Roses in the snow

      Боль в груди мешает заснуть. Сердце колотится так быстро, что, кажется, вот-вот выскочит наружу, переломав все рёбра. Элисон вздыхает и поднимается на ноги, смотря в окно. Лучи уже вставшего солнца пробиваются в комнату через не задвинутые шторы. Элисон окутывает тревога, и она выходит из своей спальни, чтобы проскользнуть в соседнюю.       — Как он? — спрашивает Уотсон, натыкаясь на Эдриана, который не покидал комнату Мэттью всю ночь.       — Уже лучше, — отвечает помощник. — Но состояние всё равно тяжелое. Ему нужно отдохнуть.       — Что произошло? — задаёт вопрос Элисон, не сводя взгляда со спящего на постели парня.       Он больше не в крови, как было несколько часов назад. Остались только ссадины, царапины и гематомы, которые покрывают его лицо и тело, а ещё ножевое ранение между рёбер.       — Не знаю, — короткий ответ.       — На него напали из-за меня? Меня кто-то ищет? — не унимается Элисон.       — Я сказал, что не знаю, Элисон, — вздыхает Эдриан и подходит ближе, касаясь её локтя. — Он пока ничего не рассказал. Иди.       Эдриан буквально выталкивает её из спальни, вынуждая снова вернуться к себе в комнату, где её одолевают депрессивные и тягостные мысли. Вся эта ситуация сбивает её с толку, и она совершенно потеряна в этом огромном доме, в котором никто не может ей рассказать, что произошло с Мэттью. Так же, как никто и не мог помочь ей вытолкнуть из головы его «предсмертные» слова.       Мэттью Блейк умеет извиняться? Это что-то из разряда фантастики. Элисон раз за разом перекручивает его слова, вспоминает его бледное лицо и помнит липкое ощущение его крови на своих ладонях. Вероятно, он был не в себе в тот момент, раз позволил ей прикоснуться к нему.       Так проходит два дня — Элисон проводит их в подвешенном состоянии. Просыпается утром, гуляет с Бадди, завтракает в компании Рики, которая пытается отвлечь её разговорами, но на вопросы не отвечает. Это ужасно бесит Уотсон, которая даже не пытается скрыть свою злость. Но Рика, как и Эдриан, говорит, что ничего не знает. Она не верит ей. От неё явно что-то скрывают. И она хочет знать, что именно. После завтрака девушка предпочитает проводить время в своей комнате, читая книги или просто скитаясь по дому от безделья. После обеда она выходит к бассейну, где снова встречается с Рикой. Вечером она решает зайти к Блейку, чтобы узнать, что же всё-таки случилось.       После душа Элисон одевает на себя более-менее приличное платье из «неприличного» гардероба от Рики и выскакивает из комнаты. Стучит в соседнюю дверь и ждёт недолгих три секунды, прежде чем открыть дверь. Девушка застывает в дверях, когда видит полураздетого Мэттью. С оголённым торсом он стоит возле зеркала, делая себе перевязку. Он сосредоточен и поэтому даже не обращает внимания на Элисон, которая уже смело проходит в комнату, останавливаясь в нескольких шагах от него.       — Как ты себя чувствуешь? — спрашивает она, с волнением разглядывая шрамы на его спине.       Так близко ей ещё никогда не удавалось подходить к нему обнажённому. Она жадно разглядывает каждый шрам, представляя, через что ему пришлось пройти, чтобы вынести это. По позвоночнику бежит холод, и она вздрагивает, когда он вдруг оборачивается, прерывая её изучение шрамов. Теперь в глаза бросается повязка на его свежем ранении. И множество гематом, ссадин и синяков, что тянутся по его телу. Несмотря на это, будучи избитым он умудряется выглядеть просто великолепно. Синяки его даже красят…       — Ты серьёзно пришла сюда, чтобы узнать, как я себя чувствую? — уточняет Мэттью, и она вздыхает, понимая, что сглупила.       — Кто это сделал? — спрашивает Элисон, останавливая взгляд на его тёмных глазах. — Расскажи, что произошло.       — Неважно, — отмахивается парень, собираясь уйти, но девушка преграждает ему путь, не собираясь так просто сдаваться.       — Я имею право знать!       — Тебе незачем эта информация, — спокойно произносит парень.       — Это не тебе решать, — возражает Элисон. — Расскажи, что, чёрт возьми, произошло!       Мэттью вздыхает и смотрит на неё с упрёком. Она понимает, что он не уступит, даже если она устроит здесь истерику.       — Тебя вовсе не интересует, что там произошло, — хмыкает парень и подходит ближе. Элисон приходится задрать подбородок повыше, чтобы видеть его глаза. — Тебя лишь волнуют слова, которые я сказал, когда истекал кровью.       Элисон молча смотрит на него, не собираясь признаваться ему в том, что это правда. Да, это волнует её куда больше, чем сама причина ранения.       — Я думала… Ты не вспомнишь, — неуверенно произносит девушка.       — Я всё помню, — возражает Мэттью. — Я не отказываюсь от своих слов, но… Знаешь, когда люди при смерти, они могут нести всякую чушь.       — Ты просил у меня прощения, — тихо говорит Элисон. — Это было искренне?       — Это вовсе не значит, что мы пойдём разводиться и я отпущу тебя, — усмехается Мэт. — Забудь об этом.       — Но ты жалеешь…       — Да, я, блять, жалею, что ввязался в эту херню, и вынужден по сей день терпеть тебя, следить за тобой и подстраивать все планы под тебя, — перебивает он, и она инстинктивно делает шаг назад.       Он же продолжает двигаться на неё, пока она не оказывается прижатой спиной к двери.       — Ты думаешь, тебе одной хуёво? Мне тоже не очень-то классно, знаешь. Ты доставляешь массу неудобств. Твой скверный характер выводит меня из себя. Помимо этого, ты, блять, до охуения любопытная. Постоянно задаёшь какие-то вопросы, лезешь не в своё дело… Чёрт, у тебя вообще хоть иногда закрывается рот?       Элисон взволнованно смотрит на него. Кажется, он впервые сказал так много слов. Обычно он не такой разговорчивый и не такой эмоциональный.       — Теперь ты, значит, решила помолчать? — хмыкает Мэт, проводя ладонью по лицу.       Девушка хмурится, замечая разбитые костяшки. Она даже не хочет думать, сколько человек он покалечил ими… И только потом она вспоминает, что он раздетый. Он всё ещё не соизволил прикрыть свой голый торс. Его, кажется, и вовсе не смущает это. В отличии от Элисон, которая уводит свой взгляд от его голой груди и цепляется взглядом за его татуировку на левой руке. Разглядывает рисунки, пока он не прерывает её.       — Разговор окончен, — говорит Блейк и отодвигает её в сторону, открывая дверь. Она с сожалением понимает, что у неё нет никаких аргументов. Ей только остаётся молча покинуть его комнату.

***

      Всю последующую неделю ей с лёгкостью удаётся избегать Блейка. Они довольно редко встречаются на ужинах, на лестнице или в коридоре. Он смиряет её недолгим взглядом, в который умудряется вкладывать всю неприязнь и недовольство. Элисон же вовсе не смотрит на него лишний раз. Она продолжает «жить» здесь, совершенно потеряв веру в то, что сможет когда-то выбраться. Девушка даже перестаёт думать о побеге.       Эту череду похожих друг на друга дней скрашивает только её пёс. Бадди поднимает настроение, и она рада, что теперь может не только спать с ним в одной комнате, но и гулять по утрам. Элисон просыпается с первыми лучами солнца и сразу же тащит пса на прогулку, пока это не сделал Мэттью. Она вообще подумывает запретить ему гулять с Бадди. Это её собака, и он не может так просто брать его на прогулку, когда ему вздумается.       Одним ясным утром Элисон как обычно выводит Бадди на улицу, а сама неспешно шагает по газонной траве, радуясь погоде. Не слишком жарко, как бывает днём, но довольно тепло.       Прогулка проходит как обычно, пока она не замечает краем глаза идущую в их сторону мужскую фигуру. Сначала ей кажется, что это кто-то из охраны, но, чуть прищурившись, она понимает, что это Блейк. Настроение тут же портится. «И какого чёрта ему не спится в такую рань?», — проносится в её голове, и она хмурится, скрещивая руки на груди. Он подходит ещё ближе, и тогда его замечает Бадди, который тут же бежит ему навстречу, радостно виляя хвостом. Элисон ревностно смотрит на пса и фыркает, удерживая себя от желания назвать его «предателем».       Бадди настолько рад, что не контролирует своё поведение и подпрыгивает, передними лапами задевая торс Блейка.       — Блять! — с его губ срывается ругательство, и он хватается за рёбра.       Элисон распахивает глаза шире, когда видит, как его белоснежная рубашка окрашивается в красный на месте недавнего ранения.       — Бадди! Ко мне! — кричит девушка и идёт в их сторону, с волнением наблюдая за тем, как разрастается кровавое пятно на рубашке Блейка.       Тем временем парень что-то невнятно бормочет и разворачивается, направляясь к террасе. Элисон следует за ним, придерживая Бадди за ошейник, чтобы тот снова не бросился на парня.       — Давай посмотрю? — предлагает девушка, чувствуя свою вину за произошедшее.       — Нет, — отрезает он, попутно начиная расстёгивать пуговицы на рубашке.       — Что-то случилось, мистер Блейк? — на террасу выходит один из охранников, который обращает внимание на истекающего кровью парня.       — Уведите собаку в дом и принесите аптечку, — требует Элисон и обходит Блейка, останавливаясь прямо перед ним.       Охранник исчезает, уводя за собой Бадди, а девушка смотрит сначала на кровавое пятно, а затем протягивает руки, намереваясь расстегнуть оставшиеся пуговицы рубашки. Блейк хмурится и кидает на неё полный недоверия взгляд, и она коротко вздыхает, убирая руки обратно.       — Присядь, — говорит она, указывая ему на стол.       — Я справлюсь без твоей помощи, — упрямо заявляет Блейк, но всё же садится на край стола и сам касается пуговиц.       Охранник ставит аптечку на стол и уходит, оставляя их наедине. Элисон открывает коробку и достаёт всё необходимое, снова поворачиваясь к парню. Если бы взглядом можно было убить — то Элисон уже давно была бы мертва. Она даже не хочет комментировать это. Просто подходит ближе и оглядывает его торс, снова протягивая руку, чтобы отодвинуть рубашку.       — Можно? — спрашивает она, поднимая на него свои глаза.       В этот момент на лице Блейка проскакивает сразу несколько эмоций. От злости до растерянности. Он медлит с ответом, продолжая терять кровь, и Элисон несдержанно вздыхает, решаясь сделать это без его разрешения. Она аккуратно касается краёв рубашки и приспускает её с его плеч, чтобы она не мешала. Парень поджимает губы, и она успевает заметить, как плотно сжата его челюсть. Ещё немного, и этим давлением он точно раскрошит все свои зубы…       Элисон цепляется взглядом за сорванную повязку и видит, что кровь уже запачкала не только рубашку, но и брюки. Она осторожно убирает остатки повязки и с упрёком смотрит на парня.       — Повязка наложена неправильно, — говорит она, попутно беря в руки бинт, чтобы стереть кровь с его тела.       — А ты врач? — язвительно спрашивает Мэттью.       — Не надо быть врачом, чтобы понимать, что этого несчастного куска недостаточно. Он же еле держится…       Мэттью не успевает ответить, потому что ощущает, как она начинает стирать кровь с его тела. Элисон полностью сосредоточена, поэтому даже не замечает его осуждающего взгляда, с которым он смотрит в её лицо. Он напряжён до предела, но не чувствует прежней паники, которую обычно испытывает при прикосновениях. Это сложно назвать прикосновениями, но всё же… Это настораживает его.       Он терпеливо и молча ждёт, позволяя ей помочь с обработкой раны. Позже она настаивает на том, что необходимо обмотать бинт вокруг его торса, но он наотрез отказывается. Элисон ничего не остаётся, как просто снова приклеить к его ране несчастный медицинский пластырь, который снова мог слететь.       Элисон заканчивает с этой небольшой миссией и уже хочет отстраниться, но Блейк вдруг хватает её за запястье, вынуждая заглянуть в его глаза. Она смотрит на него с немым вопросом, а он тем временем тянет её за запястье, направляя её руку прямо к своей груди. Девушка хмурится, но не двигается с места, пока не чувствует его тёплую кожу под своей ладонью. С его губ срывается тяжёлый вздох. Дыхание сбивается. Она чувствует, как быстро бьётся его сердце прямо под её ладонью, и цепляется взглядом за несколько шрамов на груди, а затем снова смотрит в его лицо. Он всё ещё держит её за запястье, но вскоре она чувствует, как его пальцы разжимаются, и она взволнованно дышит, намереваясь одёрнуть руку обратно. Но вместо этого набирается смелости и аккуратно проводит ладонью по его крепкой груди, не сводя взгляда с его напряжённого лица.       — Я могу прекратить…       — Продолжай, — проговаривает он, не переставая тяжело дышать. Ему просто нужно проверить одну теорию.       Элисон коротко кивает и аккуратно прислоняет к его телу теперь уже вторую ладонь. Мэттью едва заметно дёргается и прикрывает глаза на несколько секунд. Она испуганно замирает на месте, боясь продолжать. Но он ничего не говорит, поэтому девушка ведёт свои ладони выше, теперь касаясь его плеч. Ведёт ладони дальше, намереваясь коснуться и спины. Кончики её пальцев едва успевают коснуться шершавой от шрамов кожи, как он тут же вскакивает на ноги, а она одёргивает руки, смотря на него своими виноватыми глазами.       В его взгляде настоящая буря эмоций, но он не произносит ни слова. Накидывает на плечи рубашку и быстро уходит в дом. Элисон тихо вздыхает и смотрит на свои ладони, которые буквально несколько секунд назад были на его коже. Она даже не пытается понять, зачем он сделал это. Зачем позволил ей прикоснуться…       На протяжении нескольких дней она не может забыть о произошедшем тем утром. Снова и снова вспоминает тепло и мягкость его кожи. Его обрывистое дыхание и тяжело вздымающуюся грудь… Она пытается выкинуть это из головы, но воспоминание прочно заседает, оставляя некое ощущение трепета.       Одним солнечным утром Элисон просыпается в довольно хорошем настроении, встречая первые лучи солнца. Отрывает лист календаря на стене и смотрит на дату довольно долго, прежде чем осознать… 25 июля. Сегодня день рождения Блейка… Девушка подавляет желание зайти к нему в комнату и поздравить. Выходит на прогулку с Бадди, а затем отправляется завтракать в одиночестве. Чуть позже к ней присоединяется Рика, которая плюхается в плетеный стул и начинает свой завтрак с сигареты и кофе.       — Не знаешь, запланирована ли какая-то вечеринка в честь дня рождения Блейка? — решает спросить Элисон, вертя в руках тост.       — Ты что? — усмехается Рика. — Он и раньше не особо любил свои дни рождения. А теперь тем более.       Элисон кивает и откладывает сэндвич в сторону, раздумывая над словами девушки. Ещё один немаловажный факт о Блейке, который она планирует проанализировать чуть позже.       Вечером девушка долго крутится возле шкафа, подбирая подходящий «наряд» для вечерней прогулки. Она в очередной раз невероятно злится на Рику за столь откровенные платья, но в конечном итоге оставляет выбор на коротких джинсовых шортах и топе с довольно глубоким вырезом. В последнюю минуту ей хочется переодеться, но она понимает, что найти что-то приличное не сможет.       Она берёт Бадди и выходит на улицу, намереваясь выйти на свой привычный маршрут прогулки. Пёс весело резвится на газонной траве, а она тянет улыбку и неспешно шагает за ним, пока её взгляд не цепляется за фигуру возле бассейна. Зрение в очередной раз подводит, но она почти уверена, что возле бассейна, прямо на бортике, сидит Блейк, которого она не видела целый день. Девушка шагает дальше, намереваясь обойти бассейн и уйти за дом, но Бадди рушит её планы, когда бежит к Мэттью, радостно виляя хвостом. Элисон лишь надеется, что он не сорвёт его повязку снова.       Девушка вздыхает и подходит ближе, кидая взгляд на Мэттью, который гладит Бадди. В его руке она видит бутылку виски. Она хочет уже позвать Бадди и уйти, но ноги сами ведут её дальше. Он сидит здесь в свой день рождения совершенно один. Пьёт крепкий алкоголь в одиночестве. Ей становится его по-человечески жаль. Девушка скидывает обувь и садится рядом, окуная ноги в бассейн.       — С днём рождения, — говорит она чуть дрогнувшим голосом.       — Удивительно, что ты помнишь, — хмыкает Мэт, поворачивая голову к ней.       Элисон пожимает плечами и отводит взгляд, успевая заметить, что он уже достаточно пьян.       — Почему не празднуешь? — осторожно интересуется девушка, вглядываясь в воду.       — Потому что я ненавижу свои дни рождения, — отвечает он, делая очередной глоток виски. Элисон только открывает рот, чтобы сказать что-то, но он перебивает. — Проехали, Уотсон.       Девушка поджимает губы и снова отворачивается от него.       — Не думала, что когда-то скажу это, но мне приятно, что ты называешь мою фамилию, — говорит девушка. — Охрана обращается ко мне по твоей фамилии.       — Так скажи им, что тебе не нравится, — спокойно отвечает ей Блейк. — Они будут называть тебя так, как ты захочешь.       Элисон кивает и снова смотрит на парня, замечая блеск в его глазах из-за выпитого алкоголя.       — Будешь? — предлагает он, протягивая ей бутылку.       Девушка сначала хочет отказаться, но в последний момент всё же протягивает руку и забирает бутылку. Она не считает себя любительницей крепкого алкоголя, но всё же этот виски — лучший из всех, что она когда-либо пробовала. Элисон возвращает ему бутылку, ощущая, как теплая волна окутывает её пищевод. Они продолжают сидеть, молча передавая друг другу бутылку. Через полчаса Элисон чувствует, как волнение вдруг отступает, а щёки покрывает лёгкий румянец.       — Ты говорил, что мне нужно будет пройти какое-то обучение в случае твоей смерти, — говорит Элисон, возвращая ему бутылку с алкоголем. — Что за обучение?       — Лучше тебе не знать, — коротко отвечает Блейк, и она замечает, как меняется его лицо. Становится хмурым и задумчивым.       — Ты женился на мне и втянул меня в это, — хмурится Элисон. — Я имею право знать, что меня ждёт в случае твоей смерти.       Блейк снова молчит, а она уже теряет терпение. Ей хочется получить хоть один внятный ответ на свой вопрос. Чёрт… Она кидает взгляд на шрам на его ладони и снова смотрит в его задумчивое лицо.       — Все эти шрамы у тебя остались после этого обучения? — предполагает Элисон, замечая ухмылку на его губах.       — Все эти шрамы оставил мне Спаркс, — горькая усмешка касается его губ, а Элисон даже перестаёт дышать, ощущая, как её окутывает самый настоящий ужас.       Она не хочет верить. Отказывается верить в это.       — Ты хотела правды, — продолжает он. — Вот она, правда. Твой отчим — настоящий садист, который держал меня взаперти, избивал и истязал на протяжении года. Надо отдать ему должное, он сделал из меня настоящую машину для убийств. Превратил меня в хладнокровную и бесчувственную тварь. Я стал лучшим в этом деле, завоевал авторитет и уважение. Теперь в случае моей смерти тебе предстоит пройти то же самое.       Элисон закусывает губу, ощущая, как начинает жечь глаза. Первая слезинка поспешно скатывается по её лицу, и она быстро смахивает её.       — Всё ради мести, — тихо произносит девушка. — Почему бы тебе просто не убить меня?       — Как банально, — усмехается Мэттью. — Мой план куда интереснее, согласись? В конце концов, ты будешь ближе к своему отчиму и сможешь узнать его получше. Возможно, тебе даже понравится твоя новая роль.       — Не думаю, — поджимает губы Элисон, снова смотря на воду в бассейне.       — Тебя будут уважать, — продолжает Мэт. — Дочка Спаркса и жена Блейка… Власть даёт много возможностей и привилегий.       — Мне это не нужно, — вздыхает девушка и поднимается на ноги, ощущая, как алкоголь уже здорово ударяет по ней. Ноги становятся ватными, а концентрация снижается. — Знаешь, что бы там ни произошло между тобой и Спарксом… Нужно было разбираться с ним, а не вмешивать в это меня.       Мэттью тоже поднимается на ноги и поворачивается к ней, крепче сжимая бутылку в руке. Она хочет ещё так много сказать, но вместо этого разворачивается и уходит.       — И куда ты? — спрашивает он и следует за ней в сторону дома.       — Спать, — не оборачиваясь, отвечает девушка.       Мэт идёт за ней, попутно продолжая пить из своей бутылки. Элисон обнимает себя за плечи и игнорирует охрану, которая одаривает их заинтересованными взглядами. Им будет что обсудить сегодня ночью.       Элисон открывает дверь в свою комнату и оборачивается к парню, который останавливается на пороге, без особого интереса кидая взгляд на её спальню.       — Что я тебе сделала? — спрашивает Элисон. — Ты ведь делаешь больно не только ему, но и мне.       — Как жаль, что мне похуй, — тихо произносит он.       — Раз так, то убей меня, — бросает ему вызов девушка. — Давай! Я же доставляю массу неудобств. Просто… закончи это здесь и сейчас. Сделай себе подарок на день рождения.       От злости её начинает трясти, и она, не раздумывая, толкает его в грудь. Глаза Блейка опасно вспыхивают. Ещё один толчок в грудь — и он хватает её за запястье и заходит в её комнату, ногой захлопывая дверь. Ставит недопитую бутылку на тумбу и поворачивается к Элисон, которая вскидывает подбородок вверх, смотря на него с вызовом.       — Жить надоело? — шипит он, сильнее стискивая её запястье.       — Да не нужна мне такая «жизнь», — хмыкает девушка. — Я же говорю, убей меня. И дело с концом.       — Ты хорошо подумала? — спрашивает Мэттью, и она распахивает глаза шире, когда видит, как он достаёт пистолет. — Потому что я ведь и правда могу выполнить твою просьбу.       Элисон уже сомневается. Жалеет, что начала провоцировать его. Но уже поздно. Механизм уже запущен. Блейк подходит ещё ближе, а она делает шаг назад, пока не врезается спиной в стену, загоняя себя в ловушку. Он снимает пистолет с предохранителя, и она чувствует, как дуло упирается в её подбородок. Он смотрит на неё долго и пронзительно, всматривается в медовые глаза, пока она едва дышит, ощущая кожей холодное дуло.       — Давай, — подначивает его Элисон. — Стреляй.       Мэттью крепче сжимает рукоять, прекрасно понимая, что не сможет сделать этого. Не сможет, даже если дуло приставят и к нему. Элисон протягивает руку и выхватывает пистолет из его рук, продолжая прижимать к своему подбородку. Он внимательно наблюдает за ней. Видит, как с её глаз начинают течь слёзы. Но она выглядит решительно. Крепче сжимает рукоять, зажмуривается и нажимает на курок. Щелчок. Элисон выдыхает и распахивает заплаканные глаза, смотря на парня.       — Он не заряжен? — тихо спрашивает она, всё ещё дрожа от страха.       — Нет, конечно, — отвечает Блейк. — Думаешь, я бы позволил тебе взять в руки заряженный пистолет?       Элисон опускает руку с оружием в руке, бегая глазами по его лицу. В её голову врываются воспоминания.       — В тот раз, когда ты дал мне пистолет… Он тоже был не заряжен?       Блейк кивает, и она чувствует себя полной дурой. Он просто играет с ней. А ей ни черта не смешно. Она разжимает пальцы, и пистолет с грохотом падает на пол. А она снова толкает парня в грудь, при этом обиженно хмурясь.       — Это не смешно! — вспыхивает она, снова толкая его.       — Я и не смеюсь, — отвечает он и обхватывает её запястья, заводя их над головой. — Прекращай меня трогать.       Он вжимает её в стену, и она чувствует его тёплое дыхание на своём лице. Невольно облизывается, останавливая взгляд на его губах. Он прослеживает за её взглядом и сильнее сжимает её запястья, от чего она морщится от боли.       — Ты невыносимая, — шепчет парень, и она чувствует его дыхание уже на собственных губах. Вторая его рука вдруг ложится на её горло, чуть сжимая. — Если бы я не был таким терпеливым, ты бы давно была мертва.       — Может, дело не в терпении? — тихо спрашивает Элисон. — А в том, что ты просто не хочешь меня убивать?       Мэттью щурит глаза и крепче сжимает её горло, вдавливая её в стену позади. Элисон не двигается, неотрывно смотря в его глаза. Ей не больно. Он даже не перекрывает ей доступ к кислороду. Просто держит.       — Не хочу, — кивает Блейк, и она тяжело дышит, когда чувствует, как его рука обхватывает шею теперь сзади. — Ты нужна мне живой.       Она поддаётся вперёд в тот самый момент, когда и он наклоняется к её губам. Он накрывает её рот своими губами, целуя глубоко и развязно. Так яростно, что ей становится тяжело дышать. Запястья немеют под натиском его пальцев, и она дёргает руками, попутно отвечая на поцелуй. Неожиданно для неё он отпускает её запястья, скользит рукой к её талии и вжимает её в своё тело, продолжая ласкать её рот. Элисон почти теряет себя, чувствуя невероятное головокружение. Она стонет ему в губы и протягивает руки, аккуратно обхватывая его шею. Чувствует, как он напрягается, на мгновенье прерывает поцелуй, оставаясь всё так же близко к ней. Девушка сама поддаётся вперёд и целует его, зарываясь пальцами в его волосы. Он отвечает на поцелуй и снова проникает в её рот своим языком, опуская и вторую руку на её талию. Крепко сжимает и опускается ниже, обхватывая её бёдра. Вжимает её в стену, и она бедром чувствует его возбуждение.       Мэттью подхватывает её, и она обвивает ногами его талию, не разрывая страстного поцелуя. Элисон не понимает, как они в одно мгновенье оказываются на постели. Она распахивает глаза, смотря на парня, который нависает над ней, опускаясь с поцелуями к её шее. Девушка выгибается навстречу его поцелуям и хочет прикоснуться к нему, но вовремя вспоминает, что лучше не стоит. Девушка закусывает губу, когда ощущает, как его губы опускаются всё ниже, уже покрывая поцелуями её ключицы.       Элисон с волнением вспоминает, что на ней нет бюстгальтера, и начинает дышать громче, когда он пальцем поддевает тонкую лямку её топа, оголяя плечо. Её тело отзывается на каждое прикосновение. Она чувствует, как сильно изголодалась по прикосновениям… Как сильно она хочет, чтобы он продолжал.       Она раздвигает ноги шире и поддаётся бёдрами вперёд, ощущая выпуклость, что прижимается к её промежности. Дыхание Блейка сбивается, и он толкается бёдрами, сильнее прижимаясь к ней своим членом. Она чувствует его возбуждение и понимает, что и сама дико возбуждена. Настолько, что не успевает себя остановить — начинает двигать бёдрами и тереться об него.       — Я тоже хочу… Прикоснуться к тебе, — тяжело дышит Элисон, не узнавая свой собственный голос.       — Прикоснись, — отвечает Блейк, оставляя дорожку из поцелуев на её оголенном плече. Она успевает отметить, что он делает это довольно нежно.       Элисон протягивает руки и осторожно касается его плеч, чувствуя, как он напрягается, но лишь на секунду. Она аккуратно тянет его за футболку, поднимая её выше и помогая ему снять её через голову. Когда её руки вновь скользят уже к голым плечам, он дёргается и тяжело дышит, но не останавливает её. Элисон чувствует под своими пальцами множественные шрамы и подавляет в себе желание сказать, что ей жаль. Это может только разозлить его.       — Хватит, — просит он слишком резко и приподнимается. Элисон убирает руки от его тела, и он тут же цепляется за её запястья и пригвождает их к кровати по обе стороны от её головы. — Тебе и так слишком много дозволено, Уотсон.       — Я не так много прошу, — отвечает она, неотрывно смотря на него снизу вверх. Снова поддаётся бёдрами вперёд, чтобы почувствовать его затвердевший член.       — Ты нарываешься, — шепчет он, но всё же снова толкается в неё, вынуждая её закусить губу от приятного ощущения трения между ног, где прямо сейчас становится так влажно и горячо…       Но Элисон не унимается. Ей хочется чувствовать хотя бы это трение, которое доводит её до сумасшествия. Мэттью что-то невнятно бормочет и скользит рукой по её бедру, пробираясь к коротким шортам. Его пальцы скользят под ткань, и она сбивчиво дышит, когда ощущает его ладонь на своей ягодице. Он сжимает её задницу и снова впивается в её губы с поцелуем. Элисон теряется в этих ощущениях, а затем приподнимается, вынуждая приподняться и парня. Они меняются местами, и теперь она оказывается сверху, садясь прямо на его бёдра. Она видит, как меняется его лицо. Он явно недоволен, но пытается это скрыть.       — Не любишь быть снизу? — спрашивает девушка, ёрзая прямо на его члене.       — В любой позе можно контролировать ситуацию, — отвечает он и обхватывает её бёдра, вынуждая прекратить тереться об него.       Элисон тянет улыбку, чувствуя, как выпитый алкоголь ещё больше распаляет её. Она тянет руки к своему топу и стягивает его через голову, улавливая горящий взгляд Мэттью, который тут же скользит к её обнажённой груди. Она откидывает волосы за спину и тяжело дышит, смотря на него сверху вниз. Его жадный взгляд скользит ниже, обводя линию её тонкой талии, и он крепче сжимает её бёдра. Сдерживаться становится труднее. Девушка обхватывает его запястья и прислоняет ладони к своей голой груди, едва сдерживая стон, который так и рвался наружу.       — Чёрт, — шипит Блейк, сжимая её грудь в своих руках.       Он аккуратно обхватывает один из сосков, зажимая его между пальцами, и внимательно смотрит на Элисон, с губ которой срывается стон. Проделывает то же самое со вторым и снова сжимает её грудь, чувствуя острую необходимость прикоснуться к ней губами. Попробовать её на вкус. Вобрать в рот её напряжённые от возбуждения соски…       Блейк поддаётся вперёд и садится на кровати, притягивая к себе девушку. Он вбирает в рот её сосок и возбуждается, когда слышит её соблазнительный стон. Его член твердеет ещё сильнее, и он чувствует болезненную пульсацию от трения, которое продолжает создавать Элисон, покачиваясь на его бёдрах.       — Прекрати ёрзать, — просит он и поднимает глаза к её лицу, на котором застывает блаженство. — Иначе я трахну тебя. Ты вряд ли хочешь этого.       — Я… Я хочу, — возражает Элисон. — А ты…?       — Ответ на этот вопрос буквально упирается в тебя, — вздыхает Мэт. — Но я не стану спать с тобой, Уотсон.       Он аккуратно снимает её с бёдер, и она тут же берёт в руки топ, прикрывая им свою голую грудь.       — Расскажи мне всё, — просит она, наблюдая за тем, как он ищет в постели свою футболку.       — Что именно? — спрашивает он, кидая на неё быстрый взгляд.       — Всё, — повторяет Элисон. — Я хочу знать, что с тобой произошло.       — Нет, ты не хочешь этого знать, — качает головой Блейк и натягивает футболку. — Это не самая приятная история.       — Пожалуйста, — шепчет девушка. — Расскажи мне всё от начала до конца.       — С какой стати, Уотсон? — выдаёт Блейк, смотря на неё своими сверкающими глазами. — Думаешь, что меня можно задобрить сиськами?       Элисон фыркает и отводит взгляд, крепче прижимая топ к своей обнажённой груди.       — И не надо вот этих обиженных вздохов, — говорит он, поднимаясь на ноги. — Я допустил много ошибок с тобой, Уотсон. Очень много ошибок, которые обычно не допускаю, когда веду дела. Но это не значит, что теперь я всё тебе расскажу или вовсе отпущу тебя. Мой план остаётся неизменным, и я буду придерживаться его, даже если тебе всё же когда-то удастся переспать со мной.       Элисон смотрит на него с широко распахнутыми глазами, понимая, что затащить его в постель — не было её коварной целью. Её лицо вмиг бледнеет, когда она осознаёт это. Всё это было искренне. Она действительно испытывала к нему какие-то чувства, и она хотела его, как мужчину. Как мужчину, который ей симпатизирует… Элисон едва сдерживает горький смешок. Когда её похитили, она была уверена, что хуже уже не будет. Но потом её насильно выдали замуж, но и это оказалось не самое страшное. Страшнее испытывать чувства к своему похитителю. Любые чувства, кроме ненависти. Что самое смешное — ненависти к нему она уже давно не испытывает. И это пугает.       Дверь закрывается с другой стороны, и Элисон моргает, упираясь взглядом в деревянную поверхность. Оставшись в одиночестве, она в полной мере осознаёт, во что вляпалась. Она сталкивалась со стокгольмским синдромом, когда читала абсолютно дурацкие книги или смотрела фильмы. Но абсолютно всегда считала, что девушки, которые влюбились в своего похитителя — настоящие дуры. Но вот она здесь, и теперь впору считать дурой себя.

***

      Поглощая очередную порцию виски, Мэттью даже не смотрит на Эдриана, который не отводит от него глаз.       — Чёртова девчонка, — говорит Мэт, крепче сжимая бутылку в своих пальцах. Ещё чуть больше усилий — и она бы точно треснула в его пальцах. — Я подумываю избавиться от неё.       Эдриан хмурится, продолжая смотреть на парня. Он уверен, что эти слова сказаны не всерьёз. Мэт издаёт полувздох и упирается затылком в кресло, разглядывая потолок. Полумрак в кабинете клонил в сон, а выпитый алкоголь утраивал желание уснуть прямо сейчас.       — Знаешь, что самое смешное, Вуд? — продолжает свой монолог Блейк. — При других обстоятельствах… Я бы трахнул её прямо в туалете того чёртового банка в первый же день нашей встречи.       Вуд даже не удивляется — он понял это ещё тогда, в день их первой встречи. Увидел, что Элисон заинтересовала его, хоть он и отрицал это.       — Конечно, я бы так не сделал, — продолжает парень. — Я знаю, что она, блять, не такая, как все. Мне пришлось бы постараться прежде, чем получить хотя бы один чёртов поцелуй от неё. Я бы даже водил её в рестораны и присылал огромные букеты… Всё, что бы она захотела — я бы сделал это, Вуд. Всё, что угодно, чтобы почувствовать её на своём члене хотя бы один чёртов раз.       Мэттью хочется смеяться от собственных слов. Он не чувствовал себя таким уязвимым уже давно, и это было… Неприятно.       — Но всё это не имеет значение, потому что этого бы никогда не произошло. Даже если бы Спаркс не был её отчимом, я бы не сблизился с ней, потому что в мою нынешнюю жизнь не вписывается такая девушка как она. Шлюхи на одну ночь, которые не ценят себя — да. Но она… Нет. Никогда.       — И в чём же её особенность? — спрашивает Эдриан.       — Не знаю, — отвечает Мэттью. — Просто она… Другая. И будь моя жизнь другой, может, мы бы… Нет. Это неважно.       — Она уже твоя, Мэт, — спокойно произносит Вуд. — И, как я вижу, ты ей нравишься.       — Ты себя, блять, слышишь? — усмехается Мэт после очередного глотка виски. — Это ведь ненормально.       — Не спорю, но факт остаётся фактом, — продолжает помощник.       — Её чувства мнимы, — Мэттью оглядывает остатки алкоголя в бутылке и переводит взгляд на Вуда. — Она просто начала оправдывать меня из-за того, что пережила сильное эмоциональное потрясение. При любом другом раскладе она бы никогда не позволила себе сблизиться с убийцей. С другой стороны, я всё ещё не исключаю того факта, что она просто пытается соблазнить меня для своей же выгоды.       — Тогда подыграй ей, — пожимает плечами Вуд. — Сделай вид, что ты повёлся и посмотри, что будет дальше.       — Если я подыграю, мы переспим, — качает головой Блейк. — Лучше мне держаться от неё подальше, потому что с каждым разом устоять всё сложнее.       Мэттью снова заливает в себя алкоголь, чтобы притупить желание вернуться в её спальню. Раздеть и трахнуть. Дать ей то, о чём она так отчаянно просит. Наплевать на всё. Наплевать на то, что она — лишь часть плана, просто пешка в его жестокой игре против Спаркса. Просто получить то, чего он и сам так хочет.       Вместо этого он выпивает больше своей нормы и начинает курить, доставая из пачки одну сигарету за другой в попытке вернуть себе самообладание. Выкинуть из головы навязчивые мысли об Уотсон. Об её голой груди и бархатистой коже. О мягких губах и тихих стонах, которые возбуждают сильнее, чем стоны профессиональных шлюх.       — И нахрена я ввязался в это, Вуд? — вздыхает Мэттью, с отчаянием в глазах смотря на своего помощника и надеясь, что у него есть ответ на этот вопрос.       — Ещё не поздно всё исправить, — отвечает Эдриан.       Всё исправить? Вернуть девчонку обратно, расторгнуть с ней брак и простить Спаркса? Мэттью качает головой, попутно стряхивая пепел с сигареты. Если он и был в чём-то уверен, то в том, что уже никогда не отпустит Уотсон, даже если он когда-то перейдёт черту. Даже если он переспит с ней, он не сойдёт с намеченного плана. Он готов на всё ради мести. Готов на всё, чтобы сделать Спарксу больно.