в рукав ханьфу Се Ляня, с мольбой смотрит на него, а тот вымученно улыбается, пытаясь незаметно вырвать свою одежду из цепких детских пальцев. "Царственный братец, ты обещал, что поиграешь со мной! Пожалуйста!.." "Ци Жун, я всё помню, но сейчас я очень занят. Пойди, поиграй пока сам, обещаю, когда я закончу, то обязательно уделю тебе время". Время шло. Часы складывались в дни. Дни складывались в недели, недели в месяцы, месяцы в года, а Се Лянь так и не выполнил ни одно из своих обещаний. И сейчас он наблюдал похожую картину. -Инь Юй! Демон вздрогнул, и дико уставился на него. Вместе с ним на крик обернулся и Цюань Ичжэнь. -Ваше Высочество?.. Что с вами? Вы плачете? -Открой рот, и поговори со своим шиди!- Ци Жун спешно вытер увлажнившиеся глаза.- Прям сейчас! Дай ему возможность высказаться, и сам в себе ничего не держи, понял?! Не будь, как я! Се Лянь мягко взял его за плечи. -Жун-эр, пойдём.- юноша почувствовал, что его ласково чмокают в макушку.- Что было, то было. Надеюсь, теперь им хватит ума услышать друг друга. Ну же, идём, Цяньцю уже места себе не находит. Подталкиваемый ладонью царственного брата, Ци Жун послушно поплёлся наверх, и долго оглядывался на сидящих рядом демонов, пока их силуэты не скрылись за поворотом.