𝘚𝘢𝘷𝘪𝘯𝘨 𝘚𝘦𝘷𝘦𝘳𝘶𝘴 𝘚𝘯𝘢𝘱𝘦

      1 сентября 1976 года — вечер.       Гермиона судорожно размышляла, как быть: предложить помощь или притвориться, будто не заметила произошедшего? Она, не отрывая взгляда, изучала Снейпа, пока тот продолжал пристально смотреть на Лили и Джеймса.       Казалось, появился подходящий повод завести первую беседу. Решительно вскочив с места, волшебница бросилась к пострадавшему юноше. Сначала он даже не заметил её.       Чтобы привлечь внимание, Гермиона прокашлялась, а затем наклонилась и, подбирая упавшие книги, тихо произнесла:       — Позволь, я немного тебе помогу.       Она застыла под тяжелым взглядом прищуренных глаз. Некоторое время слизеринец молча изучал незнакомку, руки которой от волнения покрылись мурашками.       Что, Мерлинова борода, я делаю? Нужно завести диалог! — вертелось в голове.       — Э-э.. Это были они.. То есть, я видела, что произошло, — запинаясь, пробормотала Гермиона.       Глаза Снейпа на мгновение удивлённо расширились, а затем выражение его лица снова стало совершенно недружелюбным. Он смотрел на возникшую из ниоткуда собеседницу так, будто она принадлежала к иному виду живых существ.       — Кто ты такая? — вопрос прозвучал довольно грубо.       Гермиона вздрогнула, но, спохватившись, быстро встала и протянула руку:       — О.. — она почувствовала, как запылало от смущения лицо, — Я Гермиона. Гермиона Деверо.       Снейп с отвращением посмотрел сначала на руку, а затем снова в глаза студентки, которая молча ждала, пока он соизволит ответить на рукопожатие. Чувствуя себя так, будто пытается приручить опасное животное, Гермиона, кажется, забыла, как дышать.       Рука уже дрожала, но, полная решимости добиться успеха, волшебница не опускала её. Склонив голову набок, Снейп еще раз посмотрел на протянутую ладонь, после чего, пренебрежительно скривив губы, фыркнул и отвернулся, подбирая свои вещи. Гермиона сдалась и потрясла рукой, стоя в немом изумлении.       — Я не просил о помощи, — донеслось снизу, ледяной тон не предвещал ничего хорошего.       Просто замечательно. Сделав глубокий вдох, она присела, чтобы поднять с пола еще пару книг.       — Да, понимаю, но не могу оставаться в стороне. Отвратительнейший инцидент, просто ужасный! Я знаю, каково это. — она не лгала. Еще из рассказов Гарри было ясно, что мародёры не слишком ладили со Снейпом, но подобная провокация не укладывалась ни в какие рамки. Гермиона ненавидела, когда над кем-то в открытую издевались, множество раз испытав подобное на собственной шкуре.       — Не припоминаю, чтобы интересовался твоим мнением. — равнодушно пробормотал слизеринец.       Она закатила глаза. Что ж, примерно такого знакомства и следовало ожидать.       — Почему моя поддержка так задела тебя? В таких ситуациях обычно принято благодарить. — не выдержала Гермиона.       Ты бы еще накричала на него, — мысленно осадила себя волшебница. Она заметила, как напряглись плечи Снейпа, — Кажется, его терпение вот-вот иссякнет.       — Здесь не требуется ни твоя поддержка, ни чья-либо ещё. Просто оставь меня в покое. — прошипел он, избегая зрительного контакта.       Гермиона вздрогнула, сжимая в руках книги волшебника. Из-за этих слов она почувствовала иррациональный прилив гнева:       Почему он столь холоден и общается так, будто это я минуту назад сбила его с ног?       Она медленно встала и передала книги Снейпу, который всё еще сидел на корточках. Быстрым жестом выхватив их, он даже не поднял глаз, что уж говорить о благодарности.       Покачав головой, Гермиона обернулась, заметив явное недоумение в глазах некоторых студентов.       — Да не за что, — саркастически прошептала она, возвращаясь к своему столу и не обращая внимания на сокурсников, которые открыто таращились на неё.       Тем временем, даже гриффиндорцы не остались в стороне: Сириус толкнул локтем Джеймса, что-то шепча ему на ухо. Теперь оба пристально разглядывали взволнованную Гермиону, которая, якобы не замечая этого, отвернулась. Началась церемония распределения.       Сосредоточиться на происходящем не выходило, да и не хотелось, ведь волшебница прекрасно знала, как сложится будущее всего магического мира. Внутри разгорались обида, разочарование и злость. Первый разговор со Снейпом прошёл намного хуже, чем можно было предположить.       Как только подали ужин, Гермиона мельком взглянула на слизеринский стол, не сразу заметив юношу, который через пять лет станет профессором зельеварения. Угрюмо опустив голову, он сидел в стороне от сокурсников, погрузившись в чтение. Трудно было не посочувствовать тотальному одиночеству этого волшебника. Наверное, уже сейчас он был совершенно несчастен.       Внезапно оторвавшись от книги, Снейп в упор посмотрел на Гермиону. Великий Мерлин! — всё внутри охватила паника, — Он сейчас решит, что я совсем чокнутая. — не придумав ничего лучше, Гермиона попыталась улыбнуться, но вышло уж очень неестественно. Его брови неодобрительно сошлись на переносице, а ноздри раздулись.       Ничего страшного, — мысленно успокаивала она себя, отворачиваясь, — Не нужно пытаться достичь своей цели за один вечер. Этот человек — далеко не самый общительный на свете, — шесть лет обучения были тому подтверждением.       — В голове не укладывается: ты в самом деле пошла помогать Северусу Снейпу, он же такой неприятный тип! — прошептала коротко стриженная брюнетка, заставив сидящую рядом Гермиону вздрогнуть от неожиданности.       — Прости, не хотела тебя напугать.       — Всё в полном порядке, — как можно более приветливо ответила Гермиона, опомнившись, — Я не сразу тебя заметила.       — Да уж, — рассмеялась собеседница, — Не очень вежливым с моей стороны было начинать беседу таким образом. Я Амелия Боунс, — полные губы волшебницы изогнулись в дружелюбной улыбке, карие глаза искрились теплом.       Острая грусть от воспоминаний сдавила внутренности: Амелия была зверски убита, предположительно, самим Волдемортом. Информация о смерти получила широкую огласку, об этом писали даже в маггловских новостях. Изо всех сил стараясь прогнать эти мысли, Гермиона тоже представилась.       — Очень рада знакомству! — любезно ответила однокурсница, — Не помню, чтобы кого-то еще принимали в Хогвартс под конец обучения. Что привело тебя сюда?       Вот и началось, — подумала Гермиона и поведала Амелии легенду. Когда речь зашла о родстве с Дамблдором, у новой знакомой отвисла челюсть.       — Подумать только... Ты действительно его племянница? — её восхищению не было предела.       Только сейчас Гермиона осознала, как некомфортно чувствует себя из-за этой лжи, предполагая, что еще не раз встретит в чьих-то глазах похожее благоговейное выражение.       — Да, так и есть. — чтобы избежать дальнейшего разговора, волшебница поспешно запихнула в рот большой кусок картошки.       — Что ж, рада приветствовать тебя у нас на факультете!       Гермиона кивнула в знак благодарности и вернулась к поглощению пищи. За два дня перекусив лишь сэндвичем, она ужасно проголодалась, поэтому сейчас совсем не следила за своими манерами. Также увлеченно и неряшливо обычно ел Рон, постоянно получая за это упреки. Сравнение опечалило.       По всей видимости, решив пока не отвлекать Гермиону, Амелия тоже вернулась к еде. В Большом зале, как всегда, было очень шумно: болтовня, смех и звон столового серебра смешались в протяжный гул. Происходящее казалось привычным, но еще никогда Гермиона не чувствовала себя здесь настолько одинокой и чужой. Вскоре звуки стихли, Дамблдор поднялся с места, чтобы обратиться к студентам:       — Доброго вечера! Теперь, когда все хорошо накормлены и напоены, я намереваюсь слегка утомить вас некоторыми уведомлениями о начале семестра, — вещал директор с лукавым блеском в глазах.       Он не озвучил ничего нового: знакомый список непозволительных для замка предметов и действий. Например, посещение Запретного леса, очевидно, являлось таковым. Далее следовала информация о соревнованиях по квиддичу, а также об уроках аппарации для всех совершеннолетних. Гермиона решила пропускать эти уроки, чтобы, притворяясь, будто ничего не умеет, случайно себя не выдать.       — И наконец, — продолжил Дамблдор, — В этом учебном году, помимо первокурсников, Хогвартс встречает еще несколько новых лиц. Во-первых, это наш новый профессор защиты от тёмных искусств — Леонард Крэбтри, поприветствуем его! — директор выдержал небольшую паузу, по залу прокатились редкие вежливые аплодисменты.       Гермиона заметила за преподавательским столом молодого коренастого волшебника с короткими черными волосами. Доминирующей частью его круглого лица был крупный и широкий нос, на кончике которого виднелись очки в толстой оправе. Профессор Крэбтри склонил голову в знак признательности, обнажая зубы в улыбке.       — Еще раз добро пожаловать! — сказал Дамблдор, когда снова воцарилась тишина, — Во-вторых, — продолжал он, — многие из вас уже могли заметить нашу новую студентку, — взгляд директора устремился прямо на Гермиону.       Теперь, будто получив официальное разрешение, каждый из присутствующих, судя по всему, посчитал своим долгом повернуться и посмотреть на неё. Никогда в жизни волшебница еще не чувствовала себя так неуютно. Лицо горело, хотелось провалиться сквозь землю.       — Моя племянница, Гермиона Деверо, любезно согласилась после длительного обучения на дому завершить образование в Хогвартсе. Я искренне верю, что каждый из вас примет её с распростертыми объятиями и поможет освоиться в замке. В меру своих возможностей, разумеется. — беззаботно заключил Дамблдор.       — О, мои возможности вполне позволяют помочь! — вдруг прокричал Сириус на весь зал.       Студенты разразились хохотом, а Гермионе стало значительно хуже. В отчаянии посмотрев на Дамблдора, она заметила, что его совершенно не позабавило произошедшее.       — Прекратите, мистер Блэк. — строго пожурил его директор.       Гермиона была совершенно подавлена. Она видела, как самодовольно ухмыляется Сириус, как смеются Джеймс и Питер, а Ремус снова лишь качает головой.       Затем волшебница обернулась и украдкой посмотрела на Снейпа. Стиснув зубы, тот сверлил Блэка убийственным взглядом. Она задумалась, что именно могло так разозлить слизеринца: личная неприязнь к Сириусу, его последнее высказывание или постоянная безнаказанность мародёров?       Заметив пристальное внимание к своей персоне, Снейп широко раскрытыми глазами уставился на Гермиону в немом вопросе, «что на этот раз?». Она, стушевавшись, отвернулась, убеждённая теперь окончательно, что юноша принял её за сумасшедшую.       Дамблдор еще что-то вещал, но слова пролетали мимо ушей. План оставаться как можно более незаметной пошел наперекосяк. Вряд ли кто-то из присутствующих на ужине теперь забудет произошедшее.       — Гермиона, ты в порядке? — обеспокоенно спросила Амелия.       — Да, всё хорошо, если не считать кое-чьей наглости.       Однокурсница понимающе усмехнулась:       — Не обращай внимания на Блэка. Хоть он и до невозможности обаятельный, на самом деле, это настоящий слизняк. Будет интересоваться тобой до тех пор, пока не ответишь взаимностью. Потом его увлечение сменится новым, и так до дюжины девушек в год. Надеюсь, этот опыт хоть чему-нибудь их научил. — Гермиона заметила горечь в её голосе и задалась вопросом, а была ли Амелия в какой-то момент одной из этих девушек.       — К счастью, такое меня не интересует. Я здесь, чтобы закончить образование, а строить отношения — ну уж нет, обойдётся.       — Похоже, ты умеешь расставлять приоритеты, — было видно, что Амелию порадовал этот ответ.       — Конечно же, не всегда, — повеселела Гермиона, вспоминая как Рон и Гарри на протяжении многих лет твердили ей обратное.       За общением девочки даже не заметили, что приветственное застолье подошло к концу. Студенты стали подниматься со своих мест, старосты уже выстраивали первокурсников перед выходом. Амелия засуетилась первой, с энтузиазмом предлагая:       — Пойдем, я провожу тебя до гостиной.       — Я приехала еще вчера, так что знаю, где она находится, но с радостью прогуляюсь в твоей компании, — сказала Гермиона.       Как только волшебницы вышли в коридор, они сразу же услышали крик позади:       — Деверо! Эй, Деверо, привет! — она узнала этот голос, взрослый Сириус общался в точно таком же тоне. Всё внутри сжалось.              — Фу, это опять Блэк, — застонала Амелия, — Продолжай идти вперед, Гермиона, может быть, он отстанет.       — Очень на это надеюсь, — девочки продолжили путь, но не тут-то было:       — ДЕВЕРО! — нахально взревел Сириус.       Закатив глаза, Гермиона зашагала быстрее. У неё было предчувствие, что произойдет нечто подобное. Возможно, она вела себя очень странно для этого времени, да и внимание директора вызвало соответствующий интерес у студентов. Недоумевая, почему Дамблдор решил представить её таким образом, волшебница двигалась вперед, спустя секунду замерев от прикосновения к плечу. Глаза Амелии в это время угрожающе сузились, она обернулась с нечеловеческой скоростью:       — Оставь её в покое, Блэк — прошипела когтевранка, — Ты уже высказался сегодня, хватит. — она выпрямилась во весь рост, уперев руки в боки.       Гермиона заставила себя повернуться, поразившись, как сногсшибательно выглядел Сириус. Вблизи он оказался ещё красивее, но не переставал быть высокомерной скотиной — происшествие на ужине подтвердило это.       — Чем-то могу помочь? — резко спросила волшебница, тем самым ненадолго загнав Блэка в тупик. Вытаращив глаза, он несколько раз открыл и закрыл рот, прежде чем, наконец, заговорил:       — Я-я просто хотел извиниться и представиться, — он провел рукой по волосам, снова изображая на лице дерзкую ухмылку.       Кажется, этот мальчишка и впрямь высокого мнения о себе. — Гермиона скрестила руки на груди:       — Отлично. Я готова выслушать извинения.       — Всецело раскаиваюсь за своё поведение, — прозвучало с фальшивым официозом, но на удивление искренне, — Если ты позволишь, могу как-нибудь загладить вину, — он лукаво подмигнул.       Амелия скрыла смех за кашлем. Игнорируя её поведение, Сириус воззрился на Гермиону, которая, в свою очередь, смерила его недоверчивым взглядом, мысленно анализируя слова гриффиндорца: Он даже не представился, а уже пытается подкатывать? — трудно было поверить, что до Азкабана Блэк был таким. Она вздохнула. Печаль от воспоминаний о его будущем вытеснила чувство раздражения:       Всего через несколько лет его жизнь полностью перевернется с ног на голову, нужно быть помягче, — подумала волшебница и, посмотрев в его ясные серые глаза, слегка улыбнулась:       — Это лестно, но я, к сожалению, не хожу на свидания, — опережая ответную реплику, она продолжила, — И не кажется ли тебе невежливым заводить беседы, даже не назвав своего имени?       Амелия, уже не сдерживаясь, рассмеялась, а Сириус, вскинув бровь, наградил Гермиону таким взглядом, будто она превратилась в его персональное испытание.       — Какая вопиющая невнимательность с моей стороны, — произнес юноша с интонацией крайнего сожаления, — Меня зовут Сириус Блэк, — он выпятил грудь, — Уверен, ты еще не раз обо мне услышишь.       — Нет уж, увольте, — вклинилась Амелия, ехидно показывая мальчишке язык.       Гермиона снова напомнила себе, что впереди у него трудный путь и попыталась быть доброжелательной, процедив сквозь стиснутые зубы:       — Очень приятно.       — Да ну, брось, — Сириус схватил её за руку, — Это я сейчас испытываю огромное удовольствие от знакомства, — чуть ли не промурлыкал он.       Как бы неприятно ни было это признавать, гриффиндорец действительно был чертовски обаятельным, но, к счастью для Гермионы, это не оказывало на неё никакого влияния — происходящее уже перешло все возможные рамки. Она выдернула руку из его хватки.       — Пойдем, Гермиона, нам пора, — теперь за руку тянула Амелия, бросая на юношу последний убийственный взгляд, — Прощай, Сириус.       — Да, да. Еще встретимся, Боунз, — он усмехнулся в ответ, попутно подмигивая Гермионе, — Надеюсь, с тобой будем видеться гораздо чаще.       — Хоть мы и обучаемся в одной школе, уверяю тебя, количество встреч не превысит необходимую норму. — сухо ответила она.       Девочки уже собирались идти, но Гермиона вдруг застыла на месте. Прямо перед ними стоял Снейп. Сначала он посмотрел на Сириуса, а потом оглядел её с ног до головы:       — Предсказуемо, — фыркнул он, быстро удаляясь.       Отлично. Просто потрясающе. — с горечью подумала волшебница, наблюдая, как мальчишка поспешно уходит. Проклиная всё произошедшее, она поплелась вслед за Амелией.       Оказалось, в гостиной Когтеврана все давно ждали прибытия Гермионы.       — Приветственный комитет. Как мило. — саркастически пробормотала Амелия, — Если честно, они все просто замечательные, — виновато улыбнулась она.       Гермиона расправила плечи, приготовившись к первой встрече с однокурсниками. Сказать по правде, хотелось скорее покончить с этим и хорошенько выспаться после насыщенного дня.       Вокруг бронзового камина собралась целая толпа, практически все — ровесники волшебницы, должно быть, в основном шестой и седьмой курс. Некоторые из ребят, улыбаясь, прямо-таки подпрыгивали от предвкушения. Захотелось трансгрессировать куда-нибудь подальше.       Первой подошла смутно-знакомая волшебница: светлые кудри уложены в аккуратную прическу, на носу зелёные очки в форме кошачьих глаз, ярко-красная помада на губах. Её голубые глаза изучали Гермиону с жадным любопытством, будто фиксируя в памяти каждую деталь. Внезапно всё сложилось, стало понятно, кто перед ней. О нет...       — Здравствуй, меня зовут Рита Скитер. Очень приятно. — от неестественной вежливости её представления по коже побежали мурашки.       — Рада знакомству. — солгала Гермиона.       Еще один в будущем знакомый юноша подошел и обнял Риту за талию. Тошнотворное зрелище.       — А это мой парень, Гилдерой Локхарт, — почти промурлыкала однокурсница.       Он одарил Гермиону второй ослепительной улыбкой за день, пожимая её руку.       — Ты кое-что забыла, любимая, — сказал он Рите, с гордостью демонстрируя сине-золотой значок, — Я староста факультета.       Зная, кем в итоге станет этот человек, оставалось только догадываться, сколько раз ему пришлось кого-то обмануть, чтобы заслужить этот титул.       — Поздравляю. Это большое достижение. — Гермиона надеялась, что прозвучало не слишком наигранно.       Всё это было уже чересчур. Сначала Снейп, затем Сириус, а теперь Рита и Локхарт? Не было ни малейшего представления, получится ли всё это пережить без вреда для себя.       Гермиону представили остальным ребятам. Помимо Риты и Амелии её соседками по комнате оказались Алиса Маккиннон и Доркас Медоуз. Обе волшебницы отличались весьма привлекательной внешностью: миниатюрная, с длинными тёмными волосами и с кукольными чертами лица — большими зелёными глазами и крошечным носиком — Алиса, и высокая, стройная, голубоглазая Доркас со светлыми локонами до плеч и с идеальной белоснежной улыбкой. Их демонстративное дружелюбие, казалось, граничило с фальшью. Создавалось стойкое ощущение, что из всех четырёх соседок самые близкие отношения сложатся лишь с Амелией.       К слову, у Амелии, как оказалось, был брат-близнец Эдгар — вратарь команды по квиддичу. Удивительно похожий на сестру, с тем же каштановым оттенком волос, он производил впечатление доброго и открытого человека. После Эдгара с Гермионой познакомились его лучшие друзья — Отто Бегмен и Стерджис Подмор. Отто, младший брат Людо Бегмена, был капитаном и по-совместительству охотником в команде. Внешне — коренастый, голубоглазый и кудрявый, а в поведении — громкий и чрезвычайно разговорчивый. Вместо привычного рукопожатия этот мальчишка притянул Гермиону к себе, радостно приветствуя, чем совершенно шокировал её. Стерджис, еще один охотник команды факультета, отличался стройным телосложением и мягким голосом, волосы его были светло-русого оттенка, глаза — карими, а челюсть — квадратной.       Пока что почти все новые знакомые казались довольно приятными ребятами, но их количество ошеломляло, да и чувство усталости давало о себе знать. Пора было готовиться ко сну. Гермиона громко зевнула.       — Что ж, было просто замечательно познакомиться со всеми вами! — объявила она однокурсникам.       — Ты же не хочешь сказать, что уходишь спать? Мы ведь только начали! — расстроенно откликнулся Бэгмен.       — Да, Гермиона, задержись еще ненадолго, — протестовал Эдгар.       Лишь только волшебница открыла рот для ответной реплики, в разговор вмешалась Рита:       — О, да пусть идет спать, если хочет! Не похоже, что она будет сильно скучать.       Трудно было не заметить ревностные нотки к голосе будущей журналистки. Милой девочке-подростку тоже хочется внимания, — подумала Гермиона, стараясь не закатывать глаза.       — Ребята, она никуда не исчезнет за одну ночь, мы все увидимся завтра, а сейчас давайте дадим ей отдохнуть, — заговорила Амелия и посмотрела на Гермиону, — Пойдем вместе, если хочешь.       — Спасибо, я нисколько не возражаю.       С Амелией было очень комфортно, поэтому возражений и быть не могло.       — Простите, но я и правда страшно вымоталась сегодня, — обратилась Гермиона к ребятам, — Мы обязательно увидимся утром, большое спасибо, что так тепло встретили.       Мальчишки пожелали крепких снов и удалились, а Рита вместе с другими соседками по комнате решила пока остаться в гостиной. Это был до невозможности долгий и напряженный день, даже подъем по лестнице казался бесконечным.       Наконец-то добравшись до спальни, девочки по очереди переоделись и умылись, а потом заняли свои постели.       — Я должна предупредить тебя насчет Риты, — донеслось с другого конца комнаты.       — Да? — откликнулась Гермиона, делая вид, что не подозревает, о чем идет речь. Амелия перешла на шёпот:       — Не советую ей доверять. Мне известно, что она распространяет отвратительные сплетни о людях, причем довольно часто эти слухи оказываются правдой. Понятия не имею, откуда можно получать такую информацию.       Прекрасно осведомленная, почему ей это удавалось, Гермиона задумалась, — как давно Рита Скитер научилась принимать анимагическую форму?       — Спасибо, теперь буду на чеку, — улыбнулась волшебница соседке.       Девочки забрались под одеяла. Заклинанием погасив свет, Амелия вдруг спросила:       — О чем думаешь?       Чуть не рассмеявшись от предположения, что всё это время однокурсница могла читать её мысли, Гермиона повернулась на бок и ответила первое, что пришло в голову:       — Думаю, что день прошел не так уж плохо. Всё, кроме выскочки-Блэка, показалось мне вполне приятным.       Всё, кроме Снейпа. Мерлинова Борода, он повёл себя как полный мерзавец. Но стоит ли винить его за это? Сложно не превратиться в ублюдка, когда с тобой так обращаются. Даже слизеринцы будто-бы не замечают его. Жизнь в полном одиночестве ужасна во всех отношениях.       — Эй, ты меня слышала?       Гермиона подпрыгнула от неожиданности. Погрузившись в свои мысли, она пропустила мимо ушей последнюю реплику Амелии.       — Прости, я немного отвлеклась... Ты что-то говорила?       — Всё в порядке, — подбодрила соседка, — Полагаю, ты немного подавлена.       Понятия не имея, о чем именно идет речь, Гермиона нервно хихикнула:       — Да... Возможно, совсем чуть-чуть.       — Я спрашивала, почему ты решила помочь Северусу?       О, совершенно случайно. Я просто одинокая путешественница во времени, а моя цель — всего навсего спасти его жизнь. Подумаешь, какая мелочь, с кем не бывает.       — Если честно, не знаю, конкретной причины не назвать. Я просто увидела, что сделали Блэк и его друзья. Это было ужасно, никто даже не пытался помочь, так что всё получилось как-то само собой. — отчасти, она сказала правду.       — А Снейп, кажется, не сильно обрадовался твоему неравнодушию, — продолжала допытываться Амелия. Гермиона рассмеялась:       — Да уж. Если быть точной, он сказал: «Я не просил тебя о помощи», — вспомнила она, имитируя его глубокий голос, — О чем он уж точно просил, так это оставить его в покое.       Амелия фыркнула, а затем вздохнула:       — Ну, знаешь, его не без причины обходят стороной. Не спорю, Поттер и Блэк перегнули палку, но ходят слухи, что Снейп увлекается Тёмными искусствами, к тому же его внешность не особо располагает к себе.       — И не говори, — задумчиво откликнулась Гермиона.       — Просто... Будь с ним осторожна, ладно?       Интересно, заподозрит ли Амелия неладное, если начать проводить больше времени со Снейпом? Вдруг она решит, что я тоже связана с Тёмной магией? — подумала Гермиона, а вслух успокоила соседку:       — Разумеется, я буду осторожна.       Когда девочки пожелали друг другу спокойной ночи, Гермиона перевернулась на живот и, засунув руки под подушку, стала прокручивать в голове всё произошедшее за этот день. Обед в обществе Розмерты, пугающее столкновение с Беллатрисой и Люциусом, разговор с молодым Снейпом, высокомерные выходки Сириуса, первая встреча с Лили, Джеймсом, Ремусом и Питером. Эмоции переполняли до сих пор.       Эти мысли, хаотично сменяя друг друга, мешали заснуть. Волшебница задавалась вопросами, будут ли завтра совместные занятия со слизеринцами, и стоит ли в таком случае пытаться снова заговорить со Снейпом? Судя по многочисленным пристальным взглядам, он считал Гермиону подозрительно странной, если не сумасшедшей. Не было никаких гарантий, что следующая беседа пройдет благополучно, но попытаться определенно стоило.       Плюс ко всему, что могло значить это, вскользь брошенное в коридоре, «Предсказуемо»? Неужели Северус решил, будто ей суждено стать очередной пассией Блэка? Она ведь даже не флиртовала с ним. Абсолютно точно. Почему Гермиону вообще беспокоило мнение Снейпа? Что еще более важно, почему ситуация с Сириусом беспокоила его?       У двери послышались шаги остальных соседок, а вскоре после этого волшебница погрузилась в глубокий сон. Тревога насчет следующего дня ненадолго отступила.