Roses in the snow

      — Теперь у нас есть враги и здесь, мистер Блейк, — голос Эдриана звучит где-то далеко, и Элисон слышит его, словно через толщу воды. — Их главарь хочет видеть вас лично, но…       Девушка облизывает пересохшие губы и открывает глаза, которые тут же жжёт от боли. Она поворачивает голову и видит перед собой женщину лет сорока пяти в белом халате. Всё расплывчато и рябит. Элисон хмурится и пытается проглотить слюну, чтобы смочить пересохшее горло. Она уверена, что находится в больнице, пока зрение окончательно не приходит в норму. Теперь она видит уже знакомую комнату: она на огромной постели, камера в углу… Из её вены торчит система для вливания капельницы, а рядом стоит и сам штатив для капельницы. Девушка смотрит на раствор, а затем перехватывает взгляд женщины в халате.       — Очнулась, — констатирует та, надевая на себя очки и громко кричит, повернувшись к двери. — Она очнулась!       Теперь Элисон понимает, что голос Эдриана, который она слышала, раздавался за стеной.       — Постойте, — голос девушки хрипит, когда она распахивает глаза шире. — Меня… Меня похитили. Пожалуйста, обратитесь в полицию, я…       — Ничем не могу помочь, — перебивает её медик строгим голосом и выпрямляет спину, когда в комнату входит Мэттью. — Мистер Блейк, полагаю, я справилась с поставленной задачей?       Элисон ощущает пристальный взгляд парня на себе и хмурится, снова поворачиваясь к женщине.       — У вас нет сердца, — говорит она сердито. — На этом месте могла оказаться ваша дочь!       — Она не помогает тебе именно потому, что боится, что на твоём месте окажется её дочь, — беспечно произносит Блейк, скрещивая руки на груди и переводя взгляд на медика. — Заканчивай с капельницей, и можешь быть свободна.       — Хорошо, мистер Блейк, — кивает женщина, кидая быстрый взгляд на Элисон. Впрочем, в этом взгляде нет даже намёка на жалость.       Девушке хочется выть от безысходности и несправедливости. В этом мире можно купить абсолютно всё — даже молчание и бездействие. И это безумно злит. Элисон даже не хочет думать, сколько денег отстегнул этот зазнавшийся богач, чтобы привести медика к похищенной девушке. Или же не отстёгивал, а просто угрожал ей? Безумие… Она фыркает вслух и отворачивается, даже не смотря вслед уходящему парню.       — Что со мной было? — спрашивает Элисон, всё же нарушая тишину.       — Тебя накачали наркотиками, — спокойно поясняет медик. — Других повреждений нет. Полагаю, тебе повезло.       — Повезло? — хмыкает Уотсон, прищуриваясь.       — Я не первый день работаю с подобными… людьми, — она откашливается и продолжает. — Обычно если девчонку накачивают наркотиками, то очень жестоко насилуют, оставляя тяжёлые вагинальные и анальные повреждения.       Элисон с ужасом распахивает глаза, смотря на женщину.       — Если вы не первый день работаете с ублюдками, которые похищают ни в чём невиновных девушек, то должны знать, как мне отсюда выбраться, — тихо произносит девушка.       — Я уже сказала, что не смогу тебе помочь, — громко восклицает медик, а затем наклоняется, чтобы вытащить иглу из вены. — К каждому есть индивидуальный подход.       Она говорит тихо, и Элисон едва разбирает её слова, буквально читая их по губам.       — Найди подход к нему, — так же тихо произносит она, заклеивая её вену пластырем, и добавляет уже громче. — Сегодня ты можешь чувствовать слабость, но, думаю, к завтрашнему дню всё пройдёт.       Медик уходит, оставляя Элисон одну в комнате. Она размышляет над её словами. «Найди подход к нему». Как, чёрт возьми? Она не представляла, как это сделать, потому что Блейк был достаточно непредсказуемым человеком с тяжёлым характером. Никто не мог знать, как он поступит в той или иной ситуации. Эта непредсказуемость сбивала с толку.       Элисон терзает себя мыслями до изнеможения, пока вовсе не проваливается в сон, посчитав совет медика бесполезным. Когда она снова просыпается, то поднимается с постели и решает принять душ. Состояние у неё довольно разбитое. Чувствует себя так, словно выпила вчера по меньшей мере две бутылки шампанского. Она останавливается у зеркала в ванной, оглядывая на себе пижаму. Даже не хочет думать, кто и при каких обстоятельствах раздевал её… Стягивает пижаму и шагает к душевой кабине, игнорируя отсутствие двери в ванной. Ей уже плевать.       Она включает воду, делая её чуть похолоднее и прикрывает глаза, позволяя каплям ударяться о своё лицо. Она снова погружается в раздумья относительно своего похитителя. Мэттью Блейк. Кто он? Наглый, самоуверенный молодой мужчина. Сколько ему лет? Элисон напрягает извилины, пытаясь вспомнить дату его рождения. Его паспорт был у неё в руках тогда, в банке. Девушка почти шипит от злости. Она не помнит дату, но помнит, что ему, кажется, не больше 25 лет или около того.       Все его знают, как владельца ночных клубов, но это лишь прикрытие. На деле он хладнокровный и жестокий убийца. Довольно уважаемый, имеет в своём подчинении людей, которые верны ему как собаки. Каким-то образом её отчим оказался его родным отцом. Элисон отбрасывает в сторону мысли о Спарксе, не собираясь снова гадать — мог ли он действительно убить мать Мэттью. Убить мать своего сына…       Элисон наносит на тело гель для душа, снова возвращаясь к анализу Блейка. Он не любит отказы. Не любит, когда она заваливает его вопросами. Не любит непослушания. Он выглядит, как человек, которого легко вывести из себя, но при этом она не смогла вывести его, когда залепила ему пощечину. Он довольно сдержан с ней… Или в целом, с девушками? Элисон снова вспоминает, как он был зол, когда она дотронулась до него. Она снова возвращается к мыслям о том, что за этим стоит какая-то неприятная история, о которой она никогда не узнает. Вряд ли он захочет об этом говорить.       В голове проскакивает мысль о том, что ей нужно будет снова попробовать прикоснуться к нему. А нужно ли это? Следом проскакивает ещё более безумная мысль, которая заставляет её вздрогнуть от страха. Она может попытаться соблазнить его. Возможно, тогда он потеряет бдительность… Дыхание сбивается, и она выключает воду, позволяя ей быстро скатываться по своему обнажённому телу. Она не сможет. Даже мысль об этом вселяет в неё ужас. Впрочем, ради свободы, стоит рискнуть. Но как? Элисон обматывает полотенце вокруг голого тела и выходит из душевой кабинки, останавливаясь возле запотевшего зеркала. Вытирает его ладошкой и смотрит на себя, пристально оглядывая.       Блейк не заинтересован в ней, как в женщине — это очевидно. Однако один случай не давал её покоя. Тогда в подвале, когда он попросил поцеловать его… Элисон вспыхивает — она всё ещё помнит вкус его губ, смешавшийся с алкоголем и сигаретами. А ещё вкус его крови… Он был пьян тогда. Возможно, когда он пьян — он теряет контроль и его проще соблазнить. Она не была уверена наверняка, был ли он возбуждён, когда целовал её. В тот момент она была слишком шокирована, чтобы проверять это.       Девушка выходит из ванной и вздрагивает, замечая Блейка, который стоит посреди комнаты, не сводя с неё своего пристального взгляда. Он быстро обводит взглядом её голые плечи и ноги, а она вдруг вспоминает, что на ней нет ничего кроме полотенца и тут же хватается пальцами за него, чтобы в случае чего удержать.       — Всего лишь хотел убедиться, что ты не свалилась в обморок, — поясняет парень, отвечая на вопрос, который она не успевает задать.       Он разворачивается и собирается уйти, но Элисон прочищает горло, судорожно пытаясь придумать хоть какой-то предлог, чтобы он остался. Ей нужно продолжать изучать его поведение и его характер.       — Когда у тебя день рождения? — спрашивает она первое, что приходит в голову.       Прикусывает язык, понимая, что это совершенно не то. Просто она была слишком озадачена его возрастом несколько минут назад. Отчаянно пыталась вспомнить дату рождения.       — Зачем тебе это? — он оборачивается, смотря на неё с недоумением на лице.       — Просто так, — отвечает Элисон, крепче сжимая полотенце в своих пальцах.       Мэттью хмурится и разворачивается, снова направляясь к двери, явно не собираясь отвечать на её вопрос.       — Что сложного просто сказать дату своего рождения? — вспыхивает она, цепляясь взглядом за его широкую спину. — Тем более, что ты всё равно планируешь убить меня.       Он снова останавливается. Неспешно оборачивается к ней, прищуриваясь.       — И что же, предлагаешь раскрыть тебе все свои секреты и грязные тайны, раз ты одной ногой в могиле? — хмыкает он довольно грубо.       По коже Элисон ползёт холодок от его слов. Она никогда не сможет привыкнуть к тому, что она действительно уже покойник. И то, что она до сих пор жива только потому, что он так решил. Её жизнь полностью в руках этого парня.       — Я не прошу раскрыть все тайны, — вздыхает девушка. — Просто хочу знать дату твоего рождения.       — 25 июля, — отвечает он нехотя.       — Тебе исполнится двадцать пять? — спрашивает Элисон, впиваясь взглядом в его недовольное лицо.       Он равнодушно кивает, снова направляясь к двери. Но в этот раз она уже не останавливает его, позволяя ему уйти. Когда дверь закрывается с другой стороны, она направляется к шкафу и натягивает на себя бельё и одежду. Ей вдруг становится интересно, а какое сегодня число? Она совсем потерялась в числах и датах. Вероятно, уже наступил июнь...       Теперь она знает его возраст и его знак зодиака. Что с этого? Элисон фыркает, удивляясь собственной глупости. Она не верит во все эти гороскопы, но отчего-то отчаянно пытается вспомнить, какие черты присущи Львам…       Следующие недели пролетают для Элисон слишком быстро, поскольку она слишком увлекается изучением своего похитителя. Следует советам медика, пытается найти индивидуальный подход, но каждый раз натыкается на непробиваемую стену, которую, кажется, невозможно разрушить. Но иногда он всё же отвечает на её вопросы без лишних препираний, а она мысленно делает пометки в своём блокноте под названием «Блейк». Сопоставляет факты, пытается делать выводы, но легче от этого не становится. Она всё ещё не знает, как ей подобраться к нему ещё ближе.       Пару раз в неделю он позволяет ей выйти на улицу, прогуляться на свежем воздухе и насладиться тёплыми лучами солнца. Вскоре она узнает, что уже конец июня. С ужасом понимает, что она здесь уже почти два месяца. Это шокирует её ещё больше. Она отбрасывает мысли в голове о том, что он слишком затягивает с ней.       Перед очередной прогулкой на улице она проходит по гостиной и вздрагивает, когда слышит чей-то крик, который доносится из подвала. Кожа покрывается холодом, и она оборачивается к Блейку, что идёт позади.       — Кто там? — спрашивает она с волнением.       — Выходи, — игнорирует её вопрос, указывая на входную дверь. — Я тебя выпускаю не для того, чтобы болтать и отвечать на твои вопросы.       Элисон поджимает губы и распахивает глаза шире, когда слышит очередной истошный крик. Практически выбегает из дома, чтобы не слышать этого. Выходит на улицу и открывает рот, чтобы сделать жадный глоток воздуха. На улице, несмотря на вечер, жарко, и она проводит рукой по лбу, пытаясь не думать о том, что происходит в подвале. В месте, где она и сама сидела, пока он любезно не предложил ей переехать в комнату, оборудованную камерой.       Блейк выходит следом за ней и идёт прямиком к столу, где уже собрались его помощники-охранники. За ней уже нет такого пристального наблюдения, как раньше. Она может гулять по территории дома одна. Мэттью такой спокойный только лишь потому, что знает, что ей отсюда не сбежать. Он падает на стул и кивает Майку, который раздаёт карты. Эдриан наливает ему виски, а он снова цепляется взглядом за фигуру девушки, которая идёт по газону. Рядом с ней, виляя хвостом, бежит Бадди, который тоже был выпущен на прогулку.       — Как долго мы будем возиться с ней, мистер Блейк? — решается спросить Майк, словив злобный взгляд Мэттью.       — Тебя что-то не устраивает? — рявкает Мэттью, беря в руки карты. — Я плачу тебе бабки за то, что ты играешь в карты и глотаешь элитное пойло по вечерам, прохлаждаясь на свежем воздухе.       Майк тупит взгляд, остальные следуют его примеру, не решаясь посмотреть в лицо Блейка.       — Если кого-то что-то не устраивает, могу организовать экскурсию в подвал, — говорит парень, снова кидая взгляд на Элисон, которая уже ушла достаточно далеко.       Сейчас там сидит уже другой парень, который хотел перейти на сторону Спаркса и заодно доложить ему всё, что он знает о местонахождении его дочери. Первого Мэт убил слишком быстро, предварительно отрезав ему язык. А с этим решил повременить.       — Главарь ублюдков успокоился? — обращается он к Эдриану. — Или продолжает искать меня?       — Ищет, мистер Блейк, — кивает Вуд. — Настроен решительно, но не агрессивно.       — Не агрессивно? — усмехается Мэттью. — Я убил его людей. Вряд ли он ищет меня для того, чтобы мило побеседовать.       — Если он нагрянет сюда…       — Да, — перебивает его Блейк. — Мой план провалится. У нас два варианта. Или завалить этого ублюдка или валить отсюда в безопасное место.       Эдриан кивает, переглядываясь с Мэттью. Они оба думают об одном и том же месте. Плюс был в том, что там была охрана, и туда не надо было бы тащить своих людей. Минус в том, что он не хотел бы бежать, как трусливая крыса. Он бы и не бежал, если бы не девчонка. Он не хотел бы, чтобы она умерла от рук какого-то заносчивого мужика или получила возможность сбежать в случае нападения. Его взгляд снова цепляется за Элисон, которая снова появляется в поле его зрения.       — Второй вариант мне нравится меньше, но он безопаснее, — говорит Мэттью. — Тогда нужно ускорить процесс, Вуд. Нам нужно сделать то, о чём мы договаривались, уже на этой неделе.       Помощник кивает, а остальные лишь переглядываются, не понимая о каком «процессе» идёт речь. Об этом знает только он и Эдриан. Скоро ещё узнает и Элисон. Точнее, он планирует просто поставить её перед фактом за несколько часов до этого события. Девушка останавливается недалеко от них, успевая услышать лишь обрывки последней фразы. Она смотрит на Мэттью, скользя взглядом по его шее и открытым ключицам, а он хмурится, кивая головой на пустующее кресло рядом с собой. Она послушно выполняет его немое требование — делает несколько шагов и садится в плетеное кресло.       — Сыграешь? — спрашивает Мэт, беря в руки бокал с виски.       Элисон поворачивает к нему голову и коротко кивает, не в силах отказать. В голове всплывает главная из его характеристик «Не любит отказы». Девушка берёт в руки карты и включается в игру, стараясь не смотреть в сторону Блейка. Она отчётливо ощущает запах его парфюма при каждом дуновении ветра. Её взгляд снова цепляется за его открытую шею, и она щурится, когда видит крупный шрам чуть ниже его ключицы.       — Не отвлекайся, — его голос вынуждает её поднять глаза к его лицу, а затем и вовсе отвернуться. Снова шрам…       Она украдкой смотрит на его руку, разглядывая уже знакомый шрам на тыльной стороне ладони.       — Откуда у тебя шрамы? — спрашивает она, не успевая остановить себя. Глупо было делать это, особенно в присутствии его охраны.       Эдриан поднимает голову первым и его брови ползут вверх, когда он смотрит на Элисон. Смотрит так, словно, у неё между глаз горит точка от лазерного прицела. И ей вот-вот вынесут мозги одним выстрелом. Мэттью молчит, за столом становится невероятно тихо. Ей кажется, что даже природа вмиг замолкает. Его взгляд прожигает в ней дыру, когда он, наконец, нарушает тишину.       — А ты как думаешь? — вопросом на вопрос.       Элисон пожимает плечами, облизывая внезапно пересохшие губы. Ей становится вдруг страшно.       — Думаю, это какая-то неприятная история, — всё же отвечает охрипшим голосом, крепче сжимая карты в своих руках.       — Прекращай задавать такие вопросы, — его голос понижается до опасного шёпота. — Ответы на них могут тебе не понравиться.       Девушка поджимает губы, успевая заметить, как охрана опускает глаза, избегая взгляда Блейка. Теперь ей хочется узнать правду ещё больше. Она вылетает из игры и скидывает карты чуть дрожащими руками. За окончанием игры она наблюдает молча, изредка кидая быстрые взгляды на Мэттью и успевая заметить, как он поправляет свою рубашку. Тот жуткий шрам теперь был скрыт от её глаз.       Элисон видит, как он опустошает виски и понимает — сейчас её шанс попробовать соблазнить его. В горле тут же першит, и она кидает взволнованный взгляд на его охрану. При них нельзя. Словно сами небеса слышат её, и после игры все мужчины поднимаются и уходят обратно в дом, благодаря Блейка за игру. Эдриан тоже поднимается и выходит из стола, но в дом не заходит, оставаясь возле входной двери.       Элисон облизывает губы и вытирает внезапно вспотевшие ладони. Она должна попытаться. В голове так громко гудят мысли и сомнения, что ей и самой хочется выпить виски, чтобы хоть немного снять напряжение. Дрожащей рукой девушка касается своей футболки, пытаясь сделать вырез более глубоким. Хотя куда там… Этого было недостаточно. Она цепляется руками за плетёный стул и смотрит на парня, жалея, что не вышла на улицу без бюстгальтера. От собственных мыслей хочется провалиться сквозь землю...       Блейк поворачивается к ней, перехватывая её взгляд. Она хочет отвернуться, но собирает всю свою смелость, продолжая смотреть. Он делает глоток виски и облизывает губы, не разрывая зрительного контакта. Ей становится жарко, когда она видит, как его взгляд скользит к её шее и ключицам. Хочется верить, что он попадает на крючок, но она не хочет разочаровываться раньше времени. Облизывает губы, всё так же смотря на него и впивается ногтями в плетёным стул сильнее, испытывая смущение. Пытается взять себя в руки. Внушить себе, что нет ничего невозможного.       «Найди подход к нему».       Голос медсестры снова звучит в голове, и она поднимается с места. Сердце грохочет где-то в висках, когда она останавливается прямо позади него. Не успевает даже обдумать прежде, чем сделать. Кладёт дрожащие руки на его плечи. Он вздрагивает и уже хочет вскочить с места, но она сильнее давит на напряжённые плечи, испытывая весь спектр ужаса.       — Расслабься, — говорит она то ли себе, то ли ему.       — Что ты, блять, делаешь? — рычит он и ведёт плечами в попытке скинуть её руки, которые начинают массировать кожу.       — Массаж, — выдыхает Элисон, пытаясь совладать с собственным страхом.       Она готова сбежать прямо сейчас и бросить эту затею, но отступать поздно. Он напряжён так сильно, что она чувствует твёрдость каждой его мышцы. Но это длится недолго. Он всё же вскакивает с места, и она отшатывается от него, широко распахнув глаза. В его собственных плещется темнота и опасность. Она с сожалением понимает, что момент упущен. Он разозлён, и вряд ли ей удастся это исправить.       — Что я тебе говорил о прикосновениях? — он шипит, надвигаясь на неё, как буря. Она стоит на месте и вскидывает подбородок вверх, не показывая свой страх перед ним.       — Почему они тебя пугают? — спрашивает она не менее раздражённым голосом.       — Пугают? — усмехается парень. — Они не пугают меня. Они мне противны. Не смей больше прикасаться ко мне, ты поняла?       Элисон щурится, пытаясь уловить ложь. Как они могут быть противны? «Очень просто, дура», — отвечает внутренний голос. «Ты просто противна ему», — продолжает усмехаться над собой.       Девушка отказывается верить в это. Она не считает себя какой-то особенной… Но она всегда притягивает множество мужских взглядов. Только не его… Он скорее смотрит на неё равнодушно. Пока она размышляет, он уже тянет её за локоть прямиком к дому. Её охватывает ярость. Какого чёрта он так поступает? Потом она снова ругает себя, осознавая, что сама ведёт себя, как дура, когда лезет на рожон. Играет с огнём. Испытывает терпение своего похитителя…       Блейк тащит её наверх, сильно сжимая локоть, и она едва поспевает за ним, всё ещё слыша у себя в голове его голос: «Они мне противны». Он запихивает её в спальню и хочет закрыть дверь, но она вовремя подрывается и проскальзывает в его комнату. Мэттью смотрит на неё, и злость в его глазах разгорается ещё сильнее.       — Противны? — спрашивает она, чтобы ещё раз услышать это от него.       — Да, — отвечает он, смотря прямо в её лицо.       Элисон качает головой, отказываясь верить в это. А затем шагает к нему, приподнимается на носочках и впивается в его губы с поцелуем. Первые пару секунд Блейк не двигается, но затем обхватывает её за плечи, отодвигая от себя.       — Что ты творишь, Уотсон? — спрашивает он тихим голосом. Она улавливает не злость… Настоящую бурю из гнева.       — Поцелуй меня, — просит она, ощущая беспомощность.       Она не может этого сделать сама — он снова оттолкнёт. Остаётся только требовать. Но вместо требования получается мольба, и это заставляет её смутиться.       — Ты на солнце перегрелась? — усмехается парень, продолжая держать её за плечи так, словно, она может накинуться на него снова.       — Поцелуй меня, — снова просит девушка.       Он смотрит на неё, с подозрением оглядывает лицо и кидает быстрый взгляд на её губы, которые были приоткрыты в ожидании. С губ срывались тяжёлые выдохи. Она взволнована и смущена. Всё выходит из-под контроля…       — Ты смеешь указывать мне? — он снова тянет усмешку. — В своём-то положении…       — Тогда позволь мне поцеловать тебя, — говорит Элисон, ощущая, как хватка его рук чуть ослабевает на плечах.       Она понимает, что это её момент. Шанс сделать это. Снова приближается, встаёт на носочки и цепляется за его губы, улавливая его короткий вздох. Противоречивый и упрямый. Он не отвечает на поцелуй — просто позволяет ей целовать его сомкнутые губы. Она волнуется ещё сильнее, одёргивает себя, когда руки хотят потянуться к его плечам. Без возможности прикоснуться ей тяжело. Остаётся только надеется, что она не утратила свои навыки в поцелуе.       Внезапно появившаяся уверенность придаёт сил, и она начинает целовать его настойчивее. Медленно проводит языком по его нижней губе, ощущая, каким тяжелым становится его дыхание. Он сдаётся и приоткрывает губы, позволяя ей проникнуть языком в рот. Чувство триумфа охватывает её, и она смелее поддаётся вперёд, углубляя поцелуй.       С его губ снова срывается вздох, и он обхватывает её плечи, начиная отвечать на поцелуй. Охотно терзает её губы, переплетает свой язык с её. Она пытается контролировать себя, чтобы не сделать шаг ни в ту сторону и случайно не коснуться его. Чтобы снова всё не испортить. Ей нужно довести дело до конца…       Девушка стонет ему в губы и краснеет, радуясь, что её глаза плотно закрыты. Она не хочет видеть его взгляд сейчас. Его руки скользят ниже и обхватывают её талию, прижимая к себе ещё ближе. Он охотно отвечает на поцелуй, уже не собираясь отрываться. Элисон осторожно прижимается к нему, чтобы убедиться… Она резко распахивает глаза, когда чувствует выпуклость, что упирается ей прямо в живот. Он возбуждён… Она пытается убедить себя успокоиться и снова закрывает глаза.       — Прикоснись ко мне, — просит девушка, стараясь звучать соблазнительно. — Прошу…       — Чего ты хочешь, Уотсон? — он разрывает поцелуй, оставаясь в нескольких миллиметрах от её губ. Его руки по-прежнему держат её талию. — Ты хочешь, чтобы я трахнул тебя?       Элисон ощущает, как её щёки покрываются румянцем. Нет. Она не хочет этого. Какая же глупая затея…       — Ты тоскуешь по члену своего парня, — продолжает Блейк, а она краснеет ещё сильнее. — Но я не смогу тебе помочь. Справишься руками или позвать кого-то из охраны?       — Не надо! — тут же качает головой Элисон, чувствуя, как ускользает момент. Ей следовало молчать, тогда, возможно, что-то бы получилось… — Почему ты не можешь сам…?       — Потому что я не хочу трахать тебя, Уотсон, — фыркает он, убирая руки с её талии. — Ты всё ещё в плену, если не забыла. Кажется, ты слишком хорошо живёшь, раз просишь меня о таком. Или у тебя совсем крыша едет?       — Н-нет, — отзывается девушка. — Я просто… Не знаю. Извини.       Она бормочет невнятные извинения и отстраняется от него, касаясь ладонью своих раскрасневшихся губ. Убегает в свою комнату и сама захлопывает дверь, прислоняясь к ней спиной. Сердце бешено стучит в груди, пока она медленно приходит в себя. Запоздало вспоминает о камере, но ей плевать, она и так облажалась… Но зато теперь она знает, что Блейк не хочет спать с ней. Ему действительно противно или принципы не позволяют спать без любви? Элисон хмыкает, удивляясь этим глупым предположениям. Сползает на пол и обнимает свои колени, пытаясь придумать план «Б».

***

      До конца недели Элисон не видит Мэттью. Он словно специально избегает её, и она даже в какой-то степени рада этому. У неё есть время подумать обо всём ещё раз, трезво оценить все свои действия и выявить ошибки. В субботу утром она просыпается раньше обычного и направляется в душ, кидая взгляд на камеру. Прохладная вода помогает рассеять дремоту и приводит в чувства. Укутавшись в полотенце, она возвращается в комнату и замирает на месте, когда видит стоявшего у окна Блейка. На нём белая рубашка и брюки. Выглядит как всегда безупречно, а по его хмурому взгляду она понимает, что он здесь неспроста.       — Будь готова, — говорит он, кидая взгляд на её кровать. Элисон прослеживает за его взглядом и видит платье в чехле. Белое платье. На полу лежат белые туфли на каблуках. — Через час зайду.       — Что? — хмурится девушка. — Мы опять куда-то поедем?       — Нет, — отвечает парень и разворачивается.       На его лице спокойствие граничит с равнодушием, но она успевает заметить промелькнувшую эмоцию, которую не может расшифровать. Волнение? Вряд ли. Скорее озадаченность.       — Ехать никуда не нужно, — продолжает, кидая взгляд на её голые плечи. Элисон всё ещё ничего не понимает, но она и не ждёт, что он начнёт объяснять. — Ты оденешься и накрасишься. Через час я зайду за тобой. Поторопись.       Она хочет спросить, что происходит, но не успевает, потому что он уже уходит из комнаты, оставляя её наедине с недоумением и множеством вопросов.       Элисон потуже затягивает полотенце на своём обнажённом теле и подходит ближе к чехлу с платьем. Расстёгивает молнию и открывает рот от удивления, когда видит простое лёгкое платье в пол с прозрачными свободными рукавами. Ей нужны ответы на вопросы, но она понимает, что он не ответит. Он чётко дал понять, что ей нужно делать.       Элисон окутывает волнение. Она наносит лёгкий макияж, собирает передние пряди своих кудрявых волос и берёт платье, скрываясь в ванной, чтобы надеть его. Платье сидит как влитое, словно на неё сшили. Девушка смотрит на себя в зеркало, ощущая, как воздух ласкает оголённую спину. Такое платье не предполагает бюстгальтера, и она чувствует себя не комфортно, ощущая, как соски вмиг твердеют. Благо на груди ткань плотная, и ничего не видно.       Девушка возвращается в комнату и надевает каблуки, ощущая себя невероятно глупо в этом одеянии. Она выглядит как… Дверь распахивается, и Элисон вздрагивает, машинально отшатываясь назад. Блейк теперь не просто в рубашке, а в костюме и даже в галстуке. По коже девушки ползёт холод, и она ёжится, ощущая неладное.       — К чему этот маскарад? — спрашивает она с волнением в голосе.       — Ты же любишь своего пса, Уотсон? — отвечает он вопросом и шагает дальше, попутно осматривая её.       Девушка сглатывает от волнения, которое теперь накрывает её с головой. Это не к добру. Пока она отчаянно пытается разгадать, что он задумал, парень уже останавливается позади неё. Она чувствует его дыхание, которое колышет её волосы на затылке, и нервно вздрагивает, ощущая, как он костяшками пальцев скользит по её голой спине. По коже ползут мурашки, и она выдыхает, возвращаясь к вопросу о собаке.       — Да, — отвечает, облизывая пересохшие губы.       — Значит, не хочешь, чтобы он получил пулю в лоб? — продолжает Мэттью, вызывая у девушки страх.       Она качает головой и прикусывает язык, начиная дрожать. В комнате будто сразу становится холоднее градусов на десять.       — В таком случае будь послушной девочкой, — негромко произносит парень. — Не болтай и ничего не спрашивай. На все вопросы отвечай согласием.       Элисон хмурится. Ей не нравятся эти правила. Она не согласна с ними. Мэттью обходит её и хватает за запястье, потащив за собой. Ноги отказываются идти, но она всё же заставляет себя сдвинуться с места и выйти за ним из комнаты.       — Скажи, что сейчас будет, — просит она, когда они спускаются вниз по лестнице.       — Я сказал тебе не болтать, — огрызается Блейк, крепче сжимая её руку. — Не устраивай сцен. Ещё раз ослушаешься, и я прямо при тебе застрелю твоего пса.       Элисон поджимает губы, выходя на улицу вслед за парнем. Её самые страшные мысли подтверждаются, когда она видит белоснежный свадебный алтарь, украшенный цветами. Она тормозит, но Мэт тянет её за руку, вынуждая идти за ним. Глаза цепляются за Эдриана, который стоит неподалёку, держа на поводке Бадди. А прямо под аркой стоит мужчина средних лет в костюме. При виде их он выпрямляет спину и тянет улыбку. Элисон едва передвигает ногами, ощущая жуткое головокружение и нехватку воздуха.       — Ты что, решил жениться на мне? — едва шепчут её губы, и она заметно бледнеет, сливаясь с цветом платья.       — Ты можешь уже закрыть свой рот? — рычит Блейк и скользит рукой ниже, обхватывая её ладонь. — Ты испытываешь моё терпение.       Девушка едва подавляет в себе желание заплакать и снова смотрит на Бадди, который при виде её начинает активно вилять хвостом. Она задыхается и всхлипывает, когда они останавливаются прямо под алтарём.       — Доброе утро, — вежливо приветствует их мужчина в костюме. — Готовы?       — Да, можем начинать, — отвечает Блейк, в то время как Элисон уже забывает, как дышать.       Она не слышит ничего. Гул в ушах усиливается, и она только открывает рот, делая рваные вдохи и выдохи. Удивляется, как ей удаётся стоять на ногах, когда те так и норовят подкоситься. Мужчина говорит что-то о любящих сердцах, о вечности и клятве, в то время как Элисон хочет проснуться от этого кошмарного сна. Она сжимает свободную руку в кулаке, чтобы почувствовать впивающиеся в кожу ногти. Надеется, что это поможет привести её в чувства.       — Прошу ответить вас, жених, — проносится где-то рядом, и Элисон с ужасом смотрит на Мэттью, вспоминая про его ладонь в своей руке. Она тёплая и чуть шершавая, и ей хочется сделать ему больно, но она сдерживается, снова кидая взгляд на Бадди.       — Да, — холодный ответ режет её слух, и она распахивает глаза шире, смотря на регистратора.       — Элисон Уотсон, согласны ли вы стать женой Мэттью Блейка, быть с ним и в горе, и в радости, богатстве и бедности, в болезни и здравии, пока смерть не разлучит вас?       Девушка дрожит и ощущает, как ладонь парня крепче сжимает её руку. Не сдерживает тихий всхлип, что срывается с губ. Слеза поспешно скатывается по её щеке и опускается на землю. Сердце падает в пятки и возвращается обратно. Она заставляет себя разомкнуть губы.       — Да, — шепчет неуверенно.       — Ваши ответы дают мне право зарегистрировать ваш брак. Прошу вас закрепить подписями ваш новобрачный союз, — говорит мужчина, указывая на небольшой столик возле себя.       Мэттью тянет её за руку, и они подходят к столику. Он ставит подпись первым и протягивает ей ручку. Пальцы дрожат, но она сильнее стискивает ручку и всё же ставит подпись.       — Теперь обменяйтесь кольцами в знак верной и крепкой любви. Пусть они долгие годы хранят то тепло и трепет, которые кроются в ваших сердцах сегодня, — продолжает регистратор, протягивая им коробочку с кольцами.       Блейк достаёт кольцо и поворачивается к Элисон, беря её за руку и надевая кольцо на безымянный палец. Металл непривычно ощущается на пальце. Будто жжёт и давит. Ей не по себе. Но становится ещё хуже, когда доходит очередь до неё. Элисон медлит, смотрит на Мэттью, про себя проклиная его самыми последними словами.       — Смелее, — торопит её Блейк, сверкая своими тёмными глазами, в которых она видит лишь угрозу.       Элисон сжимает зубы и вытаскивает чёртово кольцо, хватая его за руку и упиваясь его секундной растерянностью. Он хочет выдернуть руку из её хватки. Ему неприятно. И она чувствует его сопротивление, поэтому специально медлит, крепче сжимая его ладонь в руке и предельно медленно надевая кольцо на палец. Тянет ухмылку, перехватывая его яростный взгляд.       — Властью, данной мне вами и всеми присутствующими, объявляю вас мужем и женой, — звучит как приговор, эхом отдаваясь в её висках. — Жених может поцеловать невесту.       Элисон почти не дышит, когда ощущает лёгкое прикосновение его губ к своим губам. Довольно целомудренно. Она же продолжает стоять с плотно сжатыми губами, подавляя в себе желание зарыдать.       — Ещё раз поздравляю, — говорит регистратор, собирая бумажки. — Всего доброго.       Он уходит, а Элисон так и стоит на месте, не в силах сдвинуться. Её только что насильно заставили выйти замуж. Плечи начинают дрожать, и она смахивает слезу с щеки.       — Не драматизируй, — говорит ей Мэттью, замечая её слёзы.       Её трясёт ещё сильнее, и она поднимает на него полные слёз глаза. Смотрит с отчаянием и злостью, которая вскипает в ней с каждой новой секундой.       — Какого чёрта это было? — вспыхивает ещё больше, тяжело дыша.       — Так было нужно, — отвечает он.       — Я прекрасно понимаю, что ты сделал это не потому, что всерьёз захотел связать нас узами брака! — кричит девушка, уже не сдерживаясь. — Для чего это всё?!       — Для того, чтобы ты стала моим преемником, — говорит он. — В случае моей смерти ты займёшь моё место. Поздравляю.       — Какое место? — с испугом спрашивает девушка, чуть стушевавшись.       — Ну, думаю, тебе прекрасно известно, что я не просто владелец ночных клубов, — усмехается парень.       — Ты — убийца, — выдыхает Элисон, заправляя за ухо выбившуюся из причёски прядь.       — Я предпочитаю другие термины, — хмыкает Мэт. — Глава мафии, например.       — И что? — кусает губы девушка. — Я твой преемник. Что дальше? Чего ты этим пытаешься добиться?       — Мести, — спокойно отвечает Блейк. — Если меня всё же убьют, то тебе придётся занять моё место. А перед этим пройти обучение. Оно довольно… Специфическое.       — Я не стану занимать твоё место, — злобно рычит Элисон. — Ни за что!       — У тебя нет выбора, — он мрачнеет, а девушка покрывается холодом от его слов. — Тебя заставят так же, как и заставили когда-то меня.       — Зачем? — её губа дрожит. — Причём тут я…       — Потому что Спарксу будет до охуения больно осознавать, что теперь и его драгоценной дочурке придётся пройти через то, что прошёл я, — вспыхивает Мэттью. — Я всего лишь возвращаю должок, ничего личного.       Её трясёт от несправедливости и беспомощности. Она сжимает руки в кулаки и тяжело дышит, смотря на него с готовностью наброситься. Но вспоминает про Бадди и чуть унимается. Кидает взгляд на кольцо на безымянном пальце и, не раздумывая, стягивает его.       — Пошёл ты! — кричит, кидая кольцо прямо в него. — Я ненавижу тебя!       Она резко разворачивается и шагает по траве по направлению к дому, но вскоре останавливается, чтобы снять ненавистные каблуки. Берёт их в руки и ускоряет шаг, слыша, как он кричит ей в спину:       — Как будто я в восторге от этой затеи!       Элисон не помнит, как добирается до второго этажа и врывается в свою комнату, почти сразу же падая на кровать. Утыкается лицом в подушку и громко кричит, позволяя себе выпустить пар. Грудь больно щемит, и она позволяет себе наконец заплакать.